Куришь?

Сестра сразу заметила ступор Антона и попыталась разглядеть осколок. В его руках была часть кружки с мазком синего лака для ногтей. Они ещё давно пометили свои кружки разными цветами, и у каждого цвета был свой хозяин. Тёмно-синий круг – это была мамина старая кружка. Вся в пыли, она хранилась, как казалось, в глубине ящика, но отец схватил именно эту. Две эмоции сменяли друг друга – злость на отца и горечь за память о маме. От резкого края керамики Шастун поранился и оставил капельку крови на осколке. Сестра после ошеломления сообразила не выкидывать хотя бы этот кусочек. Он откололся довольно большим. Чтобы сохранить его, пришлось положить в комод в комнате Вики. Пытаясь снова уснуть, Антон осознавал, в каком мире он живёт. Сколько ещё его родной отец может навредить? Сначала разбил сувенир с моря, потом кружку, а потом будет бросаться на людей? Если он не фильтрует ни действия, ни речь со своими детьми, осталось ли в нём капля человечности? А ведь когда-то они были довольно счастливой семьёй. Со своими традициями, выездами на природу. Полноценной семьёй. Даже называл Андрея всегда «папа». Шаст до четырнадцати не познал алкоголика-отца, курение, смерть матери – это пустило жизнь под откос. Во что они превратились? И будет ли шанс у Шастуна вырасти стабильным, здоровым? Или он сгниёт в подъезде? Ведь на яблоне не вырастет груша. Утро было недобрым. Ещё ничего не произошло, но с ночь не забылась. Захотелось ещё раз подержать в руках этот осколок кружки, прикоснуться к воспоминаниям о лучшей жизни, о любимой маме... Тело залилось светлой грустью, а следом – вовсе не светлой, даже злобой. Шаст побыстрее собрался и удрал из квартиры. Решил прогуляться до школы, отвлечься, да и вышел он рановато. Пытался нащупать в кармане пачку сигарет, но едва вспомнил, как ночью скурил последнюю перед сном. Тогда Антон был слишком захвачен эмоциями, и момент после был как в тумане. Раздражённо ругнулся одними губами. Зато успеет купить сигареты до школы. Вот только запах не выветрится. Конечно, продают не везде, но Шастун знал проверенную табачную. Идти туда немало, но успеть можно. Парень включил наушники, относительно спокойную музыку, подходящую под этот день. Раздражение медленно снималось, когда он увидел ларёк. Вынул из ушей мелодии, поставил на паузу. – Здравствуйте, мне... – начал он, но поторопился. За кассой стоял другой продавец – работал здесь редко, но появился в самый неподходящий момент. То, что он не продаёт несовершеннолетним – было проверено. – Мне нужно узнать, где здесь ближайший продуктовый, – быстро выкрутился Антон. – Да вот же, написано крупно – «Магнит», – кассир оглядел его недоверчиво и показал в окно. Шастун не успел разглядеть вывеску – подъехавшая машина перегородила вид. – А, хорошо, спасибо, – пробормотал он. Видимо, придётся ждать Димку и стрельнуть у него. Жаль, ведь хотелось побыстрее прикурить, получается и шёл сюда зря. На выходе Антон вздрогнул от неожиданности – дверь распахнулась сама, и он чуть не врезался лбом в какого-то мужчину. Шаст сделал шаг в сторону, чтобы пропустить его, а потом разглядел в случайном силуэте – классного руководителя. Парень не ожидал увидеть его здесь. Остановился на несколько секунд у порога, пытаясь точно разглядеть мужчину за спиной. Продавец посмотрел ещё подозрительнее и «выгнал» Антона одним взглядом. На выходе в голове промелькнула мысль – подождать Арсения у выхода и стрельнуть сигарету. Потом – обратная, что это неправильно. Но она Шастуна не убедила, и он не сделал ни шага от табачной. После обычного желания закурить началась противная ломка и раздражение. А ведь учитель знает про его зависимость, никому об этом не рассказал. ★ Что будет, если попробовать рискнуть? Наконец дверь скрипнула. – Ты чего тут делаешь? – спросил Арсений Сергеевич удивлённо, поправив нервно волосы. Уверенность Шаста заметно убавилась. Он ещё сомневался в своём решении. – Спрашивал, где тут продуктовый... – ★Ну, спрашивал ведь, значит, не соврал. – Честно? А я подумал, что тебе кое-что не продали, – шутливо предположил Арсений, будто хвастаясь: «А мне уже продают». Это немного позлило Антона и подтолкнуло к риску. – А может, дадите одну, пожалуйста? – Он умоляюще протянул «а», и классный сразу же поменялся в лице. – Нет, конечно, Тош, как ты себе это представляешь? – пристыдил учитель. ★ Действительно, на что я надеялся? – А ты вообще в школу успеваешь? – Засомневался тот. Шаст глянул на время в телефоне. И правда не рассчитал. – Ко второму успею – натянул улыбку, зная, что его сейчас осудят. Арсений Сергеевич поджал губы, раздумывая, посмотрел в сторону парковки и обратно. – Подвезти? – неуверенно спросил он. А Антон уже правда рассчитывал первый урок прогулять и не хотел соглашаться. Продолжив в шуточной форме. – Да нет, я не хочу на историю – Отмахнулся и уже сделал шаг в сторону. – Шастун, нельзя так, я ведь могу подвезти – объяснял Арсений в тоне, как будто умственно отсталому. ★ Мда, я ему говорю, что прогулять урок собрался, а он даже наорать не может. – Ну давайте... – лениво согласился Антон. Видимо, та машина была у Арсения Сергеевича. Интересно даже, какая она внутри. – Подожди около парковки, я недолго – Арсений свернул куда-то за угол. Шастун сначала подумал, что в магазин, но потом до него дошло – учитель заехал за сигаретами и хотел успеть покурить до школы, а Шаст ему помешал. Тогда Антон краем глаза заглянул за угол. Да, вот он. Отошёл всего на несколько метров и стоит, раздумчиво курит. Всё, конечно, понятно: Антон несовершеннолетний, но есть какая-то «курящая солидарность»? Оставил его, уже в ломке, а сам наслаждается. Как-то бы дать понять, что Шастун заметил его. Он встал на видном месте, лёг плечом на стену и скрестил руки на груди. Немного подождал, смотрел на ничего не подозревающего Попова. Показалось даже, что Арсений сейчас также расслабляется, что-то отпускает и закрывается в себе на эту спокойную минуту. Антон нахмурился, присматриваясь к пустому взгляду. ★ Что ты там такой загадочный обдумываешь? Какую контрольную сегодня нам дать? А когда учитель заметил взгляд на себя – словно щёлкнул выключателем. Выпрямился, недовольно улыбнулся губами вниз. Шаст неспеша начал подходить ближе, как бы упрекая. – Спалил меня, любопытный – Усмехнулся Арсений. – Недалеко ушли, – кинул в ответ Шастун и почувствовал необычно вкусный запах от сигареты. Не табака, а будто каких-то цветов и фруктов. Сама сигарета была тонкая. Ребята со двора говорили, что такие курят только бабы. Их слово для Антона было ничем, а эти сигареты даже захотелось попробовать. – Так вкусно пахнет... Ну можно хоть попробовать? – спросил он, не отводя глаз от пачки в руках Арсения. – Антон... Первый и последний раз. Больше не проси – Арсений всё-таки достал из полной пачки одну и нехотя передал. Парень радостно поставил тонкую трубочку между губ и не успел даже подумать про зажигалку – перед лицом вспыхнул огонёк. Шастун поторопился сделать первый затяг. Внутри будто расцвели цветы, и даже вкус был такой, как он себе представлял. – Спасибо, – сказал Антон на выдохе и наконец успокоился. В перерыве он поглядывал на Арсения, стараясь снова застать его в той задумчивости. Возможно, Шаст хотел использовать это как аргумент неидеальности учителя и самоутвердиться. Арсений Сергеевич выдохнул дым в сторону, от Антона. – Помнишь, что сегодня выступаешь перед пятиклассниками? – – Точно... – протянул Антон, сдерживаясь не хлопнуть по лбу себе ладонью, ведь правда забыл. – А когда вы дадите мне текст? – учитель кинул бычок, помяв каблуком. – В школе. И заберу тебя с какого-нибудь урока, примерно после четвёртого – Шастун кивнул. Он не хотел расставаться с сигаретой до самого фильтра – уж очень вкусная и сладкая. – Пойдём? – Задал вопрос Попов, но не услышав ответа, уже шагнул. – Ага, – Антон прокашлялся, и Арсения это снова смутило. В машине пахло ещё вкуснее, чем сигареты. Шастун принялся рассматривать салон, метал взгляд по деталям. ★ Ничего так Инстинктивно закивал головой, оценивая. Владелец машины постучал пальцами по рулю, заметив одобрение. – Классная, да? Недавно совсем купил – Довольно похвастался тот. Антон и так это понял – кто бы смог сохранить машину в таком состоянии надолго? ★ Хотя... этот же самый Арсений, пожалуй, смог бы. Они поехали прямо по улице. Тишина, видимо, надоела, и учитель включил радио на приборной панели. Там играли старые, но всем знакомые песни. «Небо уронит – ночь на ладони» Арсений Сергеевич забавно покачивал головой в такт этих слов. Шаст не удержался и посмеялся. – Чего? – педагог отвлёкся от дороги, переспрашивая, но посмеивался и сам. – Ничего... – Антона выдавала улыбка. Он отвёл взгляд на дорогу. – Аккуратно, блин! – Впереди был резкий поворот, который они чуть не проехали. Арсений мгновенно вернул внимание на дорогу, но сделал вид, что не испугался. – Всё под контролем. – Машина рванула влево и сильно покачнулась. Антон подумал, что вылетит с кресла – ремень его не спас, не было привычки пристёгиваться. Придержался руками за кресло и выдохнул. – Так себе из вас водитель... – пробормотал он, отлипая ладонями от кожистого сиденья. Шастун быстро поблагодарил и спешил разойтись. Во рту ещё оставался сладкий привкус и заела эта мелодия из радио. Странная встреча и обстоятельства. Однако по-другому он бы ничего не успел. Времени до первого урока правда осталось мало. Парень подошёл к расписанию. Так себе... Первая – алгебра. Антон ещё точно не понимал, хочет ли он нормально учиться. Ведь болтать с друзьями было легче и приятнее. Но знал, что надо, год пролетит незаметно, а там экзамены... Будто если не сдаст – разочарует маму. Как она хотела, чтобы сын выучился и жил лучше неё. Эта мысль отбросила все другие и заставила слушать урок. Друзья, видимо, что-то в нём заметили, не стали мешать. Ну хоть на следующем уроке можно было расслабиться. Умственно. Форму Шаст не взял – да и чёрт с ней. Он и по школе ходил в спортивных штанах и кофте. Несмотря на худое телосложение, давал хорошие результаты на физре. Лучше всего давался баскетбол – может, и рост помогал. Пожалуй, это был единственный предмет, за который в журнале всегда было «5». Антон забежал в мужскую раздевалку за вещами. Самое душное место в школе. Воздух заканчивался на втором вдохе. Потные одноклассники сидели без футболок, и Шастун не мог понять, вспотели они от физры или прямо здесь, в этой банке. Радовало только, что рядом стояли краны. Он умывался, когда резкое касание заставило его вздрогнуть – вода брызнула во все стороны. – Эй! – возмущённо крикнул сзади Дима. Антон закрыл кран и повернулся. Салфеток поблизости не было, он отряхнул руки, провёл мокрыми пальцами по лицу. – Блять – среагировал Шаст. Всей троицей они брели по коридору. В кабинете химии Антон с облегчением плюхнулся на стул, ноги уже ныли. Зато здесь он отсидит два урока подряд. На партах стоял тот самый школьный ад: баночки, колбочки, листок с нечитаемыми заданиями. Шаст безнадёжно закатил глаза. Арсений Сергеевич вошёл, окинул класс взглядом и начал рваный монолог: – Сегодня у нас два урока. Будем делать проект. Разбейтесь на группы по две парты. – Передняя парта развернулась к ним вместе с Серёжей, повернулась и его соседка. Девочка, которая уже несколько раз пыталась с ним заговорить. – Как тебя зовут? Напомни, пожалуйста – Антон решил не игнорировать её. – Яна, – ответила она то ли радостно, то ли надменно – Шастун не понял. – Сначала будет инструктаж, – голос учителя прозвучал в другом конце класса. – Как для маленьких, – проворчал Димка. – Не начинайте, пока я не договорю. Во время работы сидите на местах, оборудование передавайте аккуратно, всё делайте по инструкции – Речь у Попова была отточенная, будто робот зачитал памятку. Ну да, правила везде одинаковые. – По методичке, – пробормотал Антон. Они особо не понимали, что делают. Кто-то читал задание, кто-то отмерял и смешивал, кто-то записывал. Но всё получалось в разнобой. Арсений проходил между рядами, осматривая, на каком этапе ученики. Весы переходили от парты к парте, все куда-то торопились. – Давай просто на глаз, – предложила Яна, которой всё это уже надоело. Шастун сжал зубы. Ему хотелось сказать, что посыплет соду на глаз ей, но он сдержался. Позов же решил действовать по-своему – схватил ёмкость с содой и, не глядя, высыпал в стакан явно больше нужного. Жидкость в ответ зашипела. Белая пена полезла из ёмкости, как сумасшедшая, расползаясь по столу. Яна фыркнула и отпрянула. – Последняя парта! – учитель резко обернулся на шум, но, увидев беспорядок, лишь вздохнул. – Всё, ставлю тройку. И чтобы к концу урока здесь было чисто. Дима виновато поёжился. – Ну, хоть пена прикольная получилась... – Антон сжал кулаки. В голове крутилась мысль: работай он один – получил бы хотя бы четвёрку. Но вслух сказал только: – Иди тряпку возьми, экспериментатор хренов – Учитель стоял слишком близко, чтобы не услышать, но вмешиваться не стал. Шастун хотел дойти до следующего кабинета один, но получилось, что с Димой и Серёжей вышли в коридор одновременно. Антон был максимально неразговорчив и уткнулся взглядом в пол. Он уже приготовился к уроку – достал учебник и общую тетрадь. Готовясь выжимать из себя последние силы. Неожиданно в проёме двери появился Попов и подзывал его жестом. Шаст вспомнил – посвящение. Даже обрадовался, что не придётся сидеть на скучном уроке. Мигом собрал все вещи обратно и выскочил в коридор. – Я забыл тебе сказать, но на будущее: для мероприятий надо быть в парадной форме. Пошли, – Арсений оглядел одежду и повёл в учительскую. ★Они здесь чай пьют? – подумал Антон, когда увидел круглый стол с электрическим чайником в учительской. Дальше – рабочие столы. Они дошли до стола его классного руководителя. Всё было аккуратно разложено по стопкам, и отдельно лежало два одинаковых текста. Преподаватель торопливо прикрепил их к клипбордам. – Повтори немного текст, чтобы потом читать увереннее, – посоветовал Арсений. Шастун водил глазами по строчкам. – Читай вслух, так лучше – снова вклинился учитель. – Сегодня в нашем зале мы приветствуем пятиклассников... – – Маша, побыстрее, возьми текст! – Тревожно командовал Попов. Антон отвлёкся от букв и поднял глаза. Подошла невысокая девочка, взяла текст и встала рядом с ним. Видимо, по стандарту ведущих должно быть двое. Шастун её не знал, наверное, с параллели. – Антон, ты ведущий номер один, а Маша номер два. Читайте свои тексты – учитель вышел за дверь, куда-то торопясь. После того как они уверенно повторили текст два раза, читая по очереди, повисла неловкая тишина. Девушка кинула взгляд. – Тебя как зовут? – доброжелательно улыбнулась Мария. – Антон – отвёл текст от себя. – Приятно, меня Маша, – Шаст это услышал ещё ранее. Обсудили банально, кто из какого класса. Хотя он понимал, что сразу же забудет. На этом знакомство окончилось, и Арсений Сергеевич снова позвал их на выход. Понемногу начало охватывать паникой, такой колющей местами. Шастун ознакомился с текстом, но без полноценной репетиции было непонятно. Когда им уходить и выходить на сцену? Что делать, если микрофон вдруг отключится? Они зашли в актовый зал. Все дети уже сидели на местах и галдели, так что приходилось повышать голос для обсуждения. – Когда включат музыку, такую «ту ту тутуту», – Попов пропел это в напряге, и от этого стало смешно, – выходите на сцену. Договорите до «флешмоб от восьмиклассников» и уходите – Стало спокойнее, когда всё разъяснилось. Вдобавок учитель тоже немного расслабился и улыбнулся. Наконец зазвучала музыка, та самая «ту ту тутуту». Они, сделав важный вид, поднялись на сцену и встали в линию. Антон начал первым, а когда настала очередь Маши – посмотрел в зал, стараясь улыбаться. В нём проснулась гордость – все его слушают и смотрят. Хотя бы на этом мероприятии. Всё ещё было довольно шумно, но с микрофонами их было слышно. В один момент колонки рядом противно и громко зашипели, от чего Шаст вздрогнул, а Мария остановилась. Шастун подхватил: – Посмотрим флешмоб, который нам подготовили наши восьмиклассники – И уходя за кулисы, ощутил прилив адреналина – резкий, пьянящий. В голове прокручивались только что произнесённые слова. Музыка сменилась, и с другой стороны выбежала толпа подростков. – Ага, молодцы. Ещё раз выйдете – и свободны, – Арсений Сергеевич стоял у стены всё это время внимательно следя за происходящим на сцене. Флешмоб был лёгким – детей просили встать, но в этом возрасте многие уже стеснялись участвовать в таком. Они снова вышли из-за кулис, перенаправили пятиклассников на какой-то квест и, выдохнув, спустились через кулисы со сцены. На выходе Попов что-то сказал Маше, и та отдала ему текст. Потом и Антону. – Спасибо, что помог, – поджал губы учитель и жестом потребовал бумажки назад. – Правда, за твою одежду мне влетит... Ну, сам виноват, что не предупредил – Они попрощались, и Шаст был удивлён последними словами. ★ С какого момента учителя начали брать вину на себя? Наверное, просто отличаются от старшего поколения. Уроки он досидел спокойно, но с каплей гордости за ответственное задание. Успел подзабыть об обиде – до момента, пока Дима не подошёл к нему после школы. Молча протянул сигарету и закурил сам. ★Похоже, пора нормально поговорить. – И ты на это обиделся? – сразу начал Димка. – Честно, не понимаю. Раньше ты бы посмеялся и забил. С каких пор тебе оценки важны? – Шастун долго тянул с ответом, даже не хотел раскрываться. Хотя сам понимал – был бы счастливее, если бы действительно мог просто посмеяться и забыть. – Потому что мама хотела, чтобы я хорошо учился, – выдохнул он наконец. Поз тяжело выпустил дым: – Шаст... Твоей мамы давно нет. Зачем так напрягаться? – Антон резко и грубо повернулся к нему. Глаза сразу налились влагой от ярости и боли, но он прошипел: – Она есть, пока я её помню. Я никогда не был хорошим сыном... Может, стану сейчас. Может, она ещё увидит мои старания – Сейчас он готов был поверить во что угодно, лишь бы не признавать правду. – Ты с ума не сходишь? Уже устал от учёбы? – нахмурил брови Позов, делая небольшой шаг назад. – От вас я устал, – фыркнул Антон, снова закрываясь в себе. – Я просто пытаюсь мыслить объективно. Нахуй ты сам себе рамки ставишь? Никогда раньше об этом не парился – Выдал тот и в ответ, парень сначала молчал, подбирая последние слова. – Значит, вырос – Шастун швырнул бычок на землю, затоптал его подошвой и, ничего не добавив, зашагал в сторону дома. – Эй, не обижайся всё же! – крикнул ему вдогонку Димка, от чего Антон ещё сильнее скривился. ★ Не обижайся? Вот так просто? Он просто ускорил шаг, не оглядываясь.