Магия огня: познание стихии

      Вернувшись в домик, Кай несколько раз ударил себя по лбу от собственной глупости. Сбросив плащ, он сел на край кровати и взглянул на свои ладони; в этот же момент к ним прильнула магия. Нахмурившись и закрыв глаза, он вспомнил, как Субин использовал магию в лесу.       Встав в похожую позу, он вновь прикрыл глаза и попытался настроиться на использование магии: сложил ладони в молитвенном жесте, направил одну ладонь перед собой, и из неё вылетел сгусток магии. Столкнувшись с входной дверью, он оставил на ней чёрный след. Кай, осев на кровати, не ожидал, что что-то вообще произойдёт.       «Как это, чёрт возьми, произошло?»       Он взглянул на свои ладони, на которых всё ещё искрилась магия ярко-оранжевой дымкой. Громко выдохнув, он лёг спиной на кровать. До тренировки оставался где-то час, значит, он мог попробовать вздремнуть.       Не спавший всю ночь Кай вырубился почти сразу после того, как лёг на кровать. Очевидно, ночная прогулка по лесу с Субином пошла ему на пользу.       Проснувшись с первыми лучами солнца, Кай поднялся с кровати, накинул плащ и вышел из домика, направляясь на тренировочную площадку. На середине пути он обнаружил, что догнал двух уже знакомых магов в меховых плащах и теперь шёл позади них.       Кай добрался до площадки, встал в сторонке от остальных магов, взглядом ища хоть кого-то знакомого, ведь Ёнджуна и Бомгю он потерял из виду ещё пару минут назад. Замявшись, он сложил руки на груди, начал наблюдать за начавшими тренироваться магами и внимательно следить за их тактиками боя, отчего не заметил, как к нему подкрался староста деревни. Он дёрнул его за локоть, привлекая внимание испугавшегося Кая. Тот обернулся в его сторону и направил всё своё внимание на него.       — Наблюдаешь? — достаточно строго поинтересовался староста, не глядя на Кая.       — Да, старейшина, — смущённо ответил он, столкнувшись со строгим взглядом старейшины.       — Ну, теперь и ты будешь обучаться использованию магии и обычной борьбе, — добавил он с кривой улыбкой и, не дожидаясь ответа, направился куда-то дальше, на прощание больно похлопав его по плечу.       По телу Кая пробежал табун мурашек. Почему-то этот мужчина ему не нравился: у него была тяжёлая, давящая атмосфера. Воздух вокруг него словно становился более плотным и насыщенным негативной энергией. Пространство сжималось, создавая ощущение дискомфорта и напряжения. Его энергетика воспринималась как нечто колючее, резкое и пронизывающее.       Задумавшись, как всегда, он не заметил, как к нему подошли его новые знакомые с подозрительными улыбками.       — Кай-я.       Обернувшись в их сторону, он кивнул в знак приветствия, не выказывая ни удивления, ни вопросов.       — Готов к бою? — полным усмешки голосом поинтересовался Бомгю, чуть пихнув его плечом.       — Бомгю-я, не начинай только, давай не как всегда! — недовольно прервал начинающуюся тираду Ёнджун.       Тот лишь закатил глаза и нарочито громко цокнул на попытку Ёнджуна остановить её. Однако попытка была неудачной, ведь они оба знали, что Бомгю был без тормозов. Начав о чём-то размышлять, он притих, словно океан перед убийственным штормом.       Компания стояла в тишине и наблюдала за тренирующимися и за тем, как старейшина указывал им на ошибки, в то время как Ёнджун шёпотом объяснял Каю, как лучше всего драться без магии. Кай впитывал каждое слово и исправление Ёнджуна, чтобы использовать их в дальнейшем. Но спустя несколько минут его блуждающий взгляд наткнулся на приближающегося к ним Субина.       — Субин-хён, что ты здесь делаешь? — не веря своим глазам, поинтересовался Бомгю, направив всё своё внимание на пришедшего. Тот, в свою очередь, проигнорировал вопрос и подошёл ближе, не забывая держать дистанцию.       — Ты же не приходишь тренироваться со всеми! — воспротивился Ёнджун с хитрой усмешкой, словно поняв что-то для себя. Кая заинтересовала эта смена настроения Ёнджуна, но вопросы он решил отложить на потом.       — А вам лишь дай повод поговорить, — не слишком довольно буркнул он, закатывая глаза.       — Так почему, говоришь, решил присоединиться к холопам, о боженька? — не успокаивался Бомгю, искрясь усмешкой. Он перекатывался с пяток на носки, разгоняя кровоток.       — Я что, не могу просто захотеть потренироваться с моими друзьями? — в тон парням задал он, казалось бы, очевидный вопрос. Но те явно имели больший запас для сарказма.       — Нет! — улыбаясь, ответили они одновременно, и их голоса так и сквозили издёвкой. Субин закатил глаза от их ответа. Кай наблюдал за ними со слабой улыбкой, не планируя вмешиваться в их разговор.       «Он пришёл, потому что я его попросил? Нет, это просто совпадение. Да, точно, просто совпадение».       Он чувствовал себя чужим в окружении этих людей, хотя и понимал в глубине души, что находится здесь всего лишь около суток. Его мысли постоянно возвращались в прошлое, которое теперь казалось столь далёким, словно расстояние исчислялось в световых годах. И как бы он ни скучал по своей неблагополучной семье, он любил их, но ему всё равно придётся смириться с расстоянием ради их безопасности.       Кай был опасен не только потому, что на него объявили охоту, но и из-за того, что он не мог контролировать огонь. Не мог ведь, да? Или ему это внушили? Заставили поверить, что он способен причинить боль? Он не знал, чему верить. Всю его жизнь ему твердили, что он неугоден обществу, и в первую очередь своей семье за отсутствие магии и каких-либо талантов. Он был обычным во всём: не очень красивым, не очень организованным, не очень способным. Самый обычный парень, коих в мире миллионы, если не миллиарды.       Он погрузился в мысли так глубоко, что не услышал, как к нему обращались, и вовсе не заметил, как по его щеке прокатилась одинокая слеза, обжигая замёрзшие щёки. Подняв взгляд на знакомых, он быстро заморгал, пытаясь убрать боль в глазах — когда он задумывался о чём-то, забывал моргать.       — Говорю, ты можешь призывать огонь? — повторил Богмю свой вопрос со слабой улыбкой на алых от мороза устах, которые были все в трещинках.       — Он сам появляется, — кратко ответил он, окончательно вырываясь из плена не слишком приятных воспоминаний.       — Забавно, — пробубнил задумчиво Ёнджун, облокотившись спиной о заледеневшую кору древа. Он не понял, что именно показалось ему забавным, и, как обычно, промолчал.       — А если ты сейчас окажешься в опасности? Твоя магия проявится? — прищурившись, уточнил Бомгю.       — Наверное, так было в прошлый раз, — ответил Кай.       — Тогда защищайся, — резко, агрессивно бросил он, встав в боевую стойку и направив правую ладонь на Кая. На кончиках пальцев Бомгю искрилась и переливалась магия, готовая выплеснуться в любую секунду.       Кай в замешательстве сначала сделал шаг назад, думая, что это его как-то спасёт. Но затем всё же додумался, что должен встать в стойку и каким-то образом призвать магию.       Прикрыв глаза, он попытался представить, как магия перетекает из его сердца вверх к плечам, затем к локтям, кистям, а после — к кончикам пальцев. Горячая, необузданная магия действительно начала согревать кончики его ледяных пальцев. Кай открыл глаза в искреннем шоке, едва не завопив победное: «Получилось!» Его радость передалась и Субину в виде слабой улыбки.       Кай не сразу обратил внимание на его взгляд, поспешив встать ровно и использовать магию, чтобы согреться. Он поднёс ладони ближе к лицу, пытаясь согреть его, так как оно начинало болеть от холода и ветра.       — Для чего это было? — осторожно уточнил он, согреваясь от своего искрящегося огня на кончиках пальцев. Он метал взгляд от одного мага к другому с подозрением.       — Чтобы не расслабляться, — усмехнулся Бомгю, вернувшись в обычное положение. Улыбка продолжала не сходить с его лица, а в глазах продолжали плясать искры. Хмыкнув, Кай закатил глаза и, наконец, отвёл взгляд от Субина.       Прошло ещё пару часов, прежде чем все маги собрались и под звуки гонга направились обратно в деревню на обед, после которого каждый мог заняться своими делами. Кай собирался поспать после него. Он пообедал со своими знакомыми, а затем в одиночестве направился в домик, чтобы подтопить печь и лечь спать, так как парни оставили его, ссылаясь на важные дела.       Он не думал и не спрашивал о том, какие же это были дела. Ведь сейчас он больше всего хотел поспать.       Кай лежал на кровати и пялился в окно уже на протяжении пары часов, бессовестно умирая от скуки. Перед его глазами постоянно всплывал образ родителей и младшей сестры, которая, хоть временами и подшучивала над ним, бесспорно любила своего братца. Её звали Айрин — семнадцатилетняя девушка, олицетворение хорошей и послушной дочери для их родителей: спокойная, миролюбивая и с повадками истинного мага льда, получившая свою силу в детстве, что стало ещё одним поводом для издёвок над Каем.       — Доволен? — осторожно произнесло стоящее перед его кроватью видение Айрин.       — Думаешь, я сам виноват? — нахмурившись, пробубнил он ей в ответ. Его, несомненно, обижала позиция сестры.       — Ты всегда хотел быть на шаг впереди меня! — обиженно произнесла она, облокачиваясь о шкаф.       — Меня с детства ненавидели за отсутствие сил, конечно, я хотел быть как все. — Его голос надорвался от напряжения и обиды. Но на кого? На себя? На родителей?       На родителей он не имел права обижаться. Они вырастили его и пытались закрывать глаза на отсутствие у него способностей. Да, они не совсем справлялись с этим, но, по мнению Кая, они старались растить его, как и других нормальных детей.       — Я просто хотел, чтобы ко мне относились как к другим, — прошептал он, не глядя на сестру.       — Ты ненавидел меня! — разозлённо бросила Айрин, огорчённо и по-ребячески топнув ногой. — Ты оставил меня!       — Я любил тебя! Я ушёл только ради вашей безопасности! — не выдержав, повысил голос от злости Кай. Поднявшись с кровати, он начал ходить по комнате в поисках чего-то незримого глазу.       — Ты с кем разговариваешь? — послышался голос со стороны небольшого окна, которое, на удивление Кая, оказалось открытым настежь и впускало ледяной воздух в и без того прохладное помещение. Он дёрнулся от неожиданности, остановился, словно врос в деревянный пол, и забыл, как говорить.       Он глядел в прекрасно жёлтые глаза Бомгю, который появился из ниоткуда и смотрел на него прямо из окна.       — Мысли вслух, — кратко ответил спустя время Кай, почесав бровь указательным пальцем. — Ты чего здесь делаешь?       — Решил позвать тебя прогуляться, так как освободился раньше всех. Остальных отправили на охоту, — весело пролепетал Бомгю, ещё больше пролезая в его домик через окно.       — Куда ты лезешь? — недоумённо пробубнил Кай.       Он взял в руки свою меховую накидку, подошёл к окну и закрыл его прямо перед носом Бомгю. Выйдя из домика, он подошёл к всё ещё стоящему у окна Бомгю, и, когда тот направился в сторону леса, Кай последовал за ним без лишних слов.       Шли они недолго; спустя пару минут добрались до быстро бегущей журчащей реки. Бомгю сел на огромный камень на берегу и обернулся в сторону Кая. Улыбнувшись краешком губ, он указал ладонью на соседний камень, приглашая его сесть рядом.       Кай подозрительно глянул на Бомгю, но подошёл и сел рядом на камень лицом к реке, а не спиной к ней, как Бомгю. Он стал разглядывать окружающую их пустошь из снега и редких деревьев, а также бледно-зелёные кустики.       — Субин-хён так и не рассказал, что с тобой произошло, — попытался удачно закинуть удочку с хитрой улыбкой Бомгю, не глядя на Кая.       — Я всю жизнь прожил в царстве льда, в ненависти и презрении, а когда появился огонь, меня хотели казнить. Но я нашёл в себе силы, сбежал, и позже меня нашёл Субин, — совсем невесело усмехнулся Кай, не глядя на него. Он продолжал пялиться на одинокое стоящее дерево неподалёку, и ему на мгновение показалось, что за деревом кто-то наблюдает за ними. Но, увы, его отвлёк Бомгю.       — Вот оно, значит, как, — задумчиво протянул Бомгю, привлекая его внимание. Словно пытался скрыть что-то?..       — Что ты умеешь? — спросил Кай с разгорающимся любопытством, внимательно смотря в его жёлтые глаза.       — Многое. Магия со мной с пяти лет, а мне уже двадцать. — Он весело улыбнулся, будто не собирался сам продолжать рассказ о своих способностях без дополнительных вопросов от Кая.       — Никогда не встречал магов воды, — честно признался он, вернув взгляд с его глаз на окружающее.       Журчащая, быстро текущая река то и дело привлекала внимание: на поверхности воды проплывали льдинки, а изредка около поверхности виднелись спинки проплывающих рыб разных оттенков. Ему было очень интересно их рассматривать. Весь берег с обеих сторон был покрыт толстым слоем снега и разбросанными крупными булыжниками.       Прошло некоторое время, прежде чем Бомгю вновь заговорил. Со слабой улыбкой он наклонился к воде и протянул к ней руку.       — Способные маги могут создавать предметы и животных из жидкостей. — Улыбка не сходила с лица, когда он опустил ладонь в реку и зачерпнул в неё немного воды.       Бомгю поднял ладонь, накрыл её второй и призвал магию. Кай заметил, как цвет его глаз стал чуть ярче, а на кончиках пальцев появились фиолетовые искорки. Бомгю прошептал что-то себе под нос и спустя ещё пару секунд раскрыл ладонь, в которой больше не было жидкости. Теперь там покоился прозрачный, словно из стекла, лотос с голубоватым мерцанием на свету.       Сказать, что Кай удивился, — это ничего не сказать: его брови поползли вверх, а глаза расширились. Он смотрел на этот лотос, не отрывая взгляда, ведь видел такое впервые. Удивление Кая явно было слишком видимым, и Бомгю улыбнулся ещё шире. Он протянул ему ладонь, в которой находился лотос, и, кивнув в его сторону, намекнул, чтобы Кай взял его в свои руки. Тогда Кай осторожно протянул ладони к нему, взял лотос и стал внимательно рассматривать его со всех сторон, совсем не обращая внимания на мага.       — Он теперь твой.       — Ты серьёзно? А он не растает? — удивлённо пролепетал он, вернув взгляд на очевидно довольного Бомгю.       — Он будет с тобой всегда, и позже ты сможешь попробовать нечто похожее из своего огня, — подбадривающе ответил он и поднялся с булыжника, отряхнулся и размял ноги, кивая ему в сторону деревни.       Кай поднялся следом, и они поплелись в сторону деревни, не имея ни малейшего желания начинать диалог. Лишь добравшись до его домика, они попрощались. Кай зашёл домой, отложил лотос на стол, снял плащ и обувь, после чего развалился на кровати. Его мысли стали значительно чище и лучше после освежающей прогулки. Он стал представлять, как научится делать такие же лотосы, как Бомгю.

***

      Прошёл месяц с тех пор, как Кай поселился в деревне и поддерживал общение лишь с тремя магами, ведь остальные подозрительно обходили его стороной. Ему была непонятна реакция на него, но он старался сильно не обращать на это внимание. Он ходил тренироваться с Субином каждый день, когда тренировочная площадка пустовала, поскольку его любимый маг земли ненавидел тренироваться со всеми. Но, на удивление, Субин сам после этих слов предложил Каю тренироваться вместе и взялся учить его всем тонкостям магии.       Так же он учил его медитации и контролю эмоций. Он тренировал его осторожно, чтобы Кай не навредил себе. Субин старался заботиться о нём в перерывах между тренировками и своими пропажами. Да, Субин часто пропадал, как и другие его знакомые, и нередко возвращался с ссадинами. Они явно не планировали посвящать Кая в свои дела. Глупо было Каю даже надеяться, что это когда-нибудь случится. Они аргументировали это тем, что ему не хочется этого знать, но как же они ошибались. Каждый раз, оставаясь совершенно один, он старался разгадать тайну этой деревни.       Что они все скрывали? Почему каждый раз, когда он цеплялся за какую-то мелочь в своём расследовании, кто-то обязательно оказывался рядом и мешал ему? Что, чёрт возьми, происходит, и куда они все уходили на несколько часов почти каждый день? Стоило ли ему бежать отсюда, пока не стало совсем поздно? Мог ли он быть в огромной опасности, находясь рядом со всеми ними? Мог ли он всё это время жить во лжи? И вся эта деревня совсем не так безобидна, как пыталась показаться?       Кай не знал, он запутался и устал от того, что от него всегда что-то скрывали. Однако он старался не отчаиваться и продолжал жить, пытаясь разузнать хоть кроху информации. И сейчас, поздней ночью, стоя на улице под снежной бурей, он планировал пробраться в библиотеку, где, по его мнению, могла храниться хоть какая-то информация.       Подкравшись к зданию и стараясь не шуметь, он подошёл к входной двери, дёрнул её за ручку и заметил, что она была не заперта. Странно.       Кай открыл дверь и прошёл внутрь, огляделся, дабы удостовериться, что библиотека пуста. Закрыв дверь, он снова осмотрелся, на этот раз в поисках ближайшего стеллажа — он здесь впервые и плохо ориентировался. Кай подошёл к стеллажу и начал искать среди обычных романов и детективов хоть что-то, имеющее отношение к происходящему вокруг. Сзади послышался шорох, но, к сожалению, он не обратил на него должного внимания.       — Может, тебе помочь или ты используешь свою силу? — насмешливо поинтересовался голос за спиной. Определённо, это был Ёнджун.       Кай замер от неожиданности. Его ладонь опустила корешок книги, и он сжал её в кулак. Медленно он обернулся к другу.       — Захотелось почитать детективы, а ты что здесь делаешь? — попытался сменить тему Кай. Но Ёнджун был намного внимательнее. Он лишь на мгновение позволил себе хищную улыбку, а затем моментально скрыл её, сделав шаг в его сторону.       Он положил руку ему на плечо, и по коже Кая разом пробежала орда мурашек. Он чувствовал себя соломинкой, которая вот-вот сломается под нажимом. Ёнджун дружелюбно улыбнулся и развернул Кая лицом к выходу. Какой ненавязчивый намёк.       — Сегодня я на дежурстве, и тебе повезло, что тебя по пути сюда не заметили старейшины. Я принесу тебе восхитительный детектив от очень хорошего автора завтра утром, — проговорил Ёнджун, подталкивая Кая к выходу, словно объясняя очевидное маленькому ребёнку. — Тебе не стоит соваться в чужие дела. Ты наверняка не хочешь знать правду. — Закончив говорить, он распахнул дверь и осторожно вытолкнул Кая за порог.       Он понял, что сегодня уже не сможет ничего разузнать, и, разочарованный, выдохнул. Спускаясь по заснеженным ступеням, его ушей вновь коснулся голос Ёнджуна:       «Я не хочу, чтобы ты разочаровался в своих друзьях», — прошептал тот, очевидно надеясь, что бушующая метель помешает Каю его услышать.       После чего послышался звук захлопывающейся двери, и Кай ускорил шаг, чтобы не попасться никому на глаза. Добравшись до дома, он разделся и снял обувь. Затем закинул сухие дрова в печь, чтобы согреться, и лёг в кровать, размышляя о том, что услышал от Ёнджуна и что тот имел в виду под «разочароваться» в них.       У него появилось лишь ещё больше вопросов, но ни одного ответа. Задумавшись, он перебирал имеющуюся информацию и неожиданно вспомнил подслушанный разговор между незнакомым магом и Бомгю: «В библиотеке никогда не дежурят!»       И почему его очередь дежурить никогда не наступала? Всё становилось лишь запутаннее. Лабиринт, состоящий из одних тупиков, а он стоял в самом его сердце без единой зацепки. Мог ли он доверять своим друзьям? Были ли они ему друзьями на самом деле?       Проснувшись утром с большим трудом, он поднялся на ноги и, не надевая плаща, первым делом открыл дверь, чтобы умыться в стоящей рядом бочке с водой. Однако на пороге он обнаружил книгу с приятной фиолетовой обложкой и длинным названием «Особенно страждущим и нуждающимся». Улыбнувшись, Кай поднял книгу и вернулся в дом, закрыв за собой дверь.