Morons and Madmen

Когда они оказались примерно в четырех поворотах коридора от лифта, Вескер набросил зеленое покрывало на поставленное им в центр помещения кресло. В это время Леон бездельничал неподалеку, держа в руках ворох украденных из замка вещей, и изо всех сил притворялся, будто ничуть не смущен. Вескер поймал его за подглядыванием. Мог ли кто-то винить Леона? Ладно, Крис мог. И Клэр. И Джилл. И… хорошо, многие могли его винить. Но никому из них не приходилось стоять здесь и наблюдать, как полуголый Вескер раз за разом соблазнительно наклоняется, демонстрируя гибкость рельефных мышц. Казалось, он делал это специально, только чтобы повыделываться: довольная ухмылка не слезала с лица Вескера с тех самых пор, как он, обернувшись однажды, заметил жадный взгляд Леона. Покончив с работой, Вескер приблизился, скрещивая руки на груди. К тихой зависти Леона чужое обожженное плечо быстро исцелялось — ярко-красный воспаленный ожог сменился слегка розоватыс раздражением — и это спустя каких-то несколько десятков минут. В последний раз, когда сам Леон заработал серьезный ожог, на лечение потребовалось около трех недель — и это если не считать, сколько времени восстанавливались два потерянных отпечатка пальцев на левой руке. — Ты и правда думаешь, что это сработает? — с сомнением спросил Вескер. По всей протяженности коридора они соорудили дорожку из ковров, гобеленов, занавесок и кип древних книг, тщательно расположив их на равном расстоянии друг от друга. Некоторое время назад Вескер и Леон все же обнаружили путь к лифту. К их большому неудовольствию, и Старина Скрипун оказался не промах — нашел дорогу вслед за ними. Ни Леон, ни Вескер не горели желанием ввязываться в новую драку без оружия, поэтому решили улизнуть; только благодаря чистой удаче, они наткнулись на срез, приведший их прямиком к каменной части замка. Однако БОО, судя по всему, не собиралось освобождать путь к лифту. Не желая прятаться и выжидать, мужчины вознамерились выманить Скрипуна единственным, что, согласно наблюдениям Леона, могло привлечь его внимание. — Понятия не имею, — заявил агент. — Но могу поклясться, что наш дорогой друг менял траекторию движения всякий раз, как ему на глаза попадалось что-нибудь зеленое, чтобы это разрушить. — Довольно нетипичное поведение для биооружия, — задумался Вескер. — Может быть, его мать убил Гринч? — Или у него просто частичный дальтонизм и нетерпимость к другим особям, зараженным Т-Вероникой, — предположил он, закатив глаза. — Думаешь, это Т-Вероника? — спросил Леон. — Он зеленый, с желтыми пораженными участками и вздутыми венами, как ты и описал? Леон согласно кивнул. — Это Т-Вероника. — Как замечательно, что у меня под рукой есть настоящий эксперт. Они направились к следующей комнате. Вескер притащил из коридора рыцарские доспехи — вместе со стендом и всем прилагающимся — и поставил их на пол в центре комнаты. Эта конструкция должна весить не меньше сотни фунтов, а он носил ее с такой легкостью, будто она была не тяжелее перышка. Леон сглотнул. Вескер наверняка выделывался. Тщеславный ублюдок. Вескер чуть спрятал самодовольную ухмылку, когда подошел ближе и выудил изумрудное платье из тающей кучи вещей в руках Леона. — Разве БОО обычно заботятся о сохранении территории? — агент отвел взгляд от крепких скульптурных мышц спины, перекатывающихся под кожей. Обрывки пострадавшей рубашки Вескера свисали с его фигуры, не прикрывая ровным счетом ничего. — Зависит от их уровня интеллекта. Те, что поумнее, заботятся. Вескер, уперев руку в бедро, окинул взглядом результат своей работы и, удовлетворенно кивнув, жестом велел Леону идти за ним в следующую комнату. Теперь, имея в голове материалы для сравнения, Леон не мог избавиться от размышлений. Вескер и Ада походили друг на друга сильнее, чем ему хотелось бы. Они оба разделяли загадочность, опасность, умение работать в экстремальных условиях и готовность использовать ужасный вкус Леона в женщинах (и мужчинах) против него. Несмотря на все желание Леона применить к Аде презумпцию невиновности, он понимал, что та, как и любой другой человек, замешанный в делах биологического оружия, готова идти по головам. Леон прекрасно это знал, и все же… не мог ее отпустить. — Возможно, если бы ты переспал с Адой тогда, в Раккун-сити, то не стал бы сохнуть по ней сейчас, — предположил однажды перепивший виски Крис. — И когда же я должен был с ней переспать? Пока мы носились по канализации с горящими задницами, пытаясь выжить? — парировал Леон. Он тоже был пьян — более пьян, чем следовало бы, но все равно трезвее Криса. — Мог бы найти безопасную комнату. Безопасные комнаты есть всегда. Разобрался бы с этим по-быстрому, удовлетворил бы зуд или вроде того, понимаешь? Тогда, возможно, смог бы забыть о ней, — он отхлебнул еще немного алкоголя и сморщил нос. — Ты хоть раз с ней кувыркался? Ставлю на то, что вся проблема в этом. С тех пор Леон больше не выпивал с Крисом вдвоем. Не из-за сказанных им слов, а из-за того, сколько баров запретило им двоим заявляться на порог. Пьяный Крис — довольно вспыльчивый человек. «Вескер никогда не сможет стать новой Адой», — строго убеждал себя Леон. Ада другая. Невозможно повторить то, через что они прошли вместе, и то, как хорошо друг друга понимали. Нет, Леон знал, что «покувыркаться с Адой» не помогло бы распутать тот клубок чувств, что они делили между собой. Не стоило ожидать, что Крис это поймет. — Ты потерялся в мыслях, — голос, вырвавший Леона из задумчивости, прозвучал холодно, оттого заметнее было тепло пальцев, потянувшихся к его локтю, чтобы вытянуть из вороха вещей отрез шелковой ткани. Вескер приподнял бровь, его ухмылка сменилась более мягким и спокойным выражением. — Опасная затея для подобного места. — Мы давно не сталкивались с зомби, — пожал плечами Леон. Он открыл рот, собираясь задать вопрос об Аде, но быстро передумал. Даже если Вескер уже догадывался об их близости, Леону не стоило подкидывать ему дополнительные доказательства. — Не переживай. Я не спущу глаз. — С моей задницы? — смешливая улыбка промелькнула на лице Вескера, прежде чем он отвернулся, забрав ткань. Леон уставился в потолок и умолял свои щеки перестать краснеть. Устанет ли Вескер дразнить его, или все это станет их новой нормой? Леон вообразил, как в будущем Вескер оставляет ему записки со следами губной помады, и испытал короткий экзистенциальный кризис. Ну уж нет, довольно этого целомудренного дерьма. Ему и без того хватает поддразниваний от одного криминального элемента. Хотя бы в этот раз Леон последует совету Криса. — Ладно. Знаешь, что? Мне надоело ходить вокруг да около, — заявил он. Вескер обернулся, все еще держась за висящую на дверце гардероба одежду. При взгляде на агента он опустил руки. Леон постарался собраться. Сейчас или никогда. — Послушай, мне… — он сделал глубокий вдох. — Мне плохо даются такие разговоры, поэтому буду действовать, как умею, — он бросил на пол оставшиеся вещи и сложил пальцы обеих рук в фигуру пистолета, направив их на Вескера. — Эй, детка. Ты случайно не история? Потому что я хотел бы войти в твои анналы. Вескер воззрился на него; один глаз выглядывал из-под пластиковой оправы очков, губы сжались в прямую ничего не выражающую линию. Он замолчал на одно долгое мгновение. Подобная реакция должна была остудить пыл Леона, но, честно говоря, игра стоила свеч хотя бы из-за этого выражения лица. Даже если Вескер решит, что это последняя капля и пришло время пристрелить Леона на месте, агент уйдет из жизни с гордо поднятой головой. Несколько секунд спустя Вескер сократил расстояние между ними, склонив голову набок. — У тебя есть более пикантные подкаты? Потому что этот не довел меня до пика. Леон расплылся в улыбке. — Дай мне минуту, и я придумаю что-нибудь о твоих очках. — Ле-он, — Вескер растянул его имя с намеком на предупреждение. Прежде чем Леон успел сформулировать мысль, Вескер сжал в кулаке его футболку и притянул к себе. Чужой горячий рот впечатался в его, прогоняя из головы все тревожные мысли. Они замерли так на мгновение, прижавшись друг к другу неподвижными губами. Леон ожидал, что Вескер отстранится, схватится за нож или сделает хоть что-нибудь, чтобы оборвать на корню эту глупую затею. Похоже, сам Вескер ждал того же. Набравшись смелости, Леон скользнул руками по чужой спине; губы Вескера приоткрылись. Это было похоже на прорыв плотины. Каждая сдерживаемая частичка похоти, кипящая внутри Леона с того момента, как Вескер впервые использовал на нем свой особый глубокий голос, разом вырвалась наружу, и ему отвечали с равной отдачей. Леон ухватился за широкие плечи и прижался ближе, борясь за первенство в поцелуе. Вескер не поддался. Он обернул одну руку вокруг талии Леона и оттянул его назад, применяя свою непреодолимую для обычного человека силу. Леон внутренне вздрогнул от такой хватки, в буквальном смысле потеряв баланс и завалившись назад. Он впился короткими ногтями в кожу Вескера, оставляя на ней следы в форме полумесяцев, прежде чем в отместку зарыться пальцами в безупречную, слегка жесткую от геля укладку, и привел ее в полный беспорядок неосторожными движениями, чем заработал протестующее мычание в губы. Вескер пах дымом, потом и кровью и целовался тщательно и глубоко, чередуя медленные движения языка с укусами острых зубов. Вдалеке послышалось рычание, за которым последовал грохот обрушившегося на землю металла. Они одновременно вскинули головы — Леон все еще находился под углом в сорок пять градусов над полом. Из распахнутой двери открывался вид на пустой коридор, единственным движением в котором оставалось трепыхание гобелена на сквозняке. — Надо уйти с открытой местности, — предложил Вескер. С этого ракурса Леон видел красные глаза под линзами очков; их алое свечение добавляло насыщенности румянцу, проступившему на щеках мужчины. Дыхание Вескера сбилось, его обычно невозмутимое выражение лица стало мягче, раскрасневшиеся губы контрастировали с бледной кожей. Трудами Леона из тщательно уложенной прически теперь выбивались светлые пряди. Леону еще никогда в жизни не хотелось трахнуть кого-то так сильно. — Точно. Да. Пойдем… туда, — выдавил он. Не дав себе времени передумать, Леон выпутался из хватки и, взяв Вескера за запястье, потянул его к другой двери. Хорошо. Значит, это все же могло случиться. Он вел гребаного Альберта Вескера, предателя и небезызвестного биотеррориста со сверхспособностями, как жених невесту на этих дурацких фото со свадеб, прямиком в кладовку, в которой они прежде прятались от Скрипуна. В будущем это событие сулило ему огромные сожаления, но в ту секунду Леон испытывал лишь тяжелое, напряженное предвкушение, становившееся только острее от риска встретить зомби на каждом углу. Они ввалились в кладовку. Леон развернулся и тотчас ударился пяткой о металлическую стойку. Казалось, в этот раз пространства внутри стало еще меньше, и двое мужчин с трудом помещались в нем. Вескер закрыл за собой дверь, обрубая доступ света. Похоже, он не испытывал трудностей от пребывания в темноте, потому с удовольствием вернулся к тому месту, на котором их прервали, запустив горячие руки под футболку Леона. Учитывая, что Вескер носил солнцезащитные очки ночью, в слабо освещенном замке, можно было предположить, что он просто не слишком-то полагался на зрение. Касаясь темы очков. Леон раздраженно фыркнул, когда его нос ударился о них третий раз кряду во время поцелуя. Подняв руку, он без раздумий стянул очки с лица и тут же наткнулся взглядом на пару алых змеиных глаз. Дьявол. Они светятся в темноте. Волна трепета пробежала по его позвоночнику, когда эти сияющие глаза сузились. Пальцы Вескера скользнули по руке Леона, чтобы дотянуться до очков. Испытав иррациональное желание побесить Вескера, Леон быстро бросил их на пол. Вескер собирался наклониться, чтобы поднять очки, когда Леон уложил обе руки на его шею и притянул в крепкий неистовый поцелуй, больше не боясь столкновения с пластиком. От резкого толчка в плечи Леон ударился спиной о твердый камень стены. Он коротко выдохнул при столкновении и выгнулся, когда Вескер тенью скользнул следом. Лихорадочное тепло его тела просачивалось сквозь футболку Леона. — А ты смелый, Кеннеди. — И тебе это нравится, — по крайней мере, Леон на это надеялся. Вескер хмыкнул. — Больше никогда не зови меня деткой, — произнес он и вовлек Леона в новый поцелуй. Тот промычал что-то утвердительное в губы напротив. Горячие руки очертили бока Леона; ладонь опустилась на его промежность, вызвав вздох. Леон уже был твердым, отчего штаны казались слишком тесными. — Что бы сказала Ада, увидь она тебя сейчас? — прошептал Вескер ему на ухо. — Скорее всего что-нибудь вроде: «Будь осторожен, он кусается». Вескер тут же укусил его в местечко под ухом — примененной силы хватило, чтобы оставить след. — Ай! Ублюдок, — прошипел Леон, прогибаясь под Вескером, когда тот постарался успокоить укус мягкими поцелуями и касаниями языка. Ответом Леону послужил лишь смешок. — Хн!.. Постой, — отвлекся он. Свет… Им нужен был источник света, иначе Леон вообще не сможет увидеть, что делает. Пусть это может показаться личной причудой, но ему нравилась возможность видеть перед собой партнеров. Это позволяло Леону насладиться их реакцией, или, что более важно в данной ситуации, присматривать за Вескером на случай, если тот решит достать оружие. Тем более, Вескер представлял собой то еще зрелище, поэтому было бы жаль не насмотреться на него вдоволь, пока есть шанс. Леон запустил руку между ними и щелкнул прицепленным к поясу фонариком. Вескер отшатнулся от луча света, как вампир от солнца, прикрыв одной рукой свои нечеловеческие глаза. Другая рука осталась упертой в стену рядом с плечом Леона. — Чувствительный? — поддразнил Леон. — Давай направим яркую вспышку тебе в глаза и посмотрим, как отреагируешь ты, — ответил Вескер, сохранив невозмутимый тон. Леон отцепил фонарик от пояса и положил его на одну из полок, направив луч в потолок. Отраженный свет окрасил лицо Вескера и верхнюю часть его тела в холодный белый цвет, оставив остальную фигуру в тени. Этого было вполне достаточно. Леон пробежался жадными пальцами по рельефу обнаженного живота. Обожженный участок показался почти пылающим, заметно горячее остального тела; исцелившаяся кожа ощущалась нежной и гладкой. Вескер склонил голову сбоку от Леона, используя чужое лицо как преграду для света. — Боже, ты и правда вампир, — еле слышно пробормотал Леон. — Насколько далеко мы планируем зайти? — Не знаю, как обычно проходят твои миссии, Леон, но я сам не имею привычки брать с собой смазку с презервативами на полевые задания. — Эй, — Леон пнул бедро Вескера коленом. — Ты хочешь трахнуться или нет? Вескер хмыкнул, в его тоне не прозвучало ни капли сожаления. Он наклонился ниже, прижавшись губами к шее Леона и втянул кожу в рот. — Я и близко не хочу подпускать тебя к своей заднице, — простонал Леон. Ложь, притом не самая убедительная. Сама мысль о том, чтобы оказаться под Вескером, вызывала головокружение, но стоило оставить подобные фантазии на потом. Если это «потом» вообще произойдет. И лучше бы ему не произойти. — Неужели? — ухмыльнулся Вескер, острые белые зубы сверкнули в свете фонарика. От такого выражения лица у Леона должны были встать дыбом волосы — вместо этого лишь сильнее заколотилось его сердце. Он отвлекся и не заметил, как рука Вескера спустилась к его заднице, чтобы ущипнуть. — Э-эй! Что я только что сказал? — Очень мило, что ты думаешь, будто смог бы меня остановить, если бы я действительно захотел этого, — промурлыкал Вескер, погладив скулу Леона большим пальцем. — А ты попробуй, — рыкнул Леон, сжав в кулаке то, что осталось от рубашки Вескера. Тот слегка отклонился назад, оценивая пространство пылающими алыми глазами. — Хм. Здесь не хватит места, чтобы встать на колени, — резюмировал он. Леон с трудом сглотнул, почувствовав, как задрожали его ноги от возникшего в голове изображения. Этот мужчина уже сводил его с ума, а они еще даже не сняли штаны. — Значит, остаются руки? — хрипло спросил он. — Если только ты не предпочитаешь тереться друг о друга, как подростки, — произнес Вескер. — Сделай нам обоим одолжение и заткнись, — ответил Леон. Вескер низко рассмеялся, заставив колени Леона ослабеть. Расстегивая друг другу штаны, они успели отбить локти о каменные стены; неуклюжие движения сталкивающихся рук только мешали процессу. Однако Леону было уже все равно. К нему прижималось все стройное высокое тело Вескера, одна его горячая рука выводила круги на выступе острой тазовой косточки, пока другая проскользнула под пояс. Леон задрожал, зажатый между жаром чужого тела и холодом каменной стены, когда умелые пальцы обхватили его член. Не желая оставаться безучастным, Леон опустил ладонь на чужую промежность и сжал Вескера через нижнее белье; Тиран под его рукой выгнулся и простонал. Член Вескера уже был твердым, как камень, и натягивал ткань боксеров. Леон моргнул и, опустив взгляд вниз, увидел темно-синее белье под расстегнутыми брюками. Логотип на нем выглядел до ужаса знакомо. — На тебе форменное белье S.T.A.R.S. — У меня был день стирки, — невозмутимо пояснил Вескер. Он спустил боксеры Леона ниже и обхватил пальцами горячую плоть — из головы агента тут же вылетели все мысли о безвкусном выборе одежды. Он ахнул и толкнулся в уверенную хватку, бездумно сжав руку на чужой промежности; Вескер зашипел в ответ. Начав задыхаться, Леон вцепился в белье Вескера в попытке стянуть. Они синхронно двигали кулаками, наполняя тесную кладовку стонами и вздохами. Руки Вескера все еще оставались одеты в кожаные перчатки, текстура которых была почти чересчур жесткой для чувствительной плоти. Дрочил он так же, как и целовался: тщательно и медленно, требовательно и ритмично. Когда Леон вспомнил о том, насколько сильны эти руки, его инстинкт самосохранения совершил последний отчаянный рывок. — Ннн… Нет, — Леон вздохнул, отталкивая ладонь Вескера, и сжал оба их члена в своей. — Я видел, как ты гнешь этими пальцами сталь. — Я в состоянии контролировать свою силу, — раздраженно бросил Вескер. Он прозвучал почти обиженно, и Леон посмеялся бы над этим, если бы не был так возбужден. — Лучше не станем рисковать. Остальные протесты Вескера перечеркнуло особенно ловкое движение руки на членах. Он уперся ладонями в стену, запирая Леона между ними. Тот не возражал — конечно, Тиран не мог не взять на себя контроль. Вескер нетерпеливо толкнулся бедрами, скользя губами по шее Леона. Снаружи донесся треск. Их неустанная возня прекратилась, широко раскрытые глаза Вескера зеркально повторили удивление и испуг Леона. За треском последовало знакомое приглушенное рычание. Старина Скрипун находился снаружи, но его точное местоположение сложно было определить: он мог бродить как по коридору вдалеке, так и в соседней комнате. Вескер расслабился, удивление на его лице сменилось хитрой улыбкой. Он снова начал толчки, на этот раз тише и медленнее, и не преминул скользнуть руками вниз, чтобы сжать в ладонях ягодицы Леона. Полное безрассудство. И опасность. Все происходящее было полным безрассудством и опасностью, но член Леона еще никогда в жизни не был таким твердым. Леон возобновил движения руки, каждый дрожащий выдох с головой выдавал его усилия быть тихим. Любой доносящийся снаружи кладовки звук заставлял их замереть в порождающем искры напряжении и изо всех сил прислушиваться к передвижениям твари. После пристальный взгляд пылающих глаз Вескера всякий раз переходил обратно на Леона, и они возвращались к начатому, все сильнее и сильнее распаляясь. Дыхание замирало в горле Леона, будто бы сам воздух стал тяжелее, гуще, и каждый вдох давался с трудом. Сердце бухало в его груди, подгоняемое адреналином и удовольствием почти до невыносимого ритма. Блять, он был так близко. Леон едва мог думать от затапливающих чувств, от того, как отчаянно он хотел кончить. Грохот в последний раз раздался где-то вдалеке, и снаружи вновь стало тихо. Монстр наконец ушел? Ладонь Вескера присоединилась к Леону, принуждая его ускориться, и всего пары толчков этой одетой в черную кожаную перчатку руки хватило, чтобы выбросить его за край. Леон с тихим шипением излился на их сцепленные пальцы. Ослабев, он готов был сползти по стене, когда вспомнил о Вескере напротив себя, напряженном, как струна, и все еще нуждавшемся в освобождении. Леон отпустил свой сверхчувствительный член, сжав в пальцах Вескера, двигаясь быстрее и устойчивее, чем раньше. Вескер уткнулся лицом в его шею, обдавая обжигающим дыханием уязвимую кожу. Именно поэтому он не смог увидеть шкодливую улыбку, возникшую на лице Леона. Он буднично поднял руку к обожженному плечу Вескера и коснулся нежной чувствительной кожи. Без предупреждения Леон впился в нее ногтями и провел линию жгучих царапин. Дыхание Вескера замерло, и он в ту же секунду кончил, пачкая пальцы Леона семенем. Они навалились на стену взмокшей кучей, с трудом дыша. — Результат проверки положительный, — произнес Леон в ответ на безмолвный взгляд, который, как он был уверен, состроил Вескер. — Я так и знал. Тебе нравится боль. — У тебя, должно быть, уже есть готовое завещание, — пробормотал Вескер, но отрицать ничего не стал. — Возможно, — ответил Леон и издал слегка истерический смешок. — Поверить не могу, что мы это сделали. Если бы та тварь нас обнаружила… — …Ты был бы мертв, — закончил за него Вескер. — С другой стороны, я намного быстрее тебя. — Ха. Хотел бы я посмотреть, как ты улепетываешь от него со спущенными штанами. Вескер хмуро посмотрел на него сверху вниз. А после фыркнул, и это был самый искренний смех, услышанный от него Леоном за сегодня. — Нам обоим повезло, что он не очень внимательный, — сказал Вескер. Он сорвал остатки рубашки с плеча и использовал ее, чтобы стереть сперму с них обоих. Леон молча наблюдал за ним. Итак, они только что устроили рандеву в кладовке. Совсем как неуравновешенные подростки, о чем недавно упомянул Вескер. Леон опустил затылок на стену. Жар медленно покидал его, оставляя после себя только мерзкое ощущение сожаления. Он должен был заниматься устранением мировой угрозы, а не спутываться со своим врагом. — Боже, что со мной не так? — пробормотал Леон в потолок. — Вряд ли тебе стоит спрашивать подобное у меня, — незамедлительно ответил Вескер. — Действительно. Теплая рука в перчатке коснулась лица Леона, заставив его опустить взгляд. — Неважно женщина это или мужчина, — поделился Вескер своими размышлениями. — Мне нравятся люди с огоньком. Леон издал мягкий смешок в чужую ладонь. — То есть, люди, о которых можно обжечься, — согласился он. Крис был прав. У Леона в самом деле дурной вкус в выборе партнеров. — Если тебе больше нравится такая формулировка, — Вескер отстранился. — Тварь прошла мимо нас, — сказал он. — А это значит, что если мы поторопимся, путь к лифту будет свободен. — Точно. Нужно закончить миссию, — Леон оттолкнулся от стены и постарался по возможности поправить одежду. Вескер бросил на него еще один напряженный взгляд ярких глаз. — Будь настороже, — произнес он и покинул кладовку.