Няня для сердца и души

Утро Чонина начинается сегодня довольно поздно. Омега, накинув на себя тёплый халат, выползает из своей комнаты в половине первого дня, выспавшийся и довольный. Он вздрагивает от холода в коридоре и возвращается в спальню за тапочками. Ах да, в районе, в котором он проживает, отключили отопление из-за аварии на трубах. Говорили, что это ненадолго, но омега уже вторую неделю мёрзнет. Сегодня по истине прекрасный день, хотя бы потому что омеге не пришлось вставать в семь часов утра, ведь у Минхо сегодня выходной, и он с радостью решил побыть с Ёнми, а Чонина отправил на заслуженный отдых. Вообще, всё не совсем так. Минхо уже почти месяц водит Чонина на свидания, и сегодняшний день не исключение. Альфа предложил сходить в кинотеатр, только вдвоём, без мельтешащего комочка счастья под именем Ёнми рядом. И тут, наверное, не нужно быть гадалкой, чтобы узнать, что же ответил омега. Чонин скрывается в ванной комнате, умывается и чистит зубы, приводит себя в порядок. После этого он идёт на кухню, всё так же кутаясь в тёплый халат. Он ожидал чего угодно в этой жизни, но не такой подлянки от отопления, тем более зимой. Зима в этом году выдалась по истине суровой. Щелкнув кнопкой чайника, Чонин заглядывает в холодильник в поисках чего-то съестного, чтобы подкрепиться. Он находит пару ломтиков бекона, что его очень радует, и яйца. Быстрый и сытный завтрак обеспечен. Омега вздыхает, пытаясь спрятать замерзший нос в вороте халата, и хмурится, думая, что если этот холод продержится ещё хотя бы пару дней, то он точно не выживет. Чонин не любит холод и очень быстро замерзает всегда. Это раздражает. Вскоре завтрак готов, и Чонин садится за стол, залипнув в телефоне. Он смотрит прогноз погоды на будущую неделю, который его совсем не радует, а потом заходит в инстаграм, чтобы полистать ленту и посмотреть новые фотки Сынмина и Хёнджина, которые слишком уж любят выставлять их в данной социальной сети. Наверное, они могли бы стать хорошим приятелями. К тому же, они оба весёлые и жизнерадостные, а их неуместные порой шутки рассмешат даже мёртвого. Чонин счастлив от того, что в его жизни есть такие люди. Листая ленту инстаграма, Чонин даже и не подозревал, что ему может кто-то позвонить в такой час, тем более, сам Сынмин, который сейчас должен быть в школе и преподавать уроки своим любимым ученикам. Ян проводит пальцем по экрану, отвечая на звонок, и ставит его на громкую связь, продолжая есть. — Хэй, Йена! — радостно здоровается Сынмин, шурша чем-то на фоне, и с громким скрежетом отодвигает и, судя по всему, встаёт со стула, слушая ответное приветствие от Чонина. — Ты на работе сейчас, сильно занят? — спрашивает старший, явно перемещаясь по кабинету, в котором довольно шумно из-за маленьких детишек, которые слишком рады перемене. По идее, сейчас началась большая перемена, и у Сынмина и Чонина есть время, чтобы поболтать о многом хотя они и без того делают это каждый день. Но, похоже, сейчас этот разговор не требует отлагательств, раз Ким позвонил аж с работы. — Я не занят, Мин. Что-то случилось? — отвечает Ян, доедая свой завтрак, после чего поднимается из-за стола, чтобы отнести тарелку и вилку в раковину, и возвращается за стол, чтобы продолжить диалог с Кимом. — Нет, ничего. Дело есть просто, — отвечает спокойным тоном Сынмин и явно улыбается, отчего у Чонина очень сильно разгорается любопытство и интерес. — Я понимаю, что ты уже привык к Ёнми и к Минхо, тебе нравится твоя работа и эта милая девчонка, но у нас тут учитель началки в декрет уходит через пару недель, ищем нового учителя, — говорит Ким, и Ян не перебивает, хотя в глубине души уже визжит от радости. Он так горел работой в школе, и теперь, возможно, его желание осуществится. Конечно, он не хочет бросать и не бросит Ёнми и продолжит забирать её из сада и проводит с ней время, но всё же пора бы уже наконец устроиться по профессии и не слушать тех, кто говорит, что молодым омегам в преподавательстве не место, ведь они сведут с ума детей в старшей школе. Это же бред. — Я знаю, что ты очень-очень сильно горишь тем, чтобы обучать детишек, Йена! Подумай об этом, у тебя есть ещё пара недель, но лучше не затягивай и поскорее приходи на собеседование, — радостно добавляет Сынмин, и с губ Чонина срывается смешок: он счастлив и очень рад такому предложению. Конечно же он согласится на это. — Я… Я приду завтра, Мин. Спасибо, — отвечает Чонин и вздыхает радостно, зажмурившись. Он ещё недолго болтает с Сынмином, но скоро заканчивает разговор, услышав звонок на урок. Он откладывает телефон, откидывается на спинку стула и радостно улыбается, закрыв лицо руками. Какое прекрасное начало дня!

***

Минхо тормозит машину возле дома Чонина, смотрит на окошко его квартиры, в которой не горит свет. Кажется, омега скоро придёт. На пассажирском сидении лежит красивый букет из хризантем, которые очень нравятся Чонину, а так же коробочка шоколадных конфет с разными начинками. Минхо нравится на свиданиях дарить Чонину что-то такое, и он очень радуется тому, как омега нежно улыбается, когда благодарит его, и как вдыхает нежный аромат. Чонин в целом нравится альфе, и этого уже не изменить. Он влюбился по уши в этого прекрасного парня, который украл его сердце и сердце Ёнми. Время так быстро летит. Минхо, на самом деле, даже не заметил, как почувствовал что-то к Чонину. Омега просто заполонил все его мысли и разжёг огонь чувств и страсти к себе. Минхо не знает, насколько это правильно, но он готов признаться омеге сегодня в том, что безума от него, в том, что его сердце всегда замирает или сильно-сильно бьётся в груди, когда Чонин улыбается и уделяет внимание. Минхо действительно чувствует себя влюбившимся школьником, который ни за что не отступится от своих чувств и желания быть с человеком, которого любит. Ли улыбается, когда замечает Яна, вышедшего из подъезда, и хватает цветы. Открыв дверь машины, он вылезает на свежий, немного морозный воздух, и подходит к Чонину, вручая ему цветы с полюбвшейся обоим фразой «прекрасные хризантемы, для прекрасного омеги» и мягко целуя в щёку. Омега этому удивляется, но против ничего не говорит, лишь улыбается смущённо. — Спасибо, Минхо-хён, — говорит Чонин, сжимая букет в руках и вдыхая нежный аромат цветов. Он смотрит на Минхо и немного смущённо, но всё же целует его в щёку в ответ. Наверное, любой, кто стоит в радиусе двадцати сантиметров, может услышать, как бьётся сердце Минхо от этого. Ли чувствует, как закипает кровь в венах и ускоряет своё течение. Это такое окрыляющее чувство… У Чонина же сердце бьётся не менее быстро, глаза блестят, а губы растягиваются в нежной улыбке. — Где в этот раз будет проходить наше свидание? — спрашивает Чонин, снова пряча нос в цветах, и дёргает плечами от холода. Ему не нравится холод, но тепло, которое излучает Минхо, греет душу и тело. — Я бы предложил просто прогуляться, а потом сходить в ресторан и перекусить, либо наоборот, если ты голоден. А если ты не готов находиться на холоде и не голоден, то милости прошу в кинотеатр или в любое другое место на твой выбор, — Минхо усмехается тихо и указывает рукой на свою машину, предлагая сесть в тёплый салон и погреться, чему омега только рад. Они садятся в машину, Чонин удовлетворённо выдыхает, улыбнувшись, и оборачивается к Минхо, чтобы продолжить разговор. — Думаю, мы могли бы прогуляться в парке, а потом сходить в кафе, чтобы перекусить, — отвечает Ян, осторожно положив букет на ноги, и с улыбкой смотрит на Ли, не в силах отвести взгляд. Минхо улыбается, кивает в ответ, трогаясь с места, и катит по практически пустой дороге. Поездка проходит в молчании, но в очень приятном. Минхо наслаждается ароматом Чонина, теплом в салоне машины и плавным движением. Переключив скорость, он поворачивает в нужную сторону, – в сторону парка, – и немного поддаёт газу, ускоряя движение. Вскоре альфа останавливает машину у ворот парка, заглушает мотор и вылезает из неё. Он обходит машину кругом и любезно открывает для омеги дверь, подавая руку и приглашая его выйти на свежий, морозный воздух. Чонин с удовольствием принимает помощь, цепляясь за руку Минхо, и вылезает из машины, выпрямляясь. Его губы снова растягиваются в улыбке, взгляд вперивается в лицо Минхо, а щёки слегка розовеют то ли от холода, то ли от смущения. В любом случае, ему идёт этот милый румянец, который прекрасно подчёркивает его выразительные серые глаза. Минхо и Чонин проходят на территорию парка, который встречает их тишиной и умиротворением, альфа неуверенно и осторожно перехватывает руку омеги своей, переплетает их пальцы и выдыхает шумно, когда тот останавливается, явно этого не ожидав. Чонин смотрит на их сцепленные пальцы, улыбается нежно и делает шаг вперед, потом ещё один и ещё, уводя Минхо за собой в глубь парка. Стоит ли сказать о том, что Минхо предвкушал иную реакцию Чонина на это? Он почему-то думал, что омега вырвет руку и попросит не трогать его, хотя тот явно не страдает ненавистью к тактильности. В любом случае Минхо рад, что Чонин не вырвал руку и даже взял инициативу на себя. Сейчас в парке очень красиво. Все деревья, величественно стоящие вот уж который год, облеплены снегом, ветер колышет их тонкие ветки, скидывая лишний снег на землю. Чонин завороженно вздыхает, вдруг остановившись, и Минхо чуть ли не ругается себе под нос от неожиданности, когда врезается в него, но не толкает, а наоборот обхватывает руками тонкую талию, не позволяя упасть. Чёрт возьми… Обнимать Чонина так приятно. Впрочем, омега тоже считает, что объятия альфы это нечто прекрасное, и улыбается этому, не вырываясь. Он опускает голову вниз, смотрит на руки Минхо, покоящиеся на его талии, и вздыхает, осторожно перехватываю одну из них своей и сжимая холодными пальцами. — Тебе холодно? — интересуется Минхо, ощущая, насколько холодные руки омеги сейчас, хотя они гуляют от силы минут пять, и перехватывает вторую руку Чонина своей, чтобы согреть. Чонин же, поглощенный приятной ситуацией и своими чувствами, качает головой и вздыхает, наслаждаясь теплом рук Минхо и его объятиями. — Теперь тепло, — улыбается Ян и отводит взгляд, расслабляясь в объятиях Ли и ощущая себя просто прекрасно, находясь рядом с ним. Он откидывает голову назад и прикрывает глаза, не желая идти куда-то дальше. Его сердце гулко стучит в груди, грозясь вырваться наружу, ресницы трепещут, а уголки губ тянутся вверх сильнее. — В твоих объятиях очень тепло, хён, — говорит тихим голосом омега и втягивает морозный воздух, в котором витает аромат дорого алкоголя. Аромат Минхо многим не приходится по вкусу, особенно когда он зол, недоволен или находится под влиянием природы, но Чонину он очень нравится. Особенно, когда альфа находится в спокойном или приподнятом настроении, в коньяке раскрываются нотки цитруса, и это очень приятно. Чонин не фанат алкоголя, но готов им стать, если ему позволят дышать ароматом Минхо сутками напролёт. — И твоё присутствие очень греет душу и заставляет моё сердце трепетать… — добавляет Чонин, и его улыбка становится шире. Странно, но он думал, что сказать это будет сложнее, но в итоге он справился и очень доволен собой, даже если у Минхо в ответ будет не всё так радужно. Минхо улыбается признанию Чонина, обнимает его крепко и кладёт подбородок на его плечо. Его горячее дыхание касается уха омеги, в котором сверкает серебряная серьга, а руки сильнее обвивают его талию, но не настолько, чтобы сделать больно и лишить возможности дышать. Чонин вздыхает, прикрыв глаза, улыбается и поворачивает голову в сторону. Его губы останавливаются прямо напротив губ Минхо, глаза которого блестят в свете фонарей. Прекрасный момент, чтобы признаться, верно? Они замирают так на некоторое время, но первым отмирает Минхо, собравшись с мыслями и выдохнув шумно, и шепчет: — С каждым разом, когда я всё чаще смотрю на тебя, слышу твой голос и вижу твою улыбку, моё сердце шепчет мне… — замолкает, продолжая держать губы сжатыми в нежную улыбку, и заправляет отросшую прядь светлых волос омеги за ухо. Чонин вздыхает шумно, но не перебивает, давая мужчине время собраться с мыслями, лишь ластится к его тёплой ладони, что нашла место на его холодной щеке. — Теперь я знаю, что оно пытается мне сказать, — наконец продолжает Минхо, пока его сердце гулко бьётся о грудь, собираясь проломить её и выпрыгнуть прямо в руки омеги, который пленил его и безвозвратно забрал. Чонин смотрит прямо в его глаза, опаляет губы горячим дыханием, а ладони прижимает к его груди, заставляя тепло разлиться внутри и сердце ускорить свой бег. — Твоё сердце шепчет тебе о любви, раз бьётся так сильно? — улыбается Чонин, наслаждаясь быстрым ритмом, с которым бьётся сердце альфы под его ладонями, и вздыхает нервно, чувствуя, как его собственное сердце грозится выскочить из груди от чувств, переполняющих его. — Хён, ты краснеешь, — улыбается задорно вдруг Чонин и кладёт одну руку на щёку Минхо, гладит разгоряченную кожу большим пальцем, пока сам альфа жмурится, забавно морщит нос и усмехается его словам. — И зачем ты только это сказал? — Ли ластится к ладони Яна, поворачивает голову и целует её, вздохнув. — Да, я люблю тебя. Люблю и ничего не могу с этим сделать, — хватка на талии омеги становится сильнее, и Минхо притягивает его ближе к себе, впиваясь в полные губы своими. Чонин хотел бы сказать, что не ожидал этого поцелуя, но… Он ждал и жаждал его. Поэтому Ян без промедления отвечает на нежное касание, сминает губы Минхо своими, наслаждаясь их мягкостью, и обнимает его за шею, приподнявшись на носочки. Чонин чувствует себя так, будто время остановилось, а вокруг ничего нет, только они. Только он и Минхо, только их влюбленные сердца, которые бьются в одном ритме. Их прижатые друг к другу губы медленно двигаются в поцелуе, нежность кружится вокруг них вместе с многочисленными снежинками, которые подгоняет холодный ветер. Между их телами образуется тепло, даже жар, который греет обоих и не позволяет холоду обнять их. Чонин зарывается пальцами в волосы Минхо на затылке, поглаживает кожу его головы самыми кончиками и немного отстраняется от его губ, чтобы набрать морозного воздуха в лёгкие, и лишь коротко касается их снова, улыбнувшись. — Я тоже люблю тебя, Минхо. Сначала мне это казалось таким странным и неправильным, чем-то, чего не должно быть, мы же… — говорит тихим голосом омега, продолжая ненавязчиво касаться затылка альфы пальцами, и смущённо отводит взгляд, усмехнувшись. Странным и неправильным… Прекрасное чувство любви действительно странное, такое сильное, ошеломляющее и окрыляющее, но точно не неправильное. — Но как же я ошибался, — продолжает Чонин, прижимая ладони к щекам Минхо, и снова коротко целует его в губы, прикрыв глаза. — Меня тоже сначала смущали наши отношения, Чонин. Но плевать я хотел на то, что ты няня для Ёнми и мой работник. Я хочу быть с тобой, и никто меня не остановит от этого. Только если ты сам, — Минхо убирает чёлку Чонина, в прядях которой запутались многочисленные снежинки, от его глаз, чтобы насладиться их глубиной, и вздыхает тихо, чувствуя, как по его телу проходит электрический ток, кровь бежит по венам сильнее, а сердце мечется, словно птица в клетке, то ударяясь о рёбра, то подпрыгивая до самого горла. — Я не стану останавливать тебя, Минхо. Не стану, потому что хочу того же. Хочу быть с тобой, хочу быть с Ёнми, дарить вам свою любовь и стать для неё кем-то большим, чем просто няней, — Чонин вздыхает, вспомнив о Ёнми, и усмехается тихо своим мыслям. Она явно будет в восторге, если узнает, что Минхо и Чонин теперь не просто работник и работодатель. Чонин шумно вздыхает, когда чувствует, как Минхо резко и крепко обнимает его, зарывшись носом в светлые волосы и прижав ещё ближе к себе, насколько это возможно. Он улыбается, обнимает крепко в ответ и утыкается лицом в его плечо, чувствуя, что с ума готов сойти от всех тех чувств, которыми наполнены его сердце и душа. Он готов закричать на весь мир о том, как сильно он любит и влюблен, но вместо этого шепчет на ухо Минхо о своей любви, ведь как известно, счастье тишину любит. Чонин заливается звонким смехом, когда Минхо вдруг крепче хватает его за талию и начинает кружить, явно счастливый не меньше, чем сам омега. Наверное, прохожие люди посчитают их умалишенными, но это именно так. Они оба во власти своих чувств сейчас, лишенные разума на такой короткий, но прекрасный миг. Поставив Чонина на землю, покрытую пушистым снегом, Минхо снова целует его в губы, но отстраняется довольно быстро, услышав тихий смешок. Ну, извините, он никак не может справиться с нахлынувшими чувствами! — Не могу прекратить тебя целовать, прости, — усмехается Минхо и вздыхает, заметив покрасневшие щёки Чонина, который улыбается нежно, не отводя взгляда от его лица. — Ну что ты, Минхо… Мне нравится ощущать твои губы на своей коже. Они мягкие и горячие… — Чонин говорит искренне, качает головой и вздыхает тихо, когда холодный ветер лижет его разгоряченную кожу, пробравшись за шиворот пальто. — Надеюсь, совсем скоро я смогу ощущать их на себе чаще и чаще, — Чонин усмехается, сжимает руку Минхо своей холодной и тянет его за собой в глубь парка, весело смеясь и озаряя своей улыбкой всё вокруг, что померкло в вечерних зимних сумерках.