После того, как меня заставили выйти замуж за генерала Злой Звезды

В течение следующих нескольких дней Чжао Елань был очень занят, у него не было даже минуты, чтобы отдохнуть.Сначала он развесил объявления, в которых призывал людей экономить воду, правильно её хранить и не тратить впустую. Он также велел им не паниковать и не прогонять беженцев, прибывающих в город, а направлять их вблаготворительныйприют. Благотворительный приют не использовался много лет, поэтому Чжао Елань взял с собой офицеров и солдат из правительственного учреждения, чтобы навести в нём порядок. Из горного источника специально набрали воды для хранения, и многие люди отправились осмотреть окружающие источники воды. Чжао Елань снова отправил Сяо Гао: — У Куан Шэна слабые ноги, поэтому он может проверить только близлежащую территорию.Нам нужен кто-то, кто соберет точную информацию о более отдаленных районах.Отправляйся в Цюйчжоу и Лунчжоу, чтобы посмотреть. Если обнаружишь катастрофу, немедленно сообщи об этом местным властям.Также скажи им, чтобы они не отказывали беженцам, а расселяли их должным образом. На следующий день Куан Шэн вернулся с ближайшей исследовательской группой. Его лицо было мрачным, а ноги всё ещё дрожали, когда он сел с несчастным видом: — Ситуация не обнадеживает.Все посевы в окрестностях высохли, а в отдалённых деревнях и городах никого нет. Я не знаю, куда они ушли. — Они точно переберутся к источнику воды, —предположил Чжао Елань, разворачивая подробную карту Хуайчжоу. —Сколько мест затронуто? — Тринадцать из четырнадцати округов в Хуайчжоу страдают от засухи, — сказал Куан Шэн. — Единственный оставшийся округ почти высох. Чжао Елань нахмурился. Оставшийся округ, вероятно, привлечет беженцев из окрестностей, что может спровоцировать конфликт. Очевидно, что все эти беженцы не могли поместиться в Хуайчжоу. Во-первых,город был слишком мал, а во-вторых, расстояние было слишком большим. К счастью, Янь Минтин оставил для него достаточно людей. — Мы должны как можно скорее организовать места оказания помощи при стихийных бедствиях. Инь Пинлу тоже в этот момент устало вернулась.Она выпила половину кувшина воды за один присест и сообщила: — Жители двух округов сообщили о посевах, но к ним не отнеслись серьёзно. Я уже сделала выговор двум окружным магистратам, и они выразили готовность предстать перед судом за свои преступления и оказать посильную помощь, пожертвовав всё своё имущество для ликвидации последствий стихийного бедствия. Остальные округа пообещали сотрудничать с вами. — Вы хорошо поработали, —сказал Чжао Елань, разворачивая карту. — Вы лучше знакомы сХуайчжоу. Давайте посмотрим, где лучше всего организовать пункты помощи пострадавшим. Куан Шэн разделил город на пять районов в соответствии с расположением рек. На основе этого Инь Пинлудополнительно уточнила численность населенияи в итоге определилашесть пунктов оказания помощи при стихийных бедствиях. Чжао Елань взял половину средств, выделенных на ликвидацию последствий стихийного бедствия, и отправил людей развозить булочки и воду по шести местам соответственно. Он расширил сферу деятельности, чтобы беженцы могли беспрепятственно добраться до других мест, где можно было бы укрыться. Ночью из-за пределов города внезапно хлынуло множество беженцев.Стоя на городской стене, Чжао Елань приказал: — Сначала отведите этих людей в приют и внесите их в список. Не упустите никого из виду. Поначалу жители Хуайчжоу были довольно послушными, однако по мере того, как в последующие дни прибывало все больше беженцев, напряженность начала нарастать. Ресурсы, которые когда-то принадлежали им, теперь были разделены этими людьми.Они были обеспокоены тем, что если впоследствии Хуайчжоу испытает засуху, они не будут знать, как выжить. — Господин, это плохо, кто-то что-то бросил вблаготворительный приют! Чжао Елань только что вернулся с улицы и, не успев перевести дух, бросился в благотворительный приют. Звуки возни были слышны издалека. Вокруг было полно людей, большинство из которых пришли посмотреть на происходящее, но это лишь разжигало пламя в сердцахнарушителей спокойствия. Изначально дело было в брошенном яйце, и люди вокруг аплодировали этому, но постепенно всё переросло в бросание камней. Люди внутри тоже начали выкрикивать оскорбления, и обе стороны едва не подрались. Офицеры и солдаты, охранявшие дверь, едва могли контролировать ситуацию. —Немедленно прекратите это! — крикнул Чжао Елань. Солдаты позади него бросились вперёд, и люди с обеих сторон расступились, но ругательства не прекращались. Как только Чжао Елань подошёл к двери, в него полетел камень и ударил его по лбу. Кровь потекла по его бровям, контрастируя с бледным лицом. — Господин! Вы в порядке? — Инь Пинлу в панике шагнула вперёд и поспешно отправила кого-то за врачом. Толпа мгновенно замолчала. Чжао Елань схватился за лоб, посмотрел на кровь на своих пальцах и тут же ухмыльнулся: —Хорошо, вы действительно способны. Сначала вы нападаете на приезжих, затем вы пытаетесь убить имперского чиновника. Вы все хотите скорее встретиться с королем подземного мира, не так ли? Толпа молчала, и спустя долгое время кто-то из толпы ответил: — Чжао-дарен, мы не хотели вас ударить. — Значит,нападение на беженцев тоже было случайностью? — строго спросил Чжао Елань. — Кто бы ни сделал первый шаг, выходи! Все замолчали. — Прикрываете друг друга?Охрана, арестуйте их всех! Толпа в панике оглядывалась по сторонам, и наконец кто-то вышел вперёд: — Настоящий мужчина должен нести ответственность за свои поступки. Я сделал это! Убейте меня или отрубите мне голову, это ваше дело! — Кто-то такой большой и сильный думает, что может совершить преступление, — Чжао Елань прикрыл лоб платком и шагнул вперёд, чтобы осмотреть его с ног до головы. — Мой господин, не убивайте его. Его жена умерла, и в семье осталось несколько детей.Как они выживут, если вы его убьёте?— сказал кто-то. — Да, он просто был импульсивен. Господин, просто отпустите его, и в будущем мы больше никогда не будем доставлять вам неприятности. Все произносили одно предложение за другим, помогая молить о пощаде. — Я что, сказал, что собираюсь его убить? — хотя Чжао Елань был в ярости, когда речь шла о жизни и смерти, было легко поддаться сильным эмоциям. Нельзя казнить людей бездумно, чтобы не вызывать негативные эмоции у масс. Он спросил, — Хочешь вступить в Силы самообороны? Мужчина был озадачен: — Что такое Силы самообороны? Как только Чжао Елань собрался заговорить, у него разболелась голова, и он не смог ничего сказать, прижимая руку к ране. Инь Пинлу вышла вперёд и сказала за него: — В последние два дня Чжао-дарен искал способы помочь всем и нашёл относительно отдалённый источник воды. Но расстояние довольно большое, и дорога туда и обратно занимает целый день, поэтому нужно собрать людей, чтобы нести воду. Но это не бесплатный труд, правительство заплатит этим людям вдвое больше. —Правда?— когда люди вокруг услышали это, они все воспряли духом. Это была отличная возможность заработать. Инь Пинлу: — Да, те, кто хочет отправиться в путь, должны прийти и зарегистрироваться у меня. Тем, кто силён и способен переносить трудности и тяжёлую работу, будет отдано предпочтение. Вскоре Инь Пинлу была окружена толпой. Целью Сил самообороны на самом деле было снизить нагрузку на население города, отправив молодых людей и людей среднего возраста за его пределы под предлогом перевозки воды. Если бы всё прошло хорошо, они действительно могли бы привезти столь необходимую воду. Чжао Еланя сопроводили обратно в правительственное здание. Врач уже прибыл, и, пока его перевязывали, он посмотрел на Гао Тана, который только что вернулся: — В Лунчжоу и Цюйчжоу нет явной засухи? — Да, они находятся недалеко от Жёлтой реки, и урожай не пострадал, — сообщил Сяо Гао. Чжао Елань вздохнул с облегчением: — Эвакуация беженцев может начаться. Но оставалась ещё одна проблема — деньги заканчивались. Средства на ликвидацию последствий стихийного бедствия, изначально отправленные в Хуайчжоу, составляли всего 38 000 таэлей. С учётом серебра, хранившегося на складе, общая сумма составляла около 40 000 таэлей. В эти дни шесть пунктов оказания помощи пострадавшим, включая благотворительныйприют,почти исчерпали эти ресурсы. Теперь, когда они добавили дополнительные расходы на Силы самообороны, денег едва ли хватит до следующего дня. Уровень воды в городском озере снизился вдвое. На смену изящным лодкам, которые раньше плавали по озеру, пришли вёдра, а все чайные домики были закрыты. На улицах было так жарко, что люди в основном сидели дома и выходили только ночью, чтобыосвежиться. А в благотворительном доме было ещё больше негативных эмоций, как будто группа ждала смерти. Катастрофа была страшной, но не менее страшной была потеря надежды. Поэтому Чжао Елань хотел подбодрить эту группу людей. Большинство людей, вступивших в Силы самообороны, были уроженцами Хуайчжоу, и беженцам оставалось только стараться не мешать им. Чжао Елань сделал ещё одно объявление для людей в приюте. Следующие порции будут только полуфабрикатами, и те, кто захочет помочь с готовкой, получат двойную плату. Мастерская по вышивке ещё не закрылась, так что те, кто умеет шить, могут подать заявку, а те, у кого нет навыков, получат определённую сумму в качестве пособия, если захотят учиться. В это время многие женщины и дети нашли работу. В благотворительном приюте им давали булочкидля еды и койки для сна,а также они могли ходить в мастерскую по вышивке, чтобы научиться ремеслу и заработать немного денег. Негативные эмоции значительно ослабли. В приюте больше не было тесно, и отношения между беженцами и местными жителями значительно улучшились. Жаль только, что Чжао Елань лишился кошелька. Все деньги были изъяты из его личной казны. Он посмотрел на последнюю банкноту,которая у него была, и его сердце сжалось. Изначально всё это блестящее серебро предназначалось для отдыха и развлечений после ухода из династии Сюань, а теперь это добро было разбросано по тысячам семей. И всё это из-за фразы Янь Минтина: «Десятки тысяч Мэнтинов ждут, когда наш Мэнтин их спасёт». Стоило ли оно того? Он улыбнулся про себя. В это время за дверью раздался голос маленькой девочки: — Чжао-дарен, Чжао-дарен! Выйдя из любопытства, он увидел, что охранники у двери преграждают путь девочке, которая хотела войти. Это была девочка по имени Мэнтин. — Впустите её, — сказал он. Мэнтин была одета в лохмотья, но лицо её сияло. Она подбежала к нему, поправила выбившиеся из-под платка волосы и спросила: — Чжао-дарен, вы уже поели? — Пока нет, а что такое? — Чжао Елань опустился на колени, чтобы посмотреть на неё. —Что ты хочешь мне сказать? — Я просто проходила мимо и подумала, что вы, кажется, живёте здесь, — Мэнтин достала из-за пазухи булочку, протянула ему и с улыбкой сказала, — Моя мама приготовила её в благотворительном приюте. Я хочу угостить вас. Булочка, теплая и покрытая вмятинами от пальцев девочки, источала приятный запах. Чжао Елань взял её и откусил кусочек, сказав: — Очень вкусно. Твоя мама хорошо готовит, но почему ты хотела отдать её мне? — Потому что в прошлый раз вы угостили нас паровыми булочками! Мы ели ваши паровые булочки по дороге, так что мы не умерли с голоду, — кожа Мэнтин была немного загорелой, но зубы у неё были очень белыми, а улыбка – яркой. — И моя мама сказала, что вы очень хороший человек, поэтому я не хотела, чтобы вы голодали. Чжао Елань удивлённо приподнял брови: — Я хороший человек? — Верно, все так говорят, они говорят, что вы лучше, чемстарыйИнь…Инь, как его там. Мой господин намного лучше. Если бы не вы, мы бы все умерли с голоду. Позже я пойду работать с мамой в мастерскую по вышиванию. Я думаю, что вышивать гораздо интереснее, чем выращивать урожай. Когда я научусь этому в будущем, я сошью вам одежду, хорошо? Чжао Елань откусил ещё один кусочек булочки, и его брови изогнулись: —Хорошо. Мэнтин на мгновение замолчала, а затем внезапно спросила: — Тогда, когда я вырасту, я смогу выйти за вас замуж? Чжао Елань на мгновение опешил, а затем громко рассмеялся: — Это невозможно. — Почему? — Потому что… — Чжао Еланьна мгновение задумался, не заботясь о том, поймет ли она, он сказал, — Я уже женат. — Ах, какая жалость! —разочарованно надулась Мэнтин. Уголки губ Чжао Еланя приподнялись, и он разделил булочку на две части, вернув ей нетронутую половину: — Я сыт, это тебе. Съешь ещё немного, чтобы поскорее вырасти. Я жду твою новую одежду. — Хорошо! — Мэнтин взяла её и открыла рот, чтобы откусить большой кусок, а когда она посмотрела на него, то снова улыбнулась, прищурившись. Чжао Елань отправил её к воротам правительственного учреждения: —Иди к своей матери. —Да, до свидания,Чжао-дарен! Чжао Елань стоял у двери и смотрел, как она уходит. Люди, проходившие мимо, автоматически здоровались: — Чжао-дарен. — Чжао-дарен, вы уже поели? — Чжао-дарен, Силы самообороны вернутся? С моим вонючим мужчиной ничего не случится, да? — Чжао-дарен, кажется, похудел. Не хотите зайти ко мне домой перекусить? Погода была жаркой. Чжао Елань вытер пот со лба, чувствуя, как в груди необъяснимым образом теплеет. Улыбаясь, он смотрел на входящих и выходящих людей и думал:«Оно того стоит». Необъяснимым образом он очень скучал по Янь Минтину. Он хотел поговорить с ним о текущей ситуации, обсудить всё, что произошло за эти дни, рассказать ему всё в подробностях. Во второй половине дня Ли Юйчэн принёс хорошие новости: его дядя готов выделить пять тысяч таэлей на помощь пострадавшим. — Только твой дядя? А как насчет других торговцев? — Просто убеждение моего дяди уже исчерпало все мои навыки. Я действительно ничего не могу сказать остальным. В конце концов, эти люди считают меня бездельником и совсем не прислушиваются к моим советам. — Это разумно. — … — Я пойду ненадолго с ними встречусь, — Чжао Елань велел ему собрать их всех в торговой палате. Купцы сидели в зале,прекрасно зная, зачем они здесь. Один из них не мог не возмутиться: — Эти чиновники обычно смотрят на нас, бизнесменов, свысока. Попросить их о чём-то так же трудно, как подняться на небеса.Они ставят нас на дно социальной лестницы,а потом, когда что-то случается, выжимают из нас все соки. С меня хватит этой чепухи! Остальные тоже воодушевились и решили выступить единым фронтом. Их нельзя было переубедить даже под угрозой смерти. Чэн Иню было трудно с ними разговаривать. В конце концов, его шурин был премьер-министром, и он уже согласился пожертвовать пять тысяч таэлей. Вскоре вошел Чжао Елань и поприветствовал их: — Наконец-то я рад с вами познакомиться. Вы все — известные конфуцианскиеторговцыв Цзяннани, и, судя по тому, что я вижу сегодня, вы действительно заслуживаете своей репутации. — Чжао-дарен, не нужно этих вежливых слов. Просто скажи нам, чего вы от нас хотите, — холодно усмехнулся говоривший. — Хорошо, я просто скажу прямо. Я надеюсь, что торговая палата сможет пожертвовать немного серебра или припасов. — Мы отказываемся. Чжао Елань улыбнулся: — Я ещё не упомянул об условиях. — Какие у вас могут быть условия? — пренебрежительно спросил собеседник. — Здесь все вовлечены во многие отрасли, и среди них, должно быть, есть мастерские по вышиванию. О мастерстве ткачества в Цзяннани и говорить не стоит, но жаль, что всё отправляется прямиком во дворец. Жители столицы могут только слышать об этом, но никогда не видят и не носят это.Напротив, шелкаиз западных регионовочень ценятся и пользуются спросом.После налаживания деловых контактов торговля сделала их ткани популярными. С другой стороны, ваши товары из Цзяннани можно продавать только в Цзяннани и на юге, что очень жаль, — сказал Чжао Елань. Ли Юйчэн подхватил: — Верно, подумайте, сколько высокопоставленных лиц в столице? Если вы продадите их в Пекине, то сможете хорошо заработать. Эти слова попали в слабое место этой группы бизнесменов, и лидер сказал: — Мы тоже хотим продавать в столице, но, чтобы сохранить лицоимператорской семьи, императорский двор разрешает нам продавать только дворцу, а не простым людям. Это было старое правило, оставленное прежним императором. Чтобы подчеркнуть высокий статус наложниц, одежду из Цзяннани разрешалось отправлять только во дворец. После того как Чжао Сюань взошёл на престол, во дворце было не так много наложниц, и это упущение никто не заметил. — Рано или поздно вся страна узнает о засухе. Если вы все объединитесь и проявите доброту, помогая простым людям в эти трудные времена, я тоже могу заступиться за вас перед императором и позволить вам продавать свои товары на северном рынке. — Император согласится только из-за вашего слова? — Если император согласится, в будущем вы сможете получить большую прибыль. В конце концов, эти товары изначально предназначались для императорских наложниц, и если они появятся на рынке, люди поспешат их купить. Если император не согласится, ваше положение останется прежним, и вы не понесёте убытков. Пожертвованные деньги можно считать платой за вашу собственную жизнь. Когда людей эвакуируют, вас отправят в первую очередь.Как вы думаете, если засуха усилится, сможете ли вы остаться в укрытии? С таким же успехом можно воспользоваться возможностью, чтобы улучшить свою репутацию и обеспечить процветающий бизнес в будущем. Все переглянулись, слегка поддавшись искушению, и не стали сопротивляться так яростно, как в начале. Чжао Елань многозначительно посмотрел на Ли Юйчэна, и Ли Юйчэн сразу же сказал: — По правде говоря, я приехал в Цзяннань, чтобы поучиться у вас, и планирую открыть небольшой бизнес после возвращения в столицу. Почему бы вам не сотрудничать со мной, и ясам отправлю людей в Цзяннань, чтобы перевезти ваши товары, такие как чай, фарфор, ткани, рис, лекарственные травы и тому подобное. Вам не придётся беспокоиться о потерях в пути или о низких продажах. Вы можете предложить мне цену на тридцать процентов выше, и единственное условие — в течение трёх лет вы не можете найти в столице кого-то другого, с кем можно было бы работать. — На тридцать процентов дороже?Как ты собираешься все это продать? — У меня есть свои способы, — сказал Ли Юйчэн. — В конце концов, никто из вас не знает столицу лучше меня. Если товар хорошо продаётся, я закажу ещё. Даже если он не продастся, я никогда не стану вас беспокоить. Как раз в тот момент, когда все взвешивали «за» и «против», Чжао Елань достал список и сказал: — Семья Чэн пожертвовала 4000 таэлей. Когда я вернусь в Пекин, я первым делом доложу императору о вашей доброте. Тогда император разрешит продавать шёлк на рынке, и вы будете единственным, кому это разрешат. Как семья могла справиться с этим в одиночку!? Это действительно ударило всех по нервам.Вместо того, чтобы видеть, как доминирует одна семья, каждый предпочитал понести частичную потерю.В мгновение ока все выразили готовность пожертвовать по четыре тысячи таэлей. Взгляд Чэн Иня переместился на Чжао Еланя, и он вдруг понял, почему Чжао Елань сказал, что он пожертвовал только четыре тысячи, и добавил: — Тогда я дам пять тысяч. Чжао Елань с удовлетворением посмотрел на него, но остальные забеспокоились. — Я дампять тысяч пятьсот! — Шесть тысяч от меня! В конце концов, лидер проявил бессердечие: — Я даю восемь тысяч. Остальные: “.......”Ты предатель. — Я тоже дам восемь тысяч! — Рассчитывайте на меня! — Я отдам восемь тысячвосемьсот! — Хм... Видя, что ставки растут всё выше и выше, Чжао Елань слегка улыбнулся: — Давайте сделаем так.Для большей справедливости давайте установим взнос в размере восьми тысяч таэлей. Я прослежу, чтобы Император был проинформирован о вашей лояльности, и буду вести переговоры в меру своих возможностей в ваших интересах. — Чжао-дарен, пожалуйста, не подведи, всё зависит от вас. — Конечно. Я бы не осмелился сказать это, если бы не был уверен. Все возвращайтесь пораньше,вечеромя отправлю людей собрать серебро и расскажу простым людям о ваших пожертвованиях, — сказал Чжао Елань. Всем было действительно больно, но в то же время они говорили слова благодарности. Чэн Ин остался, когда все остальные ушли, и со вздохом сказал Ли Юйчэну: — Я согласился на пять тысяч, но в мгновение ока забрали ещё три тысячи. — Дядя, успокойся, — Ли Юйчэн сжал его плечо и с улыбкой сказал, — Не волнуйся, я верну тебе деньги, когда заработаю. — Ты? Думаешь, зарабатывать деньги так просто? Ли Юйчэн загадочно улыбнулся: — Не забывай, что они уже подписали со мной соглашение, и все товары в столице будут переданы мне для распространения. Как только император согласится с условиями Чжао Еланя, я первым делом продам шёлк, и деньги потекут рекой. — Но согласится ли эта группа людей? — Я могу дать им небольшую прибыль, но не слишком большую. В любом случае, я уже могу заработать для них много денег, и это прибыльный бизнес.Если они захотят большего, это будет невозможно, у нас есть контракт. И мы заключили его всего на три года, так что, если они хотят поехать в столицу и заниматься бизнесом самостоятельно, это не проблема,—Ли Юйчэн усмехнулся. — Просто в то время цзяннаньский шёлк перестанет быть редкостью. Чэн Ин внезапно осознал: —Парень, ты действительно интриган. — Я просто немного умнее. Настоящий интриган — кто-то другой. — Ты имеешь в виду… — тихо спросил Чэн Ин, — Чжао-дарен? — Это всё его идея, я всего лишь второй продавец.Но я беру 60% прибыли, а он 40%.В конце концов, я буду тем, кто будет заниматься этими вещами в будущем,— гордо сказал Ли Юйчэн. — Но я чувствую себя очень богатым, будучи вторым продавцом, и в будущем нас ждёт много хороших дней. Будучи торговцем, Чэн Ин не мог не восхищаться деловой хваткой Чжао Еланя и внезапно осознал ещё кое-что: — Если рынок в столице действительно откроется, то спрос вырастет, и первоначальных вышивальщиц может не хватить… —Вот почему он тратит свои собственные деньги, чтобы позволить этим обеспокоенным женщинам и детям посещать вышивальную мастерскую для обучения навыкам, что не только облегчает нынешнее затруднительное положение, но и готовит к будущему бизнесу, — Ли Юйчэн искренне поднял большой палец вверх. — Зацени это предвидение .... Ошеломлённый Чэн Ин тяжело похлопал его по плечу: — Дяде нечему тебя учить. Тебе лучше пойти с Чжао-дареном, и в будущем у тебя будет много хороших дней. Вечером пришёл врач, чтобы обработать рану Чжао Еланя. Она затянулась, и не было необходимости перевязывать её марлей. Чжао Елань пересчитал собранные 80 000 таэлей, а затем позвал Инь Пинлу, Куан Шэна и административного чиновника, чтобы обсудить маршрут эвакуации беженцев в Цюйчжоу и Лунчжоу, а также то, как обеспечить их достаточным количеством сухого продовольствия и воды в пути. Несколько человек сидели вокруг и что-то обсуждали, когда внезапно вбежал взволнованный Сяо Гао: — Мой господин, мой господин! Генерал вернулся! Все на мгновение замерли, затем подняли головы и посмотрели на дверь. —Таммного людей, которые сопровождают деньги и припасы, выделенные судом для ликвидации последствий стихийного бедствия! — с энтузиазмом сказал Сяо Гао. Все удивлённо встали, чтобы поприветствовать их.Чжао Елань торопливыми шагами с кистью в руке направился к главным воротам, но внезапно, казалось,о чём-то вспомнил, резко развернулся и побежал обратно назадний двор. Пока все задавались вопросом, что происходит, Янь Минтин сделал несколько шагов к воротам и оглядел собравшихся. Ответив на приветствия, он спросил: — Где он? — Господин, кажется, вернулся в свою комнату. Янь Минтин попросил административного чиновника выйти на улицу и забрать команду, а также нового магистрата округа Пи, после чего быстро прошёл в задний двор. Инь Пинлу увидела, что снаружи её помощь не нужна, и с беспокойством последовала за ним, чтобы проверить ситуацию. Как только она вошла во двор, то неожиданно увидела, что Янь Минтин стучит в дверь: — Я вернулся, почему ты не выходишь ко мне? Мэнтин, Мэнтин! Я досчитаю до трёх, и если ты не выйдешь, я выломаю дверь. — Если ты осмелишься выломать дверь, я сломаю тебя, — сказал человек внутри. — Тогда выходи. Почему ты не хочешь меня видеть? Ты нарушил своё обещание? Ты встречаешься с другим мужчиной? Чем больше он говорил, тем абсурдными становились его слова. Инь Пинлу шагнула вперёд и отвела Янь Минтина в сторону, сказав правду в одном предложении: —У господина изуродованно лицо, и он слишком смущен, чтобы увидеть тебя.