Моя нежная бабочка

Джонни открыл глаза. Фильм закончился, замелькали титры, включился свет и захлопали складные кресла. Он повернул голову, но обнаружил лишь пустоту. Малыша не было. Джонни вскочил, чуть не рассыпав стакан с остатками попкорна, в панике ища его глазами в толпе. Он поспешил к выходу так быстро, насколько это было возможно среди плетущихся по рядам и ступеням людей, высматривая ярко-жёлтую рубашку, но никого в подобной одежде не видел. Он выбросил в мусорное ведро стакан с остатками попкорна, достал телефон и набрал номер Малыша, смутно подозревая, что тот не ответит. Раздались долгие гудки, тянулись, тянулись, пока электронный голос не подтвердил, что абонент действительно не отвечает. Мимо сновали люди, и Джонни крутил головой во все стороны, снова набирая номер, отчаянно желая увидеть рыжую макушку, но и то, и другое было безрезультатно. Вдруг, где-то вдалеке, мелькнули чьи-то огненные вихры, и Джонни сорвался с места, расталкивая окружающих. Подбегая ближе, он увидел рядом с этими волосами другие, белоснежные, и с разочарованием понял, что это Рыжий и Эмма, которые уже покончили с выставкой и поднялись на пятый этаж, чтобы быстрее увидеться с друзьями.  - Вот ты где, - обрадованно воскликнул Рыжий, увидев подбегающего Джонни, но улыбка быстро сползла с его лица. - Что-то стряслось? Джонни был бледный, как полотно, и молчал. - Где этот дебил? - выдохнул Рыжий. - Что он опять натворил? Джонни не мог подобрать слов, да ему и не хотелось ничего объяснять. Вновь закрутив головой, он продолжил искать жёлтую рубашку. - Набери его, - негромко обратился он к Рыжему. - А сам? - Он мне не отвечает. - Думаешь, мне ответит? Вы поцапались? - удивился Рыжий. - Когда успели, фильм всего полтора часа шёл, - он уже набирал номер Малыша, но в трубке даже гудков не раздалось, сразу перебросило на автоответчик. - Я не могу больше, - Рыжий нервно нажал на иконку сброса и убрал телефон. - Ему надо было на актёрский поступать, честное слово, дурь свою девать некуда, вот и треплет всем нервы: пожалейте меня, поищите меня. Зуб даю, ничего не произошло, просто он психанул и исчез, так ведь? Джонни смотрел на него, кривясь, будто у него что-то болело, и не отвечал. - Или что-то произошло? Теперь ещё и ты ведёшь себя как, он. Какая муха укусила вас, мужики? Джонни продолжал смотреть на него, покусывая нижнюю губу и хмуря брови, будто срочно что-то обдумывая и планируя.  - Я могу помочь? - подала голос Эмма. - Как? - вытаращились на неё ребята. - Пока не знаю. У него на телефоне установлено приложение, которое отслеживает моё местонахождение. Может быть, в обратную сторону это тоже работает? Попробовать отследить его телефон моими датчиками. Хотя, это, наверное, незаконно? - Верно! - восхитился Джонни и обратился к Рыжему. - Ты на работе ничего не слышал о подобном? - Ты что, я в цехе сборки работаю, с деталями, к электронике никакого отношения не имею, - перепугался Рыжий. - Да что ты так паникуешь? Его нет пять минут, может, он в сортире торчит. Давай подождём немного, может, выйдет. А если и не выйдет, что с того? Пусть башку свою дурную проветрит, успокоится и вернётся. Ты же не расскажешь, что случилось, ведь так? Джонни мотнул головой. Собственно говоря, он и сам толком не понял. Просто всем нутром ощущал, что произошло нечто очень важное. И для Малыша, и для него. - Пойдём, погуляем в парке, - предложила Эмма. - Может быть, он там. Друзья направились к выходу и вскоре покинули «Олимпик центр». Солнце скрывалось за тучами. Утренний прогноз действительно обещал сырую погоду в конце дня, но они совсем про это забыли. Начинался дождь, и Джонни скомандовал: - К машине! Они побежали к парковке. Эмма не поспевала за ребятами в своих не предназначенных для бега босоножках, и Рыжий схватил её за руку.  Когда они достигли автомобиля Джонни, ливень ударил в полную силу и они попрыгали на сиденья, Джонни на водительское, Рыжий с Эммой - на заднее. С волос капало, одежда была почти совсем мокрой. - Давайте пересидим пару минут, скоро всё прекратится. Я в такой дождь никуда не поеду, ничего не видно, - Джонни явно нервничал, снова набирая номер Малыша и слушая автоответчик. - Вот куда его понесло? - раздражённо ударил он по рулевому колесу и утёр мокрое лицо. - У него с собой есть зонт? Нет у него зонта! - ответил он сам себе и снова стукнул по рулю. - Чудак человек, - пискнул Рыжий, с опаской поглядывая на Джонни. - Опять он меня бросил! - надулась Эмма. - Безответственный болван! Скотина, сволочь! - расходилась она.  Ребята с ужасом уставились на неё, прекрасно зная, что будет дальше. - Только этого не хватало, - прошептал Рыжий, лихорадочно пытаясь сообразить, что делать.  У Эммы начиналась истерика, которую можно было остановить только кнопкой выключения. Может, намокла микросхема, или закоротил какой-нибудь провод, Рыжий примерно представлял себе логику поломки, но знаний о починке вовсе не имел. Он схватил её за руку, и вовремя, потому что она дернула ручку и открыла дверь в попытке бегства. - Сиди, куда тебя несёт в такой дождь, - прошипел он без особой надежды. - Куда хочу, туда и пойду, раз я не нужна никому, - вскрикнула Эмма и с силой выдернула руку.  Рыжий снова попытался её поймать, но что мог сделать человек против спятившей машины?  Эмма выскочила из автомобиля и, не закрыв дверцу, побежала вперёд по улице. Рыжий открыл свою дверцу и, обогнув машину, помчался за ней. Джонни в шоке наблюдал за убегающими, пока они не скрылись за пеленой ливня. Обе задние двери были распахнуты, капли барабанили по полу и сиденью. - Что за пиздец, - отчаянно помотал он головой, достал сигарету и щёлкнул прикуривателем.  Сквозь пелену дождя он увидел нечёткое жёлтое пятно, и, позабыв обо всём, открыл дверь и ринулся к нему. Пробежав пару десятков метров, он убедился, что это была вовсе не рубашка, а чей-то зонтик, и, чертыхаясь, повернул назад. От души захлопнув все распахнутые дверцы, он упал на своё сиденье, оставляя везде мокрые капли и лужицы, и разозлился окончательно. Посмотрел на сигарету в руке, которая промокла, потому что он выбежал прямо с ней, сломал её и, открыв окно, выбросил. - Сука! - бессильно выругался Джонни.  Что делать? Ему категорически не хотелось сидеть на месте, но в такой проливной дождь куда-то бежать по улице было бы совершенной глупостью, и он сидел, вцепившись руками в руль, и ждал.  Он снова набрал номер Малыша, и снова выслушал электронный голос автоответчика. Достал ещё одну сигарету, подкурил и пускал дым в окно. Дождь стихал, Джонни вертел головой, пытаясь увидеть хоть что-нибудь. Сквозь слабеющие струи в окне справа возникло приближающееся белое облако. Вскоре у облака проявились белые ноги и рыжая голова. Рыжий нёс Эмму на руках.  Джонни вышел из машины, выбросил окурок и поспешил к задней пассажирской двери с другой стороны. Покрасневший от усилий Рыжий аккуратно положил вымокшую Эмму на сиденье, поправил ноги и закрыл дверцу. Она была без чувств. Дождь практически стих. - Ты её выключил? - поинтересовался Джонни. - Нет! - Рыжий стряхивал воду с волос. - Она бежала, сначала быстро, потом медленнее, я как раз догнал её, когда она уже отключалась. Я не знаю, что с ней! Может, намокать нельзя. - Так она же душ принимает, - удивился Джонни. - Ну, может, именно дождевая вода так действует, понятия не имею! У неё, что ни день, то новая заморочка. - Ладно, успокойся. Я отвезу вас домой, - Джонни кивнул головой в сторону машины. - Спасибо, мужик! Уж извини, я сам не ожидал такого безобразия, честное слово! Джонни отмахнулся и снова сел в машину. Рыжий ещё раз отряхнул волосы, потряс насквозь промокшую футболку и шорты, и осторожно залез на пассажирское сиденье, хлюпая кроссовками. - Ничего, что я спереди? Она там просто во всё сиденье растянулась. - Какие вопросы, - Джонни, заводя машину, занят был мыслями о Малыше. Ему хотелось подвезти этих двоих, потому что был шанс, что он застанет Малыша дома. - Капец, у меня ключей нет! - разорвал тишину вопль Рыжего. - Я ж ключи потерял! - Да это что у вас, семейное? - крутя руль, Джонни воскликнул чуть ли не громче Рыжего. - Э, чего семейное-то, - пристыженно уставился на него тот. - Есть же важные вещи! Почему что ты, что он, не придаёте им значения? Не соблюдаете осторожность, не замечаете мелочей, не помните важного! Вся жизнь состоит из этих важных мелочей, а вы… - Джонни душило возмущение, его подбородок дрожал, пока он вёл машину по промокшим улицам города. Рыжий обиженно смотрел на него снизу вверх и молчал. Через некоторое время Джонни вздохнул и заморгал. - Извини, - коротко бросил он.  - Я вспылил. Мне, правда, непонятно, как можно упускать из вида значимые и ценные вещи. Если что, у меня есть дубликат ключей от вашего дома. - Да ладно! И давно? - изумился Рыжий, растеряв всю обиду. - Не очень, - туманно ответил Джонни. - Я… наверное, предполагал что-то подобное… ну, на всякий случай сделал. - Вот ты хитрожопый, честное слово, - улыбаясь, нахмурился Рыжий. - Я Малышу сказал это на днях, и он так рассердился! - Рассердился? - опешил Джонни. - Почему? - Не знаю. Ты тогда яичницу приготовил, а мы потом в холодильник залезли, а там пусто. У нас же там почти всегда пусто. Малыш удивился, откуда ты яйца взял, ну я и назвал тебя хитрожопым, извини, если что. Я имел в виду, что ты всё просчитываешь наперёд, честное слово! - Да ладно, он-то рассердился почему? - нетерпеливо уточнял Джонни, заворачивая за угол к дому Малыша. - Да хер его знает, возмутился, будто я его самого оскорбил. Обиделся, мне даже оправдываться пришлось.  Джонни припарковал машину у подъезда. Рыжий вышел первым и открыл дверцу заднего сиденья, шлёпая по лужам. Выволакивая бесчувственную Эмму, он пару раз приложился головой о потолок и чертыхнулся. Джонни предложил помощь, но Рыжий гордо отказался. Джонни открыл дверь подъезда, подождал, пока туда втиснется Рыжий со своей ношей, и после зашёл сам. В лифте они оба, как могли, держали Эмму. Выйдя на нужном этаже, они подошли к входной двери, и Рыжий воскликнул: - Открыто! Он дома! Джонни рванул на себя дверь и кинул взгляд в квартиру. На первый взгляд, она была пуста. Он посторонился, запустив туда Рыжего с Эммой, и потом зашёл сам. Рыжий аккуратно положил Эмму на кухонный диван. Джонни скинул ботинки и проследовал в спальню. Что кухня, что спальня не подавали признаков Малыша. На балконе тоже никого не было. Рыжий вернулся ко входной двери, снял мокрые кроссовки и тоже направился в спальню в поисках сухой одежды. - Его нет, - без эмоций сказал Джонни. - Ага, сейчас нет. Но он определённо здесь был. Джонни ринулся к Рыжему, который показывал на телефон Малыша, лежащий на тумбочке на зарядке. Телефон был выключен. - А ещё стиралка гудит, - услышал Рыжий и заглянул в уборную. - Когда мы уходили, она не работала! Чего он там стирает? - Рыжий с любопытством наклонился. - Ого, джинсы свои, и трусы! Обделался поди, гадёныш, вот и улизнул! Рыжий расхохотался, а Джонни было совсем не весело. Рыжий задыхался от смеха и сверкал зубами, запрокидывая голову. - Он, по ходу, удрал из кинотеатра стираться, и убежал из дома от позора. Даже дверь не закрыл, так спешил! - Да он для тебя, дурака, дверь не закрыл, - пробормотал Джонни. - Знал же, что ты домой попасть не сможешь. - И правда, - Рыжий захлопнул рот. - Он меня так отругал, когда я понёс выносить мусор и не закрыл дверь! - Я, короче, пошёл, - Джонни больше не хотелось здесь оставаться. - Ты никуда сегодня больше не собирался? Я завтра тебе дубликат сделаю. - Да куда я пойду, - Рыжий взглянул на лежащую на диване Эмму. - Буду сторожить сокровище, он же состояние за него отдал. Джонни махнул рукой и вышел в подъезд.  Подходя к машине, он раскрыл ладонь и посмотрел на ключи от квартиры Малыша. Это были ключи Рыжего. Никаких дубликатов у Джонни не было. Точнее, он хотел сделать дубликат, умыкнув вчера утром эту связку, но не успел. Вздохнув, он убрал ключи в карман и сел в машину. Вновь по окнам забарабанил дождь, не такой сильный, как предыдущий, зато не оставалось сомнений, что именно этот будет идти всю ночь. - Где же ты, дурачок? - сердце Джонни защемило. Добравшись до дома, он открыл ворота, поставил машину под навес и под дождём побежал к дому. Свет горел только в прихожей на первом этаже и в кабинете отца на втором. Войдя в дом, Джонни снял обувь и направился к лестнице, ведущей наверх. Из столовой вынырнул старый дворецкий Константин и поприветствовал его. - Молодой господин чего-нибудь желает? - Спасибо, ничего он не желает. Молодой господин промок, как собака, и сейчас пойдёт в душ. Можешь отдыхать. - Константин никогда не отдыхает, - поклонился дворецкий, и Джонни улыбнулся ему.  Он обожал Константина, который знал его с рождения. Вроде бы, и отца его он знал с рождения. Как шутил сам Константин, и деда его он знал с рождения, но Джонни знал, что это неправда. Хоть возраст Константина и был тайной, но столетним стариком он уж точно не был. Джонни поднялся в свою комнату и зажёг свет. Было пасмурно и уныло от затяжного дождя. Скинув одежду и распустив волосы, он направился в душевую. Подставив лицо и тело под горячие струи, он закрыл глаза и вспоминал сегодняшний день. Как смущённо выглядел утренний Малыш с распухшими губами. Как он недовольно стукнул вилкой по столу. Как неловко они беседовали на балконе. Как он медленно жевал завтрак, не поднимая глаз, оставляя любоваться лишь макушкой с непослушной качающейся прядкой. Рука Джонни скользила вверх-вниз по напряжённому члену. Он продолжал вспоминать, не открывая глаз. Как он ожидал ребят на пороге «Олимпик центра» и чуть не поперхнулся сигаретным дымом, заметив яркое солнышко в жёлтой рубашке, явившее ему улыбку с едва заметной щербинкой между передних зубов. Как они поднимались на эскалаторе в ресторан быстрого питания, и Малыш поправлял свои огненные вихры. Как они переглядывались в кино. Как Джонни, будто бы невзначай, дотронулся до его джинсов локтем своей руки. Как Малыш стонал в его волосы. Как же он стонал в его волосы… Сердце Джонни выпорхнуло из горла и рассыпалось тысячей искр, падавших на тело, пощипывая каждый его уголок, заставляя сознание унестись прочь со струями воды. Как Джонни мечтал когда-нибудь услышать этот стон! Он отдышался и немного постоял под душем. Вспенив мочалку, он с сожалением смывал с себя сегодняшний день, с особенной неохотой намыливая волосы, в которые жарко дышал Малыш всего несколько часов назад. Ополоснувшись, он вышел, вытерся полотенцем и проследовал в комнату. Накинув пушистый серый халат, он обернулся на стук в дверь. - Молодой господин, к вам посетитель. Примете его в такой час? - Кто это? - Джонни догадывался, кто, но не мог поверить в подобную удачу. - Ваш приятель, молодой господин Кристофер. - Да, конечно!  Джонни выскочил из комнаты, сбежал с лестницы и влетел в прихожую, в которой разувался угрюмый Малыш в промокшей жёлтой рубашке, серых брюках и с каким-то пакетом в руках. Дворецкий учтиво удалился. Джонни и Малыш смотрели друг другу в глаза. Молчание прервал Джонни. - Ты же промок! Замёрз! Заболеешь!  - Пиво будешь? - промолвил Малыш, качнув пакетом. - Пошли быстрее греться! - Джонни проигнорировал вопрос и подтолкнул Малыша к лестнице. Друзья поднялись наверх и вошли в комнату. Джонни забрал пакет из дрожащих рук Малыша, поставил у стены и кинулся к кровати, сдирая с неё одеяло и оборачивая замерзшего. Закутанный Малыш стоял посреди комнаты, не отводя взгляда от Джонни. Слегка пахнуло алкоголем. - Много выпил? - Джонни силился начать разговор, оглядывая взглядом Малыша. Тот покачал головой. Джонни бросился к шкафу, достал полотенце и попытался вытереть мокрые рыжие волосы, но Малыш отстранил его руки. - Вчера, - начал Малыш и замолчал. Джонни почувствовал, что наступила какая-то точка невозврата, и, не шевелясь, слушал. - В баре. В туалете. Это же был ты? - Ну да, - осторожно ответил Джонни, ощущая, как загорелись уши. - Я оттуда тебя забрал и увёз домой. - Нет, - Малыш усмехнулся, посмотрев вниз и снова на Джонни. - До этого. До того, как забрал. Джонни не мог ни вдохнуть, ни выдохнуть. Он был буквально прижат к стенке этими рыжими глазами. - Хорошо, - собрался он с духом. - Да. Это был я. Я тебя поцеловал. - Почему? - Малыш медленно качал головой из стороны в сторону. - Захотел. - Почему захотел? - Потому что давно хотел, - сердце Джонни ухнуло в пропасть, но он держался. Будь, что будет. - Почему давно хотел? - Потому что я люблю тебя. Сказав это, Джонни внезапно успокоился. Всё встало на свои места. Всё так, как должно было быть. Джонни даже повеселел и дёрнул губами в попытке улыбнуться. Но Малыш не разделял его веселья. Поискав взглядом пакет, он наклонился и достал из него две банки пива. Открыв одну, он протянул её Джонни, открыв другую, оставил себе. Потоптавшись на месте, он подошёл к кровати, сел на пол и прислонился к ней спиной, не вылезая из одеяла. Джонни держал банку, не решаясь сесть, и Малыш постучал ладонью по полу рядом с собой. Джонни присел и сделал большой глоток. Малыш не пил, крутя банку в руках. - Давно? - Давно. - Почему молчал? - Не хотел пугать. - Насколько давно? - Я не помню. Понял только в прошлом году. Но чувствовал давно. - А почему понял в прошлом году? - Потому что ты ускользал. - Куда? - Малыш удивился и посмотрел на Джонни. - Ты купил Эмму. Ты выбрал её. Малыш ошарашенно смотрел на Джонни и вдруг выпалил: - Ерунда какая-то! Ты же первый в неё влюбился! - Чего? - Джонни был шокирован не меньше. - С чего ты взял? - Ты же так на неё пялился, когда увидел на витрине! - Я на цену пялился! Она же стояла у баннера «Модели для молодёжи». У какой молодёжи есть столько бабла? Надо было пометить «для богатенькой молодёжи». - То есть, ты хочешь сказать, что она тебе не нравится? А зачем тогда весь год уговариваешь меня продать её тебе? - Малыш не мог поверить своим ушам. Что за глупость он натворил! - Я ревную, - признался Джонни, ковыряя ногтем паркет. - Когда ты её купил, я разум потерял. Столько лет ты был только мой, и вдруг у тебя женщина. - Какой твой? - недовольно буркнул Малыш. - Такой мой, - Джонни чувствовал, будто у него вырастают крылья, настолько легко было говорить. - У тебя никогда никого не было, и я привык, что ты мой. А когда я тебя потерял, начал сходить с ума. Как тебя вернуть? Только избавив тебя от неё. Я бы её перепродал, и ты снова был бы мой. - Ты - маньяк! - Малыш моргал, не веря услышанному. - Пусть маньяк. А теперь твоя очередь, - Джонни напрягся, но продолжил. - Что у тебя с Эммой? Ты её купил, потому что понравилась? - Нет. Я её купил, потому что она понравилась тебе. Ну, я тогда так думал. Чтобы позлить тебя. - Заебись позлил. Никто меня ещё так не злил. - Пей, - потребовал Малыш, указав взглядом на банку. - У нас вечер откровений, а не язвительности, - он сам отхлебнул пива. - Что произошло в баре? - Ты пил с Лианой. - Ты знаком с ней? - неприятно удивился Малыш. - С ней все знакомы. Это общественная женщина, фишка заведения. - Это та, из-за которой два мужика подрались на юбилее твоего отца? - ахнул Малыш. - Три мужика. Да, она. - Ой бляяяять, - Малыш отвёл глаза и сморщил лицо. - А почему ты меня не предупредил? - О чём? Ты - большой мальчик, сам свою жизнь живёшь. Вы с ней мило общались, и я не хотел прерывать. - Ты видел, как мы общались? - Да. Я сидел за столиком в углу, минералку пил. - Ты же в вип-зале был! - Я за тобой почти сразу ушёл. - Охуеть! - Малыш прикончил банку пива, смял её и полез за новой. - Ты весь вечер палил, как я бухаю со шлюхой, и ничего не сделал? - Ну, как не сделал, - усмехнулся Джонни. - Сделал же в итоге. - Ага, в итоге, - Малыш возмутился и сделал глоток. - В сортире! - А где я должен был сделать? На глазах у всех? - Ну ладно. Охуеть, общественная женщина! - Малыш мотал головой. - Я утром думал, что это она была в уборной. Рыжий вообще предположил, что я её трахнул. Вот был бы пиздец. Трахать общественную женщину - всё равно что есть общественной ложкой. Вдруг она заразная? Уж лучше руками. - Я прямо слышу голос Рыжего, - Джонни улыбался, слушая Малыша. - Он бы наверняка так же сказал. - А то, - ухмыльнулся Малыш. - Ну ладно, я тебе благодарен, что ты спас меня от грехопадения. Кстати, о падении, почему я вырубился? - Я не знаю. Мы целовались, и ты вдруг осел и упал. - А что происходило? - Ну, как что? Ты меня обнимал за спину, я держал ладонями твою голову, мы целовали друг друга в губы, дышали в лица… - Джонни замолк. - Можем попробовать опять. Падать некуда, мы и так уже на полу. - Давай залпом ещё по пиву, и попробуем. Джонни весело кивнул. Они откупорили по новой банке и жадно выпили, будто на скорость. Откинув их, они посмотрели друг другу в глаза. Малыш набросился первым. Его пальцы взъерошили влажные кудри Джонни, губы неловко обхватили рот. Джонни раскрыл его и не смог ничего сделать. Оба расхохотались и повалились на пол. - Ты дилетант, - подытожил Джонни. - А ты что, профи? - шутливо оскорбился Малыш. - Лежи, - вымолвил Джонни. - И не шевелись. Малыш замер. - Что делать будешь? - А чего ты хочешь? - А я и не знаю, - сердито воскликнул Малыш. - Что, много вариантов? - Достаточно. Думаю, сегодня можно обойтись самым простым. Просто не шевелись. Малыш не шевелился. Джонни осторожно развернул одеяло. Малыш напряжённо свёл руки вместе. Джонни наклонился к его шее, вдохнул и выдохнул. По шее Малыша пробежали мурашки, и он сглотнул. Джонни осторожно взял его руку и отвёл в сторону. Затем прикоснулся к шее губами и отвел другую руку. Малыш учащённо дышал, стараясь не сопротивляться. Джонни скользнул рукой вниз и проник под влажную рубашку, нежно проведя ладонью от пупка до горла. Малыш слегка откинул голову. Джонни коснулся соска и медленно вынул руку из-под рубашки. Его губы переместились ближе к лицу. Слегка ухватив воздух возле уха, Джонни коснулся щеки и начал продвигаться легкими поцелуями к губам. Руки начали осторожно расстегивать пуговицы рубашки. Джонни навис над Малышом и опустился губами на губы, разводя полы рубашки в стороны. Малыш глубоко дышал, закрыв глаза. Джонни легко лизнул его в губы и переместил пальцы на соски, легонько сжав их. Малыш изогнулся и утробно простонал. Открыв рот, он принял в себя горячий язык. Джонни целовал его губы, легонько втягивая и отпуская. - Можно поцеловать ниже? - хрипло прошептал Джонни. Малыш сглотнул и кивнул.  Джонни скользнул губами по шее, обдавая её горячим дыханием. Правая рука протянулась к брюкам, мягко проведя по бугорку. Малыш снова простонал. Джонни поцеловал впадинку на шее и переместился ниже по груди. Рука расстегивала ремень, язык ласкал один сосок, вторая рука продолжала пощипывать другой. Малыш скрёб пальцами по паркету. Избавившись от ремня, Джонни расстегнул молнию на брюках и запустил в них руку. Малыш напряг пресс. Джонни заметил это и нежно сжал его член, посасывая и поглаживая соски. Малыш резко поднял голову, часто дыша, и посмотрел на него, силясь что-то сказать. - Успокойся, - тихо сказал Джонни, потянувшись обратно к нему и закрывая рот губами.  Подняв Малыша за бёдра, он стянул с него джинсы и бельё вниз к коленям. Затем развязал свой халат, наклонился и продолжил целовать Малыша в губы, проникая языком в рот и ритмично опуская и поднимая ладонь вдоль члена. Малыш неловко отвечал на поцелуй, непроизвольно вскрикивая и жарко дыша. Джонни медленно отстранился от лица Малыша и выпрямился, разглядывая его. Шея и грудь были покрыты красными пятнами, распухшие губы алели, влажные волосы торчали в разные стороны, рыжие глаза настороженно смотрели прямо в его лицо. Джонни опустил взгляд на член Малыша, который держала его рука, и в этот момент Малыш воскликнул: - Нет, нет, не смотри! Белёсая жидкость выплеснулась на живот Джонни и мягко стекала вниз тугими каплями. Малыш закрыл лицо руками и жадно хватал воздух. Джонни долго смотрел на Малыша, не веря, что, наконец, сбываются его мечты. Он наклонился поцеловать его, отвёл руки от лица и обнаружил, что тот уже спит.