После того, как меня заставили выйти замуж за генерала Злой Звезды

В особняке генерала снова стало шумно. Сяо Гао поспешно отправился в резиденцию Яо, чтобы пригласить двух врачей, а управляющий Цинь взволнованно отправился на кухню, чтобы приказать приготовить хороший обед. Все были заняты, и именно в этот момент управляющий Цинь вспомнил, что у дверей все еще есть гости. Онподбежал к хорошо одетым девушкам и сказал: — Мой господин сейчас слишком занят, возвращайтесь и ждите новостей. Он придёт к вам. — Хорошо, спасибо, — Цинъянь увела девочек. Два врача и Яо Музэ прибыли как раз вовремя. Едва они отдышались, как управляющий Цинь и Сяо Гао отвели их в спальню. Как только они подошли к двери, то увидели, что Чжао Елань и Янь Минтин обнимаются. Они переглянулись, но никто не издал ни звука. Управляющий Циньслегка кашлянул, но, увидев, что они не реагируют, тихо постучал в дверь. Чжао Елань слегка толкнул Янь Минтина, который бросил на них слегка раздраженный взгляд. Врачи,тоже смущенные, подошли, чтобыпроверить его физическое состояние, и посланник сказал с улыбкой: — Неплохо. У тебя хорошая основа.Пережив такое испытание, жизнь может только улыбнуться тебе. А теперь отдыхай и ешь больше, чтобы восполнить силы. Сердце Чжао Еланя, которое висело на волоске, наконец-то успокоилось. Он посмотрел на Янь Минтина, который тоже смотрел на него, и они оба улыбнулись. Посланникбольницы выписал ещё несколько рецептов,сочетающих диетуи лекарства. Чжао Елань торжественно поблагодарил их,личнопроводил до выхода из особняка, а затем послал кого-то за лекарством,прежде чем вернуться в комнату, чтобы позаботиться о еде для Янь Минтина. У этого человека, который только что проснулся, не было хорошего аппетита. Обычно он мог съесть пять мисок, а в этот раз – только три. — …… Чжао Елань сглотнул. Когда он подумал о том, что за раз может съесть максимум две миски, он вдруг почувствовал, что если потеряет столько крови, то действительно не сможет выжить.Видно, иногда полезно побыть ведерком с рисом*. [*обжора] Наевшись, Янь Минтин принял позу, располагающую к долгой беседе: — Я действительно услышал, что ты сказал. Чжао Елань нахмурился и объяснил: — Я не приглашал девушек, это было… — Я не это имел в виду, — Янь Минтин посмотрел на него горящими глазами. —О чем говорится в том письме, о котором упоминал Жуань Сянь? Чжао Елань на мгновение остолбенел. — Ты не можешь этого сделать, — Янь Минтин слегка нахмурился и погладил его по щеке. — Если со мной что-нибудь случится, ты не должен думать о самоубийстве. Ты должен прожить долгую жизнь, чтобы я мог чувствовать себя спокойно. — Что толку в долгой одинокой жизни? — Чжао Елань взглянул на него. Он и так был одинок, и если бы что-то случилось с Янь Минтином, последующие годы стали бы для него бесконечным мучением. —Мертвые ушли навсегда, но живые остаются в горе. Ты действительно думаешь, что я смогу жить счастливо? Янь Минтин долго молчал. Зная, что Чжао Елань обязательно сделает это, он чувствовал себя таким умиротворённым. С детства ему внушали мысль о том, что он должен защищать своих подданных, и он следовал этому принципу на протяжении многих лет. Впервые он ощутил, что кто-то защищает его, и за болью в сердце скрывалась бесконечная радость. — Мэнтин, Мэнтин… —Янь Минтин обнял Чжао Еланя, шепча его имя, закрыв глаза, чтобы вдохнуть его аромат. —Так хорошо быть живым.Я все еще могу видеть тебя каждый день. Чжао Елань обнял его в ответ, глубоко вздохнул и улыбнулся, когда тяжёлые времена остались позади. Он повернул голову и поцеловал его в ухо, в щёку, в лоб, а затем в губы. — К счастью. К счастью, ты выжил, и я тоже. Янь Минтин поправлялся довольно быстро. Он много ел каждый день,но большую часть времени ему приходилось проводить прикованным к постели.Он беспомощно жаловался Чжао Еланю: — Я никогда так долго не лежал в постели, эти дни такие горькие. Чжао Елань не мог с этим согласиться, потому что очень любил лежать на кровати. Если бы ему нечего было делать, он бы предпочёл каждый день лежать и есть, а потом есть и лежать. — Я ненадолго отлучусь,полежи спокойно. —Что, ты идешь к молодым женщинам? — Янь Минтин полулежал на кровати, щурясь на него и поедая семена дыни. —Да, я не только пойду к ним, но и дам им денег. Чжао Елань заставил его поперхнуться. Этот парень точно знал, что он собирается делать,но тот очень хотел разыграть сцену ревности, которая показала, как ему скучно. Чжао Еланьотвел Сяо Гао к их обычному месту встречи, и, осмотревшись, достал из щели в неровной стене запертый ящик. Сяо Гао нашёл ключ неподалёку и уже собирался открыть замок, когда услышал, как Чжао Елань сказал, что он бесполезен.Тем не менее, ключ идеально подошел к замку! Счастливый, Сяо Гао открыл ящик ... и к своему удивлению обнаружил, что внутри есть еще одна коробка, тоже запертая! — Вредная девчонка, ты не забыла подшутить надо мной в такой момент, — Чжао Елань улыбнулся и бросил коробку Сяо Гао. — Разбей её прямо сейчас. Верно!Почему бы просто не сломать ее? Сяо Гао использовал всю свою силу, чтобы разбить коробку голыми руками. Затем, морщась от боли, он подул на руки, отступая в угол. Чжао Елань взял стопку банкнот, вошёл в туннель и незаметно добрался додомаХунсю. Место было мрачным и пустынным.С тех пор, как Гу Няоняо была арестована, двери не открывались, и некоторые слуги и служанки уже сбежали. Оставшиеся доверенные лица, такие как Цинъянь и А-Чан, знали, что Чжао Елань стоит за ними, и всё ещё ждали новостей. Войдя в комнату Гу Няоняо, он увидел, что девочки сидят вместе и вытирают слёзы. Цинъянь увидела его первой и спросила с красными глазами: — Чжао-дарен, сестра Гу ещё может вернуться? У всех этих людей была жестокая судьба. Гу Няоняо, пережив подобный опыт, всегда хорошо относилась к ним, и они оставались, надеясь, что она сможет вернуться. — Не ждите, — Чжао Елань положил банкноты на стол, и каждая взяла себе по одной. — Она попросила меня отдать их вам. Покиньте столицу. В будущем, найдёте ли вы хорошую семью или нет, этих серебряных таэлей вам хватит, чтобы жить в достатке. — А что насчёт неё?Она действительно не вернется? — с небольшой надеждой спросила Цинъянь. Чжао Елань покачал головой и вздохнул. — Уходите скорее, здесь нельзя долго оставаться. Горстка людей поплакала, собрала свои вещи и неохотно ушла. В конце концов, остался только Чжао Елань. Он огляделся, открыл шкаф, достал сумку, которая лежала внутри, и открыл её на столе. Внутрибылиредкиеспеции и его любимый чай. Каждую весну дом Хунсю незаметно присылал ему чай.В почтовых корзинах,помимо сезонных фруктов чаще всего появлялись груши, которые способствовали увлажнению и облегчали кашель, потому что он постоянно кашлял. Довольно много его саше были подарены Гу Няоняо. Посторонние смеялись над его любовью к благовониям, но только Гу Няоняо знала, откуда взялась эта одержимость. Они не были родственниками и использовали друг друга, но оба считали друг друга друзьями. Когда он вернулся в особняк из дома Хунсю, Янь Минтин заметил, что он не в духе, и спросил: — Ты с этим разобрался? Чжао Елань кивнул, зевнул и сказал, что собирается спать. Янь Минтин обнял его сзади, молча утешая. Дело Гу Няоняо уже рассматривалось в суде. Она настаивала на том, что именноЧжао Сюй бежал в дом Хунсю, чтобы угрожать ей и заставить совершить убийство. Это не имело никакого отношения к кому-либо ещё, например, к людям из дома Хунсю, и она также не раскрыла отношения Чжао Еланя с ней. В итоге суд постановил временно поместить её в небесную тюрьму и дождаться, пока император очнётся и лично разберётся с ней. Однажды Чжао Сюань очнулся посреди ночи. Нож был всего в нескольких сантиметрах от его сердца, и потребовалось несколько дней лечения, чтобы стабилизировать его состояние.С тех пор он находился в коме. В прошлую ночь он ненадолго открыл глаза и увидел Сунь Муюнь, стоящую у кровати. Он также услышал, что она родила сына-дракона, и приподнял своё тело, чтобы провозгласить его наследным принцем, прежде чем снова потерять сознание. После того, как Чжао Елань встал рано утром, он некоторое время заботился о Янь Минтине, а затем отправился во дворец. Случайно он столкнулся с Сунь Муюнь, которая благочестиво стояла на страже. После родов ей нужно было следить за своим здоровьем, поэтому она могла лишь изредка заходить вимператорскуюспальню, чтобы немного подождать. Ли Цзинью, несколько министров и другие чиновники тоже были во дворце и, увидев его, вышли на улицу, чтобы обсудить государственные дела. Им нужно было готовиться к худшему, и лица всех были мрачными. Кан Чуань спросил о здоровье Янь Минтина: — Я слышал, что генерал очнулся. Как его самочувствие? —Все в порядке, он ест больше меня, —ответилЧжао Елань. — Это хорошо, на этот раз генерал Янь тоже сильно пострадал. — Это ещё и благодаря тебе, ты упомянул храм Линъюнь, — он подумал, не пойти ли ему выразить свою благодарность, сделав пожертвование храму. — Что, ты ходил в храм Линъюнь? — Кан Чуань оглядел его, —Ты поднялся на вершину горы? Чжао Еланьмолча кивнул. Кан Чуань был потрясён: —Это невероятно… Три дня разлуки, иты совсем другой. Я действительно… испытываю к тебе новое чувство уважения. В результате этого разговора Чжао Елань потерял немного времени и, вернувшись домой, он услышал, как управляющий Цинь сказал, что Янь Минтин отказался от еды. Чжао Елань поспешил в комнату и увидел, что Янь Минтин с горечью смотрит на еду на столе. — Почему ты не ешь? — Чжао Елань сел рядом с ним. — Его состояние очень серьезное? — спросил Янь Минтин. — Императорские врачи говорят, что ему лучше, чем было раньше. Учитель Яо Музэ пригласил знахаря для диагностики и лечения и прописал новый рецепт, который может быть полезен, — Чжао Елань положил в его миску немного овощей. — Тогда почему ты вернулся так поздно? — обиженно спросил Янь Минтин. — Мы договорились, что ты вернёшься пораньше к обеду. — Я немного поговорил с Кан Чуанем и Ли Цзинью, поэтому вернулся поздно. — Правда? Не из-за императора? — Янь Минтин взглянул на него, затем внезапно наклонился к еголицуи внимательно посмотрел ему в глаза. — Ты ведьне плакал из-за него, не так ли? — С чего бы мне плакать? — безучастно спросил Чжао Елань. — Ты всегда плачешь, когда мне больно… ничего страшного, если ты не плачешь из-за него. Ешь, ешь, — к Янь Минтину снова вернулся аппетит, — Накорми меня. — Получив цунь, хочешь чи*. [*не знать предела своим желаниям.] Янь Минтин медленно поднял руку, и перед ним предстали шрамы на его запястье. Сердце Чжао Еланя сразу же смягчилось, и он терпеливо кормил его. — Айо, айо, —управляющийЦинь подошёл, чтобы добавить немного еды.Увидев эту сцену, он чуть не упал.Держа тарелку обеими руками, он сказал Сяо Гао, стоявшему рядом с ним, — Прикрой мне глаза. Во второй половине дня из тюрьмы внезапно пришло известие, что женщина,обвиняемая в покушении на императора, внезапно скончалась. Однако императорские врачи были заняты лечением императора, поэтому после того, как несколько тюремщиков подтвердили, что она не дышит, у Ли Цзинью не осталось выбора, кроме как броситьтелов братскую могилу. Два дня спустя из дворца наконец пришли хорошие новости. Чжао Сюань очнулся. Все министры поспешили во дворец, кроме Янь Минтина, который всё ещё восстанавливался. Янь Минтин всё это время лежал в постели, протягивая лапы, чтобы его одели и накормили. Поначалу он был довольно беззаботным, и его хвост почти доставал до неба. Но даже после того, как Чжао Сюань проснулся, ему всё ещё нужно было лежать и восстанавливаться. Однако он часто приглашал придворных во дворец, чтобы обсудить политические дела, пытаясь наверстать упущенное в государственных делах, и придавал большое значение Чжао Еланю,часто оставляя его обсуждать дела, даже когда другие министры уходили. Янь Минтин лежал в постели, не имея возможности никого видеть в течение всего дня, иснова начал беспокоиться. Поймав Чжао Еланя, он начал жаловаться: — Каждый день лежа в постели, я покрываюсь плесенью. Чжао Елань последние два дня ухаживал за Янь Минтином дома, и у него накопилось много дел. Он видел, что тот хорошо ест и спит, восстанавливаясь со скоростью, заметной невооружённым глазом, и собирался отправиться во дворец, чтобы обсудить важные дела с Чжао Сюанем, поэтому он сказал: — Тогда мне найти кого-нибудь, кто поболтает с тобой, чтобы развеять скуку? Но кого он мог найти? Хотя Хэ Цуйчжан и остальные часто навещали Янь Минтина в эти дни, они были нужны во многих других местах, и у них не было возможности прийти и поболтать с ним. Так случилось, что мимо него прошла жена управляющего Цинь. Цинь-фужэнь изначально была одной из служанок старой госпожи, и после того, как вышла замуж за управляющего Цинь, она по-прежнему помогала ему выполнять поручения семьи Янь. В основном она ухаживала за чайными и фруктовыми деревьями на заднем дворе и сама заваривала чай. Какое совпадение. Чжао Елань попросил её положить только что собранные фрукты и поручил ей поговорить с Янь Минтином. —Это прекрасно!Генерал был тем, за кем я наблюдала,когда он рос, так что я пойду, — Цинь-фужэнь с улыбкой отправилась на поиски Янь Минтина. Только тогда Чжао Елань почувствовал себя достаточно спокойно, чтобы отправиться во дворец, и когда он вернулся, была уже ночь. Как только он вошёл в особняк, он спросил: — Он поел? — Пока нет, — ответил управляющий Цинь. — Он снова ждет меня? — Нет…айо, господин, вы можете сами пойти и посмотреть, — управляющий Цинь был слишком смущен, чтобы продолжать. Чжао Елань в замешательстве последовал за ним в спальню и издалека услышал смех. Подойдя к двери, он увидел на полу кучу кожуры от семечек дыни, а эти двое ели их, разговаривая и смеясь. Голос Цинь-фужэнь всё ещё звучал, и она подмигнула, мелодично говоря: — Дочериженщины, которая продаёт кунжутные лепёшки на овощном рынке, уже восемнадцать лет, иона до сих пор не нашла себе жениха. Угадайте, что случилось? — Что случилось? —с интересом спросил Янь Минтин. — Она сбежала с кем-то другим, и оказалось, что это был жених её кузины! В конце концов, после полугодового побега он бросил её, когда она была беременна, и она вернулась домой. И как это называется! — Такая неприятность! — Есть кое-что похуже. Учёный на востоке города, его сын… Управляющий Цинь смущенно посмотрел на Чжао Еланя: — Теперь выпонимаете, почему я отправил ее на заднюю гору, верно?Она слишком много говорит и знает слишком многослухов... Сначала Цинь-фужэнь работала в переднем дворе,но ее чрезмерная болтовня привлекла толпу любопытных слуг, которые стали слушать её сплетни. Никто больше не хотел работать, как и Янь Минтин, который даже не хотел есть. Чжао Елань: “.......” Что ж, пока он счастлив, не имеет значения,слушаетли он изящные истории или городские сплетни. На следующий день все снова обсуждали дела во дворце. На этот раз главным предметом спора было назначение наследного принца. Наследного принца назначили слишком поспешно, и об этом знали только дворцовые слуги и императорский врач. Видя, что жизнь императора теперь в безопасности, они посоветовали ему подумать дважды.В конце концов, в гареме только у Сунь Муюнь был ребенок, и ещё не поздно было отложить коронацию наследного принца на несколько лет. Императрица дворца ещё не была беременна, и всё ещё нужно было решить вопрос о порядке престолонаследия. Чжао Сюань настоял на своём мнении о том, кто должен стать наследником престола. Несмотря на всеобщее сопротивление, только Чжао Елань выступил вперёд: — Этот чиновник поддерживает выбор на должностьнаследногопринца. Чжао Сюань вздохнул: — Только Чжао-цин понимает меня. Нет нужды обсуждать этот вопрос. Чжао Сюань изначально прошёл кровавый путь в борьбе за трон, и в глубине души он не хотел, чтобы его наследники столкнулись с такой ситуацией. Он и императрица не испытывали особой привязанности друг к другу, иединственным человеком, которого он находил несколько очаровательным в гареме, была Сунь Муюнь. Теперь, когда у него появился старший сын, он должен был воспользоваться ситуацией. Конечно, самой важной причиной, по которой он в то время назначил наследника престола, было его физическое состояние. Он беспокоился, что не сможет встать с постели, поэтомурешил назначить наследного принца раньше срока. Когда остальные ушли, Чжао Сюань попросил Чжао Еланяостаться. Он несколько раз кашлянул, его лицо побледнело, и он медленно произнёс: — Как себя чувствует Янь Минтин? — Его жизни больше ничего не угрожает, но ему всё ещё нужно время на восстановление. Чжао Сюань кивнул. Как раз в этот моментСунь Муюнь пришла к нему с ребёнком на руках, и Чжао Сюань с улыбкой коснулся лица ребёнка и сказал: — Его зовут Чжао Суй*.Пусть его жизнь будет мирной и благополучной. [*Суй (遂) означает «успех, удача».] — Хорошее имя. — Тебе не нужно быть со мной формальным, — улыбнулся Чжао Сюань. — Когда он был ещё в утробе, я с большими надеждами придумывал ему много имён, а после поездки к вратам смерти понял, что нет ничего счастливее, чем быть в безопасности и здравии. — Да, — Чжао Елань чувствовал то же самое. — В будущем ты станешь его Великим наставником. Великого наставника всегда выбирали из числа учёных Императорской академии. Чжао Елань был немного удивлён тем, что Чжао Сюань решил доверить ему тяжёлую обязанность обучать наследного принца. — Эта наложница тоже так думает! — с улыбкой сказала Сунь Муюнь. — Чжао-даренлучше всего подходит на эту роль. Чжао Елань ничего не оставалось, кроме как взять на себя эту тяжёлую ответственность под двумя парами выжидающих взглядов. Вернувшись в особняк генерала, он как раз успел к ужину, но заметил, что Янь Минтин странно на него смотрит.После безуспешных попыток разобраться Чжао Елань рассказал о своем повышении по службе, заявив, что теперьон главный наставник наследного принца. Неожиданно взгляд Янь Минтина стал ещё более странным. Он некоторое время смотрел на него, оцепенев, затем, не говоря ни слова, положил палочки для еды,с грустным видом лег на кровать и медленно накрылся одеялом, создавая впечатление глубокого отчаяния. Чжао Елань был в замешательстве. Когда на следующий день он покидал резиденцию, топрошептал Сяо Гао несколько инструкций. Император официально объявил о повышении Чжао Еланя до Великого наставника и наградил его Четырьмя сокровищами учёности*. [*традиционные инструменты для каллиграфии и живописи в Китае; кисть, чернила, чернильный камень и бумага.] Чжао Елань вернулся домой с несколькими большими ящиками наград, а слуги занялись их переноской.Янь Минтин, услышав шум, посмотрел на него с еще более меланхоличным выражением лица,как обиженная женщина, которую трагически бросили. Чжао Елань нашёл Сяо Гао и спросил: — Разве он не провёл эти два дня в приятной беседе с Цинь-фужэнь? Почему он такой подавленный? Сяо Гаоответил: —Сначала он действительно был доволен, но, услышав, какЦинь-фужэньрассказываето своей дальней родственнице,он стал менее радостным. — Что случилось? Сяо Гао откашлялся и изобразил голос Цинь-фужэнь: — О, Сяо Янь, ты не представляешь, как тяжело жилось моей кузине после того, как она вышла замуж. Её муж был красивым и способным, и он привлекал к себе внимание многих девушек.Он проводит свои дни, развлекаясь на свежем воздухе, а не сидел дома, и, возвращаясь, приносил подарки от других. Когда его спрашивали, он отвечал, что их подарила ему возлюбленная! Вероятно, это произошло потому, что её мужу не нравилось, что она не могла весь день наряжаться дома, и у неё было мало знаний, поэтому он искал себе спутницу на стороне. С моей точки зрения, ей следовало больше заботиться о себе и тратить деньги там, где нужно, иначе деньги, которые она откладывала для мужа, откладывались бы для других женщин! Скажите, ты считаешь это логичным? — …… — Чжао Елань вернулся в комнату, сел на кровать и спросил, — Ты не хочешь узнать, что в этих коробках? — Не хочу, — Янь Минтин повернулся к нему спиной ифыркнул,— Это всего лишь что-то, что может тебе понравиться, как будто у тебя этого ещё нет. Тебе не кажется, что он надоедливый? У наследного принца уже всё есть,почему он продолжает искать причины беспокоить тебя? Я всегда подозревал, что у него дурные намерения, так что будь осторожен. Чжао Елань поджал губы и с улыбкой сказал: — Это награды для тебя, за твой поход. Янь Минтин был застигнут врасплох и обернулся: — Неужели? — Если не веришь мне, сходи и посмотри сам. Янь Минтин действительно встал, проверил коробки одну за другой и остался доволен.Вернувшись в спальню, он о чем-то задумался и, пока Чжао Елань мылся, переоделся в новую одежду. Как только Чжао Елань вышел, он увидел, что тот одет в нарядную одежду и сидит на краю кровати, прислонившись к балдахину. Янь Минтин слабо кашлянул и сказал: — Мэнтин~ пора спать ~. Чжао Елань выразил легкое удивление. — Что с тобой вдруг случилось? Что ты делаешь в моей одежде? — Тебе не нравится эта одежда? — Янь Минтин слышал от Цинь-фужэнь, что если он хочет завоевать сердце мужчины, который целыми днями бегает по делам, то сначала должен соответствовать его вкусам, чтобысоблазнить его! Чжао Елань потёр виски и подошёл, чтобы снять с него одежду, приговаривая: — Поторопись и ложись спать. Янь Минтинбыл удивлен: это произвело чудесный эффект! Ему не терпелось поскорее снять одежду и лечь в постель,хе-хе! — Подожди, — Янь Минтин продолжил свои попытки и быстро достал из бокового ящика саше. Он растёр его по телу,надеясь таким образом надушиться, а поскольку Чжао Елань любил духи, он наверняка был бы соблазнен. Под изумлённым взглядом Чжао Еланя Янь Минтин закончил приготовления и сразу же лёг, указывая на него пальцем: — Мэнтин,иди сюда—апчхи,апчхи! Чжао Елань больше не мог этого выносить и выхватил пакетик из его рук. — Что случилось,апчхи! — Янь Минтин продолжал чихать. — Ты схватил душистую траву, — растерянно сказал Чжао Елань. Янь Минтин был ошеломлён: —Как это…апчхи,апчхи!…возможно!