Мое ночное несчастье

      Осенний морозец проникал сквозь практически не закрытое окно, которое Тэхен забыл захлопнуть еще прошлым вечером. И даже маленькие листочки залезли внутрь, расположившись на низком подоконнике. Солнце осветило наполненную рваными подушками спальню, которые импровизировали убежище, обычно строящееся бобрами где-то у водоемов, но у Кима оно красовалось дома, как у маленького мальчика, прячущегося в них и с фонариком ночью, читающего книги про супергероев. Только вот прошлым вечером тот самый супергерой явился Тэхену наяву и спас его душу от очередных терзаний. Как там бывает? Показал пример и поставил на правильную дорожку, чтобы спасти. Комнату заполонял запах оставшейся с вечера корейской курочки, которую влюбленные так и не успели попробовать. Тихий звук работающего с ночи телевизора не переставал играть, от чего Тэхен наконец открыл глаза после продолжительной борьбы с желанием поспать еще хотя бы пять минут. Ким сжал глаза, чтобы хоть немного проснуться и заставить стены и кухню перестать кружиться и плыть, а сознание сфокусироваться на одном — его голова лежала прямо на коленях Чонгука, который… заботливо положил под нее мягкую подушку. То есть, он несколько часов назад голодно отсосал ему прямо на этом кресле, чуть не довел до обморока, судорог в ногах, а потом просто положил подушку и смиренно спал в одном положении, чтобы Тэхен не проснулся. Пиздец, конечно, но, черт, приятно. Ким огляделся вокруг, рассуждая о том, как быстро он добежит в трусах до ванной, пока Чон не схватит его или хотя бы не проснется… и потом тоже схватит. В любом случае он точно окажется на этих до безумия соблазнительных коленях. Только смотреть Чонгуку в глаза после того, что произошло между ними, было слишком и слишком стыдно — от одной мысли щеки снова краснели, тело бросало в жар, а сердце бешено колотилось. И что ему теперь делать с этим?       Тэхен зажмурил глаза и начал медленно поднимать голову. Каждая секунда будто бы шла вечность. Он ушами прислушивался к каждому шороху рядом с собой, туловищем ощущал движения и дергался от любого звука. Ему казалось, что он даже не то чтобы дышит громко, а думает громко, и Чон слышит каждую мысль его сонного сознания. Да и вообще, он прямо в этот момент в собственной квартире пытается сбежать в ванную, чтобы смыть прошлый вечер с кожи под холодным душем и как-то заставить свои колени не трястись? Более глупой ситуации уже не придумаешь… — Далеко собралась, принцесса? — хриплый голос Чонгука послышался прямо рядом с ухом. Блять. Сейчас Ким ощущал себя еще глупее, чем минуту назад. — Я… э-э… в душ? — Тэхен закрыл глаза и почесал лоб. Он снова покраснел до цвета своих же волос, даже дышать становилось сложнее. — Не пущу. — Что?..       Чонгук наклонился ближе к лицу Тэхена и пальцами нежно повернул его голову в свою сторону, оставив на губах короткий поцелуй, и отпрянул назад. Их лица снова находились слишком близко, не давая Киму оттолкнуть парня перед собой. Черт, ему не хотелось, а эти глаза и губы перед ним словно уговаривали и кричали «утони во мне» и «поцелуй меня!». Что собственно он и сделал: Ким резко приподнялся на кресле, ощущая тянущую боль в плече от сидячего положения, и сел на колени Чонгука. Его возбуждение упиралось прямо в каменный член Тэхена, у которого снова сносило крышу. Руки Чона нагло разгуливали по телу Кима, пальцы собственнически проникали под одежду — казалось, что теперь они оба считали друг друга своим и даже не думали перечить словам и действиям. Этого делать не хотелось, а только лишь кричать и умолять идти дальше, больше и глубже. Тэхен прижимал Чонгука к своим губам за затылок, цеплялся за волосы на его голове и словно вдавливал в себя, на что второй лишь улыбался, ощущая огненный прилив эмоций, смешанный с жаром в груди от такого Кима, который больше не стеснялся своего желания и мокро, страстно целовал любимые губы, оставляя на них синие отметины острых зубов, которые потом зализывал и ставил вновь. — Ты заставляешь меня пропустить третий день учебы и привязать тебя вон к той кровати, — сказал Чонгук в губы Кима, когда на секунду расцепил поцелуй. — Боюсь тебя расстроить, — Тэхен тихо посмеялся, увидев перед собой непонимающий взгляд больших глаз и и уже слегка надувшуюся нижнюю губу. Не суровый парень, а милый котенок, ей богу. — Мне нельзя пропускать супер важную учебу, а иначе мы больше не будем сокурсниками. — Ким Тэхен, вам пора выписывать дисциплинарный штраф за пропуски? — Подума-а-аешь, — Тэхен продолжал смеяться, ерзая на коленях Чона, и откинул голову назад. Все вены на его шее напрягались, капельки пота стекали по коже, от чего у самого Чонгука начинали течь слюни изо рта. Пиздец, и что делать, если Тэхена хочется брать в каждом углу? — Может, мы с тобой больше и не увидимся, если меня исключат. Вздохнешь и вдоволь потрахаешься! — А кто сказал, что я хочу трахать кого-то кроме тебя? — Ч-чего? — теперь удивленным взглядом на Чонгука смотрел Ким, сердце которого забилось быстрее. Интересно, а можно как-то вырезать этот раздражающий орган из груди и выбросить, чтобы он нагло не сдавал его чувства? Тэхен уверен — Чонгук не должен был знать о них, чтобы никогда не иметь власть над ним. Это пугало, потому что всегда заканчивалось очередной болью и слезами в объятиях Чимина. — М-м, — Чон с небольшим размахом ударил Тэхена по ягодице, от чего тот подпрыгнул на коленях, а потом ударил еще раз и услышал стон из губ напротив, — мне это уже слишком сильно нравится, Тэ… — Ты ахуел? И за что это? — воскликнул Ким и уже пытался встать на ноги, чтобы растерянно уйти в душ. Это снова заводило и заставляло просить о большем, чего Тэхен не мог позволить. Честно говоря, он больше опасался, чем боялся или тем более не хотел. Он очень сильно хотел, как и его член, рвущийся из трусов и знатно пульсирующий. — Первый за то, что убегаешь от меня, второй за то, что пропускал учебу и поэтому я не могу насладиться тобой утренним, а третий… Хм… — Какой третий, Чон?.. — не успел договорить Тэхен, почувствовав горячую ладонь на своей заднице, снова подпрыгнул от неожиданности. — Э-эй! — Третий за то, что не видишь, как я влюблен в тебя и не замечаю никого рядом с собой, когда ты рядом или тебя нет. В любом случае я слеп к другим, но зряч лишь только для тебя, — на одном дыхании произнес Чонгук, смотря в растерянное лицо перед собой. Эмоции Тэхена на лице менялись от одной к другой, прыгали из крайности в крайность: недоумение услышанным сменялось мелкой улыбкой, переходило в страх, а после — сбросом оков и разливающимся теплом в груди и на алых щеках. Кто бы мог подумать, что Чон первый признается в своих чувствах, а не продолжит мучить свой предмет обожания? Но Кима хотелось лишь оберегать и забрать, растереть каждую тревогу внутри него. — Чон, я… — замешкался Тэхен, пытаясь найти, что ответить. Ему хотелось сказать, что у него душа разрывается только при одном его виде, ноги подкашиваются от запаха, а дыхание спирает при каждом взгляде, но собственный страх не давал даже рот открыть. Он смотрел на Чонгука в надежде, что тот все поймет, и тот понял. — Не отвечай. Позволишь отнести тебя в душ, а после купить кофе и отвести нас на первую пару? — он положил ладонь на горячую щеку и исподлобья пытался словить любимые глаза. — Угу, — ответил Ким и воскликнул, когда Чонгук резко поднялся с кресла, удерживая его за бедра прямо на руках, а потом горделиво направился в ванную, целуя чужие щеки. — Ты меня сейчас съешь, Чон! — Это я и планирую сделать. Второй раунд, Тэ? — Ну уж нет, никаких раундов Чон Чонгук. Мы так опоздаем…       Чонгук молча поставил Кима прямо в ванную и снял свою футболку. Тэхен аж дар речи потерял, увидев шесть идеально очерченных кубиков пресса, на которые сразу упал взгляд, медленно поднимающийся на усердно накаченную грудь с мелкими коричневыми бусинами, острые ключицы и длинную татуировку, набитую прямо на всю руку: ее чернила округлялись на плече и всевозможными узорами спускались вниз прямо до запястья. Интересно, Чон набил на коже важные для себя вещи? Оранжевый цветок и микрофон словно идеально дополняли картинку, хоть и совсем не сочетались друг с другом. Но это все выглядело настолько восхитительно, возбуждающе и сексуально, отчего вся кожа Тэхена покрылась мурашками, внизу живота потянуло, а воздух медленно исчезал. Казалось, что он исчезает не из легких — его больше нет в этом помещении, как и четкого сознания Кима, который, кажется, вернулся в пубертатный период, заводясь за секунду при виде Чона и неважно был тот одет или нет. — Нравится? — низким голосом спросил Чон, довольно улыбаясь и наблюдая за скользящим по нему взглядом Тэхена. — Ч-что? — Ким медленно поднял глаза и раскраснелся, когда понял, что все это время глупо пялился на Чонгука, не моргая. Он опустил взгляд и прислонил пальцы к губам, скрывая розоватые щеки. — Нравится, говорю? — Чонгук снимал брюки, а Тэхен лишь ускоренно дышал только от одного вида костяшек, на которых держались трусы. — Только сознание не потеряй, договорились? — после этих слов Чон стянул с бедер ткань и остался полностью голый, его возбужденный член ударился о волосяную дорожку из волос, сексуально спускающуюся вниз. У Тэхена буквально затряслись колени… или ноги полностью, но стоять было слишком сложно, поэтому он оперся о холодную стену позади себя. Пиздец, ему, кажется, нужен был врач или уже реаниматолог, потому что сердце вот-вот выскочит из груди и зальет кровью всю комнату. Изо рта буквально слюни текли на этот упругий идеальной, широкой формы член. — Иди-ка сюда, — Чон обнял Кима за талию и притянул к себе. Тэхен закрыл глаза, чтобы хоть немного успокоить ураган, бушующий в груди: руки тянулись к телу напротив, желание упрашивало прикоснуться к возбуждению, приласкать и довести до оргазма, чтобы услышать оглушающие стоны сверху, но страх, собственные принципы запрещали. Ким не мог сдаться так быстро… но ведь он сделал это уже вчера, ведь так? Чонгук уже видел его голым, он еще вчера попробовал, довел до дрожи и даже позаботился после. — Мне сложно держать себя рядом с тобой, — тихо сказал Тэхен под шум бьющейся воды из душа. Он ладонью осторожно прикоснулся к объемной груди. Почему он так легко согласился найти член для перепихона в клубе, но так смущался и дрожал в руках Чонгука? — Почему ты до сих пор тут? Почему просто не уйдешь, если уже взял, что хотел? — Не держи, Тэ… — ответил Чонгук и губами прикоснулся к его щеке, делая осторожную дорожку к шее, которую пальцами нежно окольцевал. Тэхен ощущался так правильно в его руках и каждое касание током било по его возбуждению и кувалдой по сердцу. Чон влюблялся с каждым взглядом напротив. — Я не твой кошмар, от которого ты пытаешься убежать, — хрипло произнес он прямо на ухо Киму, а тот вздрогнул от горячего дыхания. — С чего ты взял, что я забрал то, что хотел? — Я отдался тебе вчера, н-не выдержал, — почти шепотом объяснял Тэхен и растерянно смотрел на ступни, которые тонули в воде, — не полностью, но этого достаточно, чтобы рассказать, что недотепа Ким Тэхен отдался новенькому секси сокурснику? Твоя первая победа… — М-м, моя победа, говоришь… — сказал Чонгук и зацепил Тэхена за подбородок, подняв его лицо вверх. Он улыбался, смотря на скатанные брови друг другу, видимо, от каких-то раздумий, и слегка надутую нижнюю губу от надуманной обиды. Чон был готов биться головой о стену, потому что наблюдая за этим его переполняло сочащееся даже из ушей тепло. — Когда наконец признаешься, что влюблен в меня так же, как и я в тебя, тогда и поговорим о победе.       Чонгук накрыл губы Тэхена, не дав ему сказать и слова. Он голодно пробовал каждую мягкость, прощупывал своими и оттягивал острыми зубами. Тэхен не отвечал, из-за чего Чон начал напирать сильнее и прижал его прямо к холодной стене, от чего Ким вздрогнул и приоткрыл рот от неожиданности. Чонгук толкнул язык внутрь, поцелуй становился все более страстным, и Тэхен, не выдержав, наконец ответил. Он схватил Чона за плечи, царапая ногтями мышцы, которые держали его лицо, спускался ниже и нырнул руками за спину под лопатки, прижав к своей груди. Ким толкнулся внутрь в ответ, сплетая их языки, а сознание снова начинало покидать его. Он целовал губы Чонгука так, словно у него заберут последнюю сладость, аккуратно цеплялся зубами за серебряное кольцо в нижней губе и перекатывал в поцелуях. Чонгук разорвал их поцелуй и развернул Кима к уже теплой от жаркого тела и обжигающей воды плитке, прижав к ней грудью. Он наслаждался запахом волос Тэхена, носом проводя по макушке, спускался прямо к острым плечам и выцеловывал на обоих каждый миллиметр, оттягивая горло раздражающей футболки. Чон переходил к шее и начинал кусать, цепляться за кожу, зализывая места. Он сжал Кима за талию и прислонил ее к поверхности таким образом, что тот выгнулся перед ним и тканью трусов задевал возбужденный член. Чонгук руками нырнул под футболку, поглаживал узкую талию, чувствуя, как Тэхен медленно успокаивался: его грудь перестала резко подниматься-опускаться, плечи и руки больше не были напряжены. Они стояли в тишине еще несколько минут, налаживая дыхание. Тэхен наслаждался близостью, тем, как правильно Чон вжимал его, подставлял свои руки, чтобы ничего не приносило ему боли, он оберегал. Ким прислонился лбом к стене и произнес: — Разденешь меня? — сердце бешено колотилось от ожидания. Он пальцами оттягивал футболку, переживал и ждал следующих действий Чона, который довольно улыбался и облизывал собственные губы.       Чонгук медленно опустил руки и накрыл костяшки Тэхена, поглаживал их большими пальцами. Он отошел назад и, когда Ким расслабил хватку, зацепил ткань и бросил ее куда-то на пол, не сводя глаз с парня напротив, а потом развернул его к себе и недоумевающе посмотрел, когда Ким начал прикрываться. — В курсе, что у тебя нет третьей руки? Как будешь остальное прикрывать? — Чон оттянул кромку трусов Тэхена так, чтобы еще раз увидеть его возбуждение и, смеясь, указал на них взглядом. — Закроешь глаза? — Тэхен смущенно улыбался и закусывал нижнюю губу. — Если я закрою глаза, то не увижу, как ты сексуально прикусываешь эту губу, — Чонгук поднял Кима за подбородок и коротко поцеловал. Тэхен окольцевал шею Чонгука в объятиях и встал на носочки, целуя в ответ, пока Чон стягивал чужие трусы. Он расцепил поцелуй и медленно, смотря в глаза напротив, опускался вниз и встал на колени, а потом снял раздражающую ткань и увидел, как перед его глазами длинный возбужденный член ударился о нижнюю часть живота. Чонгук облизнулся, даже ощутив, как собственные зрачки увеличились, и накрыл головку Кима ртом. Он ласкал ее, слегка причмокивал и облизывал языком, наслаждаясь стонами, которые звучали сверху. Тэхен оперся о стену, сжимал плечи Чонгука каждый раз, когда тот находил нужную точку и волна наслаждения проходилась по всему телу. И даже сквозь шумную воду Тэхен слышал эти грязные мокрые звуки, которые смущали еще сильнее, но желание накрывало с головой. Чонгук незаметно прочистил рот и взял член еще глубже, чтобы стенки горла чувствовали его внутри и приносили большее удовольствие. Он ускорялся каждый раз, когда стоны Кима становились громче и громче, а рука сжимала волосы сильнее. Тэхен дергался каждый раз, когда Чон добавлял язык, и вскрикивал, когда тот в руках нежно переминал его яйца, засасывая их во рту. Когда Ким начал дергаться очобенно сильно, дрожать, он резко развернул его и шлепнул по ягодице, оставив на ней громкий поцелуй. — Это только мое, — сказал Чонгук и, раздвинув половины, губами прислонился к колечку мышц. — Блять, Чон… — Тэхен продолжал дрожать от действий Чонгука, ногтями скребся по плитке, когда тот кончиком языка ласкал его. Колени тряслись, ноги уже не держали, особенно когда Чонгук влажными пальцами нежно касался мошонки, стимулируя анус, — Че-е-рт, — Ким лбом прислонялся к стене, кусал собственные губы, сдерживая звуки. Он точно выглядел как мелкий школьник в глаза Чонгука.       Когда Чонгук решился вставить в Тэхена первый палец, звук рингтона на телефоне оглушил обоих, от неожиданности они даже вздрогнули. Чон раздраженно зашипел, когда Ким потянулся к устройству. — Пиздец! — громко произнес Тэхен и схватился за голову. — Чим? — …Ты где бродишь?.. Скоро пара… Дуй в универ!.. — все, что услышал Чонгук, недовольный тем, что его только что лишили самого долгожданного секса. Но Тэхена подставлять не хотелось, а ходить без него на учебу тем более. — Повезло, что я приехал на машине, да? — Чон встал на ноги перед Кимом и поцеловал его в нос. Он был такой нежный, как маленький пушистый комочек, и ластился к Чонгуку, подходя ближе, чтобы почувствовать объятия. — Я никогда не смогу избавиться от ощущения, что тебя хочется сжимать крепко-крепко, боюсь придушить, знаешь ли… — Мне такое только нравится, — неожиданно для самого себя произнес Ким и тут же замолчал. Что на него нашло? Чонгук начинал действовать на него так… будто бы становился его местом. Его комфортным местом — человеком, с которым хотелось быть самим собой. Теперь и Тэхен тонул все глубже, а Чонгук нагло привязывал тяжелый кирпич к его щиколоткам.       Собравшись в универ, Ким еще несколько раз проверил каждую розетку в квартире, каждый кран и даже покрутил включатели газа, а на выходе вернулся обратно, чтобы дернуть входную дверь. Да, это была та самая тревожка, из-за которой он будет на иголках до момента, пока не приедет домой, чтобы проверить, что он точно все закрыл и выключил, хотя его сознание вечно говорит об обратном. А Чон только лишь лыбился, наблюдая за бегающим от одного комода к другому Тэхеном в одних трусах и носках, чтобы найти одежду, при этом проговаривая себе под нос, что не должен упасть в грязь лицом рядом с Чонгуком. — Детка, любая одежда прекрасно сядет на твою фигуру! Мне то поверь… — поторапливал его Чонгук. — Не любая! Я с тобой даже забыл придумать, в чем ехать, поэтому ты виноват в том, что мы опаздываем! — Я буду виноватым лишь бы ты был спокойным, принцесса, — усмехался Чонгук. — Ну не могу я ругаться, когда ты такой милый, — говорил Тэхен, напяливая уже третьи по счету брюки. — Долго будешь прохлаждаться? — он мягко ударял Чонгука сумкой, выгоняя того из дома. Это ощущалось так по-домашнему, от чего хотелось собираться на учебу так каждый день.       Ким стоял посередине тихой уже светлой улицы, наполненной опавшими желтыми листьями. Трава начинала морозиться, деревья стояли голые, продрогшие и олицетворяющие одиночество. Люди вокруг уже с головой укутывались в теплые толстые шарфы, прятались от холода под широкими пальто, а кто-то уже даже носил тонкие перчатки. Хоть солнце и освещало этот прекрасный день, оно уже давно перестало греть, напоминая, что лето закончилось еще в августе, который выдался весьма морозным. Но Тэхен любил это. Он получал особое наслаждение, наблюдая за падающей листвой, касаясь промерзлой травы и гуляя по вечернему городу с маленьким стаканчиком из-под кофе, купленного у милого бариста в кофейне через дорогу, и включая на полную громкость любимую музыку. — Чимин-и, мы уже выезжаем! — Тэхен ответил на очередной звонок беспокоящего друга, который места себе не находил, ведь трезвонил уже пятый раз подряд. — Мы? Ты не один?.. — С Чонгуком, — шепотом сказал он, прислонив микрофон телефона прямо к губам. — Что ты сказал?! Я только сейчас узнаю, что мой лучший друг провел ночь с сексуальным новеньким?! Ведь это я тебе сказал его искать после клуба! — Я… я все расскажу, хорошо? Скажу только одно — я пиздец как хочу трахаться. Чон просто крышу мне сносит одним своим видом. Вот я сейчас смотрю и…– Тэхен резко замолчал, отключив звонок. Чонгук стоял прямо перед ним и лыбился так, словно выиграл свой первый миллион, а все, что делал Ким — краснел до жара на щеках. — Так вот что ты чувствуешь? Я ведь могу на руках отнести тебя обратно и помочь с твоей проблемкой, детка, — он обнял Тэхена за талию и прижал к себе. — У меня… нет никаких проблем, ясно! Давай-ка дуй в машину, иначе мы точно опоздаем. — У меня, кстати, очень просторные задние сидения машины, хочешь покажу? — продолжал заигрывать Чонгук, наслаждаясь тем, как на каждое слово ярко реагировал Тэхен и уже чуть ли не трясся, пытаясь дойти на ватных ногах до автомобиля. — Даже не хочу слышать! — Тэхен нырнул в машину и дрожащими пальцами с трудом застегнул ремень безопасности. Черт, и как можно было так проебаться? Ему что, пятнадцать лет? Ведет себя как самый настоящий изгой для других парней в пубертате, который каждый вечер дрочит на комиксы…       Чонгук завел машину и громко выехал со двора, прибавляя скорость. Он легко объезжал каждую улицу и входил в повороты. Дороги были пустые, музыка тихо играла из колонки и успокаивала Тэхена — у них с Чоном был похожий музыкальный вкус, и это влюбляло в него еще сильнее. Он наблюдал за его сосредоточенным взглядом, следящим за дорогой, костяшками, сжимающими руль, и языком, периодически смачивающим губы. От такого Чонгука внизу снова тянуло, приходилось колени сжимать между собой от возбуждения. — Продолжишь на меня так пялиться, я остановлю машину и наброшусь на тебя, — Чонгук неожиданно разрушил тишину между ними. — Просто очень красивый, — замешкался Тэхен и скатился с кресла от смущения. — Отблагодаришь меня за мою красоту чашечкой кофе за обедом, — сказал Чон и положил ладонь на колено Кима. — А не слишком много вы хотите, красавчик? — парировал Тэхен. Он смотрел в глаза напротив и не мог отвести взгляд. Что-то в них останавливало это делать. — А я и не спрашивал, детка. Ставлю перед фактом, потому что отговорки не принимаются, — подмигнул он и завернул на парковку школы.

***

      Сегодня в универе было слишком многолюдно — Тэхен понял это, когда через лобовое стекло увидел большие кучки студентов разных курсов, собравшихся погулять перед первыми парами. Он наблюдал за парковавшим машину Чоном и снова трясущимися пальцами оттягивал пояс пальто. Как сейчас поступит Чонгук? Просто закроет за ним дверь машины и уйдет к новым знакомым, оставив Кима одного? Даже мысли об этом ощущались слишком унизительно. Они означали, что все, что говорил Чонгук ранее, не могло считаться правдой. Ведь любящий человек не станет стесняться тебя? Он не станет скрывать свои истинные чувства перед всеми? И уж точно не обойдется с тобой как с очередной шлюхой, просьбу которой выполнил лишь из-за малейшего уважения. Горло слегка саднило от этих мыслей, губы снова сушились, а в груди появлялась тяжесть. Тэхен даже из-за собственного сознания был готов расплакаться, хотя ничего из того, что он снова напридумывал, еще не случилось. Когда машина наконец остановилась, а Чонгук выключил двигатель, Ким глубоко вздохнул и закрыл глаза. Он не понимал, что именно на него нашло и от чего все тело дрожало так, будто он сидел на электрическом стуле. — Если мы выйдем сейчас, то успеем спасти твою сексуальную задницу от исключения, — Чон разрушил тишину и погладил Тэхена по макушке, а у того груз с плеч упал: Чонгук все такой же милый с ним. — Эээ… точно. — Тэ, тебя никто не сожрет там, ты же понимаешь? — Чон видел Тэхена уже насквозь, за сутки выучив каждую эмоцию на его лице. — Думаю, за твой член точно начнется драка, — отшучивался Ким, а Чонгук продолжал смеяться с его шуток, хотя Тэхен точно не был крутым стендапером, а просто говорил, что придет на ум. — До чего ты забавный, Тэ. Мой член с первой нашей встречи только на тебя и встает, — шепотом около уха произнес Чонгук и оставил поцелуй на красном виске Кима.       Чонгук вышел из машины и оббежал ее, открыв дверь перед Тэхеном. Он точно сегодня сгорит со стыда и поедет головой, если в его сторону посыпятся вопросы, особенно от Чимина, которому важна даже марка курочки, которую они так и оставили на столе, или бренд трусов Чона, чтобы знать, что дарить тому на новый год. — Выпрыгивай, принцесса, — Чон смотрел на Кима таким уверенным взглядом, от чего у того развевались всякие сомнения, и, может, Чимин был прав? Насчет того самого… — Тэ! Ах ты маленький потрахунчик! — Чимин крепко обнял друга и даже слегка подпрыгивал на месте то ли от радости, то ли от нетерпения. — И тебе привет, Чимин-и, — Чонгук похлопал Пака по плечу. — Моя курочка сработала? — Пак Чимин, ты предатель! — воскликнул Ким, забыв, что именно из-за друга он получил лучший минет в своей жизни. — Не предатель, а сваха твоя, — он хлопнул Тэхена по груди. — Ты бы сам ни за что этого не сделал. И перестань так лыбиться, иначе я начну завидовать талантам Чонгука. — Чимин! — Ким одернул друга и посмотрел злобным взглядом, на что получил лишь заливистый смех и теплый дружеский толчок в предплечье.       Тэхен ощущал на своей макушке завистливые и даже злые взгляды одногруппников первые три пары, пока Чонгук был рядом. Он ни на секунду не отходил от Кима, обнимая того за плечи или поглаживая его колено. Да, между ними искры страсти летали, которые не были не замечены каждым студентом, находящимся в аудитории. Но он соврет, если скажет, что не чувствовал разливающуюся гордость внутри от этого опьяняющего запаха рядом с собой, пристального взгляда на своем лице и коротких поцелуев, которые Чонгук оставлял на его висках и щеках. — Тэ… Тэ? — Чон уже в пятый раз звал любимого, который пялился в одну точку где-то на преподавательской доске. — М? — он повернулся к Чонгуку, который зацепил его подбородок и поцеловал. Он на секунду поцеловал его при всех проклинающих его в этой чертовой аудитории. — Это за что? — спросил покрасневший Ким. В жар от такого бросило моментально. — Как ты там сказал? — он приблизился к его уху, чтобы их никто не услышал. Дыхание мурашками прошло по всему телу. Хотелось слышать больше и наслаждаться сильнее хриплым шепотом Чонгука. Тэхен закрыл глаза. — Мне тяжело сдерживаться рядом с тобой.       Ким с глупой улыбкой на лице просидел до конца пары, совсем забыв, что когда он прогуливал универ и бился в истерике, их с Чоном разделили на гребанные группы. Это злило, потому что сейчас ему было плевать на все — лишь бы каждую секунду быть рядом с ним. Теперь это ощущалось как необходимость дышать, и, если Чонгука не будет рядом, он просто задохнется. И правда, как в самых слащавых мелодрамах. Тэхен понимал, что влюбляется слишком быстро и слишком сильно, хотя они даже не обсудили свой статус. Наверное, было не совсем до этого, пока он думал лишь членом, а не головой… той, что сверху. — Увижу кого-то рядом с тобой, дам ему в морду, а тебя отшлепаю, детка, — Чонгук глубоко поцеловал поникшего Кима, который немедленно ответил и даже толкнулся языком внутрь. Тэхен жадно целовал Чона, за плечи притягивал к себе, пытаясь удержать рядом. — Это за что? — спросил Чонгук, еле расцепив поцелуй. — Чтоб не забывал, кого нужно отшлепать, детка, — передразнил любимого Тэхен и подмигнул, а у Чонгука аж колени затряслись. Такой Ким в секунду заставлял Чона сесть перед ним на колени и делать все, что тот попросит.       Наблюдая за тем, как Чон медленно уходил от него со своими новыми надоедливыми друзьями, которые почему-то вешались на него, Тэхен ощущал нарастающую грусть. Ким не понимал почему, но тревожность в груди появлялась вновь — точно так же, как в тот день, когда он узнал, что они сокурсники. Это очередной знак того, что случится что-то плохое? Ким ненавидел моменты, которые заставляли предчувствовать опасность и оглядываться по сторонам. — Ты в порядке? — Чимин положил ладонь на плечо Тэхена и легко сжал его, по-дружески. — Кажется, я снова ебу себе мозг. Не понимаю, но в груди болит, — он положил руку на грудь и глубоко вздохнул. — Я думал, что у вас все в порядке? Не видел более идеальной пары чем вы, Тэ. А как слюни текли у всей аудитории… Я прослушал всю лекцию, потому что только и делал, что смеялся! — Пак пытался поддержать друга и крепко обнимал. — Все хорошо… Да… — Ким пальцами перебирал рубашку, переживал. Предчувствие словно посадило его на стул с самыми ржавыми гвоздями. — Вы же идете обедать? Это свидание? — Никаких свиданий, Пак Чимин. Хватит с меня их! — А пошли-ка прогуляемся на задний двор? Может, Чона встретим! — Чимин подпрыгивал на месте, уговаривая Тэхена подышать свежим воздухом. Он всегда знал — карамельный латте, осенняя листва и красные от мороза пальцы, которые будет согревать горячий напиток, помогут другу выбраться из своего панциря. И даже из самого толстого.

***

      Друзья взяли кофе в любимой кофейне за углом школы, наслаждаясь солнечным днем. Тэхен рассказал Чимину о головокружительных поцелуях, об их близости и даже утреннем душе, ничего не утаивая, и буквально светился от счастья. Ему и правда становилось легче, вспоминая каждый момент, когда Чонгук был рядом. Он скучал. Скучал, как самый наивный подросток, впервые полюбивший, впервые ощутивший настоящие и крепкие чувства к другому человеку. И, кажется, сейчас все было сильнее и глубже. Чертов Чонгук моментально перевернул его жизнь, и что самое забавное — даже не чувствовал за это вину. — Это не Чонгук там? — Чимин зашипел, когда обжегся о пластмассовый стаканчик своими пухлыми губами, и указал пальцем куда-то на парковку, выдернув Тэхена из своих мыслей. — Да, точно, Тэ! Но… что это?! Ким вздрогнул и остановился на месте. Стакан с кофе затрясся в руках, ноги начали подкашиваться, а воздух уходил из груди, и даже слезы наворачивались на глазах. Чимин стоял рядом и незаметно прикоснулся к его спине. — Тэ, я не думаю… — Не сейчас, Чимин-и, — дрожащим голосом перебил Тэхен.       Он отдал уже остывший недопитый напиток Паку и направился вперед, прямо к Чонгуку и незнакомому парню, который терся об него, его машину и смеялся над всем, что тихо бормотал Чонгук. И даже обещанный кофе они пили вместе, когда Тэхен, как глупый, ждал гребанный обед, чтобы сводить того в любимое место. — Привет, Чонгук, — холодно произнес Тэхен. Он смотрел прямо в растерянные глаза Чона, сглатывая третий по счету ком в горле, в очередной раз пытаясь строить из себя недоступного и морозного человека. — Тэ, ты тут? — Чонгук вскочил на месте. Он пялился на парня напротив с опаской, понимая, как выглядит происходящее — увидев это сам, он бы снес весь этот универ, как и головы всем пристающим к Тэхену. В этот момент все изменилось — Ким охладел и ощущался, как самая морозная ледышка, не желающая слышать ни одно оправдание, а Чонгука то и дело бросало в жар. Все время он обманывал его? Он изначально использовал его? С каждой секундой, смотря на слишком довольное лицо незнакомца, вешающегося на Чона, боль внутри распространялась по всему телу и занимала каждую клеточку. — Удивлен? — Ким сложил руки на груди. Он не хотел, чтобы Чон делал даже шаг в его сторону. Тэхен не выдержит, просто не сможет, уже ощущая этот эйфорический запах в ноздрях. — Но это не то о чем ты подумал, Тэ! — Чонгук стремительно направился к расстерянному Тэхену и вытянул руки, чтобы взять их в свои, успокоить, как делал это утром, когда тот доверился. — Я даже слышать не хочу ничего, — Ким развернулся и уже начал уходить с парковки, когда Чон успел схватить его за запястье и остановить. Тэхен повернулся к нему, а из его взгляда метались ножи. — Ах точно, — отдернул он руку и отошел в сторону, — не забудь дать себе в морду. А потом ушел, оставив Чонгука, умоляющего выслушать объяснения, с наполненной болью грудью, скрылся в толпе удивленных студентов.