Сорочий мост

— Господин Таэян, — просипел демон, выкатив глаза так, что они едва не выпали из глазниц. Он несколько раз низко поклонился — зеленоватые космы моментально измазались в грязи. Хэн Сюйзао поймал взгляд Ру Синьи, который, мигом сделав крайне изумленное выражение лица, развел руками и некрасиво скривил губы, демонстрируя полное непонимание происходящего. Кажется, нападать на них передумали, что точно было на руку. Хэн Сюйзао совершенно не хотел заниматься пустыми разборками, особенно сейчас, когда Вэй Фан валялся под деревом — о том, что он жив, говорили только нахмуренные брови и изредка срывавшиеся с губ хриплые стоны.  Атмосфера в лесу явно была враждебной: между деревьями шныряли тени, раздавались рычание и хрипы, в нос забивался противный запах серы и гнили. Он даже будто ощущался во рту. Хэн Сюйзао поспешно сплюнул себе под ноги и сразу же утер губы рукавом. Гиблое место. — Господин Таэян! — плаксиво повторил демон. Он упал на колени и пополз к Ру Синьи, который поспешно сделал несколько шагов назад, продолжая кривиться. Лицо демона исказилось от отчаяния. Так могли смотреть только дети, от которых отказываются родители. Создавалось впечатление, что он готов был расплакаться. Остальные демоны подхватили настроение и печально заскулили. Кто-то, как и он, упал на колени и пополз ближе к Ру Синьи. — Простите, господин Таэян! Простите! — причитали они. — Что здесь происходит? — шепотом спросил Хэн Сюйзао. — Господин Таэян! Умоляем! Господин Таэян! — заголосили со всех сторон еще громче. Демоны сползались к ним — уродливые, кривые и косые. Их было так много, что они мигом заполонили поляну. Теперь их было не меньше пятидесяти, целое полчище стенавших пугающих созданий, которым место в ночных кошмарах. Хэн Сюйзао пришлось отойти назад, чтобы закрыть собой Вэй Фана — не хватало еще, чтобы в суматохе кто-нибудь попытался отгрызть ему ногу. Только существо со светящимся лицом продолжало стоять, не говоря ни слова. Оно по праву могло считать самым красивым и человечным в сравнении с остальными. — Почему вы не смотрите на нас? Почему не признаете? Господин Таэян! Ру Синьи покосился на Хэн Сюйзао, нахмурился и топнул ногой. — Пойдите прочь! Стоны и рыдания стали громче. Демоны отшатнулись, хватаясь кто за голову, кто за грудь, а некоторые, особо смелые, продолжали тянуть руки, чтобы коснуться ног Ру Синьи. — Перестань, они не уймутся, — среди демонического гомона голос Вэй Фана звучал совсем тихо, Хэн Сюйзао сперва даже его не узнал, а когда наконец-то расслышал сказанное, с тревогой обернулся. Вэй Фан валялся у узловатого клена, его тело опутывали цветущие лианы. Вид его, пока он отдирал от себя растения, казался отчего-то сердитым, но совершенно не удивленным. Взгляд светлых глаз был прикован к Ру Синьи. — Твое упрямство приносит лишние проблемы. Хэн Сюйзао посмотрел на Ру Синьи и успел заметить, что тени от листвы легли на его лицо так, будто он находился под водной гладью, которая пошла рябью. Несколько мгновений лицо это выражало исключительно отвращение и испуг, но потом разгладилось. — Да что ж такое? — пробормотал Ру Синьи, запрокинув голову. Он провел ладонью по лицу, как будто смертельно устал от всего происходящего. Лес, до этого стенавший и умоляющий, испустил тихий вздох. Демоны замерли, пригнувшись к земле и во всю пялясь на человека, который... Преображался? Хэн Сюйзао хотел было протереть глаза, чтобы убедиться, что это не очередная иллюзия. Лицо Ру Синьи стало бледнее, чем было, а волосы наоборот начали казаться еще ярче. Даже серьги в его ушах, свисающие каплями до середины шеи, будто засияли внутренним пламенем. Когда он опустил голову, стало видно, что преобразились и его глаза — теперь в них, светло-медовых, плясали огненные всполохи. — Что происходит? — одними губами спросил Хэн Сюйзао. — Явление Солнечного демона, а так, в общем-то, ничего особенного, — будничным тоном доложил Вэй Фан. — Древнего шестисотлетнего демона, подмявшего под себя большую часть мира духов. Это что, не та часть твоей жизни, о которой ты готов рассказать лучшему другу, А-Ру? — Заткнись, — посоветовал Ру Синьи, бросив на Вэй Фана спокойный взгляд, после чего посмотрел на Хэн Сюйзао. — Позже я обо всем тебе расскажу. Но это может подождать. Пока у нас есть более важные дела. Хэн Сюйзао был, в принципе, согласен. Если все двадцать лет, что они были знакомы, не нашлось минутки на чистосердечное признание, что за тобой на коленях ползают демоны, называя своим господином, то ничего страшного, если придется подождать еще пару часиков. Не то, чтобы это могло сыграть какую-то роль. К тому же, Хэн Сюйзао не был уверен, что сейчас воспримет открывшуюся правду адекватно — в данный момент его, например, тошнило от болотной воды, поэтому то, что Ру Синьи, все же сжалившись над своими подданными, теперь гладил по щеке демоницу, у которой на затылке не хватало куска черепа, не способствовало хорошему самочувствию. Вэй Фан, пользуясь случаем, пару раз глумливо хихикнул, а потом и вовсе расхохотался. — Вот она какая — дружба на века! — простонал он с земли. — Да, господин Таэян? О такой дружбе только и мечтать! Лицо Ру Синьи перекосило, казалось, он едва сдерживается, чтобы не пнуть развеселившегося Вэй Фана. А Хэн Сюйзао начал сомневаться в рассудке их нового знакомого. Ничего смешного в происходящем он не находил, хотя мог предположить, что это простая истерика. В конце концов, ситуация действительно была за гранью нормальности. Вэй Фан был тяжело ранен, его тащили через весь лес, а сейчас, когда они чудом пережили нападение демонов, призраков и еще неизвестно кого, оказалось, что рядом с ними всегда был тот, кто мог все это остановить. — Хорошо, теперь, когда нас больше не пытаются прикончить, мы можем спокойно добраться до Хуашань, — сказал Хэн Сюйзао, пытаясь делать вид, что все в порядке. — Нет, — Ру Синьи качнул головой. Другой, будь он на месте Хэн Сюйзао, напрягся бы. Когда демон, которого зовут господином и поклоняются, облизывая сапоги, говорит, что спокойно добраться не получится, впору начать задумываться о подготовленных им кознях. Этот лес мог быть ловушкой, в которую их заманивали. Но кто вообще будет заманивать другого человека в течение двадцати лет? Возможностей убить Хэн Сюйзао у Ру Синьи было больше, чем листьев на каждом из деревьев этого леса. Они даже спали в одном доме, а что может быть проще, чем прикончить спящего человека? Конечно, Ру Синьи мог нацелиться и на Вэй Фана, но и это казалось абсурдом: тогда он бы не стал прикладывать усилия, чтобы вывезти его из охваченной призраками деревни. Все козни, которые можно было представить, теряли смысл, потому что не имели под собой твердой почвы из обоснованных причин. — Почему? — спросил Хэн Сюйзао. — На горе может быть опасней, чем здесь, — Ру Синьи пожал плечами. — Я отведу вас в спокойное место. Нужно хотя бы дождаться, пока заживут раны, а после думать, что делать дальше. Хэн Сюйзао невольно посмотрел на Вэй Фана. Рана снова открылась, нижние одежды пропитались кровью. Лицо казалось бледным, как у мертвеца, а лоб покрыла испарина. Даже волосы с запутавшимися в них ветками и листьями сейчас были влажными. Сомнительно, что человек в таком состоянии в принципе может идти самостоятельно. — Идем, — Ру Синьи качнул головой в сторону. — В болото? — уточнил Хэн Сюйзао. Он сразу же покосился на нежно улыбнувшееся существо. — Шань Лэ откроет для нас безопасный путь. Не бойся его, он не вредит людям. — Я именно так и подумал, когда он затащил меня на дно. Очень добродушный парень. Ру Синьи цокнул языком и осуждающе посмотрел на Шань Лэ. Существо продолжало улыбаться и молчать. — Убери дурман, ты перестарался, — голос Ру Синьи звучал непривычно твердо и строго. Шань Лэ вздохнул. Он приблизился к хохочущему Вэй Фану, коснулся пальцем его лба. Хэн Сюйзао дернулся, чтобы его остановить, но это не потребовалось. Смех прекратился. Вэй Фан обмяк. — Что он?.. — Не переживай, паразит без сознания. Так даже лучше, хотя бы обойдемся без его комментариев. За мной. Шань Лэ подхватил бессознательного Вэй Фана, будто тот ничего не весил. Хэн Сюйзао пошел за Ру Синьи, постоянно оглядываясь на процессию — все демоны шли за ними, возбужденно перешептываясь и иногда издавая радостные визги. — Закрой глаза, — посоветовал Ру Синьи. Хэн Сюйзао, порядком уставший от многочисленных событий и странных поворотов его жизни, не послушался. Еще, чего доброго, опять угодит во что-нибудь, что невозможно будет описать нормальными словами! Хотя сейчас, когда они возглавляли демоническое шествие, создавалось впечатление, что ничего более удивительного произойти уже не сможет. Он ошибался. Стоило Ру Синьи провести ладонью перед широким старым каштаном, как дерево будто вздохнуло и начало приподниматься. Его корни выступили над землей, создавая арку, внутри которой клубилась тьма. Иногда по ней проходила рябь, как это бывает в особенно знойные дни. Хэн Сюйзао смотрел перед собой, прекрасно понимая, что нужно идти вперед, но не мог сделать ни шагу. На плечо легла теплая ладонь. Ру Синьи, посмотрев на него, ободряюще улыбнулся, после чего, не убирая руки, шагнул вперед и потянул за собой Хэн Сюйзао. Мгновение — и тишина леса сменилась шумом оживленного города. Хэн Сюйзао, все-таки зажмурившийся, когда шагнул во тьму, несмело открыл глаза. Они стояли на улице, заставленной всевозможными лавками и телегами. Тут и там шкворчала готовившаяся прямо на улице еда, пахло жареным мясом и рыбой. Было очень светло: десятки фонарей висели над прилавками, болтались на веревках, протянутых между тесно жмущимися друг к другу домами. Веселое оживление, несмотря на поздний час, не стихало, вот только сновали по улице не люди, а демоны. Даже продавцы не были людьми, но все они, как и смертные, нахваливали свои товары и зазывали покупателей. Дома и лавки украшали колокольчики и развешанные повсюду ленты. Кто-то толкнул Хэн Сюйзао в локоть, и когда он глянул на незадачливого путника, увидел недовольное свиное рыло. — Мальчик, хочешь попробовать морепродукты? — спросил выглянувший из ближайшей бочки карп. Свинорылый демон радостно хрюкнул и засеменил к лавке. Ру Синьи взял Хэн Сюйзао под руку и спокойно повел дальше. У него получалось ловко лавировать в потоке демонов, а те, если замечали, кто идет перед ними, бросали все дела и низко кланялись. — Голоден? — поинтересовался он будничным тоном. Хэн Сюйзао ни в чем не был уверен. Голод не ощущался, не было даже усталости. Вроде бы он чувствовал, как на коже и волосах застывает грязь, прекрасно осознавал собственное тело, но чем больше смотрел на ночной город, тем сильнее сомневался в реальности происходящего. — Это очередная иллюзия? — спросил он. — Нет. Засомневавшись, Хэн Сюйзао покачал головой. Даже если она, никто в этом не признается. Возможно, Шань Лэ все-таки добрался до него и погрузил в эти странные сны, в которых все знакомые люди обретали иные личности. В прошлые разы мастер иллюзий не стремился продемонстрировать свое присутствие, сейчас же все было немного иначе. Хэн Сюйзао даже обернулся, увидел, что Шань Лэ шел позади, но это не убедило в правдивости того, что сейчас происходило. Оставалось только разрушить иллюзию. Хэн Сюйзао, прицелившись, ткнул пальцем в рану на ладони и скривился от боли. Ночной город никуда не исчез, Ру Синьи так и остался величественным, только разве что удивился, а потом сочувственно улыбнулся. — Тебе нужно отдохнуть. Скоро мы будем на месте. Длинная улица, сияющая огнями, обрывалась у высоких ворот с золоченой табличкой «Великий градоправитель господин Таэян». Они вошли внутрь огромного двора. Впереди возвышался дворец — высокий, красно-золотой, с темными окнами и резными дверями. Яблоневый сад, раскинувшийся перед дворцом, отвечал перезвоном на каждое дуновение ветра: на ветки были повязаны ленты и колокольчики. Шань Лэ вошел вместе с ними, а остальные демоны остались снаружи, за воротами, так и не решившись ступить на территорию своего правителя. — Я провожу тебя к покоям, — сказал Ру Синьи. Хэн Сюйзао, смирившись, безропотно согласился. Он дернулся только тогда, когда увидел, что Вэй Фана уносят в противоположную сторону. — Не беспокойся, тут безопасно. С ним никто ничего не сделает, пока ты будешь отдыхать. — А когда не буду? — не сдержавшись, уточнил Хэн Сюйзао. — И тогда ничего не сделают. Ты что, мне не веришь? На вопрос оставалось только красноречиво приподнять брови. После сегодняшнего открытия вера в друга сильно пошатнулась. — У меня очень много вопросов, — признался Хэн Сюйзао. Ру Синьи чуть нахмурился, после чего кивнул: — Хорошо. Приведи себя в порядок, а я распоряжусь, чтобы нам подали еду. Поговорим за ужином.

***

В обеденный зал Хэн Сюйзао вошел, когда в его покоях сгорело три палочки благовоний. За это время он успел порядком настрадаться. В его планы входило спокойно помыться и обработать раны, ничего более. Ру Синьи обеспечил Хэн Сюйзао комнатой, которая была в два раза больше их лачуги, а прямо из покоев вела дверь, ведущая в купальню. Таких мест раньше видеть не доводилось. Огромная, с резными деревянными колоннами и каменным полом, она хранила глубокий бассейн, настолько большой, что в нем можно было беспрепятственно проплыть круг и устать. От воды исходил ароматный пар. Он разделся и опустился в воду раньше, чем проверил, что поблизости никого нет, поэтому, стоило ему услышать смешки и тихий шепот, напрягся. Расслабился Хэн Сюйзао еще быстрее, чем насторожился: из-за широкой колонны выглядывали девушки потрясающей красоты. Они смущались, прикрывали лица широкими рукавами, отворачивались, но неизменно поворачивались обратно, чтобы обласкать взглядами его обнаженное тело. — Господину требуется помощь? — уточнила самая смелая. Хэн Сюйзао готов был согласиться. Почему бы и нет? Четыре красавицы, увлеченные его видом, были достойной платой за очень тяжелый день. Он успел открыть рот, чтобы сказать какой-нибудь комплимент, что-нибудь в стиле Ру Синьи, но в этот момент девушки выползли и приблизились к бассейну. Вместо ног у них были змеиные хвосты. Где они начинались, видно не было — одежды красавиц закрывали большую часть специфического тела, но даже так их змеиная сущность бросалась в глаза. — Я… э… откажусь, — пробормотал Хэн Сюйзао и выдавил вежливую улыбку. Теперь девушки казались ему не предметом вожделения, а очередной опасностью. Они весело захихикали. Хэн Сюйзао вспоминал эти улыбочки, когда медленно усаживался на подушки, лежавшие на деревянной скамье, и вытягивал больную ногу. — У тебя что-то на шее, — Ру Синьи ткнул себя пальцем под подбородок. — Да что ты? — язвительно спросил Хэн Сюйзао. — А я-то и не заметил. Как тебе пришло в голову отправить ко мне женщин-змей? — А, так это они тебя… Я попросил их помочь тебе помыться и обработать раны. — Подозреваю, что они не поняли твоей просьбы и решили, что меня нужно совратить. Глаза Ру Синьи зажглись любопытством. Все время, что они находились в этом городе, он не был похож сам на себя, и сейчас преображение из владыки демонов в дурачливого юнца казалось не менее чудесным, чем змеиные хвосты тех красавиц. — И как? У них получилось? Хэн Сюйзао скривил лицо, а Ру Синьи разразился смехом. — Время идет, а ты все не меняешься! — Не всем же быть такими мастерами перевоплощений, как ты. Смех стал натужным, а через несколько мгновений и вовсе стих. Ру Синьи отвел взгляд и указал рукой на стол. — Ешь. При виде яств голод вернулся, но в голове вертелась мысль, что в подземном мире есть нельзя. В историях, которые он слышал, любой человек, попробовавший еду в преисподней, оставался там навечно, даже если спустился туда по собственной воле и ради каких-то целей. Поэтому он сложил руки на коленях и только окинул блюда на золоченых тарелках жадным взглядом. — Предпочту разговаривать до того, как набью живот, — нашелся он. — Да не бойся ты. Этим местом правлю я, и я не заинтересован в том, чтобы сделать тебя его рабом. Ешь, — Ру Синьи быстро разгадал причину голодовки. — Здесь все то, что тебе нравится. Хэн Сюйзао еще некоторое время сомневался, но от вида запеченой птицы у него свело живот, и он сдался. В зал никто не входил. Горели благовония, наполняя помещение тонким древесным ароматом, изредка звенели развешанные на окнах колокольчики. Этот дворец был в десятки раз роскошней поместья Юэйлян, и Хэн Сюйзао не мог представить, насколько, должно быть, сложно было разменять такое богатство на их скромное покосившееся жилище. — Что у тебя за тяга к нищей жизни? — поинтересовался он, решив совместить приятное с полезным и вести разговор за едой. Ру Синьи удивленно поднял брови и огляделся. Стены разве что золотом расписаны не были, в остальном же весь дворец буквально кричал о богатстве своего владельца. — Имея дворец, ты жил в деревне, собирал лотосы и спал на соломенной подстилке. Удивительная жажда к приключениям, — пояснил Хэн Сюйзао. — Ты знаешь, это действительно было похоже на интересное приключение. Приятное разнообразие после всех насущных дел. Да и сколько я так развлекался, двадцать лет? Это ерунда в сравнении с тем, сколько я прожил. Он улыбнулся, после чего добавил: — У меня тоже есть вопросы. Хэн Сюйзао внимательно посмотрел на него, и Ру Синьи продолжил: — Почему ты так спокойно ко всему отнесся? На губах Хэн Сюйзао появилась улыбка. Он положил палочки, которыми так и не успел подхватить очередной кусок свинины в остром соусе, повернулся корпусом к Ру Синьи. Взгляд его сощуренных глаз, несмотря на улыбку на губах, был тяжелым и мрачным. — Ну нет, меня не купить красотками, богатой комнатой и ужином. Ты думаешь, что я так просто ко всему отношусь? Да я вообще не знаю, что и думать. Человек, которого я знал всю жизнь, оказался демоном с целым полчищем такими же, как он, за спиной, живет во дворце и отдает темным тварям приказы. Позволил призракам, которых, очевидно, мог с легкостью остановить, уничтожить целую деревню, разбрестись по округе и творить боги знают что. Кто ты такой? Я злюсь на своего друга Ру Синьи, а тебя я вообще не знаю. Поэтому я еще не решил, что с тобой сделать. Возможно, поколочу, когда все доем. Ру Синьи нервно хохотнул, а Хэн Сюйзао, раздраженно нахмурившись, ударил его кулаком в плечо, заставив изумленно охнуть. — Поэтому тут только я задаю вопросы, а ты отвечаешь. Он был обижен и раздосадован, но пытался этого не показывать. Сейчас усталость брала свое, скрадывая большую часть эмоций, и Хэн Сюйзао был уверен, что, когда отдохнет, будет вынужден переваривать все навалившееся на него не меньше нескольких дней. Поэтому пока была возможность, ему хотелось хоть немного облегчить свою будущую участь и узнать как можно больше. — Так как ты допустил уничтожение деревни? Ру Синьи перестал тереть плечо и выпрямил спину. — Призраки мне не подчиняются. На этом свете не существует никого с неограниченной властью, и я не исключение. Если бы я попытался что-то сделать, ситуация могла стать хуже, поэтому я оставил все на Юэйлян, а тебя повел в безопасное место. — Безопасное. Ты мог сразу привести меня сюда, а не тащить раненого через лес. — Не мог. Как ты себе это вообще представляешь? Ты бы разве пошел за мной, скажи я, что отведу тебя в Вечный город? — Я сейчас здесь. Сам скажи, пошел бы я за тобой? Ру Синьи удрученно замолчал. Он опустил голову, рассматривая собственные колени. Хэн Сюйзао его действительно не понимал. Что бы изменилось, окажись они здесь раньше? Многое, наверное. На них бы, как минимум, не напали те демоны, его бы не отправили в иллюзию, а Вэй Фан, возможно, сейчас не валялся бы без сознания. По-хорошему, Ру Синьи мог утащить их в Вечный город еще из дома, и тогда можно было бы избежать многих ран и потрясений. Пытаясь справиться с накатившим раздражением, он перевел взгляд на окно, вздрогнул и тут же зашипел от боли в потревоженной ноге. На подоконнике, загораживая сад, сидел Шань Лэ, хотя всего минуту назад его там не было. Взгляд, остановившийся и ничего не выражающий, буравил в Хэн Сюйзао дыру. — Как он сюда пробрался? Ру Синьи посмотрел на демона и отмахнулся. — Не обращай внимания, он безобидный. — Этот безобидный хотел меня прикончить! Ру Синьи проигнорировал его возмущение и приглашающе мотнул головой: — Шань Лэ, не стой там. Иди за стол. Хэн Сюйзао был готов терпеть друга, но не это существо, и если бы Ру Синьи не придержал его за локоть, точно поднялся бы с места. Шань Лэ устроился на полу, скрестив ноги, подтянул к себе яблоко и провел пальцами по кожуре. Сейчас он хотя бы смотрел на фрукт и почти не подавал признаков жизни, но даже это заставляло нервничать. — Шань Лэ не демон, а оскверненный дух яблони, — сказал Ру Синьи так, будто это могло избавить от напряжения. — Сначала он был заклинателем одной секты, но его убили, а на могиле посадили яблоню. Когда всю секту уничтожили, он поднялся, чтобы отомстить. Его пленили, прокляли, вернули назад в землю, чтобы он вечно страдал, а грудь пробили колышком, сделанным из той самой яблони. Не знаю, как он освободился, никто, должно быть, не знает. Я нашел его уже тогда, когда Шань Лэ убил всех причастных и потерял цель существования, но не мог упокоиться. — Очаровательная история взаимовыручки, — кисло выдавил Хэн Сюйзао. Все это ему ничего не дало, он, пожалуй, не хотел не только знать историю жизни Шань Лэ, но и видеть его самого. — Так как ты обзавелся всей свитой? И городом? Ру Синьи явно рассчитывал хотя бы немного оттянуть момент допроса, но, так этого и не добившись, растерялся и нервно потер щеку. — Этот город был мне дорог. В земном мире его уже нет, но я смог воссоздать его по памяти, поселил в него всех, кому не было места под солнцем. — И сам стал их солнцем, — негромко добавил отмалчивающийся до этого Шань Лэ. Его голос прозвучал иначе, чем был слышен в лесу, и Хэн Сюйзао не сразу понял, в чем дело. Дошло до него только тогда, когда он посмотрел на духа и увидел, что его губы шевелятся. — Господин Таэян не достоин злобы или осуждения, — сказал Шань Лэ, не отрывая взгляда от яблока. — Это я как-нибудь сам решу, — возразил Хэн Сюйзао и снова посмотрел на Ру Синьи. — То есть ты пережил гибель родного города, вернул его в таком виде, а людей, которые жили там, обратил в демонов? На лице Ру Синьи появилось изумление. — Это так очевидно? — Я просто ткнул наугад. Не сложно догадаться, зная твою сентиментальность. Этот, — он кивнул на Шань Лэ, — тоже оттуда? Ру Синьи покачал головой. Хэн Сюйзао же, напротив, кивнул. — Хорошо. Значит, ты раньше был человеком, а теперь стал демоном. Как это произошло? Возможно, было не слишком правильно спрашивать вот так, в лоб, но он не знал правила этикета демонического мира и, строго говоря, плевать на них хотел.  Ру Синьи всегда казался ему исключительно доброжелательным человеком, немного капризным, общительным и точно способным расположить к себе любого. Он даже создавал впечатление того, кто любит все человечество, поэтому представить, как тот, у кого была настолько большое и открытое сердце, стал демоном, не получалось. Ру Синьи провел ладонью по колену, разгладил складку на одежде. — До того, как я стал демоном, я был небожителем. Хэн Сюйзао устал настолько, что уже не мог чему-либо удивляться. Он понимающе замычал, будто ожидал чего-то такого. — Сначала я примкнул к одному заклинателю, долго с ним странствовал. Он вознесся раньше, чем я, поэтому совершенствоваться пришлось самостоятельно, но я добился успехов. Вознесся, некоторое время был небожителем, а потом обстоятельства сложились так, что мне пришлось покинуть небеса. Своих целей я так и не добился, поэтому в какой-то момент пришел к выводу, что если у меня не получилось быть хорошим богом, то я стану хорошим демоном. В последнее время все рассказывали Хэн Сюйзао очень краткие истории своей жизни. Сейчас из услышанного от Ру Синьи он вынес самое важное: были какие-то цели, ради которых стоило так рисковать. Возможно, дело было в этом городе, в котором они сейчас находились. Он продолжил есть, давая себе время сформулировать очередной вопрос, а другу — хорошенько поволноваться в ожидании. Хотелось хоть как-то отомстить за все пережитое. Хэн Сюйзао был довольно мелочным, чтобы пойти на такую простую пакость. Он дождался, когда Ру Синьи немного расслабит напряженные плечи, и только тогда снова подал голос: — Почему я? Шань Лэ поднял голову и уставился внимательным взглядом на Ру Синьи. Сейчас казалось, что он готов вмешаться, если получит команду. Похоже, вопрос был действительно сложным для господина Таэяна. Хэн Сюйзао постарался заглушить в своей душе мрачное удовлетворение. — Я бы хотел продолжить беседу во время прогулки, — осторожно, взвешивая каждое слово, произнес Ру Синьи. Это было на руку для исполнения маленькой мести: Хэн Сюйзао, изобразив лучезарную улыбку, продолжил уминать еду. — Не раньше, чем я съем все, что ты для меня наготовил, мой дорогой друг! Ру Синьи выдавил ответную улыбку и снова сник.

***

Идея с прогулкой была, очевидно, не самой хорошей, но Хэн Сюйзао ни разу не пожаловался. Он хромал, медленно прогуливаясь по вымощенным камнем дорожкам, наслаждался благоуханием сада и держался за подставленный локоть Ру Синьи. Иногда приходилось наваливаться всем весом, но никаких угрызений совести это не вызывало. — В том городе, в котором я жил во времена, пока был смертен, у меня было много друзей и знакомых. Это сейчас города разрастаются, количество домов становится неисчислимым. Раньше все было иначе. Я всех так или иначе знал, со всеми был знаком. И был там человек, с которым я рос с самого детства и знал так хорошо, как будто он был моим родным братом. Когда я увидел тебя, ты мне его напомнил. Хэн Сюйзао недоверчиво покосился на Ру Синьи и качнул головой: — Странно как-то получается. Ведь ты встретил меня в четырехлетнем возрасте. Неужели у тебя настолько хорошая память, что ты не забыл, каким твой друг был в детстве? И если уж в том городе все друг друга знали, то вряд ли он был таким же оборванцем, как я. — Ты прав, не был,  — Ру Синьи улыбнулся, явно находясь глубоко в собственных воспоминаниях. — Он рос в приличной семье, хорошо одевался и никогда не голодал. Но бывает, что видишь какого-то человека и понимаешь — он напоминает тебе другого, того, кого ты оставил в прошлой жизни. Так произошло и с тобой. Когда я только тебя увидел, ты попрошайничал. Я даже подал тебе несколько монет, а потом решил проследить, куда ты пойдешь. Ты забился в какую-то подворотню, считал деньги. Так радовался! Я хотел пройти мимо, но тогда на тебя напали другие мальчишки, избили и все отобрали. Хэн Сюйзао этого не помнил. Он мог предположить, что такое с ним случалось, потому что его детство нельзя было назвать счастливым, но те далекие годы уже давно стерлись из памяти. — Тогда мне стало тебя жаль, — продолжил Ру Синьи. — Ты с подозрением относился ко взрослым, поэтому я подумал, что, если накину на себя образ ребенка твоего возраста, будет проще расположить тебя к себе. Все равно было сложно, ты сначала был совершенно диким, я приручал тебя, как собаку. — Очень мило, — оценил Хэн Сюйзао. — Особенно мне нравится твое решение расти вместе со мной. Крайне самоотверженно. Но что-то мне подсказывает, что я все же предпочел жить во дворце, а не ползать в грязи. Тебе это не приходило в голову? Ру Синьи понимающе замычал и виновато улыбнулся: — Тогда мне показалось, что так будет лучше. Хэн Сюйзао, несмотря на его слова, представил себе другую жизнь. Вряд ли он отказался бы пойти с красивым богатым незнакомцем, особенно если тот проявил бы доброту. Он мог бы расти среди роскоши, получать хорошее образование и уже чего-то добиться к своим двадцати четырем годам. Сейчас же, после великолепной идеи Ру Синьи, у него не было ничего, кроме сомнительного жизненного опыта. Конечно, можно было думать и о том, что если бы не помощь демона, он бы наверняка умер, не дожив до юношества, но все равно было как-то обидно. — Не знаю, что сказать, — признался Хэн Сюйзао. — Это все кажется мне невероятным. Я всю жизнь прожил рядом с демоном, сам того не зная, и не получил от этого никакой пользы. — Ну почему же? — Ру Синьи казался уязвленным. — Я доставал нам еду, искал жилье. — И применял при этом свои демонические способности? — Нет, но… — То-то и оно. Выражение лица Ру Синьи было таким, что сразу стало понятно: он не видит в случившемся ничего плохого, а свое вмешательство в человеческую жизнь мнит самым настоящим благом. Хэн Сюйзао не стал его переубеждать, потому что даже не имел на это права. Он действительно во многом полагался на друга, будь тот человеком или демоном. — И ты за все эти годы не пожалел о том, что решил возиться с ребенком? — Нет. Чем больше я тебя узнавал, тем сильнее ты напоминал мне того друга. Мне даже начало казаться, что ты похож на него внешне. Теперь тоже так кажется. — Как его звали? — спросил Хэн Сюйзао, стараясь сохранить спокойное выражение лица. Он подозревал, что уже знает имя. Все в его голове складывалось в единую картинку, в которую у него не получалось поверить, и Хэн Сюйзао даже начинал подозревать, что попросту сошел с ума и навоображал себе небывальщину. Реакция Ру Синьи еще больше бередила душу: вместо ответа тот помолчал несколько мгновений, после чего улыбнулся: — Это уже не имеет никакого значения. — Имя друга, которого ты ищешь в других людях, не имеет значения? Какие-то странные у вас были отношения. — Не хочу, чтобы ты себя с ним сравнивал. — С этим ты и без меня справляешься. Признайся, ты ведь пытался вылепить из меня его подобие? Ру Синьи остановился и выдернул свою руку. Он всегда был эмоциональным, и сейчас, по тому, как сверкнули глаза и мгновенно покраснели щеки, стало понятно, насколько сильно его возмутил вопрос. — Я никогда не стремился сделать из тебя кого-то еще! Да, я видел в тебе образ другого человека, но это не значит, что я хотел мешать тебе жить твою собственную жизнь! Внешнее сходство не обязует тебя повторять его историю! Хэн Сюйзао примирительно поднял руку: — Хорошо-хорошо, я понял тебя. Еще раз сверкнув газами, Ру Синьи снова подставил локоть, а Хэн Сюйзао взялся за него, чтобы продолжить путь. Они шли молча, каждый думая о своем. В голове Хэн Сюйзао складывались частички головоломки, но дыр все еще оставалось слишком много, чтобы можно было утверждать, что он все понял. А что, если он не прав? Не удивительно будет запутаться в собственных предположениях. В голове все путалось, и Хэн Сюйзао, следуя желанию хоть как-то во всем разобраться, подгонял все под собственные ожидания. Они проходили между яблоневыми деревьями, иногда вдали показывалась гора или крыши домов и городских лавок. Сюда не доносился городской шум, как будто территория дворца была закрыта невидимым куполом, скрывающим посторонние звуки. Ру Синьи, явно желая заполнить тишину, решил рассказать про собственный город. Ничего увлекательного в этом не было, он просто перечислял бытовые проблемы, с которыми сталкивался градоправитель. Хэн Сюйзао слушал краем уха. Когда они повернули на очередной круг, он не выдержал: — Все это прекрасно, но... мы долго будем игнорировать мертвую лошадь? Ру Синьи повернул голову, на лице его отразилось изумление. Только после этого он глянул Хэн Сюйзао за плечо и понимающе хмыкнул. Пока они прогуливались, ведя житейские беседы, их преследовали. Огромная махина вышагивала за ними и пялилась белыми безжизненными глазами. Она выглядела холеной и ухоженной, серая шерсть лоснилась здоровьем, несмотря на то, что ее обладательница, очевидно, давно преставилась. — Это Росинка. Не обращай внимания, она просто любопытная. Имя показалось Хэн Сюйзао знакомым. Он покопался в голове, пытаясь припомнить, когда его слышал. Совсем недавно Вэй Фан рассказывал про свою любимицу, которую он нашел в лесу, и, если память не изменяла, назвал ее Росинкой. Ему в плечо ткнулся огромный нос. — Она не обидит, — тут же уверил Ру Синьи, заметив попытку увернуться. Некоторое время он, сложив руки за спиной, наблюдал за тем, как Хэн Сюйзао пятился, а Росинка продолжала его преследовать и нюхать. — По-моему, она хочет меня сожрать. — Ее не интересуют живые, она питается трупами. Хэн Сюйзао издал нервный смешок, вытянул руку и ухватил лошадь за морду. Она дернула ушами, но не стала сопротивляться, только фыркнула в ладонь. — Держись на расстоянии, — попросил он. — Она тебя не понимает, — деловито сообщил Ру Синьи. — Так скажи, чтобы она поняла! — Я не знаю лошадиный язык. Успокойся и расслабься. В этом месте тебе ничего не угрожает, если ты сам того не пожелаешь. — Как интересно это звучит! Ру Синьи погладил Росинку по шее, и лошадь обиженно фыркнула, покосившись белым глазом на Хэн Сюйзао. — Если ты узнал все, что хотел, тебе стоит отдохнуть, — сказал Ру Синьи. — Раны заживут быстрее, если ты позволишь себе поспать. — Я не могу знать, кто появится у моей кровати, когда я усну, поэтому предпочту бодрствовать, большое спасибо. Я бы вообще хотел оказаться в обычном городе с живыми людьми, а не там, где меня караулят женщины-змеи и преследует мертвая лошадь. — Для тебя нет места безопасней, чем мой дворец, — напомнил Ру Синьи. — Я могу выставить охрану, чтобы ты не переживал. Хэн Сюйзао сомневался, что охрана поможет ему успокоиться. Ему казалось, что все здесь жаждут его крови или, как эти змеи, тела. Он не ответил, снова попятился и задел ветвь яблони. — Что означают эти ленты? — он указал на висевшие на дереве тонкие куски ткани. — Вроде бы приносят удачу. На самом деле, это обычное украшение, — пожал плечами Ру Синьи. — Они были в твоем родном городе? — уточнил Хэн Сюйзао. Ру Синьи кивнул. — Мы пошли погулять по саду, чтобы я посмотрел на яблони с лентами и колокольчиками, потому что ты хотел показать мне особенности погибшего много столетий назад города, — продолжил Хэн Сюйзао.  — Я давно об этом мечтал, — Ру Синьи улыбнулся. — Ты мой друг, и мне хотелось рассказать о себе настоящем, но я боялся, что тебе будет сложно все это понять. Не мог придумать, как вообще завести такую беседу. Лошадь снова потянулась носом, но Хэн Сюйзао опять отошел на пару шагов в сторону. Ру Синьи, чтобы спасти его от навязчивого внимания, потянул животное за гриву и остановил. — Скажи, если назвать настоящее имя демона, что-нибудь произойдет? — поинтересовался Хэн Сюйзао. — Его имя можно использовать во время призыва, в остальном, насколько мне известно, ничего случиться не должно. Никакой власти, как считается среди людей, это не дает. Зачем ты спрашиваешь? — Интересно, что будет, если я назову тебя Лим Шиюном.