Много и вкусно

Солнце приятно ласкало Антона своими лучами, лёгкий ветерок обдувал его расслабленное тело, вокруг приятно пахло летом. Шаст развалился на шезлонге, попытавшись представить, что он на берегу моря. Только вот окружающие звуки не переставали напоминать ему, что вокруг не пляж, а дача его мамы. Стрекотание кузнечиков, пение птиц, такое знакомое с детства, и треск поленьев, которые активно колол Макар.  К вечеру сюда должна заявиться целая шебутная компания, но Шаст так не любит заниматься всеми этими приготовлениями. Нет, сами приготовления и приятное предчувствие ему нравятся, но комфортнее не самому быть организатором, а быть рядом с тем, кто все эти дела решает. Его старый кореш Илья Макаров с удовольствием согласился приехать пораньше и подготовить всё для приятных дачных выходных. В городской жизни ему этого не хватает. Макара воодушевляет ходить в одних шортах, босыми ногами чувствовать родной чернозём, брать с поленницы как можно больше дров в охапку, а потом от души махать топором. А ещё возиться с маринадом и разделывать мясо. Проверять сильными руками, хорошо ли натянут гамак, выливать на себя ведро освежающей воды после посещения затхлого сарая, где среди паутины нужно было найти мангал и дачные деревянные шезлонги. Всё это время Антон следовал за Ильёй гуськом и помогал лишь своим присутствием, хохотал вместе с ним и резво отпыгивал от шальных брызг, которыми Илья пытался в него попасть. Волей-неволей вспоминались те времена, когда они, ещё будучи юными студентами, пьяные сосались на чужом сеновале во время подобных дачных выходных. Антон уже тогда понимал, что ему нравятся мужчины, а для Макара это было больше помутнением, хоть и приятным.  Такие помутнения бывали и в более осознанном возрасте. И в эти моменты Макар был даже благодарен тому, что они с Антоном из-за высокой занятости обоих совсем нечасто видятся и проводят время вместе. В последние годы на пьяную голову Илье совсем сносило крышу от Антона, и он уже понимал, что этот раз не будет исключением. Если быть честным перед собой, то сегодня Илья ощущал приятное покалывающее чувство предвкушения. Настроение от этого становилось ещё более приподнятым. И не только настроение. И пить хотелось не только от физического труда, но и от вида расслабленного Антона, его практически полностью оголённых ног, блуждающей по его губам лёгкой улыбке.  Первое время вся эта ситуация заставляла Макара жутко переживать. Но со временем он понял, что пьяные зажимания с Шастом — это лучший способ высвобождать свою бисексуальную натуру. Ведь потом он возвращался в город, в свою обычную жизнь суровым гетеросексульным мужиком, которого другие мужчины вот совсем не привлекают, на серьёзных щах. С Антоном это всегда было за городом. Эдакая маленькая сказка для Макара. Место свободы. И человек, который эту самую свободу для него олицетворяет. — А у нас молоко есть? — Подал голос Илья, больше проверяя, что Шаст не спит, чем действительно желая узнать про молоко. — Да, привезли же. В холодосе. Антон с наслаждением потянулся. Приятно.  Дверь снова скрипнула. По шелесту травы было слышно, что Макар подошёл и теперь где-то рядом. — Будешь? — Предложил он. — Не-а, — лениво ответил Антон, но глаза всё же приоткрыл. Он наблюдал за тем, как Илья жадно глотал прохладное молоко прямо из бутылки, которая от перепада температур покрылась крупными каплями конденсата. Шаст уже не стеснялся глазеть на то, как движется кадык, на огромную ладонь, в которой бутылка казалась совсем небольшой. У него и самого рука огромная, но смотреть на чужие мужские руки, особенно такие здоровенные, было особенно приятно и возбуждающе.  Две струйки молока не выдержали и выскользнули из губ Ильи справа и слева. Илья же продолжал пить, будто не заметил этого. А вот Антон не мог оторвать от них взгляда. Следил за тем, как струйки зазмеились сквозь светлую бороду, пробежали по шее, прошли лабиринты через курчавые волосы на груди и быстро проскользнули по животу прямо к шортам. Бёдра Антона слегка дёрнулись сами собой от резко нахлынувшей волны возбуждения. Шаст понимал, что Илья мог увидеть это краем глаза, но это его не смущало. Наоборот, он тоже ждал этого, только не осознавал, что захочется так быстро. Благо успел подготовить себя заранее. Сущность внутри Антона уже орала благим матом, что хочет этого бородача прямо здесь и сейчас. По крайней мере Шасту казалось, что это был именно мат, так ему чувствовалось.  — Погоди, я теперь тоже хочу молока. Шаст резко сел на шезлонге и протянул руку. Стоило только ему коснуться влажного пятнышка на резинке шорт Макара, как тот резким движением навис над Антоном. Бутылка тут же оказалась в траве, сдабривая землю недопитым молоком. Антон с готовностью снова откинулся на свой лежак и потянул Илью за шею за собой, буквально усаживая его на себя. Крепкий деревянный шезлонг был совсем низким, так что коленями Илья упирался о землю, а задницей чувствовал бёдра Антона. В поцелуе вместе со вкусом молока чувствовался и терпкий алкоголь — всё же совсем без него Макар не может пойти на такие безрассудства. Но он ясно осознавал, что делает. И что он этого хочет. Двинув бёдрами он явно почувствовал, что и Антон хочет того же. Илья каждый раз удивлялся тому, как же быстро в такие моменты кровь оттекает от мозга вниз, потому что обычно ему требуется больше времени, чтобы член ею налился до красноты. Видимо, предвкушение и некая ритуальность их с Антоном шалостей сделали своё дело.  Руки Ильи нагло лезли Антону под футболку, а тот пытался выгнуться ближе к прикосновениям. Это было неудобно и тесно, всё же Макар прижимал его к шезлонгу своим крупным телом, но эти неудобство и теснота были даже приятными, желанными. Антону нравится, когда мужчина большой и могучий. Эдакий медведь. Мозг тут же подкинул мысль о том, что Джабрик как раз снова перестал бриться. Пальцы Шаста шебуршали в бороде Макара, а в мыслях он на несколько мгновений оказался с Игорем. Как же он ему всё-таки нравится! Как же по нему скучается и тоскуется! Но прямо здесь и сейчас с Антоном не он, а Илья. Об этом напомнила сущность, тихим рычанием где-то глубоко внутри Шаста. Его резко вернуло, вытряхнуло в происходящую действительность. — Давай поменяемся, — предложил Антон. — Ага. Илья встал и быстрым движением стянул с себя шорты вместе с нижним бельём. Антон тоже быстро начал оголяться, но футболку оставил. Ему так больше нравилось.  — В дом не пойдём? — С лёгкой неуверенностью в голосе уточнил Илья. — Не пойдём. Антон широко улыбнулся и подтолкнул Макара обратно к шезлонгу. Теперь он сел на него сверху и начал покачиваться, заставляя их члены соприкасаться. Жарко, терпко, мало. Шасту было определённо мало просто тереться друг об друга и сосаться.  — Слыш, — позвал он, оторвавшись от поцелуя и залюбовавшись слегка расфокусированным взглядом напротив, — я сегодня другое хочу. — Что? — Поинтересовался Илья. Шаст не ответил. Он пошарил рукой рядом с шезлонгом, чтобы найти свои шорты. Из кармана он выудил квадратик с презервативом внутри и саше-пробник с лубрикантом. — Эт чё? — Макар схватил прямоугольник и принялся его рассматривать. — Смазка. А это презик. — Так это… — Илья вдруг смутился, но прямолинейности ему было не занимать. — Прям в жопу ебаться? — Прям так, — подтвердил Антон и закусил губу в предвкушении. — Слушай, ну мы с жопой ещё как-то не готовы к такому, — Макар опустил глаза и начал коцать ногтем обрезанный заборчиком край пакетика с лубрикантом. — А мы с моей готовы, — тут же парировал Антон. — А-а, — с новым осознанием протянул Макар, — о-о. — Ты чё, я не такой резкий и дерзкий, расслабь булки, — хихикнул Антон, — только если ты захочешь сам. Ну а так ты хочешь? Чтоб ты меня. Макар думал недолго — трахаться он хотел, член стоял, задница Шаста была готова. Причин отказываться от подобного предложения ему не виделось. — Хочу, — хрипло подтвердил своё желание Илья. От такого голоса у Антона как-то по-особенному сверкнули глаза и мурашки пробежались по рукам. — Хорошо. Шаст отодвинулся чуть дальше, разорвал упаковку и раскатал презерватив по члену Ильи. Медленно, будто давая возможность откатить всё назад. Но Макар отказываться не собирался. Он вскрыл саше со смазкой и слегка застопорился на этом этапе. В его голове мелькали домыслы об анальном сексе — нужно ли ему сейчас растягивать Антона, сколько смазки на член и сколько на задницу, хватит ли этого пакетика? Вопросы роились внутри, как шумные шмели. Почему-то Илья не подумал о том, что у Антона уже всё схвачено, что он всё продумал и для него это привычная ситуация. Но быстро понял это по взгляду и покорно отдал пакетик Шасту, который уверенным движением размазал часть лубриканта по члену Ильи, потом сдобрил свои пальцы остатками смазки и завёл руку назад. Лёжа Антону было неудобно — всё же ему хотелось сейчас руководить процессом. Он перестал опираться на грудь Макара, выпрямился. Опустил ступни на траву и так, на корточках, начал садиться на член, помогая себе рукой. — Ох-х, — простонал он, — Пиздато. — Да-а, — также со стоном ответил Макар. Он гладил ладонями чужую задницу, бёдра, бока наслаждаясь ощущениями. Несмотря на подготовку, внутри Антон был тугим. А ещё обжигающе горячим. От этого сносило башню и переёбывало всё внутри, сердце стучало быстро-быстро, отдавая шумом в ушах. Качнувшись несколько раз вверх и вниз, Шаст понял, что активно скакать у него не получится — ноги пришлось расставить шире обычного из-за шезлонга, на котором лежал Илья. Нетренированные икры взвыли от напряжения, заставляя Антона поморщиться — может всё-таки подумать о спорте, ну хотя бы ради удобства в сексе?  — Больно? — Тут же заметил это Макар.  — Ногам неудобно. — Давай тогда так. Макар опустил ступни с шезлонга на землю, пытаясь найти более устойчивое положение, чтобы получалось толкаться самому. Двинул бёдрами несколько раз. Замечательно. Илья обхватил ладонями разведённые в стороны половинки бледных ягодиц, поддерживая Антона за них и под бёдрами своими крепкими руками. От такой опоры Шаст облегчённо выдохнул — получилось даже лучше, чем он ожидал. На этом моменте беззвучный режим выключился и изо рта Антона начали вылетать только стоны.  Илья двигал тазом так активно, как только могло позволить его положение. Он был словно атлант, который удерживал самую большую драгоценность в этом мире. Антон опирался о его плечи ладонями и пытался подмахивать в такт ровному ритму движений. Его член стоял так крепко, что раз за разом ударялся о его живот, так эротично, притягательно — Илья не мог оторвать от него взгляд. Всё происходящее заводило Антона невероятно. Ему безумно нравится чувствовать чужую силу во время секса. А сейчас Макар умудрялся его трахать и при этом удобно удерживать.  — Пиздец ты, — Антон не смог сдержать восторг в себе. Илья лишь довольно ухмыльнулся и продолжил входить в Шаста с ещё большим напором. Пот тёк по его лбу и вискам, мышцы тянуло от напряжения, но это напряжение было приятным. В этом чувствовалось что-то животное, дикое, будто огонь растекался по его жилам. Он уже чувствовал приближающийся оргазм, поэтому хотел успеть дать Антону как можно больше, удовлетворить его как только он может. Но всё же он дошёл до оргазма быстрее. — Ша-аст, — выстонал Илья, кончая. Силы закончились мгновенно, будто бы ушли из организма вместе со спермой. Тяжело дыша, Макар обмяк, развалился на шезлонге, скрипнувшем расшатанными креплениями. Шаст, не слезая с чужого члена, наконец, удостоил вниманием собственный. Было приятно сжать мышцы, чтобы ярко чувствовать внутри ещё не опавший член Макара, и быстро дрочить себе, доводя до пика. Порочная сущность уже была сыта, хотелось и самому получить долгожданный опаляющий оргазм. После него Антон продумывал то, как оботрёт Илью и укроет полотенцем, как доделает важные оставшиеся дела, как даст другу подремать и восстановить силы перед приездом шумной компании. Но сейчас хотелось отдышаться самому. Остальное будет. Пять минуточек только. Главное самому не заснуть.