После того, как меня заставили выйти замуж за генерала Злой Звезды

Чжао Елань передал остальные покупки управляющему Цинь для организации и повел Сяо Гао в спальню. Он достал документ на дом и протянул ему: — Ты был со мной столько лет, и тебе пора завести семью. Возьми это право собственности и посмотри на дом, проверь, не нужно ли сделать какой-нибудь ремонт. Купи несколько новых вещей и найди девушку, которая тебе понравится. Сяо Гао посмотрел на документ о праве собственности, затем на него и быстро отступил на два шага назад: — Мой господин, чего я хочу, так это танхулу, а не документы на дом. — Я в курсе, — Чжао Елань сунул документ ему прямо за пояс и прошептал ему на ухо, — Ты вырос, и тебе пора иметь свое собственное место. Если ты действительно не можешь найти хорошее место для работы, тогда попроси своего дядю устроить это, и он найдет для тебя хорошую работу. — Мне не нужен мой дядя, — Сяо Гао поджал губы. — Господин, что случилось? Вы хотите избавиться от меня? Чжао Елань вздохнул, убеждая добрыми словами: — Разве ты не хочешь жениться и завести детей? — Не хочу, — без колебаний ответил Сяо Гао. — … — Если я женюсь и заведу детей, я стану сварливым стариком, как управляющий Цинь. Я просто хочу следовать за своим господином, — Сяо Гао внезапно спросил, — Мой господин, вы собираетесь умереть? — … — Когда мой отец умер, он был таким же, как вы сейчас! Не умирайте, я не хочу, чтобы вы умирали.... — когда Сяо Гао говорил, его глаза покраснели. — Хорошо, хорошо, я еще не умер и не собираюсь умирать, — успокоил его Чжао Елань, — Раз ты не хочешь жениться, тогда оставайся. — Хорошо! — Сяо Гао вытер слезы и энергично кивнул. Он внезапно остановился и снова начал поспешно вытирать слезы, — Генерал здесь. Чжао Елань выглянул наружу. Он увидел приближающуюся Янь Минтина и прошептал: — Никому не говори, о чем мы говорили сегодня. — Понял, — прежде чем Сяо Гао ушел, он нерешительно указал на танхулу в его руке. — Вы можете дать это мне? Как только Янь Минтин вошел в комнату, он увидел, как Чжао Елань отдает Сяо Гао последнюю палочку танхулу. Как раз в тот момент, когда он собирался заговорить, Сяо Гао развернулся со слезами на глазах и выбежал вместе с ней. Он несколько раз открывал рот и только через некоторое время спросил: — Что не так с Сяо Гао? — Он скучает по дому, — Чжао Елань неторопливо сел, затем вспомнил о купленной еде и встал, чтобы поискать что-нибудь поесть. — Я видел это, ты дал ему немного танхулу, — Янь Минтин последовал за ним и встал рядом, заметив, что он купил много деликатесов. До его дня рождения оставалось еще несколько дней, не боялся ли он, что все пропадёт зря? — Что? Ты тоже хочешь немного? — Чжао Елань достал "пьяных креветок Хуэйчунлоу*" и открыл бумажный пакет. Сразу же распространился их восхитительный аромат. [*живые креветки маринованы в спиртовом растворе, отсюда и название блюда.] — Да, я тоже тоскую по дому, — выпалил Янь Минтин. Чжао Елань бросил на него странный взгляд: — Как ты думаешь, где ты сейчас находишься? — О... Я имею в виду, я скучаю по своим родителям и брату. — Тогда ты хочешь съесть это? — спросил Чжао Елань, указывая на роскошное блюдо, которое он принес с собой. — Нет, я просто хочу танхулу. — В чем твоя проблема? — Чжао Елань открыл бумажный пакет рядом с собой. Внутри случайно оказалось несколько танхулу, и он отдал ему все. — Вот, возьми их. Удовлетворенный, Янь Минтин отошёл в сторону с танхулу и услышал, как Чжао Елань созывает всех слуг, чтобы разделить обильный ужин. Янь Минтин: “ ? ” В конце концов, поедая танхулу, Янь Минтин наблюдал, как слуги с таким удовольствием поедают рыбу и нарезанную курицу, и очень сожалел об этом. — Что с тобой сегодня? — Янь Минтин не мог удержаться от вопроса. — Я случайно купил слишком много, через некоторое время все это протухнет, поэтому лучше попросить всех прийти и попробовать, — сказал Чжао Елань. Янь Минтин неохотно принял это объяснение, но в течение следующих нескольких дней Чжао Елань вел себя странно. Он потратил целое состояние на покупку различных предметов для дома. Столы и стулья были заменены на высококачественное розовое дерево, деревянные ширмы заменены застекленными, сорняки во дворе были вырваны, забор курятника отремонтирован, а в пруд с рыбой было выброшено немного кои. Даже у Хуншао была своя очень большая клетка. Казалось, ему не терпелось отремонтировать особняк генерала. — Это неправильно, действительно неправильно, — стоя в фойе, Янь Минтин посмотрел на Чжао Еланя, который снова отправился за покупками, и слегка прищурился, спрашивая управляющего Цинь, стоявшего рядом с ним, — Что именно он пытается сделать? — Разве это не очевидно? — управляющий Цинь счастливо улыбнулся. — Мой господин, очевидно, готовится к вашему дню рождения, ах. Разве ремонт особняка не для того, чтобы вы могли жить комфортно? — Тогда зачем он накупил так много вещей? — Это поздравительные подарки для вас. В конце концов, он впервые празднует ваш день рождения. Он не может решиться, поэтому предпочитает покупать много, чтобы быть уверенным. Янь Минтин пришел к осознанию и кивнул: — По-прежнему дядя Цинь видит яснее всех. Управляющий Цинь с улыбкой погладил бороду. На мгновение оставшись довольным собой, он взял метлу и пошел убираться в особняке. — Кстати, дядя Цинь, иди приготовь комнату для гостей в западном крыле, — Янь Минтин вспомнил еще кое-что. — Для кого? — Я не знаю, будет она использована или нет, но сначала подготовь её. Вчера он получил письмо от Чжун Юэхун. Судя по расстоянию, она должна была вскоре прибыть на границу, так что это письмо было написано на почтовой станции по пути. В письме кратко упоминалось кое-что о ее путешествиях, а затем упоминалось, что она встретила Цзо Жан на почтовой станции. Цзо Жан одна ехала в столицу, заявив, что собирается разыскать Генерала. Она так спешила, что даже не нашла времени, чтобы сделать глоток воды, прежде чем снова отправиться в путь на полной скорости. Чжун Юэхун не могла разгадать ее цель, но знала, что что-то случилось, поэтому она поспешно написала письмо и отправила его в Пекин, чтобы заранее уведомить его. Если она путешествовала день и ночь, Цзо Жан должна была прибыть примерно в то же время, что и письмо. Что бы ни случилось, он узнает, когда увидит ее. Чжао Елань еще не вернулся, когда пришло время ужинать. Янь Минтин вышел за ворота и некоторое время осматривался, когда к нему подошел мужчина и спросил: — Извините, генерал Янь в резиденции? — Это я. — Кое-кто попросил меня передать вам это, — мужчина вручил ему письмо и убежал. Янь Минтин открыл письмо и увидел написанный на нем адрес. Он сложил письмо, прошел по уединенной тропинке и оказался на маленьком фермерском дворе. Согласно инструкциям в письме, он постучал в дверь пять раз подряд. Дверь открылась. Янь Минтин посмотрел на Сяо Гао, который открыл дверь, и спросил: — Что случилось? — Войдите, пожалуйста, — Сяо Гао жестом велел ему быстро входить, а затем остался дежурить у двери. Янь Минтин достал письмо, подошёл к человеку за столом и положил его перед ним: — Зачем ты приложил столько усилий, чтобы вызвать меня сюда? — Разве я не могу заставить тебя прийти без причины? — переспросил Чжао Елань. — Конечно, можешь, — Янь Минтин улыбнулся, сел рядом с ним и огляделся. В комнате горела только одна свеча, и было немного темно, поэтому ему пришлось немного отодвинуть стул в сторону, чтобы отчетливо видеть лицо Чжао Еланя. Чжао Елань с нейтральным выражением лица повернул голову в сторону, и Янь Минтин ухмыльнулся: — Я пришел сюда специально, чтобы встретиться с тобой, в чем дело? — Я хочу познакомить тебя с другом. — Друг? Кто это? Едва он задал этот вопрос, как в дверь снова раздались пять легких, но отчетливых ударов. Сяо Гао выглянул в окно, прежде чем открыть дверь. Янь Минтин подозрительно выглянул за дверь, но не смог разглядеть как следует. Когда вошёл другой человек, он указал на него, ошеломленный, и на долгое мгновение потерял дар речи. Новоприбывший, похоже, не ожидал его увидеть здесь и был ненадолго ошеломлен, прежде чем повернуться к Чжао Еланю и спросить: — Почему генерал здесь? — Все в порядке, заходи, — сказал Чжао Елань. — Да, — посетитель сдержал удивление, спокойно подошел и сел с другой стороны от него, так что он оказался лицом к лицу с Янь Минтином. Теперь, когда он мог ясно видеть его внешность, Янь Минтин не смог скрыть своего внутреннего изумления и побледнел от шока: — Кан Чуань?! — Генерал Янь, я давно хотел нанести визит, но так и не нашел возможности. Я не думал, что встречу вас здесь, — Кан Чуань слегка улыбнулся. Его речь и поведение были чем-то похожи на манеры Чжао Еланя. На первый взгляд, он был либо кем-то, находящимся под его влиянием, либо единомышленником. — Вы, вы двое... не в ссоре? — Янь Минтин был так потрясен, что долгое время не мог прийти в себя. Неудивительно, что он вообще об этом не подозревал. После своего возвращения в столицу он присутствовал на заседании суда, на котором Кан Чуань добивался импичмента Чжао Еланю. Он узнал от сотен чиновников, что у них часто возникали словесные споры в суде. Несмотря на то, что Чжао Елань переведен в Императорской академии, Кан Чуань время от времени неоднократно упоминал его и подвергал критике. Изначально он восхищался темпераментом Кан Чуаня, но из-за его оскорблений в адрес Чжао Еланя они так и не смогли стать друзьями. Он действительно не ожидал такого… — Похоже, что даже генерал Янь был одурачен этой уловкой. Означает ли это, что мои актерские способности не так уж плохи, Чжао-дарен? — Кан Чуань с улыбкой посмотрел на Чжао Еланя, и Чжао Елань улыбнулся в ответ. — Итак, когда ты в тот день попросил объявить ему импичмент в суде, на самом деле.... Кан Чуань взглянул на Чжао Еланя и, видя, что последний не возражает, понял причину, по которой он был здесь сегодня вечером. Чжао Елань хотел передать свои карты генералу Янь. Казалось, что их отношения были ближе, чем он себе представлял. — Это была идея Чжао-дарена, — сказал Кан Чуань. Янь Минтин все понял. Чжао Елань, должно быть, понял скрытые намерения императора, стоящие за указом о браке и просто отступил, чтобы продвинуться вперед и позволить Кан Чуаню выйти на первое место, чтобы Император оценил его по достоинству. Он стал сторонником высоких моральных качеств, и не было возражений против его экстраординарного повышения. Теперь он стал новым фаворитом дворца, но никто не оскорблял его так, как они оскорбляли Чжао Еланя, и вместо этого он получил большую поддержку. Чжао Елань, казалось, удалился от двора, но по-прежнему обладал величайшей властью. Более того, ему не нужно было каждый день ходить ко двору и встречаться лицом к лицу со своими врагами, он мог прятаться в Имперской академии с группой ученых, расслабленный и счастливый. Сначала Янь Минтин увидел, что Чжао Елань с оптимизмом воспримет свою судьбу после понижения в должности, но он не ожидал, что все было спланировано заранее. Он все еще недооценивал Чжао Еланя. — В прошлый раз, когда мы заранее узнали о вступлении Юэхун в гарем, это был ты? — Действительно, император обсуждал этот вопрос со мной. Я подумал, что это экстраординарная новость, поэтому передал информацию Чжао-дарену, — ответил Кан Чуань. Оказалось, что это был человек Чжао Еланя в суде. Он вспомнил предупреждение Чжао Еланя о важности сохранения секретности своих шпионов во избежание будущих осложнений. Неудивительно, что эти двое обменивались взглядами на императорском экзаменационном банкете. — Господин, недавно премьер-министр несколько раз просил императора пригласить вас вернуться ко двору из-за многочисленных государственных дел, но я временно останавливал это. Что вы думаете по этому поводу? — спросил Кан Чуань. — Останови его, я пока не хочу возвращаться. Чжао Елань знал, что Ли Цзинью делал это либо для погашения карточных долгов своего сына, либо ради Янь Минтина. Но, в конце концов, Ли Цзинью не знал, что он ушел в отставку намеренно. К счастью, Кан Чуань оказался сообразительным и вовремя воспротивился предложению Ли Цзинью до получения инструкций, что еще больше укрепило его авторитет среди честных чиновников. — Хорошо, — Кан Чуань заговорил снова: — Вчера монгольская королевская семья отправила письмо, желая заключить мир посредством брака с принцессой. Что вы думаете об этом предложении? — У нас только одна принцесса, и она еще не достигла совершеннолетия. Конечно, об этом не может быть и речи. — Император тоже думает так же. Однако старый принц настаивает на браке. Старый принц был младшим братом покойного императора, праздным принцем, у которого в семье было всего несколько дочерей. Обеспокоенный тем, что некому будет унаследовать семейное поместье, беря наложниц для рождения детей и используя своих дочерей для завоевания власти, он фактически обратил свои мысли к монгольскому принцу. Чжао Елань твердо сказал: — Это абсолютно невозможно. Монголы только что сдались, и если мы отправим принцессу или высокопоставленную даму, мы потеряем всякую власть. Монголы просто испытывают нас. Если мы уступим сейчас, их требования только возрастут. Кроме того, они забыли, как сдаваться? Хотя армия семьи Янь вернулась ко двору, они еще не мертвы, так чего же бояться? Янь Минтин был потрясен и посмотрел на него горящими глазами: — Это верно. — Хорошо, тогда завтра я позабочусь об этом старом принце, — сказал Кан Чуань с улыбкой. Чжао Елань кивнул, и ему нужно было обсудить другой вопрос: — В отчете о воде из района Хуайнань говорится, что может возникнуть риск наводнения, и императорский двор распределил средства на случай стихийных бедствий. Однако я слышал, что к югу от реки Янцзы более десяти дней было солнечно. Нам нужно послать кого-нибудь, чтобы проверить ситуацию и выяснить, была ли это ошибка населения Цзяннани или ложный отчет инспектора водного надзора. — Да, — обеспокоенно сказал Кан Чуань, — Стихийные бедствия самые непредсказуемые. Как только суд получает уведомление, немедленно выделяются средства, чтобы помощь при бедствии не была отложена. Этот пост наблюдения за водой был создан недавно, и я боюсь, что некоторые воспользуются этим, чтобы манипулировать отчетами, ссылаясь на меняющийся климат. Янь Минтин слушал, как они вдвоем обсуждали дела двора, и постепенно смирился с тем фактом, что этот праведный на вид Кан Чуань на самом деле был в союзе с Чжао Еланем. О скольких еще сюрпризах он не подозревал? Чжао Елань слишком долго говорил и начал кашлять, и Кан Чуань обеспокоенно спросил: — Как ваше здоровье, господин? — Все так же. — Вам следует уделять этому больше внимания. Я все еще жду, когда вы вернётесь, чтобы снова работать вместе с вами. Почему эти слова звучат так знакомо? Янь Минтин тщательно обдумал это и вспомнил, что в тот день, когда Чжао Елань был уволен, Кан Чуань однажды сказал перед всеми официальными лицами после окончания судебного заседания: "Чжао-дарен, я с нетерпением жду встречи с тобой в суде." Что ответил Чжао Елань? О, он сказал: "Когда я вернусь, тебе лучше быть живым." К тому времени все, включая Янь Минтина, подумали, что они насмехаются друг над другом, не подозревая, что в их словах есть скрытая правда. Свеча почти догорела, и ночь была уже темной. Чжао Елань попросил Янь Минтина уйти первым, а затем открыл коробку, которая была поставлена на стол. Внутри была пара нефритовых жуйи* и золотой замок. [*Жуйи (如意) - декоративный церемониальный скипетр или талисман, символизирующий власть и удачу.] — У тебя скоро родится ребенок? В то время я, возможно, не смогу выпить чашу вина полной луны*, поэтому я передаю тебе подарок наедине. [*Праздничный ужин в честь месяца ребенка.] — Мой господин, к чему такая спешка? Ребенок родится только осенью, так что сейчас слишком рано посылать подарок, — сказал Кан Чуань. — Я просто случайно наткнулся на него и купил. Если тебе это не нравится, я обменяю это на другой подарок. Кан Чуань быстро убрал это с улыбкой: — Все в порядке, все в порядке. Тогда я хотел бы поблагодарить Чжао-дарена. Кстати, говоря о ребенке, я хотел бы обратиться к вам с бесцеремонной просьбой. Господин, не хотели бы вы быть крестным отцом моего ребенка? Чжао Елань моргнул и сказал: — Нет... — Мой господин, не отказывайте мне сразу. В любом случае, мы с Ли Нян знаем только вас. Именно благодаря вам, господин, мы можем быть вместе. Другие слова благодарности я повторять не буду. Все это благодаря моему господину, что я могу иметь сегодня, и единственный, кем я восхищаюсь, - это вы. В конце концов, не каждый готов вынести столько позора, — убежденно произнес Кан Чуань. Чжао Елань чувствовал, что он не так велик, как о нем говорили. В любом случае, Чжао Елань совершал все эти позорные поступки, так какое это имело отношение к нему, Чжао Мэнтину? — Давай поговорим об этом, когда родится твой ребенок. Еще слишком рано упоминать о таких вещах. В то время он бы исчез с глаз мира. Имя Чжао Елань, независимо от того, сопровождалось ли оно позором или властью, со временем было бы полностью погребено под надгробным камнем истории. И тем, кто останется в живых, будет Чжао Мэнтин, свободный навсегда. После разговора двое мужчин один за другим ушли. Чжао Елань отошел на некоторое расстояние от внутреннего двора и услышал звук неторопливых шагов позади себя. Он сказал, не поворачивая головы: — Разве я не говорил тебе сначала вернуться? — Я хотел дождаться тебя. Это проблема? — спросил Янь Минтин. Чжао Елань пожал плечами и продолжил идти вперед, но этот человек не подошел ближе, всегда сохраняя небольшое расстояние между ними. Он остановился и оглянулся на него. Янь Минтин сказал с улыбкой: — Я просто хотел посмотреть, сколько людей стоит за твоей спиной. Чжао Елань поднял бровь: — Тогда скольких людей ты увидел? — Я посмотрел по горизонтали и вертикали, спереди и сзади, а также позади тебя.... — Янь Минтин провел пальцами по кругу и, наконец, указал на себя. — Это всего лишь я. Чжао Елань улыбнулся. Улегшись ночью, Янь Минтин с любопытством спросил: — Кан Чуань теперь намного могущественнее. Ты не боишься, что однажды он перестанет тебя слушать и укусит в ответ? — Я дал ему силу подняться, но, естественно, есть способы опустить его вниз, — сказал Чжао Елань. — Кроме того, у него очень любящий и праведный характер, поэтому он не так легко предаст меня. Если он тебе понадобится для чего-то в будущем, просто обратись к нему. — Ты пригласил меня встретиться с ним сегодня, а теперь ты говоришь это. Что ты имеешь в виду? Ты хочешь, чтобы он помог мне с делом моего отца? — спросил Янь Минтин. Чжао Елань на мгновение замолчал, затем продолжил: — У меня тоже есть свои дела, и я не всегда смогу тебе помочь. Кан Чуань - хороший выбор. Ты можешь немного понаблюдать, прежде чем принять решение. В этом и был смысл организации сегодняшней встречи. Если и было что-то еще, что он мог сделать для Янь Минтина перед отъездом, то это было связано с этим вопросом. — Ты планируешь отказаться от своих обязанностей? — спросил Янь Минтин. — Вот почему ты нашёл кого-то, кто займет это место? Несмотря на грубый тон, он был прав. Чжао Елань перешёл в контратаку: — Я просто хочу найти для тебя еще нескольких надежных людей. Тебе решать, хочешь ли ты их использовать или нет. Янь Минтин больше ничего не сказал. На следующий день, когда Чжао Елань возвращался из Императорской академии, он услышал издалека шум, а затем паланкин остановился. Он вышел посмотреть, и оказалось, что какой-то мужчина взял сразу двух красивых наложниц. Люди, приходящие и уходящие, чтобы посмотреть на волнение, перегородили дорогу. У него не было выбора, кроме как приказать паланкину вернуться и забрать Сяо Гао, чтобы пройти дистанцию пешком. Краем глаза он мельком увидел краснолицего мастера, стоявшего в дверях. Он был очень молод и постоянно хвастался, какими потрясающими были его наложницы. Наложницы… После того, как он уйдет, Янь Минтин наверняка возьмет новых жен и наложниц. Сама семья Янь была немногочисленной. Если бы он, мужчина, которого Император навязал ему, умер, для него было бы нормально снова жениться и завести детей. Он был погружен в свои мысли, когда услышал саркастическое замечание возле уха: — На что ты смотришь? Тебя тоже интересуют чужие наложницы? Удивленный, Чжао Елань обернулся, ткнувшись носом в щеку Янь Минтина. — Почему ты здесь? У тебя так много свободного времени следить за мной? Янь Минтин невинно моргнул, затем притворился рассерженным: — Я случайно проходил мимо и увидел, как ты стоишь тут, ошеломленно разглядывая красоты в домах других людей. Чжао Елань не хотел с ним спорить, поэтому он продолжил двигаться вперед, сопровождаемый Янь Минтином. Они прошли несколько переулков, вышли на главную дорогу и уже собирались войти в особняк генерала, когда кто-то поблизости внезапно окликнул Янь Минтина: — Генерал! Они вместе повернули головы и увидели, как лошадь резко остановилась. Ее копыта были высоко подняты, она почти наступила на Чжао Еланя, но Янь Минтин оттащил его в сторону. Верхом на лошади сидела молодая женщина со светлым лицом и героическими чертами. Она была элегантной, с яркими глазами и приятной внешностью, но ее одежда была немного грязной и вонючей, волосы растрепаны, и ее потрепанный путешествиями вид действительно был немного измотанным. — Цзо Жан, — Янь Минтин увидел, кто это был, и окликнул ее по имени. — Ты ее знаешь? — едва Чжао Елань заговорил, как увидел, что женщина поразительной ловкостью спрыгнула с лошади. Однако ее коленям, казалось, не хватило сил, и она рухнула на Янь Минтина, когда он протянул руку, чтобы поддержать ее. Чжао Елань: “......” — Генерал, есть проблема, — женщина разрыдалась и схватила его за руку, умоляя, — Пожалуйста, помогите нам. Увидев это, Янь Минтин понял, что происходит что-то серьезно, и быстро помог ей встать на ноги: — Давай вернемся, и ты сможешь объяснить подробно. Для тебя уже готова комната. Чжао Елань стоял на месте, глядя им в спины. Его глаза слегка сузились, и в них промелькнуло суровое выражение. Он не только обнял ее на публике, но и приготовил для нее комнату, ничего не сказав? Он многозначительно посмотрел на Сяо Гао и сказал холодным голосом: — Пусть Гу Няоняо выяснит, кто эта женщина неизвестного происхождения?