𝙵𝚎𝚊𝚛𝚜 𝚘𝚏 𝚝𝚑𝚎 𝚖𝚒𝚛𝚛𝚘𝚛.#3

Добро пожаловать в город Барселона. Сан-Марти.

Испания. 1993 год.

Моралес встречает утро бодро, с искренней улыбкой на лице и плавно текущими мыслями. Для Крис сегодня знаменательный день, решающий её судьбу — девушке предстоит узнать, останется она дизайнером-консультантом ещё на один долгий год или её радушно повысят до дизайнера-разработчика. Встав ещё до будильника, девушка совершенно забывается в своих мечтах, вследствие чего пропускает момент выхода. До работы приходится бежать по людной улице. На последний автобус Моралес уже не успеет, так что ей приходится пробиваться через толпы зевак, что тоже спешат. Жалеет ли она об этом? Нет. Кристине всегда нравилось хоть и мельком, но наблюдать за просыпающимся народом; эта умиротворённость всегда скреблась мягкими пёрышками внутри неё, отчего становилось уютно. Все сомнения по поводу переезда в другую страну, начинания жизни с нового листа — всё отходило на второй план. Не любить место, где ты родился, может каждый, но бросить то, где прошли годы жизни, бросить присущее только этому месту спокойствие — далеко нет. Так же и с Кристиной. “Вот и ты! Скорее, скорее, тебя уже ждут в кабинете.!” ближайший друг Кристины — Ксавье — нервозно выжидает Моралес возле входа, покусывая губы от чрезмерного волнения. “Ох, ты бы знала, как я за тебя переживаю, Крис..!” он нежно обхватывает девушку за плечи и дружелюбно встряхивает в своей обычной манере. “Твоя поддержка зарождает во мне только ещё больше страха, Ксавье,” с улыбкой признаётся Моралес, освобождаясь от хватки парня. Радриго закатывает глаза и по-джентельменски открывает дверь для Кристины, пропуская её первой. Действительно, его возбуждённая нервная система добавляет лишь больше волнения, словно это он идёт на встречу с директором. “Знаешь ли, мне тут будет ужасно скучно, когда тебя переведут в другой отдел,” с горечью в голосе говорит Радриго. “Пообещай навещать меня почаще,” парень нагоняет девушку, подстраиваясь под её и без того быстрый темп. “Я не переживу угнетений со стороны начальства в одиночку, Крис,” он драматично разводит руками, задевая какого-то работника локтем. Тихий смешок срывается с его губ. Было достаточно весело, и игривость так и витала в воздухе, поднимая настроение обоим. “Не переживай, я тебя в обиду не дам,” подмигивает Кристина, сказав это достаточно решительным тоном, после чего заворачивает за угол. Ксавье только и успевает, что догонять её, тяжко вздыхая. Пройдя ещё немного по коридору, поздоровавшись с ещё парочкой коллег, Моралес встаёт возле двери в кабинет. Девушка вдыхает побольше воздуха в лёгкие и расправляет невидимые складки на своей форме. Ксавье останавливается подле неё, бережно кладя руку на её плечо и слегка сжимая его. “Помни — только вперёд, Крис,” Ксавье мило ей улыбается, дважды похлопав. “Главное — не упади в обморок, я тебя прошу..! Дай ему понять, что настроена серьёзно,” всё с той же игривостью говорит он, но уже более уверенно. Девушка выглядит решительно и эта решительность убаюкивает Ксавье. Если всё удастся, ему бы следовало пригласить её куда-нибудь, чтобы отметить, но вместо этого предложения Радриго лишь делает небольшой шаг в сторону. “Спасибо,” кратко отвечает Моралес, делая пару шагов ближе к двери. Поджав губы, Кристина берётся за ручку и открывает дверь, заходя внутрь. Мистер Джейкоб Вилс сидит за столом, что-то не спеша записывая. Всё вокруг него выглядит так аккуратно и упорядоченно, в особенности костюм. Честно, Кристина не часто бывала в кабинете директора, поэтому глаза сразу разбегаются по сторонам, лишь бы ухватиться взглядом за что-то, но не смотреть в лицо мистеру Вилсу. Тем не менее, спустя мгновение мужчина прочищает горло и перестаёт писать, отодвигая от себя документы с какой-то грацией, понятной только ему. Мистер Джейкоб медленно поднимает на Моралес взгляд, складывая ладони в замок. На его лице расплывается профессиональная улыбка. “Проходите, Кристина, присаживайтесь,” его австралийский акцент сразу пробивается сквозь слова, но для иностранца Вилс разговаривает на испанском очень даже открыто. Девушка проходит к столу, отодвигает стул и усаживается, виновато улыбаясь. Она нервничает даже несмотря на её уверенный вид. И Вилс это видит. “Ну что же, давайте сразу к сути, не будем никого задерживать,” продолжает мужчина, потянувшись к портфолио Моралес. Он открывает её, пробегается глазами по тексту и, не отрывая взгляда от документа, задаёт вопрос: “Сколько Вы у нас уже работаете..?” “Уже почти четыре года, сеньор,” сдержанно отвечает Кристина. Ей кажется, что напряжение только растёт. Джейкоб слегка приподнимает брови, а затем смотрит на девушку. “Ваши эскизы очень интересны, сеньорита. Я вижу, у Вас есть талант и стремление к своей работе.. Я возьму Вас на испытательный срок. Если сможете оправдать мои ожидания, то повышение будет заслуженным,” проговаривает мужчина, разглядывая Моралес. “Вас это устроит?” Кристина приоткрывает рот, не веря своим ушам. Сердце в секунду начинает трепетать в груди, девушка теряется в словах, запинаясь: “Д-да!.. То есть, конечно, с-спасибо большое, мистер Вилс... Я не подведу,” на одном выдохе проговаривает Кристина. Теперь она намного увереннее в своих силах. Девушка почти не сомневалась в своих эскизах, когда передавала их на проверку. “Конечно, я рассчитываю на Вас. Все файлы Вам вышлют на почту, у Вас будет неделя,” Джейкоб наклоняет голову в бок, отводя взгляд. Его тон становится менее строгим, в нём появляются нотки надежды. “Удачи,” Моралес поспешно кивает, встаёт с места и прощается с директором. Голова кружится от эмоций. Ей казалось, всё пройдёт куда более жёстко, но всё оказывается в точности наоборот, если не учитывать краткость в словах Вилса. Выйдя из кабинета, девушка громко выдыхает, поправляя волосы. Ксавье рядом не оказывается, поэтому ей приходится топать до своего рабочего места в одиночку, всё ещё пребывая в какой-то сладкой эйфории от произошедшего.

Некоторое время спустя

Прогуливаться через пляж до своего дома, особенно под начинавшийся закат, всегда было любимым занятием Кристины. В эти моменты она могла спокойно ощутить жизнь по полной и расслабиться до такой степени, что если бы захотела, то могла бы уснуть прямо на лавочке. Для неё теперь всё страшное было позади и голова была чиста. Мысли крутились только вокруг одного — какая же красивая сегодня была погода. Ещё Моралес нравилось наблюдать за протекающей жизнью туристов. То, как они увлечённо всё разглядывали и трогали в Сан-Марти, служило для Кристины крепкой духовной поддержкой сил и уверенности в себе. Не сказать, что девушка не ценила то место, где выросла, просто иногда закрадывались мысли о том, чтобы что-то изменить. Посетить другие страны, найти себе другое увлечение, может, встретить наконец-то того, в кого она по-настоящему влюбится. Останавливала её только нехватка сбережений, которые так или иначе почти мгновенно тратились на оплату коммунальных услуг и покупку продуктов. В целом, Кристина обожала свой район. К тому времени как они распрощались с Ксавье на одном из переулков после работы, солнце плавно уходило за горизонт, одаривая горожан приятным летним теплом. Здешние торговые рынки начинали потихоньку закрываться, уличные музыканты заканчивали свои выступления под шум аплодисментов. Вышагивая спокойным шагом по тротуару, Кристина засматривалась на проходящих мимо влюблённых. Да, Сан-Марти являлся одним из самых романтических районов города. Слабая улыбка всегда следовала за девушкой, стоило ей в очередной раз заприметить прогуливающиеся пары. То, как парень подарил своей возлюбленной декольте или букет самых красивых фрезий или то, как пожилые супруги мило ворковали, проходя мимо — всё это переплеталось где-то внутри неё узелком крошечных мечт о своём будущем. Интересно, она была бы хорошей матерью? Возможно, но задавать такие вопросы ещё рановато. Дойдя до своего дома, девушка замедлила шаг, настороженно оглядывая собравшихся соседей на улице и парочку офицеров, что-то обсуждающих с жильцами. Беспокойство тут же навалилось на её плечи, нарастая внутри, и Кристина с тревожностью подошла к соседке: “Тётушка Лола, добрый вечер. Что тут случилось..?” тихо спросила Моралес, немного наклоняясь к старушке. Голос слегка дрогнул. Та едва вздрогнула, обернулась к девушке и во взгляде её прочиталось какое-то неизбыточное сожаление. “Было бы оно доброе...” начала Лола с лёгким вздохом, разглядывая Кристину. “Марта сегодня заезжала в гости к нашей Даниэле. Ох, бедная девочка...” старушка перекрестилась. “Следователи сообщили, что Марта нашла её в ванной. Ужасное зрелище, неужели всё опять началось...” с мрачным видом заговорила Лола, держась за крестик на своей шее. Даниэла Хулия жила над квартирой Моралес, и, хоть Кристина не была хорошо знакома с этой миловидной девушкой, она знала, что Даниэла всегда была добропорядочным человеком, который мог помочь всем, кому это было необходимо. Так же каждый месяц в первый четверг Даниэла готовила для всех соседей сладкую выпечку и желала хорошего дня. Кристина поёжилась, настроение от слов сеньоры моментально спало. Девушка глянула на полицейского, который расспрашивал одного из соседей. Неужели снова началось? Неужели без всех этих убийств нельзя никак обойтись? Чего пытается добиться эта мировая секта..? Какой-то абсурд творился в мире, который держал в людей в тисках страха уже продолжительное время. Хотя, может, Даниэла сама это сделала? Вдруг у неё что-то произошло в жизни. Вдруг тётушка нежно взяла Кристину за руку, сжимая ладонь: “Запрись сегодня, милая, пожалуйста. Говорят, это уже шестой случай за эту неделю в нашем районе. Я слышала, что сейчас идут бурные обсуждения насчёт комендантского часа... Наверное, скоро его вернут,” настоятельным тоном сказала Лола, заглядывая прямо в глаза Моралес. “Прошу, береги себя,” “Спасибо, тётушка Лола,” ответила Кристина, меланхолично натягивая на себя полуулыбку. А ведь день так хорошо начинался.. Странно, что Кристина даже не слышала ничего над собой. И, как бы страшно за свою жизнь ни было, девушке было всё равно было интересно, как это происходит. Так тихо, незаметно.. В итоге выглядит как простое самоубийство. Наверное, это было ещё одной причиной, по которой Кристине необходимо было бы сменить своё место жительства. Кристина прошла мимо следователей и поднялась до своей квартиры. Очевидно было, что завтра к ней должен был заявиться местный участковый с допросом о случившемся, но Кристина и представить не могла, как должна была отвечать на поставленные вопросы. Заперев замок на два оборота, Моралес медленно разулась и сняла с себя жакет. Она уныло прошаркала на кухню и поставила закипать чайник. Пока вода закипала, девушка успела принять тёплый душ. День, так или иначе, был однозначно испорчен, и теперь вместо того, чтобы спокойно раздумывать над данной ей работой — тестовым проектом — девушка тревожно сидела у себя в гостиной, стараясь отвлечься просмотром телешоу, иногда вскидывая голову к потолку и прислушиваясь к ещё работавшим сверху криминалистам. Шумоизоляция в этом доме была очень слабая, подслушать все разговоры было легко. Очередная мысль о том, как же она ничего не услышала, комом оседала в желудке. Ближе к полуночи Кристина занавесила все окна в квартире и заперлась у себя в спальне. Этой ночью она точно будет спать беспокойным сном.

***

Утро выходного дня началось неважно. Без тридцати шесть Кристина всё равно встала. Приняла утренние процедуры, что заняло около десяти минут, а потом выпила всего одну чашку чая, не решаясь позавтракать как следует. Да и, если честно, есть совершенно не хотелось. Отстранённо переодевшись в тренировочные лосины, девушка вышла из дома, взяв свой курс на юг. Пробежка по утрам в выходные придавала Моралес силы на весь оставшийся день. Это уже переросло в традицию семьи Моралес, и отказываться от этого было для Крастины сродни оскорблению её рода. В предрассветных сумерках девушка бежала через парк, то и дело встречая обладателей собак на своём маршруте. Миновав тихий в это время парк, Кристина повернула в сторону старой часовни. Около открывающегося прилавка с фруктами девушка остановилась для короткой передышки. Теперь окончательно рассвело. Под серой грудой облаков, скрывающих от граждан солнце, пробивались тёплые лучи, что падали на тело, согревая только сильнее, а прохладный ветерок раздувал собранные в хвост волосы во все стороны. Утолив жажду и переведя дух, Моралес побежала дальше. Уже около главного перекрёстка района она повернула в обратную сторону на север, на этот раз держа курс к пляжу. Уже на обратном пути мимо по шоссе проезжали первые автомобили, что ехали прямо из пригорода в центр. Сделав последнюю остановку у пляжа, Кристина присела на свободную лавку, открутила крышку у бутылки и за раз допила остатки воды, после чего вдохнула свежий бриз полной грудью и расслабленно откинулась на спинку. В кармане лосин вдруг зазвонил телефон. Немного помедлив, девушка достала его, читая высвечивающиеся инициалы. Она едва заметно приободрилась, отвечая на входящий. “Видел тебя в окно полчаса назад,” бодро сказал Радриго, не став распинаться с пожеланиями на утро. “Как пробежка?” “Как и всегда, хорошо,” на выдохе ответила Кристина, перекидывая занывшую ногу на другую. “Ты где? Куда-то едешь?” вдруг спросила Моралес, услышав гудок автомобиля по ту сторону. “Да-а.. Проснулся раньше, чем надо было. Маме опять плохо стало, везу её на осмотр,” Ксавье умолк, обдумывая слова. “Я уже слышал, что вчера случилось, мне так жаль..” тон его голоса сразу изменился на сочувствующий. От напоминания настроение Кристины тоже резко спало. Не очень-то ей и хотелось начинать утро с таких разговоров с другом, но слухи тут расходятся быстрее, чем ветер, поэтому хочешь не хочешь, всё равно такой человек, как Радриго, поднял бы эту тему первым из первых. Моралес вновь услышала копошение на другом конце линии, и Ксавье попросил минуту повисеть. Устало вздохнув после некоторого молчания, Радриго продолжил: “Привет от мамы. Как ты сама? К тебе уже заглядывали..?” Кристина не сразу нашлась с ответами на полившиеся вопросы от друга. Глядя на водную гладь, девушка следила за прибывающими волнами. Было в этом что-то завораживающее, но Кристина не могла этого почувствовать. “Стараюсь не думать об этом, Ксавье. Возможно, ко мне придут днём, а пока всё тихо,” ответила Моралес, поглядывая на свои кроссовки задумчиво и немного с тревогой. “Ох, прости, что затронул эту тему. Не смог удержаться,” извинился он. “А как идут дела с тестовым заданием?” “Мне отправили на почту документ с описанием нового крема. Для него нужно нарисовать красивую рекламную обложку. Думаю, за три дня управлюсь,” “Это тот крем, что сейчас везде презентуют? Честно, не вижу в нём ничего крышесносного, как утверждают производители,” в голосе стали слышны нотки сарказма и недовольства. “Скажи людям, что крем омолаживает кожу в сто раз лучше, чем товары конкурентов, покажи им фотошоп, и люди поверят во всё, что им скажут. Ксавье, это маркетинг, мы с тобой работаем в нём,” Кристина закатила глаза, прерывая речь зевком в кулак. “Мы, дизайнеры, должны выполнять то, что потребуют. Нам за это платят и, знаешь, я не жалуюсь,” “А вот мне иногда хочется уволиться с работы. Не переношу всю эту белиберду, но что поделать,” Радриго легко посмеялся. “Мы подъезжаем, пожелай нам удачи,” “Удачи,” с улыбкой проговорила девушка, вешая трубку.

...

Моралес поставила два стакана воды на столик, уселась на диван и пристально посмотрела на мужчину в униформе. Сказать честно, выглядел он достаточно привлекательно, а по его лицу сразу можно было определить характер личности. Требовательный, но справедливый. Кристина на мгновение задумалась, а какого это было бы — встречаться с человеком, работающим на такой работе. Мужчина прокашлялся и открыл маленький чёрный блокнот, щёлкнул ручкой и внимательно оглядел принесённый стакан. “Сеньорита, прошу заметить, сейчас я проведу с Вами обыкновенную беседу. Задам пару наводящих вопросов, на которые Вы должны дать чёткий ответ. Постарайтесь вспомнить всё, что знаете,” молвил мужчина без энтузиазма. Видимо, после допроса предыдущих жителей дома у него пропало любое желание хоть как-то выражать эмоции. Тон был чётким, будто спокойным, но в нём слышалась тяжесть, настороженность. После его слов Кристина бурно закивала. Как бы ей не хотелось, но в глубине души нервозность всё равно нарастала. Не каждый же день тебя допрашивает участковый. Не хотелось быть какой-то подозрительной в его глазах. “Как давно Вы знакомы с сеньорой Хулией?” первый вопрос, заданный более будничным тоном, застал её врасплох. Как она должна на это ответить? Будет ли считаться правильным если Кристина скажет, что только здоровалась с девушкой ради приличия? Моралес в миг растерялась. “Ну-у.. Мы не были друзьями или близкими знакомыми. Просто соседи. Я никогда не лезла в личную жизнь без спроса, поэтому с Даниэлой мы обходились только приветствиями,” с расстановкой в голосе ответила Моралес, чувствуя, как ладони начинают потеть. Тревога росла. Мужчина сразу стал записывать всё сказанное в блокнот. “Хо-ро-шо,” участковый на мгновение остановился, перечитывая записанное, потом снова поднял глаза на девушку. Сделал он это немного медленнее, чем предполагалось. “Может, Вы слышали от других соседей что-то такое.. К примеру, возможно ли, что у сеньоры Хулии были какие-то проблемы с кем-то? Может быть, она задолжала крупную сумму евро..?” его взгляд был проницательным, словно он выискивал в Кристине какой-то спрятанный подвох. Девушка сглотнула, прежде чем ответить. “Нет-нет.. Насколько я знаю, у Даниэлы не было никаких проблем с чем-либо. Она была хорошим человеком, поэтому я не считаю, что она могла попасть в долговую яму,” Кристина правда пыталась вспомнить, были ли случаи, когда Даниэла нуждалась в помощи, но нет, ничего такого не приходило в голову. Мужчина продолжил записывать; писал он быстро, но даже с дивана Моралес могла видеть, какой аккуратный у него был почерк, как старательно он выводил каждую букву. “Не знаете ли, состояла ли сеньора в отношениях..? Может быть, у неё был ревнивый сеньор, и накануне её смерти у них была ссора?” подозрительно спросил он, словно щупая. “О, нет, к сожалению, этого я не знаю. Не думаю, что у Даниэлы были отношения, я бы точно об этом знала,” а может, был кто? Возможно, Даниэла просто категорически не хотела приводить парня к себе в гости. Точный ответ Кристина всё равно дать не смогла бы. Она потянулась к стакану и опустошила его, ощущая, как жажда выпить прохладной воды растёт с каждой секундой. “Что ж... А какой сеньора Хулия была в последнее время? Возможно, Вы замечали за ней странное поведение, может быть, она делилась с Вами переживаниями? Говорила что-то важное для неё?” Кристина задумалась. Действительно, а какой Даниэла была в последние несколько недель? Девушка видела её всего пару раз до её смерти, но как будто было очевидно, что Хулия выглядела вполне нормально, как и раньше. Возможно, она просто не решалась с кем-то поделиться такой информацией. Может, соседи в этом доме и дружелюбны ко всем, но кто на серьёзе решит вываливать багаж своих проблем на незнакомого человека? Потерев затылок, Моралес неуверенно ответила: “Вроде всё было в порядке.. В любом случае, как я уже сказала, мы с ней не общались толком. Поэтому не могу ответить на этот вопрос правильно. Знаю только то, что Даниэла чаще оставалась в своей квартире, чем раньше,” мужчина коротко кивнул на этот ответ. “Хорошо, тогда ещё пару вопросов, и мы закончим, сеньорита,” сказал он, поёрзав на стуле и выпрямившись. “Где Вы были в промежутке с двух двадцати до трёх ноль пяти ночи? Чем занимались?” прозвучал этот вопрос так, словно Кристина находилась теперь уже в комнате для допросов с давящей атмосферой, а перед ней сидел детектив, обстановку совсем не разбавляющий, но она держала себя в руках. “Я находилась у себя в квартире, в это время той ночью я уже спала,” чётко проговорила Моралес, выдыхая. Атмосфера начала давить, глаза участкового стали изучать Кристину с таким прищуром, словно он поймал её на лжи. “В какое время Вы легли?” “Где-то около полуночи.” “Слышали ли Вы что-нибудь? Или может, просыпались от странных звуков уже позднее?” рука мужчины напряглась, видимо, он ожидал от Кристины хоть какой-то интересный ответ, и был готов сразу же всё записать. “Нет, ничего не слышала и тем более не просыпалась,” промямлила Моралес, опуская плечи. Неимение возможности хоть как-то помочь огорчало. Участковый записал её слова, после потёр глаза от безысходности. Видно было, что этот ответ не совсем его устроил. “Даже сквозь сон..?” “Да. Если бы Даниэла кричала или что-то в этом роде, кто-то другой точно бы это услышал и сообщил в участок,” ответила она, немного расслабившись, когда взгляд мужчины немного угас. “Мда-а... Тут Вы правы. Что же..” согласился он, резко закрывая блокнот, убирая его и вставая со стула. “Спасибо, что уделили время, сеньорита. Если Вы что-то вспомните или узнаете, прошу, сразу сообщайте об этом в участок,” Кристина повторила его действие и пошла за мужчиной, дабы проводить. “Конечно, я сразу позвоню, если что-то узнаю,” кивая, потдвердила девушка. Всё напряжение и тревогу будто рукой сняло. “Будьте осторожны. С девяти вечера настоятельно прошу не покидать свои апартаменты. Только если это необходимо,” твёрдо сказал мужчина, выходя на лестничную площадку. “До свидания,” “Хорошего дня, сеньор..!” Кристина выдавила из себя улыбку и закрыла за собой дверь. Она тяжело вздохнула, прислоняясь лбом к дереву. Беседа прошла немного спокойнее, чем она ожидала, но тревожность и страх всё равно остались невидимыми оковами где-то на ступнях. Моралес прошла обратно в гостиную и залпом осушила как свой стакан, так и нетронутый — тот, что был предложен участковому. Теперь осталось свободное время заняться дизайном обложки. Сил на это совершенно не было, но кто спрашивал об удобствах?

***

“Хорошего вечера, сеньора! Заходите к нам ещё!” передавая Кристине пакеты, пожелала улыбчивая продавщица. “И Вам..!” девушка так же учтиво улыбнулась и, слегка подумав, добавила. “Берегите себя,” Скорее всего кассиры в супермаркете и так настороже, новости разлетаются почти молниеносно, но почему бы не побыть доброй? Моралес знала, что это предостережение вряд ли кому-то пригодится, но ей всё равно стало как-то спокойнее. Взяв пакеты в руки, девушка развернулась и пошла к выходу. За спиной закрылись стеклянные двери супермаркета. Моралес взглянула на небо: оно уже медленно, но уверенно розовело, а это значило, что нужно было поспешить, чтобы оказаться дома в безопасности ещё до темноты. Нет, вообще, идея комендантского часа не слишком-то и разумная. По новостям всегда твердили, что если люди будут придерживаться его, то проценты смертей будут падать. Но Кристина помнила, как ещё в детстве — когда с комендантским часом было строже — даже если её родители запирали двери на все замки и она точно была уверена в том, что и другие её друзья были в безопасности, на любое другое утро всё менялось. Только мнимая безопасность, ничего более. Вздохнув, девушка ухватила пакеты поудобней и в быстром темпе направилась к своей квартире. Кристина пыталась успокоиться и убедить себя в том, что всё было хорошо и домой, очевидно, она доберётся благополучно, но наличие шести смертей говорило об обратном и заставляло по пути оглядываться по сторонам. Ещё пару минут и она наконец будет дома. Это воодушевляло, заставляло прибавить темп и слегка улыбнуться. Но весёлое настроение долго не задержалось, сменяясь зыбкой тревогой после того, как со стороны послышался детский вопль. Тут же обернувшись и слегка замедлив шаг, Кристина уставилась на мальчика с мужчиной — как видно, отцом. Мужчина, присев на одно колено перед ребёноком, обнимал его, поглаживая по волосам, пока тот рыдал, уткнувшись ему в плечо. В момент, когда мальчик кричал, слышался и собачий лай. Неужели набросилась на ребёнка или, ещё худе, укусила? Главное, чтобы собака не была больной бешенством. Но сейчас, вроде как, никакой собаки по близости видно не было. Убежала, скорее всего. Раздумья девушки прервало резкое столкновение с кем-то, отчего Моралес тут же оказалась на земле вместе с выпавшими из рук пакетами. Кое-как поднявшись, Кристина начала собирать выкатившиеся продукты, вдруг вспомнив, что она врезалась в человека, который, по-видимому, всё ещё стоял рядом. “Прошу прощения, сеньор! Я Вас не заметила,” быстро кинула свои извинения девушка, продолжая складывать в пакет продукты. “Ничего страшного, не беспокойтесь. Вам помочь?” на ломанном испанском произнёс человек, садясь на корточки рядом. Кристина уже была готова ответить, что всё в порядке, что она сама виновата и попытаться как-то ещё оправдаться, но её будто бы облили ледяной водой. Этот голос, до боли знакомый голос. Те же неправильно поставленные ударения в словах, та же неуверенность в сказанном. Кристина так давно его не слышала, но даже так она точно могла определить его обладателя из тысячи, сколько бы времени не прошло. Девушка тут же резко подняла голову, уставившись в глаза напротив. Губы тут же пересохли. Это ведь он, да? Ошибки быть не должно было, иначе бы сердце её не забилось о рёбра так, будто готово было вырваться из груди. Она никогда не видела его вживую, но так часто болтала с ним по телефону. Она не могла просто так взять и спутать этот голос с чьим-то другим. Кристина заперла эти воспоминания далеко внутри себя, где теплилась надежда, что ей всё ещё напишут: «доброе утро, извини, что не писал эти чёртовы семь лет». “В-вы.. Вы Колин..?” “Да-а.? Извините, мы знакомы..?” взглянув на девушку, ответил парень. Он мягко улыбнулся, будто перед ним встал потерявшийся ребёнок и надо было узнать, где его родители, но через секунду в глазах всплыло осознание, а уголки губ опустились вниз. “Кристина?” И земля словно ушла из под ног, когда Моралес услышала своё имя. “Да... Да, д-да! Я Кристина! Dios mío, Колин, неужели это и правда ты? Колин Рау́ли?!” девушка всё не могла поверить, что парень перед ней и правда реален. Только когда он неуклюже кивнул, отзываясь на полное имя, губы сами собой растянулись в подрагивающей улыбке, и влага в уголках глаз собралась моментально. В носу защипало. “Где.. Где же т-ты был все эти годы? Почему не отвечал на мои сообщения..?” Кристина и не заметила, как по привычке стала говорить на английском. “Я тоже очень рад тебя видеть, прошу, извини, что так неожиданно пропал... На то были свои причины..” уклончиво ответил Колин, вновь улыбнувшись. “Я не могу поверить, просто не верю, что это правда ты! Я сплю? Боже, наверное, я во сне,” слёзы всё-таки покатились по щекам, и Кристина неловко попыталась их смахнуть, но это толком не получилось. Она попыталась себя ущипнуть, чтобы проверить; было больно, но мираж не исчез. Это всё происходило на самом деле? Кристина горько усмехнулась и через мгновение, позабыв о продуктах, уткнулась в чужое плечо, обнимая так, словно боялась снова его потерять. От неожиданности она даже перестала плакать, потому что парень осторожно обнял её в ответ. Впервые в жизни. Замешательство длилось недолго, Моралес стыдливо отстранилась, шмыгая. Не так она представляла себе их первую встречу. Тем более не при таких обстоятельствах. Кажется, они сидели так целую вечность, глупо смотря друг на друга, но Моралес всё же понимала, что, скорее всего, прошло пару минут. Парень похлопал её по плечу и аккуратно встал. “Уже темнеет, Кристина, позволь, я тебя провожу,” сказал он, отряхивая штаны и протягивая Кристине руку. Приняв помощь, Моралес сделала то же, что и парень, пока тот поднимал пакеты. По дороге девушка ещё пару раз попыталась вернуть себе пакеты с продуктами, но Колин заверил её, что всё в порядке и ему не трудно помочь, после чего Кристина решила всё же не надоедать этим. До квартиры они шли почти в тишине, иногда пытаясь завести какой-то диалог, но быстро его заканчивая. Трудно было всё-таки заводить разговор, когда последний раз они общались так давно. Всё так изменилось, и, хотя у Кристины осталось множество вопросов, которые она бы с удовольствием задала, было неловко, было страшно. Она всё ещё не верила своим глазам, не верила, что рядом с ней шёл тот самый человек, которому она раньше помогала с испанским. Пакеты вернулись к хозяйке только на пороге её квартиры. “М-может, зайдёшь? Я заварю чай,” неуверенно пригласила парня Моралес, оставляя пакеты у стены и немного отходя в сторону, как бы давая место пройти. “Нет-нет, не нужно. Извини, у меня ещё остались незаконченные дела.. Может, встретимся ещё как-нибудь?” вежливо отказался парень, всё так же оставаясь в подъезде. “Да, конечно, встретимся,” прозвучало... Странно? Колин простоял напротив квартиры до момента, когда Кристина назвала удобную ей дату и место, а после, распрощавшись, ушёл не оборачиваясь. Проводив Рау́ли взглядом, девушка закрыла дверь и остановилась, переосмысливая всё произошедшее. Колин выглядел очень мило, так, как она представляла, но всё равно что-то будто было не так. Лицо бледновато... А когда она коснулась его, забирая пакеты — руки были ледяными. Может, замёрз..? “Главное, чтобы он не простудился..” прошептала Кристина сама себе, всё же проходя в глубь квартиры с нестихающими мыслями. Что-то тут всё равно оставалось нечисто...

...

Той ночью Кристина проснулась от лёгкого стука в окно спальни. Она, открыв глаза, привстала на локтях, сонно ища на тумбе свой телефон. Взяв его и включив, девушка сразу нахмурила брови. Время показывало половину третьего ночи. Сонный разум не сразу понял, что её разбудило. Может, просто показалось? Моралес вернула телефон на место и перевернулась на другой бок, накрываясь одеялом сильнее. Через какое-то время стук повторился, теперь звуча настойчивее, а за ним последовало короткое щебетание. Кристина распахнула глаза и замерла, затаив дыхание. Она прислушалась. Звук был странный; не было похоже на то, чтобы кто-то стучался кулаком, наоборот, словно маленький клювик ударялся о стекло. Девушка откинула одеяло, садясь в постели. В комнате было темно и только с улицы сквозь занавески пробивался слабый свет фонарей. Кристина посмотрела в сторону окна, пытаясь что-то разглядеть, но через закрытые шторы было ничего не разобрать. Щебетание повторилось, отчего она вздрогнула. Кристина осторожно встала и как можно тише подошла к окну. Что за птицы будут в такое время надоедать своим пением? А стуком? Тем не менее стука больше не было слышно, а то короткое щебетание прекратилось так же резко, как и началось. Минуту помедлив, Моралес аккуратно отодвинула одну штору. Ничего. Улица пустая, на подоконнике тоже никого. Не было чего-либо, что могло так странно колотить в стекло или тем более пищать. Если бы это была какая-то ночная живность, девушка точно услышала бы, как птица улетела. Но за окном было пусто. Кристина стояла так, вслушиваясь в тишину, разглядывая ночную улицу и пытаясь вспомнить что-то очень важное. И тут до неё дошло, что шторы настоятельно просили не раздвигать. Девушка тут же отдёрнула руку, моментально отходя от окна и садясь обратно на кровать. Сделала ли она что-то очень плохое? Время шло; ничего не происходило. В комнате было тихо — так же, как и снаружи — и чего-то необычного Кристина так и не заметила. Возможно, просто она просто спит, а сон выглядит таким реалистичным. Однако в глубине души Моралес чувствовала себя неуютно, находясь в своей же квартире. Настороженно вздохнув и потерев сонливые глаза, Кристина снова легла, на этот раз засыпая.

***

Утро не задалось с самого начала. Кристина проснулась от далёкого гудка автомобиля и с тошнотворным провалом в душе осознала, что солнце уже давно встало, а будильник на телефоне безмолвствовал. Она проспала. Сердце заколотилось в панике. Выскочив из постели, девушка с трудом натянула на себя первый попавшийся деловой костюм, даже не замечая его лёгкой помятости, наскоро привела себя в порядок и, не завтракая, выбежала на улицу. Небо затянули серые, низкие тучи, предвещавшие дождь. Воздух был тяжёлым и влажным, на остановке она с трудом успела впихнуться в автобус. Доехав до офиса, Кристина ввалилась в «опенспейс», едва переводя дух. Лёгкие горели огнём, потому что ей пришлось бежать от остановки, чтобы точно не опоздать, а на лбу выступили капельки пота. Тут она почувствовала на себе взгляды. Десятки глаз, быстрых и любопытных, скользили по ней, оценивая помятый вид и запыхавшееся состояние. Жаль Радриго не было рядом. Шёпоток, пролетевший где-то справа, заставил Кристину внутренне сжаться. Девушка опустила голову и, стараясь быть как можно менее заметной, прошла к своему рабочему месту. Включив компьютер, она уткнулась в монитор, делая вид, что полностью поглощена работой — правкой рекламных обложек от коллег. Но буквы расплывались перед глазами, а мысли упрямо возвращались к вчерашней ночи. Кажется, она слишком близко приняла возможный сон, нужно было чем-то отвлечься. Время пролетало незаметно, подчинённое монотонному щёлканью мыши. Моралес и не заметила, как наступил обед. “Что-о, Крис, усердно работаешь? Или пытаешься прожечь взглядом монитор?” знакомый голос за спиной заставил её вздрогнуть. Кристина обернулась и увидела Ксавье. В его руках были два стаканчика с кофе, а на лице — смесь веселья и усталости. “Вот, держи, твой любимый, с двойной порцией сиропа, чтобы подсластить этот явно не сахарный день,” он поставил стаканчик перед ней. Пар от напитка поднимался вверх, растворяясь в пространстве и наполняя воздух приятным и столь желанным ароматом. “Спасибо..” сухо промямлила Моралес, протягивая руку к стаканчику. Радриго как-то странно на неё посмотрел, немного отпил свой кофе и отошёл, возвращаясь уже со стулом. Он уселся на него, облегчённо вздыхая. “Что с тобой, подруга? Выглядишь, словно всю ночь не спала; выкладывай, что случилось?” Моралес закусила щёку изнутри. Все мысли её были спутаны, она сидела в ступоре, понимая, что не может дать ответа. Ей не хотелось об этом говорить, потому что звучало бы это всё как бред. Но и держать в себе было невыносимо. “Я... Мне сегодня приснился странный сон,” её голос был отстранённым. Моралес зажмурилась, потерев глаза. “Даже не знаю, как описать.. Я не понимаю, был ли это просто сон или я не спала тогда...” она замолчала, глядя в окно. Плохая погода всё ещё никуда не делась, сгущая краски. Кто-то из коллег в другом конце помещения отчитывал стажёра за плохую работу, привлекая к себе внимание, но Кристина словно и не слышала какофонию жизни. Её уши будто заложило, она слышала лишь шум крови, раздававшийся в голове. Она пришла в себя только когда Ксавье потряс её за плечо. “Всё нормально..? Что за сон был?” “Кто-то или что-то стучалось мне в окно.. Клянусь, я слышала, что за моим окном есть какая-то птица. Я встала, посмотрела. Угадай что? Там никого не было, а потом я поняла, что натворила.. Говорили же, что нельзя раздвигать по ночам шторы,” Кристина посмотрела на Радриго. Он с серьёзным выражением лица обдумывал её слова, слушая и не перебивая. “А сегодня мне что-то как-то нездоровится..” “Ты точно уверена, что тебе это приснилось?” спросил он тихо, наклоняясь ближе. “Наверное. То есть.. Я не знаю, но если я сегодня умудрилась проспать будильник, значит, просто крепко уснула,” попыталась отшутиться девушка. “Возможно, просто кошмар на фоне всего того, что произошло..” Ксавье тяжело вздохнул и положил свою руку поверх её. “Слушай, может, тебе стоит взять отгул? Ты совершенно разбита. Сходи к врачу. Думаю, это из-за стресса, он тоже сказывается. Я могу проводить тебя домой после работы, если хочешь, или можешь переночевать у нас. Мама будет только рада,” Его забота была такой искренней, что у Кристины на мгновение сжалось горло. Она хотела было ответить, поблагодарить, возможно, даже согласиться, но её планы резко изменились. Из коридора вышел секретарь и, обведя взглядом зал, чётко произнёс. “Сеньорита Моралес? Директор просит Вас зайти в его кабинет. Он сказал, что Вы хотели сдать готовую работу,” точно! И как она могла забыть об этом? Эти ночные события и вчерашняя встреча полностью выбили её из колеи. “Иди,” мягко подтолкнул её Ксавье, в последний раз подбадривающе сжимая её руку. “Всё будет хорошо. Держись,” Кристина медленно поднялась с места, чувствуя, как подкашивались ноги. Она кивнула секретарю и, стараясь дышать ровнее, направилась в кабинет директора.

***

Встреча с Колином состоялась через два дня. За это время Кристина успела перенервничать до такой степени, что чуть не расплакалась в одном из магазинов, пригласив Радриго выбрать ей подходящий наряд для такого случая. Теперь же Моралес стояла на улице, полной грудью вдыхая свежий воздух с нотками летнего бриза и нервно теребя ткань своего платья. Ей хотелось выглядеть презентабельно, показать своему другу, что она никогда не забывала о нём, что чувства всё ещё остались при ней. Ближе к пяти вечера к её дому подходит Рау́ли, одетый с иголочки и несящий с собой красивый букет приятно пахнущих цветов. Стоит ему поравняться с Кристиной, она не может сдержать улыбки. “Ну посмотрите на него, как вырядился.. Украл Блэк-Тай¹ из ателье?” Колин смотрит на Кристину беспорядочно, вздымает подбородок чуть выше и говорит горделиво, понизив тон: “Не понимаю, о чём ты. Меня великодушно одели и пожелали провести прекрасный вечер с ещё более прекрасной сеньоритой,” он всё ещё старается говорить на испанском, и что-то в груди Моралес мёрзнет, воспоминания о их былом знакомстве сразу вспыхивают. Она никогда не видела Колина в живую, но мечтала об этом так долго, что сейчас даже не знает, что сказать. Рау́ли вальяжно протягивает ей букет, который Кристина смущённо принимает, подносит к лицу и с трепетом вдыхает запах, прикрывая глаза. Затем парень предлагает ей взяться за локоть, и Кристина действительно обвивает свою руку вокруг локтя, немного сжимая. Они направляются в северную часть района, общаются на отвлечённые темы, потому что знают, что если начнут говорить о своих чувствах, то замолчат быстрее, чем успеют обдумать свои мысли. Как бы то ни было, несколько вопросов всё же не покидает голову девушки, возвращаясь каждый раз, когда между ними расплывается неловкая тишина. Что Колин тут делает? Почему появился именно в этот момент? Искал ли он её среди горожан, или их столкновение в тот день было чистой случайностью благоговения судьбы? Ей нужно столько всего рассказать Колину, поделиться всем, что у неё накопилось, но она не решается, сдержанно меняя темы с одной на другую, не желая навязываться. Кристина видит, читает по глазам Рау́ли, что ему тоже хочется поделиться с ней чем-то сокровенным, но он не знает как, боится испортить момент, выразиться бестактно, показать себя не в лучшем свете. По его манере общения было заметно, что парень не изменился с тех пор, как они общались в последний раз. Всё такой же вежливый и застенчивый. Они проходят мимо автобусного парка, и Колин что-то ей говорит, но Кристина его почти не слушает, уходя куда-то в себя. “Как твоя рука, кстати.?” спрашивает она невзначай, снова вспоминая прошедшие годы. Парень молчит, смотрит на неё в недоумении, словно не может понять, о чём она говорит. “Какая рука..?” встречным вопросом отвечает Рау́ли и кривит полуулыбку. Кристина не знает, что сказать. “Извини, Колин.. Просто... Столько времени прошло, в последний раз у тебя была сломана рука... Помнишь?” напоминает она, рассматривая свой букет. Рау́ли длинно выдыхает и легонько бьёт себя по лбу, будто бы это и так было очевидно. “Точно, как я мог забыть...” наигранно осуждает он себя, после чего задумывается. “Как это будет на испанском — в полном строе..?” обращается он к ней на английском, другой рукой потирая затылок. “En plena formación,„ тихо посмеивается Кристина, переводя взгляд на Колина. Тот кивает. “En plena formación, да,” повторяет Рау́ли, поправляя галстук. “Совсем не болит, да и я уже давно не придаю этому никакого значения. Уже и не вспомню, в каком году её сломал,” Кристина смотрит на него странно, но считает, что парень просто перепутал значение слов. Солнце уже давно село, а было такое чувство, что не прошло и минуты с момента, как они начали свою прогулку. Кристине так не хотелось заканчивать этот вечер и начинать следующий день с работы. Как горестно от того, что сейчас не студенческие дни, когда она могла не явиться на пару просто потому, что устала. Моралес в принципе грустно вспоминать, насколько у неё раньше была насыщенная жизнь. Люди, гулявшие в окрестностях, стали потихоньку расходится. Некоторые любители вечерних и ночных прогулок наоборот подходили, их силуэты тускнели за пределами пятен света, исходивших от редких фонарей, освещающих улицу. Кажется, похолодало, но ощущалось это очень затуманено. Кристина сейчас была сосредоточена на прогулке, она обдумывала, хватит ли ей решимости сказать всё, о чём сама так долго думала? Это ведь не чужой ей человек.. Конечно, она должна! Колин, в свою очередь, наслаждался уличным пейзажем. Он так много времени провёл в окрестностях своей страны, что новый вид казался удивительным. И всё же, пропасть между ними в срок целых семи лет. Интересы у обоих давно поменялись, и если сейчас Моралес решится на то, чтобы сказать о своих чувствах, её могут отвергнуть. По крайней мере, она так думала. Идеи для разговора никак не шли, все воспоминания, которые приходили в голову, были слишком давними. Она знала о новом Рау́ли почти ничего. “А.. Как там твой друг.?” поинтересовалась девушка, морщась от своего же голоса. Боже, этот вопрос слишком странный, у Колина, наверное, изменился круг общения. Нужно было уточнять заранее, и теперь Кристине было стыдно. “Ты Нила имеешь ввиду?” вопросом на вопрос ответил Колин, да ещё так непринуждённо, словно этот некорректно составленный вопрос никак его не озадачил. “Да.. Наверное. Честно, я и имени-то не помню,” Кристина легко посмеялась, в мыслях пытаясь вспомнить, точно ли так звали того человека. Рау́ли усмехнулся, запуская свободную руку в волосы и тормоша их. “Наши пути с ним давно разошлись, он, вроде бы, уехал в другой штат. Знаю только то, что у него появился новый друг,” ностальгически произнёс Колин, помогая Кристине забраться по ступеням на мост. Придерживая подол платья, чтобы оно не сковывало движения, девушка считала ступеньки, после чего поблагодарила Рау́ли за такой жест. “Знаешь, я тоже думала, что наши пути разошлись..” вдруг сказала она. Колин посмотрел на неё непонимающе. То ли негодование, то ли высшее недоумение проскользнуло в его глазах, но Кристина посчитала верным, что всё-таки начала об этом говорить. Она слегка отошла от Рау́ли, желая взглянуть на протекающую под ними реку. Колин остановился рядом, молча разглядывая Моралес. Девушка всем телом чувствовала, как он жаждет, чтобы она продолжила. Она так и сделала: “Когда ты резко пропал, я себе места не находила, думала, что с тобой что-то случилось. Но если бы так оно и было, думаю, мне бы об этом уже давно сообщили.. Я звонила тебе столько раз.., писала тебе на почту, но никто мне так и не ответил,” на одном выдохе проговорила Кристина, смотря вдаль. “Тогда я решила, что это всё, конец нашего общения. Думала, ты больше не хочешь иметь со мной никаких дел, поэтому бросила все попытки связаться с тобой. Для меня ты пропал, и только по ночам я всё ещё вспоминала о тебе,” её голос дрогнул, что не скрылось от слуха Колина. Парень аккуратно положил ладонь на её плечо, не роняя ни слова, давая выговориться. “А сейчас ты здесь, стоишь передо мной... Такой весь красивый, прям как я представляла, и я не знаю, о чём думать..! Мне кажется, что это всё какой-то чрезвычайно долгий сон, что тебя нет на самом деле...” Моралес грустно улыбнулась, потирая глаза, чтобы слёзы вдруг, не испортили ей макияж. “Где же ты пропадал всё это время, Колин..?” парень быстро убрал ладонь с её плеча, отворачиваясь, словно его застукали за чем-то криминальным. Он неуверенно сложил руки домиком, облокачиваясь локтями о перила. “Ты ударишь меня, если я скажу, что меня обокрали..?” виновато попытался пошутить Колин, съёжившись так, будто бы сказанные слова подвергнут его смертной казни. У Кристины, кажется, челюсть отвисла. Чего? Обокрали? Она про это и не думала. “То есть как это — обокрали..? А с телефоном что? Это же аппарат, как его украсть можно...” с огромным удивлением спросила Кристина. “Его... Сломали..?” Рау́ли, наоборот, только всё жался от неудобства такой ситуации. “Тебя обокрали, сломали твой телефонный аппарат, и ты не нашёл варианта сообщить мне?! Колин, что это за шутки такие?” наверное, Кристина начинала закипать внутри себя, налегая с такими вопросами на парня и не дожидаясь от него внятного ответа. “Я просто.. Кристина, я просто не запомнил твой номер и имейл.. Потом подумал, что если поднакоплю денег и самостоятельно отправлюсь сюда, чтобы найти тебя, то... Я тут уже как полгода,” закончил он, не поднимая взгляда на Моралес. “Господи, Колин, какой же ты дурак...” расстроенно сообщила Кристина, понурив голову. Её отражение в воде кривилось, не давая увидеть, насколько же она была раздосадованна. Боковым зрением Моралес заметила, что отражение на водной глади Рау́ли совсем не изменялось, но стоило ей только задуматься об этом, как парень перетянул её внимание. “И-извини, я.. Я, честно, рассчитывал, что всё будет иначе..” он заговорил на английском, растягивая последние слоги. Девушка внимательно оглядела профиль Рау́ли, затем осторожно потянула руку к его лицу, мягко кладя ладонь на щеку, поглаживая большим пальцем прохладную кожу. Вся обида куда-то резко пропала. “Мне так не хватало тебя всё это время, глупыш,” прошептала она мягким голосом, следя, как Колин медленно оборачивается к ней. За кротчайшие сроки они потянулись навстречу друг другу. Поцелуй получился небрежным, будто они оба не практиковались ни на ком, но зато был прямым и глубоким. Через этот поцелуй Кристина постаралась передать все свои эмоции Колину, чтобы тот понял, как много он для неё значит. “У тебя губы холодные, ты замёрз..?” шутливо пролепетала Моралес, как только они прервали свой поцелуй. “Видимо, да, я даже не ощутил этого..” отмахнулся Рау́ли, улыбаясь так, словно это ему никак не мешало. “Согреешь меня в объятиях?” добавил он, осторожно разводя руки в стороны. Кристина колебалась недолго. Обхватив Колина за спину, она как можно крепче прижалась к телу, стараясь запомнить его запах. Сквозь мужской одеколон просачивались какие-то странные нотки чего-то пряно-сладкого.

***

Дома Кристина уснула моментально. Время к тому моменту, как они с Колином попрощались, уже перевалило за полночь. Кристина даже не стала переодеваться, завалилась на кровать в том, в чём была, решив оставить всё на утро перед работой. На грани сна и реальности девушку снова разбудил назойливый стук. Сначала слабый, еле уловимый слухом, осторожный, будто бы кто-то нерешительно касался стекла, проверяя его на прочность, потом сильнее, настойчивее, с каким-то странным ритмом, будто что-то большое и бесформенное с размаху билось об окно. Лёгкое щебетание врезалось в уши контрольным выстрелом. Моралес проснулась. Лёжа, слушая глухие удары и пение, тревожным эхом разносившиеся по тёмной комнате, Кристина всё ещё думала, что спит. Вдруг послышался тихий, глухой, но разборчивый шёпот: «Открой». Голос был булькающим, сиплым, как у человека, у которого только что из лёгких откачали воду, гулко тянущимся, будто тот, кто говорил, совершенно не умел подражать человеческой речи, только учился. “Открой!” Моралес подскочила в кровати, стиснув одеяло пальцами. Голова загудела, и комната пошла кругом. Воздух в пустом помещении опустился, сгустился, стал липким, холодным, сжался комом в горле. Окно всё так же было занавешено, и никаких видимых силуэтов за ним не было, только едва различимые тени фонарных столбов гуляли снаружи. «Наверняка лишь померещилось», подумала Кристина. Сонный бред после такой прогулки, ничего более. На улице, может, кто-то просто громко разговаривает по телефону, нарушая комендантский час, или это телевизор у соседей включён, а Кристина всего лишь переутомилась, вот и кажутся ей всякие голоса. Опустив ступни на пол, Моралес поднялась с матраса, и тот протяжно скрипнул. Прошла, ступая очень тихо, к окну, бесшумно раздвигая шторы. Снова. Темнота за стеклом казалось плотной и вязкой, точно до её можно было бы коснуться, если открыть окно настежь. Никого. Только ветви кустарников раскачивались под вялым ветром, отбрасывая на асфальт причудливые тени, похожие на тонкие кривые пальцы. Она опять это сделала, опять поддалась любопытству и посмотрела, что происходит. Кристине не понравилось то, как она легкомысленно себя вела уже во второй раз. Но теперь она точно осознавала, что это не сон. Что-то в её квартире зашумело, и, выйдя из глубокого транса, Кристина обернулась на закрытую дверь. Она всем телом ощутила чьё-то присутствие. Усилием воли Моралес как можно тише, на носках подошла к двери и аккуратно провернула замок. Её руки дрожали, а спина вся вспотела. Всю оставшуюся ночь девушка провела в кровати, не смея сомкнуть глаз, прислушиваясь ко всем звукам извне. Уснуть ей удалось только ближе к утру.

***