Темнее всего перед рассветом

Суд Визенгамот

Июнь 1998 г.

— Я не отрицаю, что служил Тёмному Лорду, — хриплым, но ровным голосом говорил Люциус Малфой. — Но я хочу подчеркнуть, что всё, что я делал, — только ради защиты моей семьи. Я, моя жена и сын — жертвы обстоятельств. Несколько судей скептически переглянулись и, нахмурившись, принялись что-то писать в пергаментах.

***

Март 1998 г.

Драко стоял посреди гостиной. Дом казался опустевшим, покинутым, безмолвным. Радио сиротливо пряталось за креслом, в котором так любила сидеть Джинни. Сам не осознавая, для чего, Драко толкнул дверь в спальню. Эльф успел навести здесь порядок: кровать была идеально ровно заправлена, ни пылинки, ни лишней вещички. Ничего. Но комната ещё пахла, теплилась ею. Драко стоял, вбирая едва уловимый цветочный аромат, и недавние воспоминания обступали его плотным кольцом. Он смотрел на прибранную постель и вдруг почувствовал отчаянное желание, чтобы Джинни вернулась. Чтобы, как всегда, неслышно подкралась сзади и с переливчатым смехом прихлопнула ему глаза ладонями. «Перестань дуться, Драко!» — прозвучал в ушах её голос. — Неблагодарная девчонка, — раздалось бурчание домовика. — Даже не попрощалась ни с вами, ни со старым Мёртоном! Бессовестная! — он шмыгнул носом и понурился. — Вот ведь… Тихо-то как стало в доме, хозяин! Этого Драко уже не мог вынести. Не хватало только, чтобы эльф причитал, когда у него самого на душе было паршиво. — Перенеси меня в поместье, — сухо приказал Драко. Мёртон протянул руку, и через несколько мгновений Драко стоял посреди спальни. Возникло сюрреалистичное ощущение, что всё это был плод воспалённой фантазии. Дом в Тинворте, Джинни… Словно Драко приснился увлекательный сон, и теперь он очнулся в своей комнате и с удивлением перебирал в голове обрывки смутных сновидений. Теперь у него нет секретов и тайн — всё осталось в прошлом. Даже Нотту больше не придётся подозревать Драко, ведь отныне он будет вести самую обычную жизнь Пожирателя смерти. Драко горько усмехнулся и повалился на кровать. Что Джинни делает сейчас? Драко будто бы увидел картинку: родители Уизли трепетно обнимают дочь, рядом стоят её рослые братья, а она смеётся и плачет от радости. Между ними — пропасть, через которую не перекинешь мост. Уизли и Малфои, даже если и заключат перемирие перед лицом войны, никогда не станут ближе. Драко вдруг увидел другими глазами всё, что произошло между ним и Джинни, и признал правоту матери. Она никогда не выберет Драко. Даже не потому, что Поттер — Избранный и любимчик всех Орденцев. Истина крылась в словах Джинни: «Находилась в плену и стала испытывать влечение». Если бы не это обстоятельство, она никогда в жизни не взглянула бы в сторону Драко. Как и он сам, впрочем. Измученный бессонной ночью организм дал о себе знать — глаза слипались от усталости и переживаний. Драко скинул одежду и забрался под одеяло. Закрыл глаза — и словно в насмешку перед внутренним взором появилась Джинни. Её карие глаза, обрамлённые длинными ресницами, чуть вздёрнутый нос с веснушками и розовые губы. Драко перевернулся на другой бок и постарался поскорее забыться глубоким сном.

***

Проснувшись под вечер, Драко долго валялся в постели. Пасхальные каникулы длились неделю, но эта передышка от школы не слишком радовала. Хотя Тёмный Лорд отсутствовал, соседство с инферналами не добавляло чувства безопасности. Меланхолию прервал эльф, явившийся с сообщением, что его ждут в гостиной. Тяжело вздохнув, Драко поднялся с кровати и быстро оделся. Он стоял перед зеркалом, застёгивая манжеты рубашки, когда вдруг вспомнил про «Феликс Фелицис» в кармане мантии. — Акцио, зелье удачи, — проговорил Драко, и ему в руку прилетел флакончик. В прошлый раз всего одна капля помогла почувствовать себя всемогущим, что же будет, если выпить всё? Золотая жидкость блеснула. Драко смотрел на зелье и думал, для какого момента его бережёт? И как узнать, когда удача будет нужна? В комнате раздался хлопок. Драко сунул флакончик в карман и развернулся. Перед ним стоял эльф. — Хозяйка просит вас поторопиться! — Иду, — буркнул Драко и вышел из спальни. В просторной гостиной было светло. Хрустальная люстра, свисавшая с потолка, ослепительно сияла, освещая каждый закоулок комнаты. В душе всколыхнулось слабое чувство признательности — родители как будто хотели возродить традицию: они всегда встречали его так, когда Драко возвращался из школы на каникулы. В эти моменты он любил делиться с ними школьными новостями, слушал разглагольствования отца, что вот-вот всё изменится и чистокровные снова займут высокое положение в обществе. — Добрый вечер, — поздоровался Драко, поцеловал мать в щёку и пожал руку отцу. Судя по ясному взгляду, Люциус был трезв и выглядел лучше обычного. Наверное, это мать настояла, чтобы их чаепитие прошло как в старые времена. — Как успехи в школе? — поинтересовался отец. — Всё в порядке. Неспешный разговор за столом был приятным. Нарцисса умело направляла беседу в нужное русло, избегая щекотливых тем, и её стараниями у Драко возникло ощущение умиротворённости и спокойствия. Тёмного Лорда в поместье не было, и Драко от всей души желал ему сгинуть где-нибудь подальше отсюда. И его змее тоже. Внезапно в холле послышался тяжёлый стук в дверь. Эхо замерло в уголках замка, и Драко переглянулся с родителями. Атмосфера тут же утратила теплоту, и воцарилось напряжение. — Кто бы это мог быть? — недовольно осведомился Люциус. — Твоя сестра явилась? — Не знаю, — коротко бросила мать и, поднявшись, отправилась открывать. Драко посмотрел на отца. Тот недовольно постукивал пальцами по подлокотнику. У самого Драко зародилось плохое предчувствие. И, когда мать снова вошла в гостиную вместе с нежданными гостями, Драко понял, что сбылись его самые худшие опасения. По позвоночнику пополз липкий ужас. Несколько егерей держали связанных пленников, среди которых Драко увидел Грейнджер, Уизли, Томаса, гоблина и… — Что такое? — поднялся отец из кресла, и Драко, как сомнамбула, сделал то же самое. — Они говорят, что поймали Поттера. Драко, подойди, — сухо сказала мать. Кровь отлила от лица, когда Драко сделал несколько шагов к пленникам. Сивый с раздражением вытолкнул их прямо под люстру, и теперь их грязные физиономии освещались, словно софитами. — Ну, что скажете? — прохрипел оборотень. В горле стало сухо, как в пустыне. Драко неотрывно смотрел на пленника, лицо которого было раздуто до невообразимых размеров. Но все эти метаморфозы оказались лишними. Он узнал бы его, даже если бы белёсый шрам на лбу под косматыми волосами не был виден. Даже когда тот прятал зелёные глаза, Драко всё равно видел: это Гарри Поттер. — Ну что, Драко? — в голосе отца звучал жадный интерес. — Это он? Поттер? Драко ещё раз взглянул в розовое пухлое лицо. Почувствовал на себе умоляющий взгляд Грейнджер и отвёл глаза, будто ему было противно смотреть на грязных пленников. — Не знаю. Не уверен, — отрывисто ответил Драко, делая несколько шагов в сторону, подальше от смердящего оборотня. Он не смотрел на пленённую компанию. — Погляди хорошенько! — взволнованно проговорил отец. — Если это Поттер, мы отдадим его Тёмному Лорду и он нам всё простит! Сивый угрожающе оскалился. — Давайте не будем забывать, кто его поймал, мистер Малфой! — Конечно-конечно, — отмахнулся от него отец. Он подошёл к Поттеру и вгляделся в его лицо. Драко украдкой посмотрел на мать. Она стояла, неестественно ровная, и на её лице застыло нечитаемое выражение. — Что вы с ним сделали? Его раздуло, как от Жалящего заклинания! — брезгливо поморщился Люциус. — Он уже был таким, — низко прорычал Сивый. Люциус прищурился, глядя на лоб косматого пленника. — Похоже на шрам… Драко, посмотри как следует! Драко неохотно приблизился. — Не знаю, — коротко сказал он и отошёл к матери. — Тогда мы вызовем Тёмного Лорда, и… — Нужно знать наверняка, Люциус! — проговорила Нарцисса холодно. — Эти люди сказали, что с ним была волшебная палочка, но она совсем не подходит под описание Олливандера, — в руках мать вертела древко. — Не стоит беспокоить Тёмного Лорда, пока у нас не будет уверенности в том, что это именно тот, кого он ищет. Драко с трудом сглотнул. Мать ловко увела отца от идеи вызвать Тёмного Лорда. Но поможет ли эта отсрочка? — А грязнокровка? — Сивый крутанул пленников, и под ярким светом люстры оказалась Грейнджер. Не узнать её не было никаких шансов. — Постойте! Кажется, это она была на фото в «Пророке»! Драко, это Грейнджер? Нарцисса посмотрела на Драко так, словно бы они были актёрами на сцене и обменивались заученными репликами. — Не знаю. Не уверен, — уклончиво ответил Драко, поняв, что от него требуется. — А это — мальчишка Уизли! Друг Гарри Поттера! — так некстати вскричал отец. — Драко, взгляни! Драко даже не посмотрел в сторону Рональда. — Не могу сказать, — проговорил Драко. — Может, он, а может, нет. Кажется, Драко разгадал задумку матери. Сейчас они откупятся от егерей, потянут время, а потом… Звук распахнувшейся двери заставил вздрогнуть. На пороге стояла Беллатриса Лестрейндж. Сердце Драко совершило кувырок и заколотилось с удвоенной силой. Всё дальнейшее происходило как в тумане. Драко слышал спор отца и тётки, но слова не доходили до его сознания. Он очнулся только тогда, когда Белла обнаружила у егерей меч. — Где вы взяли этот меч? — страшным тоном спросила она. — Он был у них в палатке, — прорычал Сивый. — И эта вещица теперь наша. Тётка указывала на меч, который Драко лично доставил в её сейф в Гринготтсе. А потом бросил на дно озера в лесу по таинственному поручению Снейпа. «Возможно, когда-нибудь вы узнаете, что цель была благородной» — сказал после этого Снейп. Драко похолодел. Если Лорд поймёт, что Драко причастен к тому, что меч оказался у Поттера, то ему уже ничто не поможет. Полыхнула красная вспышка. Беллатриса несколькими взмахами палочки оглушила егерей и забрала меч. — Драко! — крик тётки вернул его в ярко освещённую гостиную. — Убери отсюда этот сброд! Если характера не хватает самому их прикончить, я займусь ими после! — Не смей так разговаривать с моим сыном! — резко выступила вперёд мать. Тётка метнула взгляд на сестру. Драко заметил, что у неё трясутся руки, в которых она держала меч Гриффиндора. — Положение серьёзнее, чем ты думаешь, Цисси! По поручению Тёмного Лорда этот меч мы с Драко переправили в мой сейф, а теперь он оказался у этой компании! Если Повелитель об этом узнает, его гнев обрушится на нас всех! Мать побледнела и повернулась к Драко. Он едва заметно кивнул, подтверждая слова Беллы. Нарцисса медленно произнесла: — Отведите пленников в подвал, Фенрир. — Только грязнокровку оставьте, — Беллатриса одним взмахом кинжала перерезала верёвку, связывающую пленников, и за волосы рванула Грейнджер на себя. — Мы с ней побеседуем. Рыжий Уизли, молчавший до этого, отчаянно заорал: — Нет! Возьмите меня вместо неё! Тётка наотмашь ударила его по лицу и захохотала. В крике Уизли было столько отчаяния, столько страха за Грейнджер, что Драко невольно посмотрел ему вслед, когда Сивый поволок пленников в подвал. Если бы на месте Грейнджер, которую Белла грубо повалила на пол, была Джинни, смог бы Драко найти в себе смелость и вступиться за неё? Смог бы предложить для пыток себя, лишь бы избавить её от боли? А Грейнджер истошно кричала, отчего закладывало уши. Отец с матерью стояли в стороне, тихо о чём-то переговариваясь. Сам же Драко пытался привычно абстрагироваться от криков. — Паршивая грязнокровка, говори правду! — кричала Белла. — Вы забрались в мой сейф! Что вы ещё там взяли? Что ещё взяли, отвечай! Круцио! И снова громкие, надсадные крики. Драко прикрыл глаза, молясь, чтобы это всё закончилось побыстрее. Минуты растягивались, превращались во что-то бесконечное, пока тётка пытала Грейнджер. — Мы не трогали ваш сейф! Это подделка, меч — подделка! — рыдала она. — Если это подделка, то это легко проверить, — вдруг сказал Люциус. — С ними же был гоблин. Надо привести его и спросить — ему ли не знать, подделка этот меч или нет! Драко, — повернулся к нему отец, — приведи гоблина! И Драко пришлось подчиниться. Он чувствовал, что плывёт по течению, и механическим выполнял то, о чём его просили. Джинни, Джинни. Что бы она сделала? Что она скажет, когда узнает, что Драко мог помочь её брату и друзьям, но не предпринял ничего? Драко остановился перед массивной дверью. Пленники притихли. Сердце отсчитывало секунды гулкими ударами в груди. Драко сунул руку в карман, собираясь вытащить палочку, но нащупал холодное стекло флакончика «Феликс Фелицис». Вот же он, тот самый момент. Час, когда удача просто жизненно необходима! Драко выхватил флакончик и залпом выпил золотую жидкость. К чёрту всё, если не сейчас, то, возможно, это зелье больше ему вообще не понадобится. Мертвецам удача не нужна. — Всем отойти к стене! Без глупостей! — крикнул Драко и распахнул дверь. Пленники затравленно на него смотрели. Драко указал на гоблина и приказал ему выйти из подвала. Из гостиной донёсся крик Грейнджер. На секунду Драко замешкался и поймал отчаянный взгляд Уизли. Драко моргнул, отводя глаза. Он захлопнул дверь, и… — Идём, — грубо сказал он гоблину, подталкивая того на лестницу. Драко поднимался по ступеням, и внутри зрело чувство уверенности в себе и в будущем, подпитываемое зельем. Всё будет хорошо. Ведь пленники поняли, что он не запер дверь, а значит, смогут выбраться из подвала. Правда, он не представлял, что они будут делать дальше, ведь Грейнджер находилась в руках у Беллатрисы, но… В гостиной, помимо тех, кто уже был там, обнаружился Петтигрю. Прищурившись, он внимательно смотрел на всех крысиными глазками. Внезапно из подвала послышался какой-то шум. — Что это? — обернулся отец. — Драко… Впрочем, нет. Хвост, сходи посмотри! Петтигрю довольно ловко побежал к дверям и скрылся в недрах дома. — А ну иди сюда! — крикнула тётка, схватила гоблина за шкирку и подтащила к мечу. — Настоящий это меч или подделка? Возникла напряжённая пауза. Драко глубоко вздохнул. Внутри искрилось чувство лёгкости и эйфории, так не вязавшееся с происходящим. — Это подделка, — объявил гоблин, и Драко возликовал про себя. — Что ж, — с дьявольской улыбкой на губах Белла выпрямилась и взглянула на Фенрира. — Значит, пора вызывать Тёмного Лорда. А ты, Сивый, забирай грязнокровку, она мне больше не нужна! Вдох застрял где-то на полпути к лёгким, потому что произошло сразу несколько вещей: Белла коснулась чёрной метки, а в гостиную с диким воплем ворвался Рон Уизли. Драко остолбенело смотрел, как палочка вырвалась из пальцев тётки и полетела к подоспевшему Поттеру. Полыхнула вспышка — и отец повалился на пол. Мать железной хваткой вцепилась в запястье Драко и дёрнула его в сторону. Мимо просвистело проклятье и угодило в камин, который с рёвом вспыхнул. — Стоять! Или я убью её! Все замерли. Беллатриса держала у горла Грейнджер кинжал. — Волшебные палочки — на пол! — распорядилась она. — Бросайте! Иначе сейчас прольётся грязная кровь! Под хохот Беллы на пол полетели волшебные палочки. Поттер и Уизли подняли руки в знак капитуляции. Драко смотрел на Поттера, и ему показалось, что тот морщится от нестерпимой боли. Неужели он ранен? — Чего стоишь, Цисси! — рявкнула тётка. — Свяжи их! Скоро здесь будет Тёмный Лорд! Драко, забери палочки! Нарцисса не подчинилась. Она притворилась, что занята Люциусом, находившимся без сознания. Под прицелом нескольких пар глаз Драко поднял волшебные палочки с пола. Он встретился со взглядом Гарри на мгновение, а затем отошёл в сторону. Тихое мелодичное позвякивание донеслось откуда-то сверху. Вместе с остальными Драко посмотрел вверх и обомлел. Хрустальная люстра, дрожа подвесками, падала вниз, на Беллатрису и Грейнджер. В последнее мгновение тётка отпустила пленницу и отпрыгнула назад. Люстра грохнулась на Грейнджер и гоблина, брызнула во все стороны миллионом осколков. Скулу обожгло болью: один осколок угодил в лицо Драко, и он едва успел увернуться от остальных. В этот момент рядом оказался Поттер. Драко понял, что тому нужно, и отпрянул, но было поздно. Гарри выхватил у него волшебные палочки и тут же швырнул заклинание в Сивого. Того с силой отбросило и с противным хрустом размазало по стене. Уизли не теряя времени вытаскивал из-под хрустальных обломков Грейнджер. — Это ты, Добби? — поражённо вскрикнула Нарцисса, глядя на эльфа. — Убей его! — размахивая кинжалом, заорала Белла. — Чего стоишь, Цисси, убей его! Пока тётка истерически кричала, Поттер взвалил на себя гоблина с мечом и пятился к Уизли, который держал на руках бесчувственную Грейнджер. — Как ты смеешь не слушаться хозяев, дрянной эльф! — до хрипоты орала Беллатриса. — У Добби нет хозяев! — пропищал эльф. — Добби — свободный эльф, и он пришёл спасти Гарри Поттера и его друзей! Добби сжал руки Поттера с гоблином на плече и Уизли, который прижимал к себе Грейнджер. Одновременно с хлопком аппарации Белла с бессильной злобой метнула в них кинжал, и тот, сверкнув лезвием, исчез вместе с пленниками и эльфом.

***

— Это всё ты виновата, Цисси! — набросилась на сестру Белла. — Ты ничего не сделала! Из-за тебя мы все лишились волшебных палочек! Её голос оборвался на высокой ноте. Драко похолодел: в гостинную с тихим шипением вполз чёрный дым, и из него медленно проступили знакомые очертания. Тёмный Лорд прибыл. — О, Повелитель! — взволнованно вскрикнула Белла и поникла. Волдеморт безмолвствовал. Он оглядывал комнату, подмечая груду хрусталя на полу, сваленных в кучу егерей, Фенрира, распластавшегося на полу у дальней стены, обездвиженного Люциуса. Красные глаза скользнули по безоружному Драко, бледной Нарциссе и остановились на Белле. Она с отчаянием подняла голову и замерла, точно её оглушило. Драко понял, что Лорд просматривает воспоминания Беллатрисы, и возблагодарил фортуну за то, что это не его мысли. В полной тишине они ждали, что будет. Драко ощущал, как внутри него страх отчаянно боролся с чувством уверенности. Несмотря на то что сердце колотилось, как безумное, он не жалел ни секунды о том, что не запер дверь и позволил сбежать пленникам… Кстати, все ли они сбежали? И где Петтигрю? Видимо, эта же мысль пришла в голову Тёмному Лорду. — Малфой-младший, — чёрные зрачки не мигая смотрели на Драко. — Отправляйся в подземелье и проверь пленников. Драко сглотнул. Его палочку забрал Поттер и не посчитал нужным вернуть. И теперь Драко был безоружен и уязвим. — Да, Повелитель, — только и сказал он и вышел из гостиной. Проверять подвал было бесполезно — пленников там не оказалось. Зато на лестнице лежало распростёртое тело Хвоста. Его серебрянная рука сжала горло, и глаза глубоко закатились. Петтигрю был задушен. Только в этот момент Драко осознал, как ему повезло, что Хвост мёртв. Теперь никто не узнает, что это он, Драко Малфой, оставил открытой дверь и помог сбежать пленникам. Драко подумал, что нужно оттащить Петтигрю в гостиную. С трудом он потянул его наверх. Он вспотел, пока тащил грузного Хвоста до дверей. В комнате по-прежнему стояла тишина. Драко показалось, что никто не шевельнулся и не произнёс ни слова за те несколько минут, что он отсутствовал. Напряжённая атмосфера сгустилась. — Я чую вину, — произнёс Тёмный Лорд тихо, но его низкий голос прозвучал чётко. — Здесь смердит виной. Он сделал несколько шагов и остановился над телом Петтигрю. — Повелитель… — со слезами в голосе простонала Беллатриса. — Это эльф, паршивый эльф помог им! — Ничтожества… — Белла, Нарцисса и Драко вздрогнули от резкого, как удар хлыста, шёпота. — Он был прямо здесь, в ваших руках, и вы упустили его! — Милорд, это вина Хвоста и эльфа! — дрожащим голосом говорила Беллатриса. — Прошу вас… — Молчать! — страшное лицо обратилось к бездыханному телу. — Предатель понёс наказание. Проклятие убило его, стоило ему малодушно проявить милосердие к моему врагу. Тёмный Лорд повернулся к обездвиженному Люциусу. — Жалкий, беспомощный червь, — лицо Лорда исказила гримаса презрения. — Может, мне избавить мир от существования такого бесполезного ничтожества, как твой отец, а, Драко? — Нет, мой Лорд, — выдохнул Драко. Он не знал, какой ответ хотел бы услышать Волдеморт, да и не хотел знать. Он говорил то, что приходило в голову, отчаянно надеясь на то, что «Феликс Фелицис» действует. — Нет? Полагаю, ты хочешь взять его вину на себя? — Мой Лорд, — бледная, как полотно, Нарцисса выступила вперёд. — Мы сделали всё, что могли. Мы посадили пленников в подземелье и вызвали вас, Повелитель… Я прошу вас, будьте справедливы… Последние слова она проговорила, глядя, как узловатые пальцы наставили на неё волшебную палочку. — Круцио! Драко с ужасом глядел, как мать рухнула на колени и её рот раскрылся, исторгая вопль боли. Он смотрел и не верил, что это происходит с ней. С ними. Лорд опустил палочку, и Нарцисса повались ничком на пол, тяжело дыша. Из уголка её рта хлынула тонкая струйка крови. — Как ты считаешь, достаточно ли это справедливо, Беллатриса? — обманчиво мягко поинтересовался Тёмный Лорд. Белла тряслась, глядя на Повелителя глазами, полными слёз. — Да, мой Лорд! — прошептала она, опускаясь на колени под прицелом палочки. — Круцио! Крики огласили просторную гостиную. Белла извивалась на хрустальных осколках, судорожно хватала их руками, и те впивались в её плоть, заставляя ладони кровоточить. И, когда палочка была опущена, Драко знал, что будет следующим. Бледное змеиное лицо обратилось к нему. Драко поднял голову, сталкиваясь с глазами Лорда, внутри которых горела холодная ярость. — Готов ли ты понести своё наказание, Малфой-младший? — Да, Повелитель, — едва слышно отозвался Драко. Каждый нерв его был натянут до предела, и каждая мышца напряжена из последних сил. Он собирался принять сокрушительную боль и выстоять. Но Лорд по непонятной причине медлил. И вдруг Драко понял почему. Сердце обдало ледяной волной, когда он увидел, как в гостиную вползает змея. «Нет! — возопило внутри диким, истерическим голосом. — Нет, пожалуйста, я не хочу умирать! Только не так!» Но Драко продолжал стоять, загипнотизированно глядя на громадную змею, чешуя которой шуршала по мраморным плитам пола и осколкам. Лорд обернулся к ней и зашипел. Драко закрыл глаза. Да, ему не повезло быть сожранным змеёй. Честно говоря, он бы предпочёл быструю смерть от Авады… Звуки, которые донеслись до него, заставили поднять веки. К горлу подступила тошнота: змея пожирала Петтигрю. — Драко Малфой, — раздался негромкий шёпот. — Я бы мог убить тебя, чтобы наказать твоих родителей и оставить ваш род без наследника. Но сегодня тебе повезло. Ты понесёшь наказание, соразмерное своей вине. Лорд медленно приблизился к Драко. — Отныне никто из вашей семьи не должен покидать поместье без моего распоряжения, — проговорил Лорд. До ушей Драко долетали отвратительные звуки, которые издавала змея, заглатывая тело Хвоста. Холодная капля пота потекла по спине, но Драко стоял не шелохнувшись. — Знай, что на тебе лежит ответственность за жизнь твоих родителей. Именно ты должен восстановить репутацию своей семьи. И именно ты должен доказать свою преданность мне. — Да, Повелитель, — механически произнёс Драко. — Я сделаю это. Лорд усмехнулся и поднял палочку. Драко не моргая смотрел, как одновременно с криком «Круцио!» с её кончика срывается белый луч. Последнее, что помнил Драко, это раздирающая на части боль, которая повалила его на пол и вышибла из сознания.