Новое перерождение? Ничего необычного

— Тихо. — Вэй Ин прикрыл рот Мо Жаню рукой и замер прислушиваясь к происходящему в храме. — Что ты делаешь? — Мо Жань отодвинул его руку и нахмурился. — Нас все равно не услышат. — Пытаюсь понять, что происходит. В конце концов, нам нужно отсюда как-то выбираться. Думаю, как это сделать и защитить тебя. Мо Жань от таких объяснения явно опешил. По его мнению единственный, кому здесь нужна была помощь и защита, это Вэй Ин. Конечно он где-то умудрился выучить некоторые заклинания, но это не делает его мастером. Кстати… — Ты не ответил на мои вопросы. — То место, где я раньше жил, сгорело. Я путешествовал и встретил одного заклинателя. Он многое мне рассказывал и показывал. Поэтому я умный. — Снизошел до вранья Вэй Усянь. С другой стороны он ведь и не врал. Встретил заклинателя? Встретил. А то что он его ничему не учил, так это ведь не проблема. Вэй Усянь и так всё знал. — Ладно. Это многое объясняет. — Мо Жань даже немного расслабился, прикрывая глаза. — Не волнуйся, учитель во всём разберётся. Меня тоже защищать не нужно. Ответь мне ещё на одни вопрос. — Какой? — Я тебе нравлюсь? — Нет. — ответил Вэй Усянь. На самом деле юноша ему нравился, но явно не в том смысле, в котором спрашивал Мо Жань. Вэй Ин вполне мог бы стать для него наставником, другом, помощником. Но не больше. У него есть Лань Чжань и нужно найти возможность вернуться к нему. — Ха. Я не ожидал ничего другого от продажного мальчика. — Мо Жань сжал запястье Вэй Усяня, от чего свадебный рукав пропитался кровью. Дурачина! Зачем давать на место, если знаешь, что там рана? — Мо Жань, мне больно. — Заметил Вэй Ин пытаясь высвободить запястье. — Ты меня не знаешь, чтобы утверждать, что я продажный. Или ты шутишь? Если шутишь, то не смешно. — Я не шучу и прекрасно тебя знаю. Ты был подавальщиком в одном из домов удовольствий. Я часто туда приходил ради тебя, и мы с тобой ночью беседовали или делали что поинтереснее. А теперь, поучившись у какого-то вшивого заклинателя, делаешь вид, что меня не знаешь. Ты… отвратителен. И чем же этот заклинатель тебя привлек? Наверняка пообещал защиту, а ты с радостью раздвинул ноги. — Заткнись. — Холодно произнес Вэй Усянь. В темноте гроба его глаза сверкнули алым огнем. — Ха. Значит правда. Я ведь тоже мог бы выкупить тебя оттуда, но ты уперся как баран. «Ах, господин, вы не понимаете. Я не хочу быть никому обязанным. Я хочу быть свободным». Ну и как свобода. Нравится? Раз тот заклинатель сдох, решил к моему учителю клеи… — В этот момент Мо Жань почувствовал резкую боль в челюсти. Он больно ударился головой о стенку гроба. Не в силах выдержать дальнейшие обвинения, Вэй Усянь просто ему вмазал. — Ах ты, су… — Мо Жань дернулся было, чтобы встать, но вес парня, придавил его сверху. Мало того, Вэй Ин ещё и умудрился прижаться бедром к его паху. Мо Жань застонал, хотя даже сам не понял от чего. То ли от обреченности и бессильной ярости, то ли от возбуждения. Он прикусил губу и с трудом восстановил дыхание. — Блять. Мо Жань прикусил губу, подавляя злой смех. Все, что он сейчас наговорил, действительно не касалось юноши, что сейчас лежал рядом в гробу. Это касалось, того, кто покорил когда-то сердце Тасянь-цзюня. Мо Жань как на яву помнил эти дни, проведенные вместе. В редкие моменты, когда Мо Жань вспоминал о прошлом на пике Сышен, когда он был ещё беззаботным юношей. Он накладывал на свое лицо иллюзию и посещал различные заведения. В одном из таких и встретил подавальщика по имени Вэй Ин. Хозяйка дома удовольствий наотрез отказалась сдавать его на ночь, но угрозы пыток и понимание, что никакие заклинатели ей не помогут, легко сработали. Вэй Ин теперь мог обслуживать только его. Парень был довольно бесстыжим в постели на самом деле, но с ним Тасянь-цзюнь на какое-то мгновение забывал о том, что является жестоким императором. Он не хотел чтобы юноша слишком долго извивался под ним. Ему куда больше было интересно слушать его мечты, о заклинателях и борьбы с демонами. Рассказами о том, что изобретал некоторые магические печати и инструменты. Но никто его достижения в этом месте все равно бы не увидел и не оценил. Мо Жань и не оценивал. Ему просто нравилось наблюдать за тем, как мечты этого человека постепенно рушатся, но он продолжает заниматься бесполезными вещами. — Вот увидишь, однажды Тасянь-цзюня не будет и тогда в мире будет тишина и порядок. — сказал однажды вечером Вэй Ин. Мо Жань тогда даже не разозлился на эти слова. Он просто накручивал на палец длинную прядь волос Вей Усяня. Он почему-то прекрасно помнил, насколько мягкими и гладкими были у него волосы. А ещё от них… нет… от него, всегда пахло лотосами. — Тишины и порядка в мире больше никогда не будет. Ее не было и до Тасянь-цзюня, просто наш император выставил на обозрения, все что эти идиоты скрывали. — Ты так думаешь? — Я знаю. — Мо Жань улыбнулся и решил себя раскрыть, снимая иллюзию с лица. — Как я могу не знать того, что сделал. Это напугало Вэй Ина. Да, насколько же сладкий ужас отразился на его лице. Стоит, правда, отдать ему должное, он не стал убегать и орать о том, что его убивают. Он побледнел, но заставил себя улыбнуться и извиниться. — Я не злюсь. — Мо Жань дёрнул его на себя, наградив поцелуем, куда более грубым, чем обычно дарил ему. — Пойдем со мной. Я заберу тебя с собой домой. Ты будешь там делать что захочешь. Проводить какие угодно эксперименты с печатями, темной энергией. Я дам тебе все, что пожелаешь. — Мой император… дайте время до следующей нашей встречи. Я соберу вещи, подготовлюсь к тому, что придется жить с вами и пойду. Обещаю. — Вэй Усянь улыбнулся. Так храбро и с такой надеждой, что Мо Жань не решил спорить и силой тащить его с собой. Но в следующий его визит хозяйка сообщила, что он опять сбежал. Мо Жань не придал значения этому «опять». Он вообще не придавал значение последующим словам хозяйки, кроме «сбежал». Он казнил всех, кто работал в этом борделе. И гостей и прислужников и шлюх. А спустя два месяца Тасянь-Цзюнь женился на Сун Цитун и взял наложницу Чу. С тех пор Мо Жань не видел Вэй Усяня. Его сковывала дикая ярость, стоило лишь вспомнить о нем. Он и не вспоминал. Сразу после перерождения, его даже не узнал. Если бы он тогда не показался в Учане, то даже не придал бы этой встрече должного внимания. А в Учане хотел посмотреть на его смерть, но не смог. Спасал чисто на рефлексах. И сейчас это чучело лежит рядом, воняет лотосами, ещё и избивает его. Они вообще не должны были познакомиться до двадцатилетия Мо Жаня. Один из экспериментов Вэй Ина сработал и он переродился? Но запретная техника Возрождения очень сложная. Даже сам Мо Жань не до конца понял, как она работает, что уж говорить о случайном создании. Да и вряд-ли Вэй Ин позволил бы себе, поднять на него руку, зная на что способен Тасянь-цзюнь и как отвечает на обиды. Значит кто-то другой переродился вместе с ним? Тот заклинатель, что освободил Вэй Ина из дома удовольствий? Вполне вероятно. Значит нужно быть осторожнее. Если глаз этого идиота упал на Вэй Ина и отправил его сюда, он знает слабые места Мо Жаня. А Вэй Ин был определено одним из таких слабых мест, даже несмотря на то дерьмо что он сделал. Мо Жань определенно был зол на него. Дико зол. В конце концов Вэй Ин такая же шлюха как Жун Цзю. Один и тот же хер, за горсть золота прода… — Эй, тебе не сильно больно? — Обеспокоенно спросил Вэй Ин, убирая ногу и растерянно поглаживая то место, куда врезал. — Мне показалось, ты сознание потерял. Мо Жань тряхнул головой, пытаясь прогнать образы прошлого. Он расслабил ладонь, выпуская запястье Вэй Ина. Вэй Ин не был шлюхой. Он был только его. Только Мо Жаня и больше ничей. Что касается Ши Мэя? Разве можно срывать нежный цветок, таком грязному псу? Пусть лучше этот цветок растет на воле и радует глаз. Хотя бы до него не доберутся собачьи зубы. — Ты бьешь не настолько сильно. — Мо Жань улыбнулся настолько соблазнительно, насколько был способен. Его руки скользнули по пояснице Вэй Ина вынуждая того, немного прогнуться на встречу. Идеально. Почти так же, как он помнил. — Давай начнем все сначала. — Мо Жань. Я наверное ударился головой и совсем тебя забыл. — Вэй Ин попытался сбросить его руки, но Мо Жань лишь сильнее сжал его в объятьях. — Отпусти, пожалуйста. — Не отпущу. Ты опять сбежишь. — Я тебе снова вмажу. — Ты не станешь отвечать агрессией на ласку. Я тебя знаю. — Мо Жань захихикал, от чего Вэй Усянь шумно вздохнул, считая что у Мо Жаня окончательно поехала кукушка. Но он был очень даже прав. Вэй Усянь просто не может ударить, того, кто не представляет ему опасности. — Мо Жань, я расскажу твоему учителю, что ты ко мне пристаешь. — эти слова сработали куда лучше чем какие-либо действия. Мо Жань резко разжал руки и развалился на дне гроба, словно сломанная кукла. Вэй Усянь с трудом приподнялся на руках, добавляя между ними расстояние. Пожалуй, самое время вспомнить все правила Гусу и посчитать, сколько он их нарушил за последние пару минут. Тут его высокоинтеллектуальные мысли прервал детский хор голосов доносившийся даже сквозь стены деревянной коробки: — Матушка-покровительница браков, услышав наши молитвы, снизошла в этот суетный мир, чтобы направить эти несчастные души и избавить их от мук одиночества. Она благословит вас на вечную любовь в загробном мире. Вей Ин отдал свое тело в распоряжение Чжао Ли и вновь вселился в бумажного человечка. Его глазами он увидел как гробы снизу сияют золотым светом. Статуя богини ожила и спрыгнула с постамента, оставляя за собой огромное углубление на полу. Она долго смотрела на это место, а потом медленно прошла вдоль гробов, обещая всем счастливый брак. Ее когти скребли по крышке гроба. Вэй Усянь почти физически ощутил, так от этого звука у него заныли зубы. Божество вернулось на свой постамент и благословила один из браков. Правда не совсем так, как это хотел бы видеть Вэй Ин. После благословения они набросились друг на друга в страстном порыве, яростного снимая друг с друга одежду. Вэй Усянь прикрыл глаза бумажным рукавом. «Вэнь Нииин» — мысленно воззвал он. — «Кто нибудь! Лань Чжань, да это божество ещё извращённее тебя. Видимо у меня давно не было «каждого дня» раз вселенная за один день подкинула мне столько похабщины!» Но несмотря на то, что он от этого зрелища открестился, любопытство взяло вверх. Он смело предполагал, что трупы просто поваляются в непристойной позе, но никак не ожидал, что мужское достоинство мертвеца вдруг поднимется. Ещё пару секунд он пялился на происходящее, и лишь потом вернулся обратно в гроб. Мо Жань конечно немного чокнутый, но с ним безопаснее. Да и не хочется Чжао Ли оставлять с ним наедине. — Знать бы, что там происходит. — вздохнул Мо Жань. Его рука нахально покоилась на талии Вэй Усяня, но выглядел он теперь скорее скучающе. Чжао Ли… даже не потрудилась его остановить. — Знать не желаю. — ответил Вэй Ин. Если сейчас Призрачная госпожа так пройдется по всем гробам, то живых людей сто процентов найдет. Заклинатели могут защитить себя. Чу Ваньнин уж наверняка не допустить того, чтобы кто-то из его учеников пострадал, но это не значит, что нужно сидеть сложа руки. — Вставайте! Вставайте! Все вы, кто любят друг друга, но не могут быть вместе! Сегодня я дарую вам благословение нерушимых уз! Взамен вы должны поклоняться мне! Вставайте! Вставайте вы все! — раздался голос Призрачной распорядительницы, и вокруг поднялся грохот. Ну что-ж… раз «каждого дня» не избежать… — Эм… знаешь как люди размножаются? — задумчиво спросил Вэй Ин. — Ты сейчас серьезно? — Мо Жань иронично выгнул бровь, и ехидно улыбнулся. — Мог бы наглядно тебе показать. Но ты же у нас такая невинная лапочка. Засмущаешься и убежишь, прямо в лапы этой старухи. Вэй Усянь аж замер, от подобной характеристики. Это он то невинная лапочка? Вспомнив, что они вытворяли вместе с Лань Чжанем, Вэй Ин прикусил язык, и уткнулся в плечо Мо Жаня, чтобы спрятать рвущийся на волю смех. — Что-ж… я могу быть невинной лапочкой, если пожелаешь. — выдавил он, срываясь на слишком низкий тон. Но все же не выдержал и пару раз хохотнул. — А-Ин. Я понимаю, что ты без ума от меня, но только что сам же хотел рассказать учителю, что я к тебе пристаю. Но если ты не против, то давай не здесь. Мы можем снять гостиницу или в комнате на… Не желая слушать дальнейшие планы о том, где бы с ним расправились, Вэй Усянь закрыл Мо Жаню рот рукой и отдал его на растерзание Чжао Ли, переселившись в тело бумажного человечка. Сейчас мертвецы совокупляются в гробах, а значит смотреть на это безопасно. А ведь, когда-то он считал, что нет в мире никого бестыжее его самого. А нет. Есть. Что Мо Жань, что Призрачная Распорядительница, превзошли его по всем фронтам. Тем временем в гробу Мо Жань убрал руку Вэй Ина от своих губ и оставил на костяшках лёгкий поцелуй. В глазах сияло лукавство. — Мо Жань, почему у тебя такие грязные мысли? Я не хочу с тобой ничем заниматься. — Да. То-есть это я сказал: «могу быть невинной лапочкой, если пожелаешь»? Нет. Ты. А теперь Мо Жань виноват, что у него грязные мысли. Ужас, ужас! Разве можно так себя вести, а-Ин. Какой ты непостоянный и невоспитанный. — Мо Жань, ты даже не представляешь, каким невоспитанным я могу быть. — С этим словами Вэй Усянь стал бить кулаками в стенку и крышку гроба и громко стонать, сдерживая ржач, от вида уморительно-удивленного лица Мо Жаня. — Бляяя. — Глядя на свихнувшегося, по его мнению, Вэй Ина, Мо Жань прикрыл лицо руками, чтобы не видеть этого. Однако настолько знакомый голос, вызывал в нем непонятные чувства теплоты и желания поддерживать игру. Мо Жань, резко дёрнул Вэй Ина на себя, затыкая его рот поцелуем. Плевать, что тот потом пожалуется учителю. Главное, чтобы не выносил мозг сейчас. — Эй… — Вэй Ин первый разорвал поцелуй и смущённо зажмурился. — Не делай так больше. — Ты мне запрещаешь? — Определенно. Не смей… — тут его взгляд на мгновение расфокусировался. Сегодня такое было несколько раз, но Мо Жань просто не обращал внимание. Вэй сложил ладонями непонятное заклинание и прижал пальцы к поверхности гроба. Глаза парня засветились алым, а на деревянной крышке, расцвела красная печать. И равно через секунду в крышку вонзились четыре кривых и черных когтя, Призрачной Распорядительницы. Мо Жань вскрикнул от неожиданности, правда сам не мог понять чему удивлен больше. Способностям Вэй Ина или тому, что их обнаружили. Вэй Усянь прикусил губу и тяжело выдохнул. На что он надеялся, когда думал, что богиня не заметит отсутствия питательной энергии от их гроба. Увидев, как она присматривается к ним, вернулся в свое тело и вовремя соорудил защитный барьер. Проблема была в том, что этот барьер из темной энергии, которая пожирает его изнутри. Будь он здесь один, возможно бы даже не сопротивлялся, а позволил себя убить. Ему осталось, не так много. Может быть, смог бы вернуться к Лань Чжаню. Но здесь с ним был ни в чем неповинный человек. — Мо Жань, я сейчас отключусь. Повтори печать с духовной силой. — Вэй Усянь оперся локтем о плечо Мо Жаня, прекрасно понимая, что ему больно, но найти более подходящего положения, чтобы все показать ему не мог. Защитная техника Гусу Лань, была несовершенна для защиты от заклинателей, но против демонов работала как хорошо отлаженный механизм. Голова закружилась от нехватки энергии, а рука с проклятой меткой разболелась. Плюс Чжао Ли от чего-то сходила с ума, вызывая в груди ледяную бурю. Призрачная Паспорядительница уже поняла, что там находятся вовсе не мертвецы и остервенело колотила когтями по дереву. Гроб спасало только заклинание Вэй Ина. Мо Жань спокойно повторил печать, которую показал Вэй Усянь и теперь злая богиня, не могла к ним даже прикоснуться. Вэй Усянь обмяк, полностью падая на Мо Жаня. — Приключения! Ураа! — вяло произнес он, под разъяренный вопль Призрачной Распорядительницы. — Как долго продержишься? — Достаточно. Заклинания довольно легкое, и забирает мало энергии. — отметил Мо Жань. — Тебя научил этому тот заклинатель? Это явно не техника одной из школ. Каким образом ты можешь управлять демонической энергией? Он действительно считает это легким заклинанием? Да чтобы начать им хорошо пользоваться, ученики Гусу должны были несколько месяцев безвылазно тренироваться, отрабатывая печать до идеала. А этот освоил за пару минут. — Потом. Все потом. — Вэй Усянь закрыл глаза, притворяясь спящим. Что-ж, сознание он не потерял, но несколько месяцев жизни точно. Он почти не чувствовал свою руку. Неожиданно Мо Жань перестал пытаться его задеть. Просто погладил его по волосам и продолжил удерживать защиту вокруг них. В темноте его слова прозвучали очень тихо и ласково: — Знаешь, я не сомневался, что ты бы стал великолепным заклинателем. Но не смей портить темной энергией свою жизнь. Она не несёт ничего хорошего. — Он замолчал. Некоторое время вокруг стоял грохот, а потом все стихло. Мо Жань осторожно приподнялся и отодвинул крышку гроба в сторону. Вокруг не было абсолютно ничего кроме выжженного пустыря. Даже стен от храма не было. — А, вышли таки. — Хмыкнул Сюэ Мен. Выглядел он при этом очень уставшим и безумно самодовольным. — А мы тут с учителем всех вас спасли. Мо Жань не постеснялся и очень громко выругался, за что тут же схлопотал затрещину от Чу Ваньнина. За что? Это же его задание, а со всем разобрался этот… маленький петух. А Ши Мэй? Ши Мэй стоял чуть в стороне, немного опустив голову. С ним тоже все было хорошо. Если Сюэ Мен смог его защитить, значит не все так уже и страшно. От этой мысли Мо Жань, захотел, чтобы ему врезали еще раз. Как он вообще мог позволить, чтобы Сюэ Мен спас его Ши Мэя? Вспомнив, что он вытворял в гробу с Вэй Ином, захотел треснуться головой о этот самый гроб. Настолько мозг потек, что совершенно забыл про Ши Мэя. Ещё и решил от него отказаться, ради… ради… — Что с ним? — Чу Ваньнин помог Вэй Усяню сесть и направил в его груди светлую энергию. Парень закашлялся и согнулся пополам, выплевывая черную кровь. Мо Жань с отвращением отодвинуть подальше и хотел было объяснить, что произошло, но тут Вэй Усянь сам подал голос. — Выходи. Из его груди выпорхнул белоснежный свет, обретая облик миловидной девушки-духа. — Вы, два извращенца! — она ткнула пальцем сначала в Мо Жаня, потом в усмехнувшегося Вэй Ина. Он стал чувствовать себя заметно лучше, после того как призрак покинул его тело. — Запомни, я тебе больше так помогать не буду. Это очень больно, а ты… будешь жить? — Кого я целовал в гробу? — спросил Мо Жань. — Чжао Ли, это… ты? — все самодовольство Сюэ Мена испарилось. Так как все три фразы прозвучали одновременно, ответы тоже были одновременно. — Буду. — ответил Вэй Усянь. — Кого ты целовал в гробу? — Чу Ваньнин подозрительно прищурился, словно рядом было много кандидатов. — А-Мен, хи-хи… ты подрос. — Чжао Ли нервно помахала ему рукой.