Взлом судьбы

Каждое утро теперь начиналось с проверки тумбочки, а в ней книжки, а в ней — часов. И каждое утро игла кощея часы лежали на месте. Каждый вечер начинался с поглаживания или прижимания к груди гэгэ, чтобы убедиться — он носит кольцо. Было немного жаль, что он носит его на цепочке — но ведь тут Хуа Чэн сам виноват, правда? Нужно было не ограничиваться полумерами, а сразу надевать на палец. Каждый день тело гэгэ все ближе приближалось к своему здоровому состоянию и каждую ночь их секс становился все ярче. Они оба, казалось, приняли тот факт, что Хуа Чэну было просто необходимо кончить дважды, а Се Ляню было вполне достаточно и одного раза. И теперь каждый мог получать то, что ему нужно — не стыдясь и не подгоняя себя под несуществующие стандарты. А когда они как-то естественно оказались в позиции 69 (не естественно прервавшись на одевание резинок) Хуа Чэн вообще чуть с ума от счастья не сошел. Гораздо хуже дело обстояло с его расследованием. Он пытался подступиться к этому вопросу с разных сторон — пытался расспросить гэгэ о планах на пятницу, уточнял, не хочет ли он чем-то поделиться, и в целом пытался его разговорить. Гэгэ отмалчивался или отвечал что-то вроде «не хочу портить такой потрясающий момент с тобой». И это просто прекрасно, но мне-то что делать? Что делать-то мне? Се Лянь же перешел в режим «день простоять да ночь продержаться» и просто пытался прожить очередную неделю, желательно с минимальными последствиями. У него были некоторые надежды на то, что в эту пятницу его тоже оставят в покое, ведь на нее был запланирован корпоратив. И Цзюнь У наверняка будет просто не до него, а если и до него — можно будет как-то отказаться. Потеряться. Напиться. Заблудиться. В крайнем случае — устроить скандал. Особо грел тот факт, что в понедельник «любимое» начальство в офисе не появилось. Очевидно, следы бурной пятницы были слишком заметны. Приключения Се Ляня тоже были частично написаны на его лице, но ощутимых неудобств не доставили. На все вопросы он бросил короткое «Подрался», и этот емкий ответ в целом удовлетворил любопытство коллег. Разумеется, одновременное явление в офис двух подбитых сотрудников вызвало бы куда большие сплетен и даже могло навести на нежелательные для Цзюнь У размышления. К сожалению, в среду Цзюнь У в офис все же пришел и выглядел вполне себе целым. И ожидаемо вызвал к себе Се Ляня. К его удивлению, они сухо пробежались по работе его отдела, да по планам на следующий квартал. И уже в самом конце Цзюнь У сказал: — Ты с ним еще не порвал? — С кем? — Се Ляню даже не пришлось притворяться. Смена темы была такой внезапной, что это поставило его в тупик. — Ты знаешь с кем. Я не собираюсь тратить время, чтобы узнать имя и фамилию твоего любовника на стороне. То есть Сань Лан, который готовит мне, возит по больницам, терпит мои пьяные истерики — это мой «любовник на стороне». Интересно, кем ты себя в моей жизни считаешь? — Это неважно. Цзюнь У откинулся на спинку кресла. По всему получалось, что он нашел причину, которая мешала построить ему с Се Лянем нормальные (в его понимании) отношения. И эту причину стоило немедленно устранить. — Значит, все еще с ним. Брось его. Се Лянь только вздохнул. По-хорошему, стоило соврать, но при мысли о необходимости строить и поддерживать еще один слой лжи вызывали тошноту. Да и что это изменит, в конце концов? — Боюсь, что это невозможно. Это действительно было невозможно. Во-первых, согласно плану, ему нужно было продержаться еще несколько лет. Как он это вывезет без Сань Лана? Скорее всего, никак. Сань Лан был ему жизненно необходим. А, во-вторых — он вообще-то уже пытался. И убедился, что задача по разрыву связей в случае Сань Лана, возможно, вообще не имеет решения. — Тебе нужна помощь, чтобы расстаться с ним? — Нет. Цзюнь У это понял как точно нужна. — Хорошо. Собирайся. — Куда? — Ты совсем свой календарь не смотришь? У нас встреча с представителями это… как его… все время забываю названия мелких банков, с которыми мы сливаемся. Или которые нам сливаются? Неважно. Се Лянь никакой встречи в календаре на это время не помнил — но и памяти своей доверять не мог. — Я не подготовился. — Плохо. Но не страшно. Возьми документы, в дороге посмотришь. Се Ляню пришлось взять папку и спуститься в подземный паркинг к машине Цзюнь У вместе с ним. Как всегда, он чувствовал желание сбежать и как всегда подавил его. Радовало, что его не часто брали на такие встречи. Во-первых, далеко не всегда нужно было обсуждать технические детали, во-вторых — он был не единственным специалистом, способным их обсудить. Бесило, что почти никогда это не делалось онлайн — нужно было обязательно говорить лично, в присутствии серьезных, никому не доверяющих и ничего не понимающих мужчин. Бесило, что придется ехать на заднем сидении с Цзюнь У. Радовало, что сиденье хотя бы было широким и что в присутствии водителя, пусть даже за перегородкой, они скорее всего даже не соприкоснуться. Уже в машине Се Лянь открыл папку и с удивлением увидел надпись "Инструкция по безопасности". Это никак не могли быть документы по сделке. Именно поэтому я не помнил никакой встречи. Тут же Цзюнь У навалился на него всем своим весом и Се Лянь почувствовал совершенно не безопасный укол в плечо. Он с удивлением обнаружил, что машина уже едет, а дверь заблокирована. И что в тесном пространстве все его умение боксировать совершенно бесполезно. И еще чуть позже — разливающуюся по телу слабость. Он искренне пытался как-то выбраться из-под тяжелого тела и отстраниться — ничего не получалось. Лишь когда конечности стали совершенно вялыми и непослушными, а взгляд поплыл — Цзюнь У с него слез. — Понимаешь, Сяо Лянь, есть проблема с седативными средствами. То, что можно вколоть внутримышечно — действует медленно и ненадежно. А внутривенные уколы я делать не умею. Поэтому пришлось взять двойную дозу. Но даже так твой организм отказывается сдаваться окончательно. Придется дополнить. Тут на лицо Се Ляня приземлилась остро пахнущая ткань. И первая мысль была — не дыши. А вторая — да что это изменит? И через несколько вдохов его сознание уплыло окончательно.