Куришь?

Антон толком не спал этой ночью. Новые царапины, нанесённые от скуки, ныли. В голове перебирались моменты прошлого дня. Голова болела и казалась тяжёлой. Он уже лежал с открытыми глазами и ждал будильника, хотя лежать ему давно надоело. Как только телефон прозвенел, Шастун поторопился встать. Умывая сухое после сна лицо, он посмотрел в зеркало. ★ Как меня всё достало... проговорил усталый голос в голове. ★ Сегодня только среда, до выходных ещё три дня... Чёртова шестидневка. Шастун похлопал себя по щекам и, не задерживаясь, пошёл в комнату. По пути в зале увидел сестру. – Доброе утро... – прохрипела она. – Доброе, – ответил Антон низким утренним голосом. В школе его встретил тот же утренний ступор. – Ага, и тебе доброе, – Димка проворчал, поставив локоть на парту и уронив голову на руку. Один только Серёжа сегодня выспался и подкалывал товарищей: – У вас двоих бессонная ночь была? Антон усмехнулся – скорее от того, насколько это было несмешно. Классный руководитель пришёл посидеть в кабинете до начала первого урока. Он оглядывал одноклассников, спрашивал про отсутствующих и просто болтал с учениками. Шаст сильно задумался, подперев подбородок ладонью. Он то касался губы пальцем, то водил по ней, будто размышляя о чём-то. На самом деле в голове творилась какая-то каша. – А у тебя как дела? – Голос донёсся с начала класса. Казалось, вопрос был адресован ему. Антон понял, что смотрел Арсению Сергеевичу в глаза – совершенно случайно. Ведь взгляд не может просто так висеть в воздухе без объекта. Шастун будто смотрел в одну точку, но эта точка оказалась чужим лицом. Арсений смотрел с каким-то недопониманием и возможно осуждением. Шаст резко отвернулся. – Нормально? – как будто спрашивал, ответил ли он верно. – Чего-то ты задумчивый такой, – чуть подшучивал Попов. – Думаю много. Умный я, – подхватил Шаст на выдохе, но лицо сделал серьёзное. – Ну думай, думай – На этих словах учитель встал с рабочего места и, попрощавшись с девочками, крутившимися около него, вышел из класса. Он провёл с ними время до самого звонка, чтобы класс не оставался один, и на замену тут же пришла другая учительница. Они перекинулись парой слов, улыбнулись, и Алла, заходя в класс, хитро обвела взглядом компанию девочек, попыталась пошутить и, пройдя к учительскому столу, начала урок: – Дополнительные занятия просите? Антон был слишком тормознутый сегодня, чтобы понять сразу. А когда дошло, внутри что-то ёкнуло от брезгливости. ★ Как до такого вообще додуматься можно. – Что-то все шутники сегодня, – недовольно прошептал Шастун в сторону. – Ой, какие мы нежные, – подразнил Дмитрий, открывая тетрадь для записей. – Ну правда, сводить школьниц с учителем... Бред какой-то – Шастун открыл свою, повторяя. А то так бы и сидел весь урок, летая в облаках. – Это просто шутка, – Димка мельком закатил глаза. – К тому же Арсению Сергеевичу всего двадцать три. – Он сказал ещё тише, чтобы не распространять информацию, иначе он снова окажется виноватым. Антон снова вспомнил, что мама Димы работает завучем. – Тебе это мама сказала? – – Естественно, у нас там такие сплетни, только никому – пояснил Позов. После долгого урока они втроём вышли из кабинета, и Диман предложил: – Чё, на перекур? – – Я с того раза ни-ни, – испуганно воскликнул Антон. Серёжа только приуныл от разговора – он не курил и никогда не хотел. – А если не в школе? Найдём на улице место, – спонтанно выдал Дима. Антон осторожно кивнул и пошёл на выход из школы. Серёжа тоже пошёл с ними, зная, что будет стоять в сторонке. У них не было возможности покурить за школой – обзор ничего не загораживал, и оставался вариант бежать подальше от её территории. «Давай договоримся: я никому не расскажу, а ты больше не куришь в школе. За воротами – твоё дело. Ясно?» В момент вспомнил Антон эти слова, и почему-то они на него повлияли. Как только разглядеть их с территории школы стало сложным, они остановились у автобусной остановки и, торопясь, прикурили одной зажигалкой на двоих. Матвиенко отошёл на полтора метра от парней и, чтобы влиться в разговор, говорил чуть громче. Они никогда не уговаривали Серёжу закурить. Но Антон и Дима забавлялись, что он был самый правильный среди них. Да и чувствовалась ответственность, как к младшему. Курящие тихо обсуждали это, чтобы другой не услышал. – Эй, вы чего там шепчетесь? Вы сказали «Серёжа»? Чё вы там говорите, я не пойму, – он подошёл на шаг ближе, но от дыма тут же отскочил. – Придумываем план, как тебя накурить, – посмеялся Позов. – Вы там офигели, сигареты плохо на вас действуют, – кричал Матвиенко. Антон потушил сигарету. Обычно он докуривал до самого фильтра, но ситуация не позволяла. Он кинул бычок и затоптал. Казалось, эти движения уже заложены в мышечной памяти. – Да всё хорошо, пойдём обратно. Надо бы успеть до звонка, – добавил Шастун, уже чувствуя лёгкий укол тревоги. Не хватало ещё опоздать на урок к классному. Шаст достал последнюю жвачку из кармана, дабы скрыть запах, ну или хотя бы для галочки. Серёжа вроде успокоился, скорее всего уже знал, что они не будут обсуждать его за спиной в плохом смысле. А Шасту как раз не казалось, что сигареты на него плохо влияют. На уроке он стал внимательнее, а может, это просто самовнушение. По крайней мере, он смог хорошо понять тему и замотивировать себя. – Я так устал, может, с последнего свалим? – Дмитрий громко зевнул и заразил зевотой Серёжу. – Ну, я бы наверное тоже ушёл – Лениво откликнулся тот. Шастун немного растерялся. – А я не хотел уходить... – Двое посмотрели на него непонимающе. – Честно, хотел за голову взяться и подучиться. К тому же урок у классного руководителя, я и так облажался недавно. Только начало года ведь – Парни разнылись, понимая, что без него они никуда не уйдут. Если уходить, то всем вместе. – Почему именно сейчас ты решил учиться? Теперь сидеть ещё урок... – Серёжа чуть ли не падал на землю, чтобы выразить свою усталость, но безысходно тащился до класса. Антону урок мало что дал, можно было и уйти. Друзья рядом сидели унылые, и Шастун почувствовал вину за то, что их сюда притащил. Арсений Сергеевич говорил достаточно интересно и разнообразно – слушать его было легче, чем других учителей. Но когда класс понял, что записывать ничего не надо, все благополучно расслабились. Стало шумно, и Антону с последней парты было всё сложнее разобрать слова учителя. «Потише» – Арсений повторял всё чаще, прикладывая палец к губам. Шастун оглядел галдящий класс. ★Неужели я так же выгляжу, когда отвлекаюсь? Ему стало немного жаль Арсения Сергеевича. А учителю пришлось прикрикнуть: – Ладно, не слушаете. Задание двадцатое, письменно – И все расстроились, потянулись записывать. Антон откопал тетрадь в рюкзаке, возмущаясь не на учителя, а на одноклассников – могли бы немного послушать и ничего не делать письменно. Друзья особенно расстроились, убирая головы с парт и нехотя потянулись за ручками, как самые уставшие люди на свете. После звонка их усталость мгновенно испарилась – они бодро собрались на выход. Антон же остался с неприятным ощущением. Шумная толпа вышла в коридор, а учитель тяжко вздохнул. ★ Что за идиотская привычка, пользоваться хорошими учителями. А потом ноют, что на них кричат. Сами то по нормальному пытались послушать? И этот Арсений Сергеевич, тоже человек как-никак, презентацию вот подготовил. Приглядываясь к его состоянию, случайно обратил на себя внимание и уставший, вопросительный взгляд. Антон мигом улыбнулся вниз губами, мол: «неприятно, понимаю» и вышел к друзьям. ★ Хотя кого я из себя строю, будто что-то будет физику от моего понимания.