Всплеск

В том, что предчувствия не обманули Лань Чжаня, Вэй Ин убедился уже через несколько месяцев, когда вооружённый отряд Вэней вторгся на территорию Облачных Глубин, взломав защитный барьер и круша всё подряд на своём пути. Старики, женщины и дети клана Лань укрылись от них в одной из пещер, куда чужаки не могли войти без риска для жизни. Приглашённые адепты, не Лани по крови, не могли воспользоваться этим убежищем, что вызвало среди них ропот. Поскольку в их числе был Мо Сюаньюй, не стал отсиживаться в безопасности и Лань Ванцзи. Для Вэй Ина это было шансом показать, что не зря за него просил сам глава Лань, находя нужные слова для каждого из упертых стариканов, от которых зависело решение о принятии в орден в качестве приглашённого адепта. За время пребывания в Облачных Глубинах Вэй Ин научился сносно владеть мечом и луком, но в дальнем бою по-прежнему больше полагался на свою флейту. В день нападения он до последнего не хотел показывать свои истинные возможности, опасаясь разоблачения. Однако когда другой приглашённый адепт под угрозой смерти едва не раскрыл старшему сыну Верховного Заклинателя Вэнь Сюю, командовавшему нападавшими, что проход в тайную пещеру открывает и одновременно служит защитой от ловушек налобная лента главной ветви клана Лань, Вэй Ин не выдержал и бросил Лань Чжаню: "Заклинание молчания". Тот понял его с полуслова, и через миг губы предателя словно срослись, позволяя лишь мычать и отчаянно жестикулировать. Однако Вэнь Сюй всё равно кое-что понял и скомандовал своим воинам приблизиться к воде и найти вход в пещеру, а сам направился в сторону Лань Чжаня, намереваясь сорвать с него ленту. — Вода — это жизнь, но она может быть также и разрушительной силой, — сказал Вэй Ин, подмигивая Лань Чжаню, после чего заиграл на своей флейте мелодию, сходную с той, которую использовал Лань Сичэнь, запечатывая бездонный омут. Вот только сейчас эта мелодия была изменена так, чтобы призвать мощный водоворот и обрушить его на врагов. Громадной волной захлестнуло всех, но Вэй Ин был к этому готов и вовремя вцепился рукой в расшитый защитной вышивкой пояс Лань Чжаня. Как бы их ни тянуло в центр и вниз водоворота, Вэй Ину удавалось лавировать между расходившихся спиралями волн, не давая им утащить ни себя, ни Лань Чжаня. Вода была его стихией, она не могла причинить вреда ни ему, ни тому, кто был под его защитой. А вот большинству Вэней и некоторым приглашённым адептам ордена Гусу Лань не поздоровилось. Ошеломлённые и сбитые с толку враги, чьей стихией являлся огонь, были поглощены водной пучиной из-за того, что не смогли использовать магию своей стихии, подавляемую водой. Приглашённые адепты, не сообразившие сразу встать на мечи, едва не утонули и нахлебались воды, и нуждались в срочной помощи целителей, которые поторопились выбраться из пещеры. Немногим Вэням, не успевшим приблизиться к берегу, удалось унести ноги и весть о неожиданном поражении. А вот заниматься после этого ликвидацией последствий разгула водной стихии пришлось не только Вэй Ину с Лань Чжанем, но и большинству старших адептов и старейшин. Лань Цижэнь волком смотрел на Вэй Ина и грозился в качестве наказания заставить его переписать едва ли не всю орденскую библиотеку. Не успел Вэй Ин порадоваться, что глава Лань покинул Облачные Глубины с большей частью ценных книг, как тот вернулся, получив бабочку-вестницу от младшего брата. Спокойно выслушав рассказ дяди, глава Лань заступился за Вэй Ина, заметив, что именно нестандартные методы молодого господина Мо избавили Гусу Лань от кровопролития и спасли жизни многим членам ордена, однако наказания не отменил, поскольку многие старинные книги существовали в единственном экземпляре или были в плачевном состоянии. А вот к Су Миншаню (так звали адепта-предателя) Лань Сичэнь не был столь снисходителен, поддержав решение старейшин об изгнании того из ордена. Вэй Ин тогда не придал этому значения. Ему и в голову не пришло справиться о дальнейшей судьбе изменника, а зря. Узнай он вовремя, что Су Миншань, затаив на него обиду и вынашивая планы мести, отправился в Башню Кои, чтобы предложить свои услуги ордену Ланьлин Цзинь, то, возможно, перехватил бы того по дороге и утопил в первом попавшемся ручье. Вместо этого Вэй Ин, продолжая скрывать свою истинную сущность, продолжал обучение в Облачных Глубинах. Его дни были наполнены изучением переписываемых древних свитков о тайных практиках, беседами с главой Лань о безграничных возможностях музыки, а ночи — мечтами о Лань Чжане. С каждым днём чувства Вэй Ина становились всё сильнее, и скрывать их было всё труднее. Лань Ванцзи, в свою очередь, ощущал странное влечение к Мо Сюаньюю, однако его сдерживали не только правила ордена, но и долг жизни по отношению к спасшему его водному гулю, чей образ продолжал преследовать его во снах. Лань Чжань не мог и не хотел выбирать кого-то одного. Порой ему приходило на ум, что Мо Сюаньюй слишком хорошо управляется с водной стихией и умеет общаться с водной нечистью, чему его в далёкой от рек и озёр деревне вряд ли могли научить. Что, если он никакой не молодой господин Мо, а тот самый водный гуль? Но у Мо Сюаньюя были человеческие ноги, а у того гуля — нет. А может ли водный гуль, как и яо, по собственному желанию менять свою форму? Стремясь отыскать ответ на этот вопрос, Лань Чжань тоже засел за книги и выяснил, что на подобное были способны лишь яо и гуи, достигшие высокого уровня совершенствования. Вот это новость! Почему-то дядюшка, наставляя его, никогда не упоминал о том, что совершенствоваться могут не только заклинатели, но и нечисть. Не был ли в таком случае Мо Сюаньюй одним из таких гуев с высоким уровнем совершенствования? И как проверить своё предположение, не оскорбив его и не причинив ему вреда? Ведь, несмотря на своё бесстыдство и откровенный флирт, Мо Сюаньюй не сделал ничего плохого. После гибели большей части Вэньского отряда во главе c Вэнь Сюем, не только Вэй Ину стало ясно, что война неизбежна и может начаться со дня на день. Он понимал, что, несмотря на то, что числился сейчас приглашённым адептом ордена Гусу Лань, своими действиями поставил под удар орден Ланьлин Цзинь, который, судя по словам Павлинчика, намеревался соблюдать нейтралитет. Но нет худа без добра — теперь Цзинь Гуаншань вынужден будет примкнуть к коалиции, которую уже собирали глава Лань и его дядюшка. Лань Сичэню быстро удалось договориться о союзничестве со своим другом главой Не, а Лань Цижэнь взял на себя переговоры со своим другом юности главой Цзян. Вэй Ин вынес мозг Лань Чжаню, но всё же добился своей цели — тот упросил-таки своего дядю взять их обоих с собой на переговоры в Юньмэн. Вэй Ину необходимо было там побывать. Ведь в Юньмэне у него был потенциальный могущественный союзник — госпожа Юй. Кроме того, он хотел показать Лань Чжаню, насколько прекрасна Пристань Лотосов, когда вокруг не бушует ненастье. * * * Пока Лань Ванцзи присутствовал вместе с Лань Цижэнем на переговорах с главой Цзян, Вэй Ин напросился порыбачить вместе с Цзян Ваньинем и, сев на вёсла, преднамеренно завёз их в кишевшие комарами заводи. Наследник Цзян некоторое время хлопал себя по открытым частям тела и с остервенением чесался, но, когда кровопийцы умудрились покусать его ноги даже сквозь три слоя одежд, не выдержал и предложил повернуть назад. На что Вэй Ин, как и было задумано заранее, ответил: — Если молодой господин Цзян торопится вернуться к своим делам, то этот Мо может и сам тут поплавать, а рыбалку отложим на потом. — А не утонешь? — засомневался Цзян Ваньинь. — Только утопленника нам тут сейчас и не хватает… — Не извольте беспокоиться, наследник Цзян. Я в бездонном омуте не утоп, и здесь не утону. — Как хочешь. Только не опоздай к ужину, — попросил Цзян Ваньинь. — Сестра уже варит суп, которым баловала нас в Облачных Глубинах. — Этот ужин я ни за что не пропущу, — с улыбкой до ушей пообещал Вэй Ин. Как только лодка с наследником Цзян скрылась за изгибом реки, Вэй Ин снял с себя одежду и нырнул на глубину. Под водой не слышно звуков, распространяющихся в воздухе, зато те звуки, источник которых находится в воде, разносятся намного быстрее. Причём их не только слышишь, но и ощущаешь колебания воды всем своим телом. Поэтому Вэй Ин не сомневался, что мадам Юй вскоре приплывёт на его зов. Внезапно его схватила за шиворот и вытащила на поверхность изящная, но сильная рука. Вэй Ин всегда удивлялся способности мадам Юй появляться и исчезать почти мгновенно — Вернулся-таки, негодник, — произнесла она. — Вижу, ты получил то, ради чего согласился топить цзиньские корабли. Помогло ли это тебе добиться взаимности? — Пока нет, но я близок к своей цели, — уклончиво ответил Вэй Ин, ещё не понимая, в каком настроении пребывает хозяйка здешних вод. — Пришёл показать мне своего избранника? — спрашивая, мадам Юй указала рукой на стоявшую на берегу фигуру в белом. Вэй Ин обомлел. Появления Лань Чжаня он здесь не ожидал. — Правда, хорош? — выдавил он из себя. — Бледноват как для живого, а в остальном для сельской местности сойдёт, — попыталась разозлить его мадам Юй. — Старшая Юй, я пришёл не только за этим. Я хочу попросить у вас помощи, — вопреки её ожиданиям не отреагировав на принижение достоинств Лань Ванцзи, Вэй Ин перешёл к цели своего визита. — Ну? — вопросительно подняла бровь предводительница местной водной нечисти. — Скоро здесь могут появиться отряды Вэней. Не могли бы вы их всех утопить? — Поверить не могу, что ты просишь кого-то утопить. Ты же всегда был против убийств людей, даже если те этого заслужили, — удивилась мадам Юй. — Эти заслужили, — уверенно сказал Вэй Ин. — В таком случае я с ними порезвлюсь, — хищно улыбнулась женщина. — Благодарю вас, старшая, а сейчас мне нужно возвращаться, — Вэй Ин кивнул, прощаясь с той, которая заменила ему и мать, и учителя, и поплыл к берегу. Торопливо одевшись, он поспешил к Лань Чжаню, по-прежнему стоявшему нефритовым изваянием под ивой. — Второй молодой господин Лань, что ты здесь делаешь? — нарочито беззаботно поинтересовался Вэй Ин. — А ты? — в свою очередь, спросил Лань Ванцзи. — Разве не видишь, я купался, — подтверждая сказанное, Вэй Ин отжал мокрый хвост. — Не один, — констатировал Лань Чжань. — Это — твоя возлюбленная? Ради неё ты так рвался сюда? — Конечно, нет, — энергично замотал головой Вэй Ин. — Это — наш будущий союзник. — Но она не живая. — У каждого свои недостатки. Зато она очень сильна и ей подчиняется вся местная водная нечисть, — Вэй Ин прикусил язык, поняв, что сболтнул лишнего, но было поздно. — Пристани Лотосов не помешает дополнительная защита. — Ты предлагаешь сотрудничать с нечистью? — изумился Лань Чжань. — Ради благого дела. А что тут такого? — "Всё", — сказал бы мой дядя. — Да что он знает о нечисти? Лишь то, что прочёл в замшелых книгах, которые давно пора сжечь! И ты, ты, такой же, как он! — в сердцах воскликнул Вэй Ин. — Нет, — сказал Лань Ванцзи и, притянув его к себе, поцеловал в губы. На этот раз он не был пьян и не грезил наяву. Он сделал это сознательно. — Зачем ты сделал это снова? — прошептал Вэй Ин, когда его губы выпустили из сладкого плена. — Проверял кое-что, — ответил Лань Чжань. — Проверил? — поинтересовался Вэй Ин. — Ты тоже не человек. — От этих слов Вэй Ин похолодел. — Может, скажешь мне своё настоящее имя, мой спаситель? Сказать, что у Вэй Ина гора упала с плеч — это ничего не сказать. — Вэй Ин, — выдохнул он. — Вэй Ин, — повторил Лань Чжань. — Тебе подходит. Идем на ужин, Вэй Ин. Ещё не веря тому, что его не испугались и не отвергли, Вэй Ин сам потянулся за новым поцелуем. Этот поцелуй был слаще меда, по телу от него разливалось приятное тепло, однако Лань Ванцзи не позволил им обоим потерять над собой контроль. Вскоре он разорвал контакт и, взяв Вэй Ина за руку, повёл в сторону резиденции главы Цзян. Вечером на террасе над рекой были самый вкусный в мире суп из корня лотоса и свиных рёбрышек, жасминовый чай с османтусовыми пирожными, тайные переглядки с Цзян Яньли, которой не терпелось узнать, что произошло с Вэй Ином, и ревнивые взгляды Лань Чжаня. Жизнь казалась мирной и уютной, словно над миром не нависла грозная опасность.