Бремя крови

      Идя по маршруту основной части тагленских войск, Тэхён встречал на пути одни разрушения и смерть. В сёлах горели дома, огонь постепенно перекидывался на деревья и распространялся по округе. Живых нигде не было. Омега находил только редких демонов, те, видимо, отбились от строя, и умерших. Тела людей, которых зверски убили, но не стали обращать, лежали на земле.       Демонизируя умерших, Тэхён задавался весьма практичными вопросами. Он думал о том, что после окончания битвы хаос не прекратится.       Опытные жнецы обязательно прибудут на поле боя, как только сражение поутихнет, и займутся упокоением скончавшихся и развеиванием остатков душ демонов. Демона мало лишить сил и нейтрализовать, «убийства» мертвеца недостаточно, чтобы расправиться с ним окончательно. Неупокоенная душа, потеряв свою физическую оболочку, через время переродится вновь в новом теле. Станет бесёнком или чёртом, а может и вовсе атипичным демоном.       Демоны первого класса не представляют катастрофической опасности до тех пор, пока их не становится слишком много в одном месте. После войны, как ни старайся, упокоить всех не получится, неизменно случится всплеск появления демонов. Самое страшное, что с высокой вероятностью это будет опасный тип, свирепые и жаждущие крови мертвецы.       — Если погибнет много магов и их всех не смогут упокоить, появится третий класс, — бубнил себе под нос Тэхён, пока подчинял и брал под контроль восставших из мёртвых. Его отряд рос как на дрожжах. — Только невосприимчивых к магии демонов не хватало. От них попробуй избавься.       Тэхён старался не задерживаться надолго в населённых пунктах, через которые ему приходилось проходить. У него не было времени на промедления.       Двигаясь как никогда быстро и строго придерживаясь намеченного курса, Тэхён нагнал одного из северных жнецов с несколькими десятками демонов. Интересно, почему тот отстал от остальных?       Уточнять Тэхён не стал. Не на все вопросы необходимо узнавать ответы. Вместо этого омега напал первым, пока жнец их не обнаружил. В его власти было меньше демонов, чем у тагленского жнеца, зато он был превосходным натренированным стихийником, и фактор неожиданности играл ему на руку.       Демоны кинулись на жнеца и его мертвецов. Тот в первую секунду не понял, что случилось. Упыри вдруг сцепились, стали биться. Совершенно нетипичное поведение. Демонам друг для друга нет дела, каннибализмом они могут промышлять лишь от совсем дикого голода.       Верхом на лошади Тэхён влетел в самую гущу происходящего.       Из-под земли поднялись корни деревьев, хватая лошадь жнеца за копыта. Кобыла испуганно заржала, засуетилась и задёргалась, пугая своего наездника.       Мощный воздушный толчок сбил седока из седла, с высоты роняя на землю. Корни тут же отпустили ноги лошади, и та метнулась в сторону, сбивая подвернувшихся на пути демонов.       Не успел ударившийся о землю жнец опомниться, как в него полетели огненные стрелы. Инстинкт самосохранения сработал автоматически. Демоны скакнули, заслоняя его, и приняли удар стрел на себя так же рефлекторно, как если бы жнец попытался прикрыть руками голову от направленного на него крепкого кулака.       Тэхён не давал времени сообразить магу, что делать. Он, невзирая на то, что от беспрерывного применения стихийной магии силы таяли быстрее, вновь прибегнул к земле. Корни перекинулись через ноги жнеца, как путы. Они держали его не слишком крепко, если бы не нападение, он бы выбрался из внезапного капкана. Пока жнец не успел освободиться, Тэхён запустил в него ещё несколько огненных стрел, и одна попала. Столкнувшись с телом, огонь вмиг разорвал жнеца на части.       Демоны тут же лишились его властной воли и вышли из-под контроля, а значит, больше не пытались биться со своими сородичами. Мертвецы куда больше заинтересовались сильным стихийным магом. Но интересоваться им предстояло недолго. Вскоре Тэхён перехватил контроль, и его маленькая армия упырей вдруг выросла почти в два раза.       Позже, завидев, как ещё одна группа демонов во главе со жнецом вышла на путь к косе, скорее всего, до этого они свернули с главного маршрута в другую сторону, к деревням, в которых можно было убить и демонизировать народ, Тэхён увеличил своё демоническое войско до целой сотни.       Сравнивая ощущения от стихийной магии и запрещённых в Хэвенисе направлений жнечества, Тэхён удивлялся, как мало энергии нужно на то, чтобы демонизировать мертвеца и привязать его к себе. Да, демоны постепенно сжирали запас его внутренних сил, зато для самих жнеческих обрядов почти не нужно было энергетических ресурсов. Чего не скажешь о стихийной магии, особенно если приходиться создавать магическую материю, а не обращаться к природной. Метание разрушительных огненных стрел не на шутку подкосило омегу.       К счастью, усталость эта была временной. Тэхён прямо на ходу вытащил еду из сумки, немного пожевал, попил воды и сразу же почувствовал себя лучше. Академические тренировки не прошли даром, он научился должным образом выдерживать применение стихий в течение длительного времени. О, если бы только юный мальчишка-первокурсник из прошлого услышал о том, каким в будущем он будет выносливым стихийником, то, скорее всего, не поверил бы. Количество стихий в распоряжении не удивляло столь же сильно, как то, сколько этими стихиями Тэхён способен пользоваться.       Омега продолжил движение. И поздним вечером, приближаясь, но ещё не достигнув поля боя, он понял, что он наконец-то на месте. Сотни метров отделяли его от участка, где сейчас бились маги Хэвениса против тагленских жнецов. Несмотря на расстояние, был слышен гул боя. В тёмном небе мелькали вспышки света. Приближаясь к линии боя, Тэхён всё яснее различал ужасающую песнь войны.       Глазам предстала скверная картина. В одну кашу смешались люди и демоны. Между воплем и хрипением мертвецов раздавался человеческий крик и визг. Гремели взрывы и стихийные толчки. Воздух пах дымом и солёной кровью, никакой вечерней свежести.       Тэхён придержал лошадь, остановился в отдалении от боя, оценивая обстановку. Хватило беглого взгляда, чтобы понять: Хэвенис держится всё менее уверенно, южане постепенно отступают под натиском демонов.       Страшное оружие — демоны. Они быстро двигаются, не испытывают боли и страха, не имеют сознания и воли. Их кидают в бой, и они легко уносят множество чужих жизней, не заботясь о своей. Это не в их природе. С чего бы мёртвым волноваться о том, что их убьют? Это однажды уже случилось.       Тэхён прикинул, куда может нанести удар и где его поддержка окажется полезнее всего, и двинулся в ту сторону, запуская в воздух зелёный сигнальный огонь. Он был уверен, что Хэвенис не воспримет его появление как добрый знак, не поверит в то, что он пришёл не в качестве врага. Тем не менее он должен был показать и дать понять, кто он.       Не успев достигнуть места, где вёлся бой, в небо со стороны Хэвениса взметнулся предупреждающий жёлтый огонь.       Тэхён остановился. Демоны вместе с ним застыли как вкопанные.       Он был уже совсем близко. Со своего места Тэхён отчётливо видел, как сильно магам нужна помощь. Он мог разглядеть тех, кто рьяно бился против мертвецов, разглядеть, как упыри хватали людей и вгрызались в них зубами. Ему ничего не стоило вступить в схватку, отправить своих демонов на перехват тагленских упырей и облегчить участь южных магов, но Тэхён этого не сделал.       Жёлтый сигнальный огонь требовал его остановиться и ничего не предпринимать. Если Тэхён хотел, чтобы командование со стороны Хэвениса восприняло его как дружественную, а не вражескую силу, то он должен был беспрекословно подчиниться приказу.       Тагленские жнецы обратили на него внимание, но не стали ничего предпринимать, увлечённые боем с южанами. Пока Тэхён не выступал, они не могли понять, за кого он пришёл биться. Обмен сигнальными огнями с южанами мог быть простой уловкой, направленной на то, чтобы ослабить их бдительность.       Со своих позиций они не могли разглядеть среди демонов Тэхёна товарищей-жнецов и умерщвлённое начальство. Тэхён глянул на Ночного Огня, его труп он расположил поблизости, чтобы пользоваться им для защиты. В знании, что в любой момент он может бросить тело генерала под удар вместо себя, было нечто приятное.       Тэхён смиренно ждал дальнейших распоряжений, следя за сражением демонов и магов.       Тем временем по другую сторону боевой линии, в месте, где расположилось командование войска Хэвениса, происходило чёрт знает что. Старшие офицеры собрались и страстно обсуждали появление Ким Тэхёна. О том, кто привёл за собой новую сотню демонов, они узнали довольно быстро. Ближайшая к омеге группа опознала его и тут же доложила об этом командованию, направив бабочку с коротким сообщением. Отправить посыльного было проблематично, кругом бушевали демоны, и отсылать с передовой хоть одного человека, способного биться, они не могли. Зато у них имелись бабочки, артефакты, которые быстрее всякого солдата передали бы послание начальству.       — Какого чёрта мы ждём?! Нужно действовать! — вскрикнул один из членов совета, руководящего операцией.       — Товарищи офицеры! — раздался голос посыльного, объявившего о появлении Чонгука. — Его Высочество Чон…       Не успел молодой мужчина договорить, как тут же его перебил другой офицер, обращаясь к старшему командиру, за которым было последнее слово.       — Товарищ генерал, вы это всерьёз? Разве вы не понимаете, что принц Чонгук не может быть беспристрастным!       — Товарищи офицеры, — Чонгук, слабо понимая, о чём говорили военные в эту минуту, пока маги во всю бились на поле, попытался привлечь внимание.       — Сейчас мы не можем действовать поспешно, не оценив обстановку! — вступил Кан Гвансон, отвечая возмущающемуся офицеру.       — Я сомневаюсь, что привлечение принца Чонгука, крутившего шашни с тагленским шпионом, хоть чем-то поможет оценить обстановку, — грубо сказал офицер, не робея и не переживая о том, что принц, о котором он высказался в до ужаса непозволительном тоне, стоит рядом и всё слышит. Сейчас мало кого заботили приличия. — Ким Тэхён шпион и предатель. Вы что ли не видите, этот омега нацепил на себя тагленскую форму и привёл за собой множество демонов. О чём мы вообще толкуем!       — Следите за языком, — строго отозвался старший командующий и посмотрел на Чонгука.       — Ким Тэхён подчинился приказу и остановился, не вступая в бой, — заметил Кан Гвансон. — И он до сих пор не сдвинулся с места.       — Всё это лишь уловка!       — Я не могу быть на сто процентов уверен в обратном, — согласно кивнул Гвансон. — Но мы уступаем демонам, вы сами видите, в каком положении мы оказались. У нас большие потери. Много убитых, куда больше раненых. Мы не в том состоянии, чтобы бороться с ещё большим числом мертвецов.       — И что вы предлагаете? Не считать за угрозу предателя?       — Я лишь пытаюсь не допустить того, чтобы мы действовали необдуманно в сумбуре битвы. Сохраняйте благоразумность.       — Чонгук, — раздался голос старшего офицера, — что ты думаешь? Какие намерения могут быть у Ким Тэхёна. Ты знаешь его лучше нас.       Чонгук на миг замялся, оглядывая военных. В голове разом пронеслось столько всего. Альфа не находил в себе однозначного ответа.       — Если вы спрашиваете о том, на чьей стороне Ким Тэхён, я не знаю, — честно ответил Чонгук, мгновенно встречая неприятную реакцию военных, мужчины относились к ситуации с пренебрежением и не выбирали выражений. — Но есть то, в чём я уверен точно. Ким Тэхён против любой войны, против гибели людей и злостной смерти. Я считаю, что он не способен управлять демонами для убийства. Быть может, для защиты и угрозы, но никак не для разрушения.       — Пока он не противится указаниям, — командующий обратился к одному из офицеров: — Пошлите Ким Тэхёну бабочку с чётким требованием оставаться на месте и не вступать в бой. Чёрным по белому напишите. А вот ответа мы от него получить не сможем.       — Нужно направить кого-то, чтобы выяснили его намерения, — сказал генерал Кан.       — Слишком рискованно. Если и получится миновать сражающихся демонов и линию боя, то выйдя к Ким Тэхёну и его упырям, посыльный окажется в слишком опасном положении. Его смогут разорвать в один миг.       — Я могу это сделать, — уверенно произнёс Чонгук. — Даже если Тэхён пришёл, чтобы биться за Таглен, не думаю, что он атакует меня.       Тэхён был шпионом с севера и вечно врал, несмотря на это, Чонгуку хотелось верить, что омега его любил. Судьба распорядилась по своему желанию и поставила их по разные стороны баррикад. Всё внешнее разъединяло их, делало врагами, но чувства определённо точно были. Любовь вопреки обстоятельствам, положению, политике и убеждениям зародилась и окрепла. Тэхён мог делать ужасные вещи, мог стать монстром, разрушить весь мир, но Чонгука он не осмелился бы серьёзно ранить и убить, что бы ни случилось. Также как и Чонгук не смог бы ничего сделать с Тэхёном. Ведь они оба любили друг друга. Эта любовь доставляла не только радость и счастье, она причиняла боль и изматывала, но она была. И это невозможно изменить.       — Исключено, — сказал старший офицер.       — Отправим Германа? — предложил Гвансон.       — Где он?       — В шатре, — генерал указал за спину, где в отдалении расположился не лагерь, и даже не его подобие, лишь спешно выставлена палатка, — на кормлении. Восстанавливает силы.       — Кот тоже тут? — удивился Чонгук, понимая, про какого Германа идёт речь.       Командир кивнул и обвёл взглядом офицеров. Те задумались и вроде не собирались более высказывать возражений.       — Тогда решено.       Несколько раз, когда Тэхён видел, как демоны кусают магов, то порывался броситься в бой и помочь. Одного парнишку, совсем молодого, походившего на студента, убили прямо на глазах.       Нет, Тэхён не мог ничего сделать, ему приказали оставаться на месте.       В подтверждение приказа, поданного сигнальным огнём, ему прилетела бабочка, в которой предельно чётко изложили, что от него хотят.       Смотреть на то, как умирают люди, оказалось невыносимо. Тэхён плотно сжал губы, не позволяя себе упускать из виду ведущийся бой. Если он не может биться с остальными, то должен наблюдать, анализировать, оценивать, строить план будущих действий, пока ему дают такую возможность. На душе было гадко, сердце болело от того, что он снова допускает чью-то гибель. У него не вышло уберечь Юнги, но этих-то магов он способен спасти от смерти.       Нет, у него приказ, напоминал себе Тэхён.       Как хорошо, что тагленские жнецы не имели возможности вырваться из боя и направиться к нему. Как бы он объяснил, для чего прибыл? Да, пускай Хэвенис и уступал, но и успехи Таглена не были настолько впечатляющими, чтобы точно заявить, что они превосходят по силе и непременно одержат победу.       Тэхён решил, он будет ждать столько, сколько нужно. Он не считал себя самым умным. Он определёнлённо был силён и в бою мог удивить своей мощью, однако опыта, особенно боевого, ему недоставало. В сущности, он ещё мальчишка, молодой омега, не закончивший обучение. Он не смог разобраться со своей жизнью, так с чего бы ему думать, что он способен разобраться с целой битвой.       В темноте ночи Тэхён уловил движение. Впереди что-то быстро мелькнуло. Омега приготовился защищаться и атаковать. На его радость, этого делать не пришлось. Чёрное пятно объявилось совсем близко, показалось в воздухе и приземлилось на голову рядом стоящего демона.       Тэхён выдохнул.       Он увидел три светящихся огонька во тьме и узнал того, кто появился перед ним.       — Кот, — с чем-то похожим на нежность произнёс Тэхён.       — Я бы сказал, что рад тебя видеть, да не могу, пока не прояснится несколько моментов, — Герман впился когтями в голову упыря и посмотрел на омегу во все три красных глаза. — Чей ты? С какой целью пришёл?       — Я не враг, Герман. Я здесь, чтобы помочь вам.       — Для помощи ты привёл кучу демонов?       — Собрались по пути. Я встретил несколько групп со жнецами, направляющихся сюда. Жнецы убиты, их демоны переняты под мой контроль.       — Сколько их тут? — Кот ударил хвостом по демону, на котором сидел. Уж очень его напрягало количество мертвецов, которых удерживал омега.       — Около сотни, я сбился со счета.       — Разве возможно столькими управлять? Это безумие!       — Как видишь, получается. Не труднее стихийной магии. У меня хватит сил. Это, — Тэхён указал на упыря, на котором устроился Герман, — Ночной Огонь, приближённый императора и тагленский генерал, затеявший войну. Командование наверняка знает, кто он такой. Я его убил. Видимо, никто из тагленских жнецов до сих пор не знает о смерти своего командира. Но это и не первостепенно, смерть Ночного Огня не пошатнёт их. Они не отступят несмотря ни на что.       Тэхён снял с себя тканевую сумку и протянул её Герману.       — Вот, подробные планы наступлений войск Таглена. Там есть всё, начиная от нападения с севера и высадки на Скаоз, заканчивая выступлением демонов на Дургаре. Ты сможешь доставить их командованию?       — Смогу, — Герман перехватил поудобнее сумку. — Если всё, что ты говоришь, правда, то ты знаешь, что делать.       — Знаю. Ничего. Обещаю, я не сдвинусь с места, пока не получу на то позволения.       Демон быстро кивнул и спрыгнул с упыря.       — Герман!       Кот глянул на омегу.       — Чонгук… С ним всё в порядке?       — Живой, — только и ответил Кот, тут же сливаясь с ночью.       Сердце омеги на миг оборвалось. Неужели Чонгук тоже здесь и прямо сейчас борется с демонами?       И снова Тэхёну пришлось ждать. Ему начало казаться, что время стало вязким и тягучим. Люди и демоны мельтешили перед глазами, пытаясь уничтожить друг друга. К крикам и шуму боя он начал привыкать, не дергался и не вздрагивал, когда слышал особенно громкий вопль или взрыв. Это пугало. Отсутствие всяких чувств и реакций ощущалось как ошибка, нечто неправильное. Люди должны чувствовать, когда происходит что-то ужасное, они не пустые хищники, как демоны.       Прямо в руки Тэхёна влетела бабочка. Омега быстро прочитал короткое сообщение, которым командование Хэвениса дало ему позволение вступить в бой. Вместо сигнального огня они выбрали письмо, чтобы сразу не привлекать внимания врага.       Больше Тэхёну ничего не было нужно. Он рванул с места, демоны устрашающим строем пронеслись мимо него и нырнули в сражение. Упыри хватали себе подобных, не давая тагленским демонам бросаться на людей. Мертвецы, которых вёл Тэхён, быстро и чётко разрывали всех попадающихся на пути демонов на части.       Поначалу маги испугались. Они не могли поверить своим глазам. Где это видано, чтобы демоны боролись друг с другом, защищая людей? Правда, подобная поддержка оказалась очень кстати. Благодаря этому часть сильно раненных стихийников вытащили из эпицентра боя и стали оказывать посильную помощь.       Тэхён был сильным, он быстро учился и крепко держал демонов под контролем, однако никогда не тренировался вести ими бой. Из-за банальной неопытности он оказался не столь же ловок и осмотрителен, как северные жнецы. В один момент ему пришлось управлять целой сотней упырей, контролировать их и то, как идёт бой, про то, что нужно защищать ещё и себя, он совсем позабыл.       Поняв, что Тэхён не на их стороне, тагленские маги направили нежить на омегу. Сами они умело защищались от стихийных атак, потому до сих пор почти никого из них не убили. Жнецы незаметно приблизили упырей к Тэхёну, в темноте, окутавшей землю, было непросто что-то разглядеть. Демоны с нечеловеческой прытью скакнули в воздух и бросились на омегу со спины. Когда он почувствовал неладное, было слишком поздно.       Раздался хлопок, его что-то толкнуло в спину, лошадь недовольно заржала. Тэхён удержался, метнул взгляд вбок и увидел, как вместо того, чтобы столкнуть его с седла, демоны отлетели на несколько метров и рухнули в сторону. Их сбили резкие воздушные толчки. В тот же миг рядом пронеслась лошадь, и Тэхён услышал родной голос:       — Будь осмотрительнее! — вскрикнул Чонгук и резво развернул кобылу, с его рук сорвались стихийные огни и полетели в очередных приближающихся демонов. — Не видишь что ли, тебя очень хотят убить.       Тэхён ничего не ответил, только глянул на Чонгука, не зная, рад ли он встречи с ним. То, что они вынуждены были столкнуться на поле боя, все в ранах и крови, не могло радовать. Омега мелко кивнул и вновь сосредоточился на демонах, которыми управлял, параллельно следя за тем, чтобы к нему никто не подобрался.       Как только его упыри включились в бой, силы стали стремительно сокращаться. Время от времени приходилось прибегать к стихийной магии, защищаясь от рвущейся к нему нежити. Несколько демонов оставалось рядом с ним, однако для обороны он первым делом рефлекторно прибегал не к ним, а к своим стихиям.       Чонгук оставался рядом. Он кружил верхом неподалёку от Тэхёна, то и дело метая в мертвецов огненные стрелы и пихая их воздушными толчками. Оберегал.       Положение бьющихся быстро менялось. Численность демонического войска северян всё уменьшалась. Силы Хэвениса, вымотанные и истощённые, постепенно расправлялись с обидчиками.       — Справа! — крикнул Чонгук, понимая, что не попадёт в нападающего, не задев самого Тэхёна.       Омега успел среагировать. Его демон взметнулся и поймал вражеского упыря, задерживая. Чонгук пронёсся мимо, обнажив меч, и рассёк мертвеца.       Тэхён, чувствуя, что удерживать демонов становится всё труднее, вытащил из кармана бутылёк с зельем и сделал несколько глотков.       — Как ты? — снова раздался голос альфы.       — В порядке, — кивком ответил Тэхён.       Северяне, прекрасно видя, что демонов на поле боя становится всё меньше и меньше, а маги, невзирая на глубокие раны и отсутствие сил, решительно намерены расправиться с ними до конца, поняли, что им не выстоять. План провалился. Однако отступать и бежать с поля боя нельзя. Они не струсят перед лицом мерзких южан, возомнивших себя невесть кем и не дающих им человеческой жизни на протяжении многих лет.       Несмотря на то, что разгром лишь дело времени, их додавят и растопчут, жнецы должны нанести Хэвенису наибольший удар. Пускай южане придут в ужас от их мощи. Если победа и достанется им, то только непомерно страшной ценой.       Речи о борьбе ради продвижения на Скаоз больше не было. До сего момента демоны бились, ведомые целью выйти с косы на крупный остров. Теперь же их приказ требовал одного — кровавого, бесчеловечного убийства. Остатки демонов, и те, что бились, и те, что защищали жнецов, рванули на магов Хэвениса, раскрывая пасти и обнажая зубы. Они вгрызлись в их тела, пожирая заживо, зверски отрывали куски плоти и перегрызали кости. И хоть их быстро одолели демоны Тэхёна, те увечья, которые они доставили своим последним рывком, оказались кошмарно существенны и многочисленны.       Остались только тагленские жнецы. Те быстро собрались вместе и единой группой отступили назад, подальше от южан. Их уже ничто не могло спасти. Они зачем-то спешились и прогнали лошадей, в темноте было тяжело разглядеть.       Тэхён устало вздохнул, зная, что осталось немного. Несколько магов, командующих отрядами, оказались рядом с ним и указали на жнецов. Их нужно было догнать и убить.       Военные погнали лошадей и отправились за жнецами. Демоны омеги обогнали их, несясь впереди. Чонгук по-прежнему был рядом, внимательно наблюдая за обстановкой и Тэхёном.       Тэхён направил упырей в сторону сгруппировавшихся жнецов, понимая, что убить их будет несложно, но не успели ни мертвецы, ни люди достигнуть тагленцев, как те, словно по команде, рухнули на землю.       Военные поражённо переглянулись. Тэхён поймал ничего не понимающий взгляд Чонгука и вслед за ним пришпорил лошадь, заставляя её двигаться быстрее.       Когда они подошли к жнецам, то им открылась странная, шокирующая картина. Ни у кого не находилось слов.       Перед ними ничком на земле лежало несколько десятков точно мёртвых, бездыханных магов. Чонгук первым слез с лошади и, придерживая рукой магическое оружие, осторожно приблизился к северянам, с опаской осматривая их. Он слегка толкнул носком сапога ближайшего. Никакой реакции.       — Мертвы, — произнёс принц.       Повисла гробовая тишина. Остальные военные спешились, осмотрели каждого жнеца и пришли к тому же выводу.       — Что за чертовщина? — сказал один из командиров. — Я такого никогда не видел.       — Они убились, — отвечал второй. — Все разом. Лишь бы не мы их покарали?       В голове Тэхёна замаячила догадка, но мир вокруг вдруг поплыл. Он крепче схватился за поводья, стараясь усидеть в седле. Разгорячённые сражением демоны, истратившие силы на бой, быстрее вытягивали из него энергию, которой осталось не так уж много.       — Похоже на… — подал голос Тэхён и не договорил. Его повело и качнуло, он почувствовал, как падает, быстро летя вниз тяжёлым грузом.       Вместо того, чтобы удариться о землю и расшибиться, Тэхён ощутил, как его тело больно и сильно сжали крепкие руки. Чонгук, завидев, что омега не в порядке, вовремя оказался рядом и успел его поймать.       Демоны, бывшие под контролем Тэхёна, вздрогнули и слегка дёрнулись.       — Тэхён! — Чонгук опустился на землю с омегой на руках и взял его за ослабшую голову, вглядываясь в лицо.       Позади раздались голоса. К ним приближались другие военные. Подойдя ближе и взглянув на трупы тагленских жнецов, они грязно выругались.       — Ритуальное самоубийство, — заключил Кан Гвансон. — Гады. Если у них всё получилось, то скоро в Хэвенисе станет на несколько десятков больше разумных демонов.       Тэхён прислушался к разговорам, прикрывая глаза и шумно дыша. Веки стали тяжёлыми, очень захотелось спать.       Внезапно один из демонов пришёл в движение и кинулся на ближайшего мага. Маги закричали. Мертвеца быстро обезвредили. Все взгляды обратились к Тэхёну, лежащему на руках Чонгука. Мужчины подскочили к нему, кто-то гневно заорал. Сквозь офицеров протиснулся врач и опустился на колени рядом с омегой и принцем.       — Ты вздумал натравить на нас свою нежить? — ругался какой-то офицер.       — Тэхён, — зазвучал голос Чонгука.       Тэхён услышал его на грани сна и яви, сознание на миг его покинуло, и он отключился, но тут же очнулся, чувствуя болезненный удар по щекам и слыша испуганные крики множества военных.       — Он истощён, — сказал врач, осматривая омегу, — и не продержится долго. Энергии не хватает на питание стольких упырей.       — Значит, с нежитью нужно покончить раньше, чем он отключится, — Гвансон кивнул на омегу и подошёл ближе, склоняясь над ним со стороны Чонгука. — Выскочка, слышишь меня?       Тэхён еле приоткрыл глаза и слабо кивнул, всматриваясь в расплывающееся лицо генерала.       — Нельзя спать. Иначе демоны выйдут из-под контроля. У вас есть нужные зелья? — последние слова альфа обратил к врачу.       — Конечно.       Тэхён дрожащими пальцами схватил доктора за руку и, нахмурившись, с трудом сфокусировал на нём взгляд.       — За сегодня… я… я выпил уже три или четыре зелья, — сипло сказал омега и разжал ослабшие пальцы, отпуская.       Врач замер, поджимая губы и неодобрительно смотря на Тэхёна.       — Напоите его зельями, пока нас не сожрали! — крикнул офицер, когда ещё один из упырей вышел из-под контроля и попытался напасть на него.       — Нельзя, — строго ответил доктор и покачал головой, давая понять, что он как никогда серьёзен. — Если дам ему ещё зелья, он может попросту не выдержать такой нагрузки. Сердце остановится.       — Вы понимаете, что если он отключится, все эти демоны, — крикливый офицер обвёл мертвецов вокруг, — первым делом кинутся на нас?       Веки Тэхёна медленно поползли друг к другу, а после резко раскрылись, когда его встряхнули. Чонгук сжал его в своих руках, неотрывно смотря в глаза.       — Тэ, — почти прошептал альфа, осторожно касаясь щеки омеги, — потерпи ещё немного, не отключайся.       — Я постараюсь.       — Смотри на меня. Не закрывай глаза.       Тэхён кивнул и буквально заставил себя во все глаза смотреть на Чонгука. В ушах звенело, виски разрывало от острой боли, всё тело одномоментно заболело, мышцы заныли, кости заломило. Тяжесть последних дней обрушилась на него. Наверное, перестало действовать обезболивающее зелье.       Чонгук сжимал его в своих руках, переговариваясь о чём-то с генералом Каном. Тэхён слышал их голоса, до него долетали отдельные слова, только в кучу они никак не складывались. Не мог понять, о чём говорили альфы.       — Тэ, — Чонгук привлёк его внимание тихим голосом, — мне нужно, чтобы ты отпустил не всех демонов разом, а всего несколько. Ты можешь это сделать?       — Не знаю.       — Попробуй.       Тэхён сжал предплечье альфы и подтянулся повыше, пытаясь сесть. Он напрягся. Взглядом нашёл нескольких демонов поблизости и сконцентрировался на них. Видя перед собой упырей, ему было легче контролировать их. Омега сосредоточился и разорвал энергетическую связь именно с этими демонами. Упыри дрогнули. Их перестала подпитывать энергия могущественного мага, и им нужен был новый источник силы. Раньше, чем они успели на кого-нибудь напасть, опытные военные их уничтожили.       — Отлично. Молодец. Ты умничка. Давай попробуем ещё.       Чонгук направлял Тэхёна, говорил, что ему делать, был рядом и буквально удерживал его в сознании. Как только доктор видел, что омега начинает терять связь с миром, то бил его по щекам и пытался привести в чувство другими способами. Чонгуку не нравилось, что Тэхёна с силой хлестают, он и так был плох, но приходилось сдерживаться. Альфа прекрасно понимал, что по-другому просто никак.       Постепенно демонов становилось всё меньше и меньше. Упыри выходили из-под контроля Тэхёна по несколько штук, и с ними тут же расправлялись военные маги. Одолеть всех разом они могли не суметь. А так методично и верно сокращали численность, избегая опасности.       Тэхён делал всё, что велел Чонгук. Ему было приятно слышать его голос, нравилось ощущать его прикосновения, тепло тела. Во взгляде альфы он не видел ненависти, наоборот, там была мягкая нежность и забота. После всего, что Тэхён сделал, Чонгук ещё как-то мог на него смотреть с любовью.       На глазах омеги проступили слёзы. Его руки и ноги задрожали, словно в судорогах, тело заколотило.       — Не плачь, Тэ, — сказал Чонгук, утирая слёзы с его глаз и посматривая на вдруг ставшего взволнованным доктора. Врач принялся за омегу, принц не понимал, что именно тот делает, но не препятствовал.       — Гук, — слабо прошептал имя альфы, — прости меня.       Чонгук молчал, ничего не отвечая. Ему было что сказать Тэхёну, только говорить у всех на глазах он не мог.       — Юнги убили, — омега дрожал с каждой минутой всё сильнее. Слёзы стали крупнее, ручьями потекли по щекам. Он не мог не плакать, думая о Юнги. — Я не смог его спасти. Он спас меня, а я его не смог. Я был обязан ему жизнью. Если бы не хён, я никогда бы не встретил тебя. Гук, прости меня. Я много лгал.       Тэхён почувствовал нестерпимую потребность именно сейчас сказать Чонгуку всё, что должен. На него нашёл страх того, что он может не успеть, что времени на то, чтобы объясниться, не хватит. Ощущение, будто он умрёт с минуты на минуту, захватило его, он чувствовал давление силы, вцепившейся в него и вытягивающей последнюю жизнь. Неужто смерть идёт за ним?       — Ваше Высочество, отпустите его, — скомандовал врач.       Чонгук не решился противится, укладывая омегу на землю.       — Нет, пожалуйста, Гук, не оставляй меня, — Тэхён слабо зашевелил рукой, хватаясь за альфу.       — Я здесь и никуда не уйду, — Чонгук поймал пальцы омеги и сжал. Он весь побледнел, его затошнило от нахлынувшего страха. Он не был врачевателем, но не мог не понять того, что Тэхён подступил к страшной грани. Что будет дальше? Принца сковал жуткий ужас.       — Встреча с тобой — лучшее, что случалось в моей жизни. Прости меня за всё враньё и умоляю, не думай, что я лгал о своих чувствах. В этом никогда не было притворства. Клянусь. Я очень тебя люблю, Чонгук, — Тэхён обмяк. Он не мог больше хвататься за явь.       К счастью, в его управлении осталось не так много демонов. Упыри вышли из-под контроля, и с ними успешно справились маги.       Доктор поднёс к лицу омеги небольшую коробочку и заставил вдохнуть травы из неё. Сопротивляться дальше не вышло. Глаза закрылись, голову окутала сладкая пелена, и омега наконец крепко заснул манящим сном.       Чонгук сглотнул, поднимая глаза к врачу.       — С ним же всё будет в порядке?       — Надеюсь. Он крайне истощён. Лучшее лекарство от этого — время и отдых. Правда, сколько его понадобится, никто не может знать наверняка.

·•°•·✧·✦·✧·•°•·

      После сражения с демонами маги, что не получили серьёзных увечий в бою, отправились вглубь Дургара. Битва против жнецов и нежити не была окончена. На острове их ждал бушующий огонь, не задержанные вражеские маги и немалое количество демонов, заполонивших остров. Творился хаос, в жизнь воплотился самый страшный кошмар. Все силы были брошены на спасение Дургара и его жителей.       Погибших и раненых было много.       На острове косы, где проходила битва, раскинули полевой госпиталь. Отправляться на Дургар было слишком опасно, там и без них сейчас хватало проблем, а дорогу до Скаоза раненые маги могли не перенести.       На следующий день после боя с южной стороны Скаоза прибыли жнецы для упокоения умерших. Вместе с ними пришли и силы поддержки из военных и магов, отправившихся прямиком на Дургар.       На то количество магов, что оказались ранены, врачевателей категорически не хватало, потому лечение протекало медленно и сложно.       Ещё через несколько дней стало известно о том, что войска Хэвениса дали отпор нападавшим на севере и разгромили вражескую армию. Пак Яран в срочном порядке выезжал к Дургару.       На косу он прибыл спустя неделю. Госпиталь по-прежнему стоял недалеко от места сражения. Часть раненых, тех, кому стало лучше, отправили на Скаоз, часть по-прежнему не решались транспортировать, леча на месте. Благо к этому времени докторов стало больше, прислали подмогу прямиком из столицы.       Пак Яран появился в обед. Он старался не показывать слишком явно своего волнения, однако всем всё было понятно. Первым делом альфа попросил проводить его к сыну, который, как он знал, не отправился на Дургар из-за травм и не уехал на Скаоз.       — Чимин, — с облегчением произнёс главнокомандующий, видя сына, на первый взгляд пострадавшего не слишком серьёзно.       — Отец, — Чимин, сидящий на стуле рядом с постелью Намджуна, обернулся и поднялся.       Сердце дрогнуло. Омега подался к родителю и оказался в его крепких, сильных объятиях. Чимин прижался к широкой груди, зарылся носом в плечо отца и сжал его в ответ, как никогда радуясь встрече.       — Ты в порядке? Что с тобой?       — Демон цапнул, но меня уже подлатали. Остались только ссадины да ушибы, — с слышимым счастьем в голосе ответил Чимин и улыбнулся. Отец отстранился, взял его за плечи и осмотрел, облегчённо выдыхая. Переживания за сына безумно измотали его родительское сердце.       — Добрый день, товарищ главнокомандующий, — поприветствовал Ярана Намджун, лежа в постели.       Ему, к несчастью, повезло меньше, в сражении он получил куда более страшные ранения. Доктора обещали ему, что помогут, сделают всё возможное, что в будущем он обязательно вылечится и восстановится, а пока нужно набраться сил и духа и немного потерпеть.       — Здравствуй, — главнокомандующий подошёл ближе к постели альфы и протянул ему руку, пожимая. — Как ты? Как самочувствие?       — Иду на поправку, — с лёгкой улыбкой ответил Намджун.       — Ага, — хмыкнул Чимин и глянул сначала на своего мужчину, а после на отца, объясняя. — Ему предстоит операция. Когда — пока неизвестно. Врачеватели, конечно, наскоро его залатали, чтобы жнецов не вызывать на упокоение, но этого недостаточно.       Губы Ярана тронула трепетная улыбка, лицо осветило отеческой нежностью и по отношению к Чимину, и к его альфе. Поначалу Яран был крайне недоволен выбором сына, однако теперь смягчился. Понял, что его мальчик вырос, стал взрослым человеком, который во всю строит свою жизнь самостоятельно и лучше других знает, что ему нужно. Отцу бы только быть уверенным, что с его ребёнком всё хорошо и он счастлив.       — Оптимистичный настрой играет не последнюю роль в выздоровлении. Твой альфа уверен, что идёт на поправку, значит, именно так и будет. Лучше поддерживай его и заботься.       — Именно этим я и занимаюсь, — в привычной манере сказал Чимин и искоса посмотрел на отца.       В этом был весь омега. Пак Яран улыбнулся шире и притянул сына обратно к себе, радуясь знакомой язвительности. Сейчас любое напоминание о прошлой мирной жизни и спокойных днях было как бальзам на душу.       — Я мельком видел Хонъиля в Алджанне. Он был в печали. Что-то с Хосоком?       Чимин грустно вздохнул и кивнул. Его и самого до щиплющей боли мучали мысли и страхи за друга.       — Всё, мягко говоря, плохо. Нет, он жив, его состояние стабильно, угрозы гибели нет. Но… Прогнозы неутешительные. Ранения не пройдут бесследно.       Яран поддерживающе сжал плечо сына, кожей ощущая его состояние из-за болезни близких людей.       — Чонгук тут?       — Нет, — Чимин качнул головой, — он оказывает помощь на Дургаре.       — Что ж, это к лучшему. Не будет мне мешать, — Яран подозвал к себе одного из докторов. — Подготовьте Ким Тэхёна к перевозке на Скаоз.       — Товарищ главнокомандующий, — врачеватель сперва растерялся. — Ким Тэхён не в том состоянии, чтобы преодолеть такой путь. Он критически истощён и всего лишь раз приходил в чувство с тех пор как…       — Он никогда не бывает в состоянии, — строго ответил Яран и посмотрел на доктора взглядом, не терпящим возражений. — Сколько времени уйдёт на сборы и подготовку?       — Около часа.       — Займитесь. Через час его должны отправить в Алджанну. Передадите его военному конвою, он уже ожидает снаружи. Отведите меня к главному доктору, нужно переговорить.       — Так точно. Прошу, пройдёмте.       Прежде чем уйти, Яран нежно поцеловал сына в макушку и пожелал Намджуну скорейшего выздоровления. Чимин посмотрел ему вслед, задумавшись. Что ж, на самом деле удивляться было нечему. Рано или поздно Ким Тэхёну придётся за всё ответить.