Глэйд. Переменная

Алби метался, привязанный к койке ремнями и верёвками. Его оголённое до пояса тело было покрыто вздутыми черными венами. Губы потрескались и сочились черной кровью. Из груди то и дело вырывался стон, перемежающийся рычанием. У стен коптили горелки, освещая тусклое помещение и отгоняя дымом мошек. — Как он? — спросил Минхо у бдившего в Хомстеде Клинта. — Сам не видишь? — огрызнулся парень, зыркнув на того красными от недосыпа глазами. — На хрена ты его тащил сюда? — А ты бы бросил? — с каменным лицом спросил Минхо, и медак заткнулся, уставивишись в сторону. — Мы проследим до завтрашнего дня, — сказал пришедший минутой ранее нас Ньют. — Если ничего не изменится, сделаем, что должны. Он не сказал изгоним. Но это слово повисло в воздухе ядом. Я нашла ладонь Минхо и сжала, ища хоть какой-то защиты от надвигающейся пустоты в груди. Стало невыносимо трудно дышать. Пальцы Минхо сжались в ответ, и я вздохнула, возвращая себе способность мыслить. Алби не был моим близким другом. Но он заменял Ника, и делал это со всей отдачей. И я его уважала за это. Мне не хотелось его терять. Он стал для меня неотделимой частью этого места, как впрочем и каждый шанк. Он не заслуживал такой участи. Но кто из нас заслуживал? — Минхо, иди отдыхать. Ты выглядишь хуже кланка, — сказал Ньют. — И ты Джо иди отсюда. Нечего тут торчать. — Если нужна помощь, Ньют… — начала я, но осеклась, потому что поняла, что помочь тут было нечем. — Давайте, валите оба, — устало отмахнулся Ньют, и мы с Минхо вышли из душного Хомстеда. Я покосилась на вышку. Томас и темноволосая девушка сидели у края, свесив ноги и дружелюбно беседовали. Мне было плохо видно черты лица, но даже так девчонка казалась милой — светлокожей, длинноволосой и тонкой. В голову пришла странная мысль о принцессе из сказки. Только вот Томас не выглядел рыцарем. Скорее уж случайный оборванец. — Неплохо спелись, — хмыкнул Минхо, проследив за моим взглядом. — Думаешь, они знакомы? — спросила я. — Да мне по фиг, — равнодушно сказал Минхо. Его мало интересовало что-то, кроме Лабиринта. — Мы тоже могли быть знакомы до того, как здесь появились. Что это меняет? — Ничего, наверное. — Ну так зачем тогда париться? — кивнул Минхо, и я не нашлась с ответом. Хотя мне казалось, что такой подход не очень верный. Было бы здорово вспомнить хоть что-то из прошлого. Хотя бы имя друга… — Фрайпан прав. Она красивая, да? — сказала я. — Уже ревнуешь? — улыбнулся до ушей Минхо. — Дурак, — надулась я. — Ладно, я в душ, жрать и спать, — потянулся бегун. — Завтра бегу с Томасом. — Я с вами, — тут же сказала я, теряя интерес к парочке на вышке. — Нет, Джо, — он коснулся моего плеча, останавливая мои возвражения. — После вчерашнего все бегуны отказались бежать. Ссыкуны хреновы. Осталась только ты. Ну и Томас. Его нужно потренировать. Поэтому побегу я. Ты же остаёшься в резерве, чтобы было кому бежать, если с нами что-то случится. Всё, что сказал Минхо, было разумным. К тому же мне нужно было время, чтобы нарисовать все детали увиденного сегодня гривера. А ещё был Галли, с которым надо хоть как-то наладить контакт, чтобы тот помог. И как бы мне не нравилось это «если» Минхо, мне нужно было оставаться разумной и не терять голову. — Хорошо, — вздохнула я. — Ты уверен, что Салага справится? — Я видел его в деле, мелкая. Он крут. И такой же безбашенный, как и ты. Хотя нет, он ещё более чокнутый, — Минхо взъерошил мои волосы. — Прекрати так делать, — буркнула я, уворачиваясь и приглаживая волосы. Мой взгляд невольно скользнул по вышке и девчонке, длинные волосы которой красиво обрамляли маленькое личико. — Кхм… — Минхо усмехнулся. — Ну-ну… — Что кхм и что ну-ну? — я толкнула расплывающегося в улыбке парня локтем. — Ничего не кхм и не ну-ну. Усёк? Иди куда собирался. В душ! И спать! А я… я к Фрайпану. Вот. И не дожидаясь никаких язвительных слов, я поспешила к кухне, ругая себя за то, что выставила себя дурой. Позавидовала красоте девчонки, которую даже ещё не знаю. Ну красивая, ну и что. Разве внешность главное? Вон Фрайпан не красавец, зато добрый и спокойный, и на него можно положиться. Уинстон вообще страхолюдина, но ведь не побоялся пойти с Минхо в Лабиринт, значит смелый и надежный. А что красота? Красота — лишь оболочка. Неизвестно ещё, что там внутри. — А глаза… — услышала я голос Уинстона, едва подошла к кухне. Шанки в очереди с азартом обсуждали Новенькую, словно назло мне. — Глазища синие. Я сначала подумал, ненастоящие. И большущие такие, во! — Ага, точно! А как она на меня смотрела с вышки! — Заливай больше, Итан. Чего ей на твою кривую рожу пялиться? — Это у тебя кривая рожа, Генри. Но я могу тебе её поправить… — А кожа видели какая белая? — перебил парней Адам. — Разве так бывает? Белая, как сахар. — Наверняка, болеет чем-то, — встряла я, проходя мимо парней. — А мне её волосы понравились, — сказал Зарт. — Густые такие. Я прям завис, когда увидел. — Ага, красивая, — согласился Фрайпан. — Только худенькая. Не кормили её, что ли? Бедняжка. — Она вас камнями закидывала, — буркнула я, обходя стойку и заглядывая в дымящиеся кастрюли. — И называла уродами и тупицами. — Ну так это она просто от испуга, — возразил Фрайпан. — Наверняка, она добрая. — Ага, добрая и красивая. Ты уже влюбился, что ли? Так тебе не светит. И никому из вас, кланкорожих. Она уже с Томасом, — усмехнулась я и тут же получила по рукам. Крышка от кастрюли со звоном свалилась обратно. — Эй! — Не лезь! Бери миску и становись в очередь! — невозмутимо сказал Фрайпан. — Вот так значит? — обиделась я, потирая пальцы. — Я бегун. Мне без очереди. Забыл? Фрайпан протянул руку, взял миску, с каменным лицом вывалил в неё паловником густую кашу из крупы и овощей и сунул мне в руки. — Всё, приятного аппетита, — сказал он, выталкивая меня из кухни. — Следующий! — Да зашибись, — закатила я глаза и пошла занимать место за столом. — Друг называется. Да ты её не знаешь совсем! — Зато тебя знаю, — отрезал Фрайпан. — Ешь иди. Добавки не будет. Мне ещё Новенькую кормить. — Да кто б сомневался, — закатила я глаза и принялась за еду без особого аппетита. Мне казалось, что парни немного свихнулись на почве девчонки. Весь вечер шанки действительно только и говорили, что о новенькой. У меня даже голова трещать начала, а самооценка упала ниже выгребной ямы. — Эй! Шанки! Эй! — Чак ввалился на кухню, держась за бока. — Там! Это! Это там! Ща… фу-ух… — Не лопни, мелкий, — парни уставились на красного, как помидор, мальчишку с ухмылками. — Там у этой… Новенькой с собой были такие штуковины с лекарством… и они дали его Алби… и это… он… — Что с Алби? — парни подскочили со своих мест, роняя ложки и миски. — Ему лучше… — сказал Чак, и мы все ринулись к Хомстэду. Но у Хомстэда нас встретил Ньют и Клинт. — Что с Алби? Как он? Это правда? — заголосили шанки, обступая заместителя вожака и медака. Новость была шокирующей. Никто ещё не выживал после укуса гривера. Никто и никогда! — Угомонились все! — рявкнул Ньют. — Так. Ничего пока не ясно. Алби всё ещё без сознания. Но да, ему лучше. Будем надеяться, что лекарство поможет. — Это то, что я просила? Противоядие? Они прислали его? — спросила я, чувствуя, как сердце стучит как сумасшедшее. — Думаю, да, — сказал Ньют. — Но не будем спешить. Подождём когда Алби очнётся. А теперь всё. Расходимся. Ну же! Джо, ты подожди. Я подошла ближе к Ньюту, и когда парни разошлись, тот кивнул в сторону Хомстэда. — Там сейчас Новенькая и Джеф, — сказал он. — Можешь побыть с ними? Клинту надо поспать. Джеф тоже устал и ещё даже не ел. Новенькая вроде адекватная. Но с тобой ей и нам будет спокойнее. Понимаешь? — А Томас? — вырвалось у меня. — Он в Яме уже, — кашлянул Ньют. — Ясно. Ладно побуду нянькой, не волнуйся, — пожала я плечами, вспомнив, что Томас действительно сегодня наказан на всю ночь по требованию Галли. — Спасибо, Джо, — кивнул Ньют. — Ньют, тебе бы отдохнуть, — сказала я. — Иди спать. Глэйд не развалиться за одну ночь. А вот ты — не уверена. — Что, так заметно? — устало хмыкнул парень. — В Могильник краше кладут. Не угробь себя раньше времени. Не хочу, чтобы Галли стал вожаком, — кивнула я и пошла в дом. На втором этаже тускло мерцала электрическая лампочка и горели три светильника. Джеф наводил порядок на столе. Около кровати на стуле сидела девушка. При моём появлении она вздрогнула и оглянулась. — Привет, — сказала я тихо, поглядывая на уснувшего Алби. Темные дорожки вен пропали с его кожи. И теперь он казался вполне здоровым. Только мелкие капельки пота и бледные губы указывали на то, что его ещё лихорадило. — Привет, — девушка прищурилась, разглядывая меня. — Джеф, можешь пойти поужинать. Я побуду тут, — сказала я медаку. — Точно? — спросил парень. — Уверена? — Да, не волнуйся, — кивнула я, а Джеф подошёл к Алби, потрогал его лоб, приподнял веко и только потом ушёл, не сказав больше ни слова. Всё это время я чувствовала на себе изучающий взгляд Новенькой. — Меня зовут Джо, — представилась я, беря второй стул и ставя его с другой стороны койки. — Тереза, — кивнула мне девушка немного настороженно. — Я не видела тебя. Думала, тут одни парни. — У меня были дела, — соврала я, разглядывая её. Она действительно была красивой. Теперь понятно, отчего парни с ума посходили. — Ты как, освоилась уже? — А тут можно освоиться? — спросила она с горькой улыбкой, отчего стала ещё милее и беззащитнее. — Я до сих пор не понимаю, что случилось. Знаю только, что мы в ловушке. — Если тебе станет легче, то все мы тут знаем не больше тебя, — заверила я её. — Но ты молодец. Держишься хорошо. — Правда? — Ага. Откуда ты знаешь Томаса? — Не знаю… вернее, не помню… — Тереза нахмурилась. — Все спрашивают, а мне нечего сказать. Я чувствую, что вот-вот вспомню, но натыкаюсь на глухую стену. — У всех так, не волнуйся, — понимающе кивнула я. — Никто ничего не помнит. — Знаешь, мне стало легче от того, что я не одна девушка тут, — улыбнулась она вдруг совершенно искренне. — Ну… я рада. — А ещё есть? Другие девушки? — Нет. Какое-то время мы молчали, наблюдая, как размеренно поднимается и опускается грудь Алби. Я очень надеялась, что лекарство поможет. Но что потом? Создатели решили подразнить нас? Показали, что у них есть противоядие и одновременно преркатили поставки продовольствия и лекарств. Что это? Способ показать свою власть? Посмеяться над нами? Проучить? Да они твари последние, если так! Дать жизнь, чтобы подольше помучить. — Давно ты тут? — прервала тишину Тереза. — Несколько месяцев, — сказала я. — Тебя… тебя обижают? — голос девушки дрогнул. — Что ты имеешь в виду? — не поняла я, и тут меня озарило. — О! Нет! Конечно, нет! — воскликнула я. — Это запрещено… ну обижать другого глэйдера. За это наказывают. — Хорошо, — тихо проговорила Тереза. — Ага, — выдохнула я, а перед внутренним взором пронеслась вся моя жизнь в Глэйде. Мне повезло, что вожаком в то время был Ник. Ведь будь на его месте кто-то более жестокий, всё могло сложиться иначе. Я вздрогнула и постаралась взять себя в руки. Всё-таки мы глэйдеры. А это что-то да значит! — Ты специально обрезала волосы? — спросила Тереза, выводя меня из раздумий. — Я уже приехала на Ящике так, — я провела рукой по своим коротким волосам и не без зависти посмотрела на волосы девушки. — Прости… Я просто подумала, что ты не хотела выделяться среди парней, чтобы не привлекать внимание, — щёки Терезы залил румянец. — Наверное, сложно быть единственной девчонкой. — Тут у некоторых парней волосы длиннее, чем у тебя, — заметила я с улыбкой. — И быть девчонкой не так уж и сложно. Просто лучше не показывать страха и слабости. Иначе засмеют, не смотря на то парень ты или девчонка. Я же сказала, мы все тут на одинаковых условиях. Они моя семья, как и я их. Кстати, ты уже ужинала? Тереза смущённо покачала головой. Я же подошла к окну и выглянула. Внизу у входа сидел Чак и строгал деревяшку. — Эй, Чак! — крикнула я. — Джо! — Чак помахал мне деревяшкой. — Я вас тут охраняю. — Молодец, — улыбнулась я. — А можешь принести Терезе ужин? И Томасу тоже потом отнеси. А то ему завтра бежать с Минхо. — Но Ньют сказал… — А если у Салаги случится голодный обморок в самый неподходящий момент? Хочешь, чтобы Минхо снова тащил шанка на спине и рисковал жизнью? — спросила я. — Чак, ты же можешь. Ты смелый и отчаянный. Я знаю. Или ты забыл толчок? А? Напомнить, как я отдувалась за вас с… Я прикусила язык. Прозвище мальчишки застряло у меня в горле. Стало вдруг невыносимо больно. Но я сдержала в себе эту боль. Не надо было напоминать ни себе, ни Чаку. Это было нечестно. — Ладно, как хочешь, Чак, — устало проговорила я. — Я потом сама схожу. — Я сделаю, — ответил мальчишка тусклым голосом. Он тоже вспомнил Жука. Кланк. Кажется, я становлюсь жестокой. — Ну и молодец, — прошептала я, отходя от окна. Захотелось уйти под яблони или на вышку, чтобы остаться со своими мыслями и чувствами. Иногда было сложно отделаться от чувства безысходной тоски. Лица мальчишек вставали передо мной словно живые. Обычно они смеялись. И от этого было ещё больнее. Но надо было бдеть рядом с Новенькой. — Всё в порядке? — спросила Тереза. — Да, всё нормально. Чак сейчас принесёт еды. Девушка не виновата, что мне хреново и я устала от всего. Сегодня её день. Жаль, что мы не устроили Праздник. Ей бы понравилось. Но как устраивать Праздник, когда вожак в таком состоянии, гриверы шастают по Лабиринту днём, а Создатели решили проверить нас на прочность ещё жёсче? — А где вы берете еду? Я видела огороды. Что вы выращиваете? А готовите как?.. Вопросы посыпались из Терезы, как из меня когда-то. И я переключилась на то, чтобы всё подробнее ей рассказать. Лучше, чем в молчании пялиться на спящего Алби. Так прошло полночи. Позже Тереза ушла спать в соседнюю комнату, а мы с Джефом поочерёдно продежурили у кровати Алби до самого утра. А потом я сводила Терезу на завтрак под любопытные взгляды шанков. — Не обращай внимания, — сказал я Терезе, когда мы уже сидели за столом, допивая жидкий чай и доедая сэндвичи с яйцом и самодельным сыром. — Все пялятся, — поёжилась девушка. — Ты новенькая, к тому же девчонка, — пожала я плечами. — Вон тот мне не нравится, тот, что с перевязью на руке. У него злой взгляд, — Тереза кивнула в сторону деревьев. Там с миской в руках сидел Галли в окружении строителей и бегунов. — Он никому не нравится, — сказала я. — Даже больше скажу. Ему тоже никто не нравится. Это Галли. Но не бойся. Он ничего тебе не сделает. — Он думает, это из-за меня ваш Ящик не уехал. Ньют сказал, что это плохо. — Ну да, плохо. Но вряд ли в этом есть твоя вина. Ты же здесь, с нами… Короче, не забивай голову. Пошли, провожу тебя в Хомстэд. — А ты не останешься? — У меня дела. Но я загляну к тебе. Обещаю. Я врала. Общаться с Терезой мне не хотелось. Быть нянькой тем более. Мне нужно было нарисовать гривера в деталях и каким-то образом заставить Галли выслушать меня. На это требовалось время и душевные силы. После того, как я оставила Терезу с Алби и теперь уже Клинтом, я направилась обратно на кухню прямиком к Галли и компании. Лучше начать с самого сложного. — Привет, — сказала я шанкам, обводя взглядом присутствующих здесь бегунов, а потом посмотрела на Галли. — Это ты их подговорил, да? — Ты о чём, мелкая? — спросил Галли, спокойно попивая свой чай. — Ты что-то сказал Робу и Генри, чтобы те не бежали в Лабиринт, — сказала я. — Я просто забочусь о безопасности шанков, — отрезал Галли, бросив на меня недобрый взгляд. — Не вижу смысла рисковать чьей-либо жизнью. — Мы на пороге чего-то нового, Галли, — не сдавалась я. — Чтобы что-то сдвинулось с мёртвой точки, нельзя опускать руки! — Тебе мало, Джо? — Галли поднялся на ноги. — Мало Алби? Мало Бена? Мало Ящика и предупреждения? Хочешь, чтобы стало ещё хуже? — Куда ещё хуже? Очнись, Галли, — не выдержала я. — Нет, это ты очнись! Не видишь, куда всё идёт? Мы по уши в кланке, — начал злиться Галли. — Салага нарушил правило. Более того, он убил гривера. Это разозлило Создателей. И они нас решили предупредить, показать, что будет, если мы продолжим в том же духе. — То есть ты не отрицаешь, что гриверы связаны с Создателями? — спросила я. — Теперь это очевидно, — буркнул Галли. — Поэтому это можно исправить. — Исправить? Как? — не поняла я. — Нужно показать Создателям, что мы поняли урок и больше этого не повторится. Тогда они снова запустят Ящик, — сказал Галли, оглядываясь на парней, и те согласно закивали. — Галли, это тупик, — попыталась я достучаться до него. — Замкнутый круг! Создатели нам не друзья! Они чокнутые садисты. Это они поместили нас сюда, стёрли память и создали Лабиринт с тварями! Нельзя сдаваться! — Я просто устал вычеркивать имена шанков со стены, Джо, — сказал Галли. — Нам нужен порядок. Это всё, что я хочу. Он подвинул меня плечом и, отдав свою чашку Генри, пошёл прочь. — Вы все с ним согласны? — я посмотрела на парней. — Вы тоже думаете, что надо опустить руки? — Никто не хочет опускать руки, Джо, — сказал Роб. — Но Галли прав. С появлением тут Томаса, всё пошло наперекосяк. — Да тут с самого начала всё наперекосяк, — вздохнула я и пошла к роще. Всё прошло не так, как я хотела. Кажется, я сделала только хуже. Кланк! Мне надо было подумать, а ещё умыться и порисовать. Сдаваться я не собиралась. Может, если Галли увидит рисунки, он… Что он? Изменит своё мнение о Томасе? Перестанет быть упырком? — Кланк, как же не хватает Ника! — прошептала я и сжала кулаки. День прошёл незаметно. До заката ещё оставалось много времени, когда из Лабиринта раздался оглушительный грохот. — Стены? Днём? — воскликнула я, бросая блокнот на землю возле яблони, под которой сидела, и бросилась ко входу в Лабиринт. Другие шанки тоже бежали со всех концов Глэйда. Я боялась, что вход закрывается раньше времени. Но створки оставались неподвижны. Стены двигались внутри Лабиринта. Я похолодела от ужаса. Что сделали Минхо и Томас? Где они? А если их запечатает в ловушке? — Твою ж мать, — услышала я голос Галли. — Так и знал, что они натворят делов! — Я побегу… — я сделала было шаг в сторону Лабиринта, как крепкая хватка стиснула моё запястье. — Нет, Джо, — сказал Ньют. — Это слишком опасно. Лабиринт меняется. — Но Минхо… — Минхо опытный бегун. Он справится. У нас и так почти не осталось бегунов. Не рискуй. Это приказ. Я зажмурилась, успокаивая бешенно бьющееся сердце. Ньют прав. Ньют прав. Кланк! Он прав! Хотелось кричать. Но я могла лишь кусать губы, чувствуя, что парень так и не выпустил моей руки. — Я говорил, что будет хуже… Я предупреждал… — голос Галли звучал, как приговор. — Заткнись, Галли! — не выдержала я. — Или я заткну тебе глотку твоим же кланком! Просто замолчи! — Они идут! Вон они! — закричал Чак, перебивая меня. И мы все посмотрели на взмыленных парней, пулей выскочивших из-за поворота. — Что там произошло? — взволнованно спросил Фрайпан. — Что натворили в этот раз? — взмахнул руками Галли. Я же смотрела на Минхо и чувствовала невероятное облегчение. Жив. Это главное. От волнения я не могла произнести ни слова. Хотелось плакать от страха и в то же время от радости, что всё обошлось. — Мы нашли новый путь, — отдуваясь, произнёс Томас. — И там может быть выход. — Правда? — Ньют даже притормозил от удивления. — Правда, — подтвердил Минхо и улыбнулся, поймав мой взгляд. Его глаза горели азартом. Я впервые увидела его таким живым. — Мы открыли дверь. Такого я никогда не видел. Думаю, туда уходят гриверы днём. — Эй! — к Минхо подбежал Чак. — То есть вы нашли дом гриверов? И хотите войти туда? Отчего-то этот вопрос рассмешил Минхо. Видимо, подобная перспектива казалась ему забавной. Меня же переполняли смешанные чувства ужаса и любопытства. То, что нашли парни, может быть выходом! А может быть ловушкой. — Их вход может быть нашим выходом! — объяснил Томас, подтверждая мои догадки. — Или по ту сторону может оказаться куча гриверов! — воскликнул Галли, и в этот раз я была с ним тоже согласна. — Короче, Томас не знает, что он натворил. Как обычно! — Да! Но я хоть что-то сделал, Галли! — Томас остановился и резко развернулся к парню. — А что сделал ты? Кроме того, что прятался за этими стенами? — Послушай меня, Салага! — разозлился Галли. — Ты тут три дня, а я уже три года… — Да, уже три года и до сих пор здесь, Галли! Тебе это ни о чём не говорит? Может, пора делать всё немного иначе? — Может, тебе стать главным, Томас? А? Может… — Эй! Эй! — со стороны Хомстэда послышался крик Терезы. — Алби очнулся. Он очнулся! Новость тут же заставила парней заткнуться и броситься к Хомстэду. Впервые в истории Глэйда ужаленный шанк выздоровел, а не превратился в зомби-убийцу. И эта новость была такой же ошеломительной, как и находка Минхо и Томаса. — Ораву не пущу, — развёл руки в стороны Джеф на входе в дом. — Алби нужен покой. Ньют, Минхо с Томасом и Галли. Остальные на улице. — Я тоже пойду, — выступил вперёд Фрайпан. — Ладно, и ты. Но это всё. Алби пока ещё не в себе, — сказал Джеф и кивнул Ньюту. — Так, шанки, кто сунется, тому сутки в яме обеспечены. Усекли? — повысил голос Ньют. — Дайте Алби время прийти в себя. Не шумите и не лезьте. Вам тут не цирк. Ясно? Всё, разошлись. — Джо, помоги на кухне. Сегодня гуляш. Поставь на огонь греться и следи, чтобы не сгорел, — попросил Фрайпан и, дождавшись моего кивка, вошёл в дом. Я посмотрела на спины парней, уходящих в Хомстэд. Мне тоже хотелось пойти, но я понимала, что буду только мешать, поэтому отправилась на кухню, чтобы проследить за ужином. Алби тоже нужно будет поесть теплого. И вообще мне надо отвлечься от всех новостей и тревог. Всё было тихо, слишком тихо. Солнце уже село. И я никак не могла понять, что же не так, хотя чувствовала, что происходит что-то неправильное. Но что? — Ворота! — услышала я голос шанков и посмотрела на стену. — Не может быть, — сказала я, холодея от ужаса. Ворота не закрылись. И сейчас зловещая тишина начала заполняться пронзительным писком и стрекотанием, которые становились всё чётче и громче с каждой минутой. — Гриверы! — прошептала я, роняя на землю ложку, которой мешала гуляш.