Титул любви не помеха

В жизни каждого слуги, бывают такие дни, когда удача поворачиваетс к нему не худшей своей стороной. Но Чимину сложно сказать, повезло ему или нет, сегодня, по жребию он должен будет пойти убираться в покои Тхэвана, и там его будет ожидать необычный сюрприз, но он сам ещё этого не знает. Flashback Юнги *День назад* Я так не хотел идти сегодня на тренировку, тем более сегодня ко мне должен был зайти Тэхён, и что-то мне показать. Поэтому, чтобы меня не беспокоили в покоях, я отослал стражу и сделав вид, что иду в зал, где обычно упражнялся с хвандо закрылся у себя в покоях. Я совсем забыл, что сегодня кто-то должен прийти, убираться в моих покоях. End Flashback Юнги Когда Чимину сказали, что сегодня он идёт убираться в покои тхэвана, он так завис, что чуть не пропустил момент когда к нему подошёл Сонхва. – Что, рад, что идёшь в покои Моего Господина? - шипел он мне в лицо. – Нет, не рад. - тихо, уставившись в пол отвечал я. – Тебе повезло, что Тхэван чонха, сегодня упражняется. Иначе, если бы я узнал, что ты хотя бы случайно посмотрел бы на Господина, я бы... а в почем, чего это я тебе всё это говорю? Всё равно, тебе это не понравится. - и с гнусной ухмылкой на лице он наконец-то отошёл от меня. Но как-же он ошибался. Так как случился их разговор рано утром, то через несколько часов, Чимин уже шёл в направлении покоев, с металлическим тазиком и тряпкой. Подойдя к нужным дверям, он не увидел возле них стражи, но потом вспомнив, что Вана в покоях нет, не постучав зашёл. Он не сразу принялся за работу, как того предполагали правила, а сначала немного походя по внешним покоям, так-как внутренние, имел право убирать только личный слуга. Немного по смотря на роскошь этих комнат, Чимин принялся за уборку. Дверь, ведущая во внутренние покои была закрыта, да и Чимину не было смысла туда соваться, но там происходили интересные события.

***

*За час до прихода Чимина* Когда Юнги, нагло прогулявший тренировку, услышал, как после стука в дверь внешних покоев, двери распахиваются и не соблюдая никаких церемоний к нему подбегает его брат — Тэхён, и сразу начинает о чем-то быстро говорить, Юнги уже начинает жалеть, что не пошёл тренироваться. – Брат, доброе утро, как спалось, насчёт завтрака я уже распорядился, его принесут в покои. - тарахтел он. – Во первых, слезь с меня, - да этот нахал успел на меня забраться, я тогда лежал. — Во вторых, почему твоя новость не может подождать хотя-бы до обеда? – Потому что я хочу познакомить вас именно сегодня и сейчас. – Познакомить? Ты нашёл себе кого-то? – Да, и мы истинные. – И кто же она? Из какой семьи? – Не она, он. - чуть потупившись ответил Тэхён. – Ммм, ну тогда мне уже интересно, ладно, я скоро приду, только переоденусь. - и я выпроводив брата, и вызвав Хосока, переоделся и привёл себя в порядок, уже через двадцать минут, вышел во внешние покои. Тогда, стайка служанок занесли во внутренние покои поднос с едой и чаем и за сервировав стол, с поклоном удалились. А пока слуги действовали, я разглядывал, коленопреклонённого парнишку. – Встань. - позволил я ему подняться. Когда он встал, я понял что ему лет 17-18, у него хорошая внешность и... мелькнувшие на миг большие испуганные глаза. Я сократил расстояние между нами, взял его пальцами за подбородок, и поднял его голову. На глаза выступили слёзы, губы были искусаны... – Тэхён! Ты что, издевался над ним? - спросил я у брата. – Нет, он.. он просто... ‐ мялся Тэхён — он просто боялся, и не хотел идти сюда. – Ну что ж, ладно, пошлите завтракать, и ты мне всё расскажешь. Я пошёл первый, но успел заметить, как Тэхён, шепнул что-то парню, взял его за руку и потащил за мной. Мы сели, и Тэхён наконец то вспомнил что должен нас познакомить, сказал: – Брат, знакомься, это мой омега и истинный Чонгук. – Гуки-и, это мой брат, наш Ван, Мин Юнги. - после этих его слов, Чонгук, до этого сидевший на коленках неподалёку от Тэхёна, рванул было кланяться мне, но я его остановил. – Чонгук, раз ты теперь омега моего брата, то я позволяю тебе упразднить общение и приветствие, ты можешь называть меня Хёном или, если захочешь, по имени, и не нужно больше вставать на колени. – Б-б-л-лаг-годарю, Тхэван чонха. - явно не понимая происходящего ответил Чонгук. – Гуки-и, - окликнул его Тэ, положив руку на ладонь омеги, - пожалуйста, запомни, ты можешь обращаться к нему Хён. Ты понял? – Да. – Ну вот и хорошо, а теперь я начну свой рассказ. Я ещё тогда, во время танца, заметил этого очаровашку, - при этих словах он нежно посмотрел на Чонгука, а тот лишь покраснел. — Он был таким скромным, таким милым, он не казался вульгарным, и жаждущим лишь нашего внимания, он просто выполнял приказ. В ту же ночь, он по моему приказу пришёл ко мне, и расплакался, умоляя что бы я его не трогал. Да я правда и не собирался. Я просто попросил его со мной полежать, и потом, каждую ночь на протяжении этой недели он приходил ко мне, и спал со мной. Тогда-то я и понял, что этот малыш, мой истинный. И я признался ему, в своих чувствах, и предложил ему из наложника "превратиться" в любимого наложника. Я ему объяснил, что до тебя, я жениться не могу, и омегой своим назвать тоже не могу, и что прав у него намного больше чем у любого наложника. Ты бы видел, он тогда чуть в обморок не хлопнулся. Но, согласился, и знаешь, - при этих словах Тэ просиял — Он сказал что я тоже ему нравлюсь и что он чувствует мой запах. Я был счастлив, ну тогда-то и решил вас познакомить. – Ну тогда всё ясно с вами. - со вздохом сказал Юнги. — А теперь, если никто не против, давайте начнём завтракать. Юнги и Тэ принялись за еду, а Чонгук как сидел тихонько, так и сидит, только налил нам чай, и всё, к еде не притронулся, хотя приборов было на троих, так прошло пять минут, всё это время Чонгук мялся, и всё не решался что-то сказать. – Да говори уже, хватит сопеть. - с улыбкой произнёс Юнги. – Тхэван Ми... ой простите, Хён, вы ждёте кого-то ещё? - исправившись спросил Чон. – Нет, это и для тебя. - ответил ему Юн. Замечая страх в глазах мальчишки. – Н-но мне запрещено есть в вашем присутствии. - прошептал Гук. – Гуки-и, ты нам теперь как часть семьи, и тебя больше не касается этот запрет. - положив ему руку на тыльную сторону ладони сказал Тэхён. — и можешь больше не шептать. Ладно? – Да, Господин. - уже более громко сказал Чонгук. – Ну вот и поговорили, а теперь приступай за еду, а то ты тощий какой-то. - заметил Юнги.

***

В это время, ничего не подозревая во внешних покоях убирался Чимин, он начал с того что решил протереть пыль, и по одной, крайне аккуратно убирал статуэтки с полок, но одну из них он немного неудачно поставил, она завалилась на бок с глухим стуком, но к счастью не разбилась, этот шум услышал Чонгук, и спросив разрешения отлучиться, вышел во внешние покои и застыл, он никак не ожидал увидеть здесь своего друга. – Чимини-и - радостно завопил Чонгук. – Гуки-и.. - Чимин был растерян, и ничего не понимал, минуту назад он думал что один во всём этом царстве богатства и роскоши, но спустя миг, на нём уже висит его друг, с которым он так желал встретится. И безусловно, он тоже крайне рад их встрече. Друзья обнимались, да так крепко, что вышедшие на радостные вопли Юнги с Тэхёном уже готовы были ринуться защищать Чонгука от непонятно откуда взявшегося нападающего. Заметив Вана, Чимин округлил глаза от удивления, что видит правителя так близко, и помня прошлый печальный опыт, упал на колени и склонил голову до пола, прижимая к груди ту злосчастную статуэтку. – Чонгук, что случилось, он тебе что-то сделал? - взволнованно спросил Тэ, порывисто подошедший и задвинувший сопротивляющегося Чонгука за спину. – Нет, Господин, это просто мой лучший друг, и мы очень давно не виделись, а я был очень рад нашей встрече. П-простите... - окончательно стушевавший промямлил Чонгук. – Понятно. Имя, слуга? – Чи-имин, М-мой Джусан чонха. – И что ты тут делаешь, Чимин? И почему не выказал уважения ему, — Юнги кивнул в сторону Чонгука, — он выше тебя по статусу. А за неуважение полагается наказание... – Я... ме-еня... - Чимин от ужаса не мог и пары слов связать. Чонгук упав на колени пред ваном, взмолился: – Тхэван, умоляю, не наказывайте Чимина, он не знал, Господин Тэхён, ещё никому не говорил, Вы первый кто об этом узнали... – Раз так, наказания не будет, но что он здесь делал? И вставайте уже, оба - с небольшим раздражением говорит Юнги. – Меня отправили сюда убираться, мой Тхэван. - еле слышно сказал быстро вставший Чимин. – Тогда почему мы слышали звук словно что-то упало? Ты что-то уронил, или разбил? - с некоторым страхом??? спросил Юнги. – Не-ет... не совсем. - запутался в словах Чимин. — Вот эта штучка упала... Тэхён слегка вздрогнул, ведь то, что показывал им сейчас Чимин, было последним подарком от родителей Юнги, самому Юнги на его день рождения. Это был дракон, из чёрного золота, инкрустированный алмазами и сапфирами по гребню. Главным её минусом было то, что та была очень чувствительна к царапинам. В агатовых глазах Юнги вспыхнуло пламя. Все слуги, которые приходили убираться в его покои, знали, что с этой вещицей, надо быть крайне осторожными, но Чимин этого не знал, ему на зло ничего не сказали. Чимина, увидевшего гнев в глазах Вана, забила дрожь, он не мог найти себе места от страха, и вновь упав на колени начал оправдываться. – М-мой Тхэван, - плакал молодой слуга, — Я осторожно убирал их по одной и ставил на пол, а эта завалилась на бок, и всё... – Тэхён, посмотри, нет ли на ней трещин, если есть, то вызови стражу. - проговорил похоронным голосом Юнги. – Господин Мин, а зачем стражу? - удивлённо спросил Чонгук. – Гуки-и, лучше мы не будем этого озвучивать... - с грустью ответил ему Тэхён, осматривая статуэтку. Но тут же просиял и радостно заявил — Нет, Мой Ван, стражу не надо, она цела. Чимин облегчённо выдохнул. Он то, в отличие от друга отлично понял, зачем стража. Юнги вмиг успокоился и только взглянув на Чимина, попросил быть аккуратнее, и удалился во внутренние покои к чаю и еде. За ним последовал и Тэхён, но Чонгук попытался задержаться, чтобы поговорить с другом, но его увёл за собой Тэхён, говоривший, что слугам запрещено отвлекаться от работы, и Чонгук покорившись, отошёл от друга. Через некоторое время, Чимин закончил убираться и выходя из покоев Тхэвана, наткнулся на одного из подпевал Сонхва, который кажется подслушивал, и Чимин понял, что ничего хорошего, чрезмерное внимание подручного Пак Сонхва ему не сулит.