Кризис моей души

Блиц сидел не шевелясь. У него исчезло восприятие времени, места, свои чувства. Единственное, что он испытывал сейчас — волнение, нарастающее, как вихрь в штормовую погоду. В желудке словно бушевала буря, и сделай он хоть одно движение, то эмоции вырвутся наружу. — Я думаю, нам нужно идти, — сказала Милли, после затянувшегося молчания. — Блиц, это письмо могло быть от кого угодно. Не имеет значения… Снаружи раздался оглушительный грохот, а затем взрыв и звук падающих булыжников. Клубы пыли вперемешку с песком просочились в спальное помещение. — Что это?! — Блиц вскочил на ноги, выйдя из оцепенения. — Блиц Баксо, — мужской, басистый голос донёсся снаружи, — выходите с поднятыми руками! Выхода нет! — Чего?! Это ещё почему?! — Нужно бежать, — шепнула Милли, — иначе… — Блиц Баксо! — повторил голос. — Вы окружены! Сдавайтесь! — Что я мог сделать? — рыкнул себе под нос Блиц. — Что от меня нужно? — Здесь нет другого выхода, — сказала Луна, обнюхивая углы. — Мистер Баксо, даём вам минуту! Выходите с поднятыми руками! Блиц в панике осматривался по сторонам, в надежде найти тот самый заветный выход. Он уже не задавался вопросами, почему его собираются арестовывать. В глубине души он понимал, что это может быть связано со Столасом. Сейчас ему хотелось только одного: спасти Милли и Луну. Он окинул взглядом холодильник. Тот выглядел крепким, с толстыми стенками и прочными прокладками. Блиц рывком распахнул дверцу холодильника и вывалил его содержимое прямо на пол. Полки и протухшие продукты кучей лежали у ног беса. — Залезайте! — Ты с ума сошёл?! Я не полезу туда! — возмутилась Милли. — А как же ты? — спросила Луна. Блиц покачал головой и с силой затолкал девушек в пустой холодильник. Как бы не протестовала Милли из-за грязи и невыносимого запаха, Луна придерживала её за плечи. Цербер взглянула в последний раз на беса. — Папа… Блиц слабо улыбнулся и медленно моргнул, после чего захлопнул дверцу. — Мистер Баксо! — снова раздался громогласный голос снаружи. — Осталось десять секунд! Выходите с поднятыми руками! — Чёрта с два вы их получите, — прошипел Блиц, закладывая взрывчатку под холодильник и запуская механизм. — Я не позволю забрать их. Ещё немного, и, кто бы там ни был снаружи, они вот-вот прорвутся. БА-БАХ! Стена пещеры с громким, мощным взрывом проломилась вовнутрь, и Блиц отлетел в противоположную сторону. В помещение забежали несколько существ в чёрных балахонах и капюшонах, скрывающих их лица. Взрывчатка под холодильником сработала, и он, пробив потолок, с бешеной скоростью взмыл высоко ввысь, скрывшись в бледных облаках жёлтого неба. — Думал сбежать, Блиц Баксо, — чёрные фигуры подхватили беса под локти и поволокли к выходу. “Они думают, что я был здесь один”, — сказал про себя Блиц. — “Хорошо. Хорошо.” Одна из чёрных фигур подошла вплотную к Блицу и прыснула зелёной смесью из баллончика прямо в лицо. Перед глазами беса всё поплыло и сознание постепенно покинуло его, пока окончательно не наступила тьма.

***

Холодильник с грохотом приземлился на песчаный холм. Дверца распахнулась, и Милли с Луной вывалились наружу, кубарем скатившись по песку вниз. — Он с ума сошёл?! — визгнула Милли, хватая ртом воздух. — Он нас убить хотел?! — Он ещё и не на такое способен, — сказала Луна, отряхиваясь, — я в этом уверена. Блиц готов пойти на многое, когда готов защитить своих… Ком подкатил к её горлу, и она испустила тихий скулёж. Где сейчас Блиц? Что с ним делают? И куда повели? А что если он… — Луна? — Милли потрясла её за руку. — Ты как? — Нужно вернуться к нему, — сказала она, сжимая кулаки, — нужно спасти его. — Неизвестно, кто его забрал. А вдруг этих… там… было… много… Милли осеклась, увидев гневный взгляд Луны. Цербер опустилась на четыре конечности и вдруг увеличилась в размерах, став похожей на ездовую, огромную гончую. — Я своего папу не брошу, — процедила она, сжав клыки. — Либо ты со мной, либо я разберусь сама. Милли не стала спорить. Она забралась на спину церберу, и та с молниеносной скоростью помчалась вперёд.

***

Столас летел на всех порах, рассекая воздух, оставляя за собой красные сгустки энергии. В таком демоническом обличии он был куда быстрее и сильнее. Время от времени он порывался открыть портал, но один раз щёлкнув когтями, у него ничего не вышло. Золотая цепь отняла слишком много сил, а ведь он был скован минуты две, не больше. Однако Столас чувствовал, что к нему возвращаются не только силы, но и ясность ума. Сейчас он почти жалел о своём выборе, но успокаивал себя наводящими мыслями. “Стелла блефует. С Октавией всё хорошо. Это я напридумывал себе плохого в голове.” — рассуждал он, преодолевая границу пустынной зоны. Столас сделал выбор в пользу Блица, хотя это было нелегко. Его так и не отпускали мысли о дочери, но ощущение того, что выбери он Октавию, то упустил бы нечто важное, нечто такое, что дало бы ответы на все его вопросы. А ещё спасти Блица! То, что его любимому бесу угрожала опасность, сомнений почти не было. И когда демон увидел руины из множества булыжников и горы песка, он понял, что ошибки быть не может — он на месте. Столас приземлился рядом с одним из булыжников. Он ясно ощутил лёгкие колебания под завалом, похожие сердцебиения. Не медля, демон начал с помощью телекинеза разгребать груду камней в поисках источника колебаний. Даже не смотря на магические способности, это заняло время, и Столас рычал недовольно, поторапливая себя, тратя ещё больше оставшихся сил. Когда он обнаружил проход под завалом, за его спиной спиной послышался громкий топот. Ему почудилось, что на него несётся волна разъярённых одичалых — представителей ада, лишённых рассудка, — но это оказалась Милли верхом на Луне. Цербер резко затормозила, окатив сыпучим песком Столаса. — Столас? — удивилась Милли, позабыв об этикете. — А как… — Это была ловушка, — ответил он. — Они знали, что кто-то пойдёт сюда. Мне следовало пойти с вами. И теперь Блиц… Столас вошёл в проход и оказался перед новым завалом. То, что он принял за колебания, были камни, трескавшиеся от давления. Здесь было пусто. — Его забрали, — тихо сказала Луна. Повисло недолгое молчание. На осознание этого факта потребовалось время, прежде чем Столас открыл клюв. — Кто его забрал?! — Не знаю, — покачала головой Луна, принюхиваясь к воздуху, — но это точно не Кримсон. — Я думала, что это мог быть он и его наёмники, — пояснила Милли. — Мне они не нравятся. — Нет, с ними всё нормально, — сказал Столас. — У них была куча возможностей устранить нас, но они этого не сделали. — И что теперь делать? Внезапно Луна сморщилась и зажала нос рукой. — Какая гадость! Похоже на снотворное или удушающий газ. Фу! — Стало быть, его усыпили. На простых наёмников это не тянет. Луна снова принюхалась, осторожно втягивая воздух носом. Она то морщилась, то удивлялась. — Ничего не понимаю, — сказала она, — здесь смесь разных запахов. Блица, кого-то ещё, и запах похожий на Блица. — Кажется, я знаю, кто мог это сделать, — нахмурился Столас.

***

Мешок на голове не позволял дышать в полную силу. Блиц уже был готов просить освободить его, и тут же с него стянули мешок. Яркий свет ослепил его на пару мгновений, и бес подумал, что находиться по ту сторону смерти. Однако он обнаружил себя в круглой, цилиндрической формы помещении, с резными колоннами, уходящими под высокий потолок окутанный тьмой. Свет прожектора полностью освещал его, мешая в деталях рассмотреть зал. И, оказалось, что на его руках кандалы с цепью. Раздался щелчок и включился ещё один прожектор, освещая фигуру в отдалении. На пьедестале расположился демон, похожий на помесь совы и павлина (в большей степени павлина) в белом оперении с бирюзовыми узорами на теле. Бирюзового цвета глаза внимательно уставились на Блица, разглядывая его с ног до головы. На клюве павлина расползлась ухмылка. — Мистер Баксо, — произнёс демон, — наконец-то мы и встретились. Уж прошу простить за такую прелюдию, но поступить иначе не представлялось возможным. — Ну и что ты за хмырь? — спросил Блиц. Вместо ответа его обдало холодом, и с ужасом Блиц увидел ледяные иглы впивающиеся в его кожу на руках. — Не нужно быть таким грубым, — сказал демон, — впрочем, позволь представиться. Я Андеральфус Гоэтии. Сомневаюсь, что вы, мистер Баксо, можете знать меня, но вы могли слышать о моей сестре Стелле или её супруге Столасе. “Так он один из них! И что ему нужно от меня?” — подумал Блиц. — Да, вижу вам знакомы эти имена, — сказал Андеальфус. — И ТЫ хочешь знать, зачем ТЫ здесь. Улыбка с клюва демона сошла на нет. Теперь его взгляд будто источал холод, словно пронизывая беса насквозь. — Ага! — невозмутимо ответил Блиц. — Хочу знать, какого хера меня похищают и тащат к Гоэтии?! Ледяные иглы царапнули руку беса, разрезав ткань его рубашки и оставив неглубокую царапину. — Я сказал не хамить!!! — рявкнул Андреальфус. Блиц зашипел от боли. Лёд обдал его кожу жгущим жжением и ознобом на всё тело. Вот это он влип! — Что ж, — спокойным тоном продолжил павлин, — а теперь к главному. Мистер Баксо, вы обвиняетесь в покушении на жизнь славного представителя Гоэтии — принца Столаса. — Но это был не я! — закричал Блиц и стиснул зубы от нового жжения по телу. — Также на вашем счету ограбление семейства Гоэтии, сбережения которых вы пустили на обустройство своей фирмы по наёмным убийствам. Какая гадость! Как не хорошо! Андреальфус запрокинул голову и помахал ладонью перед лицом, будто ему не хватает воздуха. Такая наигранность взбесила Блица, и он подался вперёд, надеясь хотя бы разок врезать, но его осадил стоявший в тени бес с оружием. “Чёрт! Мы здесь не одни?” — Кхем, так вот, — снова заговорил демон, — и не стоит забывать о терроризме! — НЕ БЫЛО ТАКОГО!!! — заорал Блиц изо всех сил, не обращая внимания на усиливающуюся боль. — Я не причинял вреда Столасу! А деньги вообще он мне сам дал! Тут Блиц осознал, что сказал лишнего. Теперь у Столаса могли быть неприятности. А что если его объявят спонсором фирмы по наёмным убийствам? — Послушайте, — стуча зубами от холода и боли, сказал Блиц, — я никому из жителей ада не причинял вреда. Моя фирма занимается убийством грешников на Земле, в мире людей. — Интересно, и каким образом вы туда попадаете? Уж не с помощью ли этого? Андреальфус положил перед собой кристалл Асмодея, который и был у Блица. Именно эта вещица и позволяла бесу проникать в мир смертных. И Физзаролли, как возлюбленный Асмодея, помог своему другу Блицу заполучить этот кристалл. “Зараза! Почему я не отдал его Мокси?!” — подумал Блиц, издав глухой стон разочарования. — Так ТЫ ещё и ограбил самого Асмодея. Какая наглость! — взвизгнул Андреальфус. — Я не… — начал было говорить Блиц, но запнулся, подумав, пусть лучше считают, будто ограбил. Не хватало ещё, чтобы в эту историю были втянуты его друзья. — А, ты имеешь в виду, что делал это не в одиночку? — уточнил демон. — Разумеется, ведь мы поймали твоего сообщника. Зажёгся ещё один прожектор, и луч света выявил пленника с мешком на голове. Когда один из подручных бесов Гоэтии снял мешок, Блиц с ужасом распознал Физзаролли. Физз, с кляпом во рту замычал и задёргал головой. Протезы его отсутствовали, как и шапочка с бубенчиками. — Какая досада, — сказал Андреальфус, обращаясь к Физзаролли, — если бы твой друг не сопротивлялся при аресте, нам бы не пришлось забирать твои ручонки. — СУКА!!! — заорал Блиц, что есть сил. — Отпусти его!!! Он ни при чём!!! — Неужели? — спокойно спросил демон. — А как же тот факт, что именно через постель удалось достать кристалл, м? Не смущает? Соблазнить Асмодея и обманом забрать ценность для осуществления террора. Андреальфус опустил ладонь на голову Физзаролли и воткнул палец в отверстие сломанного рога, ковыряя внутри. Бес зажмурился от неприятного ощущения, и сквозь его веки проступили слёзы. Блиц ринулся вперёд, но новые ледяные иглы воткнулись в его ноги. Не желая показывать боль, он опустил голову, медленно втягивая воздух носом. И тут он заметил странность на своих кандалах. Цепь, что соединяла запястья, была подпилена ровно по середине. Кто-то сделал это намеренно. Стоило лишь приложить усилия, и руки будут свободны. — Может быть, твой друг окажется более сговорчивым, м? — улыбнулся Андреальфус. — Как думаешь, Блицо? Блиц издал тихий рык. Нужно было дождаться подходящего момента, и тогда уж он начистит хлеборезку этому павлину. — Я думаю, нам лучше удалиться, — сказал демон, заточив Физзаролли в ледяной кокон, — и, надеюсь, он не будет упираться и отнекиваться, правда же? А пока, — он указал пальцем на Блица, обращаясь к бесам-прислужникам, — займитесь им! Андреальфус и Физзаролли скрылись прочь из зала. На Блица двинулась орава бесов с оружием и хищно скалились, предвкушая забаву с избиением безоружного. — Хера вам лысого! — Блиц напрягся и разорвал цепь, стягивающую его руки. Не ожидавшие этого прислуги оторопели, но прежде, чем предпринять меры, один из них уже валялся на полу, держась за горло, пытаясь остановит фонтан чёрной крови. Он хрипел, выпучив глаза и хватал ртом воздух. Блиц ударил следующего и замахнулся на третьего, сбив обоих с ног. Сверху зажглись лампы, осветив полностью весь зал. На мгновение Блиц ужаснулся. В его сторону шло с десяток бесов с дубинками и ножами, а у пары из них был огнестрел. Блиц отскочил в сторону, прикрываясь телом поверженного беса и вытащил нож. Один из противников свалился на пол, едва лезвие с бешеной скоростью вонзилось в его лоб. Раздалось несколько выстрелов. Блиц перемахнул через трибуну, скрываясь от пуль. Сжимая в руке пистолет, он перевернулся на живот и проехался ничиком по полу, застрелив сразу трёх. Неожиданно на него навалились сзади, взяв в удушающий захват, и Блиц вцепился когтями в руку нападавшего, сняв с него кожу с куском мяса. Раненный бес взвыл от боли и попятился к стене, где сразу был прибит к ней ножом в горло. Блиц обернулся назад. Толпа оставшихся бесов попятилась назад, даже не смотря на численное преимущество и оружие. Размяв голову, Блиц выкинул в сторону пустой пистолет и кинулся на них. Тут бесы опомнились и принялись стрелять, но Блиц взял в заложники одного из них и, прикрываясь живым щитом, выхватил у него маленькую гранату. Блиц надеялся, что она взорвётся, но граната оказалась дымовой, наполнив удушающей пеленой почти весь зал. Бесы в панике озирались сквозь густую стену дыма, и Блиц, вовремя спохватившись, расправился с оставшимися, пустив каждому пулю в лоб. Постепенно дым рассеялся. Блиц отряхнулся от чёрной крови и выбежал из зала. На его счастье снаружи никто не охранял вход. — Физз! — крикнул Блиц, хотя и понимал, что звать бесполезно. В пустующем, длинном коридоре было тихо. Только имя друга эхом отозвалось от стен. Блиц обратил внимание, что здесь были окна, но за ними стояла кромешная тьма, а сам коридор освещали канделябры. Интересно, сколько он был без отключки? И как они поймали Физза? А целы ли Луна и Милли? А Столас? Где он сейчас? — ЗАКЛЮЧЁННЫЙ СБЕЖАЛ! — раздался звонкий голос отовсюду. — ПЕРЕКРЫТЬ ВСЕ ВЫХОДЫ! Блиц оглядывался по сторонам, пытаясь найти источник вещания, но, было похоже, что это очередная магия высших демонов. Не придумав ничего лучше, Блиц заорал: — Отпусти Физзаролли!!! Ответа не последовало. Блиц на него и не рассчитывал, но хотел верить, что его слова были услышаны. Блиц оказался в главном холле. Здесь были такие же разные колонны, как и там, где его пытались убить. Огромные ворота, ведущие наружу были закрыты такой же огромной магической печатью бирюзового цвета. “Этот павлин постарался?” — подумал Блиц и поднялся по главной лестнице. Стоило ему зайти на последнюю ступеньку ко второму этажу, как раздался оглушительный треск, а затем главные ворота замка разлетелись вдребезги. Голубое пламя с красными всплесками энергии ворвались внутрь, опрокинув Блица на спину. Бушующий огонь склонился над бесом и резко уменьшился в размерах, обратившись в старого знакомого. — Асмодей?! — Так и знал, что этот петух и его курица что-то замыслили! — зарычал демон. — Но верил, что они на такое способны! — Он забрал Физза! — выпалил Блиц. — Знаю! Никто не смеет забирать моего мальчика!!! Асмодей вновь принял облик голубого пламени и полетел сквозь весь дворец, ломая на своём пути убранство интерьера. Блиц выдохнул и поднялся на ноги. По крайней мере у него есть союзник и весьма могущественный. Стёкла с оглушительным звоном вылетели из окон, и Блиц обнаружил, что снаружи светло и во всю светило красное солнце. Тёмная завеса, скрывающая замок, отступила. С верхних этажей послышались вопли и мольбы о помощи, которые очень быстро стихали. Похоже, что Асмодей выпустил всю ярость наружу. Блиц решил не вмешиваться, а то ещё попадёт под раздачу случайно.

***

В правом крыле замка было тихо, а весь гул борьбы демона с прислужниками Гоэтии по ту сторону почти не был слышен. Блиц прошёл по тёмному коридору, полагаясь на свою способность видеть в темноте. Самая дальняя дверь было приоткрыта, и оттуда сочился тусклый свет. Сердце Блица пропустило удар, когда он заметил движение. Всего мгновение, но это хватило, чтобы понять — здесь он не один. Оказавшись вплотную к двери, Блиц толкнул её и оказался в спальне с одинокой кроватью у решётчатого окна. На кровати, спиной к Блицу сидела женщина. Бес-женщина. Он сглотнул ком в горле и шумно выдохнул. Незнакомка обернулась. Блиц замер на месте и, не сдержавшись, издал вздох удивления. Та, кого он считал умершей… Та, кто была для него родной сестрой… Та, кого он не надеялся больше никого встретить в жизни… Барби повернулась к Блицу всем телом и сложила руки на коленях, уставившись на брата. Никто из них не проронил ни слова, не издал больше звука. Блиц не мог поверить своим глазам, что его сестра здесь — живая и невредимая, — сидела на кровати и смотрела на него. — Так и знала, что рано или поздно ты объявишься, — сказала она, первой нарушив тишину. — Ты не мог остаться в стороне, да? И всё из-за этой сволочи. Снова. — Б-барби, — Блиц подошёл ближе, но был остановлен жестом. — Не нужно. Я хотела появиться. Сама. Вернуться в твою жизнь, но я не могла. Я думала, будет лучше, если ты будешь считать, что я умерла. Но судьба решила иначе. Ты сам стал искать меня. — Я думал, что ты умерла! Я видел тебя всю в бинтах… о-обгоревшую! Тебе было больно! Барби улыбнулась и покачала головой. — Это правда. Я умерла. Но не телом. Эти чёртовы Гоэтии убили меня изнутри! Они забрали у меня маму и папу! Они искалечили тебя и Физзаролли! — О… о чём ты говоришь? — Ты ничего не помнишь, я знаю. И это к лучшему. Совет думал, что стерев воспоминания вам обоим, они предотвратят дальнейшие ваши встречи. Ты знаешь о ком я говорю. — Столас, — тихо произнёс Блиц. — Я винила тебя и его. Но я была очень зла на вас. Сейчас я понимаю, что мы все были детьми, и никто не мог подумать, что ваша связь погубит нашу с тобой семью, братик. И если бы на этом всё закончилось… Блиц зажмурился и тряхнул головой. Нет, это бред! Не может такого быть! Ему всё это мерещится или снится. Барби… без единого ожога. Она говорит, что ему стёрли память. И Столасу тоже. Но, это было похоже на правду. Блиц открыл глаза. Барби не растворилась в воздухе, как видение и не исчезла, как галлюцинация. — Ты мне не веришь, — сказала она. — Понимаю, тебе пришлось нелегко. — Барби! Я столько лет думал, что тебя нет! Что я остался один! Я много лет скитался один! Поддерживал свою жизнь и жизнь Физза! Я думал, что никогда больше… На его глазах проступили слёзы, и он сжал зубы. — Ты… а ты… — продолжил он, прерывистым дыханием, — всё это время была неподалёку. И связана с этим… Советом? Что ещё за Совет? В памяти мелькнуло, что Столас упоминал про некий Совет, который контролирует баланс в мире людей. Неужели… — Я многим им обязана, — сказала Барби, поднимаясь на ноги. —- Совет спас меня. Они разглядели во мне потенциал. И даровали мне новую жизнь! Жизнь, за которую я буду бороться. — Это они наняли тебя убить Столаса? Барби замешкалась на секунду и отвела взгляд в сторону. — Нет, Блицо. Я решила, что нужно покончить с Гоэтии. Если бы всё закончилось тогда, много лет назад, я бы забыла об этом. Но когда ты снова связался со Столасом, я поняла, что это нужно остановить, пока они снова не сделали тебе и мне больно. — Барби, ты не можешь убить его! Он… я… На тебя ляжет проклятие! Страйкер… — Мне всё равно. Я готова взять на себя эту ношу. Я не хочу, чтобы Страйкер пострадал. И, может быть, Совет помог бы мне в будущем. Я у них на хорошем счету. Она улыбнулась и навела пистолет на Блица. Тот нахмурился и поднял руки вверх. Барби держала золотистый пистолет с ангельской гравировкой. — Не смей мне мешать, Блицо, — сказала Барби, — ради нашего блага. — Барб, пожалуйста… — Они принесли в жертву нашу семью. Я убью их главного наследника. И остальных тоже! — Столас не виноват! Блиц не был уверен в своих словах. Он ничего не помнил о тех событиях, которые знала Барби, но его чувства говорили, что сейчас она не права. — Тогда — не был. Но сейчас это взрослый демон Гоэтии. Такой же как все. — Я в это не верю! Что… Оглушительный грохот раздался на весь замок. Пол задрожал под ногами и всё помещение наклонилось в бок. Блиц вцепился в изголовье кровати, пытаясь удержаться на ногах. Барби выстрелила в решётки на окнах и выпрыгнула наружу. Блиц пытался угнаться за ней, но сильный, порывистый ветер повалил Блица на пол. — Что происходит?! — воскликнул он. Всё тело обдало дрожью от холода, но ещё и от волнения. Всего минуту назад он встретил свою сестру, которую считал мёртвой. И ещё она поклялась убить Столаса и всю его семью. После всего, что было, это казалось абсурдным! Но факт остаётся фактом. Она жива и здорова. Явно благодаря некому Совету, на который ещё и работает. Да, всё складывалось! Запах, как у Блица на месте преступления. Записка в логове Страйкера. Провалы в памяти. Внезапно взрыв потряс весь замок изнутри. Блиц подскочил к двери и увидел, что весь коридор объят зелёным пламенем. Он уже видел такой огонь. Очень давно. В этом огне он едва не погиб много лет назад, когда сгорела его семья и вся цирковая труппа. Ужас и паника охватили Блица. Он попятился назад, но ещё один сильный порыв ветра толкнул его в дверной проем. Лицо обдало жаром. Он схватился за дверной косяк руками и перекатился по стене в сторону. Языки пламени прорвались внутрь, и, задержись Блиц хоть на секунду, его бы обожгло. Порывы ветра начали стихать. Нужно было действовать! Блиц рванул к окну, прикрываясь руками от разрастающегося огня. Он занёс ногу на подоконник, собираясь прыгнуть. Но, раздавшийся за спиной взрыв, ударной волной вытолкнул его наружу, и Блиц стремительно полетел вниз. Своим телом он пробил крышу стеклянную крышу оранжереи и упал на осколки. Пиджак защитил от большинства острия, но ладони были в крови. И огонь! Он был повсюду! Густой, чёрный дым горящих цветов и растений застилал глаза и затруднял дыхание. Блиц попытался подняться, но ноги задрожали под его собственным весом. На четвереньках, ощупывая пол в поисках безопасного маршрута, он полз в сторону, как ему казалось, подальше от огня и дыма. Треск стёкол и горящая флора оранжереи звучали, как жуткий хоровой оркестр, не попадающий в ноты. И сквозь эту какофонию звуков Блиц услышал громкий, мужской возглас. Кто-то звал его по имени? Блиц закрыл глаза. В памяти возник образ горящего шатра, зелёного пламени и чёрной фигуры вдалеке. — С-столас… — захрипел Блиц, окончательно потеряв сознание.