Что за черт?

***

      К вечеру того же дня дети сидели в комнате младших и обсуждали новые события, включая новость, которую удалось подслушать накануне. Если честно, то новости не радовали: было неизвестно, кто и с какой целью выискивает их как ищеек. Что происходит с такими детьми, куда их увозят, для чего всё это и почему они не появились раньше. Все эти вопросы в равной степени кружили в пространстве, оставаясь невысказанными, но понятными всем. — Что ж, — начал Том, нарушая тишину, обводя взглядом друзей, — нужно узнать, что именно они хотят и как собираются искать «особенных». У них наверняка есть свои методы. — Марси, Лиззи, — продолжил он, — вы попробуете узнать, что происходит. Лиззи, ты следишь за тем, что говорят воспитатели. Марси, твои способности могут пригодиться, если придётся лезть кому-то в голову. — Остальные? — спросил Энди, нервно потирая ладони. Было откровенно страшно: приют и раньше был не особо безопасен, но они знали, как со всем справляться и ставить на место тех, кто шёл на них. В этом же случае неизвестно было всё. — Мы будем прикрывать их и отвлекать, если что-то пойдёт не так, — ответил Том. — Никто из нас не должен оставаться в одиночку или далеко друг от друга. — Звучит опасно, — пробормотал Гарри, качая головой. — Если они поймут, что мы что-то замышляем... Или поймают нас... — Именно поэтому мы должны быть на шаг впереди, — твёрдо сказал Том. — Они не смогут забрать нас, если мы этого не захотим.       Гарри кивнул, чувствуя, как уверенность Тома передаётся ему. — Как минимум расцарапаем им их лица, устроив весёленькое задание, — усмехнулась Марси. Девушка не собиралась сдаваться так просто. — Они пожалеют о том, что полезли к нам.       Гарри слабо хихикнул, звучало весело. В конце концов, он гриффиндорец, а их никогда не останавливали трудности. — Хорошо, — сказала Лиззи, поднимаясь с кровати. — Тогда начнём прямо сейчас.       Через пару дней бесплодных попыток что-нибудь выведать, незаметной слежки за воспитателями и безупречного послушания, Марси удалось подслушать разговор между двумя воспитателями. Они обсуждали список детей, который проверяющие запросили заранее. И собирались собрать их в комнате, чтобы поговорить о чём-то. — Там не все, — сказала она на вечернем собрании группы. — Их интересует только часть детей. Я мельком увидела список, но не смогла разобрать имена: меня заметили, так что пришлось притвориться, что я просто искала одного из младших. — Это значит, что у нас ещё есть время, — задумчиво сказал Том. — Но почему именно они? — Может, те дети чем-то выделяются? — предположила Лиззи. — Воспитатели ведь всегда замечают необычное. — Если так, — Том нахмурился, — значит, они могут выйти на нас. Мы должны действовать быстрее.       На следующее утро проверяющие начали беседы с детьми. В комнате, где проходили встречи, стоял длинный стол, за которым сидели дети по одному. Мужчина задавал вопросы, а женщина делала заметки.       Когда очередь дошла до Гарри, он старался сохранять спокойствие. Было немного страшно осознать, что он тоже есть в списках. — Как тебя зовут? — спросил мужчина, открывая папку. — Гарри, — ответил он, чувствуя, как взгляд женщины будто проникает ему в голову. — Расскажи о себе, Гарри. Чем ты увлекаешься? — Читаю книги... играю с друзьями, — попытался наивно ответить малыш. — Иногда мы играем в прятки или догонялки. Старшие всегда так быстро ловят меня. А Том учит меня писать, это так скучно, но он постоянно ругается, что я должен быть отличником, когда пойду в школу... — Очень интересно, — мило улыбнулся мужчина, постаравшись сделать непринуждённый вид. — А что насчёт... необычного? — вмешалась женщина, её голос был мягким, но настораживающим. — С тобой или твоими друзьями не происходило ничего странного?       Гарри напрягся, но постарался не показать этого: — Не понимаю, о чём вы. — Ну, например, ломалось или загоралось что-то рядом, когда вы злились или плакали? — Н-нет, — запнувшись, ответил малыш. — Если только тогда, когда я врезался во что-то, убегая от учёбы и зубрилы Тома.       Мужчина и женщина переглянулись. По взглядам было видно, что они не очень ему поверили. Чёрт, Гарри не умел врать, никогда. Даже когда от этого зависело многое, у него не получалось пиздеть с невозмутимостью Тома или Марси, когда они подшучивали над кем-то или врали воспитателям. — Хорошо, Гарри. Это всё, можешь идти, — мужчина сделал пометку в папке.       Гарри быстро вышел, его сердце колотилось. Том, ждавший за углом, тихо спросил: — Как прошло? — Они что-то знают, — прошептал Гарри. — Они пытались вывести меня на что-то странное. Спрашивали про странности со мной или моими друзьями.       Том сжал губы. — Значит, нам нужно перейти к следующему шагу. Если они знают больше, чем мы думаем, придётся рискнуть, чтобы узнать их планы...       Нахмурившись, Том обнял младшего. Происходящее напрягало и очень сильно. Из всех позвали на беседу только Гарри. И его внутренний собственник буквально рычал и зло сверкал глазами, что внешне проявлялось лишь повышенной хмуростью и плохим настроением.