Темнее всего перед рассветом

Суд Визенгамот

Июнь 1998 г.

— Драко Малфой не собирался убивать Дамблдора. Он опустил палочку. Слова Гарри Поттера произвели эффект разорвавшейся Бомбарды в зале суда.

***

Январь 1998 г.

Возвращение в мэнор было сумбурным. Драко успел перекинуться с матерью несколькими фразами, а затем Нарцисса отправилась подготовить поместье к торжественному собранию. Тёмный Лорд любил принимать гостей с шиком, даже если во время ужина прямо на столе змея сжирала человека. В назначенное время Драко вошёл в трапезную. Помимо постоянных гостей, на месте своего отца сидел Теодор Нотт. Он не смотрел на Драко, но его присутствие нервировало и вызывало смутное беспокойство. Драко с мрачным видом опустился между матерью и отцом и только теперь заметил в углу комнаты Сивого с двумя егерями. Те жались к главарю, как щенки, и глазели вокруг с самым глупым видом. Зачем Лорд их позвал? Среди строгого убранства залы в своих грязных залатанных одеждах они смотрелись чуждо. Мелькнуло смутно знакомое лицо: Драко никак не мог вспомнить, где он видел этого молодого мужчину с грязными русыми волосами, серым лицом и цепким взглядом. На эту жалкую свору было неприятно смотреть, и Драко отвернулся. Среди присутствующих волшебников не наблюдалось младших Мальсибера и Макнейнера. Осознание этого немного успокоило разыгравшиеся нервы: встреча с Боудом снова отложилась на неопределённое время. Тёмный Лорд не заставил себя ждать. Чёрный дым развеялся, являя перед гостями бледное лицо. Красные глаза прошлись по лицам, будто ощупывая каждое. Гости почтительно потупили взоры. Егерей в углу Лорд взглядом не удостоил. Сухо кивнув Яксли, Лорд принялся слушать отчёт о новостях Министерства, изредка постукивая по деревянному подлокотнику длинными узловатыми пальцами. Несколько Пожирателей с беспокойством оглянулись, и, проследив за их взглядами, Драко понял почему: у очага свернулась в кольца змея. В тишине Корбан докладывал об обстановке и слухах, которые ходили по волшебному миру. Многие Пожиратели перешёптывались, обсуждая услышанное. Когда поток новостей иссяк, Яксли почтительно склонил голову. — Это пока всё, мой Лорд. Взгляды метнулись к фигуре, с опасным спокойствием восседавшей во главе стола. Тёмный Лорд задумчиво смотрел поверх голов своих приспешников. Шелест улёгся, и в наступившей тишине было слышно далёкое завывание ветра в каминных трубах. — Ты говоришь, Яксли, что в Визенгамоте в ближайшее время будет рассмотрен закон о создании новой Книги доступа, где будут появляться только имена чистокровных и полукровок? Что же может помешать судьям принять этот закон? Яксли расправил плечи и ответил: — Мой Лорд, несколько судей недовольны, что грязнокровки не обучаются в Хогвартсе. Они аргументируют это тем, что подобная тенденция может привести к появлению огромного количества обскуров, как это было во времена инквизиции. Вертикальные зрачки в красных глазах сузились. — И чем же это грозит? — в голосе прозвучала ирония. — Очевидно, нарушением Статута о секретности, мой Лорд! На змееподобном лице отразилась презрительная усмешка. — Его нужно отменить. — Вы говорите о Статуте, о Повелитель? — с готовностью подхватил Яксли. — Это может затянуться: чары отслеживают магию в магловских кварталах, ведётся надзор за несовершеннолетними и введены многие другие ограничения, которые не так-то просто снять. — Позволено ли мне высказать своё мнение, Повелитель? — подал голос Снейп, и все повернули головы в его сторону. Северус крайне редко вызывался что-то сказать без весомой на то причины, и присутствующие с любопытством переглянулись. Коротким кивком Тёмный Лорд показал, что готов выслушать. Снейп негромко заговорил: — Мой Лорд, комиссия по учёту магловских выродков во главе с Долорес Амбридж ведёт расследования и создаёт реестры. Маглорожденные приговариваются к лишению волшебных палочек или к иному наказанию, соразмерному с их виной. Если мы введём маркировку грязнокровок и распределим их на работы или прислуживание, то это только укрепит ваше величие, Повелитель. Воцарилась вязкая тишина. Драко поднял голову, чтобы посмотреть, как на это предложение отреагирует Лорд. Тот с тонкой ухмылкой смотрел на Снейпа. — Трудовой ресурс в виде грязнокровок? — вслух размышлял Волдеморт. — Я подумаю над этим. — Он прищурился и мягко произнёс: — Если бы не предложение клеймить магловских выродков, я бы заподозрил тебя в чрезмерной лояльности к ним, Северус. — Я предан вашим идеям, мой Лорд, — ровным голосом проговорил Снейп, чуть склонившись. Тёмный Лорд остался нейтрален к этим словам, а его тонкие пальцы отбили ритм по изогнутому подлокотнику. Затем он повернул голову, и Драко опустил взгляд на столешницу, приготовившись к чему-то нехорошему. — Люциус, много ли неудобств тебе и твоим домочадцам приносит моя небольшая армия инферналов? — спросил Волдеморт, вглядываясь в посеревшее лицо Малфоя-старшего. — Нет, мой Лорд, — поспешил заверить его Люциус. — Это честь для всех нас, служить вам и вашим интересам. Драко обжёг стыд от заискивающего тона отца. Он слышал шепотки вокруг и упрямо смотрел перед собой. Злорадные взгляды сверлили со всех сторон, и он был уверен, что одна пара глаз принадлежит Теодору. От этого стало ещё паршивее. — Честь, говоришь, — в голосе Волдеморта слышалось недоверие. — Кстати, о чести. У нас в гостях присутствуют егеря, которые сегодня поймали несколько грязнокровок. Сивый и два оборванца склонились в низком поклоне. Драко сморщил нос. Казалось, зловоние от этой компании пропитало трапезную. — Хорошая служба должна поощряться, — негромко сказал Лорд. — Я рад служить вам, Тёмный Лорд, — прохрипел Сивый. Он выглядел таким довольным, что поглядывал на волшебников за столом с превосходством. — Хвост, — позвал Лорд, и Петтигрю выскочил откуда-то из-за спинки стула. — Есть ли среди пленников подходящая жертва? — О Повелитель! — подобострастно сложил руки Хвост. — В подземелье дочка папаши Ксено и девчонка, которая помогала школьным нарушителям! Драко вскинул глаза и обнаружил, что тёмный взгляд Снейпа прикован к нему. От этого сделалось ещё больше не по себе. — Приведи девчонку, — холодный голос разнёсся по залу. — Дочку Ксено пока не трогать. — Будет исполнено, мой Лорд! — услужливо закивал Петтигрю и опрометью бросился из трапезной. Тео Нотт с интересом посмотрел ему вслед.

***

Драко стоял на террасе, не чувствуя холода. Сердце неприятно стучало где-то в горле, и от этого мутило. Позади раздались лёгкие шаги. — Эй! Драко с усилием оттолкнулся от мраморных перил и развернулся. В нескольких шагах от него стоял тот самый молодой егерь и приветливо скалился. — Так ты сын Малфоя, выходит? Что ж не сказал тогда? — он сделал шаг вперёд, прищуриваясь. — Вспомнил меня, а? Теперь, находясь вблизи, Драко узнал этого мужчину. Перед глазами пронеслись картинки того дня: казнь магла, бар, алкоголь, Снейп, который оглушил напавшего на Драко воришку. — Я Скабиор, если забыл, — дружелюбно ухмыльнулся он и огляделся. — Большое у вас поместье. Он взял с резного столика изящную статуэтку и повертел в руках. — Только попробуй что-нибудь стащить — руки оторвёт, — процедил Драко. Пусть этот егерь не рассчитывает на радушие. Ему тут не рады. Скабиор не обиделся. Он осторожно поставил вещицу на место и засунул руки в карманы. — Ты на меня не обижайся, дружище. Каждый вертится как умеет, — оборванец пожал плечами. — Теперь егерем работаю, нападать на людей нужды нет. Только если их разыскивает Министерство, — ухмыльнулся он. — За каждого пойманного грязнокровку — пять галлеонов, представляешь? Драко промолчал. Может, этот оборванец ожидает, что ему будут руки жать и в вечной дружбе поклянутся? Раздражение забурлило с новой силой. Но егерь не собирался уходить. Он запустил руку за пазуху и извлёк фляжку. — Будешь? — предложил он, но Драко с омерзением скривился. — Брезгуешь? — понял Скабиор, но не обиделся. Запрокинул голову и сделал пару глотков прямо из горла. Драко смотрел, как дёргается кадык на тощей шее, и ему со страшной силой захотелось тоже выпить. Или принять зелье. Может, купить у этого егеря? При воспоминании о кайфе внутри всё мягко всколыхнулось. Скрип заставил их обернуться. В дверях застыл Сивый и настороженно оглядывал террасу. Его маленькие, глубоко посаженные глаза остановились на Скабиоре, и он молча кивнул ему. — Иду, иду, — заторопился тот и засунул флягу во внутренний карман грязного пальто. Сивый посторонился, пропуская егеря, и хмуро посмотрел на Драко. На его лице алела свежая царапина, а на одежде были заметны несколько ещё не побуревших пятен крови. Оборотень шумно втянул воздух носом. Молча развернулся и вышел вслед за Скабиором. Драко постоял ещё несколько минут, тупо глядя на трещину в каменной плитке. Затем поднялся в спальню. Его потряхивало. Пройдя из угла в угол, Драко с размаху опустился на кровать. Тут же встал и беспокойно взлохматил волосы. Нет, только не зелье. Драко потянулся к прикроватной тумбе и извлёк из ящика бутылку хереса. Вытащил пробку и приложился к горлышку, не заботясь о том, как выглядит со стороны. Ему плевать, как он сейчас выглядит. Отправив вино на тумбочку, он повалился на кровать и стал ждать, когда хмель расслабит мозги и воспоминания о расправе потускнеют, отодвинувшись в прошлое. Не помогало. Драко допил остатки хереса и запрокинул голову. На ум пришёл сон, где он обнаружил пустой дом близ Тинворта. А ведь подобный сюжет сделался назойливым и повторяющимся кошмаром последних ночей. Как будто предчувствие, что с Уизли что-то произойдёт. Драко откинулся на кровать. Тихое тиканье часов казалось напряжённым отсчётом до взрыва. Что могло случиться, если дом под чарам Фиделиуса? Да ничего. Но почему так беспокойно и не по себе? Откуда взялась эта дурацкая потребность знать наверняка, что с Джинни всё хорошо каждую минуту? Грудь медленно поднялась и опала. Ещё и ещё. Волнение не отпускало, а херес будто бы усилил тревогу. — Твою Моргану, — простонал Драко. Ему казалось, что он сходит с ума, но мысль, которая уже приходила ему в голову однажды, вдруг обрела какой-то смысл. — Питти, — произнёс он в пустоту. Раздался приглушённый хлопок, и в комнате возникла эльфийка. — Хозяин Драко звал Питти? — пропищала она. Драко медленно сел на кровати. — Принеси шкатулку с отцовского стола в его кабинете. Домовиха прижала руки к щекам. — Питти не может этого сделать, нет, нет! Хозяин строго запретил трогать его вещи! — Но я приказываю тебе! — Нет, нет! Питти может это сделать только с разрешения хозяина мистера Малфоя! Хотите, Питти передаст вашу просьбу? Драко уставился на домовиху. Нет, он не хочет. Чёрт возьми, тогда он сейчас отправится в западное крыло и сам возьмёт то, что ему нужно! — Куда вы, хозяин? — взволнованно запищала эльфийка, но Драко не удостоил её ответом. Он вышел из спальни и устремился по коридору в кабинет отца, сжимая в руке волшебную палочку. Двери распахнулись при приближении Драко и с лязгом закрылись за ним. В западном крыле было тихо и витал ледяной сквозняк. Небольшой холл озарился светом редких настенных бра. Стараясь не шуметь, Драко пересёк комнату и вошёл в кабинет отца. Невербально он зажёг лампу на столе. Портрет Абраксаса был пуст. Это хорошо, иначе вредный старик начал бы лезть с расспросами, а то и рассказал бы отцу о визите Драко. Шкатулка стояла там, где обычно. Драко поднёс волшебную палочку к пальцу и применил режущее заклинание. Порез тут же наполнился кровью, и одна капля упала на крышку. Из-за холода Драко не почувствовал боли. Кровь тут же впиталась, и шкатулка распахнулась. Парный перстень нашёлся сразу. Скорее всего, шкатулку не открывали с тех самых пор, как Драко её видел в последний раз. Он захлопнул крышку и замер на минуту, рассматривая тускло блестевший перстень на ладони. В комнате раздался какой-то шорох. Чёрт, наверняка это вернулся Абраксас. Драко сжал кулак и опустил кольцо в карман, надеясь, что дед ничего не видел. Он повернулся. Ужас объял Драко с ног до головы, заставив отшатнуться. К нему ползло тощее существо в лохмотьях, скалясь и чиркая по полу костями, обтянутыми иссохшей кожей. — Блядь, — прохрипел Драко и поспешно взмахнул палочкой, зажигая огонь. Инфернал зарычал, заскоблив по каменным плитам ногтями. Его слепые глаза жутко вращались, и он тупо тыкался в стену, пытаясь спрятаться от света. Твёрдо взмахнув древком, Драко отбросил инфернала в коридор и запер дверь. Тяжело опёрся на стену локтем и уткнулся в предплечье лбом. После такой встряски хмель развеялся, оставляя после себя неприятное послевкусие. За дверью послышался шелест. Драко прислушался к звукам и ужаснулся: кажется, в коридор сползлись все эти твари и караулят его. Драко знал, как избавиться от них — просто выжечь огнём. Но перспектива распахнуть дверь и ринуться к выходу из крыла, отбиваясь по пути от мертвецов, совсем не вдохновляла. Впрочем, он придумал вариант лучше. — Мёртон, — позвал Драко и, когда эльф явился, попросил перенести его в дом близ Тинворта. Какой разительный контраст между мэнором и домом! А ведь когда-то Драко терпеть не мог этот маленький коттедж. И ту, что поселилась в нём против воли. Войдя в тёплую гостиную, он обнаружил там Уизли с радио и книгой. На её плече сидел пушистик. Продрогшее тело медленно согревалось, а в душе разлилось щемящее чувство нежности. Джинни отложила книгу и осмотрела его с ног до головы. Как и всегда, от её внимательного взгляда ничего не укрылось. Она настороженно нахмурилась. — Что-то случилось? Драко вдруг осознал, что принёс очень печальную весть. Решение прийти сюда больше не казалось хорошим. Сообщать плохие новости — крайне неприятная обязанность. Но скрывать что-то от Уизли не было моральных сил. Промолчав, он прошёл в гостиную и опустился на софу. Наколдовал стакан воды и залпом осушил его. По правде говоря, Драко с удовольствием хлебнул бы чего покрепче хереса, чтобы тугой узел в груди хоть немного ослаб. Уизли бесшумно поднялась из кресла и пересела на софу. Сняла Арнольда с плеча и посадила на колени. — Что произошло, скажи? — неожиданно твёрдо попросила она, заглядывая ему в лицо. И, так как Драко продолжал упрямо молчать, Джинни предположила: — Луна? Драко отрицательно качнул головой. Лавгуд сегодня повезло. Но в следующий раз может настать и её очередь. — Тогда… Кэти? Драко сухо кивнул. По радио закончилась новостная программа и заиграла весёлая песенка. — Как это произошло? — севшим голосом спросила Уизли. — Тебе так нужны подробности? — Драко с раздражением откинулся на спинку софы. — Я хочу знать. Драко старался дышать ровно. Уизли, напротив, напряжённо замерла. — Тёмный Лорд отдал её оборотню. Судорожный вдох. Драко неотрывно смотрел на весело потрескивающий огонь в очаге и пытался отогнать навязчиво возникающие картинки перед глазами. Он надеялся, что больше Уизли ничего не спросит. — И она… Он её… — Да. — Кэти умерла? — с надрывной интонацией произнесла Уизли. — Да, умерла. Возникла пауза. Драко дышал ровно, пытаясь абстрагироваться. — Ты так спокойно об этом говоришь, — Джинни нарушила тягостное молчание. Голос её звучал неестественно высоко. И туго натянутое терпение лопнуло. — А как я должен об этом говорить, Уизли? — взорвался Драко. — Ты думаешь, это первая смерть на моих глазах? Тёмный Лорд живет в моём доме дракл-знает-сколько, ты думаешь, он там в плюй-камни играет? Драко вскочил с софы и в бешенстве заходил взад-вперёд по гостиной. Уизли сидела, сжимая в руках Арнольда. — В поместье целое крыло отдали под армию инферналов, как тебе такое, Уизли? — распалялся Драко. — Лорд устраивает казни маглов и пленных. Женщины, дети… Ему плевать! Он с силой хлопнул по радио, выключая его. Затем остановился напротив софы, тяжело дыша. — Да, это была страшная смерть. Но не страшнее тех, что были на прошлой неделе, Уизли. Не страшнее, чем когда за обеденным столом змея сжирает человека заживо! Думаешь, мне приятно это вспоминать? Да я каждый раз хочу память себе стереть об этом!.. Я чуть не подсел на зелья, Уизли! Потому что я не могу это вывозить. Он с размаху сел на софу и обхватил голову руками. — И я только радуюсь… Да, представь себе, я радуюсь, что не мне приказали убить Белл. Хотя, видит Мерлин, для неё это была бы лёгкая смерть. Но завтра Лорд скажет мне убить кого-то, и я это сделаю. Тонкая рука сжала его предплечье. Драко не смотрел на Уизли, уставившись невидящим взглядом на дощатый пол. — Он уже давал тебе такое задание, верно? — тихо спросила она. — Да. — И ты не смог. — А теперь смогу. — Почему… — голос Уизли пресёкся. — Почему ты так думаешь? — Потому что я… — Драко сбросил ладонь Джинни и в изнеможении откинулся на софу. — Потому что я схожу с ума. Потому что у меня нет сил бороться. — Он закрыл глаза, пытаясь унять возникшее головокружение. — Потому что я хочу жить. Сердце постепенно восстанавливало ритм. Драко неподвижно сидел, уже жалея, что сорвался. Хотя отчего-то стало легче. Уизли тоже молчала. — Я пойду спать, — наконец сказала она. Драко ничего не ответил. Он слышал, как Уизли поднялась и ушла в свою спальню. Слышал, как завывает ветер за окном, а часы отсчитывают десять часов. Паршиво. На душе было так мерзко, что хотелось просто глотнуть Напиток живой смерти и заснуть беспробудным сном. Драко открыл глаза. Из-за дверей спальни не доносилось ни звука. Тревога снова заворочалась внутри. Это уже какая-то нездоровая зацикленность, но если Драко заглянет к Уизли и убедится, что она спит, точно станет легче. Он тихо постучал и, конечно, не получил ответа. Драко отпер дверь с помощью Алохоморы и заглянул в комнату. Уизли сидела на кровати, обняв колени. Она подняла заплаканное лицо. — Чего тебе? — Ничего. На этой кровати среди белых простыней Уизли казалась трогательно беззащитной. Она шмыгнула носом и отвернулась. На ней уже была надета пижама, но спать Джинни явно не собиралась. Она схватила тетрадь с кровати и торопливо сунула куда-то в ящик. Драко понял, что она спрятала дневник. Отчаянно захотелось чем-то её утешить, но, к сожалению, ничего обнадёживающего в голову не приходило. Драко зачем-то подошёл ближе. Уизли сложила руки на согнутых коленях и уткнулась в них лицом. Её плечи подрагивали от беззвучных рыданий, и рыжие волосы рассыпались по плечам. — Уизли, — неуверенно позвал Драко. Надо, наверное, как-то её успокоить? Не оставлять же её одну в таком состоянии. Присев на край кровати, Драко протянул руку и завёл волосы за её ухо. Джинни судорожно вздохнула и подняла голову. Лицо покраснело от слёз, нос распух, но Драко пронзила острая жалость и сочувствие её горю. — Иди ко мне, — едва слышно сказал он, сам не осознавая, что говорит. И тут же в его объятиях оказалась дрожащая Джинни. Драко прижал её к себе, что-то неразборчиво шепча. Машинально оставил невесомый поцелуй на её влажном виске. Рубашка на плече намокла от горячих слёз. — Она же… Кэти… Хорошая… Квиддич… — лепетала она приглушённо, всхлипывая. Как-то незаметно они переместились к изголовью кровати. Уизли льнула к нему, цепляясь, как за спасательный круг. Сколько они так просидели, Драко не осознавал. Время будто изменило ход. Но вскоре Уизли ослабла от рыданий. Её длинные ресницы слиплись от слёз, дыхание выровнялось, и она затихла. — Вот вы где, хозяин, — посреди комнаты появился Мёртон и замер, округлив глаза, глядя на то, как одетый Драко полулежит на кровати, а на плече у него спит Уизли. — Хозяин?.. — Говори тише, — негромко сказал Драко. — Нехорошо это, хозяин! — возмущённо запричитал эльф. — В одной кровати! Неблагодарная совсем стыд потеряла! Ваша матушка этого не одобрит! — Иди уже, — поморщился Драко. — Да не смей рассказывать об этом хозяйке! Мёртон осуждающе покачал головой и, что-то бурча себе под нос, убрался из спальни. Драко тоже стало клонить ко сну. От неудобной позы затекла шея. Он шевельнулся, выскальзывая из объятий Уизли. Встал с кровати. Джинни тут же открыла глаза и сонно запротестовала: — Не уходи. Я не хочу сегодня быть одна. Сердце будто окунули во что-то тёплое. — Я не уйду, — пообещал он. На лице Уизли мелькнула слабая улыбка. Это было так трепетно, что Драко остался стоять, глядя в её лицо, освещённое слабыми отблесками огня. Джинни заснула, а он не мог отвести взгляд от неё. Сбросив с себя очарование момента, Драко снял одежду и, оставшись в нижнем белье, улёгся в кровать, осторожно привлекая к себе Джинни. Она податливо устроилась у него на груди. Накрыв их обоих одеялом, Драко потушил свет и закрыл глаза, вдыхая цветочный запах рыжих волос. Ему показалось, что ночь пролетела слишком быстро. Проснувшись, Драко обнаружил, что прижимает Уизли к груди. За окном занимался рассвет. Джинни заворочалась и повернулась на спину. Они с минуту смотрели друг на друга. Драко ощутил неловкость от её прямого взгляда. Он не знал, что сказать. И вообще, о чём говорить в такой ситуации? — Ты опять уйдёшь? — нарушила тишину она, давая тем самым понять, что не собирается делать вид, что вчерашнего вечера не было. — А ты хочешь, чтобы я остался? — хриплым ото сна голосом спросил Драко. Его тело просыпалось, и наличие Уизли под одним с ним одеялом будоражило самым неуместным образом. — Хочу, — просто ответила она. — Только до вечера, — предупредил Драко, и она кивнула. Джинни увела взгляд в сторону, и Драко заметил, как её глаза наполнились слезами. Ему не надо было гадать, о чём она думает, но любые слова в этой ситуации казались банальными и пустыми. — Я первая в душ, — она встала с постели, украдкой смахнув слёзы. Драко проследил, как за Джинни захлопнулась дверь ванной комнаты. Со вздохом провёл ладонью по лицу, будто снимая остатки сна. Вчерашний день отодвинулся в прошлое, оставив после себя горькое послевкусие. А ночь принесла сладкое волнение и воспоминание о том, как Уизли не хотела, чтобы он уходил. Когда Уизли вернулась, Драко уже оделся. Вместе они вышли из спальни. — Завтрак подан, — насупленный эльф оглядел их строгим взглядом. — Знала бы хозяйка, чем вы тут занимаетесь, мистер Драко! Драко взглянул на Уизли. Она поджала губы и демонстративно проигнорировала Мёртона. Завтрак прошёл тихо. Радио так и молчало. Драко без аппетита ковырял еду, а Джинни и вовсе отказалась есть. — Так нельзя, — заметил он мягко, и она, сдвинув брови, отправила в рот кусочек жареного бекона. После завтрака Джинни принесла учебник по рунам и попросила помочь ей с уроками. Драко охотно согласился. Ему хотелось, чтобы Уизли отвлеклась на что-то. Она была необычайно немногословна и подавлена. После рун они разобрали несколько задач по нумерологии. Уизли внимательно слушала и вникала в объяснения. Драко поймал себя на мысли, что ему доставляет удовольствие учить Уизли. Хотя она, конечно, не упускала случая поддеть его и сбить спесь. Так, прерываясь только на обед, они провозились с учебниками до вечера. — Мне пора, — неохотно сказал Драко, бросив взгляд на часы. Не поднимая глаз, Уизли кивнула. — Когда ещё придёшь? — Через неделю. Драко накинул мантию на плечи и взглянул в зеркало. В отражении Уизли сидела в кресле, уставившись в пространство перед собой. Он представил, как она останется здесь одна, в пустом молчаливом доме. Дни и вечера для неё будут тянуться бесконечно. И Драко сделал то, о чём думал целый день. Он подошёл к креслу, опёрся руками на подлокотники и, наклонившись, прижался ртом к мягким губам Уизли. Она охотно ответила. Поцелуй грозился затянуться или перерасти во что-то большее. Ещё немного, и Драко бы наплевал на школу, обязанности старосты и на весь мир. Но позади раздалось возмущённое бормотание Мёртона. — Стыд потеряла. Не иначе как околдовала молодого хозяина! — кряхтел эльф. Они разорвали поцелуй, и Драко посмотрел в глаза Уизли. Этот молчаливый обмен взглядами вдруг рассмешил их, и Джинни фыркнула от смеха. Улыбнувшись, Драко быстро чмокнул её в губы и отправился в школу.