Туда-обратно. Билет невозвратный

      Мы с Тёмой едем на море! Всё здорово, офигенно, замечательно! Но я не готов. Ни к поездке, ни к тому, что у нас с Тёмой будет. Возможно, будет. Мы же ничегошеньки не обсудили! По телефону — глупо. В переписке — ещё хуже.       Так спонтанно я в такую даль не ездил. Не отказался только потому, что он был такой уверенный. Поплыл я, как мороженка с бейлисом под паническим топпингом.       Я ж не просто так списки пишу. Они во многом помогают. И от паники, в том числе. Разволновался, разложил всё по полочкам, заодно и что делать запомнил. А что не запомнил — подсмотрел. Но мне сейчас даже список писать некогда!              Несусь с вокзала домой. Почти сшибаю маму, встречающую меня в дверях квартиры. Она тоже со смены, заспанная немного.       «Вот только я, как репей нечёсаный, а у неё — локон к локону. Как она с такой тяжелой работой это проворачивает? Магия…»       — Что за спешка, Мась? Куда опаздываешь?       — Не поверишь. На поезд, — отвечаю ей, а сам снимаю обувь и несусь в ванную вместе с вещами.       — Ты же с рейса. И сегодня снова?       — Да, так получилось… — стою с грязными рубашками в руках. — Бли-и-ин… Ну я не успе-ею-ю-ю…       — Мась, всё хорошо?       — Не зна-а-аю-ю-ю…       Мама строго смотрит на меня:       — Вижу, что не очень.       — Извини, мам. Не волнуйся. Я спонтанно ехать согласился, не подумал даже про то, что перестирать всё до отъезда не успею.       — Спонтанно? Хм. Давай, коротко и по делу, говори, чем помочь.       — Мне б только придумать, как рубашки по-быстрому высушить.       — Кидай в стиралку — разберёмся. Пообедать успеваешь или с собой?       Смотрю на время.       — Да, успеваю. Спасибо, мам.       Стою под душем, намываюсь, как будто стараюсь впрок чистоты навести.       «Жесть-то какая! И с этим что-то же надо успеть сделать! И…»       Застываю с триммером в руках.       «А кто сверху, мы так и не договорились. А если не я? А-а-а как? Хух. Блин, вот озадачил он меня с секспросветом. Ну оно и понятно. Я сам нарвался. Умничать начал, про смазку крякнул. Хотя у самого опыт только с одной девушкой был. И то, она сама меня, бестолкового, учила, направляла. Так, ладно. Без паники, Макс, а то точно опоздаешь».       Включаю триммер. А из головы то, что у нас было в купе, не идёт.       «Артём в этом деле поадекватнее будет. А меня совсем понесло. Сам сказал про мастурбацию, а полез с минетом. Понимаю, почему он меня остановил. Хотя нет, не понимаю. Я бы так не смог. У меня от одних мыслей про оральный секс всё тело мурашками покрывается. Вот, опять».       На коже, как по команде, выступили мелкие пупырышки. А ниже пупка — приятной тяжестью начало наливаться возбуждение.       «Эх. Точно бы не отказался. Понимаю, что он не умеет. Но если захочет, то готов быть учебным пособием, кто-то же должен быть первым. Сам-то я тоже минет никогда не делал. Но делали мне. Не совсем на практику похоже, но уже больше, чем теория. И у него, думаю, как минимум, так же… Блин! Вот я бестолочь! За себя знаю, что после медосмотра и анализов никого не было. А он-то не в курсе. Или может у него кто… Ну, блин, порыв нежности у меня такой случился! Приятно хотел сделать. Попробовать хотя бы. Надеюсь, он не подумал, что я его на взаимность развести пытался. И без этого некрасиво получилось, когда я приставать и канючить начал».       Осматриваю себя на предмет пропущенных торчащих волосков. На всякий, ещё и ощупываю.       «Не могу сказать, что я комплексую по поводу размера, но в его руке мой член как-то скромно выглядел. С Ирой не так в глаза бросалось. Зато его член… Опять мурашки побежали. И низ живота так приятно потягивает от одной мысли о том, как плотно ко мне своим прижимался. Даже немного обидно, что я не видел, а только чувствовал, как он рукой себя доводил. И испачкаться не обломно было… Ох. Ну опоздаю же так! Всё, Макс, включай мозг и думай, что собрать с собой. Хорошо у меня список остался с прошлой поездки. Крем от загара только в этот раз положить надо. Хотел там купить, но забыл от расстройства».

***

      Собрал вещи. Сел пообедать.       «Рубашки только надо не забыть. Надеюсь, успеют под вентилятором просохнуть».       Накручиваю спагетти на вилку и стараюсь не накрутить себя мыслями о поездке. Мама ставит передо мной стакан с компотом.       — Мась, а с кем едешь? Как её зовут?       — Мам, почему сразу «её»?       — Если не хочешь, можешь не рассказывать. Ты обычно такой суматошный, когда на свидание или экзамен собираешься, вот я и спросила.       «Ну да. А ещё триммером в ванной шумел. Явно мама слышала и про экзамен так просто сказала, чтоб сильно меня не смущать. А я ведь ей и фотки потом с удовольствием показал, рассказал бы, как съездил…»       — Мам. Я с напарником еду. С Артёмом.       — Это который Ши-и-илов? — мама улыбнулась, сдерживая смешок.       — Да чего ты дразнишься, а?       — Прости, Мась. Ты же тут хуже хмурой тучи ходил, ворчал без конца. Разобрались всё-таки?       — Разобрались… Я тебе не говорил, но мы уже третий раз в рейсах пересекаемся… Фото, которые я показывал, он делал.       «Не буду ж я перед мамой позориться и докладывать, как я напился и с температурой валялся?!»       — Куда теперь?       — Так же, на море.       — Ты же не хотел больше туда? Расстроенный тогда приехал, я даже переживала, что перегрелся, приболел. По фото-то там не так всё плохо, и ты на них довольный такой.       — Я не всё рассказал. Мы там тоже с Артёмом были, — растираю вспотевшие ладони о колени. Смотрю маме в глаза. — Понравился он мне. Как парень…       Она отводит взгляд, на секунду о чём-то задумывается, на её лице появляется мягкая улыбка.       — Спасибо, что поделился, Максим. Немного неожиданно, но мне приятно, что ты мне об этом сказал.       Обнял маму, положил ей голову на плечо.       — Папе только… Ох. Я сам, ладно?       — Как скажешь. Не переживай. Думаю, он поймёт. Ты ещё не опаздываешь?       — А! Да, ну, в смысле, идти уже пора, в… магазин ещё…       «Чуть не ляпнул, что в секс-шоп. Но мне и правда туда забежать надо. А продукты Тёма обещал купить. И печенье, в том числе».

***

      Нельзя мне в такие места ходить. И дело не в том, что я стесняюсь или ещё что-то. Чего стесняться, если это специализированный магазин? Это всё равно, что к стоматологу прийти и рот не открыть. Зачем пришёл, спрашивается?       У меня даже ощущение, что я лишнего наговорил. Очень милая консультантка. Такая милая, что меня раскрутила по полной. Но, вроде, всё нужное, по делу.       *Смазка. Две зачем-то взял. Нет, зачем каждая из них, я знаю. Одна скользит лучше и не сохнет дольше, а вторая — вкусная. Но насчёт первой… Ладно. Лучше пусть будет.       *Презервативы. Четыре вида. Во-первых, теперь переживаю, что с минетом поспешил. Поэтому тонкие — и мне, и ему. И плотные взял, «чтобы было вместе со смазкой». Тоже два варианта. Ну не подойдут ему мои, даже врать себе не буду. А то, чё он в сумке таскает… Я не осуждаю, просто предложу вариант получше.       [Анальные пробки, шарики и прочее.] Решил не брать ничего из этого. Презервативам и смазке, если что, найдём применение. А это куда, если не по прямому назначению? Да и проходить проверку транспортной безопасности я стремаюсь с таким багажом.       *Влажные салфетки. Подозреваю, что и в обычном магазине есть не хуже, но я боялся опоздать.       Вроде, по списку не много, но получился целый пакет.        «Надеюсь, что Артём не сбежит в ужасе от такой моей подготовки. Я когда стараюсь, то могу перегнуть с дотошностью. Может, и хорошо, что времени на сборы мало. Я б ещё что-то точно бы напридумывал».

***

             На планёрке стараюсь не надоедать и не палиться с переглядками. Артём — тоже. Но в бок меня тыкнул. Два раза. И лицо «эт не я» после каждого. На третий я поймал его за палец и так и держал его, пока по вагонам не пошли.              Принимать и готовить вагон вдвоём в этот раз было ненапряжно. Друг за другом точечно проверили, но больше для порядка, чем из вредности.       Прибыли на платформу. Стали рассаживать наших замечательных пассажиров. Серьёзно! Все, как на подбор, милые и вежливые.       Паспорта с билетами готовы заранее. Заходят, по местам укладываются, усаживаются. Никто верх с низом не перепутал. Бойни за полку у столика тоже ни одной не приметил. Тихонько достали свои яйца вкрутую, огурцы и курицу в фольге. Пиво аккуратненько из-под стола выудили. Подумаешь, вместе с провожающими накидываться начали. До отправления время-то есть. У меня кипятка мужичок ну очень вежливо попросил, «по-братски». Не страшно, что только сели. Разве не может чаю человек захотеть, после того как чемодан, с меня размером, моими же силами, в вагон впёр? Да не жалко кипятка, хоть ведро!       Но я ж не в розовых очках, на радостях, из-за того, что мимо Артёма туда-обратно хожу и боком его то и дело задеваю. И не идеализирую ни разу из-за того, что на море едем. Я в адеквате, поэтому за посадкой слежу.       Посмотрел по спискам — не досчитываюсь одного пассажира. На нижнем, крайнем — за стенкой от нашего купе. А платформа-то пустеет.       Артём уже подножку убирать собрался, когда наш опоздун явился. Точнее, не явился, а ввалился на платформу и с криком «Меня забыли!» вцепился в ступеньку.       «Вот ещё ЧП с переломом перед отправкой нам не хватало…»       Зашёл. Уселся. Вот только что ноги свои длинные в проход не вытянул. Очки чёрные, круглые в футляр убрал. Кошмар белобрысый, пережжёный поправил, маску для сна сразу на лоб нацепил. Ну чисто Сатору Годжо из спального района. Ещё и футболка бесячая. Вырвиглазно-фиолетовая с узором в виде зелёных «турецких огурцов».       «Дядь, у меня даже мама такое не носит. Даже в комплекте с кроксами. Даже если на них джибитсы с мультяшками»       Из сумки шоколадку достал. Потом у Артёма кофе попросил.       «Только сели, а ему углеводов захотелось. Да ещё и кофеина на ночь глядя. Будет потом шароёжиться, пассажирам нормальным спать мешать. Ещё и сигареты не курит. По-любому пойдёт в туалете ашкой парить. Или ещё какой ссаной соломой «типа без дыма» навоняет. Подозрительный тип. Арсе-е-ений Логачё-ёв, я слежу за тобой. Ты своей вежливостью и шутейками только Артёму мозги запудрил. А я-то насквозь тебя вижу».       Пока этот подозрительный Арсений уснул, натянув на глаза маску с нарисованными барашками, я прибрался в туалете и пошёл пожелать Артёму очень сладких снов. Взял ночную смену. А то я что-то и без энергосов взбодрённый весь. Но Тёма мне парочку всё-таки прикупил. Так приятно, хоть и вредно до ужаса.       Подсел к Тёме на полку, погладил по коленке.       — Ну, вот теперь показывай, Макс, чё ты там накупил. А то всю планёрку и посадку меня намёками мучил.       — Блин. Не заметил даже. Чё, прям достал, да?       — Заинтриговал, — тоже по коленке рукой проходится, только уже по моей и снизу вверх. Тянется ко мне, целует, утыкаясь носом в щёку и щекотно дыша. Руку так и держит на бедре. — Давай уже, показывай, а то такими темпами все покупки назад привезём.       — Да щас прям, — беру пакет. Хочу всё высыпать из него, но прижимаю к себе. — Только предупреждаю, времени было мало. Так что там ничего особенного.       — Макс.       — Всё, ладно-ладно…       На простыне оказываются все мои приобретения. Тёма с многозначительным видом изучает коробки.       — Ну как-то вот так… — у меня из головы резко пропадает весь заготовленный спич.       — Ага, — Артём крутит в руках тюбик ванильной смазки, откручивает крышку, нюхает.       — Без сахара.       «Зачем я это уточнил?»       Он выдавливает каплю себе на палец и резким движением мажет на мою щёку.       — О-о-ой! Макс, я случа-айно! Вытру? — хихикает. Убирает поцелуем смешно причмокнув губами. — Вкусно. А нам это куда?       — А куда захочешь. Ну, в разумных пределах.       — Давай без намёков, Макс. Я ваще пока про твои «разумные пределы» нифига не понимаю.       — Ох… Думал, будет проще. В секс-шопе с консультанткой даже ни на секунду не стремануло. А сейчас — не знаю, с чего начать.       — Ну давай к твоему вопросу с того раза. Я не против попробовать и так, и так. Только не прям сразу.       — В смысле, без подготовки? Ну, тут…       — В смысле, давай с чего-то другого начнём.       — Наприме-е-ер?       «Я ж не слишком явно намекаю и напираю? Главное, чтоб не как в прошлый раз. Охох. Опять мурашки побежали».       — Например, пообнимаемся, потрогаем друг друга.       Я обвёл глазами разложенный по простыне арсенал и потянулся за пакетом, чтоб убрать всё лишнее. Артём, придержав за руку, остановил меня.       — Макс. Ты погоди всё складывать, — он постучал пальцем по пачке тонких презервативов. — Можно и в них. Ничего вокруг мыть не придётся. Да и, — Тёма наклоняется к моему уху, — мне бы понравилось, если бы ты его на меня надел.       «Фух… Хорошо, что с девайсами не стал заморачиваться. А то и это бы выглядело как прямые намёки. И его идея мне тоже кажется очень эротичной. Особенно шёпотом на ухо».       — Я согласен. Только вот эти твои.       Артём покрутил пачку. Потом вторую.       — Размер разный? Ты подбирал, что ли? Интересно.       Слышу стук в дверь купе.       «Очень вовремя».       Иду узнавать, что случилось. На пороге стоит эта аниме-пародия.       «Ага. Кофе напился, теперь не спится».       Выхожу к Арсе-ению Никола-аевичу. Прикрываю дверь, чтобы он не заглядывал, куда не положено.       — Извините, что так поздно.       — Ничего стра-ашного. Мы ж круглые сутки для ва-ас работаем. Какой-то вопрос?       — Тут такое дело, мне б утром станцию одну не проспать. Подарок хочу по-быстрому сбегать забрать…       «О-о-очень инте-ере-е-есно-о-о. Когда он там к делу перейдёт?»       — … будильником перебужу тут всех. Толкнуть сможете меня?       — Конечно.       — Если что, можете Арсом или Сеней звать, так реще реагирую. Ну или пинка дать, на край. Хех. Правда, очень надо.       — «Пинка» не положено, но разбужу обязательно. Спокойной ночи.       «Ну так и знал, что тип проблемный. Чё ему какие-то сувениры в пути приспичило покупать. Ещё и с утра пораньше… Отвлёк, блин. Тёме так-то надо поспать успеть».              Смотрю — а Артём и правда уже носом клюёт.       «Да ну блин…».       — Ты, может, спать, Тём?       — Да не, — сладко позёвывает. — Ещё не хочу.       «Бли-ин. Будет не очень, если я сейчас как-то настаивать начну. Спрошу, конечно, но навязываться не буду».       — Тут всё равно тесно. Давай ложись. Ну и, если не против…, — глажу его по груди, сгребая пальцами рубашку. — Можем тоже посменно друг друга изучать. Я же правильно понял цель твоего предложения пообниматься? Хочешь понять, как приятно, а как нет?       — «Изучать» звучит неплохо. Я об этом и не думал, когда предлагал… Просто, если не гнать события, то с этого и начинают. Но я себя чутка целкой какой-то чувствую, ломаюсь чёт.       — Фе. «Целка» звучит не очень, — скольжу пальцами под ворот его рубашки, расстегиваю регат. — Не про тебя совсем, — тяну за верхнюю пуговицу. Приближаюсь к его лицу. Касаюсь его губ. Расстегиваю вторую пуговицу, Артём копошится в моих волосах на затылке, а я кайфую с того, какой у него подвижный язык. — Не уверен, что «целки» так целуются.       Артём хмыкнул, расстегивая брюки.       — Не раздевайся, так садись.       Чувствую себя, как на какой-то картинке в стиле БДСМ. Артём в чёрных боксерах и носках, лежит между моих коленей, обтянутых чёрными брюками. Тянет меня к себе, намотав галстук на кулак, страстно целует, водя свободной рукой по белой ткани рубашки. Сажусь прямо, поглаживаю его ладонями, кончиками пальцев.       — Макс, я эт, такой себе объект для исследования. Потрогать и посмотреть люблю, но вот на единственной эрогенной зоне ты ща сидишь, — придерживает меня за щиколотку. — Да не ёрзай, удобно было. Я к тому, что мне всё нравится, но, типа, не ожидай, что я буду как-то стонать, извиваться, вот это всё. А то ща решишь, что не так что-то делаешь.       — Ну стонать сейчас совсем неуместно, но я тебя понял.       «Мне даже так интереснее. Вдруг выясню что-то, что он про себя не знает».       Пока я глажу и изредка касаюсь губами его кожи, Тёма распаковывает презервативы, протягивает мне один. Беру, только не руками, а зубами аккуратно ухватив за уголок.       «Никогда так не делал, надеюсь, что выглядит не слишком странно».       Сползаю ему на бёдра, намеренно ощутимо прижимаясь к паху.       «Стонать не стонет, просто громко втягивает воздух сквозь зубы. Но по взгляду не скажешь, что ему больно или неприятно».       Оттягиваю вниз плотную широкую резинку боксеров. Веду пальцами от основания к головке, второй рукой обхватываю и сжимаю обритую до гладкости мошонку. Обхватываю член, сдвигаю вниз крайнюю плоть.       «Хорошо, что презик у меня в зубах. Хоть как-то стопорю себя от того, чтобы снова не попробовать поласкать его языком».       Тяну пальцами за фольгированный край, разрывая упаковку по зубчатым насечкам.       «Раз уж начал чудить, то чего бы не продолжить. Тёма аж губу закусил, глядя на такую распаковку».       Держу скользкую тонкую резинку на весу, дотягиваюсь до губ Артёма на короткий влажный поцелуй. Выпрямляюсь. Сжав двумя пальцами латексный кончик, надеваю презерватив на член Артёма, неспеша раскатываю до основания. Провожу несколько раз по всей длине, сжав большой и средний палец в кольцо.       — Не жмёт, не давит? А то меня на м-ку уговорили…       — Ты ещё скажи, что на дилдаках примерялся.       — Я хотел! Но там в упаковках всё… Так, на глаз…       Артём ухмыльнулся и стал расстёгивать мой ремень.       — Рубашку только распахни, а то смазкой заляпаем.       Расстегиваю нижние пуговицы и завязываю концы рубашки узлом на груди. Артём с хрустом разрывает упаковку презерватива. Пододвигаюсь к нему поближе, спускаю вниз резинку трусов. Тёма несколько раз раскрывает и закрывает головку моего члена, обводит её большим пальцем, заставляя меня подрагивая вздохнуть. Надевает презерватив и как-то хитро смотрит на меня.       — Как сидит? Не туго, не жмёт?       — Я ж знаю, что покупал, — для уверенности провожу рукой. — Нормально всё.       — А два размера нафига тогда купил? — показывает мне запечатанную пачку.       — Ты, блин! Как? Ну слетит же…       — Щас-то чё переживать, если слетит. Проверим заодно.       Смотрю на наши с Тёмой упакованные приборы.       «Нет, ну… Да в смысле?! У него побольше, но не настолько, насколько мне казалось… Измерительную ленту сейчас искать совсем клиника же будет, да?»       Из измерительного ступора меня выводит качнувшийся, без видимых на то причин член Артёма. Поднимаю на него глаза — ухмыляется.       — Кто-то там меня спать отправлять собирался… Не знаешь, Макс?       «Ой ща этот шутник-дергунчик у меня дохихикается!»       Обхватываю член Артёма правой, свой — левой, двигаю руками почти синхронно, ускоряясь и замедляясь. Плотнее сжимаю его бёдра, сдвигая колени. Тёма устраивается повыше на подушке, приподнявшись на локтях. Довольно прикрывает глаза, слегка наклоняет голову набок.       Смазки на резинках мало, добавляю ту, что лучше скользит, и продолжаю работать двумя руками. Когда Артём совсем закрывает глаза, отпускаю свой член и, опираясь на свободную руку, нависаю сверху, над его торсом. Сжимаю губами сосок, ласкаю языком. Дыхание Артёма учащается, он берётся за мой член. Говорит, не открывая глаз:       — Чувствую, что кто-то халтурит.       — Коленки затекли, — от неожиданности шмякаюсь носом ему в плечо. — Хах… Не так… быстро…       Рука по моему члену теперь скользит медленнее, а я — наоборот ускоряю движения, чаще задеваю и тру ладонью о головку. Ложусь грудью на Артёма, приподняв зад. Жарко дыша, он утыкается в мою макушку. Несильно кусаю напряжённый сосок, потом ещё и ещё, облизываю и снова кусаю, улавливая каждый раз лёгкую дрожь по телу Артёма.       Его рука замирает на моём члене. Артём растекается по подушке, часто дыша. Мне остаётся сделать ещё несколько скольжений по гладкому латексу, чтобы ощутить, как он напрягается всем телом и с тихим, жарким «хха-а» расслабляется. Прижимаюсь животом к животу, чувствую, как пульсирует его плоть между нашими телами. Двигаю рукой, слегка подмахиваю себе бёдрами и скоро сам лежу, распластавшись на Тёме, ловя приятные волны расслабления.       «В презиках дрочить, может и чище, но жесть как утомительно…»       

***

       Еле протянул ночь на энергосах. Немного спасла техническая остановка, где я даже успел размяться на воздухе.       Будить Арсения Николаевича не пришлось — он проснулся на запах моего кофе. Пришлось и ему наливать.       «Лучше б лотерейки купил. Кофехлёб».       Арсений выскочил на нужной станции, ломанулся куда-то, а вернулся с большой чугунной сковородищей наперевес.       «Без комментариев. Очень странный челик».       Утром, в пересменку, я успел только быстро чмокнуть Артёма и сразу вырубился.

***

      Шебурша в волосах влажными руками, вышел из купе в поисках моего обожаемого сменщика.       «Как бы уже пора, обычно к этому времени он в купе переодевается».       Обнаруживаю его сидящим на полке, рядом со сковородочным кофеманом Арсением. Тёма что-то показывает в телефоне, активно жестикулируя, а этот — без конца кивает. Про пляж, берег, песок воркуют. На меня — ноль внимания. Трогаю Артёма за плечо.       — Тём, ты отдыхать пойдёшь?       Поворачивается ко мне:       — Да, Макс, ща Арсу дорасскажу, как доехать, — опять к Арсению, — ну и, короче, развилка будет…       Ухожу проверять вагон.       «А то хрен знает, сколько он тут уже гида изображает! Мало ли что сделать забыл!»              «Ничё он не забыл. Но всё равно, бесит. В первый раз вижу, чтоб он с пассажирами так надолго зависал».       Прихожу в купе, пожелать Артёму спокойной ночи.       — Макс, чё такой хмурый?       — Не доверяю я этому Арсе-ению. Вот чё он до тебя докопался?       — Так, ревнивая моська, нук, иди сюда, — хлопает рукой рядом с собой. — Я просто про маршрут до пляжа рассказывал. Не накручивай. Мне зачем этот хмырь белобрысый, если у меня тут рыжее чудо есть? — чмокает меня в щёку.       — С «хмырём» ты жестишь, наверное, но аргумент мне нравится, — так же чмокаю в ответ.       — Минет хочешь?       Я аж словами подавился.       — Этх тыж а э? Артём!       — Я за него! Так чё? — сжимает моё бедро.       — Ты вину что ль так заглаживаешь, не пойму?       — За то что челу дорогу показал? Ну, Макс. Я дозрел, типа…       — Станция скоро…       — Тогда решайся. Или уже до прибытия, — снова жамкает моё бедро.       «Мурашки-мурашками, но я б до прибытия подождал».       — Я что-то так вот по-быстрому не хочу… Без обид?       — Конечно. Тогда, пораньше встану — ты вздремнёшь перед высадкой, чтоб сил на купание больше было, договорились?       Запрыгиваю к Артёму на коленки, обвиваю шею руками и крепко обнимаю.       — Во! Такой настрой мне у тебя больше нравится! Не надумывай лишнего только. Мне тоже напряжно становится, когда замечаю, что ты грустишь.

***

      Прибыли. Высадили пассажиров. Кофемана со сковородкой Арсения встретил Человек-панда. Не в смысле в костюме или с синяками под глазами. А какой-то большой и добрый. Сразу в глаза бросилось. А ещё, он так сковородке обрадовался, что Арсения заобнимал и, походу, поцеловал. А может мне показалось. Ладно, и у странноватых типов должны быть хорошие друзья.       

***

             А мы, наконец-то, на самом шикарном пляже! С мелким песочком, бирюзовой водой, где водоросли только у самой кромки воды. Да и то не противозные совсем. Душ, пусть и уличный, зато с пресной водой.       Рядом что-то вроде танцплощадки. Артём говорит, что вечером у них тут музыка. Мы, правда, без ночёвки, а значит — без танцев. Но палатку Артём взял. Мы и угол около пляжа присмотрели. Уединенный, чтоб никого не смущать.       Но он таким уединённым был недолго. Подъехала большая тачка. А из неё вышел Арсений и Человек-панда.       Ох… Ладно. Сначала надо искупаться. А потом пойдём другие кусты искать. Предложение Артёма ещё в силе. И у меня уже давно есть взаимное.