Моя нежная бабочка

Малыш открыл глаза.  Обнаружив себя лежащим в собственной кровати в домашних штанах, он ощутил себя очень бодрым. В голове слегка шумело, но состояние было сносным. «Надо же, вчера хлестал коктейли, а сегодня, будто бы, и не хлестал»,- Малыш радостно приподнялся на кровати и огляделся. Рядом сопела Эмма. Малыш улыбнулся, почувствовав себя очень уютно. Он с удовольствием поправил ей подушку и вылез из постели. Опустив ноги на пол, он краем глаза уловил движение у двери, поднял голову и, вздрогнув от удивления, замер. В дверном проёме, оперевшись плечом на косяк, стоял Рыжий. Его руки были скрещены на груди, брови сведены, а носок правой ноги нервно топал по полу.  - Идём, - мотнул тот головой в сторону кухни и повернулся, покидая спальню.  Малыш насторожился, нашарил тапочки, обулся и вышел в кухню, притворив за собой дверь. - Покурим, - Рыжий позвал на балкон, и Малыш последовал за ним.  Рыжий вышел первым и продвинулся вглубь, вытаскивая из своей пачки сигарету. Малыш вошёл следом и окинул взором подоконник. На нём лежала пачка его сигарет, а пачки Джонни не было.  Малыш ахнул, вспоминая что-то очень важное. Он же вчера попал на вечеринку с Джонни, а чем она закончилась, и попрощался ли с Джонни, не помнил. - Так-так, - сердито произнёс Рыжий, затягиваясь сигаретой и не сводя глаз с Малыша. - Ну и где тебя вчера носило? Что делал, с кем был? Что натворил? Малыш, не двигаясь, смотрел на него, чувствуя стыд, сам не понимая за что. Молчание начинало угнетать, и Малыш не придумал ничего лучше, как осторожно поднять и опустить плечи, наблюдая за реакцией брата. Сигарету он так и не взял. Мысли лихорадочно метались в голове, но в единое целое собраться не могли. Он, и вправду, ничего не мог вспомнить, кроме рюмок с зелёной жидкостью, вливавшейся в его горло пламенным потоком. Даже до сих пор на языке был яблочный привкус. - Не помнишь, значит, - проворчал Рыжий, стряхивая пепел сигареты с балкона на улицу. - Ну и чего пристал? - Малыш улыбнулся и распахнул руки для объятий. - Я живой и здоровый, обними любимого братика! - Вот то-то и оно! - воскликнул Рыжий, вытаращив глаза. - Что случилось? Малыш, улыбаясь, продолжал тянуть руки. Утреннее солнце согревало его лицо, и он довольно зажмурился, подставляясь его лучам. Внезапно по его руке с силой ударили ладонью. - Ай, - Малыш обиженно опустил руки и потёр ушибленную. - Чего дерёшься? - Что ты вчера употреблял? - Рыжий не сводил с него взгляда. - Фен, дурь? - Нет, просто коктейли, - Малыш силился понять причину, почему его брат настолько шокирован, но не мог. - А с тобой что? - спросил он напрямую. - Чего злой-то такой? - Я не злой, я обычный. Это ты здесь неприлично добренький, честное слово! Вот я и спрашиваю - что вчера случилось? - А почему неприлично добренький? - напрягся Малыш. - Ерунда какая-то! Тебя обнять нельзя? - Обнять можно. Но не так же, - многозначительно промолвил Рыжий, глубоко затягиваясь. - В каком смысле «не так же»? - Малыш представил себе объятия, как внутри вдруг что-то оборвалось, и сердце пропустило удар.  Он вспомнил, как эти же руки вчера пылко обхватывали чью-то горячую спину, и его колени задрожали. - Короче, - Рыжий устал от непонимания. - Ты вчера днём улизнул, а потом припёрся пьяный и с порога бросился нас обнимать. Я тебя отталкиваю, а ты снова лезешь. Эмма, конечно, не отталкивала, но к ней ты и сунулся всего раз. Ты меня так тискал, что чуть кишки не вылезли.  Малыш опёрся на перила, повёл глазами и протяжно хрюкнул. - С кем ты был? - С Джонни, там долгая история. Под вечер уже другие люди были, - отмахнулся Малыш, внутренне содрогаясь. Смутно вспоминалось что-то очень страстное, но сознание принять это пока не могло. Он почувствовал, как запылали щёки, зажмурился и, не глядя, вытащил сигарету из пачки.  - Так, уже хорошо. Что за люди? Ты подрался? Или просто рыдал, как мудак? - Почему рыдал-то? - опешил Малыш. - А ты на харю свою посмотри получше, в гроб краше кладут, честное слово. Губы как пельмени. Они у тебя всегда такие, когда ты плачешь. Ну, или если по морде получил. Малыш коснулся пальцами своих губ и чуть не упал.  В голову суматошным вихрем ворвались воспоминания об обжигающем поцелуе, и Малыш, не в силах устоять на трясущихся ногах, присел на корточки. Сигарета выпала из его рук, но он не обратил на это внимания. По позвоночнику медленно скатилась капля пота, в висках застучало. - Мужик, - Рыжий обеспокоенно присел на корточки напротив. - Выкладывай. Малыш загадочно улыбался и смотрел на Рыжего, не отнимая руку ото рта. По телу бегали мурашки, и резко захотелось в туалет. Но встать не было абсолютно никаких сил, поэтому он сидел, глупо моргая и хрипло посмеиваясь. - Что такое? - Рыжий хотел протянуть руку и участливо потрепать его по плечу, но что-то подсказывало, что прямо сейчас прикасаться к брату не стоит. - Щас обосрусь, - улыбаясь, сквозь руку объявил Малыш. - Так хочу срать, аж пошевелиться не могу. Щас прям в штаны обделаюсь. - Фу, - Рыжий сердито отпрянул и поднялся на ноги. - Ладно. Пусть будет по-твоему. Раз уж ты сияешь, как начищенная кастрюля, значит, ничего плохого не произошло. В принципе, это главное. Я уж боялся, что ты под веществами, или попал в переделку. Захочешь - поделишься. - Ну, я бы так не сказал, - вымолвил Малыш, убрав руку ото рта. - Кое-что произошло. Может быть, даже плохое. - Это как так? Малыша слегка отпустило, он медленно поднялся на ноги и воровато обернулся к балконной двери, проверяя, не подслушивает ли Эмма. В кухне было пусто, дверь в спальню была закрыта. Он наклонился и поднял с пола упавшую сигарету. Постучав по ней, он обтёр пальцами фильтр и потянулся за зажигалкой. - Артист херов, не тяни, я сам сейчас обосрусь, - прошипел Рыжий, доставая новую сигарету из своей пачки. Малыш не спеша подкурил свою и протянул зажигалку брату. Взгляд задержался на зажигалке, вспомнилось, как подобная поджигала вчера коктейли, и он вновь прыснул, потирая рукой лоб. - Короче, - весело кривя рот, Малыш посмотрел на Рыжего. - Я с бабой пиздатой затусил. - Ну нихуя ж себе, - тот поперхнулся, закашлявшись, и быстро кинул взгляд в квартиру, поняв порыв Малыша удостовериться в отсутствии свидетелей. - У кого увёл? - Не знаю у кого, она без мужика была. Наверное, он с друзьями бухал, а ей стало скучно, и она подсела ко мне. Ой, мы ж ещё на выставке были! - невпопад вспомнил Малыш. - На какой? С ней??? - Нет, с Джонни. Но это было до того. - А баба откуда взялась? Малыш вкратце рассказал про выставку, про то, как они с Джонни попали на корпоратив, про бар, про коктейли, про Лиану, поджигавшую для него Изумрудный город. - А потом я засосал её в сортире, - зажмурившись и мотая головой, прошептал Малыш. - Да ладно! Сдохнуть можно! А мужик-то её где был? - радовался Рыжий, обнажая в улыбке крупные зубы. - Понятия не имею! Может, у неё функции какие-то особые. И сосётся она очень круто. Я думал, башкой тронусь, улетел просто. А, может, и вправду улетел, с момента поцелуя ничего не помню. Даже как домой попал. И правда, как попал? Надо Джонни позвонить, может, он в курсе.  Братья курили, греясь на приятном солнце, и хихикали. То один, то другой по очереди мотали головами, один вспоминая, другой воображая. - А ты её не трахнул, случайно? - шепнул Рыжий. Малыш вновь пожал плечами. Рыжий окинул его взглядом и протяжно вздохнул. Малыш посмотрел вниз и увидел, как топорщатся штаны. - Блять! - согнулся он, закрываясь руками. - Ну всё, пиздец, влюбился!  Братья громко рассмеялись. Скрипнула балконная дверь. Эмма протиснулась сквозь неё и с любопытством поглядела на них. Они закашлялись, побросали сигареты за перила и вытаращили на неё глаза. Малыш отвернулся, отчаянно желая, чтобы она не увидела, что творилось с его штанами спереди. - Проснулась, милая? - ненатурально тонким голосом обратился он. - Как твой заряд? Завтракать будешь? - Буду. Что тут у вас? Секретничаете? - поинтересовалась Эмма. - Ой, да какие секреты! - Да ладно, покурить вышли! - Прикинь, я вчера нажрался, долбаёб! - Прикинь, он вчера нажрался, долбаёб! - Сам долбаёб! Эмма скрылась обратно в кухне, не выдержав гвалта, и братья выдохнули. - Ну, живи теперь с этим, - Рыжий поддел плечом Малыша и удалился в квартиру.  Малыш постоял ещё немного на балконе, ожидая, когда беспокойство в штанах утихнет, и зашёл внутрь. Рыжий и Эмма доставали из холодильника и шкафчиков продукты. - У нас есть жрачка? - изумился Малыш. - Пока кто-то вчера бухал, мы смотрели кулинарное шоу, и сегодня будем готовить крутой рецепт, - Рыжий деловито раскладывал на столешнице пачку спагетти, головку чеснока и перец чили. - Мы даже в магазин сходили, и всё купили, - присоединилась Эмма, добавляя бутылку оливкового масла и солонку. - И что же на завтрак? - Это называется «алио и олио»? - Эмма обернулась к Рыжему. - Да, «алио олио», - подтвердил тот. Малышу стало скучно, он всё равно ничего не понимал в готовке. - Я в душ. Малыш направился в спальню. Проходя мимо кресла, он отметил валявшуюся на нём белую футболку в зелёных пятнах и зажмурился от удовольствия. Обернувшись на дверь и убедившись, что все заняты готовкой, тихонько схватил футболку и поднёс к лицу, отчаянно вдохнув. Как он и ожидал, футболка пахла им самим, но отдалённо чувствовались нотки иного аромата. Малыш, прикрыв глаза, осторожно принюхивался. Запах напоминал что-то, но память Малыша ничего не выдала.  - Прикольно Лиана пахнет, - буркнул себе под нос Малыш, положил футболку обратно и устремился в ванную. Перед тем, как открыть воду, он глубоко вздохнул и вдруг вновь ощутил тот же запах, что был на футболке. Вероятно, в его утренней щетине заплутал этот аромат, и Малыш помедлил, не желая с ним расставаться. Ассоциации подкинули ему воспоминания о пролетающих в окне автомобиля улицах, и он вдруг понял, что запах принадлежит Джонни. Да, точно, именно так пахло в салоне его машины! Малыш слегка отодвинулся к стене и открыл воду, стараясь, чтобы она не лилась на лицо. Какой умопомрачительный запах! Малыш стоял, закрыв глаза и ощущая нежные капли, забарабанившие по груди. Сердце застучало в такт каплям, и Малыш сделал глубокий вдох и выдох. А потом ещё один, и ещё. Едва чувствовавшийся аромат салона машины неожиданно пьянил, голова кружилась, тело охватила сладкая истома. Вода мягко стекала струйками по телу, и Малыш не сразу сообразил, что делала его правая рука. Только после того, как из его груди вырвался приглушённый стон, он открыл глаза и посмотрел вниз. Рука поглаживала напряжённый член. Малыш пожевал губами. Казалось бы, обычная история, утренний стояк, душ, кто же не дрочит в такие моменты? Но именно сейчас момент был какой-то другой. Вода мягко струилась по рукам, груди, животу, ногам, и Малыш, вновь закрыв глаза, продолжил поглаживать член. Перед глазами возник образ призывно улыбающейся Лианы, и Малыш слегка ускорился, улыбнувшись своему воображению. Он вспомнил её голые ноги, подведённые глаза, длинные тёмные волосы. Какая же красотка, наверняка пришла с мужиком, но он на неё забил. Или не забил, просто пути разошлись на время. Малыш же тоже пришёл не один, просто так вышло. Она наверняка провела со своим мужчиной весь день, и он её отпустил, чтобы пообщаться со своими друзьями. Должны же мужчины общаться вне общества женщин. Они могут даже ходить по магазинам, покупая своим женщинам одежду. Например, пижамку. Просто дурачиться, примеряя её перед зеркалом. А за зеркалом Джонни с огромными чёрными глазами. Смотрит. «Нет, нет, не смотри на меня!» - Малыша охватил огонь, разлился по рукам, ногам, пробрался до каждой косточки и клеточки, шевельнул волосы, даже ту самую непослушную прядку на макушке. Задрожали губы, помнившие вчерашний поцелуй, задрожали ресницы.  И успокоились.  Глубоко дыша, Малыш привалился спиной к душевой кабине. Вода неспешно смывала излившееся из него удовольствие. Малыш без сил опустился на дно кабинки и сел, обхватив руками дрожащие колени. Хотелось смеяться и плакать одновременно. Но больше плакать. Словно в груди разверзлась дыра, из которой валили непонятные, странные эмоции, названия которых он не знал. Через пару минут Малыш медленно поднялся, обтёрся мыльной губкой, ополоснулся и вышел из кабинки. Потянуло жареным чесноком, и Малыш ощутил аппетит. Вытершись полотенцем, он поспешно почистил зубы, вернулся в комнату и облачился в свежую одежду. Перед тем, как выйти в кухню, свернул к прикроватной тумбочке, чтобы проверить телефон, стоявший на зарядке. Разблокировав экран, он с удивлением отметил, что ни одного сообщения и звонка со вчерашнего дня не было. Сегодня был выходной, поэтому даже чат однокурсников молчал. - Есть что интересное? - за спиной раздался голос, и Малыш выронил телефон.  Комнату наполнил остро знакомый аромат салона автомобиля. Нужно было отреагировать на вопрос, но Малыш почему-то не мог этого сделать. Голос принадлежал Джонни.  - Привет, - промолвил Малыш, поднимая телефон и отсоединяя его от провода.  Мысли путались в поисках повода не оборачиваться, и он нервно ещё несколько раз разблокировал и заблокировал экран. Настроение по неясной причине тут же рухнуло на самое дно.  - Теперь я каждое утро буду тебя лицезреть? - А ты бы этого хотел? - парировал Джонни. - Ты невыносим, - рассердился Малыш, убрал телефон в карман и, наконец, развернулся. Вот сколько лет он был знаком с Джонни, вот столько лет при каждом взгляде на него захватывало дух. Сегодняшний день не стал исключением, и взор Малыша вновь резанули высокие скулы и чёткий контур ярких губ Джонни. На нём была рубашка хенли цвета хаки, рукава которой чертовски выгодно подчеркивали изгибы мускулов, и чёрные брюки. Кудряшки были убраны в хвостик на затылке, и открытый лоб придавал его внешности абсолютную неотразимость. Малыша опять уколола зависть. Или это была не зависть? Неловкую паузу прервал Рыжий, заглянувший в спальню: - Всё готово, давайте пробовать! Ребята прошли в кухню, в которой Эмма уже раскладывала пасту по тарелкам. Рыжий поспешно скатал с кухонного дивана постельное бельё с подушкой и убрал их вовнутрь. Стульев было всего три, так что четвёртому едоку пришлось довольствоваться диваном. Рыжий, который на этом диване спал, сидеть на нём не любил, поэтому сегодня уселся на него Малыш. Эмма села за стол справа, Рыжий слева, а Джонни занял место напротив. - Где вы были-то вчера? - обратилась Эмма к Джонни. - Он пришел пьяный и такой весёлый, что мы решили, что он под каким-то наркотиком. Джонни усмехнулся и посмотрел на Малыша. - Весёлый, говоришь? Ну да, он вчера хорошенько повеселился. - Ты мне вот что скажи, - Рыжий решил прервать опасную тему, - домой он как попал? Кто его привёз, ты? - Я. Он в баре сидел и лыка не вязал, я его подхватил и отвёл в машину. Пока ехали, он спал. Когда я хотел вытащить его из салона, чтобы отвести до квартиры, он очухался и сказал, что сам дойдёт. До двери добрался, хоть и мотыляло его. Потом я забежал за дом, чтобы на окна ваши посмотреть, и через пару минут в окне началась возня, значит, домой он всё же попал. И я уехал. - Да, именно возня, - захохотал Рыжий. - Мы сериал смотрели, и тут он залетает, шатается, лохматый, радостный, аж щёки трескаются, губищи на пол-лица, футболка чем-то зелёным уделана. И давай нас по квартире кружить. И не говорит ничего. Только улыбается. Я хотел его треснуть, но решил дождаться утра. Тем более, он всё равно пошел в спальню и вырубился. Штаны, правда, снять долго не мог, вместе с трусами стащил. Малыш громко положил вилку на стол. Все вздрогнули и уставились на него. - Может, хватит уже? Кроме меня, других тем нет? Как зверушку какую-то обсуждаете! Малыш встал из-за стола и пошёл на балкон перекурить. Как только он сделал первую затяжку, на балкон вышел Джонни, вновь принеся с собой знакомый аромат. Малыш курил, не обращая на него внимания. Но любопытство взяло верх. Ну не складывался у него пазл вчерашнего. - Ты меня правда в баре подобрал? - Нет, - признался Джонни. Малыш медленно моргнул, не глядя на него. - А где? - спросил он, уже зная ответ. - В уборной.  Вновь повисло молчание, прерываемое лёгкими выдохами сигаретного дыма. - И что я делал? - с замиранием сердца спросил Малыш. - Я был один? - Один, - Джонни тоже был немногословен. - Ну, что делал… что обычно в туалетах делают?.. Разговор был неловким для обоих, и даже Джонни, всегда здравомыслящий и рассудительный, сейчас почему-то терялся и долго подбирал слова, будто его что-то смущало. Малыш с удивлением отметил этот факт. - Получается, я там валялся в отключке, а ты зашёл, увидел меня, подобрал, и отвёз домой? - с надеждой предположил Малыш, всматриваясь в лицо друга. - Да, да, - горячо согласился Джонни, затушивая сигарету в пепельнице. - Всё именно так. - А как ты в тот туалет попал? Ты же в вип-зале был, там разве нет вип-туалета? - Есть. Я пошел в бар искать тебя, - Джонни взглянул на Малыша.  Тот отвёл взгляд, чувствуя неловкость.  - Ну и славненько, - Малыш подвёл итог разговору и затушил сигарету. - Пошли есть, уже остыло, наверное, всё. На кухне Рыжий неторопливо доедал свою порцию. Эмма уже закончила завтрак, сходила в спальню, принесла футболку Малыша и вертела её в руках. - А в чём это она? Малыш подскочил к ней и отобрал свою одежду. Сминая её, он пару раз глубоко вдохнул и выдохнул, рассматривая зелёные крапинки. Ему отчего-то опять вспомнились крылья бабочки. - Изумрудный город, - ответил за него Джонни, и у Малыша ёкнуло сердце. - В том баре коктейль такой подают. Он весь вечер его пил. Коктейль зелёный, видимо, им и уделался. - Давай отнесу в стирку, - предложила Эмма, осторожно протягивая руку к футболке. - Сам отнесу, - буркнул Малыш. Ему, почему-то, совсем не хотелось её стирать. И вообще, другие люди не должны были прикасаться к ней. - Доедать будешь, артист? - позвал Рыжий. - Артист? - улыбнулся Джонни. - Он всё утро драматизирует на пустом месте, глянь на него. Малыш бросил на него сердитый взгляд и уселся на диван, положив футболку рядом. Джонни занял место на стуле напротив. Эмма принялась мыть посуду и протирать столешницу. Малыш уныло ковырялся в тарелке. Пережёвывая пасту, казавшуюся совсем безвкусной, он случайно взглянул на Джонни и наткнулся на взгляд распахнутых карих глаз. Совсем как вчера, в молле, сквозь стекло витрины. Малыш опустил глаза в тарелку и не поднимал, пока всё не доел. И когда доел, тоже не поднял. Его взгляд был уставлен вниз, на предательски топорщившиеся штаны. - Чем сегодня займёмся? - вопросил Рыжий, собирая со стола посуду и подкладывая Эмме в мойку. Малыш молчал.  - Мне днём нужно будет на пару часов съездить, делами позаниматься, - подал голос Джонни. - А в остальное время я свободен, рассмотрю любые варианты. Эмма запрыгала по кухне. - А я хочу на выставку бабочек! Хочу-хочу-хочу! - Отличная идея, - подхватил Рыжий. - Но двое из здесь присутствующих уже были на ней, так что, видимо, нет. - Отчего же нет? - оживился Джонни. - Вы можете сходить, а мы с Малышом придумаем что-нибудь ещё, - Джонни разглядывал рыжеволосую макушку Малыша, который до сих пор не поднимал голову. - Например, в кино. Подгадаем сеанс, чтобы мы - в кино, а вы - на выставку. Что думаешь? - обратился он к Малышу. - Мм, - тот с неясной интонацией мотнул головой. - Ну и замечательно. Давайте смотреть. Рыжий полез в телефон, уточняя у Джонни сайт, где можно было приобрести билеты на выставку бабочек, Джонни попутно открыл на своём телефоне страницу кинотеатра, читая описания фильмов. Эмма ускакала в спальню и вывалила из гардероба на кровать все свои платья, мурлыча под нос популярную мелодию. Весёлый гвалт и движение наполнили квартиру. Все были увлечены планированием вечера, и тем удивительнее в такой светлой атмосфере прозвучал срывающийся вопль Малыша. - Да вы охуели тут, что ли, все? Все застыли и ошарашенно уставились на него. - Меня хоть кто-нибудь спросил? Почему все за меня всё решают? Обсуждают меня, планы за меня строят! Особенно ты, - кивнул он подбородком в сторону Джонни. - Фильм он блять, выбирает, а моё мнение не интересует? И ты, - повернулся он на Рыжего, - ничего, что Эмма - моя женщина? Расхаживать по выставкам он с ней собрался! Купи свою и ходи с ней куда угодно, хоть с крыши прыгай! Вообще моё мнение неважно? Рыжий похлопал глазами. - Не-а, - обернулся он к Джонни. - Глянь, опять драма у него. Может, его врачу показать? Джонни внимательно смотрел на Малыша, не обратив внимания на язвительного Рыжего. - Извини, - просто сказал он. - А чего хочешь ты? Малыш яростно сверлил его взглядом. Из спальни высунулась Эмма и с любопытством наблюдала за происходящим, хлопая зелёными глазами. Малыш, удивлённый реакцией Джонни, постепенно успокоился. Даже было немного стыдно за эту истерику. И на Рыжего не хотелось обижаться, этот весельчак всегда его подтрунивал, но искренне любил. Малыш потупил глаза, кинул взгляд на свои штаны и с облегченнием отметил, что там всё уже приняло обычный вид. - Комедию. Лёгкую. Глуповатую. Есть что-нибудь? - поднял он взгляд на Джонни, который наблюдал за ним, слегка склонив голову на бок. - Да, есть, - Джонни листнул экран телефона, - «Хозяева подземного цирка». Только вчера премьера была. Есть сеанс в половину пятого в «Олимпик центре». Мне надо будет по работе отлучиться, в центр приеду как раз после четырёх. Малыш кивнул. Все вернулись к своим занятиям. Даже Малыш достал свой телефон и принялся читать отзывы к фильму. Удостоверившись, что сюжет, вроде бы, не напрягает, он огляделся, пытаясь сообразить, чем бы убить время до выхода. На всякий случай, проверил университетский чат, написав туда «Во сколько в понедельник консультация по тайской грамматике?». Он прекрасно знал, что она в девять утра, но все кругом казались такими занятыми, что сидеть без дела было совершенно невозможно. Наблюдая за прилетающими ответами разной степени эмоциональности, начиная от «Мать моя, какая ещё консультация?», «А разве не по корейской истории?» вплоть до «Нахуй эти консультации, я забираю документы», Малыш ухмыльнулся и совсем развеселился.  Вскоре Джонни попрощался и ушёл. Эмма с целым ворохом разной косметики ушла в душ, предупредив, что надолго. Малыш с Рыжим принялись убираться в квартире, вытирая пыль, раскладывая по местам вещи и запустив пылесос кататься по комнатам. - Не хочешь кота завести? - предложил Рыжий. - Ездил бы прикольно на пылесосе по углам. - Вот будешь жить отдельно - заводи себе хоть кота, хоть крота, - ответил Малыш, протирая кухонные жалюзи. - В этой квартире уже есть животное - ты. - Так я - полезное животное, - ничуть не обидевшись, ответил Рыжий, расставляя посуду в шкафчиках. - А надо завести бесполезное. Это называется гармония. - Гармонию сейчас твоя жопа получит после моего пинка, - пообещал Малыш. - Коты прикольные, но болеют и в итоге дохнут. Не хочу переживать. - Ну и ладно. Вот уйдёшь однажды в универ, а я подсуечусь и принесу какого-нибудь кота. Не выкинешь же ты его, - Рыжий с усилием протирал тряпочкой налёт с водопроводного крана. - Кота не выкину, конечно. А тебя - легко, - усмехнулся Малыш, осматривая фикус в горшке на подоконнике. - У тебя когда отпуск заканчивается? Уже неделю дома сидишь, цветок не полил ни разу. - Как ни разу? Один раз полил! - возмутился Рыжий. - А сам ты тоже раз в неделю пьёшь? - Зато ты каждый день пьёшь! - Щас отцу твоему позвоню, скажу чтобы забирал тебя обратно! - Да ладно, ну что ты начинаешь, могу за пивком тебе сбегать! Малыш швырнул в него пыльную тряпку. Рыжий, увернувшись, бросил в ответ мыльную губку, которой протирал мойку.  День проходил весело и бодро. Из колонок звучала заводная музыка, ребята сбегали в магазинчик за продуктами, Эмма занялась стиркой, так и не тронув майку Малыша, которую он, скомкав, сунул в гардероб в отсек со своим бельём. В её настройках было прописано любопытство, не переходящее границ. После того, как Малыш с чувством выхватил эту вещь из её рук и отказался отдавать, программа посчитала, что её трогать нельзя, и Эмма больше не стала к ней прикасаться.  Когда приближалось время выхода, у входной двери началась перепалка между братьями, выяснявшими, чья очередь надевать дорогие модные белые кроссовки. Купил их Рыжий, но Малышу они так понравились, что он уговорил его носить их по очереди. Сегодня была очередь Малыша, но Рыжий очень протестовал, аргументируя тем, что он не так часто выбирается потусить, и не был бы Малыш так любезен уступить ему сегодня очередь, а потом у него будет в запасе аж две. Малыш сопротивлялся, напирая на справедливость уговора, но в итоге сдался. Эмма была облачена в лёгкое белое платье до колен, на голове вились крупные кудри, а на ногах сверкали белые босоножки на высокой ребристой подошве. Малыш выбрал жёлтую рубашку с короткими рукавами и светлые джинсы. Раз уж Рыжий отобрал у него кроссовки, пришлось надеть вчерашние ботинки, которые Малыш не преминул начистить кремом.  Рыжий всегда бесился от этой старомодной привычки, которую Малыш перенял от отца, а тот от своего отца, но ничего не сказал. Сам Рыжий был наряжен в ярко-синюю футболку с какой-то надписью, белые шорты, белые носки и отвоёванные белые кроссовки. Троица выпорхнула из подъезда и, обласканная жарким солнцем, устремилась на остановку. На улице было душновато, но воодушевлённые братья и Эмма чувствовали себя прекрасно. Эмма расспрашивала Малыша про бабочек, Рыжий на неё шикал, не желая портить сюрприз, Малыш растроганными взглядами окидывал то одного, то другую, никому не отвечая. Ему очень нравился сегодняшний настрой. Подходя к остановке, они увидели подъезжающий автобус, и, закричав на разные лады, побежали быстрее. Запрыгнули в автобус, и Малыш расплатился за троих, уведомляя Рыжего, что обратный путь пусть он сам оплачивает. Автобус был полон, и троица, шутливо переругиваясь, весело толкалась, держась за поручни. Малыш вспомнил, что вчера этим же путем его вёз Джонни на своей машине, и зачем-то сделал глубокий вдох и выдох. Когда они приближались ко входу, Малыша слегка тряхнуло. На пороге стоял Джонни, высокий, точёный и, как всегда, ошеломительный, курил и смотрел на них. Малыш пошевелил ноздрями и дружелюбно пожал его руку. Зайдя в здание, они направились к эскалаторам. Все четверо были жутко голодны, до сеанса было ещё двадцать минут, и они заскочили на фуд-корт перехватить еды. Наскоро перекусив бургерами, они разбежались по разным этажам. Выставка бабочек была на третьем, а кинотеатр - на пятом. Рыжий с Эммой уехали вниз, а Малыш и Джонни - вверх. Когда они сошли с эскалатора и купили в фойе кинозала два стакана попкорна, Малыш снова отметил, с какими красивыми женщинами пришли сюда мужчины, и подумал об Эмме, которая ушла с его братом. - Вот говнюк! - непроизвольно воскликнул он. Джонни с недоумением повернул к нему голову. - Я про Рыжего. Ходит там такой с красоткой, будто бы она его собственная. - Ревнуешь? - негромко спросил Джонни. - Чего? - опешил Малыш. - Нет, просто раздражает, что он такой показушный. Своего ничего нет, вечно выезжает на моём. Даже кроссовки надел, хотя они по очереди сегодня мои. Все мужики с красивыми спутницами, а я? - А ты с красивым спутником, - Джонни подтолкнул его ко входу в кинозал. - Я, например, тоже с красивым спутником. Малыш уронил челюсть, но в зал проследовал. Они поднялись по ступенькам и заняли свои места, ожидая начала сеанса. «Ты с красивым спутником. Я тоже с красивым спутником», - на разные лады звучали в ушах Малыша слова Джонни.  Когда начался фильм, Малыш даже не понял. Просто обнаружил себя сидящим в темноте и пялящимся на цветные картинки на экране. Джонни сидел справа от него, и Малыш не удержался, повернул в его сторону голову и увидел в темноте устремлённые на него блестящие глаза. Джонни закинул в рот попкорн и отвернулся к экрану. Малыш тоже отвёл взгляд и с отчаянием уставился вперёд. В штанах снова было тесно.  «Что за херня?», - Малышу хотелось разрыдаться.  Он осторожно повернул голову вправо, стараясь быть незамеченным, и вновь посмотрел на лицо Джонни. Тот глядел на экран, пережёвывая попкорн, челюсть и скулы шевелились, кадык ходил вверх-вниз, яркие глаза неспешно моргали. Малыш осторожно выпустил из джинсов рубашку, расстелил на коленях и перевёл взгляд на экран. Происходящее веселило зал, мелькали цвета, огни, со всех сторон раздавался смех. Малыш снова бросил взгляд вправо, задержавшись на глазах Джонни. Тот внезапно бросил ответный взгляд, и Малыш быстро отвернулся. Его уши пылали. Он даже не мог вникнуть в сюжет фильма. Не отдавая себе отчёт в происходящем, он медленно расстегнул пуговицы джинсов и завёл руку внутрь, поправляя свободной рукой полы рубашки.  «Сейчас бы водки стакан», - подумал он, распределив ладонь по всей длине напряжённого члена. Медленно поглаживая его, Малыш цепенел от возбуждения, раздувая ноздри, и моргал, пялясь в экран. - «Чтоб я сдох». Картинки сменялись, зрители хохотали, но Малыш видел в воображении только огромные карие глаза и не слышал вообще ничего. Исступлённо наглаживая член, он вертел в голове только «Блять, блять, блять!». Внезапно сюжет фильма подошёл к какому-то важному повороту, экран стал ярким, и звуки замерли. Малыш испугался, что его движения будут заметны, и выудил руку из штанов. - Можно твой попкорн? - тихо раздалось справа. - А? - Малыш повернулся на голос и увидел приближающееся лицо Джонни. Тот тянулся к его стакану с попкорном, стоящим на дальнем подлокотнике. Малыш с ужасом наблюдал за вытягивающейся рукой. Джонни чуть привстал со своего кресла, протянул тело влево, приблизив свою голову к лицу Малыша. Аромат Джонни ударил в ноздри, тянущаяся рука неловко локтем коснулась джинсов и проскользнула дальше. Малыша прострелило по всему позвоночнику, руки сжали подлокотники, дёрнулись плечи, задрожали губы, запрокинулась голова, зажмурились глаза. - Аааах, - хрипло вырвалось из груди Малыша прямо в ухо Джонни.