Пускай мне приснится сладкий сон

Ишики не понимал, что с ним происходит. Точнее, ему были знакомы эти чувства, но они никогда не проявлялись таким образом. То есть, он ходил на свидания, влюблялся, но никогда не воспринимал свои же действия как-то неправильно. Когда удалось добыть билеты на концерт, Тотомару радовался тому, что сможет сходить туда с Роном. Именно на этом моменте его лицо покраснело, а мысли путались. Со стороны это могло выглядеть так, словно он приглашает того на свидание. Новые дела словно магнит, липли к Камонохаши. Следователь хотел, чтобы тот смог отдохнуть, но видя, как загораются глаза детектива, мог только порадоваться. Эта страсть одна из тех черт, которые ему нравились в Роне. Он странный и эгоистичный, внимательный и остроумный, хоть это иногда подбешивает. Непредсказуемость его действий, пересекается с ребячеством во время сложных дел, но когда оно касается самого детектива, то тому сложно увидеть простые истины. Невероятно странная и притягательная личность. Ишики считал, что надумывает лишнего, ведь стал замечать некую странность. Взгляд Рона, его непринужденные прикосновения, словно обжигали. Он стал воспринимать это по-иному. Голубые глаза часто цеплялись за него, изучая, слово видели в первый раз. Даже во время разговора, Тотомару чувствовал, это. Стоило убеждать себя, что это воспаленное сознание, что никак не могло отойти от того сна, от поцелуя. Пальцы невольно прижались к нижней губе, пока они ехали в ресторан, что находился в отдалении от всего остального мира. Весьма не обычное место, в которое Рон получил приглашение, которое его вовсе не смутило. Тотомару выдохнул. Он не мог отказать и оставить друга одного, но поездка в ресторан в котором они останутся на ночь, вместе, в одной комнате – это вызывало легкое волнение. - Тото, ты как? – спросил Камонохаши, подметив волнение друга. - А? Ну, это. Я в порядке. - Тоже взволнован? Слова Рона, явно имели ной смысл, но Ишики воспринял их иначе, прежде, чем успел отмахнуться от наваждения. Его спросили о том, что их ждет нечто интересное и волнительное, что не имело отношения к ним. Только к ним двоим. Не к тому, что им придется остаться наедине в довольно интимной обстановке. Тотомару улыбнулся, незаметно ущипнув себя за локоть. Нужно было успокоиться и сосредоточиться на чем-то ином. Это получилось сделать. Пришедшие гости неплохо с этим справлялись. Знакомство с новыми людьми хорошо развеивало атмосферу, пропитанную легкой неловкостью. По крайне мере именно так казалось следователю. Его же спутник этого и вовсе не замечал и вел себя как обычно, и это радовало. Рон по крупицам собирал информацию, цепляясь за каждого гостя. Особенно его заинтересовало их необычное поведение во время трапезы, но сказать ничего конкретного пока было нельзя, кроме го, что еда была вкусной. - Они ушли – констатировал Тотомару, когда посетители покинули зал. - Тогда и нам стоит пойти в комнату – сказал Камонохаши. - Да ты, наверное, прав. И вновь это странное волнение, которое, словно поджидало момента, чтобы выползти на поверхность. Ишики уже решил, что постарается заснуть как можно быстрее, благо у них с Роном отдельные кровати. А если бы и была одна, то он бы лег на пол. Ему не противно тепло чужого тела, но эта неловкость прогрызет его до костей. Он не должен ее испытывать, находясь рядом с другом. Может, только негодование или стыд от действий напарника, что уже стало привычным. Сейчас нечто иное – личное. - Спокойной ночи – бодро сказал Тотомару, юркнув в кровать. Рон тихо посмеялся. Мимо него не прошло, то как неуклюже вел себя весь день его напарник. Тото выглядел растерянным, но в то же время погружался в размышления. Его губы часто шевелились, проговаривая не озвученные мысли. Милая привычка. Будь он сосредоточен на нем, то точно смог бы почитать, что именно говорил непутевый следователь. Но и этого было не нужно, чтобы понять, что Ишики был взволнован. Камонохаши знает что Тото тревожил этот момент – когда они останутся в одной комнате. Его это так же тревожило, ведь назойливые идеи, как тараканы начинали роиться в голове, стоило подумать об этом. Им нужно разъяснить ту ситуацию, которую он сам создал в тот день в его квартире. Если этого не сделать, то этот клубок неловкостей и недопонимания станет больше и раздавит обоих. - И почему так сложно это сказать – прошептал Рон, посмотрев на спину Тото, прежде чем закрыть глаза. Ночь. Рон спал плохо. Сон едва к нему пришел, как тут же уворачивался от объятий – не позволял уйти от реальности и мыслей о том, что в этой комнате есть еще кто-то, кого он желает. Камонохаши окончательно проснулся, услышав неподалеку тихий стон. Он открыл глаза, привыкая к темноте. Очертания мебели появлялись медленно, но детектив понимал, где именно находилась вторая кровать, в которой ворочались. Тотомару спал, но его дыхание было тяжелым. Рон встал и подошел ко второй постели обеспокоенный тем, что у Тото могла подняться температура. Ладонь легла на чужой лоб, но ничего. Тело Ишики вздрогнуло, но глаза не открылись. В голову моментально впилась небольшая шалость, от которой было не в силах отказаться. Рука медленно прошлась по лицу следователя, огладив висок и скулы, перейдя на подбородок. Кончики пальцев приостановились на шее, а после быстро спустились к ложбинке между ключицами. Тото спал так, что его горло и верхняя часть груди была не спрятана под одеялом. Следователь не проснулся. Он скорее льнул к нежным прикосновениям. Хотелось большего. Камонохаши цыкнул, ругая себя за необузданное желание, подпутывающееся бездействием спящего Тото. В темноте его лицо плохо видно, но и этого было достаточно. Рон залез на чужую кровать, медленно, почти бесшумно, словно кот. Матрас проминался под его весом. Он застыл, выжидая реакции жертвы, что продолжала спать. Ишики был так близко, что могло показаться, что это просто очередной сон. Рука вернулась к чужому телу, приспустив одеяло до живота. Ладони коснулись горячей коже. Его грудь хаотично поднималась, в унисон с частыми вздохами. Было интересно какой сон снится Тото. Тело Ишики реагировало на холод чужих рук. Он поежился, а на лбу, между бровями появилась небольшая морщинка. Не видя опасности, Рон продолжил. Адреналин схлестывался с возбуждением, придавая ситуации особой остроты. Руки изучали грудь Ишики. Проходились по ней медленно. Пальцы перебирали каждую косточку ребер, что выпирали из-за выбранной позы Тото – тот лежал на спине. Желая забраться под футболку, Рон еще раз приспустил одеяло, и стоило пальцам прижаться к оголенной коже у самого пупка, как он услышал сдавленный стон: = Нгх! Камонохаши застыл. Этот стон заставил его задуматься, ведь тому мог снился кошмар. Это бы объяснило учащенное дыхание и странные стоны. Вывод привел к неутешительному приговору. Ему стало мерзко от самого себя, что он позволил себе залезть в кровать Ишики. Пальцы отпрянули от живота, и он хотел выпрямиться, как вдруг услышал: - Рон…? Ишики приоткрыл глаза, сонно смотря на фигуру, что чуть ли не сидела на нем. Взгляд был мутным, но он знал, кто именно это мог бы быть. Только один человек мог сделать это. - Я же говорил – тихо начал говорить Тотомару, вяло сжав чужое запястье, что находилось у живота – Я еще не готов к этому. Рон молчал, впитывая каждое слово, каждое прикосновение. Тото невесомо провел рукой по его бедру, что отозвалось электричеством, разливаемым по позвонкам. Не верилось, что Ишики это делал, хоть мозгом детектив понимал, что его напарник еще не проснулся. - Если хочешь – Тото привстал, и его губы втянули Рона в поцелуй. Язык легко проскользнул через сжатые губы, что и не сильно противились. Тотомару неожиданно взял контроль. Камонохаши не ожидал этого и просто следил за действиями партнера. Позволял ему делать все, что тот захочет. Хотел знать, как далеко тот мог зайти. - Все - покинув чужой рот, сказал Ишики – Все, а теперь дай мне проснутся или увидеть второй сон, а то я завтра не смогу тебе настоящему смотреть в глаза – зевнув сказал он. Тотомару лег обратно, укутавшись одеялом. Сон быстро охватил его, отрезав от реальности. - Тото…- шокировано, прошептал Рон – Неужели тебе снился я? Поцелуй все еще обжигал губы, а во рту осталось призрачное ощущение хозяйствующего языка, что проходил по зубам и небу. Он и подумать не мог, что Ишики мог такое сделать. Пальцы сжали ткань. Стоило себя сдерживать, ведь порывы были ясны и вовсе не напоминали шалость. Хотелось разбудить Тото и продолжить то, что тот начал. Воплотить сон в реальность, ведь сейчас такая подходящая для этого ситуация, и наплевать на то, что будет потом. Но нет. Камонохаши смог собраться и с неохотой покинуть постель Ишики. Разочарование, от собственных действий, перекрывалось радостью, что можно было перепутать с восторгом. Даже если это просто сон, но это значило, что где-то на подсознании Тото воспринимал его, как своего любовника. Облегчение волной смыло ту стену, что начинала выстраивать из кирпичиков сомнения. Сон отдалился еще на несколько шагов, но стоило ему прийти, как его визит стал самым теплым и приятным. Новый день ознаменовался началом нового дела: запутанного и, от того интересного. Оно внесло разлад в твердые устои детектива, что узнал правду о себе, восстановить недостающие детали воспоминаний. Если бы он был один, отдался своему самобичеванию вновь, то смог бы совершить ошибку, но он не один. Теперь не один. В этот раз у семьи М не получилось достичь своей цели. Именно так казалось, пока не прогремел взрыв. Тотомару принялся вытаскивать людей из горящего здания. Оно разрушалось, поддавшись огню и закрывая пути отступления, превращаясь в горящую клетку. Рон отходил от взрыва. Он находился ближе всего, но осмотревшись, был рад, что рядом никого не было. - Рон! – крикнул Тотомару, пробравшись к лежащему на полу напарнику. - Вот ведь, глупый – сказал Камонохаши, когда тот подбежал к нему и помог подняться – Ты ведь мог остаться там. Теперь мы оба сгорим – он посмотрел на последний проход, который завалило, после того как сюда вбежал Тото. - Я не мог не прийти. Он вновь пришел его спасать, и так раз за радом. Тотомару мог и сам этого не понимать, но именно так оно и есть – Ишики вытащил его из той бездны, в которую детектива засунули. Он ловит его, когда Камонохаши почти ступает мимо того тонкого пути, который Тото продолжает прочерчивать вместо него. Руки следователя держат крепко и прижимают плотнее. С губ Рона слетает сладко-горькая шутка: - Не стоит находиться ко мне так близко. А то когда обнаружат наши тела, то подумают, что нашли двух влюбленных детективов. Тото смеется, но не отходит. Крепче удерживая Рона. Не стоит думать о лишнем, ведь оно не имеет смысла. - Тото, я.. – начал говорить Рон, но сверху послышался треск, словно вот-вот на них обрушиться крыша. Тотомару отвлекся, увидев, что потолок проломили. К ним пришло спасение в виде Шпица, что прибыл на вертолете. Их спасли.