Возрождение: Никчемный раб издевается над тираном

А-Чоу сопроводил раба-преступника к месту, где собирались нищие в районе красных фонарей. Хотя раб-преступник вырос в столице, он никогда не слышал о мосте Сянфен, который находился в этом районе. На самом деле, под четырьмя арками моста жили люди. После того как А-Чоу оказался под мостом Сянфен, его состояние ухудшилось. Он принимал лекарственные травы, но они не помогали. Жидкость, вытекающая из его открытых ран, изменила свой цвет с желтого на коричневый. Раб-преступник наконец-то встревожился. Этот человек, который много лет молчал, наконец, открыл рот, чтобы произнести: –Тебе нужно обратиться к врачу. Но нищие вокруг не могли понять его слов, и ему пришлось повторить их несколько раз. Акцент в речи раба-преступника уже был ненормальным, и никто из попрошаек не мог его разобрать. Однако А-Чоу всё же понял. Он указал на себя, а затем махнул рукой в сторону раба-преступника. –А-Чжоу, – произнес старый нищий, увидев состояние А-Чоу. Не желая, чтобы раб-преступник переживал, он спросил: – Ты хочешь вернуться в Сюй Чжоу? Если ты будешь в таком состоянии, сможешь ли ты вернуться живым? Раб-преступник склонил голову. –Даже бессмертный даос не смог бы вылечить А-Чоу. Не будем говорить о том, что у нас нет денег на врача. Даже если бы у нас были средства, никто не смог бы помочь ему, – сказал старый нищий рабу. Все нищие сочувствовали, но ничем не могли помочь. Эти люди, которые просили милостыню на улицах квартала красных фонарей, знали о рабе; к нему даже приходили домашние животные. А-Чоу, приведя с собой такого человека, только нарывался на неприятности. Однако теперь, когда А-Чоу был близок к смерти, этот раб-преступник, казалось, относился к нему с искренней заботой. Нищие, даже если им и хотелось что-то сказать, не могли выразить свои мысли вслух. Раб-преступник всегда был человеком, лишенным надежды, но в этот раз, когда он встретил А-Чоу, его охватила тоска. Он искренне надеялся, что болезнь А-Чоу отступит. Под мостом собралось множество нищих, но никто не хотел приближаться к нему. Лишь рядом с А-Чоу раб-преступник ощущал, что он всё ещё остаётся человеком. А-Чоу больше не мог просить милостыню на улице, и эти двое были вынуждены полагаться только на помощь нищих, которые их окружали. Раб-преступник, привыкший к голоду, первым предложил всю еду А-Чоу, обманув его и сказав, что сам он уже поел. Нищие, которые были ближе к А-Чоу, также поддерживали этого раба-преступника. Они не задумывались о том, накормлен ли он сам, и помогали А-Чоу. В течение дня все нищие отправлялись на поиски еды, и только раб-преступник оставался рядом с А-Чоу под холодным и пронизывающим ветром мостом. –А-Чоу, – повторял раб-преступник, помогая А-Чоу принять растительное лекарство, которое и так было малоэффективным. Его голос звучал странно, но он спрашивал: – Откуда ты появился, тебя всегда звали А-Чоу? А-Чоу взял немного золы из костра и аккуратно нарисовал несколько штрихов на земле. Затем он показал рисунок рабу-преступнику. Оставшийся глаз раба-преступника плохо видел, и он покачал головой, глядя на А-Чоу. А-Чоу снова начал рисовать, на этот раз делая более крупные мазки, чем в прошлый раз. –Булочка? – На этот раз раб-преступник мог видеть ясно, и на его лице появилась редкая улыбка. – Двадцать девять булочек с мясом? А-Чоу, что ты хочешь мне сказать? Ты умеешь писать, так напиши это для меня. Указав на три иероглифа, которые образуют число «двадцать девять», А-Чоу снова помахал рукой рабу-преступнику. Раб-преступник спросил: –Это твоё имя? – Голова раба-преступника почти касалась земли. – Ах, двадцать девятый. Долгое время А-Чоу и раб-преступник жестикулировали друг на друга. Теперь у этих двоих было молчаливое согласие жить своей жизнью вместе, но у А-Чоу не было возможности объяснить рабу-преступнику значение своего рисунка. –Мясная булочка, – наконец, произнес раб-преступник. – А-Чоу хочет мясную булочку? А-Чоу поспешно покачал головой. В данный момент у них даже не было достаточно денег, чтобы позволить себе что-то подобное. Он снова указал на раба-преступника. –Я не ем мясо, – сказал тот в ответ. А-Чоу проспал под мостом три дня, и на четвёртый день к нему начали возвращаться силы. Это известие очень обрадовало раба-преступника и нищих, и все они решили, что А-Чоу перестал страдать. А-Чоу обмотал своё изуродованное лицо тряпкой и в ту же ночь вынес измождённого раба-преступника из-под моста. Раб-преступник не знал, куда А-Чоу собирался его отвести. Он боялся, что А-Чоу вернёт его обратно в Дом удовольствий, и тихо умолял: –А-Чоу, пожалуйста, подожди несколько дней, прежде чем отправлять меня обратно. А-Чоу посмотрел на раба-преступника и покачал головой. Раб-преступник замолчал. Он прожил несколько хороших дней и забыл, что был всего лишь рабом-преступником, который даже не мог принять смерть, когда искал её. А-Чоу и так был достаточно добр к нему, но он всё ещё хотел беспокоить и без того больного А-Чоу? Как и ожидалось, он был ублюдком! А-Чоу вынес раба-преступника на спине из квартала красных фонарей. Те, кто проходил мимо них, один за другим закрывали носы и избегали их, боясь даже слегка коснуться этих двоих, которые были одеты в лохмотья и воняли с головы до ног. –А-Чоу, – с тревогой спросил раб-преступник, обращаясь к А-Чоу, – куда ты собираешься меня отнести? А-Чоу указал вперед. –Я не могу, не могу уйти, ах, А-Чоу, – продолжал раб-преступник, охваченный страхом и волнением. Его речь, и без того не слишком ясная, стала еще более невнятной. А-Чоу, не говоря ни слова, повернулся и нежно потерся лбом о лицо парня. Затем он снова продолжил путь, неся раба-преступника на своей спине. –А-Чоу, – в голосе раба-преступника послышались рыдания, – я не могу пойти с тобой. Ты должен идти один. На улицах столицы, за исключением квартала красных фонарей, после наступления темноты царила тишина. –Позволь мне спуститься, – сказал раб-преступник, глядя на падающий снег, и нежно похлопал А-Чоу по плечу. –Убирайся! – раздался громкий крик человека, промчавшегося мимо них на быстром коне. Лошадь задела А-Чоу, и он пошатнулся. Его руки разжались, и раб-преступник соскользнул с его спины на заснеженную землю. –А-Чоу?! – воскликнул раб-преступник, увидев, как А-Чоу падает перед ним, широко раскрыв глаза. В панике он громко позвал его по имени. Раб-преступник заключил А-Чоу в свои объятия. Тот посмотрел на него и сплюнул чернильно-черную кровь. Раб-преступник сорвал ткань с лица А-Чоу. Он закрыл рот А-Чоу своими руками, надеясь остановить поток крови. –Впереди! – раздался крик людей позади них. Губы А-Чоу зашевелились, словно он хотел что-то сказать тому. –А-Чоу, не умирай, – умолял человек, который весь день надеялся на свою смерть. Теперь он молил о спасении жизни другого. Голова А-Чоу безвольно упала на руки рабу, наконец, он погрузился в вечный сон. –А-Чоу? – неуверенно произнес раб, протягивая руку, чтобы почувствовать дыхание А-Чоу. –Как я и предполагал, ты можешь говорить на человеческом языке! – воскликнул хозяин, когда они с людьми настигли беглеца. Услышав, как раб-преступник зовет А-Чоу, он повалил его на землю. – Иначе я бы подумал, что ты совсем немощный! Как ты посмел притворяться немым?! –Пожалуйста, помогите ему, господин, – раб-преступник упал на землю и начал умолять хозяина. Охранник протянул руку и поднес её к носу А-Чоу. –Мертв, – объявил он. –Несчастный случай! – воскликнул хозяин, с силой наступив на руку раба. – Как ты посмел сбежать с мертвецом? Ты ведь хочешь погубить всех в нашем доме, не так ли? Я посмотрю, как ты убежишь! На этот раз хозяин сам занялся этим делом. Когда он услышал, что уродливый попрошайка взвалил на спину раба-преступника и убежал, то испугался так сильно, что, казалось, лишился половины своей жизни. Этот раб был тем, кого правительство передало ему в руки; если раб сбежит, сможет ли хозяин сохранить свою собственную жизнь? В это время несколько стариков-попрошаек, живших под мостом, поспешили туда. Они увидели раба-преступника, которого хозяин пинал и проклинал посреди улицы, а затем подошли к А-Чоу. Один из нищих пощупал дыхание А-Чоу, приложил ухо к его груди, чтобы послушать, и сообщил своим товарищам: –Он мертв. –Ах! – воскликнул старый нищий, взглянув на тело А-Чоу с сожалением. – Ты следовал за мной всю дорогу сюда, выпрашивая еду. Как же ты мог умереть здесь, ведь ты так хотел вернуться на свою родину в Сюй Чжоу? Нищие забрали А-Чоу. Охранник забрал раба-преступника. Раб знал, что этого человека зовут А-Чоу, но сам А-Чоу не знал, что этого раба зовут Ло Вэй. Слезы раба не могли вырваться наружу, их заменяла кровь, сочащаяся из его тела.