Пускай мне приснится сладкий сон

В ушах играет та самая мелодия, что может ознаменовать торжество, но сейчас ее радостные и помпезные ноты, становятся неописуемым гротеском. Я же помню, что этого не было, так почему я стою в зале и вижу это. Жертва преступника жива, но пол все равно окрашен в красный. Под люстрой кто-то есть, так? Женский крик все не как не утихает. Он, словно прокручивается в моей голове. Раз за разом. Раз за разом. Совсем, как и тот миг, когда Тото побежит спасать третьего хакера. Он сделал это лишь потому, что я ему крикнул. Амамия что-то говорит, присев возле упавшей люстры. Она пытается ее отодвинуть. Она плачет, тогда почему я стою на месте? Пустота, вот что не дает мне поддаться эмоциям. Она всасывает их, словно черная дыра. Возможно, если бы не она, то мое сознание треснет и разобьется, как эта люстра. Я не желаю это видеть. Этого ведь не было. Это настоящий кошмар. Сколько бы я не противился, но сон не развеивается. Черт! Люди помогают Амамии убрать люстру. Скоро прибудет скорая, но она бесполезна. Почему-то я резко стал ниже. Точно. Мои ноги. Они подкосились. Все, остатки сил не позволяют мне упасть на пол, словно заставляя меня смотреть. Увидеть бездыханное тело Тото. Разбитые украшения на люстре торчали в его теле, а те, что не воткнулись в еще теплую плоть, разбросаны неподалеку. Это выглядит, как картина безумного художника, в которой доминирует алый цвет. Он пропитывает собою все. На лице Тото отпечаталась та боль которую он испытал в момент смерти. Его кости, явно переломаны. Амамия зовет его, сквозь слезы. Она отдалась эмоциям, а я просто смотрю. Мне нечего больше делать. Эта пустота высасывает все без остатка. Краски начинают выцветать, и даже та самая краска, стала не больше чем темным пятном. Это хуже чем отчаяние.

***

Проснуться с тяжелой грудью, словно ту пронзили чем-то тяжелым и острым – не самое приятное ощущение. Рон едва встал с кровать. Впервые он посчитал, что лучше бы ему приснился эротичные сон, но не кошмар, оставивший призрачный след пустоты, что липла к нему даже после пробуждения. Отвратительно ощущение, о котором хочется забыть и как можно скорее. Камонохаши потряс головой, отгоняя все мрачные мысли, что крутились вокруг лишь одной: «А что если Тото и правда умрет?». Одно только размышление над этим заставляло затаить дыхание. Возможно, это остаточный эффект от кошмара, но оно же и является очередным подтверждением тех чувств, что теплятся в нем после появления Ишики в его жизни. Эта вторая пощечина, которую отвесила ему жизнь. - Нужно что-то с этим делать. Я не хочу, чтобы он исчез из моей жизни. Приход Тотомару стал и неожиданностью, и облегчением. Увидеть его в реальности, стало лучшим лекарством, что помогло избавиться от приставучего чувства пустоты. Доктор Мофу так же помогла отвлечься. Разговор о лекарствах, воодушевлял. Доктор смогла найти способ, как ему избавиться от того, что тяготило и портило ему жизнь прошедшие годы. Даже побочные эффекты, не страшили. Они перекрывались тем шансом, что словно красная тряпка для быка – ее невозможно игнорировать. Он не мог этого сделать, не теперь, когда семья М начла действовать. Рон знает, что они нацелены на него. Им это так просто не сойдет с рук. - Рон, ты уверен, что стоит полагаться на сомнительные лекарства? – спросил Ишики, когда они остались наедине. Он ощущал неловкость, задавая этот вопрос. Одного понимания ситуации и того, что эти таблетки значат для Рона - достаточно, но волнение не хотело покидать его. Если для их приема нужно присутствие врача, то они весьма опасны. Ответ был очевиден. Камонохаши цеплялся за малейшую возможность избавиться от своего «проклятия». Зная это, стоило за ним следить, ведь это стремление могло бы ему навредить. - Может, попробуем отвлечься? - предложил Ишики – Ради этого я сюда и приехал – на его лице появилась легкая улыбка. Камонохаши просиял, хоть и сам сперва не понял от чего. Рот говорил первее него, и сразу о предстоящем деле. Все же эта тяга к раскрытию преступлений самое сильное, что в нем было. - Давай сегодня забудем о делах и расслабимся? – предложил Тотомару – У тебя ведь не все выполнено в твоем списке желании, верно? Слово за словно, но они сошлись на том, чтобы пойти на пляж. Ишики был рад, ведь у него получилось вытащить детектива из его логова. Быть поглощенным тем, что тебе так нравиться неплохо, но и об отдыхе не стоило забывать. Сейчас лето, что может быть лучше. Прекрасное время для расслабления. Может, вода поможет остудить пыл Камонохаши. Рон отвлекался. Правда, даже когда его поглотила грусть от отсутствия льда, он не мог не отвлекаться. Тото стоял рядом с ним с оголенной грудью и подтянутым торсом. Он выглядел так же как в его снах, ну почти. В реальности его кожа казалась еще мягче. Глаза гуляли по оголенным участкам, пытаясь впитать каждый дюйм, словно пополняя базу данных для дальнейшего воспроизводства. Ишики поправил кофту, ощущая пристальный взгляд. Ему стало неловко, от чего захотелось застегнуться, несмотря на жару. Все же он не мог забыть тот поцелуй. Это было слишком неожиданно и ситуация осталась неразрешенной, а теперь еще этот взгляд. Голубые глаза прятались за челкой, но Тотомару был уверен, что они смотрят на него. Доктор Мофу слишком добрая, раз всячески пыталась развлечь Камонохаши. Видно, с каким трепетом она относилась к своим пациентам. Ее неуклюжесть и доброта помогали разрядить обстановку, которая казалась Ишики, слегка натянутой. Он сам предложил прийти сюда, но теперь ощущал дискомфорт. Особенно, когда Рон лег на шезлонг, потеряв весь интерес к пляжу. Даже наряд, который он принес, не смог его замотивировать. В итоге его надела доктор Мофу и на удивление, столь странный костюм выглядел на ней мило. – Тоже хочешь надеть? – с насмешкой спросил Камонохаши. - Ну уж нет. Рон хмыкнул, но все же представил друга в костюме. Если бы тот согласился, то выглядел довольно мило. Две его любимые вещи соединились бы в одну. Хотя, Тото больше бы подошел образ другого зверька. - Слушай, Рон – начал говорить Тотомару, когда они остались на едине – Я хотел бы поговорить о том случае. Камонохаши напрягся. Ну конечно Тото не мог оставить это вот так просто. Все же, он не ожидал, что его поцелует друг. Ишики не из тех, кто вот так просто отпустит ситуацию. Да и сам Рон не хотел этого делать. Побег не приведет ни к чему хорошему, но говорить напрямую не стоит. Ему самому стоило до конца себе признаться, что это не извращенное чувство привязанности, которое он испытывает к Тото. - Полиция! – со стороны магазинчика послышался голос мужчины, что принялся звать полицию, пытаясь отогнать пришедших парней. Видимо, в этот раз им не удастся нормально поговорить. Камонохаши, словно имел нюх на дела и не противился следовать за этим запахом преступлений. Они натолкнулись на новое притупление, и времени для личных переживаний не оставалось. Дело поглотило их. Ишики переживал, как именно те таблетки, что дала Рону доктор Мофу, могли повлиять на детектива. Какой побочные эффект они имели, но когда больной потерял сознание после раскрытия дела, все стало понятно. Ну, почти. Изначально Тотомару страшно перепугался за него. Внезапная потеря сознания мало кого оставила бы равнодушным. Доктор Мофу успокоила его, сообщив, что с Роном все хорошо. Они смогли донести его до дома. Некоторое время они не отходили от детектива, пока Мофу не пришлось уйти на работу. - Не переживайте, я останусь здесь, пока Рон не очнется – сказал Ишики ей на прощание. Рон ворочался на кровати. Его поглотили кошмары. Лицо морщилось, а на висках появились капли пота. Тотомару и представить не мог, что именно тому могло сниться. Эти кошмары были настолько ужасны, что Камонохаши не раз выкрикивал, то имена, то просто издавал какие-то звуки. Ишики сел рядом с ним и положил руку на взъерошенную черную макушку. Может, это и не поможет, но он надеялся хоть так придать другу хоть какое-то чувство безопасности, что тот не один. Это не сильно помогало. Ишики нахмурился. Ему в голову пришла весьма странная идея, которой он без задних мыслей поддался. Тотомару прилег рядом с Роном и обнял, прижав к себе. Редкая дрожь не проходила, но промежутки между ними становились все длиннее. Находясь так близко Тотомару начал всматриваться в помрачневшее лицо, в очередной раз, помечая довольно привлекательные черты. Не будь Рон таким странным, и чуть ухоженнее, то был бы популярен у девушек. Хотя, и без этого у него все прекрасно получалось. Следователь поймал себя на том, что его рука невольно прошлась по широкой спине. Ему стало неловко. Рон был выше него, но сейчас эта разница ощущалась сильнее. Горячее неровное дыхание дотягивалось до светлой макушки. Рука Камонохаши обвилась вокруг Тото, словно приняв его за игрушку. Нос уткнулся в чужие пряди. Неловкость достигала своего пика, отозвавшись легким румянцем на щеках. - Наверное, не стоило этого делать – прошептал Тотомару, но видя, что этот нестандартный способ приносил какие-то плоды, успокоил себя. Тишина и тепло чужого тела успокаивали.

***

- «Тото». Это голос Рона. Но где он? Где я? Вокруг одна лишь темнота и больше ничего. Мрак постепенно рассеивается, даруя черты вещам, что все это время находились возле меня. Это комната Рона. - «Тото». Его голос совеем близко, но я все еще его не вижу. Вдруг чьи-то руки хватают меня за талию и резко поворачивают к себя. - «Рон?» – спрашиваю я. Он стоит передо мной, с дольной улыбкой, все еще не убирая рук. Я облечено выдыхаю, что смешит его. Вот любит же он подобное. Иногда это бесит, но подобные выходки стали привычны. У гениальных людей свои причуды. - «И чего ты стоишь?» - спрашивает Рон. Я не понимаю, о чем он говорит. Что мне нужно делать? Мы стоим в его квартире и видимо, что-то делали, но что? Я не могу вспомнить. - «Прикоснись ко мне тоже. Ты ведь тоже этого хочешь» - он наклоняется ко мне, к самому уху. Меня передергивает от неожиданности. Его руки притягивают к хозяину, вжимая меня в грудь. Они становятся настойчивее. Кончики пальцев проникли под футболку, касаясь кожи. - «Подожди, Рон!» - говорю я, упираясь руками в него пытаясь отстраниться, но он не позволяет. - «Ты ведь сам это предложил. Предложил меня развлечь» - говорит Рон, опуская голову еще ниже и дотрагиваясь кончиком носам моей шеи – «Ну так давай». Его прикосновения становятся интимными. Одна рука уже хозяйничает под футболкой, оглаживая то спину, то бок, иногда дотягиваясь пальцами до живота. Его нос вновь проходиться по изгибу шеи, словно впитывая запах. Вторая рука берет мою и прижимает к чужому боку. Почему же я веду себя словно кукла? Почем у не отойду? Не то что бы мне противно, но это не то развлечение, о котором я тогда говорил. Что может быть интересного, чтобы меня вот так лапать? - «Эй!» - выкрикиваю я, когда его рука сползла на поясницу, явно собираясь продолжить свой путь. Это становиться, словно отрезвляющей пощечиной. Мне хватает сил, что бы остановить его руку. Другая же нежно хватает мой подбородок и поворачивает к нему. Рон целует меня нежно. Его губы прижимаются к моим, но не надолго, ведь в игру вступает язык. Он проходится по моим, губам без проблем раскрывая и втягивая в более глубокий поцелуй. Разве Рон способен на такое? Его руки внезапно подхватывают меня за берда и приподнимают, отрывая от земли. Я взвизгиваю от неожиданности, едва разорвав поцелуй. Он улыбается, пока мне приходиться за него цепляться, что бы удерживать равновесие. Рон усаживает меня в ближайшее кресло, нависая. Его рука сжимает мою голень, словно поймав жертву. - «Стой!» - с испугом выкрикиваю я Сердце бешено стучит. Неужели он хочет сделать это прямо здесь? Вдруг его хватка ослабляется и он нависает надомной. - «Тото, я…».

***

Тотомару проснулся, упав на пол. Сердце все еще продолжало бешено стучать. Лицо горело, а дыхание было сбивчивым. Он уперся локтями о пол, привстав. Сознание все еще отходило от дикого сна. Ишики посмотрел на Камонохаши, что все так же продолжал спать. Его тряска спала, но напряжение на лице осталось. Взгляд невольно перешел на потрескавшиеся приоткрытые губы и Тотомару, быстро отвернулся. Руки схватились за голову, а глаза округлились. - Да ну нет. Не, не. Нет. Это не так. Это все из-за этой дурацкой шутки. Ха-ха – смешок вышел нервным – Напридумывал тут всякого – он посмотрел вниз – Как же стыдно.