Моя нежная бабочка

Малыш открыл глаза.  Каменное лицо стоявшего в прихожей Рыжего не сулило ничего хорошего. - Свидетелем чего я только что стал? - бесстрастным голосом протянул он. - Чувак, чувак, - залепетал Малыш, отбросил телефон и поднялся с дивана, путаясь в руках и ногах.  Он не был уверен, на каком именно моменте разговора пришёл Рыжий, поэтому не мог подобрать ответ, отчаянно желая, чтобы всё закончилось как можно скорее. - Чё «чувак»? Щас будешь пиздеть, что я неправильно понял? Серьёзно? Ты и Джонни? - гремел Рыжий. Малыш молчал, дёргая нижней губой. Рыжий всё слышал и всё правильно понял. - Брат! - в отчаянии позвал Малыш. Тот не отзывался. Швырнув тело навстречу Рыжему, он от души обхватил его руками, словно пытаясь не дать привычному миру разлететься на осколки. Рыжий не шевелился. - Брат! - горько повторил Малыш, водя подбородком по его плечу. - Скажи что-нибудь! Хотя, нет, не говори! Рыжего потрясывало. Сделав несколько вдохов и выдохов, он кивнул головой в направлении балкона. Малыш отлип от него, и они отправились курить. Рыжий глубоко затягивался сигаретой, пока Малыш в панике сверлил его глазами. - Давно? - хрипло вымолвил Рыжий и прочистил горло. - Что? - пискнул Малыш, утирая нетвёрдой рукой испарину со лба. - Давно это между вами? - голос Рыжего не выражал никаких эмоций. - Рыжий, Рыжий, - лепетал Малыш, чувствуя, как дрожат ноги. - Не злись! - Сложно ответить? - рявкнул Рыжий, обернувшись на него.  Малыш часто дышал, дёргая глазами то на брата, то на улицу за перилами балкона. Кишки скручивало в узел, горло не пропускало воздух. Он опустился на корточки и рванул себя за волосы, уставившись в пол. - Это правда любовь? - тихий хриплый голос резанул воздух. Малыш поднял голову. Рыжий, затушив сигарету, сел перед ним и мягко взял за подбородок. Малыш дрожал всем телом, опираясь рукой на стену. - Что? - прошептал он одними губами. - Что да что. У вас любовь? Ты его любишь? - синие глаза пронзительно глядели в рыжие. Малыш ощущал, как проваливается на этаж ниже, а потом ещё ниже, и, наконец, в ад, и молчал. - А он тебя тоже? В глазах Малыша налились слёзы и покатились по лицу. Он водил вверх-вниз сжатыми губами. - Вот пиздец! - с чувством произнес Рыжий, отпустил подбородок Малыша и поднялся.- Я конечно слышал, что такое бывает, но не ожидал, что столкнусь с этим совсем рядом, - он опёрся локтями о перила и уставился вниз. - Так, пошли в дом, - бросил он, протянув руку. Малыш утёр слёзы, с опаской протянул свою и встал. Вернувшись в комнату, Рыжий усадил его на диван и открыл холодильник. - Это чё? - он изумлённо разглядывал заполненные продуктами полки. - Когда успел? - Это… отец…, - сдавленно ответил Малыш. - Ладно, потом, - Рыжий выудил две бутылки пива, отвинтил крышки, протянул одну бутылку Малышу, сел рядом и сделал большой глоток. Малыш последовал его примеру и осушил половину. - Я так понимаю, говорить ты не хочешь. Ну, тогда буду говорить я. Я ещё в кино заметил, какой Джонни чудной. Между вами явно что-то произошло. Его так трепало, когда ты исчез, только слепой бы не заметил. И на бабочек на этих вы ходили, никому не сказав, как преступники. И ночевали вместе, когда старый господин угощал вас завтраком. Ночевали! - Рыжий шумно втянул носом воздух и сделал ещё один глоток. - Вы, пацаны, случайно той ночью… Рыжий не успел договорить вопрос, как Малыш захлопнул ему рот ладонью. - Ммм? - Рыжий недовольно вертел головой, но горящий взгляд мокрых глаз брата заставил его замолчать. - Пре-кра-ти, - с усилием вымолвил Малыш.  Рыжий захлопал глазами и кивнул. Малыш медленно убрал руку, наблюдая за лицом Рыжего. Удивительно, но злости на нём не просматривалось, лишь интерес. Братья смотрели друг на друга, не издавая ни звука. - Ну скажи что-нибудь! - не удержался Рыжий. - Я ведь прав во всём? Меня сейчас разорвёт! - он допил бутылку и поставил на пол. Малыш допил свою и поставил рядом. Глубоко вздохнув, он медленно кивнул головой. - Охуеть можно! - Рыжий хлопнул себя по коленям. - А как это вообще возможно, если у вас у обоих… - Да заткнись! - крикнул Малыш, стукнув кулаком по подлокотнику и вскинул взгляд на брата. Тот улыбался, разинув рот, и подёргивал плечами. - Как? - шёпотом спросил он, медленно отводя глаза в сторону и что-то воображая. - Я тебя прошу.. нет, блять, я тебя умоляю, - с жаром обратился Малыш, вцепившись в руку Рыжего. - Все секреты мира расскажу, но про это не спрашивай! - Почему? - Не знаю я! Просто не спрашивай! Я не смогу тебе ответить. Я сам ничего не понимаю. - А вчера в спальне, - Рыжий прикрыл рот рукой, повернув голову к двери. - То-то я думал, чего это ты бельё перестилаешь средь бела дня! - Завались! - Малыш вскочил, сжимая кулаки. - Я щас втащу тебе, клянусь! - Да ладно, - хохотнул Рыжий. - Чё ты разнервничался? - Щас пойду вообще с балкона выпрыгну нахер, - Малыш в отчаянии опустился обратно на диван, сминая пальцами обивку. - Почему? Вы так мило ворковали по телефону, ты выглядел весьма довольным! - Это секрет! Какой ты дебил! Никто не должен знать! - Даже я?  - Рыжий удивлённо выпятил нижнюю губу. - Никто! У тебя есть секрет? Вот представь, что его кто-то узнал! Как бы ты себя чувствовал? - У меня нет секретов. - Есть-есть, - расходился Малыш. - Отродясь не было, - моргнул Рыжий. - А то, что ты в Эмму втрескался по уши? - Чего? - остолбенел Рыжий. - Думаешь, я не заметил? - Блять, - выдохнул Рыжий и отвёл взгляд. Его уши наливались малиновым цветом. - И давно заметил? - С первой вечеринки. Ты дрочил на неё за шторой. - Ну нихуя ж себе! - Рыжий вскочил с дивана. - Никто же не видел! - Никто, - успокаивающе произнес Малыш. - Только я и… Джонни. - Пиздец! - Рыжий метался по кухне и вдруг присел перед Малышом. - Не рассказывай никому! Особенно Эмме. Она же не видела? - Не видела. Мы никому не рассказали, не переживай. - Капец, а не день! - Рыжий снова открыл холодильник и достал пиво. - Последняя. Будешь? - Буду! - Малыш подошёл к нему, отобрал бутылку, сделал несколько глотков и вернул. - Допивай. Рыжий покрутил бутылку в руке и поставил на столешницу. - А всё же? Когда у вас это началось? - Никогда! - Кто первым признался? О, я даже знаю ответ! По-любому, это был ты! - А вот ни хера подобного! - Малыш замер, переслушивая в голове собственные слова. - Да ладно! Джонни? Этот аутист за всю жизнь ни одной эмоции не проявил, честное слово! И признался первым? - И первым, и последним, и вообще нахер иди! Все нахер идите! Не могу больше! Малыш быстрым шагом ушел в спальню и кинулся на кровать лицом в подушку. Рыжий, посмеиваясь, стоял на кухне, не спеша допивая пиво. - Капец, а не день, - крякнул он бутылке. Малыш лежал ничком, вдыхая и выдыхая в подушку. Сумбур противоречивых мыслей мешал додумать каждую из них до конца. Ему было одновременно и страшно, и легко. Легко - оттого, что Рыжий ничуть не разозлился.  «Только чересчур заинтересовался, черт бы его побрал!» - подумал Малыш и стукнул кулаком по кровати. Почему ему было страшно, он понять не мог. Наверное, его ещё не отпустил тот первоначальный ужас, когда он ожидал иной реакции. Рыжий вполне мог осудить Малыша, отстраниться, презирать, ненавидеть. Но нет, ничего из этого не было. Или же страх обуревал не из-за Рыжего, а из-за самого Малыша? Что он делает, что на самом деле чувствует, чего хочет дальше? А чего хочет Джонни? Что вообще происходит? Уже ничего и никогда не будет как раньше. - Будь ты проклят,  - промычал он в подушку. - Кто? Я? - Рыжий нарисовался в дверях, жуя сделанный на скорую руку сэндвич. - Отличная ветчина! У дядьки всегда нюх на качественные продукты. Малыш с неохотой вынырнул из пучины самобичевания и повернул голову на голос. - Будешь? - Рыжий протянул ему надкушенный сэндвич. - Я бы предложил даже купить ещё выпить, но у тебя завтра консультация. - Да я бы и сам предложил выпить, - Малыш поднялся на кровати, принимая угощение.  Сделав пару укусов, он вернул еду брату и покивал головой, соглашаясь с высокими вкусовыми качествами ветчины.  - Но, пожалуй, и правда воздержусь, - продолжил Малыш. - Вот сдам все экзамены и налакаюсь в самые сопли. - Да будет тебе. У тебя вообще всё в порядке. Это мне надо налакаться. Ты ни одного страшного секрета сегодня не узнал, а я целых два, - посмеивался Рыжий, запихивая в рот остатки сэндвича. - А второй какой? - Ну, какой… Что вы знаете про Эмму. Я думал, что хорошо шифруюсь, честное слово. Ты не злишься на меня? - Не злюсь, - мягко улыбнулся Малыш. - Она, правда, может быть очень клёвой. - Удивительное дело. Я думал, что отлично всё скрываю, потому ты и не ревнуешь. Но ты весь на говно исходишь, когда возле Эммы крутится Джонни. А теперь всё ясно. Ты её вообще ни к кому не ревнуешь. Ты ревнуешь именно его. - Жопа твоя ревнует! - изумлённый Малыш хотел поспорить, но вдруг понял, что Рыжий чертовски прав. - Нахрен ты на завод попёрся, раз так в людях разбираешься? Шёл бы психологом или кем там. - А одно другому не мешает, - весело подмигнул Рыжий. - Будешь еще сэндвич? Малыш кивнул и встал с кровати. Братья прошли в кухню. - А ты? - ерзая на стуле, Малыш смотрел, как Рыжий нарезает хлеб, ветчину и овощи. - Ты на меня не злишься? - За что? Ты мне что-то дурное сделал? - Да не тебе. Вообще. Ну, мало ли, может быть, ты считаешь это… ненормальным? - Ну, нормой это точно не назовёшь, - вздохнул Рыжий, собирая сэндвичи. - Если, конечно, считать нормой то, как живут все остальные. Я просто был шокирован, и мне понадобилось время, чтобы собраться. Но злиться мне точно не на что. Причины как минимум две. Во-первых, у тебя чуть лицо не треснуло от счастья, когда ты прижимал к нему телефон. Да и Джонни говорил прекрасные вещи. Как там он тебя назвал? Милая бабочка? - Нежная, - поправил Малыш, хватая сэндвич и с аппетитом надкусывая. - Капец, а не день, - Рыжий тряс головой, вгрызаясь в свою еду. - Это настолько в точку, что я прям руку готов ему пожать. Ты у нас самый нежный, честное слово. - А во-вторых? - напомнил Малыш, решив не устраивать сцен, хотя ему и не нравилось, что все кругом убеждены в его слабости. - Что во-вторых? - Ну, ты сказал, что есть две причины не злиться на меня. - А! Ну конечно. Лично я вообще тут в выигрыше. Раз ты любишь Джонни, а не Эмму, значит отдашь её мне! - Я не говорил, что люблю его! - Ага, значит вторая часть моей фразы возражений не вызывает, отлично. - Однажды тебе точно хлебальник разобьют за длинный язык, - Малыш потряс пальцем в воздухе. - Я буду первым в очереди, вот увидишь. - Видали таких. Два года рукопашки, не забывай! Рыжий приподнял рукав футболки и поиграл мышцами, напоминая, что в старшей школе ходил в секцию рукопашного боя. Особых высот ему там добиться не удалось, но кулаками махать он мог неплохо. Наверное, оттого и был таким отчаянным. Покончив с сэндвичами, братья плюхнулись на диван и включили какой-то фильм. Скорее всего, это была середина, потому что сюжет развивался очень уж стремительно, но выглядело всё достаточно занятно, и искать начало никому не хотелось. На экране женщина с бритой головой, облачённая в военную форму, надирала задницы солдатам-мужчинам, виртуозно управляясь со всяческим холодным и огнестрельным оружием. - Во даёт, - усмехнулся Рыжий, когда она зубами выдернула чеку и кинула гранату с моста вниз на проезжающие грузовики. - Капец неуправляемая. И поди её выключи, такая сама кого хочешь выключит. Малыш вспомнил про Виктора, неуправляемую Лиззи и боязливо поёжился. - Виктора помнишь? Со мной учился. - Дохляк белобрысый? - Да. Его ночью такая же поколотила. В больнице валяется. - Да ну? - Рыжий с интересом развернулся к Малышу. - Так это про него сегодняшние новости? У нас в рабочем чате только про это и говорят. Проверок приедет тьма. Все станки и документы будут под микроскопом проверять. - А вы причём? Ерунда какая-то. Её же другой завод выпускал. Причём, по-моему, его уже даже нет давно, другой какой-то поглотил. Концов не найти. - Ну знаешь ли, перестраховаться не мешает. Женщин производят, чтобы они жизнь украшали, а не отбирали. - Тьфу ты! Он же живой! - Я знаю. Но что, если бы отец не пришёл утром домой? Сколько бы он так пролежал? - Да уж. Кошмар просто! Хорошо, что мы Эмму в ремонт отдали. - Не то слово. Я уже придумал, куда с ней ходить буду. В рукопашку запишемся. Пусть разминает свои суставы сколько её электронной душе угодно. - А это не опасно? Она ж машина. - Такую же машину подсунем. Найду секцию с полным сервисом. - Денег хватит? - У меня? Вряд ли. Но ты можешь опять у своего любовничка попросить, он же не откажет. - Щас точно огребёшь! - Малыш с силой двинул ему кулаком в плечо. - Больно! - Рыжий отодвинулся, обиженно потирая ушибленное место. - Ладно, молчу. Она все равно ещё не вернулась.  Фильм заканчивался, солдаты куда-то вели бритую женщину. Бросив её за решетку, они заперли дверь и ушли. На экране рассыпался фейерверк, все праздновали победу. Побежали титры и вдруг на мгновение прервались. Огромные горящие ненавистью глаза женщины обещали продолжение. - Вот змеюка! - Рыжий нажал кнопку выключения телевизора на пульте. Вставая с дивана, он охнул и снова схватился за плечо. - Охренеть ты мне двинул! Синяк будет! - И поделом, - проворчал Малыш, поднимаясь следом. - Я серьёзно, чувак. Оттого, что ты теперь всё знаешь, мне легче не стало. Я бы предпочёл, чтобы все вели себя как раньше. Мне же не сложно целый год делать вид, что я не в курсе твоих чувств к Эмме. И тебе не должно быть сложно. - Не сравнивай, знаешь ли. В моей истории замешан я один, а в вашей - целых двое. Это же вдвойне сложнее скрывать, честное слово! - Вот скрылся бы ты сейчас с глаз моих вдвойне, - Малыш устало потёр лицо. - Мне заниматься надо. - Не ворчи. Я пойду в «Глорию», посмотрю на эту вашу хвалёную Лиану. - Она же общественная! - Да мне всё равно. Я просто хочу выпить в тихом месте и привести мысли в порядок. Компании у меня нет, ты учишься, Джонни в Корее, коллегам завтра на работу. Так что потрепаться в баре со шлюхой - очень даже приемлемо. - Буйная головушка. Ты же пить не умеешь, завтра опять будешь целый день обниматься с санфаянсом. - Вот и прекрасно. Выблюю всю дурь. Доволен? - Вполне. Вали к своей Лиане. Рыжий пошёл в спальню и переоделся в светлые джинсы и ярко-синее худи с капюшоном. В прихожей он обернулся на Малыша. - Ты же никуда сегодня не пойдёшь? Кроссовки не нужны? - Не нужны. Проваливай уже. Пинка для скорости дать? - Себе дай. Иди учи свой тайский. Аньён соё! - Рыжий перепутал языки, к тому же исказив корейское прощание 안녕히 가세요 (кор. «до свидания»), и скрылся за дверью. Малыш уселся за письменный стол, раскрыл справочник по страноведению и задумался. Никто из окружающих его близких людей никогда не изучал ни тайский, ни корейский. И, всё же, каждый из них постоянно, хоть и не всегда в тему, вворачивал в разговор с Малышом те или иные слова и фразы. Было так приятно, что Малыш заулыбался, теребя страницу. Это вселяло надежду, что каждый из них внимательно относится к Малышу и желает на это указать. Что отец, коверкая корейское «алло», что вот сейчас Рыжий. Даже Джонни сегодня по видео кричал про любовь на корейском. Малыш довольно фыркнул себе под нос.  Ему очень хотелось сделать что-нибудь по-доброму хулиганское. Он взял стикер с посланием Джонни, покрутил его в руках и вдруг приклеил на лоб. Подошёл к зеркалу и осмотрев себя, ухмыльнулся. Взяв телефон, он включил камеру, обвёл ею свою голову и отправил получившееся видеосообщением Джонни. Через несколько минут телефон тренькнул, и Малыш открыл ответное видеосообщение. Джонни кусал рисовый шарик. За его спиной виднелось заднее окно машины. Видимо, он ехал из Инчхона в Сеул. - Спасибо! - жуя рис, кивал он. - Вторая часть тоже для меня? Малыш сдёрнул со лба записку, перечитал и чертыхнулся. «Приятного аппетита. Я тебя люблю. Посчитай, сколько минут прошло, и перечитай эту фразу ровно столько же раз». Он снова открыл камеру, помахал перед ней средним пальцем и отправил видеокружочек. В следующем видео от Джонни во весь экран моргал карий глаз, а голос шутливо вопрошал:  - Что это, не пойму? Чем машешь, бесстыдник? Малыш задохнулся, вспомнив изначальный смысл этого жеста. «Ну конечно! Чего ещё стоило ждать от этого похабника?». Малыш заблокировал телефон, постукивая пальцем по столу. Затем вновь разблокировал и полистал экран. Что-то неуловимо изменилось. Иконки приложений были в неправильном порядке. К тому же, их стало меньше на одну. Малыш совершенно точно знал, что на его экране двадцать восемь иконок. Сейчас их было двадцать семь. - Я что-то удалил? - непонимающе пробормотал Малыш. - Что и когда? И зачем? Вглядываясь в экран, Малыш водил глазами по приложениям. Вот банк, вот мессенджер, калькулятор, галерея, камера, телефонная книга. Корейский словарь, тайский словарь, читалка. Приложение для музыки, для видео, ссылка на личный кабинет студента. Погода, игры, маркет, приложения магазинов и маркетплейсов. Вроде бы, всё на месте. Непонятно. Малыш поставил телефон заряжаться, а сам отправился на балкон. Зажёг сигарету, отметил, что пачка заканчивается. Сделал пару затяжек и остолбенел.  Кинув сигарету в пепельницу, он ринулся в спальню, дрожащей рукой поднял с тумбочки телефон и проверил иконки. Точно. Не хватало лишь одного приложения. Приложения «Эмма». - Чё за херня? - прошептал Малыш. Он открыл маркет и набрал название в поисковике. Высветились какие-то детские игры. Заводского приложения не было даже в маркете. Малыш сел на кровать, обновляя экран. Вдруг он ошибся, или зрение подвело. Но, совершенно точно, этого приложения не было.  Он ввёл адрес сайта завода. Страница пестрела новостями и зазывала ознакомиться с каталогом. Малыш открыл каталог и нашел страничку модели Эммы, обозревавшей характеристики. В блоке статистики значилось, что в эксплуатацию отправлено четыре экземпляра, все в разных странах. Ничего не изменилось с момента её покупки, не прибавилось и не убавилось. Малыш нажал на стрелку, возвращающую назад к основной странице. Экран вывел сообщение, что сайт недоступен. Малыш несколько раз обновил страницу, но ничего не происходило. - Сайт упал? Куда обратиться, Малыш не знал, сайт не работает, приложения нет. Из всех знакомых, которые могли хоть что-то понимать, он мог назвать только Джонни и Рыжего, которые работали на подобном заводе. Один уехал пить, второй за границей. Отличный расклад. Почувствовав страшную усталость, он вытянулся на кровати и накрыл ладонями лицо.