Принцесса картонного замка

Лотта полетела на пол, но едва ли её спина успела коснуться плитки, как девушка стала преображаться. Лицо, волосы, платье, передник, ногти, кожа, весь её облик потерял краски и окрасился в густой красный цвет. «Девушка» упала на пол и её внешность треснула рассыпавшись мелким красным порошком, который затем осыпался на пол и втянулся в тело. Я, уже вскочившая в панике, с недоверием застыла, глядя на истинную сущность Лотты. Ею оказалась невысокая реплика с огненно-рыжими волосами, утонченными чертами лица, черным с золотой гравировкой корпусом и звездочками резонанса во лбу. Неизвестная дергалась в припадке, корчась на полу от судорог и выдавливая из себя пену. Перевёртыш! Резонатор-оборотень! Шпион или кто-то способный менять внешность. И как долго она за мной следит эта лже-горничная? Не нужно быт гением, чтобы понять кто и зачем её возле меня поставил. Но… но меня все равно это злит! Однако злит или не злит, но нужно взять себя в руки, ведь у имперки уже лицо бледнеет, если я ничего не сделаю то она погибнет. А этого желтым придуркам судя по всему и надо. Не позволю… Прямо в халате я выскочила из квартиры и начала стучат в двери других жильцов, да и вообще во все попадавшиеся. Может тут можно как-то вызвать скорую или, я не знаю, помощь. Но как на зло, ответом мне были только тишина и молчание, дом как оказалось был слабо заселен из-за своих цен. У меня тем временем откуда-то стала подниматься паника, которая постепенно выдавливала протекторскую собранность и сосредоточенность. Я пробегала пролет за пролетом, тщетно пытаясь добиться ответа хоть из-за одной двери, но все было напрасно. Последним моим вариантом была каморка других горничных, но и она встретила меня гулкой тишиной брошенной комнаты. Да что же это такое! Халат распахнулся и сполз на плечо. Я, совсем не заботясь о своем виде, просто сорвала его и бросила в коридоре, выскочив в холл. И опять сбив с ног лохматого студента, который встретился мне ранее. Я тут же, не давая ему собраться с мыслями, закричала прямо в лицо — Помогите, моя…. эээ знакомая отравилась! Она умирает прямо сейчас! Вызовите скорую или врача! Или что-нибудь, иначе она погибнет! — Отравилась? Чем? — юноша выглядел ошарашенно, но при упоминании отравления как-то быстро собрался. — Да я то откуда знаю! Лежит, трясется, лицо все бледное! Пожалуйста побыстрее! — Ясно, показывайте где. Студент быстро встал и побежал за мной. Я успела мельком окинуть его взглядом и вид сразу напомнил смесь призывника и наркомана. Пиджак, явно не мытый, был на размер больше и сейчас болтался, расстегнутый на пару пуговиц, мятые брюки свисали трубами, а торчащие во все стороны сальные волосы забавно колыхались на бегу, долгие недели не знавши мытья. А ещё взгляд. Взгляд сосредоточенный, острый и холодный, но вместе с тем пристальный и подсвеченный маленькими огнями фанатизма. Взгляд этот даже не позволил мне спросить что он намерен делать и почему я ему должна доверять. Он как-то утянул меня за собой, да так, что я и сама не поняла каким образом доверила ему все это дело. Тем временем мы быстро пробежали несколько пролетов, но на одном из них студент остановился, достал ключ и ловко отпер одну из дверей. Я обернулась. — Что ты делаешь? Нам же не сюда. — Синьора, спокойствие, мне нужны мои инструменты, — юноша скрылся за дверь и через мгновение появился с увесистой сумкой — Давай быстрее, — я пропустила студента вперед и вместе мы вбежали в мои апартаменты, где Лотта уже не дергалась, а просто мелко подрагивала. Юноша без промедления подлетел к имперке, разложил свою сумку и принялся за дело. Его совсем не смутил вид реплики, быстро и умело он оттянул ей веки, прослушал обороты гемомотора и тут же вколол в вену ампулу с какой-то жидкостью. Слегка приподняв голову реплики, он прислушался к её дыханию и удовлетворившись, что тряска пропала, тут же достал из сумки пару несколько белых таблеток, склянку с водой и новый шприц. Таблетки были раскрошены в порошок, размешаны в воде, а получившийся раствор снова введен в вену реплике. И судя по всему это сработало, реплика расслабилась, уронила голову на колени гештальту и расслабленно задышала. Глаза её приоткрылись и она окинула взглядом сперва человека, потом меня, а потом себя. И последнее заставило её помрачнеть. — Цианид, — коротко произнес студент, и указал пальцем на один из мелких каналов, в который втянулся порошок — Вас отравили цианидом, синьора Павлин, похоже яд впитался через ваши технические отверстия, вас спасло только то, что он не столь опасен для реплик. — Синьора Павлин значит, нда? — скептически протянула я, глядя в лицо «Лотте» взглядом, который не предвещал ничего хорошо. — Прошу прощения-с, миледи Бьянка, позвольте представиться снова, — перевёртыш встала, поклонилась и произнесла — Диверсионно-разведывательная реплика модели PFAR, но для вас просто «Павлин». — Антонин де Марше, первый наследник дома де Марше, если угодно, — поспешно добавил студент, глядя на то, как я смотрю на Павлина. — Благодарствую-с, но мы наслышаны про проклятый род, — излишне резко ответила имперка, но тут же смягчившись добавила — Однако большое вам спасибо за мое спасение, вы можете быть свободны. — Нет не может, я сперва узнаю почему он так вовремя появился сразу к моменту отравления, а ты, — я подошла и наклонилась, нависнув над этими двумя — Расскажешь мне кто и зачем тебя подослал, ты знаешь кто я и знаешь что я могу разговорить кого-угодно, так что не думай запираться. То ли я настолько размякла что угрожать разучилась, то ли эти двое не понимаю всей серьезности ситуации, но мои слова не произвели на них никакого впечатления. Точнее произвели, но не то какое я хотела. Антонин через силу улыбнулся, закусив губу, а Павлин наоборот вздохнула, отведя взгляд. — Я не поняла, вам что-то не ясно? — Все ясно, синора, но прошу вас, прикройтесь… Да блять! Надо сказать эмоции схлынули довольно быстро, и я поймала себя на мысли что вполне понимаю положение и мотивацию Павлинки. А может она просто искуссный, в силу своей работы, дипломат и смогла убедить меня в своей правоте? Как бы там ни было, предположение что «Охранка» поставила её присматривать за мной тут же подтвердилось и даже не было похоже на ложь. В действиях имперской разведки я тоже не уловила скрытых смыслов, а только разумное желание наблюдать за потенциальной угрозой. Де Марше и вовсе не запирался, а сразу выложил свою нехитрую предысторию, уроженец Китежа, некоего маркграфства Личеланд, наследный дворянин, студент медик, и судя по всему очень талантливый медик. Павлин же долго рассыпалась перед ним в извинениях, оправдывая себя тем, что должна была отыгрывать роль недалекой и подверженной стереотипам простолюдинки. А на самом деле она не питает к нему ненависти, как многие. В причины такого отношения к их роду и наделу я вдаваться не стала, потому что меня волновал гораздо более серьезный вопрос. Культисты Желтого Короля! Они меня достали и тут! Не видать мне теперь спокойной жизни, теперь из-за каждого угла может произойти покушение или теракт. — Миледи, я срочно передам все произошедшее наверх и мы утроим вашу охрану, раз вы согласились на помощь, то Департамент сможет действовать более свободно, — протараторила реплика, нацепив обратно облик служанки. Студент к тому моменту ушел, но предварительно дал слово молчать о произошедшем. — Думаю не стоит, — протянула я глядя в окно, у меня в голове постепенно вызревал один интересный план — Мне надоело терпеть атаки этих придурков, теперь поступим немножечко по иному. — Вы что-то задумали? — Хех, можно и так сказать, — улыбнулась я коварно.

***

Время приближалось к вечеру. К фехтовальной школе Alfronto подошла высокая девушка репликантка в строгих черных брюках, рубашке и жакете. Скривив лицо, она в который раз одернула свой наряд, собралась с мыслями и зашла внутрь. Администратор на стойке у входа встретил её вскинутыми бровями, но тут же вышел и глубоко поклонился, от чего гостье стало слегка неуютно. Репликантка же в свою очередь вручила ему направление и рекомендательное письмо от службиста. Тот быстро вскрыл их пробежал взглядом по строкам, хмыкнул при виде печати и еще раз поклонился, пригласив гостью в соседнее помещение. Гостья прошла, слегка пригнувшись. А администратор тем временем скрылся в зале и через минуту вернулся с тренером, которой и представил репликантку. Это позор, нет нет и ещё раз нет, категорически нет, я эту хрень на себя надевать не буду. Может я ничего в имперской моде и не смыслю, но обладаю банальной логикой чтобы понять, что эти белые пелёнки на мне будут смотреться глупо и никакой «защиты» не дадут в принципе. — Это углеродиста сталь, мои ноги пули останавливают, а под внешним полиэтиленом защитный слой, серьезно, я защищена тут больше всех! — Это. Не. Обсуждается, — отчеканила строгая полуседая женщина, представившаяся как Карла де Лаваль — Таков устав. Таков порядок. Таковы многолетние традиции и в конце концов таков закон Империи. Или разворачивайтесь и уходите. Голос строгий и сухой, фразы резкие и рубленные. Может она военная в прошлом была? Может быть, поэтому такая дерзкая и повернутая на порядке. Но ничего, у Протектората тоже зубы имеются, а ещё хитрость. — Мне плевать что у вас тут и как устроено, и не дам на себя напяливать эти глупости, — я добавила в голос нотки визгливости, чтобы быстрее вызвать раздражение — Или что, имперские дворяне, про которых так много болтают, боятся встретится с обычной полицейской репликой красных? Удар пришелся в яблочко, она определенно была военной, иначе бы её глаза не дернулись так судорожно на последней фразе. — Дешевые провокации не помогут вам, барышня, собирайтесь и вон отсюда, — сдерживая злобу произнесла женщина, но я в ответ ухмыльнулась и нагло облокотилась об стену. — Ясно все с вами, трусы, все вы до единого трусы, но ничего, когда мы займем Буян,  мы вас всех по лагерям рассажаем, лопатами фехтовать хахахаха. Бинго! Лицо женщины тренера покрылось едва заметными красными пятнами, она злобно фыркнула, сорвала с себя маску и подобие черной куртки, оставшись только в бриджах и футболке. Мне в руки было брошено оружие, а сама женщина пинком распахнула дверь в зал приглашая меня внутрь. — Vi multe parolas, vi eta diablo. Nu, estos kiel vi diris — Mi deziras, ke ĝi estu tuj tiel, — произнесла я уже не столь нагло. Мы вышли в яркий освещенный зал, где около десятка пар учеников тренировались в спаррингах друг с другом. Я увидела разные возраста, но все они двигались быстро и уверенно, наскакивая и сражаясь друг с другом. У одних были длинные, похожие на иглы клинки, у других изогнутые легкой дугой, но большинство дралось прямыми и острыми клинками с односторонним лезвием, при чем у некоторых во второй руке были ещё и кинжалы. Стоило нам войти, как они резко, словно по команде прекратили бои и обернулись на женщину. Я оглядела свой клинок, длинное, сантиметров 90 холодное оружие колюще-режущего воздействия, легкое, но баланс немного сбит, в руке лежит идеально. Ну что же, думаю не будет ничего сложно, с навыками противодействия ножевым нападениям и штаровской реакцией я легко справлюсь с противницей. Женщина тем временем встала в изящную позу, нацелив острие мне прямо между глаз и улыбнулась. — А теперь давай посмотрим, чего стоят все твои слова на деле, — а затем поманила пальцами — Нападай… Что-то мне не по себе, слишком она уверенно держится для обычного гештальта. Да и устраивать потасовку на глазах у всех я не планировала, однако делать нечего. Разберусь с этим быстро и буду свободна. Я нацелила клинок, сжала его в руке покрепче и быстро рванулась вперед, надеясь по короткой дуге нанести удар в бок… Но раздался звон и мое оружие встретил клинок тренера. Она не тронулась с места, не изменила позы, даже взгляд отвела, рассматривая что-то в огромном панорамном окне. Погодите, это как? Но не успела я додумать мысль, как моя рапира была отведена легким ударом и прямо в шею больно ударил наконечник. Я отшатнулась и кашлянула, всю правую сторону шеи свело спазмом. — Хм, синьора, что-то не так? Вы же грозились захватить Буян? — иронично спросила женщина, а я сжала зубы и снова попыталась ударить. И снова удар встретил расслабленный и будто бы издевательский блок. А следом мне по щеке пришелся легкий, будто от пощечины удар плоской стороной. Я от удивления шагнула назад и облизнула губы, на которые потекла тоненькая струйка оксиданта. — Все ещё уверенны что защита это глупость, синьора? — ядом в голосе тренера можно было кого-нибудь отравить. Меня вдруг задушила какая-то детская, звонкая обида. Но я затолкала её поглубже в процессор и встала на изготовку. — Я тебе эту синьору в дупло затолкаю. И мы снова сошлись в битве. Хотя вряд ли это можно было назвать полноценной битвой. Я атаковала, а тренер отбивалась от меня так как гештальт отбивается от надоедливой мухи, легко, расслабленно и непринужденно. Я использовала всю мощь своего гемомотора, все тактические знания, весь свой рост и комплекцию, всю свою скорость и живучесть… И ничего! И совершенно ничего мне не помогало! Тактические чипы даже не успевали повесить метку на клинок тренера или её саму, чтобы навести систему, пара ударов, звон рапир и я отброшена с новым порезом, ударом, уколом и новой издевательской репликой с её стороны. Конечно же регенерация делала свое дело и мои раны тут же затягивались, но вот естественные потребности организма начали подводить. Выходило так, что противница вынуждала меня двигаться, наскакивать, уворачиваться, постоянно напрягаться и с каждой минутой мне все меньше хватало воздуха, все сильнее падала концентрация и как снежный ком росла злоба. От последней я и получала силы, но она же заставляла меня действовать ещё более глупо чем раньше и ещё более безрассудно. А тренер, казалось бы, и вовсе скучала от всего этого. Она за все время так и не сошла с места. Иногда она отводила взгляд или и вовсе перебрасывалась с кем-то из учеников издевательскими комментариями по моему поводу. Никакая усталость её не брала, никакая одышка и утомление. Словно заговоренная она встречала любой мой удар каким-либо блоком, а затем била в ответ. Попытки запоминать её движения привели лишь к тому, что я ничего не поняла, комбинация и 4 простых поз была для меня словно бетонная стена. В конце концов я окончательно вымоталась, потеряла концентрация и была сбита с ног. — Вам всего лишь стоило надеть защиту и не строить из себя непойми кого, синьора, надеюсь вы запомните этот урок надолго, — женщина презрительно скривилась — А теперь вон отсюда. Я вышла на улицу и пошатываясь побрела прочь от школы. Это полный позор… Это дичайшее фиаско! Как это вообще возможно? Меня избили как дешевую шлюху! Я вообще ничего не могла ей противопоставить, это была игра в одни ворота. Может фехтования это не моё? Не знаю. Но знаю, что в качестве компенсации можно прихватизировать рапиру. От них не убудет, а мне подойдет чтобы тренироваться. Эх, надо было быть посговорчивее… А все-таки что-то в этом есть, движения, звон мечей, красота схватки, что-то элегантное. Я спрятала оружие под жакет, взглянула на блузку с крупными пятнами крови и вздохнула. Вокруг раскинулся Парадизо, летающий бриллиант. Погодная служба уже сменила климат, снег растаял и даже его потеки оперативно убрали вездесущие и незаметные уборщики. Так что по ногами не было такой привычной и знакомой хлюпающей слякоти. Я поцокала ножками о мостовую и подняв взгляд встретилась глазами сама с собой. Это был огромный панорамный телевизор, выставленный в витрине, с него смотрела я же, но немного раньше. Красивая и одетая в платье, я важно вышагивала по ковровой дорожке удивленно глядя в объективы камер. Вокруг сновали журналисты, де Пирот вел меня внутрь с лицом кирпича, а я держала его под руку. И это я? Ну вроде как я, только та, другая я. Царственная и возвышенная я, которая как оказывается все это время жила по соседству с грубой и наглой мной, которая всё это время доминировала в теле. А доминировала почему? Потому что жизнь была такая, обстоятельства такие, что нельзя показывать слабость, нельзя открывать уязвимости, этим воспользуются и нападут. Там в Нации ни сестры не гештальты не дадут спуску, стоит только один раз смалодушничать. Но Нация осталась там, на заснежных просторах РотФронта, а я уже здесь. И здесь я могу побыть элегантной и возвышенной, тем более что обстановка к этому располагает. И если честно, то что-то мне уже не хочется снова быть Протектором. Изначально я хотела пойти в эту их имперскую «Жандармерию», чтобы заниматься привычным делом. Но теперь, если посмотреть на это с другой стороны… Снова носиться по закоулкам, снова бить и орать матом, снова запирать всяких обрыганов и люмпенов. Не хочу. Пора признаться честно. Не хочу ни в каком виде. Мне в роскошной квартире удобнее чем в полицейском бусике.  Не хочу и не буду. За размышлениями я не заметила, как вошла в небольшой парк. Что было странно, потому что дорогу до дома я проложила прямо по карте и шла автопилотом. Хм, парк безлюдный и неприметный, только парочка поместий с пары сторон и сплошная стена какого-то заведения. Таким образом я зажата в углу так, что два оставшихся выхода удобно просматривать. Или простреливать. Все ясно, началось в Евсане утро. Хотя, впрочем, ладно, у меня давно кулаки чешутся куда-нибудь злость выплеснуть, желтые придурки как раз подойдут. Но вместо культистов с поворота на очередную тропинку вышла девушка в сплошной темно-красной мантии и с кремовой маской вместо лица. Я остановилась и пригляделась, но нет, глаз девушки тоже не было видно. С боку показалось движение, я повернула голову и увидела точно такую же красную фигурку. Повернувшись обратно, я заметила, как меня окружила уже целая стайка этих красных роб. И надо сказать они по все правилам отсекли мне пути к отходу. Вычурно, да и только, я хмыкнула, выпрямила ладони и подошла к маскам чтобы растолкать их, как вдруг мне на грудь легла рука и раздалось одна единственная фраза — Не стоит. Стоящие передо мной маски взмахнули своими плащами и кавалькада красного, черного и белого цветов будто бы очистила мой разум от мыслей. Руки расслабились, следом расслабилось тело, и я почувствовала легкое умиротворение, которое растекалось по мышцам. Из группы девушек вдруг вышла одна особенная, в более темной мантии, с золотыми узорами, точно так же украшенной маской и каким-то плоским стрелообразным убором поперек головы. Бездна побери этих резонаторов… — Отнюдь, мы не слышим песни, ни одна во всем Багровом сестринстве, — голос главной маски прошелестел вокруг меня полевым ветром, и я окончательно пришла в себя. — Кто вы? Что вам от меня всем нужно? Если вы не резонатор, то как читаете мои мысли? — от этого проклятого дня уже сил на удивление не осталась, ещё одна группка таинственных шизов с неясными целями. — Мы хотели извиниться, только и всего, — маска взяла меня под руку и повела к скамейке, куда села сама и пригласила присесть рядом — До нашего монастыря дошли слухи о случае в одном из салютанских храмов. — Слухи расходятся быстро, это было то несколько часов назад, хотя на кой мне ваши извинения… — протянула я, глядя перед собой — Сама виновата что приперлась незнамо зачем в чужой храм. — Это был Голод, вас привел туда Голод, ваш разум оголодал по истине и направил на путь Госпожи. — Че? — только и смогла выдавить я из себя. — Всякое живое существо испытывает Голод, это страсть к познанию, к обладанию Истинной, а так как Она есмь Истина, то любое познание ведет в Её дом. — Да, ясно, я поняла, но в секту вашу вступать не буду, спасибо, — я вознамерилась встать, как вдруг мне на колено легла ладонь маски, маленькая, но почему-то тяжелая, такая, что меня будто приковало к лавке. — Неужели блуждать в красных песках Лжи вам дороже утоления собственных желаний? Я замерла. Слово «красные» отдалось болезненным тиком в голове, чего раньше не случалось, я ощутила железистый вкус на губах. — Не стоит вам лезть в вещи, которые выше вашего понимания… — Неужели выше? Голод ваш проистекает из ненависти ко Лжи и в попытках уловить суть Песни вы пришли в храм, но не нашли ответа, не думаете ли вы, что ответы можно получить прямо сейчас? — Я ничего не поняла, ты говоришь про био-резонанс? Вы то что о нем знаете? Маска приблизилась, и я смогла разглядеть матовые вставки её черных глазниц, зиявших провалами на фоне кремовой поверхности и красной робы. Красное всё еще стояло воспоминанием и неприятно гудело в мыслях. — Мы не знаем откуда берется песнь и кто её задумал, если вы об этом, но нам ведомо что госпожа задает её тон и наполняет словами, звенящими внутри каждого из нас, нужно лишь знать к чему обращаться и тогда ответы на многие вопросы станут ясны. Прежде всего спросите, кто вы? — И кто же я… — проворила я чуть ли не шепотом, так как остальные маски встали бок о бок, сформировав шумоподавляющий заслон. — Вы сумма четырех вещей, четырех аспектов составляющих все в нашей Вселенной, первое это Korda, ваше тело, материальный якорь что держит вас в мире, — проговорив это маска прикоснулась к моей груди и провела пальцем дугу. — Второе это Sachu, Великий побудитель, животное начало что дает первый импульс, импульс расти, размножаться, развиваться, бездумно и бесконтрольно, — очередная дуга провелась по моей груди и в купе с вибрирующим голосом моя концентрация стала нарушаться. — Третье это Dea, сознание, ваша сущность, единая и неделимая, та, что позволяет вам сказать: «Я это я» и та, что видит звезды в небе взамен простых мигающих огоньков, — третья дуга заставила меня осесть на лавку и как-то странно расслабиться. Маска замолчала, глядя мне в глаза и в этой паузе была некая незавершенность. Я поняла, что есть что-то четвертое, то что завершает все три аспекта в единое целое. — И что же остается? — Что же? То самое что отличает нас от вселенной и одновременно связывает с ней, то что звучит в душе как музыка на ветру и рокочет как гроза, наш нематериальный оттиск на нотах мироздания, — Маска завершила узор на моей груди и прошептала —Наш четвертый компонент, Signal. По узору из дуг на груди был нанесен легкий удар и меня выбросило… Нет, не в красную пустыню как я боялась, а в себя, в глубочайшую нирвану и даже не спокойствие…. Нет… В некое состояние кристальной чистоты сознания, которое позволяет воспринять каждую травинку и каждый атом. Все было такое резкое и такое понятное, что я без тени удивления, словно выверенный до микрона механизм произнесла. — Что вы сделали. — Это La arto de penso, — тут же ответила Маска, так будто слова вытаскивали из нее силой — Наше искусство усмирять и направлять Голод. Как. Интересно. Почему. Я. Думаю. Рывками. — Что вы сделали, — снова спросила я и снова маска через силу ответила. — Мы хотели увидеть святую что совершила одну из пяти побед. Вы и вправду бессмертны? — мне почему-то показалось что она не лжет, она не сможет солгать после такой просьбы и непременно скажет правду. И, кажется, она реально её сказала. Их интересует моя регенерация? Что ж, покажу им её. Я вынула рапиру и надрезала ладонь, поднеся её к Маске. Та начала внимательно смотреть и через мгновение охнула, вздрогнув. Другие маски, обступившие меня кольцом, тоже нет-нет да и бросали восторженные взгляд. Собеседница же тем временем снова исполнила уже знакомый мне жест с ударами по губам, груди и сердцу, пока мой оксидант капал ей на мантию и поцеловала четки с тремя маленькими рубинами. Я спокойно смотрела на неё и почему-то думала, что она плачет. Но не единого звука не раздалось из-под робы. — Неужели на нас действительно пало благословление… — прошептала Маска и вдруг три раза щелкнула пальцами. Меня с шумом вернуло из чистоты в реальность, тело резко взмокло, а по глазам побежали разноцветные точки. Я наклонилась и быстро задышала. Система доложила о росте давления оксиданта. — Простите нас за доставленные неудобства, но мы должны были проверить кто вы есть на самом деле, к счастью вы действительно та кем являетесь, мы передадим эту информацию, — на голову мне опустились руки и сделали пару массажных движений от которых стало отступать давление. — Что это…? То есть как? Что вы сделали? — Применили на вас нашу медитативную практику, ввели в подобие транса. Видите ли наше Сестринство по сути своей есть отделение Святейшего Культа, ведающее вопросами песни, или как у вас её называют, био-резонанса. — Вы меня просто загипнотизировали. — Можно и так сказать, это был самый быстрый способ показать все необходимое мирянке, но вы доказали нам, что не являетесь простой репликой, — последнее было произнесено с придыханием — Мы должны были проверить вас и убедиться, что ваш Голод силен достаточно. — Достаточно для чего? — Для того, чтобы противостоять нововерам, в храм которых вы попали, это несчастные схизматики, которые ввиду отсутствия госпожи запутались в своих мыслях. — Вы меня так ненавязчиво завлекаете к себе, показывая такие вот фокусы. — Это не фокусы, а практика, которую может освоить любой, глубокой формы концентрации вам не достичь вне кругов Сестринства, но первичные вы вполне способны тренировать самостоятельно. Я села и уже без подозрения смотрела на Маску, под концентрацией она сказала мне правду, это не подлежало сомнению, а потому и сейчас не врала. Её слова сходятся с намерениями. Пока что. — Ну что…я… ладно, дела церковные у меня пока не приоритете, но вы явно лучше тех, кто орет при моем виде «ведьма». Чего вы конкретно хотите? Маска улыбнулась. Точнее конечно же за кремовым фарфором этого не было видно, но я почему-то решила, что она улыбается в ответ на эти слова. — Мы хотим, чтобы вы и дальше посещали храм Госпожи, но не тот, что для нововерной черни, ведомой ненавистью, а наш, следующий путям Императрицы. Придите к нам и мы с радостью дадим вам все ответы касательно песни, которые вы так ищете. Ибо ваш Голод далек от утоления. — Хорошо, как скажете, но у меня есть одно условие, вы научите меня этим фокусам с концентрацией, — я сразу обозначила свою часть сделки, потому что очень уж мне понравилось это состояние, такое будто я вижу, слышу и знаю все. Хорошо бы такому научится. — Непременно, хотя у сестер уходят годы на оттачивание мастерства, однако можете уже сейчас повторить одно упражнение. — Какое? — Закройте глаза и представьте точку, а вокруг точки огромную сферу, затем постепенно расширяйте сферу так, чтобы точка по сравнению с ней казалась все меньше и меньше, пока не станет совершенно незначительной. Как только все мысли из вашей голов исчезнут, вы поймете, что прошли первый шаг. — Ах да, ну тогда поняла, — робы расступились, открывая мне выход, и мы с главной Маской встали, я вдруг повиновалась непонятному импульсу и с несвойственной мне грацией и элегантностью склонила голову — STAR T7340 Бьянка, к вашим услугам. — Роксолана де Офи, Благочинная Багрового Сестринства Буяна, для меня честь познакомиться с вами. На том мы и распрощались. Робы так же незаметно как и пришли, растворились в окружающих дворах, при чем я в последний момент увидела две высоких блестящих фигуры факсимиле. Видимо окончательно своим способностям они не доверяли. Но это же была просто фантастика! Как странно видеть такие способности не от богоподобных резонаторов, а от обычных гештальтов. Хм, наверное раз они подразделение церкви, то значит мне благоволит их Культ? Не знаю, но похоже на то и это неплохо. Они мне не показались враждебными, странными и мистическими может быть, но вполне мирными. Эти маски со своими способностями могут стать хорошим подспорьем для борьбы с другими культистами, уже Желтыми. К слову о них, я почти дома. Надеюсь все прошло гладко…

***

Ночной Парадизо предавался праздности, большинство его жителей, не озадаченных работой и какими бы то ни было обязательствами, либо отдыхали на загородных виллах, либо вели светские беседы в многочисленных заведениях летающего города. Время было подобранно идеально. Ровно в 21:00 по Винете в клубном дома «Апарт» отключилось электричество. Сотрудница на стойке у входа в нерешительности пощелкала выключателем и собралась уже набрать телефон экстренной ремонтной службы, как кто-то неизвестный прижал к её лицу тряпку с хлороформом, а в бок нанес легкий удар. Девушка инстинктивно вдохнула и тут же провалилась в сон, её оттащили за угол, уложив рядом со швейцаром, и следом в дом юркнули еще пятеро неизвестных. Заговорщики быстро нашли нужные апартаменты и отперли их мастер ключом. Внутри было тихо, только журчала вода душа, да на кровати лежало бесформенное нечто напоминавшее человека. Люди рассеялись по комнатам, один из них жестами обратил внимание на груду, отослал одного человека следить за дверью, второго проверить апартаменты, а сам с ещё двумя осторожно приблизился к ванной. Его спутники достали причудливые арбалеты, навели их на вход в комнату, главарь осторожно приоткрыл дверь, потянулся… И ничего не нашел. Быстро удивившись отсутствию жертвы, он обернулся к своим спутникам и с испугом заметил что двое оставшихся в апартаментах пропали. Без звука, без крика, просто исчезли. Главарь выхватил из-под куртки пистолет и хотел велеть убраться, как что-то тихо звякнуло на кухне. Все так же журчала вода, тикали часы, равнодушно светил свет крупных фонарей в окно, на заговорщики были в ужасе. Что-то не то было в этой квартире, что-то неправильное, что-то чужое… и хуже всего что оно скрывалось на самом виду, среди диванов и занавесок. Главный пихнул одного из арбалетов и указал на коридор. Тот в нерешительности сделал шаг вперед. Главарь покрепче сжал рукоять и сглотнул. Человек сделал ещё шаг, затем снова, наконец приблизился ко входу на кухню. И тут часть квартиры ожила. Нечто выглядевшее как кусок обивки кресла, угол стола, ножки торшера и оконной рамы быстро отделилось от пейзажа комнаты и тонким проколом перерезало горло арбалету. Человек упал на колени и повалился на бок. Оставшийся арбалет завопил и выпустил болт в нечто, но то перетекло в сторону и растворилось в развевающихся на ветру занавесках. Болт угодил в спину мертвецу и вхолостую испустил свой заряд. Главарь чудом подавил крик и пихнул в бок последнего напарника, чтобы тот его прикрыл. Но напарник вместо ответа осел на пол. Прямо между глаз, ровно на линии бровей торчал кончик небольшой стальной иглы, вонзившейся на всю свою длину. И снова наступила тишина. Легкий ветер задувал в окно, часы тревожно тикали секундной стрелкой, прогретая комната овевала гештальта запахом лимона и мяты. И стояла тишина. Жуткая, зловещая тишина в которой к нему ползло… нечто. На службе культа главарь успел повидать оккультные вещи, видел магию резонанса, общался с бродячими душами, погружался в тайны ритуалов. Но это. Это было не то. Это было что-то не из его мира, нечто вообще не принадлежащее к рациональному. Главарь чуть не подлетел до потолка и не завопил от ужаса, когда на улице раздались шаги. Его нервы были на пределе, каждый был натянут как тонкая струна, только задень и разразиться криком шока. Глаза человека бешено метались из стороны в сторону, пытаясь найти это существо, хотя даже не найти, а понять что он смотрит на простой предмет, а не в глаза зловещему хищнику. Руки были готовы раздавить рукоять, пот пропитал спину, главарь наконец понял, что надо что-то делать… И тут на его счастье в коридоре раздались шаги. Пан или пропал! Человек сорвался с места и во весь опор понесся к двери. Он спиной чувствовал, как нечто словно призрак следует за ним, что оно нагоняет, что оно уже совсем близко, вот-вот нанесет удар, вот уже в эту секунду. БАМ! Главарь лицом врезался во что-то твердое и теплое. Но ему было плевать, игнорируя кровь из носа он заполз за незнакомку, словно та была его щитом и только потом поднял взгляд. И встретили его черно-синие волосы и два красных огонька оккуляров. — Ну привет. Ладонь опустилась на голову главаря, вырубив его на месте.

***

Я затащила культиста в квартиру и удивленно присвистнула, в апартаментах лежало аж 4 трупа, у троих было перерезано горло, у четвертого засела игла в голове. Кажется Павлинку лучше не злить, она их уложила без единой капли крови, да даже без звука, если судить по тому как тот дурачек был напуган. — Лотта вылезай, — крикнула я пространство. — Я здесь, миледи, — проговорил ковер подо мной и с легкий красным хлопком между моих ног появилась реплика перевёртыш. — Твою мать, не делай так больше! — признаться это было неожиданно, эффектно, но неожиданно. — Ваш промедан прошел удачно-с? — Кое-как, можно сказать что нейтрально, мой план погляжу сработал. — Как вы и сказали-с, миледи, они появились словно по расписанию. — Конечно же, эти придурки всегда приходят проверить удался ли их план или нет, на этом я их и подловила. — Это все прекрасно-с, но что мы будем теперь делать? Пытать его? — Первым делом мы уходим отсюда, в апартаментах 4 трупов, само место скомпрометировано. — И куда же мы пойдем? — Павлинка восприняла мои слова спокойно, хотя я думала, что она начнет протестовать. — Ты возьмешь этого гаврика, и скроешься в Салюте, а я в это время подготовлю нам новое место жительства. — У вас уже есть что-то на примете, судя по улыбке. — А то, еще как есть, — я потянулась за пояс и достала конверт с приглашение на ужин в дом Конкорд-Ганзейских. — А вы времени-с не теряете даром, миледи, — Павлинка приняла свой «стандартный» вид и теперь наблюдала как я открываю бар и прикладываюсь к бутылке вина, а потом на льющийся на пол алкоголь — Это то о чем я думаю? — Именно, сожжем тут все.