После того, как меня заставили выйти замуж за генерала Злой Звезды

Янь Минтин посмотрел на Чжао Еланя горящими глазами. Остальные тоже посмотрели на Чжао Еланя, гадая, какой подарок он приготовил. Чжао Елань некоторое время размышлял, прежде чем сказать: — В кабинете. Как только он закончил говорить, в его ушах прозвучал звук столкновения столов и стульев. Янь Минтин поспешил в кабинет, Хэ Цуйчжан и Сяо Гао быстро последовали за ним. Цзо Жан огляделась по сторонам, затем с любопытством последовала за ними. — … Через мгновение Чжао Елань неторопливо подошел к двери кабинета и услышал, как Янь Минтин радостно сказал: — Видишь, этот портрет выглядит намного лучше, чем портрет Бао Луня! Линейка прижала лист рисовой бумаги к столу. На картине была изображена фигура с развевающимися волосами, верхом на скаковой лошади, держащая изогнутый лук и целящаяся в диких гусей, с сияющим выражением жизненной силы на лице. — Да, да, эта картина очень красива! Так реалистично, как будто он видел охоту Генерала собственными глазами! — Хэ Цуйчжан не жалел сил на свои похвалы, не зная, что Чжао Елань также побывал на охотничьих угодьях с Янь Минтином. Внезапно показалось, что между ними двумя есть секрет. Янь Минтин с улыбкой посмотрел на Чжао Еланя, когда тот вошел. Их взгляды встретились, и Чжао Елань опустил голову и поспешно отвел взгляд. — Мой господин, я тоже хочу портрет, — выжидающе сказал Сяо Гао, имитируя позу лучника. — Как вы думаете, моя поза подойдет? Прежде чем Чжао Елань смог ответить ему, Янь Минтин похлопал его по голове: — Зачем тебе это? Скорее иди и накорми Хуншао. Сяо Гао обиженно пошёл кормить кролика. Янь Минтин радостно свернул картину, а затем с большим энтузиазмом приготовился уходить. — Генерал, куда вы направляетесь? — спросил Хэ Цуйчжан. — Найти кого-нибудь, кто вставит это в рамку, — ответил Янь Минтин, не оборачиваясь. — Подождите меня, я тоже пойду! — Хэ Цуйчжан погнался за ним. Только Цзо Жан и Чжао Елань остались смотреть друг на друга. Она застенчиво улыбнулась и повернулась, чтобы тоже пойти за ними. В конце концов, она не очень хорошо знала Чжао Еланя. Услышав, как звук их шагов постепенно затихает вдали, Чжао Елань подошёл к письменному столу и открыл нижний ящик. На самом деле внутри была еще одна картина. Он развернул ее и взглянул. Человек на картине оборачивался, чтобы помахать рукой, с улыбкой на лице. Это была сегодняшняя сцена, когда он наблюдал, как Янь Минтин по дороге ко двору обернулся, чтобы помахать ему на прощание. Уголки его рта слегка изогнулись в мимолетной улыбке, и он убрал картину в шкаф, поместив ее вместе с багажом, который нужно было забрать с собой. Во второй половине дня, несмотря на то, что Янь Минтин сказал, что не будет принимать гостей, многие чиновники все равно пришли с визитом. Однако Янь Минтина в это время не было в особняке, поэтому принять их мог только Чжао Елань. Как раз когда он собирался вздремнуть, пришел слуга и сообщил ему о ситуации. Не имея особого терпения справиться с этим, он направился в парадный зал с хмурым выражением лица. Чиновники, смущенные, искали оправдания, чтобы уйти. — Подождите, заберите свои подарки, — холодно сказал Чжао Елань. Группа людей взяла свои поздравительные подарки и в отчаянии ушла. Когда он повернулся, чтобы вернуться в свою комнату, слуга сообщил о приближении еще одного гостя. Чжао Елань махнул рукой: — Скажи, чтобы возвращались, вместо того чтобы приводить сюда. — Кажется, я пришел в неподходящее время? Чжао Елань на мгновение остановился и повернул голову, чтобы посмотреть на евнуха Гао, который вошел с улыбкой на лице, и выражение его лица немного смягчилось. — Евнух Гао, с какой целью ты пришел сюда? — Разве сегодня не день рождения генерала Янь? Его Величество послал меня принести ему несколько подарков, — после того, как евнух Гао заговорил, молодые евнухи, следовавшие за ним, почтительно преподнесли поздравительные подарки. Чжао Елань не посмотрел, что это такое, приказав Сяо Гао забрать все это. Сяо Гао взглянул на евнуха Гао, затем молча пошёл в кладовую с управляющим Цинь. Евнух Гао посмотрел в его удаляющуюся спину и удовлетворенно улыбнулся. Он велел всем уходить, затем достал из рукава коробку и сказал: — Генерал Янь завтра отправится на юг и пройдет Чжичжоу. Наложница Сянь очень скучает по дому и хочет, чтобы Генерал что-нибудь принес ее семье. Я надеюсь, что генерал сможет оказать ей эту услугу. — Наложница Сянь? — Да, Сунь Муюнь, дочь магистрата префектуры, была повышена до наложницы Сянь, — сказал евнух Гао с улыбкой. Прошло совсем немного времени с тех пор, как она вошла во дворец, и скорость продвижения по службе нельзя было игнорировать. Казалось, что Сунь Муюнь довольно легко всем нравилась. — Чжао-дарен не посторонний, поэтому я просто скажу вам правду, — Евнух Гао прошептал ему на ухо, — Эта наложница получила повышение благодаря вашему благословению. — Как это? — Когда император созвал всех наложниц, он случайно услышал, как она пробормотала: "Чжао-дарен действительно не лгал мне". Император спросил почему, и она сказала, что Чжао-дарен однажды похвалил императора за красоту, что заставило его рассмеяться. Чжао Елань: “......” Как только евнух Гао ушел, Янь Минтин вернулся и сказал: — Картину можно забрать через три дня. Меня тогда здесь не будет, ты сможешь забрать ее вместо меня? Чжао Елань на мгновение замолчал, затем кивнул и рассказал ему о визите евнуха Гао. Янь Минтин не интересовался подарками, присланными императором, но ему показалось любопытным, что Сунь Муюнь просит его перевезти жетон: — Хотя расстояние большое, для нее не должно быть проблемой отправить несколько человек обратно в Чжичжоу, чтобы привезти какие-то жетоны, верно? Почему она попросила меня сделать это для нее? — Кто ты? Ты знаменитый генерал Янь Минтин, — уголки рта Чжао Еланя дрогнули. — Оказывается, у нее тоже есть мозги. Она, вероятно, без сопровождения в гареме, и ее статус вырос слишком быстро, вызвав ненависть окружающих. Кроме того, ее отец далеко, в Чжичжоу. Магистрат может рассматриваться как семья со статусом в округе, но в этом гареме она на самом деле не является человеком с могущественными связями. Из-за этого она посчитала престиж особняка Генерала и хочет, чтобы ты был ее покровителем. Янь Минтин понял: — Значит, мне просто нужно помочь ей доставить этот знак, и посторонние узнают, что у меня с ней хорошие отношения, и из уважения ко мне они проявят к ней больше вежливости? Чжао Елань кивнул. — Почему это так хлопотно? Как ты думаешь, я должен помочь ей доставить это? Чжао Елань на мгновение задумался, затем сказал: — Доставь это. У нее живой темперамент, и она не слишком глупа. Если она действительно продолжит пользоваться благосклонностью в будущем, это не причинит вреда. Если она потеряет власть, это не будет иметь к тебе никакого отношения. В любом случае, ты просто был добр, не вмешиваясь в дела гарема. — Хорошо, я тебя послушаю, — Янь Минтин убрал жетон. Вечером после ужина Янь Минтин предложил прогуляться и взял с собой Чжао Еланя. Мелких торговцев и лоточников, которые выходили устанавливать прилавки на ночном рынке, было намного больше, чем днем, и их крики раздавались не переставая. Фонари по обе стороны улицы были высоко подвешены не только для освещения, но и для создания уникального пейзажа этой ночи. Немного погуляв, Чжао Елань оказался перед магазином одежды и, не задумываясь, вошел в него. Янь Минтин быстро последовал за ним и инстинктивно пошёл посмотреть на эти красочные одежды. Ему было интересно, какие из них заберет Чжао Елань, но он не ожидал, что тот поднимет черный шелк с другой стороны и многозначительно посмотрит на лавочника. Лавочник проследил за его взглядом, сразу понял и с улыбкой подошел, чтобы измерить Янь Минтина. — Генералу так повезло, Чжао-дарен лично выбирает для вас одежду. Не волнуйтесь, я сошью ее как можно скорее и отправлю в вашу резиденцию. Янь Минтин польщенно посмотрел на Чжао Еланя, но, увидев его невозмутимое выражение лица, он мог только внутренне рассмеяться и спросить: — Это можно закончить сегодня вечером? Улыбка продавца застыла: — Конечно, нет. — О... — Янь Минтин почувствовал разочарование, осознав, что не сможет надеть свою новую одежду сегодня вечером. Услышав эту просьбу, Чжао Елань поднял голову и огляделся. Он также выбрал готовую одежду, заплатил за нее и передал ему. Янь Минтин, одетый в эту одежду, счастливо шёл рядом с ним легкими шагами: — Так вот в чем радость носить новую одежду в свой день рождения? — Ты никогда не надевал новую одежду на свой день рождения? Янь Минтин покачал головой. В его памяти дни рождения почти всегда проходили в военном лагере, так что не было места думать о таких тривиальных вещах. — А как насчет тебя? — спросил он в ответ. Чжао Елань, казалось, был в хорошем настроении и действительно ответил на этот вопрос: — Да, моя мама… каждый год шила мне новую одежду. Хотя его семья была бедной, они предлагали ему все, что могли: картины и каллиграфии его отца, новую одежду, редкие угощения.... эти подарки не могли сравниться с подарками детей из богатых и знатных семей, но это также были вещи, которые обычно было трудно получить. Он огляделся, быстро подошел к старику, посмотрел на связку танхулу и спросил: — Сколько ты хочешь? Янь Минтин: — Одной палочки достаточно. У нас все еще есть те, которые Сяо Гао подарил мне дома. Чжао Елань купил одну, а затем спросил его, что еще он хочет съесть. Пройдя несколько шагов, он оглянулся и обнаружил, что собеседник был ошеломлен: — Почему ты не двигаешься? — Я не привык к тому, что ты... такой, — сказал Янь Минтин. — Ты ведь не сделал ничего, что могло бы меня обидеть, не так ли? — … — Просто скажи это прямо. Я сегодня в хорошем настроении и не буду с тобой ссориться, — великодушно сказал Янь Минтин. Выражение лица Чжао Еланя несколько раз менялось, и он, наконец, холодно посмотрел на него: — Это просто потому, что у тебя день рождения. Небо и земля большие, но звезда дня рождения самая большая. Янь Минтин посмотрел в эти знакомые глаза и сразу же снова расслабился. Подойдя к нему с улыбкой, он сказал: — Итак, сегодня ты исполнишь все мои желания? — Чего еще ты хочешь? — Дай мне подумать об этом, ах.... — изначально Янь Минтин действительно серьезно собирался воспользоваться возможностью, чтобы обратиться с некоторыми просьбами, но пока он обдумывал это, он погрузился в свои мысли, уставившись на человека перед собой. Они стояли под карнизами, свет красных и желтых фонарей освещал их лица, согревая бледный цвет лица Чжао Еланя. В одежде, которую он носил сегодня, он был действительно очарователен. Не только Янь Минтин, но и все вокруг неосознанно обращали на него больше внимания, хотя и не осмеливались приблизиться. — Можешь ли ты пообещать мне одну вещь..... — Янь Минтин нерешительно посмотрел на него, его глаза были искренними. Чжао Елань на мгновение посмотрел на собеседника, почти обожженный его огненным взглядом, и, казалось, догадался, что тот собирался сказать. Он тут же прикрыл рот рукой: — Не могу. — Я еще ничего не сказал, — Янь Минтин убрал руку. — Я хочу, чтобы ты... — Нет, ты не хочешь, — Чжао Елань снова прикрыл рот рукой. — Ву… Я хочу это сказать! — Янь Минтин снова убрал его руку и удержал ее, чтобы он не двигался. Чжао Елань крепко зажмурился, но услышал, как он сказал: — Я хочу, чтобы ты убрал ногу, ты наступаешь на меня. — …? Чжао Елань непонимающе открыл глаза и посмотрел вниз. Он действительно случайно наступил ему на ногу. Смущенно убрав ногу, он ушел, не оглянувшись. Янь Минтин тут же рассмеялся. На самом деле он почти сказал то, что было у него на сердце. Но он собирался вскоре отправиться на юг, и одно только путешествие туда и обратно заняло бы не менее десяти дней, не говоря уже о задержке в подавлении бандитов и других вещах, и на возвращение должно было уйти не менее месяца. Сейчас было неподходящее время. Сказать эти слова сейчас, а затем немедленно уйти, было бы похоже на легкомысленного человека, умеющего произносить только нежные слова. Он беспокоился, что Чжао Елань обвинит его в отсутствии чувства приличия и будет беспокоиться в дни его отсутствия. В любом случае, будущее было долгим, так что спешить было некуда. Однако, когда он снова оглянулся, Чжао Еланя нигде не было. Он ускорил шаг и огляделся, но спины его фигуры не увидел. Выражение его лица напряглось, и он расширил зону поиска. Какими бы быстрыми ни были шаги, Чжао Елань не мог идти быстрее, чем он. Либо он достиг какого-то укромного уголка, либо ....его увели. Думая, что это может быть последнее, он нахмурился и проявил редкую враждебность, даже применив силу, оттолкнув прохожих в сторону. — Ты уже определился с датой? В это время на втором этаже ломбарда женщина в повседневной одежде держала в руках право собственности на резиденцию Чжао и нерешительно спросила об этом мужчину напротив нее. Только что Чжао Елань прошел несколько шагов, когда столкнулся с Гу Няоняо, которая вышла по делам. Они обменялись взглядами и вместе направились к ближайшему ломбарду. Поднявшись наверх, они нашли пустую комнату, закрыли дверь и начали тихо разговаривать. — Через три дня, — сказал Чжао Елань. — Хорошо, я сделаю приготовления. — Постарайся незаметно вывести Гао Тана. Если это кажется слишком рискованным, просто оставь его в покое и позволь ему найти другой способ зарабатывать на жизнь с евнухом Гао, — сказал Чжао Елань. — Что ж, я посмотрю, что я могу сделать. Чжао Елань еще раз подумал о том, что он оставил Янь Минтину. Он уже раскрыл ему двух своих самых надежных информаторов, и если что-то понадобится сделать, они помогут ему. Также был сделан подарок на день рождения, и банкнота в десять тысяч таэлей была оставлена в спальне. Он сделал все, что мог, действуя с максимальной доброжелательностью. — Эй, эта нефритовая заколка для волос действительно великолепна, — внезапно сказала Гу Няоняо. — Это тот самый аксессуар, который трудно найти, о котором ты говорил? Чжао Елань инстинктивно дотронулся до нефритовой заколки у себя на голове. — Где ты ее нашел? Ты собираешься унести её с собой в могилу? — Гу Няоняо нетерпеливо сказала, — Если ты находишь это громоздким, почему бы не оставить это мне? Или ты хочешь назначить цену? — Мечтай, — усмехнулся Чжао Елань. Гу Няоняо обиженно пожала плечами, случайно взглянула в окно и сказала: — Это Янь Минтин? Кажется, что он спешит найти кого-то, может быть, он ищет тебя? Чжао Елань повернул голову, посмотрел в окно и увидел встревоженную фигуру Янь Минтина, озирающуюся по сторонам. — Возвращайся быстрее, чтобы он не нашел тебя здесь, — сказала Гу Няоняо. Чжао Елань первым спустился вниз и, опустив голову, быстро пошел куда-то еще. Найдя уединенное место, он молча стоял там и ждал, когда подойдет Янь Минтин. Неожиданно в это время в небе вспыхнул яркий свет, за которым последовал грохот, как будто небо раскололось надвое. Толпа внезапно вздрогнула, глядя в небо, пока крупные капли дождя не ударили им в лица, а затем ускорила шаг и разбежалась во всех направлениях. Не было никакой защиты от проливного летнего дождя. Как только он начинался, на короткое время начинался сильный дождь. Чжао Елань стоял под карнизом, отступая, пока его спина не коснулась стены, но дождь все еще лил на него. Янь Минтин был еще более встревожен, повсюду выкрикивая имя Чжао Еланя. Когда он уже собирался найти нескольких ближайших офицеров и солдат, чтобы разыскать его, он услышал слабый голос: — Я здесь. Он остановился и немедленно развернулся, побежав к источнику звука. Голос становился все отчетливее и четче, пока он не увидел человека, укрывающегося от дождя под карнизом. Когда он собирался сделать шаг вперед, он обернулся и позаимствовал зонтик, прежде чем вернуться. Чжао Елань изначально думал, что тот спросит его, где он был, и даже придумал, что ответить, но Янь Минтин поднял зонт над его головой и сказал: — Пойдем домой. Чжао Елань удивленно посмотрел на него. — Ты весь мокрый, — заметил Ян Минтин, прикасаясь к его одежде. — Я не знаю, когда прекратится дождь, и нет смысла ждать здесь, позволяя холоду проникать в тело. Сейчас лучше вернуться и отмокнуть в горячей воде. Чжао Елань кивнул. В то время не было паланкинов или экипажей, которые можно было бы нанять, поэтому им пришлось возвращаться под дождем. Зонт раскачивался на ветру и под дождем, но Янь Минтин крепко держал его одной рукой над головой Чжао Еланя, другой обнимая его за плечи. — Ты насквозь промок, — Чжао Елань нахмурился. — Я к этому привык, я не так легко заболеваю, как ты, — сказал Янь Минтин. Пока ледяной дождь лил на его тело, Чжао Елань, казалось, забыл, как сильно он ненавидел дождливые дни. Он опустил голову, наблюдая за их шагами, которые двигались в одном направлении, как будто невидимая сила рассеяла холод. Как только они вернулись в особняк, Янь Минтин немедленно попросил кого-нибудь сходить за Яо Музэ, который был ближайшим врачом к особняку генерала. Слуги бросились вскипятить горячую воду, и они вернулись в свою комнату, чтобы переодеться в сухую одежду. Когда горячая вода была готова, Янь Минтин попросил Чжао Еланя сначала принять ванну, а затем вышел с их мокрой одеждой. Столкнувшись с только что прибывшим Яо Музэ, он остановил его и отвел в фойе подождать. Разговаривая и держа одежду, он случайно задел саше Чжао Еланя, висевшее на его одежде. Внезапно нахмурившись, он снял пакетик и открыл его, обнаружив внутри небольшой листок бумаги. Он спокойно попросил своих слуг позаботиться об их госте, затем передал одежду служанкам и пошел в кабинет, чтобы развернуть записку. На ней были две строчки, написанные мелкими буквами. [Есть две хорошие новости. Первая, начальник тюрьмы найден и находится в моих руках. Что ты хочешь с ним сделать? Вторая, лекарство наконец готово. Когда ты планируешь действовать?] Начальник тюрьмы? Лекарство? Какие действия? Через некоторое время он положил записку в саше. Как только Чжао Елань закончил мыться, он тихо положил его на прежнее место, тайком взял вместо него другой, а затем позвал Яо Музэ, чтобы пощупать его пульс. Чжао Елань начал кашлять, но это было не так уж плохо. Яо Музэ принес лекарства и попросил слуг приготовить отвар. Когда Янь Минтин провожал Яо Музэ, он отвел его в угол, достал пакетик и протянул ему, сказав тихим голосом: — Я всегда был очень чувствителен к этому и вынужден чихать, когда чувствую его запах. Что-нибудь не так с моим носом? — Это душистая трава? — Яо Музе понюхал ее, затем открыл, чтобы понюхать более тщательно, и постепенно нахмурился. — Душистая трава и так пахнет особенно, но здесь ее не так много и у нее не такой сильный аромат. Раньше я ходил собирать травы, и для получения такого запаха душистой травы требовалось около восьми лян*. В этом пакетике могут быть и другие ингредиенты. Вы позволите мне забрать это обратно и тщательно изучить? [*Лян - это единица веса, 1 лян = 50 граммам, поэтому 8 лян - 400 г.] Он определенно не мог забрать его напрямую. Чжао Елань часто носил его, поэтому ему было легко узнать и заподозрить неладное. Янь Минтин насыпал ему немного: — Этого будет достаточно? — Да, этого достаточно. Проводив Яо Музэ, Янь Минтин пошел принять ванну. Когда они легли спать, была уже почти полночь. — С тобой все в порядке? — спросил Чжао Елань. — Да, — в темноте Янь Минтин держал глаза открытыми, глубоко задумавшись. Чжао Елань притих, и как раз когда он собирался заснуть, он услышал шорох. Он открыл глаза и обнаружил, что комната снова освещена. Янь Минтин вышел, держа в руке свечу, а когда вернулся, расстелил одеяло на полу возле кровати, сел на него, скрестив ноги, и сказал: — До конца моего дня рождения еще четверть часа. Могу я все еще обратиться с просьбой? Увидев серьезное выражение его лица, Чжао Елань тоже сел и спросил: — Какая просьба? Янь Минтин протянул ему стопку книг. — Это бухгалтерские книги особняка Генерала и вся моя зарплата, а также имущество, оставленное мне моими родителями. Я доверяю все это тебе. Ты можешь сохранить это для меня? Чжао Елань застыл: — Почему ты хочешь, чтобы я оставил это себе? Разве здесь нет бухгалтера? — В конце концов, бухгалтер - это посторонний человек, поэтому я волнуюсь, — сказал Янь Минтин. — Ничего страшного, если ты не хочешь об этом заботиться. В любом случае, я не знаю, как проверять счета, так что ты можешь использовать их так, как захочешь, будь то для покупки хорошей одежды или дорогой еды. Разве это не было все равно что предложить ему свое состояние бесплатно? Чжао Елань недоверчиво спросил: — Почему ты оставляешь это мне? — Сегодня утром я специально спросил Кан Чуаня, почему его жена такая внимательная. Он сказал, что, поскольку он отдавал всю свою зарплату, его жена очень доверяла ему, — с улыбкой объяснил Янь Минтин. — Оказывается, мужья тоже должны быть внимательны друг к другу. Тебе ведь нравится ходить по магазинам? Ты можешь взять все это. Хотя у меня и не так много богатства, как у тебя, но ты ни в чем не будешь нуждаться. Чжао Елань выглядел слегка печальным, не уверенным в своих чувствах, и вернул все эти вещи: — В этом нет необходимости, я даже не могу потратить все свои собственные деньги. — Если ты не пообещаешь мне, я не уйду, — решительно заявил Янь Минтин. Эти двое долгое время противостояли друг другу, прежде чем Чжао Елань потерпел поражение: — Хорошо, а пока оставь их здесь. — Хорошо, — Янь Минтин рассмеялся, и его напряженная спина, наконец, немного расслабилась. Убедив его пораньше лечь спать, он подоткнул ему одеяло и снова сказал, — На самом деле, у меня все еще есть несколько желаний. — Не будь слишком жадным! Янь Минтин мягко улыбнулся: — Первое желание - чтобы желания Чжао Мэнтина сбылись, второе желание - чтобы Чжао Мэнтин всегда улыбался и был в добром здравии, третье желание... Чжао Елань: — У кого сегодня день рождения? Почему все твои желания касаются меня лично? — Потому что это действительно то, чего я желаю больше всего, — Янь Минтин мягко улыбнулась, прижимая его лоб к своему. — Мое третье желание – чтобы каждый год мы могли отмечать этот день вместе. Давайте проведем следующие дни рождения вместе, хорошо? —— Автору есть что сказать: Чжао Елань: Это хорошо или плохо? ε=('ο'*))) Чтобы узнать, что будет дальше, перейдите к следующей главе.