За пять минут до рассвета

Они снова ехали в машине. На этот раз в вотчину Намджуна. На Юнги был надет строгий тёмный костюм и кремовая рубашка, цвет которой подчеркивал его светлую от природы кожу. Галстуков этот Альфа не носил и даже позволял себе расстегнуть пару верхних пуговиц, однако хорошо накрахмаленный воротник поднимался до самой кромки волос. Сегодня Юнги их немного подстриг, укоротив на пару сантиметров, отчего словно стал ещё взрослее. Чонгук на него поглядывал украдкой, в то время как невозмутимый Боб неспешно маневрировал в потоке городских авто, не обращая на своих пассажиров никакого внимания. Чонгук и Юнги молчали, но тишина была уютной. И если старший Альфа наверняка обдумывал дела насущные, которые требовали его внимания, то Чонгук с наслаждением вспоминал всё, что происходило с ним накануне. Предыдущий день они провели в постели, как и последующую за ним ночь. И это было незабываемо. Даже можно сказать крышесносно. Так, как никогда до этого. Весь небогатый опыт Чонгука стёрся, словно его никогда и не было. Честно говоря, он ожидал от Юнги грубости, но получил совершенно не то, что мог себе представить. Альфа обращался с ним бережно. Ловил каждый вдох, каждое движение. Порой ласково шептал: — Терпи, малыш. Сейчас будет легче. И Чонгук терпел. Его тело было не готово принимать в себя Альфу. Это у Омег организм вырабатывает необходимую смазку, но Чонгук не Омега. Помня об этом, Юнги вытащил из тумбочки тюбик, содержимое которого позволило решить проблему, а потом долго разрабатывал тугое колечко мышц, аккуратно касаясь там, где было необходимо, и при этом глубоко целовал, не давая Чонгуку шанса передумать. Входил медленно и аккуратно, нависая на вытянутых и напряженных, со вздувшимися венами, руках. — Терпи, малыш. Сейчас будет легче. И действительно, стоило Чонгуку расслабиться, как он смог принять в себя целиком немалое достоинство Альфы. А ещё пару минут спустя ему стало настолько хорошо, что он начал испытывать целую гамму ощущений, пропитанных сплошным удовольствием. Ему казалось, что они с Юнги словно сроднились, слившись в одно целое. Воспоминания отпечатались на подкорке сознания, и даже сейчас, когда Чонгук находился на заднем сиденье автомобиля, будучи полностью одетым, ему казалось, что они все ещё там — на огромной кровати, среди смятых простыней, пропитавшихся потом и обоюдным желанием. Сейчас Юнги держал его за руку, переплетя пальцы, и не было ничего прекраснее этого ощущения. Чонгука плавило, и он мечтал остановить мгновение. Боб, словно читая его мысли, ехал не спеша, совершенно не торопясь на светофорах и давая двум Альфам насладиться поездкой. Чонгук смотрел в окно и чувствовал себя самым счастливым человеком на земле. — Ты такой горячий, — шептал ему Юнги ночью, когда Чонгук, перевернув Альфу на спину, забрался на него сверху. Ему хотелось доминирования. Хотя бы так. Ещё в самом начале Юнги дал ему понять, что этой ночью он под него не прогнется, и что Чонгук будет только принимать. И он принимал, но моментами с таким остервенением, что было непонятно, кто кого сейчас имеет. Чонгук забрался сверху и до синяков сжимал руками плечи Юнги. Тот, откинувшись на подушки, позволял молодому Альфе делать всё, что тот захочет. — Ты такой горячий, — шептал ему Юнги с восхищением, и Чонгук гордился собой. А ещё он гордился, что этот Альфа выбрал именно его. Король этого города. Тот, кого опасался Наоки. Кто поначалу внушал ему трепет. И именно этот Альфа сегодня утром снова ласкал Чонгука, когда тот совсем выбился из сил. Юнги дал им обоим пару часов отдыха, а потом разбудил, доводя до очередного исступления. Сначала языком, а потом заполняя собой. Чонгук шипел и морщился, но Юнги снова повторял: — Терпи, малыш. И Чонгук терпел. Они оба словно дорвались до запретного и никак не могли этим насладиться. Ужин, как и завтрак, провели в постели. Юнги сделал пару звонков по внутреннему телефону, и тележку с едой им оставили у двери. Альфа предупредил Чонгука, что об их связи лучше не распространяться. Наоки не дремлет, и если он в очередной раз решит устроить им проверку, то на этот раз Юнги не сможет проявить хладнокровие. Сегодня утром, когда они завтракали, посмеиваясь друг над другом за волчий аппетит, Юнги в какой-то момент застыл и нахмурился, когда его глаза скользнули по обнажённой ноге Чонгука, которую тот вытащил из-под одеяла. Свежий шрам было слишком хорошо видно. И это напоминание за секунду окунуло с головой в суровую действительность. Такова была их реальность. И Чонгук её принимал. Наговорившись за утро, сейчас они оба молчали. Словно став другими, стоило им переступить порог комнаты, а затем и особняка. Им обоим придётся набраться терпения. Чонгук на своё пожаловаться не мог, хотя ему до сих пор было стыдно за поколоченную коллекцию китайских ваз. Он редко проявлял подобную эмоциональность, но тогда он был другим: еще не повзрослевшим молодым студентом, у которого кроме учёбы на уме ничего не было. Теперь ему придётся пересмотреть свои приоритеты. От учёбы он отказываться не собирается, пройдёт лето и он окунется в неё вновь, но всё свободное время Чонгук хотел посвятить тому, кто сидит сейчас рядом с ним. Юнги, в свою очередь, обещал помочь тому вникнуть в некоторые свои дела, и вот они едут к Намджуну. Это был официальный визит, но никто не помешает двум Альфам решить и другие вопросы, до поры до времени скрытые от любопытных глаз Наоки. В плане безопасности, Намджун был, пожалуй, ещё более маниакален чем Юнги. Можно даже сказать — он был на ней помешан. И если особняк Юнги был отрезан от части города рекой, а с обратной стороны высокими постройками, то Намджун обустроил себе подземный бункер. Дорога, по которой направился автомобиль Юнги и следовавшая за ним на двух джипах охрана, внезапно пошла под уклон, и они въехали на подземную парковку одиноко стоящей высотки. Пока они парковались, Юнги объяснил Чонгуку, что наверху находятся офисы компаний, принадлежащих Намджуну, а сама его резиденция располагается на минусовых этажах, среди которых есть как жилые помещения, так и склады с оружием. — Ого! Как всё серьёзно, — оценил Чонгук. — Серьёзнее чем у нас? У Чонгука дрогнуло сердце от этого «у нас». Альфа тем временем продолжил говорить: — Это только так кажется. Ты же знаешь, что в нашем особняке есть подземные помещения. — Но ты бываешь там редко. Там больше территория Хосока. — Я не люблю замкнутые пространства, — пояснил Юнги. — Находиться в гостях у Намджуна или на нижних этажах у Хосока, мне в тягость. И потом, особняк защищен не хуже, если не лучше. Намджун сможет держать осаду, но его так же легко отрезать от города. А у нас есть хорошо охраняемый выход в море. При этом, со стороны побережья, никому не подобраться незамеченными. Там действительно хорошая охрана. Что же касается подъездной дороги и внутреннего двора, думаю, ты обратил внимание на то, что высотки, за которыми скрыт особняк, отвернуты окнами в противоположную сторону. Мы словно внутри крепости. Сам проход между двух домов очень хорошо охраняется. Конечно можно затаится на одном из балконов с торца и, к примеру, кинуть гранату на проезжающие авто, но там везде камеры, а люди Хосока не зря отрабатывают свой хлеб. Дежурство и патрулирование территории по расписанию, и любая подозрительная мелочь или личность сразу проверяются. Да и сами автомобили бронированные, поэтому подобная диверсия будет глупостью. Надо сказать ещё о том, что в близлежащих домах и кварталах живут те, кто целыми поколениями был верен семье Мин. Там нет чужих. Им нужен покой в районе, и каждый из них следит за порядком. Предателя довольно быстро обнаружат и очень сурово покарают. Была пара прецедентов в прошлом, но урок был хорошо усвоен. И всё, на что решаются недружественные нам картели, так это вербовать Омег на роль доносчиков. Но и это, как ты сам смог убедиться, под контролем. Наши враги знают только то, что мы им позволяем знать. Чонгука удовлетворил такой ответ. Он всё лучше начал разбираться в том, как вообще организован преступный мир. И порядка в нём было, пожалуй, даже больше, чем в том, к которому он привык. А Чонгук любил порядок, и поэтому рассказанное Юнги не вызывало отторжения, скорее, наоборот. Он откинулся на сиденье и стал внимательно смотреть по сторонам. Когда их автомобиль остановился, рядом припарковался ещё один. Оказывается, Намджун подъехал буквально следом. Альфа был весьма серьёзен и держал в руках целый портфель с документами. Он был одет в тёмные джинсы, светлый свитер и бежевое пальто. Чимина рядом с ним не наблюдалось. Альфы обменялись рукопожатиями, тогда как Чонгук скромно стоял позади Юнги. Перед тем как выйти из машины, тот произнёс короткое: — Впитывай. И Чонгук впитывал. Они пересекли парковку и вошли в просторный лифт. Чонгук ожидал, что тот спустится в подземное жилище, но лифт поднялся наверх. На высоте тридцатого этажа располагался небольшой ресторан, принадлежащий Намджуну. Из окон открывался довольно красивый вид на реку. Сейчас ресторан пустовал, и за одним из круглых столов расположились только Намджун, Юнги и Чонгук. Охрана обоих Альф скромно стояла немного поодаль. Юнги кивнул головой, и понимающий его с полуслова Боб расслабился, сел за соседний столик, достал из-за пазухи газету и начал её сосредоточено читать, тогда как охранники Намджуна уткнулись в свои телефоны. Не их дело слушать то, о чем собираются разговаривать хозяева. В охраняемом помещении, где нет внешней угрозы, можно слегка и снизить бдительность. — Рад тебя видеть, — произнёс Намджун, довольно улыбаясь. — Взаимно, — ответил Юнги. Он расстегнул пиджак и повесил его на спинку стула. Чонгук уже давно приметил, что Юнги терпит официоз только на публике. И тут же вспомнил, что, находясь в своих покоях, тот предпочитает носить свободные домашние брюки и светлые футболки. Рубашки Юнги ненавидел, хоть и выглядел в них шикарно. — Где Джин? — спросил Намджун. — Он задерживается. Обещал перезвонить. — В таком случае предлагаю для начала перекусить, а уже потом приступить к делам. Юнги кивнул, и Намджун махнул рукой стоявшему неподалёку официанту. Находиться в пустом ресторане было непривычно, и Чонгук то и дело оглядывался по сторонам. Он оценил шикарный интерьер в спокойных тонах и большие окна в пол. Им принесли меню, и Альфы раскрыли небольшие, обитые светлой кожей, книжечки. — Ты всё же решил взять себе помощника? — спросил Намджун, кивнув в сторону Чонгука, когда меню было изучено, а заказ сделан. — Верно. И у меня по этому поводу есть к тебе одна просьба. — Внимательно слушаю. Чонгук тоже навострил уши. Юнги его ни о чём таком не предупреждал. Альфа же неторопливо поправил манжету на рукаве и спокойно сказал: — Если что-то пойдет не так, прошу сделать всё мыслимое и немыслимое, чтобы вытащить его из любой заварушки, из любого капкана, который может устроить Наоки или его люди. Я подготовлю документы и открою счёт на предъявителя. Если огонь разгорится, то Чонгук должен оказаться как можно дальше от него. Намджун посмотрел в глаза Юнги долгим взглядом. — Я тебя понял, — сказал он и тут же спросил: — Наоки знает о вас? — Нет, но догадывается. Постараемся не давать ему повода. И давай используем этот день по максимуму, чтобы Чонгук тут больше не мелькал. — Хорошо. После того как мы перекусим, мои специалисты отсканируют сетчатку его глаза и дадут доступ. Мой дом — твой дом. Ты знаешь о том, что всегда сможешь найти тут убежище. — Даже и не сомневаюсь. Чонгук тем временем не понял ничего. Он воздержался от вопросов, понимая, что они будут звучать глупо, и, когда придёт время, Юнги сам ему всё объяснит. Тем временем им начали приносить заказанные блюда, и Чонгук по достоинству оценил пасту с креветками. Он уплетал еду за обе щёки, стараясь при этом показать хорошие манеры. В какой-то момент он поймал на себе взгляд Юнги, который потеплел, стоило только ему увидеть аппетит Чонгука. В целом, встреча прошла непринуждённо. Они ждали Джина и не торопились приступать к делам. А потом случился эпизод, который заставил Чонгука о многом задуматься, а слова Намджуна показали всю серьёзность его выбора. Когда Юнги оторвали от стола телефонным звонком, и он отошёл к окну, Намджун, стерев с лица снисходительную улыбку и посмотрев Чонгуку прямо в глаза, заявил: — Я надеюсь, ты хорошо понимаешь, во что ввязываешься? Если я вдруг, каким-то образом узнаю, что ты хочешь его обмануть, втеревшись в доверие, я буду идти за тобой по пятам, пока не настигну и не умою в крови. Юнги для меня как брат. В этом мире я доверяю только ему. И я знаю, каким он может быть с теми, кого любит. Пока не понимаю, что он нашёл в тебе такого, отчего его так проняло, но я вижу, как он изменился за эти дни. Юн обретает покой, которому ему так не хватало. И если ты сможешь сделать его счастливым, то получишь в ответ намного больше, но берегись, если это всё обман. Из-под земли достану. Намджун не повысил голоса, произнеся своё предупреждение довольно спокойно, однако ему и не нужно было этого делать. Чонгук прекрасно понял, что тот ему пытался донести. В их мире, где каждый может оказаться врагом, где на карту поставлено множество жизней, по-другому было нельзя. — Я не предам, — сказал он так же негромко, но очень уверено. Намджун кивнул, принимая его ответ. А Чонгук задумался. Альфа тем временем решил сменить тему. — Я знаю, что вы подружились с Чимином. Прости, но я заставил его рассказать мне всё, что он о тебе знает. В принципе, я рад, что у моего Омеги появился друг. Однако будьте осторожны. Помните о том, что любые секреты рано или поздно становятся известны, а у стен есть уши. Чимин слишком эмоционален, поэтому, если ты будешь его немного притормаживать, я тебе только спасибо скажу. Намджун откинулся на стуле и взял в руку бокал с вином. А Чонгук вспомнил, как Чимин делился с ним и Минью информацией, насколько этот Альфа несдержан в постели. Честно говоря, Чонгук Чимину не завидовал. Он успел допить своё вино и обдумать слова Намджуна, когда Юнги вернулся на своё место и убрал телефон в карман. — Это был Джин. Он не сможет подъехать. Возникли некоторые проблемы. Юнги помолчал. — Мне надо будет слетать в Пекин к нашим китайским друзьям, — добавил он. Чонгук вскинул глаза, а Намджун нахмурился. — Значит, они колеблются, — произнёс он. — Да. И только моё личное присутствие может их переубедить. Намджун потёр подбородок рукой. — Когда тебя ждать? — спросил он. — Думаю, пары-тройки дней мне хватит. — А я? — поневоле вырвалось у Чонгука. Он было пожалел об этом, но раз сказал, надо продолжать. — Я могу полететь с тобой? — решил он уточнить прямо сейчас. — Нет, Гук-и, тебе придётся остаться здесь. Боба я возьму с собой. А ты останешься на подхвате у Хосока. — Я не нуждаюсь в присмотре, если ты это имеешь ввиду, — вспыхнул Чонгук. — Мы поговорим об этом дома, — подвел черту под разговором Юнги. — Я тебе объясню, что и зачем. Надеюсь на поддержку и понимание. Чонгук склонил голову, принимая. Вот и первое испытание. Ему придётся подчиниться и пережить разлуку, но, может, оно и к лучшему. Он слишком быстро окунулся в эти отношения. Буквально нырнул с головой и так быстро начал от них зависеть. Послевкусие прошлой ночи ещё долго будет витать у него на языке. А с отъездом Юнги, появится возможность разложить всё по полочкам и упорядочить свои мысли. Чонгук даже смирился с тем, что по возвращению домой Юнги будет совсем не до того, чтобы уделить ему время, однако у Альфы были совсем иные планы. Когда они вернулись и оказались в большом просторном холле, Юнги бросил ему сухое: — Иди за мной! А когда они поднялись на лифте и почти дошли до комнаты Альфы, тот не просто открыл перед ним дверь, а буквально втолкнул в неё Чонгука, а затем припечатал его к стене. Одежда так быстро полетела на пол, что они оказались обнаженными буквально за секунды. Юнги словно сорвался с цепи, рыча и покусывая, и с остервенением впиваясь в губы Чонгука. Он поднял его за ягодицы и, удерживая на руках, донёс до душевой. Там, включив довольно горячую воду и схватив с полки гель для душа, он заставил Чонгука повернуться к себе спиной. Альфа вылил на его ягодицы немного из флакончика, размазывая пенящуюся массу. В итоге они оба едва не поскользнулись на ставшим скользком кафеле, но горячая струя воды быстро смыла излишки, а того, что осталось на Чонгуке, вполне хватило для вполне конкретных целей Альфы. Юнги брал Чонгука со спины, прогибая его в пояснице. Он крепко держал его двумя руками за ягодицы и буквально натягивал на себя. Альфа был не грубым, а достаточно настойчивым и нетерпеливым. — Ты сводишь меня с ума! — хрипел он, оставляя на плече Чонгука след от своих зубов. Ещё один след, чуть выше соска, Альфа оставил, когда мокрого и слегка ошалевшего, притащил в свою кровать. Простыни мгновенно пропитались влагой, а Чонгук кончил буквально через секунды, как только горячая ладонь Юнги коснулась его стоящего колом члена. Но Альфа на этом не успокоился и взял его еще раз, теперь уже на спине и в более спокойном темпе, заглядывая в глаза и нежно целуя, словно пытаясь сгладить свою прежнюю несдержанность. — Ты сводишь меня с ума… — повторял Юнги раз за разом, прежде чем успокоиться. Он ещё долго не отпускал Чонгука от себя, отчего тот быстро вымотался и даже немного задремал в моменте, когда Альфа вышел из него и, навалившись сверху, долго лежал, не позволяя отодвинуться. Блаженная нега окутала с головой, но момент, когда Юнги покинул кровать и начал собирать чемоданы, Чонгук пропустить не мог. — Тебе надо ехать прямо сейчас? — спросил он. — Да, малыш. Мне надо. — Я думал, может, завтра… — Мой самолёт улетел час назад, и Джин будет зол как чёрт. Ему сейчас придётся перебронировать мне билеты, а он жуть как не любит непунктуальных раздолбаев. Но я просто не мог оставить тебя вот так, без ничего. Прости, что укусил, не смог сдержаться. Чонгук дотронулся кончиками пальцев к следу от зубов Альфы. — Ты хотел меня пометить? — спросил он. Настроение начало стремительно падать от того, что приходилось вот так резко расставаться. — Я хотел оставить тебе что-то на память о себе на эти несколько дней. — Я и так буду о тебе помнить как минимум неделю, — проворчал Чонгук, потирая поясницу. Юнги кинул на него слегка виноватый взгляд. — Рядом с тобой перестаю себя контролировать. — Мне это приятно слышать. Юнги защелкнул чемодан и подошёл к кровати. — Меня не будет всего пару дней. Ты можешь передвигаться по особняку беспрепятственно, но я бы попросил воздержаться от поездок в город. Если тебе что-то потребуется — говори об этом Хосоку. — Я смогу тебе позвонить? — Нет, малыш. Мой телефон будет не в зоне доступа. Долго объяснять, но так надо. Поэтому все вопросы решай через Хосока. Тебе необходимо вернуться к себе в комнату, а когда я вернусь, мы с тобой обговорим нюансы, связанные с нашими отношениями. Сейчас же я хочу, чтобы ты запомнил только одно: Ты мой. Я за тебя теперь порву. И я требую от тебя полной и безоговорочной верности. Прошу твоего доверия. И обещаю его оправдать. Чонгуку хотелось услышать кое-что ещё, но, видимо, для этого было еще рано. Поэтому он просто кивнул, соглашаясь. Последний поцелуй Юнги был долгим и глубоким. У Чонгука от него перехватило дыхание, а когда он отдышался, Альфы уже не было в комнате. Надев свой костюм и взяв в руки небольшой чемодан, тот вышел, не оглянувшись. После его ухода стало тихо, пусто и тоскливо. Чонгук обнял подушку и вздохнул.