После того, как меня заставили выйти замуж за генерала Злой Звезды

Цзо Жан изначально была дочерью начальника охраны, служащей семье богатого торговца Ван. С детства она тренировалась в боевых искусствах под опекой своего отца и выросла вместе с молодым мастером Ван. Однако последний влюбился в служанку, которая разводила огонь в доме. Старая леди была очень зла и заставляла его жениться на своей невесте как можно скорее, планируя отдать Цзо Жан ему в наложницы. Об этом случае стало известно Инь Пинлу, которая должна была выйти замуж. Она оставалась спокойной и уравновешенной и написала письмо с просьбой расторгнуть помолвку, но магистрат воспротивился этому. Затем с молодым господином Ван что-то случилось. Оказалось, что эта девушка пришла отомстить за своего отца, и после того, как они погибли вместе, отец Цзо Жан также был казнен старой леди из-за его некомпетентности. Магистрат полностью отменил брак, но вскоре после этого планировал выдать Инь Пинлу замуж за пятидесятилетнего чиновника. Отказавшись стать пешкой во имя власти и прибыли до конца своей жизни, Инь Пинлу собрала вещи и приготовилась к побегу. Однако у городских ворот она столкнулась с Цзо Жан. Она думала, что другая сторона была там, чтобы схватить ее, но неожиданно та взяла на себя инициативу сесть в экипаж, заставив лошадь ускакать галопом, и сказала: — У меня нет дома… Хватит ли денег, которые ты принесла? Пока ты даешь мне что-нибудь поесть, я буду защищать тебя Они вдвоем проделали весь путь на север, бродя по горам и рекам, наслаждаясь вновь обретенной свободой, пока не встретили продовольственную команду, которая из-за сильного дождя оказалась заблокированной на дороге. Инь Пинлу была знакома с местностью, поэтому она взяла нескольких солдат, чтобы расчистить путь, и попросила Цзо Жан взять группу, чтобы доложить войскам и привести людей для их спасения. Таким образом, эти двое познакомились с Янь Минтином. Видя, что они получили травмы в результате инцидента, Янь Минтин решил оставить их в военном госпитале для лечения, и Инь Пинлу время от времени предлагала несколько идей, чтобы помочь армии сражаться. Янь Минтин рассмеялся и назвал ее маленьким мозговым центром. Цзо Жан также подружилась с Чжун Юэхун и другими, проводя весь день в военном лагере, тренируясь с ними и отправляясь с ними на поле боя. Дело было только в том, что она не хотела называть свое имя и просто хотела быть неизвестным солдатом, чтобы ее не нашел судья Инь. После того, как война закончилась победой, они вдвоем остались в маленьком городке на границе. Янь Минтин оставил им немного денег, чтобы они могли жить и работать там в мире. Хорошие времена длились недолго, в конце концов люди магистрата выследили их, забрав Инь Пинлу, пока Цзо Жан ходила по магазинам. Когда она вернулась домой, то обнаружила беспорядок и записку, оставленную Инь Пинлу. "Люди моего отца. Поторопись найти генерала" Цзо Жан была в пути день и ночь. Кожа по обе стороны ее бедер была стерта, у нее едва хватало времени глотать что-либо, кроме слюны, и она почти не закрывала глаза. — Генерал, только вы можете нам помочь, — со слезами на глазах умоляла Цзо Жан, — Ее отец обладает силой и авторитетом. Мы не знаем никого более могущественного, чем он, поэтому я умоляю вас. — Не волнуйся, мы найдем способ, —  Янь Минтин похлопал ее по плечу, чтобы успокоить. Было легко сказать такое, но немного хлопотно выполнить на самом деле. Как говорится, даже честному и прямолинейному чиновнику было бы трудно разрешить семейный спор. Генералу из далекой столицы было неразумно ни с того ни с сего вмешиваться в семейные дела магистрата Хуайчжоу. Магистрат мог просто сказать, что его дочь уже была обещана в жены, и никто не будет возражать, если он заберет ее обратно, чтобы выдать замуж. Легко ли мир примет историю о том, что Инь Пинлу просто не хотела выходить замуж, и что она и Цзо Жан могут поддерживать друг друга до конца своих дней? Кто-нибудь в это поверит? Они сочли бы это до крайности нелепым, что это нарушает три принципа и пять добродетелей*. Кто когда-нибудь слышал о женщине, которая отказывается выходить замуж? [*Три принципа таковы: “Правитель направляет подданного, отец направляет сына, а муж направляет жену”. Пять добродетелей таковы: “Доброжелательность, праведность, пристойность, мудрость и верность”.] Общественное мнение повернулось бы только в пользу магистрата. — Разве это не просто? — спросил Чжао Елань. Все дружно посмотрели на него и услышали, как он сказал: — Иди и попроси магистрата обручить с тобой его дочь, тогда ты сможешь открыто вмешаться в это дело. Если магистрат Инь боится твоей дурной славы как злой звезды, он не согласится на это дело. Но если он не боится, ты можешь просто жениться на ней и позволить мисс Цзо жить в особняке Генерала в качестве горничной. На этот раз они оба будут защищены, и никто посторонний не узнает, что происходит внутри особняка Генерала. Когда Хэ Цуйчжан услышал это, он тоже подумал, что это осуществимо. В любом случае, только близкие им люди могли знать о ситуации внутри. Генерал не стал бы их трогать, и никто не посмел бы запугивать Инь Пинлу и Цзо Жан в будущем. Янь Минтин, однако, сказал: — Я не согласен. Чжао Елань спокойно посмотрел на него. — Хотя я не причиню им никакого вреда, они сбежали, потому что не хотели становиться наложницами и слугами. Как они могли вернуться к той же участи? — объяснил Янь Минтин. Цзо Жан тяжело кивнула. Чжао Елань поднял брови. Он не ожидал, что тот откажется от простого, эффективного и безвредного решения ради того, чтобы поставить себя на место этих двух женщин. Он был сбит с толку и в то же время испытывал неизбежное восхищение. Это был великодушный Янь Минтин, ах. — Позвольте мне сначала взглянуть на карту, — Чжао Елань достал карту из кармана, и как только он развернул ее, они увидели на карте большую черепаху. Все: “......?” Лицо Чжао Еланя застыло. Он тут же скомкал листок бумаги и отбросил в сторону, сказав: — В кабинете есть более подробная карта? — Есть, — Янь Минтин с любопытством взглянул на бумажный шарик, чувствуя, что черепаха похожа на него. В конце концов, Чжао Елань уже рисовал ее у него на лице раньше. Гадая, когда и почему Чжао Елань нарисовал это, он порылся в ящиках, чтобы найти подробную карту династии Сюань, которую его отец нарисовал раньше. — Нашел! — он достал карту из ящика и развернул ее на рабочем столе. — Сколько времени мисс Цзо потребовалось, чтобы вернуться в столицу? — спросил Чжао Елань. — Пять дней, — ответила Цзо Жан. — Начав с пограничного города, ты, одинокая женщина, проделала весь путь через пустыни и горы, и тебе потребовалось всего пять дней, чтобы добраться до столицы. Это действительно нелегко. Люди магистрата не должны спешить так сильно, как ты. Если они идут в нормальном темпе и следуют официальным дорогам, они все еще должны быть в районе Цючжоу. Местность там сложная, и все официальные дороги проложены по склону холма, поэтому передвигаться по ней непросто. Должно пройти еще десять дней, прежде чем они прибудут в Хуайчжоу, — проанализировал Чжао Елань, указывая на карту. Сердце Цзо Жан наконец расслабилось. Оставалось еще десять дней. Они определенно смогут спасти Инь Пинлу до того, как она выйдет замуж! — Что, если они не пойдут официальными дорогами? — спросил Янь Минтин, указывая на более дальний и удаленный путь. — Отсюда Цючжоу можно обойти напрямую, и им потребуется семь или восемь дней, чтобы добраться туда, если они будут путешествовать ночью. — Даже если они прибудут в Хуайчжоу через семь или восемь дней, магистрат Инь, возможно, не сразу будет обеспокоен свадьбой своей младшей дочери, — Чжао Елань взглянул на него, указывая на маршрут к югу от столицы. — Посмотри на этот маршрут еще раз. Янь Минтин на мгновение задумался и внезапно понял: — Команды, перевозящие деньги для помощи в случае стихийных бедствий, вот-вот прибудут в Хуайчжоу и Чжичжоу, и он собирается заняться этим важным делом для суда. — Совершенно верно. Если ты хочешь отправиться на юг, чтобы подавить бандитов, тебе определенно придется отправиться послезавтра. После прибытия в Хуайчжоу можно воспользоваться предлогом старых знакомых, чтобы временно вывезти мисс Инь из поместья, и вы сможете скорректировать свои планы в соответствии с конкретной ситуацией, — сказал Чжао Елань. — Спасибо вам, Чжао-дарен! — Цзо Жан была очень благодарна. — Сначала возвращайся и отдохни. Видя тебя в таком состоянии, ты, должно быть, плохо спала прошлой ночью. Хорошенько отдохни эти два дня, приведи себя в порядок, а затем отправляйся со мной на юг, — приказал Янь Минтин. —Да, теперь я собираюсь отдохнуть! — камень с сердца Цзо Жан упал, и она почувствовала себя намного спокойнее. Она развернулась и вернулась в комнату, чтобы немного поспать. — Генерал, тогда я... — Сначала отправь несколько отрядов на юг сегодня, а потом снова поговори с Военным министерством. — Да! — Хэ Цуйчжан принял приказ и поспешно покинул особняк генерала. В комнате осталось только два человека. Чжао Елань убрал карту и небрежно засунул ее в рукав. Эта карта была намного более подробной и эффективной, чем та, которую он нарисовал по памяти, и она определенно будет более полезной в будущем. — Я просто хотел спросить, может ли черепаха, которую ты нарисовал на карте, быть... — Янь Минтин взял бумажный шарик и осторожно спросил, — Может ли это быть..... — Не трудись гадать, это ты, — откровенно сказал Чжао Елань. — Почему ты снова так меня рисуешь? Чем я тебя обидел? — Янь Минтин обиженно посмотрел на него. Увидев это, настроение Чжао Еланя немного улучшилось, и уголки его губ невольно приподнялись: — Я просто хотел рисовать, мне нужна причина? Янь Минтин беззаботно пожал плечами и с улыбкой убрал бумагу: — Ай, ты говоришь одно, а думаешь другое. — Я что? Янь Минтин подошел к нему, провел рукой по поясу мундира и приподнял брови: — Ты смотрел на карту и считал дни. Столько хлопот, не правда ли, только для того, чтобы убедить нас отправиться в путь позже? — Изначально ты планировал уехать послезавтра? — Чжао Елань поднял на него глаза. — Да, Император хотел, чтобы я уехал завтра, но я намеренно отложил это на день, — в глазах Янь Минтина мелькнул намек на улыбку, но она была такой же яркой, как солнце, освещающее его голову. — Потому что завтра мой день рождения, и я хочу провести его с тобой. Руки Чжао Еланя, свисавшие по бокам, слегка сжались. — Ты тоже хотел, чтобы я провел с тобой свой день рождения перед отъездом? — спросил Янь Минтин. Чжао Елань ничего не сказал, но собеседник подошел на шаг ближе, удерживая его у стола, и он просто откровенно признался: — Да. Хотя это был ожидаемый ответ, услышав его признание, Янь Минтин все еще не мог не почувствовать тепло в груди, как будто он вот-вот сгорит. Он сдержал бешено колотящееся сердце и улыбнулся, сказав: — Я никогда так сильно не ждал своего дня рождения. Чжао Елань вернулся в Императорскую академию, но его разум был озабочен, и ему было не до политики. Время от времени выжидающий взгляд Янь Минтина мелькал у него перед глазами, и он не мог не задаваться вопросом: какое выражение появится на этом лице после того, как он уйдет? К счастью, время залечит все раны. Даже если он будет грустить какое-то время, Янь Минтин должен быстро прийти в себя. Самым важным сейчас было провести с ним его день рождение. — Ты весь день выглядел рассеянным, с тобой действительно все в порядке? — обеспокоенно спросил Жуань Сянь. — Я в порядке. — Ты уверен? Разве ты не заметил, что твоя книга перевернута? — .... — Чжао Елань спокойно перевернул книгу. — Я солгал, ты только что перевернул книгу. — ....... — Чжао Елань бросил на него острый взгляд. — Уходи. Жуань Сянь вовсе не собирался уходить и начал догадываться: — В последнее время все в Императорской Академии было нормально, так же как и при дворе, так что же тебя так выбивает из колеи? Эти несколько дней... кстати, завтра день рождения генерала Янь, верно? — Откуда ты знаешь? — спросил Чжао Елань. — Ты в замешательстве, ах, все знают день рождения генерала Янь. В конце концов, многие люди думают.... —  Жуань Сянь понизил голос и сказал, — как добиться его расположения. Действительно, его мысли были очень запутаны. Он даже забыл такую простую истину, полагая, что он был единственным, кто знал об этом дне. Казалось, что завтра в особняке будет много волнений. Какой подарок можно было бы преподнести, который отличался бы от других? — Что ты собираешься дать? — спросил Чжао Елань. — Я хотел спросить тебя, что обычно нравится генералу Янь? — спросил Жуань Сянь. — Все виды оружия. — Что-нибудь еще? — Танхулу. — Э-э... что-нибудь еще? Я. Это считается? Чжао Елань подумал про себя с иронией, а затем внутренне отверг свои собственные дикие мысли. — Поступай как считаешь нужным, — сказал Чжао Елань, сам все еще обеспокоенный. Когда он вернулся в особняк, Цзо Жан все еще спала. Казалось, что она хотела восполнить недостаток сна за последние несколько дней полностью. Янь Минтин приказал не беспокоить ее, и после ужина с Чжао Еланем он вернулся в комнату и притворился, что читает "Искусство войны", тайно наблюдая за передвижениями Чжао Еланя. Он увидел, как Чжао Елань открыл парчовую шкатулку, достал изнутри деревянную шпильку для волос, тщательно завернул ее в носовой платок, а затем аккуратно убрал. Внезапно Чжао Елань посмотрел в его сторону, и Янь Минтин немедленно отвел глаза, притворившись, что серьезно сосредоточился на сборнике стратегий "Искусство войны", одновременно задаваясь вопросом, что это может быть за подарок. В любом случае, не имело значения, была ли это деревянная заколка для волос, золотая или серебряная, главное, чтобы она могла скрепить волосы. Чжао Елань убрал вещи своей матери, чтобы их можно было забрать с собой. Когда послезавтра Янь Минтин уедет, он вернется в особняк Чжао и заберет прах своих родителей. Он ходил по комнате, решая, что взять с собой. Янь Минтин видел, как он на мгновение взял нож, затем бросил его и сменил на меч, повторяя это до тех пор, пока, наконец, не сел у кровати со вздохом. Янь Минтин действительно хотел сказать ему: они мне все нравятся! Я люблю эти ножи и оружие! Отдавай все, что хочешь, не вздыхай! Однако Чжао Елань погрузился в глубокую задумчивость. С таким количеством оружия он ничего не мог использовать. Это было бы потрачено впустую более чем на двадцать монет, а он даже не мог поднять дуэльный меч. В конце концов, ему, возможно, все же придется взять с собой свой маленький арбалет. Наконец Янь Минтин увидел, как он взял стопку бухгалтерских книг и начал рассматривать их при свечах. Все семейное имущество находилось внутри. Янь Минтин был чрезвычайно взволнован – неужели Чжао Елань, старый денежный фанатик, собирался отдать ему все семейное имущество?! Увидев, как он нахмурился, проверяя счета, Янь Минтин подумал, что нет необходимости беспокоиться об этом. Если он действительно не хотел с чем-то расставаться, было прекрасно не отдавать это. В любом случае, он не стал бы забирать столько собственности, сама мысль об этом уже была трогательной! Чжао Елань действительно был очень обеспокоен. У него было так много денег, достаточно, чтобы растратить их в другой жизни, но, увы, у него не было другой жизни. — Разве ты не рано ложишься спать? — Янь Минтин беспокоился о его глазах. До этого момента тот был занят его поздравительным подарком, и он поспешно уговорил его лечь спать. Чжао Елань потер место между бровями. Когда собеседник ушел на кухню, он убрал бухгалтерские книги, которые также планировал унести с собой. Однако он думал оставить небольшую часть Янь Минтину, чтобы тот мог купить много танхулу. Приняв ванну, Янь Минтин вернулся в комнату, держа в руках несколько свежеприготовленных булочек с начинкой на пару, и сказал: — Подойди и попробуй булочки, которые я приготовил, в прошлый раз я научился этому у лавочника Минцзи. — Ты только что испек булочки? — удивленно спросил Чжао Елань, подходя ближе. — Да, ты был занят всю ночь и, должно быть, голоден. Сначала съешь что-нибудь, а завтра мы поедим чего-нибудь получше, — Янь Минтин выбрал самый большой и протянул ему. Чжао Елань недоверчиво принял это и медленно откусил несколько кусочков. — Как это? — Янь Минтин выжидающе посмотрел на него. Чжао Елань сразу поднес булочку, которую держал в руке, к его рту. Янь Минтин был ошеломлен, и когда он опустил голову, его взгляд случайно скользнул по его груди. Погода стала жаркой, и Чжао Елань после купания был одет только в белую внутреннюю рубашку, обнажавшую его торс, освещенный лунным светом, проникающим через окна. Его белая кожа была невероятно светлой. Погода действительно становилась все жарче и жарче! Янь Минтин глубоко вздохнул, а затем откусил большой кусок дымящейся булочки. По мере того, как он ел, выражение его лица становилось уродливым. — Толстая кожица и недожаренная начинка. Тебе нужно больше практиковаться, — Чжао Елань сдержал улыбку и уже собиралась откусить еще кусочек, когда Янь Минтин отобрал булочку. — Не ешь это, будь осторожен, чтобы не получить расстройство желудка, — Янь Минтин выбросил остатки фаршированных паровых булочек и торжественно пообещал, — В следующий раз у меня обязательно получится! В следующий раз… Чжао Елань кивнул и сонно лег на кровать. Он услышал, как Янь Минтин застилает свою постель, как гаснут свечи и его ровное дыхание. Ранним утром Чжао Елань все еще не мог уснуть, но послышался шорох. Янь Минтин присел на корточки возле его кровати, нежно погладил Чжао Еланя по щеке. — Мэнтин, проснись. Чжао Елань открыл ясные глаза и приподнялся, опираясь на руки, черные волосы свисали у него за спиной, когда он посмотрел на него в туманном лунном свете: — Что случилось? — Пришло время, — улыбнулся Янь Минтин. Их взгляды встретились, и хотя света было немного, Чжао Елань, казалось, увидел, как сияют его глаза. Незаметная улыбка появилась в уголках его губ, когда он тихо прошептал: — С днем рождения, Янь Фанли.