Разнообразие

      — Хочу попробовать что-нибудь новенькое, — лениво протянул Нишики, лёжа животом на полу в одних шортах и подставляя украшенную пока что лишь контуром будущей татуировки спину под вентилятор.       Шел конец июня, самый разгар лета. Воздух был влажным и раскаленным, шевелиться не было никакого желания.       Кирю бросил на него сонный взгляд с футона. По всему полу вокруг Нишики были разбросаны откровенные журналы с пометкой 18+. В основном японские, но была парочка иностранных. Откуда он их все достал в таком количестве и притащил в дом Кирю посреди дня, оставалось загадкой. Все журналы были разной тематики: плейбой с парнями, плейбой с девушками, эротические фотографии порно-актеров, кадры из гей-порно. Одни Нишики со скукой пролестнул и тут же забыл, другие были открыты на весьма провокационных разворотах с любопытными позами, а какие-то и вовсе были сразу же отброшены с угрюмым «скукотища».       — У тебя тут штук двадцать журналов, и ты не можешь выбрать? — бросил Кирю и снова уткнулся в книгу.       — Представь себе, — ответили Нишики, листая очередной журнал. — Мне кажется, мы с тобой уже все перепробовали.       — Вот в этом я очень сомневаюсь.       Нишики поднял голову и посмотрел на него сердито.       — Да, потому что я хочу что-нибудь необычное, а не просто миллион поз из Камасутры!       Кирю фыркнул и тут же получил корешком какого-то журнала по лбу.       — Ауч! — он зашипел, потирая ушибленную бровь.       — Так тебе и надо, говнюк.       — Кстати об этом...       Нишики на миг замер, после чего кончики его ушей моментально покраснели.       — Ну уж нет!       — Ха-ха, да шучу я, мне тоже не охота с головы до ног обмазываться дерьмом.       — Фу-у, ну Кирю, какая гадость, — промычал Нишики и упал головой на сложенные перед собой руки. — Я сдаюсь, ничего не могу найти. Столько сил потратил, чтобы это все достать, а толка ноль.       Кирю пожал плечами.       — Сейчас такая духота, что дышать жарко, а тебе реально трахаться хочется?       — Заткнись, а.       В комнате воцарилась безмятежная тишина. Шуршали потихоньку страницы журналов для взрослых, когда на них попадал ветерок вентилятора, с улицы доносилось сквозь открытое окно множество голосов, солнце пробивалось через жалюзи внутрь и полосатыми тенями растекалось по полу.       Кирю почитал ещё немного и стёр пот со лба. Да, даже просто лежать было очень жарко, о каком сексе могла идти речь. Он вздохнул, загнул уголок странички, на которой остановился, и захлопнул книгу. Кинув ее на столик, он посмотрел на Нишики. Судя по тому, как медленно вздымались его лопатки от спокойного дыхания, он задремал. Его кожа была слегка загорелой, хоть в основном он и носил рубашки и пиджаки. Лишь в редкие выходные он позволял себе ненадолго подставить стройное тело под вечерние солнечные лучи. Меж лопаток собрались капельки пота, длинные волосы, чуть влажные у корней, рассыпались по рукам. Завораживающая картина. Кирю сухо сглотнул, потянулся и случайно нащупал тот самый журнал, который швырнул в него Нишики. Он поднес его к лицу и хмыкнул.       Журнал был иностранным. Буквы вроде английские, но над некоторыми стояли точки... Немецкий? Черт его знает. Кирю с любопытством рассмотрел обложку. На ней была фотография накаченного широкоплечего мужчины в латексной черной маске с прорезями для рта и глаз, и выглядело это достаточно жутко. Соски его пронизывал пирсинг: в каждом было по серебренному кольцу. В руках он держал кожаную плеть, а крупный выпуклый член стискивали спереди узкие латексные штаны.       Кирю пробежался пальцами по кричащей глянцевой обложке и открыл первую попавшуюся страничку. И, что называется, попал пальцем в небо.       Похоже, этот журнал содержал весьма специфичный сексуальный контент. От одного лишь случайного разворота в низу живота приятно дёрнуло, и Кирю медленно выдохнул. На обеих страницах было детальное фото, на котором девушка лежала на специальном столе с широко разведёнными в стороны ногами. Ее лодыжки были пристегнуты кожаными ремнями с цепочками к столбикам по бокам. Руки закреплены точно так же, только над головой. На глазах ее была черная, светонепроницаемая маска, изо рта торчал красный шарик-кляп, зафиксированный тонкими ремешками вокруг головы.       Но самое интересное было не это. Кирю знал, что подобные мероприятия проводились и в камурочовском клубе садомазохистов, в котором ему по воле случая однажды пришлось побывать, когда он оказался втянут в странную историю с доминатрикс. В действии он ни странных форм столы, ни чего-либо еще, к счастью, не застал, но краем глаза их все-таки заметил. Но теперь он отчётливо видел, что происходило за закрытыми дверями подобных клубов.       Меж раздвинутых ног девушки с фото сидел мужчина, похожий на того, что позировал для обложки. Одна его рука крепко держала ее стройное бедро, а вторая, закутанная в перчатку, по середину предплечья вошла в раскрытый анус девушки.       Кирю сглотнул скопившуюся во рту слюну. Он слышал про фистинг, но на кассетах из эротических видео-салонов такого было не найти, поэтому видел лишь сейчас. Его член заинтересованно дёрнулся в трусах, и Кирю скрестил ноги. Он никак не мог оторвать взгляд от места, где рука мужчины входила в тело женщины. Каково это, когда растяжка настолько сильная? Не опасно ли это для здоровья?       Он несколько раз моргнул и посмотрел на мирно спящего на животе Нишики. Они практиковали анальный секс как минимум полтора года, порой меняясь позициями, однако принимающим чаще был именно Нишики. Его растянутого отверстия хватало на три пальца Кирю или же на его крупный член, и ему было комфортно. Он взглянул на свою руку и свел вместе четыре пальца. Чисто теоретически, если добавить побольше смазки, Нишики осилит и их, но целый кулак... Эякулят выступил на головке твердеющего члена, и Кирю ощутил, как намокли спереди его трусы. Он вновь уткнулся в журнал. Тяжело сглотнув, он с интересом стал листать дальше. У этих иностранных порно-актеров было много различных секс-игрушек и устройств, по типу секс-машин, анальных пробок, множества дилдо самых разных размеров. Он задержался на несколько секунд на странице с «Золотым дождем», снова метнул мимолётный взгляд на Нишики, пролистал дальше и в шоке застыл.       О такой сексуальной практике он никогда не слышал, и увиденное его действительно шокировало. На фотографии был запечатлен худой мужчина, стоящий на коленях спиной к камере. Позади него на сей раз стояла пышногрудая женщина в кожаном карсете. Она низко наклонилась к его подставленному заду и замерла с высунутым языком. Тянулась она к сфинктеру мужчины, который буквально зиял. Его прямая кишка чуть выдвинулась наружу, раскрывшись, как ярко-красный бутон. Женщина давила ладонями по бокам от его ануса, явно помогая ему удерживать свою задницу в таком состоянии. Бутон блестел от смазки, и Кирю облизнулся. Его член уже давно затвердел и требовал немедленного внимания, головка пульсировала, истекая эякулятом.       Он зажмурился, представляя, каково было бы вылизать это блестящее нутро, войти внутрь пальцами и двигать ими неспеша, пока партнёр не начнет сам умолять его хорошенько трахнуть прямо в эту сочащуюся розу. Кирю потянулся к своему члену и вздрогнул, когда его ладонь поймала чужая теплая рука. Он испугано дёрнулся, распахнул глаза и встретился с любопытным взглядом Нишики. Акира, должно быть, проснулся и застал Кирю в весьма недвусмысленном положении с журналом в руках. Поэтому просто бесшумно подполз поближе, чтобы не спугнуть. А тот и не заметил, потому что в висках его стучало так бешено, что он вообще ничего вокруг себя не слышал.       Нишики заглянул в журнал, который Кирю не успел захлопнуть, и присвистнул:       — Вау.       — Забудь!       Он хотел отбросить злополучный журнал подальше, но Нишики не позволил. Одной рукой он крепко держал Кирю за запястье, другой удержал открытым этот невероятно откровенный разворот.       — Не думал, что тебя заинтересует нечто подобное... — продолжил он, наклонившись поближе и рассматривая происходящее на фотографии. — У меня есть знакомая доминатрикс, она рассказывала о чем-то таком. Кажется, это называется пролапс.       От одного лишь слова член Кирю снова дёрнулся, и он шумно выдохнул через нос.       — Ох, — губы Нишики растянулись в ухмылке.       — Заткнись, Нишики.       — Я вообще ничего не сказал.       Нишики подвинулся поближе, почти вплотную к боку Кирю, и наклонился к его уху, не отрывая своих глаз от фотографии.       — Хотел бы попробовать так же с моей дырочкой? — его горячий шепот коснулся мочки, и по шее Кирю побежали мурашки.       Тот сухо сглотнул.       — Не знаю... Это не опасно?       — Хм-м, — протянул Нишики, кончики его длинных волос скользнули Кирю по плечу. — Если не заниматься этим слишком часто, думаю, все будет в порядке.       Он посмотрел внимательно в лицо своего партнера.       — Мы можем просто попробовать, Кирю, — он уткнулся носом в его пылающую щеку и добавил: — Я не против, чтобы ты сделал такое со мной...       Тихий стон вырвался из горла Кирю. Нишики горячо выдохнул и оставил теплый поцелуй возле кадыка. Его ладонь наконец выпустила из плена руку Кирю и скользнула под резинку его шорт, а затем и трусов, уверенно обхватывая налитый член. Он размазал смазку по головке и начал неспеша дрочить ему. Губы выцеловывали дорожку вверх по челюсти, клюнули в подбородок и остановились возле приоткрытых губ.       — Расскажи мне, что ещё тебе понравилось, Кирю.       Кирю прикусил губу, несдержанно толкаясь в чужой кулак. Он давно не был настолько возбужден, чтобы кончить от простых разговоров и дрочки.       — Я не успел увидеть много, но там было кое-что... — Кирю оборвал свои слова стоном, когда Нишики сжал его особенно сильно. — Там есть страничка с фистингом, Нишики...       Рука на члене на миг замерла, нежные губы отстранились от его губ. Кирю приоткрыл глаза и посмотрел из-под ресниц на удивлённое лицо Нишики.       — Это слишком, да? — спросил он, вызвав у того смущенную улыбку.       — Да нет, кхм, — он прочистил горло и прижался лбом к обнажённому плечу Кирю, скрывая румянец на щеках. — Покажи мне.       Дрожащими руками Кирю зашелестел страницами журнала. Этот разворот был где-то в начале. Он торопливо полистал немного и распахнул журнал в нужном месте. Том самом, где мужчина ввел руку женщине в анальное отверстие выше запястья.       Они оба застонали.       — Если честно... Я однажды фантазировал об этом...       Рука возобновила движения на стоящем колом члене, Кирю несдержанно простонал.       — Х-а-а... Расскажи.       Нишики поймал его нижнюю губу ртом и чуть-чуть пососал.       — Это было довольно давно. Я тогда только узнал про фистинг. В тот вечер я был дома один, дрочил в душе и представлял твой огромный кулак внутри меня, — лихорадочно бормотал он, не замечая, что сам уже не на шутку возбудился. — Как ты двигаешь им все глубже и глубже, как его очертания становятся видны в низу моего живота...       — А-а-а!..       Кирю кончил, выпуская мощные струи спермы в сжимающую его член ладонь. Но Нишики не останавливался.       — Интересно, как глубоко ты смог бы засунуть в меня руку, Кирю?       Он доил его, выжимал все до последней капли.       — Хочу, чтобы ты вставил мне по самый локоть...       Кирю задыхался. Теплый воздух в комнате накалился, обжигал кожу и легкие. По груди стекал пот, волосы стали мокрыми. Он поджал пальцы ног, ещё несколько раз толкнулся в кулак Нишики и резко схватил его за запястье, останавливая движения на гиперчувствительном члене.       — Стой, стой, хватит!..       Из его головки выплеснулась ещё одна слабая полупрозрачная струя семени. Кирю вжался в простыни на футоне и наконец расслабился. Нишики тоже замер, тяжело и часто дыша. Звук их обоюдного дыхания наполнил крошечную комнату.       — Можешь поржать, — вдруг подал голос Нишики спустя какое-то время, — но я кончил в трусы.       — Не удивительно, — со смешком ответил Кирю.       Нишики выпустил его обмякающий член и ладонью провел вверх по рельефному прессу, размазывая по коже остывающую сперму. Кирю выдохнул.       — Ты правда хочешь все это попробовать?       Нишики повел плечом.       — Ну, я же хотел разнообразия, — задумчиво сказал он, влажным пальцем обводя ореолы его темных сосков. — Мы можем растягивать меня понемногу, пока внутрь не влезет твой кулак и ты не увидишь мой бутон.       Кирю застонал, пряча красное лицо за предплечьем.       — Ужасно, Нишики, замолчи-и-и...       Нишики захихикал и выпрямился. Чистой рукой он провел по своим волосам, зачесывая их назад. На висках его тоже блестел пот.       — Раз мы с тобой липкие и грязные, — объявил он и вскочил на ноги, — я первый в ванну!       Кирю не остался в стороне и, привстав на локте, швырнул ему в спину все тот же треклятый журнал, но Нишики, хохоча, ловко увернулся и скрылся за дверью, ведущую в ванную. Спустя пару секунд оттуда донёсся звук льющейся воды. Кирю вздохнул и улёгся на спину, раскинув руки и ноги в стороны. Он вспотел, на животе и груди поблескивали засыхающие разводы собственной спермы.       И откуда только в Нишики столько разврата?.. Конечно он был якудза, это могло многое объяснить, однако с виду тот всегда казался чертовски милым. Хостес души в нем не чаяли, наматывая его длинные пряди на свои наманикюренные пальчики под несерьёзный флирт. Но стоило им с Кирю остаться наедине, как у Нишики будто отказывали тормоза. Он целовал глубоко, с радостью опускался перед ним на колени, чтобы как следует увлажнить его член собственным ртом, а затем сдергивал брюки и нетерпеливо вставал в свою самую любимую коленно-локтевую.       Кирю сделал глубокий вдох и медленно выдохнул, думая об их последнем сексе. Он закрыл глаза.       Это случилось примерно неделю назад. После работы они заглянули в новый видео-салон по соседству с «Гандхару» и взяли на прокат парочку кассет с фильмами для взрослых. По пути домой в круглосуточном они купили упаковку любимого пива, каких-то снеков и завалились в квартиру Нишики, потому что именно у него был новомодный телек со встроенным видеомагнитофоном. Первая кассета не представляла из себя ничего интересного: парень с девушкой придавались утехам в номере отеля. Он поиграл с ее киской, она резво поскакала на его члене, тряся на камеру необъятными сиськами. Кирю и Нишики возбудились, попивая пиво, иногда лениво целовались под чужие стоны и трогали друг друга сквозь белье. Но не больше.       Прежде чем включить следующую кассету, они по очереди сходили отлить.       Второе видео было более пикантным. Это оказалось новенькое гей-порно. Сюжет его был довольно типичным: трое парней в черной школьной форме остались в классе после уроков для «дополнительных занятий». Один парень полностью разделся и лег грудью на парту, а другие двое пристроились к нему с обеих сторон. Он с готовностью взял парня с членом поменьше в рот, а второй, подготовив его отверстие пальцами, вошёл в него сразу на всю длину.       Хлебнув ещё пива, Нишики уткнулся в шею Кирю и потянулся ладонью к его члену. Пока парни на экране стонали, Нишики прильнул к нему тесно, упираясь своим членом в мощное бедро. Глаза его лихорадочно заблестели.       — Хочу, чтобы ты вошёл в меня так же, — пролепетал он, зарываясь пальцами в короткие волосы Кирю и притягивая его для быстрого поцелуя.       — Расскажи мне, что именно ты хочешь, чтобы я сделал.       Нишики горячо дышал. На его трусах образовалось пятно от предсемени. Кирю накрыл его истекающий член ладонью сквозь ткань.       — Хочу, чтобы ты использовал сразу три пальца... А-а-х... Обещаю, что выдержу. Я дрочил сегодня утром и трогал себя сзади.       Кирю подхватил его за ногу, помогая усесться на себя сверху. Его собственный член пульсировал, а в голове была лишь одна мысль: вставить Нишики настолько глубоко, насколько хватит его длины. Они снова поцеловались. На сей раз медленно, ласкаясь языками, по очерди посасывая их и легко прикусывая губы.       Происходящее на экране давно перестало их интересовать, но звуки шлепков налитых яиц о бедра и подбородок одного из парней заводили и нежили слух.       Оторвавшись наконец от губ Кирю, Нишики сполз на пол и на четвереньках добрался до футона. Он ловко выскользнул из трусов и уткнулся пылающим лицом в сложенные перед собой руки. Кирю жадно облизнулся. Блики экрана ложились на бронзовую кожу цветными тенями. Он на коленях подполз к приглашающе подставленному заду и развел ягодицы. Дырочка Нишики трепетала, ждала, когда в нее войдёт что-нибудь большое, сполна наполнив столь нуждающееся нутро.       — Смазка под подушкой, — глухо проговорил Нишики, и Кирю, не теряя ни секунды, дотянулся до тюбика.       Смазка пахла сладко, отдавала спелой дыней. Рот тут же наполнился слюной. Он выдавил себе на пальцы побольше жидкости и коснулся тремя пальцами входа.       — Ты точно уверен?       — Да-да, — прохныкал Нишики и нетерпеливо повлиял задом, — пожалуйста, Кирю.       Кирю покружил пальцами вокруг ануса, растирая податливые мышцы подушечками. Он не сомневался, что Нишики справится, но очень сомневался в самом себе. Стоило больших усилий не сдернуть трусы под яйца и не войти в эту сладкую тесноту без подготовки. Но это был его любимый Нишики, и он не мог позволить себе причинить ему боль.       — Расслабся, — прошептал Кирю и оставил нежный поцелуй на одной ягодице.       Нишики вздохнул. Его анус на миг сжался, а затем слегка открылся, готовый принимать в себя все, что ему предлагали.       Кирю надавил на него среднем пальцем и, не почувствовав сопротивления, медленно скользнул внутрь самым кончиком.       — Да-а-а, — протянул Нишики, одной ладонью сжимая свой член у основания. — Не бойся, Кирю, просто трахай меня.       Голова кружилась от этой просьбы, бесконечные стоны из динамиков телевизора вливались в уши без остановки. Кирю выдохнул носом, словно дракон, и сложил вместе три пальца. Он надавил ими на дырку, и та приняла их с готовностью. Войдя по первые фаланги, он подождал немного и выскользнул обратно. Нишики громко застонал. Кирю как никто другой знал, где находились его два самых чувствительных места. Одно — глубоко внутри, и оно сводило Нишики с ума, а другое — это нежные края его отверстия. Он буквально тек, когда их медленно растягивали или ласкали и посасывали горячим ртом. Кирю снова вошёл на туже глубину и немного развел пальцы внутри, растягивая упругое колечко.       — О да, а-а-х...       Кирю добавил ещё немного смазки и протолкнул пальцы глубже.       — Какой же ты тугой, боже.       — Растяни меня, давай же, Кирю, прошу, — сбивчиво шептал Нишики. — Я хочу твой член, пожалуйста...       Пальцы чуть шевельнулись внутри и снова выскользнули, доводя Нишики едва ли не до плача. Кирю замер на секунду, рассматривая открытый вход, и снова вошел. Он начал медленно двигать рукой взад и вперёд, наблюдая, как эта шикарная задница принимает кончики его пальцев. Член в трусах тек, головка пульсировала, ожидая своего часа. Поиграв с его дырочкой ещё немного, он протолкнул пальцы до упора, тут же натыкаясь на набухшую шишечку простаты. Крик Нишики потонул в складках мятых простыней и подушки. Рот Кирю был полон слюны, он тяжело сглотнул. Он вытянул пальцы до первых фаланг и снова толкнулся внутрь. Сопротивления не было. Нишики, как и обещал, принял сразу три пальца. Это сорвало Кирю с тормозов. Он нарастил темп, поворачивая кисть и разводя пальцы внутри настолько широко, насколько было возможно. Лишняя смазка с хлюпом вытекала наружу, когда он выходил почти полностью, и стекала на дрожащие яички.       Нишики давился стонами. Его голос звучал громче трёх трахающихся парней с кассеты вместе взятых, и впервые Кирю был рад, что живут они не в самом благополучном районе, чтобы заботиться о мирном сне своих соседей.       Он быстро вводил пальцы внутрь, иногда останавливался и одними подушечками давил на простату, словно пытался довести девушку до вагинального оргазма, лаская ее точку G. Его бедный изнывающий член дергался, готовый вот-вот взорваться.       — Кирю... Кирю, пожалуйста...       — Что, детка? Скажи мне, что ты хочешь?       Судя по дрожащему голосу, Нишики находился на грани слез. Слез безумного удовольствия, которое Кирю с радостью был готов ему предоставить.       — Выеби меня, прошу... — Он сам толкался навстречу пальцам, когда Кирю останавливался или сбавлял темп. — Трахни меня своим толстым членом...       Эти слова, слетевшие с дрожащих губ мольбой, стали для Кирю, словно красная тряпка для разъяренного быка. Под чужой стон он вытащил пальцы. Хорошо растянутая дырка не спешила закрываться, приманивая своей глубиной. Кирю наклонился и лизнул края покрасневшего ануса языком. Нишики ахнул.       — Сука, я же сейчас кончу! — Он действительно почти плакал. — Перестань!..       — Все, все, больше не буду, успокойся, — мягко сказал Кирю, но вопреки своим же словам поцеловал его прямо в припухший краешек, заставив зашипеть.       Он дотянулся чистой рукой до головы Нишики и пропустил сквозь пальцы его повлажневшие от пота длинные волосы.       — Ты такой хороший, — прошептал он, прижимаясь мокрым в трусах членом к его промежности. — Мне не терпится тебя наградить.       — Да, пожалуйста, Кирю...       Кирю сдёрнул трусы вниз, цепляя резинку за яйца. Он выдавил смазку прямо на член, провел по нему рукой во всю длину несколько раз, чувствуя долгожданное удовольствие от столь длительного воздержания, и приставил головку ко входу.       — Все ещё хочешь принять его сразу целиком?       — Я, блять, мечтаю об этом.       Кирю хмыкнул. Он развел ягодицы Нишики в стороны, открывая себе прекрасный вид на дергающуюся от предвкушения набухшую дырочку, и с силой толкнулся внутрь. Несмотря на хорошую подготовку, он все равно оказался чертовски тугим. Горячие влажные стенки сжали его со всех сторон, когда головка упёрлась в простату.       — А-а-х! — громко застонал Нишики. — Наконец-то... Ох...       — Ты в порядке? — спросил Кирю и тяжело выдохнул.       — Да... Двигайся, пожалуйста.       Бедра повиляли из стороны в сторону, отверстие на члене немного сжалось. Кирю простонал. Он качнулся, выходя из горячей тесноты почти полностью, и снова вошел до упора. Сил сопротивляться искушению как следует выебать эту дырку больше не осталось. Он начал двигаться и с каждым новым толчком наращивал темп, выбивая из лёгких Нишики воздух и обрывистые стоны.       Фильм на кассете давно кончился, но черный экран после коротких титров горел достаточно ярко, чтобы освещать покрытую потом спину с контурным изображением карпа.       Кирю провел ладонью вверх по его позвоночнику, зарылся в разметавшиеся во плечам волосы и потянул Нишики на себя. Тот вскрикнул и послушно выпрямился, помогая себе дрожащими руками. Он прильнул спиной к широкой груди, завел руку Кирю за голову, притянул его ещё ближе. Его член покачивался в воздухе при каждом толчке, головка блестела от количества эякулята, но Нишики не трогал себя, лишь поглаживал пальцами свои твердые соски и изредка посасывал кончики пальцев.       — Ты бесподобен, — влажно прошептал Кирю ему в плечо, оставляя на коже следы слюны.       Он схватил его за бедра, чуть изменил их наклон и толкнулся ещё сильнее, ещё глубже.       — Бля-я-я, Кирю!.. — полукрик-полустон заставил того вздрогнуть и, тяжело дыша, замереть.       — Я сделал тебе больно? Прости, — Кирю оставил извиняющийся поцелуй на его плече.       Нишики помотал головой.       — Нет, нет, это было приятно, я просто... — Он неровно выдохнул и пристыженно сказал: — Я выпил слишком много пива, а ты, видимо, надавил мне на мочевой пузырь.       Глаза Кирю распахнулись, он приобнял Нишики за талию.       — Давай остановимся, и ты сходишь в туалет?       — Не-е-ет, — прохныкал тот, — я потерплю, обещаю.       Кирю кивнул и бросил короткое «хорошо». Он вернулся к прежней позе, чтобы не мучить Нишики, и тот благодарно простонал. Он толкался в него все быстрее и быстрее с каждым разом, мечтая освободиться и наполнить наконец тугие внутренности своей спермой.       — Да!.. Ах, да!..       Нишики, казалось, сходил с ума. Он откинул голову ему на плечо и безостановочно стонал. Скорее всего завтра он будет не только еле ходить, но и еле говорить.       — Давай, Кирю, да!.. Я сейчас... А-а-а!       Он задрожал, и Кирю крепко обхватил его поперек живота. Дырочка Нишики начала хаотично сжиматься вокруг него, а из члена выстрелило несколько длинных струек густой спермы.       — Боже, да-а-а...       Должно быть, мышцы его ног совсем ослабли, и Нишики полностью лег на крепко держащего его Кирю. Угол проникновения вновь поменялся. И Кирю знал, что это значит.       — Блять, Нишики, выпрямись, — задыхаясь, попросил он, но тот его будто не слышал. — У меня нет сил... держать нас обоих...       Тот обессиленно помотал головой.       — Нет, сначала кончи внутрь, прошу тебя.       — Ты можешь описаться.       — Похуй, просто кончи в меня, Кирю.       Нишики кое-как повернул голову, и их взгляды впервые встретились. Его ресницы были мокрыми от слез, глаза маниакально блестели в тусклом свете телевизора, на губах сверкала слюна. Это было последней каплей. Кирю зажмурился и с рыком стал остервенело трахать расслабленное после оргазма отверстие. Нишики вдруг часто задышал и снова сжался. А затем тихий стон удовлетворения слетел с его губ.        Кирю услышал это. Журчащий звук сильной струи и шорох намокаемых простыней. Он приоткрыл глаза и посмотрел, как бледно-золотистая моча впитывается в белую ткань постельного белья. Струя из все еще твердого члена била ровно туда же, где блестели свежие капли спермы. Две жидкости медленно смешивались.        Кирю низко застонал. От увиденного низ его живота свело блаженной судорогой. Он последний раз дёрнул бедрами, засаживая Нишики по самые яйца, и кончил глубоко внутрь. Его член выплескивал из себя семя, пока он наблюдал, как струя мочи Нишики становится тоньше и слабее. Все закончилось одновременно.       Они сбивчиво задышали. Желтое пятно растекалось по футону, их коленей коснулось влажное тепло.       — Бля, это просто пиздец.       Первым нарушил тишину Нишики, который наконец отдышался. Кирю хмыкнул. Он обхватил подрагивающие от напряжения бедра Нишики и осторожно вышел из его тела, сорвав с его губ последний едва слышный стон. Чуть отстранившись, он развел ягодицы большими пальцами и наблюдал, как из зияющего ануса вытекали остатки смазки вперемешку с его спермой.        — Вставай, — позвал его Кирю, когда в его нос ударил запах свежей мочи. — Нам надо быстро помыться и закинуть это все отмокать в ванну, иначе вся комната насквозь провоняет.        Он отодвинулся и поднялся на задеревенвшие от долгого сидения на коленях ноги. Его ладони легли Нишики на плечи, он потянулся, чтобы помочь ему подняться, как вдруг услышал всхлип. Кирю замер.        — Детка, ты чего?        Нишики не ответил, вместо этого восхлипнув сильнее. Кирю вздохнул и опустился обратно, не обращая внимание на сырое белье и запах. Он приобнял Нишики за плечи и притянул к себе.       — Успокойся, все в порядке.       Нишики обнял его в ответ, утыкаясь носом в плечо.        — Я не смог сдержаться и сделал нас грязными, — пробубнил он, снова всхлипнув. — Прости меня, Кирю, я все испортил.              — Все хорошо, ты ни в чем не виноват. — Он ободряюще погладил его по волосам, чувствуя, как на собственных щеках появляется румянец. — И ты ничего не испортил, мне очень понравилось. Я давно так сильно не кончал.       Нишики замер на миг, а затем отстранился, чтобы посмотреть ему в лицо.        — Точно?       — Мгм.        В доказательство своих слов он скользнул пальцами по его пояснице и нырнул пальцами в заветную щелку. Сперма все ещё вытекала из припухшего отверстия, и Кирю нежно надавил на него подушечкой. Нишики выдохнул.       — Ты до сих пор протекаешь, и внутри наверняка ещё что-то осталось.       Он вновь взял его за плечи и поднял их обоих на ноги. Нишики вытер лицо ладонью и улыбнулся.       — Раз ты так говоришь...       Их губы встретились в нежном поцелуе. Они неторопливо двигали губами и языками, ласкаясь. Кирю выдохнул и легко застонал.       А затем вздрогнул, когда на его живот брызнуло что-то прохладное.       Он резко распахнул глаза, яркий солнечный свет ударил по ним, и он прищурился. Только что вышедший из душа Нишики возвышлася над ним в одних шортах и вытирал мокрые волосы полотенцем. Холодные капельки воды капали с их кончиков прямо на живот Кирю.       — Иди, твоя очередь, — сказал Нишики и вдруг замер. — Так. Ты что тут без меня делал? Почему у тебя опять стоит?       Кирю посмотрел на холмик в своих трусах и тут же прикрылся простыней, которую использовал в жару вместо одеяла. Щеки его пылали.       Нишики оставил свои волосы в покое и нагнулся к нему, уперев руки в бока. Выражение его лица было весьма хитрым и любопытным.       — Что, уже что-то про нас нафантазировал?       — Отвали от меня, — стыдливо отмахнулся от него Кирю, выбираясь из вороха простыней и подушек. — Ничего такого, о чем бы ты не знал.       Он вытащил из горы стиранного белья свои брюки, свежие трусы и скрылся в ванной.       — Эй! Да что я такого сказал?       — Заткнись!       Квартира наполнилась шумом льющейся воды.