Second Chance

      Сатору открыл глаза от мерзкого, противного звука будильника, который, кажется, с каждой минутой становился всё громче и настойчивее. Он поморщился, нехотя протянул руку, нащупал телефон на тумбочке и отключил звук, зажмурившись ещё на несколько секунд, надеясь, что мир разрешит ему поспать ещё хотя бы пять минут.       Но нет.       На часах было 7 утра, а тело уже напоминало ему, что день начался - лёгкая усталость, приятная ноющая боль в мышцах, тёплое воспоминание о прошлой ночи, которая определённо оставила след не только в его сознании.       Сатору провёл рукой по простыне, машинально ища Юджи, но там была только пустота и прохладная ткань. Он открыл глаза, разочарованно заворчал, заставляя себя подняться с кровати, и со стоном направился в ванную.       Холодный душ помог прийти в себя, смывая остатки сна и усталости. Вода бежала по его телу, капли стекали по коже, а он просто стоял, закрыв глаза, ощущая прохладу, пытаясь разогнать ленивое желание вернуться в тёплую постель, зарыться носом в шею Юджи и уснуть ещё на пару часов.       Но нет времени.       Сатору быстро вытерся, накинул полотенце на бёдра и вышел из ванной, ощущая, как его тело всё ещё приятно гудит после прошедшей ночи.       Запах еды мгновенно ударил в нос. Он замедлил шаг, прислушиваясь к лёгкому шуму на кухне, к приглушённым звукам посуды.       Юджи.       Сатору подошел к нему сзади, почти неслышно, ловя знакомый, домашний, тёплый аромат, который теперь кажется ему неизменной частью утра.       Юджи даже не вздрогнул, когда Сатору плотно притягивает его к себе, тёплыми ладонями обхватывая его живот, медленно склоняясь к его шее и прижимая к ней губы.       “Ты рано встал”, - голос Сатору звучал сонно, он скользнул губами вдоль шеи, ощущая, как под кожей замирает дыхание Юджи.       Юджи фыркнул, помешивая что-то на сковороде.       “В отличие от тебя, у меня нет роскоши валяться до последнего, старик”.       Сатору поджал губы, но ничего не ответил, только прикусил его кожу чуть сильнее, заставляя Юджи тихо выдохнуть и повернуть голову, чтобы посмотреть на него.       И прежде чем он успел сказать что-то ещё, Сатору наклонился и поймал его губы в медленном, ленивом поцелуе.       Юджи неторопливо развернулся, его рука автоматически скользнула по спине Сатору, пальцы задержались на влажной коже, прежде чем он углубил поцелуй, нежный, но уверенный.       Сатору был доволен. Очень доволен.       “Что ты готовишь?” - спросил он, не отстраняясь слишком далеко, его голос низкий, расслабленный, с оттенком удовольствия.       Юджи закатил глаза, но в них было тепло, которое невозможно скрыть.       “Тамагояки”.       “Хм, ты великолепен. Как же мне повезло с мужем…”       Юджи замер на секунду, затем покосился на него, губы дёрнулись в ухмылке.       “Вообще-то, мы разводимся, напомнить?”       Сатору лениво отмахнулся, как будто это вообще не имеет значения.       “Ну, развод всегда можно отменить”.       Юджи фыркнул, но в его глазах мелькнуло что-то опасное - что-то, что говорило Сатору, что Юджи ещё не раз это ему припомнит.       Звонок в дверь раздаётся неожиданно, нарушая ленивую, уютную атмосферу. Сатору тихо выдохнул, нехотя отстраняясь от Юджи, который продолжал возиться на кухне, и направился к двери, уже догадываясь, кто это.       Курьер - молодой парень в чёрной униформе, выглядел немного напряжённым, но вежливо кивнул, протягивая пакет с костюмом и ключи от машины, которые лежали сверху.       “Годжо Сатору?”       “Ага, это я”.       “Это от Иджичи-сан”.       Сатору взял пакет, посмотрел на ключи и кивнул в ответ.       “Спасибо”.       Курьер развернулся и ушел, а Сатору прикрыл дверь, усмехаясь про себя.       "Чёртов Иджичи. Не подвёл".       Он пошел обратно в спальню, оставляя костюм на кровати. Чистая рубашка, идеально выглаженные брюки, галстук, пиджак - всё, как и положено. Он быстро натянул одежду, поправил манжеты, лениво осмотрел себя в зеркале и вышел обратно в гостиную, где уже доносился аромат свежеприготовленного завтрака.       Юджи накрывал на стол, его поза была расслабленной, но в глазах читалась привычная сосредоточенность.       “Готово”, - сказал он, выдвигая стул, жестом приглашая Сатору сесть.       Сатору сел, принимая тарелку с золотистыми свёрнутыми кусочками тамагояки, взял палочки, рассматривая еду с тем самым выражением удовольствия, которое обычно появляется у него, когда он видит что-то вкусное.       “Ты идеален”.       Юджи закатил глаза, но при этом слегка улыбнулся, садясь напротив.       “Ты так говоришь только из-за еды”.       “Ну, может быть”.       Они начали есть, и завтрак проходил в тёплой, лёгкой атмосфере. Они говорили о всяких мелочах.       Сатору рассказывал о встречах, о том, как он собирается добить Зенинов окончательно, о том, как один из членов совета пытался давить на него через прессу, но, кажется, сам нарвался на скандал и теперь прячется как крыса.       Юджи слушал с интересом, спрашивал, не слишком ли это его выматывает, но Сатору лишь усмехался, говоря, что ему уже даже нравится играть в эти игры.       “Главное - красиво поставить точку”.       О будущих тренировках Юджи.       “Ты же не будешь себя загонять, да?” - спрашивал Сатору, подцепляя ещё один кусочек тамагояки.       “Мне нужны тренировки”.       “Я знаю, но поясница-то как?”       Юджи приподнял бровь, отложил палочки и хищно посмотрел на него.       “Об этом надо было думать вчера”.       Сатору фыркнул, откидываясь назад, взгляд у него был самодовольный, ленивый, но в уголках губ играла едва заметная ухмылка.       “Ты же сам решил дать мне шанс”.       Юджи сделал вид, что размышляет, прежде чем развалиться на стуле и лениво потянуться.       “Ну, если честно, жаловаться мне не на что”.       “Конечно, не на что”, - усмехнулся Сатору.       О путешествиях.       Юджи сказал, что всегда мечтал как следует покататься по США, но из-за спорта и постоянных тренировок у него никогда не было времени.       “А ты?”       “Я много путешествовал, но в основном по работе. Не всегда было время просто насладиться городами, знаешь? Я вот никогда не был на Гранд Каньоне”.       “Что, даже ты?” - Юджи посмотрел на него с прищуром, чуть поддразнивая.       “Даже я”, - засмеялся Сатору.       “Ну что ж, тогда как-нибудь нужно исправить”.       О еде.       Сатору пытался выяснить, какие сладости Юджи любит больше всего, но тот заминается, потому что сладкое вообще редко ест.       “Ты не человек, если не любишь десерты”, - сделал трагичное заявление Сатору.       “Я просто не фанат”, - Юджи пожал плечами, забирая его пустую тарелку.       “Это надо срочно исправить”.       “Конечно, конечно”, - фыркнул Юджи, относя посуду в раковину.       Они закончили завтрак, и Юджи остался у раковины помыть посуду, пока Сатору допивал кофе, наблюдая за ним украдкой.       Его сердце билось ровно. Ничего не торопило. Всё ощущалось правильно.       Юджи домыл последнюю тарелку, провёл губкой по гладкой поверхности, прежде чем поставить её на сушилку. Вода медленно стекала по его пальцам, а капли падали в раковину.       Он развернулся, подошел к Сатору, который всё ещё сидел за столом, расслабленно потягивая кофе, и, не раздумывая, просто уселся к нему на колени, обхватывая его шею руками, прижимаясь всем телом.       Сатору выдохнул, но не удивился. Он провел ладонями по спине Юджи, медленно, лениво, ощущая его тепло, ритм дыхания, биение сердца.       Это реально.       Он ощущал его вес, его близость, его дыхание на своей коже, и это не сон, не фантазия, не что-то недостижимое, а реальность, в которой он теперь жил.       Юджи наклонился ближе, губами скользнул по щеке, затем поймал его губы в медленном, тёплом поцелуе. Поцелуй был неторопливым, тягучим, полным чего-то большего, чем просто страсть - уверенности, осознания, желания остаться в этом моменте навсегда.       Сатору придвинул его ближе, обнял крепче, чувствуя, как вся усталость, вся напряжённость последних месяцев растворяется.       Он не мог поверить, что это его жизнь сейчас.       “Я не мог и мечтать о таком”, - признался он, его голос звучал низко, немного хрипло после поцелуя, его руки не спешили разжиматься, словно он боялся, что, если отпустит Юджи, всё это исчезнет.       Юджи улыбнулся, провёл ладонью по его щеке, кончиками пальцев прошёлся по скулам, замирая у линии челюсти, как будто сам убеждался, что это всё реально, что Сатору - здесь, перед ним.       “Это реально, Сатору”.       Эти слова - словно якорь, словно точка, которая удерживала его в этом моменте. Сатору закрыл глаза на секунду, смакуя это ощущение, прежде чем, с тяжёлым вздохом, неохотно разжать руки.       “Я не хочу, чтобы это заканчивалось…”       Юджи поджал губы, пытаясь скрыть ухмылку, но в его глазах читалось понимание.       “Но тебе нужно на работу”.       Сатору недовольно поморщился, прижал его на секунду сильнее, прежде чем наклонился, ловя его губы в коротком, но насыщенном поцелуе.       “Давай встретимся вечером?” - предложил Юджи, всё ещё не двигаясь с его колен, всё ещё не убирая рук с его плеч.       Сатору засмеялся, покачал головой, но поцеловал его снова, лениво, чуть дольше, словно не мог остановиться.       “Конечно. Я приеду после работы”.       Юджи улыбнулся, его взгляд был тёплым, мягким, немного лукавым.       “Я совсем не против”.       Сатору неохотно разжал объятия, но прежде чем полностью отпустить Юджи, поцеловал его снова, тепло, неторопливо, пытаясь сохранить это ощущение на весь день вперёд.       Он вздохнул, поднялся со стула, лениво потянулся, прежде чем направиться в сторону спальни, где оставил телефон. Экран уже светился несколькими уведомлениями - Иджичи, дед, пара сообщений от Нанами.       "Чёртов понедельник".       Он перевёл взгляд на свою одежду, вчерашний костюм всё ещё валялся на полу.       “Куда мне деть одежду?” - спросил он через плечо, лениво поправляя манжеты чистой рубашки.       Юджи выглянул из кухни, прищурился, словно только сейчас заметил этот беспорядок.       “Не парься”, - ответил он, возвращаясь к делам - “У меня все вещи забирает химчистка. Просто оставь там, где лежит”.       Сатору усмехнулся, возвращаясь в гостиную, и снова оказался рядом с Юджи.       “Ты слишком хорош для этого мира”.       Юджи фыркнул, но прежде чем успел что-то сказать, Сатору снова поцеловал его, сильнее, глубже, его пальцы скользнули по линии позвоночника, задерживаясь на талии, сжимая чуть крепче, пока Юджи не поддался, не прижался к нему так, словно они не виделись годами, а не всего несколько минут.       Чёрт.       Как же он не хотел уходить.       Руки блуждали по спине, по плечам, ладони ловили жар его кожи через тонкую ткань футболки, пальцы запоминали изгибы, чтобы потом в течение дня вспоминать этот момент снова и снова.       Юджи тихо выдохнул в губы Сатору, руками провёл по его волосам, плечам, груди, его поцелуй был такой же нетерпеливый, как и у Сатору, наполненный жадностью, ощущением нехватки, несмотря на то, что они только провели вместе ночь.       “Тебе нужно идти”, - выдохнул он между поцелуями, но сам не отпускал, напротив - сжимал рубашку Сатору в кулаках, словно цепляясь за него.       Сатору тихо засмеялся, его лоб оставался прижатым ко лбу Юджи, дыхание сбивалось, губы снова нашли его шею, проводя языком по коже.       “Ты это говоришь, а сам не отпускаешь меня”.       Юджи закатил глаза, но всё-таки отступил, позволяя ему наконец собраться.       Сатору вздохнул, обулся и накинул пальто.       “До вечера”, - сказал он, но прежде чем выйти, снова приблизился, снова поцеловал Юджи, коротко, но с тем самым намёком, что между ними всё только начинается.       Юджи посмотрел ему в глаза, медленно кивнул.       “До вечера”.       Сатору отступил назад, развернулся и вышел из квартиры, не давая себе повернуться и остаться ещё на пару минут.       Он нажал кнопку лифта, и пока двери открывались, закрыл глаза на секунду, вдыхая глубже, ощущая на губах вкус Юджи.       Блядь.       Как ему сосредоточиться на работе сегодня?       Лифт плавно опускался вниз, его механический гул глухо отдавался в стенах, а Сатору лениво опустил взгляд на телефон, разблокируя экран одним движением пальца.       Сообщение от Иджичи.       "Машина припаркована на платной стоянке рядом с жилым комплексом".       Сатору выдохнул качая головой. Конечно. Как будто Иджичи когда-нибудь забудет позаботиться о таких деталях.       Двери лифта открылись, и он вышел в пустое, прохладное фойе, нажимая на экран телефона, набирая короткое сообщение Нанами:       "Выезжаю. Буду вовремя”.       Ответ не заставил себя ждать.       "Какая неожиданность”.       Сатору усмехнулся, пряча телефон в карман. Чёртов Нанами.       Он вышел на улицу, и в лицо сразу ударил прохладный весенний воздух, колкий, но освежающий. Ослепительно чистое небо, прохожие едва ли торопились, улица ещё не успела заполниться привычной суетой, и утро казалось странно умиротворённым.       Он запихнул руки в карманы пальто, позволяя себе несколько спокойных минут, пока шел к машине, чувствуя хрустящий под ногами асфальт.       Юджи.       Мысль пришла внезапно, заставляя его губы дрогнуть в лёгкой улыбке.       "Скоро у него день рождения."       Он остановился на секунду, поднимая взгляд в небо. А что, если сделать сюрприз? Юджи явно не из тех, кто любит громкие праздники, но… Сатору мог придумать что-то особенное.       Ему стоило подумать об этом.       Он сел в машину, двигатель плавно завёлся, шум резины по мокрому асфальту почти успокаивал. Сатору выехал с парковки, направляясь в сторону небольшой кофейни, где они договорились встретиться с Нанами - место с европейскими десертами, где подают лучший захер, который он когда-либо пробовал.       Он вырулил на главную дорогу, ловя первые лучи солнца, пробивающиеся сквозь высокие здания, и почувствовал, как лёгкая улыбка появляется на губах. Как бы он ни пытался сосредоточиться на делах, мысли о Юджи - о его голосе, его тёплой коже, его смехе - не оставляли его ни на секунду.       Кофейня, в которой он должен встретиться с Нанами, тоже находится в Синдзюку, так что ехать долго не пришлось. Он свернул на боковую улицу, осматриваясь по сторонам в поисках места для парковки, но, как и следовало ожидать, найти его в центре было настоящим испытанием. После минуты бесполезных поисков он заметил небольшой супермаркет с парковкой.       Он подрулил к свободному месту, припарковался, заглушил двигатель и, захлопнув дверь, неспешно направился пешком в сторону кофейни.       Весенний воздух бодрил, вдалеке раздавались звуки просыпающегося города - где-то завывали сирены, где-то люди переговаривались в спешке, но здесь, на боковой улице, всё ещё царило утреннее спокойствие.       Сатору вскоре заметил нужную кофейню - уютное место с тёмными окнами, деревянными панелями и мягким тёплым светом внутри. Как только он зашел внутрь, его встретил аромат свежемолотого кофе, тёплого ванильного теста и чего-то сладкого, карамельного.       Он прошелся взглядом по залу и почти сразу заметил Нанами - тот, как всегда, сидел с идеально ровной спиной, держа в руках кружку чёрного кофе, а рядом на тарелке лежало что-то вроде круассана.       Сатору ухмыльнулся, подошел, слегка наклоняясь, опираясь на край стола.       “Доброе утро, Нанамин”.       Нанами поднял на него спокойный взгляд, но по выражению лица было ясно - он не в восторге от этого прозвища.       “Годжо”.       “Какая радость видеть тебя с утра пораньше”.       “Я бы не назвал это радостью”.       Сатору фыркнул, но не подал виду, просто отправился к стойке, чтобы сделать заказ. Девушка-бариста вежливо улыбнулась, встречаясь с ним взглядом.       “Что будете заказывать?”       Сатору даже не задумался, как всегда, сказал свой стандартный заказ:       “Карамельный макиато, двойной сироп, сахар. И кусок венского торта”.       Бариста кивнула, записала заказ, а Сатору встал в ожидании, слегка поворачиваясь к Нанами. Тот спокойно сделал глоток своего кофе, ничем не выдавая эмоций, но, зная его, Сатору мог бы поклясться - он мысленно закатывает глаза на количество сахара, которое он только что заказал.       И это, чёрт возьми, только добавило утру веселья.       Сатору сел напротив Нанами, поставил перед собой кофе и десерт, откинулся в кресле, легко скрещивая ноги. Нанами открыл папку с документами, пролистал несколько страниц, прежде чем посмотреть на него серьёзным, сосредоточенным взглядом.       “Наоя активно сотрудничает со следствием”, - начал он без предисловий, отставляя чашку чёрного кофе в сторону.       Сатору кивнул, не особенно удивлён.       “А что с Тоджи?”       Нанами поджал губы, закрывая папку.       “С ним всё сложнее. Он держится до последнего, но, зная его, так и будет до самого конца. Адвокаты работают, пытаются выкрутить ситуацию. Конечно, с их финансами…” - он сделал лёгкий жест рукой, показывая, что и так понятно, чем это всё закончится.       Сатору усмехнулся, делая глоток карамельного макиато, ощущая, как сладкий привкус оседает на языке.       “Я и не ждал, что они сядут. Это было бы слишком идеально. Но их репутация уничтожена, и это всё, что мне было нужно”.       Нанами пристально посмотрел на него несколько секунд, а потом кивнул, соглашаясь.       “Да. В деловых кругах их влияние теперь незначительно. Компании, которые с ними сотрудничали, уже дистанцируются. Некоторые контракты разорваны, а те, что остались, под угрозой. Они потеряли основную часть доходов.”       Сатору удовлетворённо кивнул, но его взгляд стал чуть более отстранённым, когда он опустил его в чашку кофе. Всё это - просто деловая стратегия. Но есть вещи, которые трогали его лично.       “Что с Ютой?”       Нанами молча посмотрел на него пару секунд, прежде чем ответить.       “Тело передадут через неделю. Тогда можно будет организовать похороны.”       Сатору едва заметно сжал пальцы на чашке, затем отпустил её, делая медленный вдох.       “Я займусь похоронами сам”.       Нанами понимающе кивнул.       “Я помогу”.       Сатору благодарно посмотрел на него, но ничего не сказал, просто сделал ещё один глоток кофе, откидываясь на спинку стула.       “Как Сугуру?”       Сатору провёл языком по внутренней стороне щеки, прежде чем ответил.       “Выписывают на днях. Мы договорились, что он посетит похороны Юты, а потом сразу ляжет в рехаб”.       Нанами слегка приподнял бровь, явно интересуясь подробностями.       “Где он будет проходить лечение?”       “Киото. Закрытое учреждение. Нашла Сёко. Анонимность, полгода полного лечения с психотерапией и восстановлением”.       Нанами медленно кивнул, задумчиво барабаня пальцами по столу.       “Думаешь, он справится?”       Сатору опустил взгляд на свою чашку, затем снова поднял на Нанами.       “Думаю, у него нет другого выбора”.       Нанами отставил чашку на блюдце, посмотрел на Сатору с необычным для него выражением задумчивости, словно обдумывает, стоит ли говорить то, что хочет сказать.       “Мне, честно говоря, неловко поднимать этот вопрос, но…” - он сделал паузу, передвигая палец по краю чашки, - “Что у вас с Юджи? После всей этой истории с разводом и аварией я ничего не слышал”.       Сатору поднял на него взгляд, в котором читалась тень самодовольства.       “Мы вместе”.       Нанами на мгновение замер, а потом удивлённо вскидывает брови.       “Вместе?” - он покачал головой, делая короткий смешок - “Я был уверен, что Юджи окончательно решил избавиться от занозы в заднице по имени Годжо Сатору”.       Сатору фыркнул, запрокинув голову и искренне рассмеявшись.       “Ну, от меня так просто не избавиться”.       “О да, ты из тех, кто возвращается, даже если его выкинуть из самолёта без парашюта”.       “Именно”.       Они обменялись понимающими взглядами, и Нанами чуть покачал головой, но в глазах у него не было осуждения, скорее, даже облегчение.       Он взял свою чашку, сделал последний глоток, а Сатору, размешивая ложечкой остатки сиропа в макиато, переключился на другую тему.       “Как Юу и Юки?”       Нанами отставил пустую чашку, скрестил руки на груди.       “Нормально. Юу вернулся в школу после декрета с Юки, снова работает с детьми”.       “А Юки?”       “Ходит в садик, уже вовсю терроризирует воспитателей”.       Сатору усмехнулся, но Нанами продолжил с лёгким вздохом.       “Он, кстати, постоянно спрашивает про тебя. Говорит, что хочет увидеться”.       Сатору поднял брови, в его глазах появился живой интерес.       “Правда?”       “Правда. Не знаю, чем ты его так зацепил, но он явно считает тебя самым интересным взрослым в жизни”.       Сатору довольно улыбнулся, но тут же подался вперёд, упираясь локтями в стол.       “Тогда можем ли мы с Юджи взять его на прогулку?”       Нанами моргнул, немного удивлённый таким энтузиазмом.       “Хочешь устроить ей полноценный выходной?”       “Ага. Я был бы рад”.       Нанами раздумывал пару секунд, затем медленно кивнул.       “Я не против. Нужно просто согласовать даты”.       Сатору засиял, как ребёнок, которому только что пообещали новый велосипед.       “Великолепно!”       Нанами тяжело вздохнул, но в его глазах мелькнула тёплая насмешка.       “Не припомню за тобой такой любви к детям”.       Сатору ухмыльнулся делая вид, что обиженно закатывает глаза.       “Ну, знаешь, всё меняется”.       Сатору сделал последний глоток остывшего кофе, поставил чашку на стол и откинулся на спинку стула, разминая шею. Встреча с Нанами, как и ожидалось, прошла продуктивно, но где-то в глубине души он уже устал от всей этой деловой рутины, от переговоров, давления, постоянного контроля над ситуацией.       Он повернулся к Нанами, который уже складывал документы в папку, отставляя пустую чашку в сторону.       “Будем оставаться на связи”, - произнес Сатору, лениво потягиваясь - “Если что-то изменится по делу или похоронам, сразу сообщай”.       Нанами кивнул, застёгивая кейс.       “Разумеется. Ты сам тоже не исчезай”.       “Я? Исчезнуть? Да ты шутишь?” - Сатору ухмыльнулся - “Я всегда на связи”.       Нанами скептически прищурился, но ничего не сказал, только вздохнул и поднялся из-за стола.       “До связи, Годжо”.       “До связи, Нанамин”.       Сатору успел заметить, как тот закатил глаза, но тут же развернулся и направился к выходу, забирая папку с документами подмышку. Он не торопился - светлое утро всё ещё держало на улицах лёгкую прохладу, воздух был свежий, но пронизан шумом машин и голосами горожан.       Сатору достал телефон, пока шёл к парковке, и бегло просмотрел уведомления.       Иджичи, конечно, уже успел отправить список встреч на день - сбор с советом директоров, пара звонков с партнёрами, личная встреча с юристами, разбор документов. Бесконечная деловая рутина, в которой он теперь вынужден крутиться. Сатору раздражённо выдохнул, запуская руку в волосы, ощущая тупую усталость, которая уже начала накапливаться с утра.       Он даже не заметил, как его мысли снова вернулись к Юджи. К тёплому голосу, к прикосновениям, к поцелуям, к тому, как он смеётся, щуря глаза, к тому, как руки ощущались на его коже ночью.       К тому, как легко и спокойно было за завтраком.       Он провёл языком по губам, вспоминая вкус их утренних поцелуев, прежде чем с раздражённым вздохом убрал телефон в карман.       Слишком много дел.       Слишком мало времени.       И слишком, черт возьми, долго до вечера.

***

      Сатору развалился в кресле, потирая переносицу и устало вздыхая, когда последние бумаги, наконец, были подписаны, а звонки завершены. День вымотал его полностью. Он прокручивал телефон в руках, прежде чем написал короткое сообщение Юджи:       "Ужин? Где-нибудь на районе?"       Ответ пришёл почти сразу.       "Я уже забронировал для нас комнату в суши-баре. Адрес отправлю."       Сатору моргнул, удивлённо поднимая брови, но в следующий момент его лицо расплылось в широкой ухмылке.       "Боже, какой он охуенный".       Он тут же поднялся с кресла, схватил пиджак, оставил кейс с документами на столе и буквально выбежал из офиса, не обращая внимания на взгляды сотрудников.       “Господин Годжо, у вас ещё…”       “Отложите на завтра!”       Сатору не слышал больше ничего, его разум уже был в другом месте, там, где его ждал Юджи.       Чёрт, он никогда так себя не чувствовал. Не как серьёзный бизнесмен. Не как глава влиятельной семьи. Не как человек, от которого зависит столько всего. А как мальчишка. Как парень, который просто хочет поскорее увидеть того, кого любит.       Он сел в машину, забил адрес в навигатор, но всё равно чувствовал, как внутри распирает нетерпение.       “Блядь”.       Сатору начал нервно стучать пальцами по рулю, а когда светофор загорелся зелёным, он резко тронулся с места, разгоняясь быстрее обычного. Город казался ему чертовски медленным. Словно все машины вокруг плелись нарочно, специально создавая пробки именно сегодня, именно сейчас, когда ему больше всего хотелось просто сорваться с места и домчаться до Юджи.       "Какого чёрта этот таксист движется как черепаха?"       Он перестроился, обогнал, снова перестроился, подрезал какого-то офисного клерка на седане, который зло сигналил ему в ответ. Сатору даже не обратил внимания, просто сжал руль сильнее, пытаясь не ругаться вслух.       Чёрт, он сходил с ума. Но он не мог остановить это чувство. Нетерпеливое, щекочущее где-то в груди. Он никогда так не хотел кого-то увидеть.       Дорога казалось бесконечной.       Каждый светофор - пыткой.       Каждая секунда ожидания - разрывом между реальностью и желанием поскорее оказаться там, в суши-баре, за закрытой дверью, напротив Юджи. И он собирался оказаться там чертовски быстро.       Сатору развернул руль, плавно заезжая на парковку ресторана, и едва заглушил двигатель до конца, как тут же выскочил из машины. Его взгляд мгновенно нашел Юджи - он стоял у входа, скрестив руки на груди, в длинном чёрном пальто, с надвинутой на лицо кепкой, явно пытаясь не привлекать к себе внимания.       Сатору едва сдержал ухмылку. Какой же он был милый, когда пытался маскироваться. Но, чёрт возьми, он не смог бы не узнать его даже в толпе, даже если бы Юджи спрятался за солнечными очками, капюшоном и огромным шарфом.       Он подошел к нему быстро, а потом, не раздумывая, схватился за ворот пальто, притягивая его ближе, и поцеловал прямо в губы. Юджи на секунду напрягся, но почти сразу расслабился, отвечая на поцелуй тёплым, нежным прикосновением губ.       Он слабо токнул Сатору в грудь, но тот и не думал отстраняться.       “Сатору, нас могут увидеть”, - пробормотал он, отводя взгляд.       Сатору посмотрел на него насмешливым взглядом, скользя ладонью по его спине.       “Тут никого нет”.       Юджи усмехнулся, закатывая глаза.       “Ага, конечно”.       Но он не отстранился, наоборот - его пальцы на секунду сжали пальто Сатору, словно не желая выпускать.       Сатору довольно улыбнулся, но не дразнил дальше, просто кивнул в сторону входа.       “Пойдём внутрь. Я уже голодный”.       Юджи фыркнул, но открыл дверь ресторана первым, пропуская Сатору следом. Хостес почтительно поклонилась, явно узнав Юджи, и тут же провела их в отдельную комнату, закрытую от посторонних глаз.       “Прошу, проходите, устраивайтесь”.       Юджи разделся, повесил пальто на вешалку, скинул кепку, проводя пальцами по растрепанным волосам. Сатору сделал то же самое, а потом, как только они сели за стол, заметил, что хостес смущённо задержалась у выхода.       “Извините, господин Годжо, но… могу я попросить у вас автограф?”       Юджи чуть удивился, но быстро пришел в себя, усмехнулся и взял предложенную салфетку.       “Конечно”.       Он поставил размашистую подпись, добавил маленькое "Спасибо за отличный приём!", а затем вернул салфетку девушке.       “Спасибо, господин Годжо!”       Она почти сияла, прежде чем поспешно ушла, оставляя их наедине.       Сатору посмотрел на Юджи с тёплой улыбкой.       “Ну, ты прямо суперзвезда”.       Юджи засмеялся, скользя взглядом по меню.       “Я просто вежливый”.       “Это да, но всё равно, она чуть не расплакалась от счастья”.       Юджи только покачал головой, а Сатору накрыл его руку своей, медленно поглаживая пальцами тёплую кожу.       “Давай не будем заморачиваться? Возьмём сет от шефа и всё”.       Юджи бросил на него взгляд, пожал плечами.       “Мне подходит”.       Они сделали заказ, заодно взяв зелёный чай, и пока ждали еду, неспешно разговаривали.       “Ну, рассказывай, как прошёл день?” - Сатору чуть наклонился вперёд, подперев подбородок ладонью, изучая Юджи с мягкой улыбкой.       Юджи хмыкнул и пожал плечами.       “Да ничего особенного. Тренировки с утра, потом интервью, а еще обсуждали расписание на следующий сезон. Тренер сказал, что сейчас нельзя расслабляться, иначе потом будет тяжелее возвращаться”.       Сатору поднял бровь, чуть сужая глаза.       “Ты вообще собираешься когда-нибудь отдохнуть?”       Юджи коротко засмеялся, проводя пальцами по краю стола.       “Хватит, отдохнул, скоро олимпиада. Ну и мне нравится заниматься спортом. Да и, если честно, после всего, что случилось…” - он замолчал, глядя в чашку, а потом добавил более лёгким тоном - “Мне просто нужно чем-то себя занять”.       Сатору чуть сжал руку Юджи, словно раздумывая, стоит ли говорить то, что у него на языке. Юджи заметил это почти сразу - его взгляд стал внимательнее, он чуть наклонил голову, ожидая, когда Сатору заговорит.       “Юту будут хоронить на следующей неделе”.       Юджи на секунду застыл, а затем он медленно кивнул, опуская глаза.       “Кто организует похороны? — его голос был тихим, но спокойным.       Сатору сделал паузу, прежде чем ответить.       “Я. И Нанами. Он вызвался помочь”.       Юджи кивнул снова, на этот раз чуть медленнее, словно обдумывая что-то в голове. Тишина повисла между ними, не тяжёлая, но наполненная несказанными мыслями.       Он смотрел на край стола, будто в раздумьях, будто пытаясь подобрать слова, но вместо того, чтобы продолжить разговор о похоронах, тот выпрямился и внезапно спросил, с лёгкой, но намеренной улыбкой:       “А как у тебя прошёл день?”       Сатору моргнул, не сразу сообразив, что тот только что сменил тему, закатил глаза и сделал драматический вздох, откидываясь на спинку стула.       “О, даже не спрашивай. Бесконечные встречи, документы, адвокаты, Зенины… Я, конечно, знал, что в этом мире моя жизнь состоит из деловых переговоров, но, честно говоря, сегодня меня особенно сильно задолбали”.       Юджи усмехнулся, опираясь локтем о стол.       “Ну, здесь ты - важная шишка”.       “Я бы предпочёл быть просто богатым красавчиком и наслаждаться жизнью”.       Юджи хмыкнул.       “Слишком поздно, ты уже взвалил на себя все эти обязанности”.       Сатору громко вздохнул, но в глазах мелькнул озорной блеск.       “Похоже на ловушку. Может, мне стоило раньше об этом подумать”.       “О да, слишком поздно жаловаться”.       Сатору улыбнулся, чуть сжимая пальцы Юджи, медленно поглаживая его ладонь большим пальцем.       “А ещё мне очень не хватало тебя”.       Юджи остановил взгляд на их сцепленных руках, потом медленно поднял глаза на Сатору.       “Мне тоже”.       Они обменялись короткими, тёплыми взглядами, и Юджи тихо усмехнулся, качая головой.       “Честно говоря, когда ты написал мне про ужин, я уже был готов просто рухнуть спать”.       “И всё равно согласился?”       “Ну…” - Юджи пожал плечами, чуть покраснев, но не отвел взгляда - “Как я мог отказаться?”       Сатору почувствовал, как что-то приятно-тёплое разворачивается в груди, он провел пальцами по запястью Юджи, а затем легонько сжал его ладонь.       “Значит, ты всё-таки не можешь мне отказать”.       Юджи фыркнул, но в его глазах мелькнула тёплая нежность.       “Не зазнавайся”.       Сатору притворно поджал губы, но его лицо всё ещё освещала довольная ухмылка.       “О, Юджи, дорогой, но уже слишком поздно”.       Как раз в этот момент дверь в их приватную комнату тихо скользнула в сторону, и вошёл официант - молодой парень в чёрной форме, с профессиональной улыбкой и подносом, на котором аккуратно располагался большой сет суши, маленькие соусники с соевым соусом, васаби и имбирём, а также небольшой керамический чайник с двумя чашками.       “Ваш заказ, господа”.       Юджи благодарно кивнул, а Сатору довольно потер руки, предвкушающе глядя на еду.       “Наконец-то! Я думал, мы тут умрём от голода!”              Официант улыбнулся, поклонился и вышел, а Сатору тут же взял чайник, ловко наполняя их чашки горячим зелёным чаем. Юджи потянулся за сахарницей и, прежде чем Сатору успел что-то сказать, аккуратно добавил в его чашку пару ложек сахара, помешав ложечкой.       Сатору моргнул, слегка изумлённый, а потом улыбнулся - тёпло, мягко, с оттенком удивления.       “Как мило, что ты помнишь о моих предпочтениях”.       Юджи хмыкнул, пожав плечами, словно это было что-то совершенно естественное.       “Ну, конечно. Ты же сладкоежка. Не думаю, что ты добровольно пил бы несладкий чай”.       Сатору улыбнулся шире, наблюдая, как Юджи ставит чашку перед ним.       “Ты такой заботливый. Прямо идеальный муж”.       Юджи фыркнул, качая головой, но в уголках его губ играла улыбка.       “Хватит дразниться, пей уже”.       Сатору усмехнулся, сделав небольшой глоток, наслаждаясь сладким привкусом, и поставил чашку обратно, потянувшись за палочками.       “Ладно, пора есть”.       Они начали с обычных суши с тунцом, затем попробовали угорь, креветки, лосось. Юджи сначала ел молча, но потом заметил, что Сатору поглядывает на него с хитрым прищуром, и едва успел задаться вопросом, что у того на уме, как Сатору уже держал палочками кусочек суши с гребешком, протягивая его прямо к его губам.       ”Ну-ка, открой рот”.       Юджи моргнул, подозрительно прищурившись, но всё же открыл рот и позволил Сатору аккуратно вложить суши.       Сатору довольно ухмыльнулся.       “Хороший мальчик”.       Юджи едва не подавился, закашлялся, стрельнув в него взглядом, полным притворного негодования.       “Не говори так, это странно!”       Сатору засмеялся, закрывая рот рукой, а потом сам потянулся за суши, намереваясь продолжить есть, но не успел, Юджи, с явным вызовом, подхватил кусочек лосося и поднёс к губам Сатору.       “Теперь твоя очередь”.       Сатору взял кусочек ртом, не сводя с Юджи взгляда, а затем медленно прожевал, чуть прищурившись.       “Ты специально выбрал мой любимый?”       “Ну да. Я же идеальный муж, помнишь?”       Они засмеялись, продолжая подшучивать друг над другом, но всё же не забывая о еде. Сатору каждый раз лениво поглаживал пальцы Юджи на столе, а тот иногда украдкой бросал на него долгие взгляды, и даже просто ужиная вместе, они ощущали что-то тёплое, родное, то, чего им так не хватало.       Это была не просто еда.       Это был их маленький момент, в котором не существовало чужих людей, проблем, обязанностей. Только они двое.       Они доели последние кусочки суши, Юджи откинулся на спинку кресла, довольно выдыхая, а Сатору потянулся к кнопке вызова официанта, чтобы попросить счет.       “Я заплачу”.       Юджи вяло махнул рукой, явно слишком сытый и расслабленный, чтобы спорить.       “Ладно, уговаривать тебя бесполезно”.       Сатору самодовольно усмехнулся, подтверждая оплату, и положил карту в карман пиджака.       “Вот видишь? Иногда лучше просто сдаться”.       Юджи покачал головой, ухмыльнувшись, но не стал отвечать, просто взял чашку с зелёным чаем и сделал последний глоток.       “Пойдём?”       Сатору кивнул, вставая, а затем как бы невзначай скользнул рукой по пояснице Юджи, когда они выходили из отдельной комнаты.       Хостес вежливо поклонилась, провожая их к выходу, а на улице их встретил прохладный ночной воздух. Сатору вдохнул глубже, наслаждаясь свежестью после тёплого помещения, и развернулся к Юджи, хищно прищурившись.       “Ну что, чемпион, домой?”       Юджи фыркнул, закатывая глаза, но всё равно позволил Сатору открыть перед ним пассажирскую дверь, садясь в машину. Сатору сел за руль, пристёгиваясь, а затем плавно выехал с парковки, направляясь в сторону дома Юджи.       Они ехали в тишине, в которой не было неловкости - только уютная близость, которая заполняла воздух между ними. Но вскоре Юджи почувствовал вибрацию в кармане, достал телефон и увидел имя брата на экране.       “Алло?”       Чосо не стал ходить вокруг да около.       “Юджи, ты вообще видел, что творится в интернете?!”       Юджи поморщился, отводя телефон от уха и включил громкую связь.       “Что?!”       “Все соцсети гудят! Кто-то вас сфоткал у суши-бара и уже разнесли по всем фан-группам!”       Юджи тяжело выдохнул, потирая лицо свободной рукой.       “Охренеть”.       “Так, подожди, я же должен быть в курсе?”       “Ну… да”.       Пауза.       “Ты хочешь сказать, что ты реально помирился с Годжо?”       “Да, блин, Чосо”.       “И ты не сказал мне?!”       Юджи вздохнул, раздражённо откидываясь на спинку сиденья.       “Прости, я просто… сам только разбираюсь с этим. Но, блин, почему все должны об этом знать?!”       Чосо тихо усмехнулся.       “Юджи, это обратная сторона популярности. Ты же сам знаешь”.       Юджи опустил голову, раздражённо сжимая телефон в руках.       “Это бесит”.       Сатору из-за руля внимательно посмотрел на него, но пока молчал.       “Ну, раз ты не хочешь больше говорить, я не буду тебя мучить”, - сказал Чосо, а затем добавил с явным намёком. - “Но ты мне ещё всё расскажешь”.       “Да-да. Всё, пока”.       Юджи закончил разговор и тяжело выдохнул, уставившись в окно.       Сатору фыркнул, но в его голосе не было злости, скорее… довольство.       “Значит, все знают?”       Юджи повернул голову к нему, прищурившись.       “Не начинай”.       Сатору сделал невинное выражение лица, но уголки губ его выдавали.       “Я просто говорю. Немного раздражает, конечно, но с другой стороны…”       Он бросил на Юджи короткий взгляд, глаза сверкнули в полумраке салона.       “Мне нравится, что все знают, что ты мой”.       Юджи покачал головой, хмыкнув, но, чёрт возьми, он чувствовал, как его щёки вспыхивают румянцем. Он положил ладонь на предплечье Сатору, пальцы скользнули к его руке, переплетаясь с его пальцами.       Сатору тут же сжал их в ответ, сжимая крепко, уверенно.       “Я понимаю”, - наконец сказал Юджи, снова глядя в окно, но в его голосе всё ещё чувствовалось напряжение - “Но всё равно бесит”.       Сатору успокаивающе провёл большим пальцем по его руке.       “Всё равно рано или поздно бы узнали”.       Юджи понимал это. Понимал, что это неизбежно. Но, чёрт, всё равно… Он поджал губы, недовольно хмыкнув, но не убрал руку.       Сатору выглядел чертовски довольным.       Как только они подъехали к дому, Юджи склонился ближе, указывая на въезд в подземную парковку.       “Припаркуйся внизу, у меня есть ещё одно место”.       Сатору фыркнул, бросая на него насмешливый взгляд.       “Ты что, решил меня уже официально поселить?”       Юджи хмыкнул, пожав плечами, но в уголках губ мелькала ухмылка.       “Может быть”.       Сатору покачал головой, но без возражений свернул вниз, проехал сквозь автоматические ворота и остановился на отмеченном Юджи месте. Как только машина заглохла, они вышли, хлопнув дверями, и направились к лифту. Когда двери закрылись, Юджи вдруг громко выдохнул, проводя рукой по лицу.       “Боже, наконец-то дома”.       Сатору бросил на него короткий взгляд, чуть склонив голову.       “Ты так рад меня сюда привезти?”       Юджи фыркнул, но промолчал, просто смотрел прямо перед собой, пока лифт поднимался на его этаж. Когда двери открылись, они вышли в коридор, и сразу бросилось в глаза большая белая коробка у двери.       Сатору протянул руку и поднял её, нахмурившись.       “Что это?”       Юджи прищурился, узнав аккуратный, сдержанный стиль упаковки.       “Доставка от Иджичи?”       Сатору приоткрыл крышку и усмехнулся, увидев тщательно сложенный костюм, свежевыглаженный и аккуратный, а рядом - совершенно новая пара чёрных кожаных ботинок.       “Ну, Иджичи всегда на шаг впереди”.       Юджи рассмеялся, беря коробку из его рук и направляясь в квартиру.       “Ты уже начал перевозить сюда свои вещи?”       Сатору закатил глаза, заходя следом и закрывая за собой дверь.       “Успокойся, мой пентхаус в три раза больше твоей квартиры”.       Юджи остановился в прихожей, бросая на него быстрый взгляд.       “Там много плохих воспоминаний”.       Сатору замолчал на секунду, а потом хмыкнул, чуть пожав плечами.       “Значит, перевожу вещи сюда”.       Юджи рассмеялся, качая головой, и они обменялись короткими, понимающими взглядами, прежде чем он отнёс коробку в спальню и повесил костюм в шкаф.       Сатору уже собирался пошутить, когда почувствовал, как Юджи вдруг приблизился вплотную, его сильные руки резко схватили его за рубашку, толкнули к стене, и в следующий миг он ощутил горячие губы на своих.       Поцелуй был жадным. Грубым. Властным.       Юджи не церемонился, он сразу углубил поцелуй, его язык настойчиво проник внутрь, требовательно лаская, будто требуя полного подчинения. Сатору замер на секунду, но тут же сдался, ощущая, как по телу проходит дрожь от этой нетерпеливой агрессии.       Он прижался теснее, грудь к груди, бёдра к бёдрам, и Сатору тут же почувствовал, как твёрдый стояк Юджи втискивается в его бедро, настойчиво трётся о него, заставляя воздух с шипением сорваться с его губ.       Юджи прикусил его нижнюю губу, почти до боли, но тут же загладил этот укус горячим языком, его ладони скользнули вниз, сжимая Сатору за талию, прижимая крепче, словно он боялся, что тот исчезнет.       “Я мечтал об этом весь день”, - прошептал он, не отстраняясь, прямо на губах Сатору. - “Всё, о чём думал - это как я тебя прижму. Как поцелую. Как снова почувствую тебя”.       Сатору выдохнул, его пальцы уже вцепились в волосы Юджи, сжимая, чуть дёргая, он ощущал, как жажда разливается в груди, внизу живота, сковывая всё тело этим болезненным, приятным ожиданием.       “Ты такой нетерпеливый”, - выдохнул он, прижимаясь к его губам снова, отвечая на поцелуй ещё страстнее, ещё голоднее.       Юджи глухо простонал в ответ, его бёдра снова толкнулись вперёд, он словно намеренно дразнил, заставляя Сатору задыхаться от этого дьявольского трения.       “Я? Нетерпеливый?” - хрипло рассмеялся он, оставляя на губах Сатору влажный поцелуй - “А кто из нас сорвался с работы, чтобы поужинать со мной?”       Сатору тяжело дышал, его ладони уже скользили по спине Юджи, спускались к его пояснице, а затем ниже, на твёрдые округлые ягодицы, притягивая ещё ближе.       “И что ты собираешься с этим делать?”       Юджи ухмыльнулся, его глаза сверкнули в полумраке комнаты, он выглядел голодным, страстным, опасным.       “О, я уже знаю, что”.       Он резко развернул их, толкая Сатору к кровати, не отпуская ни на секунду. И больше тот не мог думать ни о чём, кроме того, как он сгорает в руках этого чёртового, невероятного, сводящего его с ума парня.       Как только Сатору рухнул на кровать, Юджи не дал ему и секунды передышки, тут же забираясь сверху, ловко обхватывая его бёдрами, усаживаясь прямо на его возбуждённый член сквозь ткань брюк.       Тело Юджи было горячим, сильным, его руки уверенно упирались в грудь Сатору, а бёдра едва заметно двигались, создавая сладкое, мучительное трение.       Сатору глухо застонал, бросая голову назад, его пальцы вцепились в бёдра Юджи, сжимая их, словно он пытался удержаться на плаву, не утонуть в этом сладком чувстве.       Юджи рассмеялся, его голос был немного хриплым, но всё равно лёгким, игривым.       “Ты же знаешь, что с таким лицом ты можешь свести кого угодно с ума?”       Сатору поднял на него глаза, ещё затуманенные возбуждением, но усмехнулся, проведя ладонями по сильной спине Юджи, обхватывая его талию, притягивая чуть ближе.       “О, так ты хочешь сказать, что я тебя с ума свёл?”       Юджи хмыкнул, склонившись ближе, его губы коснулись губ Сатору в ленивом, неторопливом поцелуе.       “Ты вообще слышишь себя?”       Поцелуй стал глубже, горячее, медленнее, их языки переплетались, Юджи всё ещё двигался, едва-едва, вызывая мурашки по коже Сатору. Этот сладкий, тягучий ритм можно было бы назвать пыткой, если бы он не был таким приятным.       Пальцы Юджи медленно скользнули вниз, ловко расстёгивая пуговицы пиджака Сатору, затем он без лишних церемоний распахнул его, даже не глядя. Руки его тут же потянулись к рубашке, ловко, быстро расстёгивая пуговицу за пуговицей, пока ткань не разошлась, открывая его грудь.       Сатору наблюдал за ним с каким-то странным, трепетным ожиданием, не сводя с него глаз. Юджи ухмыльнулся, склонившись ниже, проводя губами по его ключице, а затем медленно спускаясь вниз. Сатору затаил дыхание, ощущая, как губы Юджи горячо скользят по его коже, оставляя за собой мягкие поцелуи, чуть влажные, чуть дразнящие.       И когда Юджи прижался ртом к его соску, ласково, но уверенно, Сатору неожиданно для самого себя простонал, судорожно вцепившись в простынь.       Юджи замер на секунду, а потом с явным интересом приоткрыл глаза, сжал сосок губами, слегка втянул его внутрь, и Сатору снова дёрнулся, его тело буквально выгнулось навстречу этому ощущению.       “Ты такой чувствительный здесь”, - протянул Юджи, не отрываясь, его голос звучал довольным, почти удивлённым - “Ты что, сам не знал?”       Сатору пытался собрать мысли в кучку, но было сложно, когда тёплые губы Юджи дразняще ласкали его кожу, языком очерчивая кружок вокруг покрасневшего соска.       “Т-ты заткнёшься или нет?”       Юджи тихо рассмеялся, оставляя лёгкий укус, а затем переключился на другой сосок, повторяя всё сначала.       Сатору снова застонал, запрокидывая голову назад, его пальцы впились в простынь сильнее, и он чувствовал, как волны удовольствия разливаются по телу, собираясь внизу живота в мучительном, тёплом комке.       Какого чёрта он раньше не замечал, насколько это приятно?       И какого чёрта Юджи так чёртовски хорош в этом?       Юджи оторвался от груди Сатору, проводя языком последний, дразнящий круг вокруг уже покрасневшего соска, а затем довольно улыбнулся, глядя на него сверху вниз.       Сатору тяжело дышал, его грудь размеренно поднималась и опускалась, а пальцы судорожно сжимали простыню.       Чёрт, он чуть не…       Юджи провёл кончиком пальца по его груди, лениво обводя чувствительную кожу, а затем усмехнулся, отстраняясь.       “Ладно, хватит”.       Сатору моргнул, приподнимаясь на локтях, его взгляд был затуманенным, а губы слегка припухли от их поцелуев.       “Что?”       Юджи сел обратно, устраиваясь у него на бёдрах, но больше не двигался.       “Завтра у меня интенсивная тренировка”, - пояснил он, проводя пальцами по груди Сатору, медленно скользя вниз - “Так что предлагаю… не убивать мою задницу сегодня”. Сатору моргнул ещё раз, пытаясь сфокусироваться, затем медленно выдохнул, но не смог сдержать тихий смешок.       “Ты хочешь сказать, что от моего члена можно умереть?”       Юджи приподнял одну бровь, выражение его лица было смесью насмешки и откровенного самодовольства.       “Я хочу сказать, что ты можешь быть ненасытным”.       Сатору фыркнул, но не стал спорить. Он приподнялся, притягивая Юджи к себе, его пальцы скользнули по затылку, зарываясь в густые волосы, и он снова прижался к его губам, неторопливо, но требовательно, будто желая оставить на нём свой след. Юджи ответил сразу, его язык мягко скользнул внутрь, цепляясь, играя, лаская, а руки начали лениво скользить по разгорячённой коже Сатору, сжимая его плечи, затем спускаясь к спине, к талии…       Сатору ощутил жар, который накатывал новой волной, его пальцы потянулись к одежде Юджи, ловко стягивая с него свитер. Тот оказался на полу в считанные секунды, следом Сатору окончательно скинул с себя пиджак и сбросил рубашку, не отрываясь от губ Юджи.       Они снова поцеловались - медленно, глубоко, жадно, будто смаковали каждый момент, позволяя своим телам насладиться ощущением друг друга. Скользящие руки, тёплые ладони, твёрдые мышцы, горячая кожа - всё смешивалось в единую вспышку чувственности.       Юджи опустил руки ниже, его пальцы принялись расстёгивать брюки Сатору, а сам он всё ещё не прекращал целовать его - с лёгкими прикусываниями, с ленивыми, тягучими движениями языка.       Сатору не остался в долгу, его пальцы ловко справились с ремнём Юджи, затем с пуговицей, змейкой, и вскоре они оба оказались на грани того, чтобы полностью избавиться от одежды.       Горячее дыхание, чуть дрожащие пальцы, тёплый свет лампы, приглушённо освещающий их переплетённые силуэты… Сатору ощущал, как напряжение снова нарастает, как тело уже предвкушает это интимное, неспешное удовольствие.       Ему не хотелось торопиться. Он хотел насладиться каждым мгновением.       Юджи отстранился на секунду, опираясь лбом о его лоб, глядя прямо в глаза, в которых плясал тёмный огонь желания.       “Ты не представляешь, как сильно я хотел этого весь день”, - прошептал он, прижимаясь ещё ближе.       Сатору улыбнулся, его пальцы медленно сжались на бёдрах Юджи, подтягивая его ближе.       “Поверь, я прекрасно представляю”.       Они окончательно избавились от одежды, скидывая последние преграды, оставшись полностью нагими. Сатору не мог оторвать взгляда от Юджи, от этого прекрасного, желанного тела, от загорелой кожи, покрытой тонкой плёнкой пота, от напряжённых, сильных мышц, от недлинного, но толстого члена, уже блестящего от предэякулята. Юджи был великолепен. Чёрт, как же ему повезло.       “Боже, ты чертовски красивый”, - выдохнул Сатору, проводя ладонями по его бёдрам, сжимая их, словно убеждаясь, что это реально, что он не спит, не грезит наяву.       Юджи только усмехнулся и снова оседлал Сатору, его глаза горели, лицо раскраснелось от возбуждения. Он потянулся за смазкой с тумбочки, которая осталась с прошлой ночи и вылил довольно большое количество на руку. Юджи взял член Сатору в руку, обхватывая его вместе со своим, и медленно начал двигаться, нежно накачивая.       “Чёрт… Юджи…”       Они оба застонали, когда горячая, скользкая плоть тёрлась друг о друга, каждый толчок заставлял их терять связь с реальностью. Бёдра двигались плавно, медленно, но с каждым мгновением темп становился всё быстрее, движения - более отчаянными. Он сжимал обе их длины крепче, чувствуя, как напряжение растёт.       Сатору вцепился в его бёдра, его пальцы оставляли красные следы, но он не мог контролировать себя, не мог остановиться.       “Чёрт, да… да, ещё…”       Юджи склонился вперёд, его губы нашли губы Сатору, и их стоны смешались, сливаясь в единое целое. Всё было таким мокрым, горячим, плотным, их тела идеально подходили друг другу, сливаясь в этом бешеном ритме.       “Скорее, Юджи… быстрее… я сейчас…”       Юджи задышал быстрее, его движения стали хаотичными, отчаянными.       “Я… тоже…”       Сатору сдавленно застонал, его спина выгнулась, когда на него нахлынул оргазм. Он кончил, тёплая сперма покрыла их животы, а через пару мгновений Юджи последовал за ним, его тело содрогнулось в экстазе, он рухнул на грудь Сатору, тяжело дыша.       Это было невероятно. Это был рай.       Сатору провёл пальцами по спине Юджи, ощущая каждую дрожь в его теле.       “Сука… это было хорошо…”       Юджи рассмеялся, не двигаясь, просто прижимаясь к нему.       “Ну, ты же говорил, что я идеальный”.       Сатору усмехнулся и крепко обнял его.       “Да, чертовски идеальный”.       И больше им ничего не нужно.       Сатору выдохнул, чувствуя, как ещё лёгкая дрожь пробегает по телу. Это было чертовски хорошо. Юджи ещё тяжело дышал, его грудь размеренно поднималась и опускалась, а пальцы лениво поглаживали плечо Сатору.       Сатору потянулся, но тут же почувствовал приятную истому во всём теле, он провёл ладонью по волосам Юджи, запуская пальцы в его густые пряди.       “Пошли в душ, а то прилипнем”, - пробормотал он, лениво потягиваясь.       Юджи хмыкнул, но всё-таки сполз с него, позволяя Сатору подняться.       Они с трудом заставили себя оторваться от кровати, их тела всё ещё были горячими, расслабленными после оргазма, и даже холодный пол в ванной казался не таким неприятным.       Сатору включил воду, подстраивая температуру, а затем потянул Юджи за собой под поток горячих капель. Вода стекала по их разгорячённым телам, смешиваясь с остатками пота и спермы, смывая усталость, оставляя после себя лишь приятное расслабление.       Юджи потянулся за мылом, набрал в ладони ароматную пену и начал осторожно намыливать Сатору, начиная с плеч, спускаясь по рукам, по груди… Его пальцы двигались медленно, лениво, он будто смаковал возможность касаться его.       “Ты выглядишь слишком довольным”, - заметил Сатору, прищурив глаза.       Юджи усмехнулся, не переставая двигать руками.       “А ты что, недоволен?”       Сатору поставил ладони на бёдра Юджи, притягивая ближе.       “Я просто охуенно доволен”, - признался он, опуская голову и прижимаясь губами к его шее.       Юджи тихо выдохнул, его пальцы скользнули вверх, зарываясь в волосы Сатору, царапая ногтями кожу головы.       Сквозь шум воды слышались их приглушённые смешки, поцелуи, лёгкие шлепки по мокрой коже. Юджи наклонился вперёд, запуская руки за спину Сатору, а затем медленно, почти невинно провёл пальцем по его позвоночнику, заставляя того вздрогнуть.       “Ты чертовски чувствительный”, - пробормотал он с самодовольной улыбкой.       Сатору закатил глаза, отстраняясь, но потом сам запустил ладони в мокрые волосы Юджи, притягивая его ближе и впиваясь в губы жадным, голодным поцелуем. Они целовались, пока вода продолжала стекать по их телам, целовались, пока мыльная пена не растворилась, пока их дыхание не стало лёгким, пока их сердца не начали стучать в унисон.       Когда они, наконец, вернулись в спальню, Юджи повалился на кровать, небрежно потянувшись к пульту от телевизора.       “Я включу что-нибудь”, - бросил он, устраиваясь на подушках.       Сатору развалился рядом, лениво закидывая руку за голову.       “Главное не что-то скучное”.       Юджи хмыкнул и запустил «Netflix», выбирая первый попавшийся сериал. Тёплый свет экрана освещал их расслабленные силуэты, а звуки чужих голосов создавали уютный фон, от которого веяло домашним теплом.       Сатору смотрел не на экран, а на Юджи - на его профиль, на спокойное выражение лица, на мягкую улыбку, что мелькала у него на губах. Он думал, что впервые за долгое время чувствует себя по-настоящему счастливым.       “Я так счастлив”, - вдруг пробормотал Юджи, не отрываясь от экрана.       Сатору моргнул, а потом усмехнулся, перекатываясь на бок и притягивая его ближе.       “Как раз думал об этом же”.       Юджи улыбнулся, его пальцы лениво скользнули по груди Сатору, затем вверх, к его шее, к щеке… Сатору не выдержал и снова поцеловал его - мягко, нежно, с легким трепетом, будто запечатывая этот момент в памяти.       Он даже не заметил, как его веки стали тяжелеть, как усталость накрыла его тёплой волной, как он задремал под мерное дыхание Юджи и приглушённый шум сериала, который они, так и не начали смотреть.