Wildflowers

      Сначала была темнота. Глубокая, безмолвная, привычная.              Потом не было ничего.              Не было боли, пронизывающей насквозь, и ожогов, растекающихся по телу. Не было того самого страшного чувства, когда острые стебли цветов вспарывали кожу, а лепестки царапали ее до кровоточащих отметин. Они были всегда, каждый раз.              А сейчас ни-че-го.              Эндрю думал, что именно так выглядело забвение. Бесчувственное, пустое и неосязаемое.              Вот только чьи-то холодные пальцы слабо сжали запястье, и Эндрю понял, что все еще мог дышать.              Он открыл глаза, пытаясь собрать мир вокруг себя воедино. Картинка плыла, легкие горели, а тело отказывалось слушаться. Несколько мучительно долгих секунд ушло на то, чтобы сфокусировать взгляд.              Эндрю был все там же, на переднем сиденье своей машины, стоящей посреди пустой парковки. Нил все еще сидел у него на коленях, но почему-то смотрел он с невероятной тревогой на лице. За окном медленно продолжал падать снег.              Все было точно также, как и пару мгновений назад. Ничего не произошло. Ничего не изменилось.              У него не получилось.              Эндрю не справился. Он просто не смог поцеловать Нила. Страх оказался намного сильнее.              Осознание сдавило горло и выбило из легких последний воздух.              Первая мысль — сбежать, спрятаться, скрыться. Лишь бы не здесь, лишь бы не сейчас.              Много. Эндрю взял на себя слишком много.              Паника ползла по венам, пытаясь лишить остатков здравого смысла.              Надо оттолкнуть, уйти, уехать.              Холодные ладони обхватили лицо, и Эндрю дернулся. Нил что-то говорил, старался поймать его взгляд, но это не помогало.              Эндрю должен был сказать ему, что все бесполезно, что ничего не выйдет, но он не мог произнести ни звука. Облизав губы, он сглотнул, желая промочить горло, а после замер.              На языке остался слабый сладковатый привкус.              Точно такой же, что Эндрю уже чувствовал ранее. Когда курил сигарету незнакомца, когда пробовал сигареты из пачки, оставленной в его машине, когда приближался к Нилу и ощущал едва заметный аромат яблок.              Эндрю поднял глаза и только сейчас понял, что Нил все это время звал его по имени.              — Эндрю. — На его лице больше не было страха. — Все хорошо.              Нил провел большими пальцами по скулам Эндрю, как бы подтверждая свои слова, и не переставал смотреть.              Он улыбался. Настолько ярко и тепло, что вероятность ошибки сводилась к нулю.              Это казалось невозможным.              Не с ними, не в их мире, не так.              И была бы еще сотня других «не», но Эндрю не позволил себе думать дальше.              Вместо этого он схватил Нила за воротник и притянул его ближе, целуя.              Эндрю помнил все свои предыдущие настоящие поцелуи, их холодность, отчужденность и тошнотворность. Их оставляли небрежно и грязно, настолько, что после приходилось до крови тереть губы лишь бы забыть.              Сейчас же все было по-другому, и этому чувству не было точного описания. Неловкое касание едва ли можно было назвать поцелуем, но оно ощущалось правильным, несравнимым с тем, что было ранее. Они прижимались друг к другу губами, отчаянно, надрывно, будто бы боясь, что все в один момент может рухнуть, раствориться, пропасть.              Эндрю бездумно тянулся к Нилу, убеждая себя в том, что все реально, что все это не предсмертная галлюцинация, что он действительно это сделал.              Он целовал Нила, и тот ему отвечал. Все также неумело, но так откровенно и нетерпеливо. Нил придвинулся вплотную, хватаясь за Эндрю, стараясь не потерять то ли его, то ли самого себя. В этом маленьком действии было столько трепета, граничащего с паникой, что было понятно: Нил и сам не до конца верил в происходящее.              Эндрю сходил с ума от переизбытка эмоций, от осознания случившегося, от бурлящего в крови адреналина. Он касался сухих потрескавшихся губ, хватался ослабшими пальцами за одежду Нила и добивал себя окончательно. Он целовал его, забывая про воздух, про собственные страхи, про мир вокруг.              Все отходило на задний план, казалось неважным, уступая место чему-то новому, неизведанному. И Эндрю полностью отдавался этому моменту, позволяя утянуть себя так глубоко, как только это было возможно.              Эндрю снова и снова целовал Нила, теряясь в другом человеке, собственных ощущениях и невероятных чувствах. Он смог отстраниться, только когда губы стали жутко саднить, а голова закружилась из-за нехватки кислорода.              Пытаясь отдышаться, Эндрю откинулся на сиденье. Нил обнял его за шею, спрятав лицо, и тоже старался восстановить дыхание. Их сердца бились в одинаково рваном ритме.              Эндрю убеждал себя, что это не кошмар, что все не закончится, как только он откроет глаза. Он чувствовал каждую напряженную клеточку своего тела, не выветрившийся запах сигарет и горячее дыхание на оголенной шее. Слишком много всего, чтобы быть просто сном.              Плечи Нила неожиданно затряслись, и Эндрю не сразу понял, что тот смеялся.              Тихий, приглушенный голос прозвучал прямо над ухом.              — Ты жив. — Нил продолжал дрожать, истерично хихикая. — Мне начало казаться, что…              Он не смог договорить, прижавшись еще сильнее, не находя в себе сил представить другой исход.              Эндрю хрипло, едва слышно ответил.              — Жив. — Нилу этого хватило, и его стало постепенно отпускать.              Жив.              Эндрю мысленно, раз за разом повторял это слово до тех пор, пока не поверил в него.              Мертвые не могут говорить. Мертвые не чувствуют. А еще мертвые не задыхаются.              — Но это легко исправить, если ты меня не отпустишь.              Издав недовольный звук, Нил отстранился, и Эндрю наконец-то полноценно вздохнул. Открыв глаза, он сразу же увидел покрасневшее лицо Нила.              — Прости. Я просто…              — Не надо. — Эндрю перебил его, не давая озвучить такое пугающее предположение. — Теперь это не имеет значения.              Теперь мало что вообще имело значение.              Осознать произошедшее до конца все еще не удавалось.              Они сделали это.              Они и правда сделали это.              Когда Эндрю коснулся пальцами собственных губ, улыбка Нила стала шире.              — И все-таки я был прав.              Было не понятно, что именно он имел в виду, значение меток или то, что они двое действительно оказались соулмейтами, но Эндрю в любом случае не стал спорить. Потому что он впервые был рад тому, что ошибся.              Он никогда не верил, что подобное может случиться в его жизни.              Эндрю нашел его. Нашел человека, который не сделал ему больно, который принял его, который остался с ним, который так сильно старался ему не навредить, что забыл про собственные страхи. Он нашел свою родственную душу, хоть и никогда не надеялся на это.              Эндрю нашел своего соулмейта и был готов на все, лишь бы он оказался правдой.              Его дурацкая несбыточная мечта исполнилась, и Нил все еще был рядом, не собираясь куда-то исчезать.              Они молча смотрели друг на друга, не решаясь что-то сказать. Эндрю медленно водил пальцами по спине Нила, пытаясь справиться с каждым новым вздохом. Чужие руки все также не отпускали его плечи. Казалось, что прошла целая вечность, прежде чем Эндрю смог хоть немного успокоиться.              — Хэй. — Нил коснулся его щеки, привлекая внимание. — Как ты?              Страх того, что все вот-вот исчезнет, продолжал слабо шевелиться где-то в горле.              Эндрю впервые за всю свою жизнь так легко смог заглушить в себе это чувство.              — Я едва не умер, — слабо произнес он, отводя взгляд куда-то в сторону пустой парковки. — Я не знаю, как на это реагировать.              Что люди вообще должны чувствовать в такие моменты?              — Как и я. — Нил тоже посмотрел в окно, наблюдая за медленно падающим снегом. — Все такое…              — Нереальное? — догадался Эндрю, на что получил кивок.              Мягко. Плавно. Неторопливо.              Мир не остановился. Все продолжало существовать в своем медленном и размеренном темпе, как будто ничего не произошло. Как будто только что, жизнь двух людей не перевернулась с ног на голову. Как будто прямо сейчас не зародилось начало чего-то нового, правильного, личного.              Все осталось таким же. Но только два человека знали, что как раньше уже никогда не будет.              — Это было очень безрассудно, — прошептал Нил, из-за чего Эндрю не смог удержать нервного смешка.              — Мягко сказано.              — Боже, чем больше я об этом думаю, тем мне страшнее.              Зажмурившись, Нил потер лицо, словно пытаясь прогнать жуткие мысли.              А ведь он был прав. Эндрю совсем не брал в расчет то, с чем придется столкнуться Нилу в случае его смерти. Но ведь это уже не важно, да?              — У нас ведь могло не получ…              — О нет, не продолжай. — Эндрю был удивлен, с какой скоростью Нил накрыл ладонями его рот, не давая закончить, а потом так же быстро убрал руки. — Хотя нет. Не молчи. Лучше снова назови меня идиотом, но только не молчи. — Нил слишком сильно вцепился в его плечи, судорожно выдохнув: — Эти несколько секунд были адом.              Иначе просто не назовешь.              Пока Эндрю пытался прийти в себя, Нил ждал появления метки и боялся снова испытать боль. У него было несколько мгновений, чтобы действительно поверить в худшее.              — Но я все еще здесь. — В подтверждение своих слов Эндрю взял Нила за подбородок, заставляя посмотреть на себя.              И это сработало, потому как напряженные пальцы чуть расслабились.              — Но мы все еще здесь. — Нил улыбнулся, и Эндрю безумно сильно захотелось поцеловать его вновь.              Судя по всему, он не один подумал об этом.              — Мне понравилось целовать тебя. — Рука Эндрю легла на ромашки, когда Нил придвинулся ближе. — Намного лучше, чем через ладонь.              — Определенно. — Эндрю не мог с этим не согласиться.              Перенапряжение и сильный всплеск эмоций давали о себе знать, и все тело постепенно начинало ломить от усталости. Нил был вымотан ничуть не меньше, хоть и старался это скрыть. Мучить себя и его Эндрю больше не видел смысла.              На сегодня с них хватит.              — Поехали домой.              У них еще будет время обсудить все позже, когда реальность станет чуть более осязаемой.              Нил согласно кивнул, но не спешил возвращаться на пассажирское сиденье. Вместо этого он наклонился вперед, оставляя на губах Эндрю быстрый поцелуй, а после довольно улыбнулся.              — С тобой куда угодно.              Но так просто сбежать после своей шалости у него не получилось. Нил слез с колен Эндрю и уселся на свое прежнее место, по пути все-таки ударившись головой о крышу.              Не ожидав поцелуя, Эндрю застыл, наблюдая как Нил потирал ушибленное место, а после утомленно выдохнул.              — Ты катастрофа.              Под тихие возмущения рядом, Эндрю снял машину с ручника, думая о том, что теперь эта катастрофа никуда от него не денется.

***

      На улице уже начинало светать, когда Эндрю наконец проснулся. Он лениво потер глаза и потянулся к телефону, чтобы проверить время. Было еще слишком рано, чтобы вставать, особенно в выходной. Эндрю собирался лечь обратно, но неожиданно понял, что он был не один.              Рядом кто-то зашевелился, и следом послышалось тихое:              — Доброе утро.              Эндрю вздрогнул и резко обернулся, встретившись глазами с уже проснувшимся и помятым Нилом.              Первая мысль — это сон.              Вторая — сны не могут быть настолько ощущаемыми и теплыми.              — Доброе, — прохрипел Эндрю, переворачиваясь на бок, чтобы лучше видеть Нила.              В сознание по капле проникали воспоминания прошедшего дня. Как они вдвоем вернулись обратно, как Эндрю предложил Нилу остаться на ночь и тот, не раздумывая, согласился, как они сразу же заснули, держась за руки, так и не сказав ни слова.              — И как долго ты за мной наблюдаешь?              Нил сильнее зарылся в подушку, пряча улыбку и глядя на Эндрю из-под полуприкрытых век.              — Я проснулся всего пару минут назад.              Что-то внутри подсказывало, что это не так.              — Прекращай.              — Прости. — Нил хихикнул и отвел взгляд в сторону. — Я просто не могу поверить, что все это правда.              Эндрю сглотнул образовавшийся в горле ком. В памяти слишком ярко стояли события вчерашней ночи. Каждый рваный вздох и каждое трепетное касание до сих пор отзывались волной мурашек по всему телу. На губах все еще чувствовался привкус яблок и жар от отчаянных поцелуев.              Протянув руку, Эндрю осторожно коснулся щеки Нила, на что тот придвинулся ближе и начал ластиться к чужой ладони, словно кот. Такое простое, но такое цепляющее за все живое действие.              — Я тоже, — прошептал Эндрю, и улыбка Нила стала шире.              Эндрю водил пальцем по еле заметным веснушкам на его скулах, а затем спустился ниже, к губам, задевая неровный выпуклый шрам.              Теперь он точно знал, как именно этот рубец ощущается при поцелуе.              Все это время Нил неотрывно наблюдал за Эндрю своими яркими, искрящимися нежностью глазами. Внутри все беспомощно сжималось от такого взгляда.              — И что дальше? — Нил перехватил ладонь Эндрю, оставляя на ней несколько невесомых поцелуев.              Эндрю завороженно смотрел, как Нил переплел их пальцы, продолжая целовать уже тыльную сторону ладони.              Что он должен был на это ответить?              В голове не было ни единой идеи. Потому что даже в своих самых наивных мечтах Эндрю не мог представить, что окажется здесь, рядом с человеком, который стал для него всем, которому он доверял, и который в конце концов оказался его соулмейтом.              Если бы полгода назад кто-нибудь рассказал ему об этом, он бы назвал этого человека сумасшедшим.              — Я никогда не загадывал настолько далеко.              Потому что был уверен, что попросту не доживу.              — Может, самое время начать? — Нил прижал их руки к своей груди и неуверенно прикусил губу.              Эндрю не думал о своем будущем так, как это делали, например, Аарон и Ники. Он не вписывал туда человека, который все время будет рядом, потому что это было бы глупо. Потому что тогда такого человека не могло быть. Вот только теперь он есть, и это многое меняло.              Прикрыв глаза, Эндрю представил себе, какого это, просыпаться вот так с Нилом каждое утро, делить одну ванную и толкаться на кухне за готовкой завтрака. Как вообще можно жить с кем-то, состоять в отношениях, целоваться, зная, что это никому не навредит и иметь что-то общее, будь то планы на выходные или парочка кошек. Все казалось таким далеким и неизведанным, но Эндрю не говорил, что не хотел бы всего этого.              Он ведь мог бы и привыкнуть к такой жизни.              Даже не так.              Он хотел бы привыкнуть к такой жизни.              Но ответил он совсем другое.              — Не сейчас.              Нил непонимающе нахмурился.              — Почему?              Потому что теперь у них было все время мира и им просто не куда было торопиться.              Поэтому планы на их совместное будущее можно было немного отложить.              — Потому что я собираюсь спать дальше. — Открыв глаза, Эндрю высвободил свою руку и притянул Нила к себе, утыкаясь носом ему в макушку. — И ты со мной. Возражения не принимаются.              — Но мне скоро нужно будет уходить. — Нил не особо-то и сопротивлялся, хотя и постарался немного отодвинуться, чтобы посмотреть на Эндрю.              — Если ты сейчас встанешь, то разбудишь чудовищ. А я не готов подниматься и кормить их.              Такой ответ явно позабавил Нила.              — Это не очень весомая причина.              — Тихо, глупая ромашка. — Эндрю снова прижал его к своей груди, но на этот раз Нил не отстранился.              — Ладно-ладно. — Вместо этого он тихо рассмеялся, хватаясь за футболку Эндрю и закидывая на него ногу. — Честно говоря, я давно так хорошо не спал, как с тобой. Может все дело в…              Эндрю зарылся пальцами в спутанные рыжие пряди и чуть оттянул их.              — Только не начинай болтать про чудотворную связь соулмейтов.              — Но ведь…              Шикнув, Эндрю потянул еще раз.              — Ромашки не разговаривают.              Нил недовольно засопел.              — Тебе все равно придется принять тот факт, что я буду называть тебя своим парнем и родственной душой.              — Не заставляй меня затыкать твой рот. — Эндрю был рад тому, в каком положении они находились, потому что Нилу не было видно его слегка покрасневших щек.              — Если ты сделаешь это поцелуем, то я не против.              — Я не буду тебя целовать, пока ты не почистишь зубы.              Нил тяжело выдохнул и расстроенно уткнулся Эндрю в плечо.              — Справедливо.              — Спи уже.              Поерзав еще немного, Нил все-таки нашел удобную позу.              — Какой же ты вредный.              Вскоре он постепенно расслабился, а его дыхание выровнялось. Эндрю же заснуть так и не смог. Еще какое-то время он медленно водил пальцами по чужой спине, думая о том, как одна случайная встреча полностью изменила его жизнь.