Замёрзшие сердца

Мир перед Тори медленно растворялся в дымке. Голова была тяжёлой, словно набитой ватой, а мысли тягуче тянулись одна за другой. Вино, которое Джейс так настойчиво подливал, теперь разливалось в венах и создавало тянущее неприятное чувство в животе. Комната слегка покачивалась, как палуба корабля в шторм. Она моргнула, пытаясь сосредоточиться на лице парня напротив, но его черты то и дело расплывались. — Джейс… я правда больше не могу… — пробормотала она, голос был вялым, а язык отказывался слушаться. Она потянулась поставить бокал на столик, но рука дрогнула, и она едва не уронила его. В этот момент в сумочке, брошенной рядом на диване, резко зазвенел телефон. Громкий, настойчивый звук резал уши. Тори вздрогнула, сердце на миг пропустило удар. — Ох… — выдохнула она, пытаясь дотянуться до сумочки. Девушка качнулась вперёд, едва не рухнув лицом прямо на диванные подушки. Но ей удалось схватить сумку и выудить телефон. Экран ярко вспыхнул в полумраке. Мамору Сердце Тори сжалось от чувства вины. Он наверняка уже много раз писал, потому что волновался, а она так и не ответила. Девушка уже потянула палец к зелёной кнопке. — Э, нет… — Джейс мягко, но быстро выхватил смартфон из её рук. — Сегодня никаких телефонов, детка. Тори нахмурилась, пытаясь сфокусировать взгляд. Мир всё ещё плыл, но раздражение пробилось сквозь туман. — Эй… — она снова потянулась за телефоном, но движение вышло слишком резким. Тело качнулось в сторону, и она едва не упала на диван, успев лишь выставить руку. — Это мой брат… я должна ответить… Джейс улыбнулся, но его взгляд был мрачным. Он небрежно отбросил телефон на дальний край столика, где тот продолжал вибрировать и звонить, и в ту же секунду его рука крепко и уверенно обхватила её талию. — Твой брат подождёт, — промурлыкал он ей на ухо, голос всё ещё бархатный, но теперь в нём слышалась сталь. — Сегодня ты только моя. Никаких посторонних. Никаких звонков. Просто мы вдвоём… Тори попыталась вывернуться, но рука Джейса держала крепко, пальцы впились в ткань платья. Телефон продолжал настойчиво звонить где-то на краю. Сердце девушки заколотилось чаще, а алкоголь всё ещё сковывал движения, делая их медленными и неуклюжими. — Джейс… отдай… — прошептала она, уже чувствуя, как лёгкая паника начинает пробиваться сквозь туман. — Пожалуйста… он будет волноваться… Парень лишь тихонько рассмеялся, прижимаясь ближе. Его дыхание обожгло кожу у виска. — Ш-ш-ш… Расслабься, Тори. Ты же мне доверяешь, правда? — не унимался мужчина, надув губы. — Или ты хочешь меня обидеть? В мой день рождения? Телефон наконец замолк. Тори замычала и поморщилась, её всю шатало.  — Джейс… Дай мне телефон… — выдохнула она, голос звучал слабо, почти жалобно, как у ребёнка, который просит игрушку обратно. — Нет, котёнок… Он тебе ни к чему, — промурлыкал он ей на ухо и укусил мочку уха. По коже Тори пробежали мурашки. Она закрыла глаза, и с её губ сорвался тихий стон. Её тело предало её раньше, чем разум успел возмутиться. Алкоголь разливался тёплой, тяжёлой волной по венам, делая кожу чувствительной. Зубы Джейса на мочке уха, его горячее дыхание, всё это смешалось с туманом в голове, и на секунду она забыла, почему так важно было ответить Мамору. — Джейс… пожалуйста… — прошептала она уже совсем тихо, а тело перестало слушаться. Его рука на талии скользнула ниже, пальцы уверенно легли на бедро девушки, прижимая её ближе к себе. Тори попыталась отстраниться, но движение вышло неловким, и она лишь сильнее прижалась грудью к его груди, её сердце заколотилось ещё быстрее. — Ш-ш-ш, — выдохнул он ей в висок. — Ты вся дрожишь… Тебе же нравится, когда я так делаю. Я же вижу. Тори моргнула, пытаясь сфокусировать взгляд на нём. Его глаза были тёмными, почти чёрными в полумраке комнаты, и в них не было ни капли шутки. Только голод. Только уверенность, что сегодня она никуда не денется. — Я… я должна… — начала она снова, но Джейс не дал договорить. Он накрыл её губы своими, целуя девушку жадно и настойчиво, блокируя все возражения. Его язык скользнул внутрь, и Тори невольно ответила, хотя в голове всё ещё крутилось: «Мамору… он волнуется… нужно ответить…» Поцелуй был глубоким, почти грубым. Рука Джейса тем временем поднялась выше, пальцы запутались в её волосах на затылке, удерживая голову так, чтобы она не могла отвернуться. Телефон на столике наконец-то замолчал, но экран ещё пару раз мигнул, когда пришли уведомления. Но Тори уже не замечала этого, закрыв глаза и полностью отдавшись поцелую. Когда Джейс оторвался от её губ, Тори тяжело дышала, губы были припухшими и влажными. — Джейс… ты не понимаешь… — попыталась она ещё раз, но голос уже звучал совсем слабо. — Понимаю, — тихо ответил он, проводя большим пальцем по её нижней губе. — Понимаю, что ты слишком хорошая и послушная девочка. Но сегодня… — он наклонился и снова прикусил её мочку уха, на этот раз сильнее. — Сегодня ты будешь думать только обо мне. Тори тихо всхлипнула, когда его вторая рука скользнула под подол платья, ладонь легла на голую кожу бедра. Голова кружилась всё сильнее, мир качался, а в животе разливалось странное, тягучее тепло, которое уже совсем не было похоже на неприятное действие вина. — Вот так… — прошептал Джейс ей в губы, чувствуя, как она сдаётся. — Хорошая девочка. Просто расслабься. Я о тебе позабочусь. Он снова поцеловал её, на этот раз медленнее, глубже, и Тори уже не пыталась вырваться. Только тихо застонала в его рот, когда его пальцы поднялись ещё выше по внутренней стороне бедра. Её разум ещё пытался сопротивляться, но тело сдалось под действием алкоголя. Джейс резко толкнул Тори и она упала спиной на диванчик. Платье задралось высоко вверх. Мир перевернулся в её глазах. Потолок качнулся, а по голове словно ударило кирпичом. Она тяжело дышала, раскинувшись под ним. Лицо пылало от алкоголя, от стыда, от того жара, который разливался по телу. Глаза были полузакрыты, ресницы дрожали, а голова уже совсем отказывалась соображать. — Джейс… Хватит… Не надо… — прошептала она едва слышно, язык заплетался, голос дрожал и ломался. Но ему было уже всё равно. Глаза Джейса потемнели от желания. Он навис над ней, коленом грубо раздвигая её ноги, и судорожно, быстро начал стягивать с неё платье. Ткань скользнула вверх, обнажая живот, рёбра, грудь. Когда платье наконец полетело на пол, он замер на секунду и хищно и удовлетворённо ухмыльнулся. На Тори оказалось тонкое, почти прозрачное кружевное бежевое бельё, подчёркивающее каждую линию тела. Джейс провёл пальцами по краю бюстгальтера и одним резким движением задрал его вверх, освобождая грудь. — Хорошие сиськи ты отрастила… — прорычал он, тяжело дыша, ладони сразу накрыли мягкую плоть, грубо разминая и сжимая, пальцы впились в кожу. — Идеальные. Такие нежные… Тори выгнулась под ним, всхлипнув от неожиданной грубости. — Джейс! — взвыла она, пытаясь оттолкнуть его обеими руками. — Нет! Хватит! Но он лишь низко рассмеялся и грубо схватил её запястья. Одним движением он зажал их над её головой, придавив своей ладонью. Тори мычала и извивалась под ним, ноги дёргались, пытаясь сомкнуться, но его колено не давало. Алкоголь делал каждое движение вялым и слабым. — Тише, птенчик, — прорычал он ей прямо в губы, нависая так близко, что она чувствовала каждый его тяжёлый вздох. — Перестань выёживаться. Тебе же нравится, когда с тобой жёстко обращаются. Такие, на первый взгляд правильные, как ты, обычно самые горячие и шустрые в постели. Его свободная рука снова опустилась к её груди, щипая сосок, потом скользнула ниже по животу, к краю трусиков. Тори замотала головой, слёзы бессилия и отвращения блестели в уголках глаз. Она пыталась вырвать руки, но хватка Джейса была железной. Платье уже лежало где-то на полу, бельё было сдвинуто и смято, а он смотрел на неё так, словно собирался съесть заживо. — Вот так… — прошептал он, наклоняясь и проводя языком по её ключице. — Лежи спокойно. Сейчас я тебя трахну так, что ты забудешь даже, как брата зовут. Тори слабо закричала, тело выгнулось, когда его пальцы скользнули под кружево трусиков и коснулись горячей кожи. Она дёрнулась, но алкоголь сковывал мышцы, превращая сопротивление в вялые, бессильные движения. На улице раздался громкий, низкий гул мотоцикла. Мощный двигатель рычал где-то совсем близко, на улице, приближаясь к дому с угрожающей скоростью. Джейс сначала не обратил внимания, ибо был слишком был поглощён девушкой под собой, пальцы продолжали настойчиво двигаться под тонкой тканью, дразня чувствительные складки девушки, а губы снова впились в её шею. Но когда колёса мотоцикла с громким визгом затормозили прямо у его дома, он вздрогнул. Голова резко дёрнулась вверх, глаза расширились от неожиданности. — Какого чёрта… — прорычал он, нахмурившись. Его рука всё ещё лежала между ног Тори, но пальцы замерли. Джейс приподнялся на локте и попытался выглянуть в окно, которое было за его спиной. Шторы были плотно задёрнуты, но сквозь щель пробивался свет уличного фонаря и отблеск фар мотоцикла, который теперь стоял прямо под окном, мотор которого всё ещё громко урчал. Тори, тяжело дыша, лежала под ним, раскинув руки, которые он так и не отпустил. Её грудь вздымалась, лицо пылало, а в глазах, затуманенных алкоголем, мелькнуло что-то похожее на слабую искру надежды. Джейс выругался сквозь зубы, нехотя отстраняясь от неё, но всё ещё прижимая её запястья одной рукой к подушке. — Кто там, блядь, припёрся в такое время… — пробормотал он раздражённо, бросив быстрый взгляд на её обнажённое, дрожащее тело. — Лежи. Я сейчас вернусь и закончу с тобой, птенчик. Он неохотно отпустил её руки, но перед тем, как встать, грубо провёл ладонью по её внутренней стороне бедра в последний раз. Джейс не успел даже сделать и шага к окну, только выпрямился, как раздался оглушительный, звонкий треск. Окно разбилось, осколки разлетелись во все стороны, сверкая в полумраке, а следом в проём влетел мужчина в чёрном мотоциклетном шлеме. Он приземлился на ноги посреди комнаты, а в воздухе сразу стал холоднее. Мужчина резко вскинул голову, осматриваясь. Сквозь тёмный визор шлема его взгляд мгновенно упал на диван. На Тори. Она лежала раскинувшись, почти полностью обнажённая. Бежевое кружевное бельё было сдвинуто и смято, грудь обнажена, ноги всё ещё слегка раздвинуты, а лицо пылало неестественным румянцем. Глаза были закрыты, дыхание тяжёлое и неровное. Она выглядела так, будто вот-вот отключится окончательно. Глаза Мамору расширились под шлемом. Даже сквозь тёмное стекло было видно, как в них вспыхнула чистая, животная ярость. — Ты, чертов ублюдок! — прорычал он низким, искажённым шлемом голосом. Он рванул вперёд, его правая рука в перчатке мгновенно покрылась толстой коркой льда. Он схватил Джейса за шкирку левой рукой, поднимая того в воздух, как тряпичную куклу, и тут же врезал кулаком в лицо, костяшки, усиленные льдом, вмялись в скулу с отвратительным чавканьем. Джейс взвыл, голова резко дёрнулась назад. Из носа брызнула кровь. Мамору не остановился. Он бил яростно, снова и снова, каждый удар сопровождался треском льда и глухим стуком. Кровь Джейса размазывалась по ледяной корке на кулаке мужчины, капая на пол. — Что ты с ней сделал, мразь?! — рычал Мамору, не давая Джейсу даже вдохнуть. — Я тебя на куски порву! Тори слабо застонала, пытаясь приподнять голову. Мир плыл перед глазами, и она видела только размытые силуэты: брата в шлеме и Джейса, которого швыряли, как мешок. — Ма… Мамору… — прошептала она еле слышно, голос сорвался в хрип. Джейс попытался отбиваться, замахнулся кулаком, но Мамору просто отшвырнул его к стене, как надоевшую игрушку. Парень врезался спиной в стену. Лёд на руке Мамору начал таять от ярости, капли холодной воды стекали по его пальцам, смешиваясь с кровью Джейса. Он тяжело дышал, сжимая руки в кулаки. Мужчина повернул голову в сторону Тори, голос под шлемом стал чуть мягче, но всё ещё дрожал от гнева: — Тори… — хрипло позвал он и подбежал к ней, морщась от вида девушки. — Держись, сестрёнка. Я здесь. Всё кончено. Мамору тяжело сглотнул. Горло сжалось от ярости и от вида сестры. Такой беспомощной, полуобнажённой, с размазанной тушью под глазами и следами чужих рук на коже. Он лихорадочно осмотрелся по сторонам и заметил шкаф в углу комнаты. Рывком распахнул дверцы, пробежался взглядом по полкам и сразу выхватил толстый серый плед. Не раздумывая, он вернулся к дивану, аккуратно, но быстро накинул его на обнажённое тело Тори, тщательно закутав её. Он схватил её телефон со столика, сунул его в карман куртки, затем подхватил сумочку и повесил ремень себе на плечо. Наконец Мамору осторожно, но крепко поднял сестру на руки, её голова бессильно привалилась к его груди. Направляясь к разбитому окну, он ещё раз гневно посмотрел на Джейса, который корчился на полу. — Даже не пытайся приблизиться к ней снова, — прорычал Мамору низким, ледяным голосом. — Если я увижу тебя рядом со своей сестрой, ты об этом пожалеешь. Развернувшись, мужчина выскочил в окно, легко приземлившись на газон с Тори на руках. Ночной воздух ударил в лицо девушки. Мотоцикл стоял тут же, мотор всё ещё тихо урчал. Джейс валялся на полу и кряхтел, пытаясь прийти в себя. Голова гудела, как после удара молотом, кровь текла из разбитого носа и рассечённой губы, а перед глазами всё плыло. Он даже не успел ничего сообразить из того, что произошло. Только что он был на вершине — горячая, податливая Тори под ним, — а в следующую секунду какой-то псих в шлеме ворвался через окно и превратил его в отбивную. Джейс попытался подняться на локтях, но тело отказывалось слушаться. Он лишь прохрипел что-то нечленораздельное и снова рухнул на пол, тяжело дыша. Прошло несколько часов. За окном уже была глубокая ночь. Мамору сидел на краю кровати сестры, крепко сжимая её холодную ладонь в своей. Его взгляд был прикован к тазику, который стоял на полу рядом с кроватью. Тори снова согнулась, её вырвало, тело содрогнулось от нового приступа тошноты. Он поморщился, но тут же мягко погладил её по голове, убирая влажные пряди волос с вспотевшего лба. — Чем тебя напоил этот идиот? — тихо спросил он, голос был низким и напряжённым от беспокойства. Тори уже немного поспала. Служанка переодела её в мягкую пижаму, и сейчас она понемногу приходила в себя, протрезвевшая, но всё ещё слабая. Голова гудела, горло жгло, а желудок выворачивало наизнанку. Она тяжело сглотнула после очередного спазма, уткнувшись лицом в край кровати, словно хотела спрятаться от всего мира. От него. От самой себя. — Какое-то… Вино… — выдохнула она хрипло. Мамору тяжело вздохнул, успокаивающе проводя большим пальцем по тыльной стороне её ладони, будто пытался передать ей через кожу хоть каплю своего тепла. — Ты хоть помнишь что-нибудь? — спросил он тихо, почти боясь услышать ответ. Тори кивнула. Её лицо скривилось не просто от отвращения, а от чего-то гораздо более глубокого, болезненного. Слёзы, которые она так долго сдерживала, снова навернулись на глаза. — Ублюдок… — прошептала она, и это слово вышло как стон. Она подняла красные, опухшие глаза и встретилась с его глазами. — Как ты вообще там оказался?.. Мамору пожал плечами, но жест вышел неловким, почти виноватым. Он не хотел, чтобы она видела, как сильно он сам себя корил за то, что не успел раньше. — GPS на твоём телефоне, — ответил он мягко. — Я видел твоё местоположение. А когда ты не отвечала… Ни на сообщения, ни на звонки… — его голос дрогнул, и он сжал её руку чуть сильнее. — Я понял, что что-то не так. И сразу поехал. Тори виновато опустила взгляд. По щеке медленно скатилась горячая слеза, оставляя влажную дорожку. — Прости… — прохрипела она, и голос сломался окончательно. — Я… я просто… не хотела тебя беспокоить… Я думала, что справлюсь… Мамору улыбнулся мягкой улыбкой, которая всегда раньше заставляла её чувствовать себя в безопасности. Он осторожно провёл пальцами по её мокрой щеке, стирая слезу, и приподнял её подбородок, заставляя посмотреть на себя. — Эй, мелкая… — поддразнил он ласково, но в глазах стояла невыносимая нежность, смешанная с болью. — Не извиняйся. Я твой брат. Я всегда буду приходить за тобой. Всегда. Ты не виновата, что этот… — Нет, — оборвала она его резко, отстраняясь от его ладони, её голос задрожал. — Это моя вина. Я даже… Я даже ничего не смогла сделать. Я просто лежала там… Как тряпка… Позволила ему… — она всхлипнула, уткнувшись лицом в подушку, её плечи затряслись. — Я была такой слабой… Такой глупой и наивной… Парень молчал несколько долгих секунд. В груди у него всё сжималось от её слов, от боли, от которой он не мог помочь ей избавиться. Он выпрямился, глядя на неё сверху вниз, и в его глазах мелькнула тень ярости, которую он так старательно прятал. — Ты была пьяна, Тори, — сказал он наконец тихо, но твёрдо. — Ты бы даже не смогла применить технику, даже если бы очень захотела. Ты не виновата. Слышишь меня? Не виновата! — он снова сел ближе, осторожно обнял её за плечи и притянул к себе, позволяя ей уткнуться лицом ему в грудь. — Всё обошлось. Ты здесь. Ты в безопасности. Тори не ответила. Только сильнее вцепилась пальцами в его футболку, прячась в его объятиях. Слёзы текли уже не останавливаясь, а Мамору просто держал её, гладя по спине медленными, успокаивающими движениями, и в тишине комнаты слышно было только её прерывистое дыхание. Мамору продолжал держать её в своих объятиях, чувствуя, как мелкая дрожь в её плечах постепенно стихает. Он наклонился ближе, прижавшись щекой к макушке сестры, и медленно, почти благоговейно гладил её по голове. — Ну-ну… Хватит плакать, — подбадривал он тихим, тёплым голосом, в котором сквозила вся его бесконечная братская нежность. — Может, лучше поешь? Ты же за сегодня ещё ничего не ела… Девушка покачала головой, тяжело вздохнув. В груди по-прежнему стоял болезненный ком от стыда, вины и отвращения к случившемуся. Она попыталась улыбнуться, но в этот самый момент новый приступ тошноты резко подкатил к горлу. Тори мгновенно наклонилась к тазику, но в этот раз её не стошнило, только мучительный спазм прошёлся по телу, оставив после себя слабость. Она тяжело дышала, поморщившись и уткнувшись лбом в край матраса. — Боже… Никогда больше пить не буду, — прохрипела Тори, голос был хриплым, надломленным, но в нём впервые за эту ночь мелькнула искра самоиронии. Мамору расхохотался. Он снова погладил её по спине широкой ладонью, рисуя медленные, успокаивающие круги. — Не зарекайся, мелкая. Все так говорят, — ответил он с мягкой улыбкой, хотя в глазах всё ещё плескалась глубокая забота и любовь старшего брата, которая не знала границ.

•❅──────✧❅✦❅✧──────❅•

Настоящее время

Мамору сидел на краю кровати и медленно гладил Тори по спине. — Это всё в прошлом… — успокаивал он сестру. — Забудь о нём, Тори. Тори мягко кивнула и провела руками по лицу. — Да, ты прав… — хрипло ответила она и натянуто улыбнулась, а затем подняла бровь. — Ты в последнее время какой-то странный. Ты что-то скрываешь? Мамору удивлённо моргнул и замешкался. — Эээ… нет… — его щёки покрыл едва заметный румянец, и он отвернулся. Глаза Тори расширились, и она подняла бровь. — Какая странная реакция... — заметила она, прищурив глаза и пристально его изучая. — У тебя что, появилась девушка? Расскажи! — это было единственное предположение, которое пришло ей в голову. «Проклятье… Как легко она догадалась», — подумал Мамору. Он тяжело вздохнул и смущённо потёр шею. — Ну… не совсем так, — неуверенно пробормотал он. Тори широко заулыбалась, а её глаза засветились неподдельным интересом. — У тебя правда появилась девушка?! — воскликнула она, вскакивая с постели. Усталость и осадок от сна как рукой сняло. — Мамору, рассказывай! Мужчина вздохнул и смущённо захихикал. — Да нет же… Всё не так, — пытался оправдаться старший Широ. — Просто… есть одна девушка, которая мне симпатична. — Кто она? Она тоже маг? Или обычная девушка? Где вы познакомились? — Тори мгновенно завалила его кучей вопросов, изучая лицо брата. — Эй, эй, тише, — захохотал мужчина. — Она… просто девушка. Работает в офисе у Иоичи, новая сотрудница. А познакомились мы случайно на парковке. Один из её документов выпал, и я просто… Отдал его ей, — он рассказывал с улыбкой на лице, вспоминая первую встречу с Юкой. — А затем она потеряла телефон. Я забрал его, починил экран и вернул ей, — взгляд Мамору помрачнел, и он разочарованно вздохнул и запустил пальцы в волосы. — Но она, похоже, старается меня избегать и боится… Каждый раз, когда я пытаюсь заговорить с ней, она убегает. — Как романтично… — протянула девушка, и её глаза стали мечтательными. Но затем она ухмыльнулась и слегка нахмурила брови. — Так ты теперь не знаешь, как наладить с ней контакт? Мамору кивнул, поджав губы. — Ага… вроде того. Тори прикусила губу и задумчиво посмотрела в потолок. Ей искренне хотелось помочь брату и её мозг мгновенно заработал на полную мощность, придумывая разные ходы и идеи. И вдруг что-то щёлкнуло в её голове, словно зажглась лампочка. — Как насчёт того… Чтобы подговорить Иоичи? — предложила она, полная энтузиазма. — Его можно попросить вручить ей сертификат в твой спортзал как подарок новому сотруднику. Я уверена, что она придёт! А там и ты тут как тут. Можешь предложить стать её тренером, так и сблизитесь! На секунду Мамору замер в замешательстве, анализируя идею сестры. А затем, его глаза расширились, и он мужчина улыбнулся, с восхищением посмотрев на сестру. — Тори… Ты гений! — он сразу крепко обнял её, обхватив своими сильными руками. — Спасибо! Тори захихикала, широко улыбаясь и обнимая брата в ответ. — Смотри не облажайся, медведь! — поддразнила она. Мамору фыркнул и легонько ущипнул её щёку, но в глазах светилась искренняя благодарность. — Да ладно тебе. Я не такой уж и неуклюжий… надеюсь. Он откинулся назад, опираясь на локоть, и посмотрел на сестру уже серьёзнее. Тори всё ещё сидела, закутанная в одеяло, с растрёпанными синими волосами и красными от слёз глазами, но улыбка на её лице была настоящей. Такой, которую он видел в последнее время крайне редко. — Спасибо, Тори. Правда, — выдохнул он, запустив пальцы в волосы и мечтательно улыбаясь. — Я уже неделю хожу кругами, как идиот, а ты за пять минут придумала план лучше, чем я смог бы за год. Девушка самодовольно вскинула бровь. — Не за что, — она вздёрнула подбородок. — Такому дураку, как ты, понадобилась бы моя помощь! Мамору закатил глаза и покачал головой, тихо хихикая. Тори замялась и поджала губы. — Мамору… — тихо заговорила она. — А она тебе правда нравится? Не просто… «симпатична», а по-настоящему? Он помолчал. Большая ладонь машинально потянулась к волосам, и он снова начал медленно перебирать серебристые пряди, и это успокаивало. — Да… — наконец выдохнул он. — Нравится. Она… Другая. Не из нашего мира. Обычная. Работает, улыбается клиентам. И когда она смотрит на меня, то не видит во мне эталон мужской красоты... Я для неё обычный парень. Она такая... Уверенная и осторожная. И мне это очень нравится... Тори прикусила губу, чтобы не улыбнуться слишком широко. В её глазах снова зажёгся озорной огонёк. — Тогда мы сделаем всё правильно. Завтра же поговорю с Иоичи. Он вручит ей сертификат в спортзал как «бонус новому сотруднику». А дальше… Ты справишься сам. Узнаешь, когда она запишется на тренировку, и сделаешь вид, что тебя случайно поставили тренером для неё! — она мрачно захихикала, уже представляя эту встречу. — Спокойный и надёжный. Идеальный тренер. Мамору смотрел на неё долго, а потом снова крепко обнял, уткнувшись носом в её макушку. — Ты лучшая сестра на свете, знаешь это? — Знаю, — пробормотала она в его грудь, улыбаясь и обнимая брата. — Но ты всё равно не облажайся, ладно? А то я лично приду в зал и устрою тебе публичный разбор полётов. Они посидели так ещё пару минут. В тишине, которую нарушало только тихое тиканье часов и далёкий шелест листьев за окном. Ночной кошмар постепенно отступал, растворяясь в тёплом, родном запахе брата и его спокойном дыхании. Тори первой отстранилась и легонько толкнула его в плечо. — А теперь марш спать, медведь. Завтра у тебя важная миссия — выглядеть круто и не пугать девушку своими габаритами. Мамору усмехнулся, встал и потянулся так, что громко хрустнули суставы. Уже на пороге он вдруг остановился и обернулся. — Тори, — хрипло позвал он и обернулся. Она подняла взгляд, вопросительно посмотрев на брата. — М? — Спасибо, что рассказала мне про сон, — он виновато опустил взгляд, а его голос стих. — И… Прости, что я не успел раньше. Пять лет назад… Тори моргнула, а затем мягко улыбнулась, с благодарностью посмотрев на мужчину. Она никогда не винила его. Никогда. Он сделал для неё больше, чем мог, и она была благодарна за это всем сердцем. — Ты всегда успеваешь, Мамору, — заверила она его с теплотой в голове. — Всегда. И спасибо тебе за это... Если бы не ты... Всё было бы намного хуже. Мамору поморщился, представив, что могло бы произойти. Он всё равно чувствовал себя виноватым, что не прибыл раньше, но Тори была права. Всё действительно могло быть намного хуже. Он натянуто улыбнулся и с нежностью посмотрел на девушку. — Спасибо, Тори... — тихо поблагодарил он. — И доброй ночи. Дверь за ним тихо закрылась, и Тори осталась одна. Она легла обратно, натянула одеяло до самого подбородка и долго смотрела в потолок. Где-то в груди всё ещё ныло старое, давно забытое воспоминание, но теперь оно было уже не таким острым. Не таким страшным. — Это всё в прошлом… — едва слышно повторила она слова брата. Судорожно выдохнув, Тори закрыла глаза. Её губы изогнулись в нежной улыбке, и она наконец-то смогла расслабиться. Каким бы тяжёлым ни был её путь, на её стороне всегда будут верные друзья и любящий брат. Благодаря им будущее уже не казалось таким пугающим, а ночные кошмары теряли свою власть.