Хрустальный лес

В далекие времена, в древнем государстве Сянлэ, молодой император решил жениться и привез из соседней страны красивую девушку. Маг и наставник императора был против этой женитьбы, он твердил, что девушка из семьи колдунов и не может стать императрицей. Но император был влюблен и не слушал никаких доводов мага. Тогда по приказу императора мага заточили в темницу, а он наслал проклятие: — Когда первый принц станет совершеннолетним и сядет на трон, то превратиться в чудовище, будет жить вечно мучаясь в чужом теле. Император только посмеялся и приказал отрубить магу голову, но он исчез, а проклятие осталось. Императрица очень боялась проклятья узнав, что она беременна сильно переживала надеясь, что все это не коснется ее ребенка. Время приближалось к родам, она молила Бога, чтобы родилась девочка. В небольшой комнате было тепло, несмотря на сильный дождь, бешеных раскатов грома и молнии, казалось, сверкали в самой комнате. Эта буря слишком яростная для лета, она предвестница беды. Молния ударила в старое дерево стоящее во дворе и оно загорелось. В этот момент императрица разрешилась крепким, здоровым младенцем. Император узнав, что императрица подарила ему принца, тут же пришел взглянуть на сына. Мальчик спал укутанный в пеленки. — Ты хорошо потрудилась любовь моя, — сказал император, целуя жену в лоб. Его глаза обращенные на нее сияли любовью. — Когда он ушел праздновать рождение сына, к императрице подошла повитуха. — Госпожа, госпожа — тихо шептала она, — мальчик родился с дефектом, что будем делать? — Что за дефект? — Спросила она. — У ребенка правый глаз с красным зрачком и волосы слишком черные. Это признак рождения демона. Взяв ребенка на руки, она долго всматривалась в его личико и мальчик открыл глаза, будто почувствовал взгляд матери, улыбнулся. Императрица отдала его в руки повитухи. — У нас есть роженицы, которые родили недавно? — спросила она. — Наложница старшего министра родила мальчика месяц назад, но он приболел и находится под присмотром лекаря, завтра его собираются отдать матери. — Вот что, подмени детей, а лекаря награди, чтоб молчал — распорядилась императрица. — Это даже хорошо, что ребенка никто не видел. Так и поступили, детей поменяли: императрица получила светлого красивого ребенка с румяными щечками. Но она не забывала о своем сыне и наложницу приблизила ко двору, чтобы мальчики росли вместе. Император назвал сына Се Лянь. А советник назвал сына Хуа Чэн. Мальчики росли вместе играя в одном дворе, их кормила одна кормилица. Хуа Чэн был крупным ребенком никогда не плакал, даже если падал. Се Лянь был нежный и часто расстраивался из-за всякой ерунды. Императрица смотрела на сына и ругала свою бабку: — Проклятая ведьма, из-за нее я лишилась родного сына. Он весь в нее пошел, даже глаз как у нее, а в целом мальчик был очень красив. Хуа Чэну на глаз одевали повязку чтобы не пугал принца, но принц ее стаскивал с Чэна и они играли так. У них был один учитель-наставник, который обучал их грамоте и разным видам борьбы, боев на мечах и стрельбе из лука. Они вместе стали совершенствоваться в храме, изучая даосские практики. Се Лянь к этому относился очень серьезно, а Хуа Чэн больше увиливал и не верил в эти постулаты, за что получал дополнительную работу, а Се Лянь ему помогал. Мальчикам было по семь лет, когда разразилась изнурительная длительная война, которая продолжалась долгие пять лет, они оставались все это время в храме на обучении. Король был тяжело ранен и не мог управлять государством. Страной управляла императрица. Она приглашала Хуа Чэна во дворец, когда дети приезжали погостить, поглаживая его по голове одаривала подарками. Она любила своего сына, но и Се Ляня не обделяла своей материнской любовью. Императрица понимала, что совершила грех и за него ей отвечать перед Богом. Поэтому она старалась мальчику заменить настоящую мать. Се Лянь ее любил и постоянно к ней прижимался. А когда наложница сбежала от министра, императрица совсем забрала Хуа Чэна во дворец под предлогом, слугой принца, чтобы был к ней поближе. Хуа Чэн был совсем ребенком и не понимал, за что ему такие привилегии. Мальчикам было по двенадцать лет, они уже хорошо умели биться на мечах и в кулачных боях. Хуа Чэну в этом не было равных. Зато на мечах побеждал Се Лянь. Императрица очень любила обоих детей и не разделяла их, они оба были для нее родными. Мальчишки любили друг друга, даже спали вместе и росли как братья, поэтому любое расставание для них было хуже смерти. Император вскорости умер от ран. И пришлось короновать несовершеннолетнего Се Ляня, хотя практически государством управляла императрица. Посадив Се Ляня на трон она надеялась, что проклятье не сработает, фактически, он не был наследником престола. Государство постепенно приходило в упадок, долгая война нарушила всю структуру, затем пришла страшная засуха и голод. Императрица не справлялась и пришли тяжелые времена. Люди стали собираться у ворот дворца прося помощи, была угроза смуты. Тогда императрица поехала на гору Тунлу к своей бабке с просьбой. Она остановилась у входа небольшого домика и позвала ее. На порог вышла молодая красивая женщина: — А-а, явилась?! Что тебе надо? — Сверкнув красным зрачком на правом глазе, спросила ее женщина. Императрица упала на колени, стала просить о помощи. — Когда понадобилась помощь сразу меня вспомнила, а когда я просила помощи… — Вайпо, я была совсем мала и ничего не понимала прости меня — просила она рыдая. — Заходи — пригласила ее женщина, пропуская в дом, знаю о твоем горе, могу помочь, но с условием. — Каким? — с надеждой посмотрела она на бабушку. — Отдашь мне моего правнука Хуа Чэна. — Нет! — зарыдала императрица. — Или так, или никак, тебе принимать решение, можешь идти я не держу. Как мой правнук ступит на мой порог, твое государство расцветет. — Да, и самое главное тебе скажу, ты посадила на трон невинное дитя, но берегись, проклят не принц, а трон. Когда молодой император станет совершеннолетним он будет опасен. Выройте очень глубокую яму, а перед полнолунием опускайте его туда, всего на одну ночь. Никому об этом не говори и доверься только его отцу. Никакой маг и колдун ему не поможет, только искренняя и взаимная любовь излечит его от этой беды. Императрица с тяжелым сердцем отправилась домой, у нее был срок на обдумывание, всего три дня. Голодных людей накормили и напоили, но запасов на долго не хватит. Пригласив к себе Хуа Чэна, императрица повинилась перед ним рыдая рассказала всю правду и оставила право выбора за ним. Хуа Чэн посмотрел на мать тяжелым взглядом, ушел собираться. Но прежде ему нужно было проститься с любимым другом Се Лянем. — Могут пройти года, мы не узнаем друг друга или вообще больше никогда не встретимся — рыдал Се Лянь прижимая к себе Хуа Чэна. — Не беспокойся — отвечал ему Хуа Чэн, — у тебя шрам на плече, помнишь в детстве ты закрыл меня, когда тигр накинулся, он тебя оцарапал, а ты его зарубил мечем. — А у меня метка с рождения — усмехнулся Чэн. Они прощались обнимая и целуя друг друга клялись, что дружба их останется навсегда. Затем Хуа Чэн простился с матерью и отправился в путь. Женщина уже ждала его на пороге дома, Хуа Чэн поклонился ей и замер в ожидании. Вокруг были горы, растительности почти не было, ущелье было сухим, там когда-то протекала река, но после извержения вулкана все залило лавой, остался маленький родничок, который стекал тонкой струйкой в ущелье и исчезал в провалах земли. Хуа Чэну не нравилось это тягостное состояние окружающей среды. Он любил зелень и открытые места, где много птиц и животных, доступная вода. Он очень любил цветы и выращивал их в саду дворца. Тоска сжала его сердце, но такова его судьба и не ему ее менять. — Цзэнцзуму — обратился к пробабке Хуа Чэн, — я пришел, как ты велела. — Называй меня по имени, я молода и никогда не стану старухой, Юи мое имя. Проходи, теперь это твой дом, я передам тебе все свои знания, ты станешь сильнейшим, непревзойденным магом, если будешь меня слушать и подчиняться. Ты должен оставить все за порогом этого дома, обучение требует много сил и знаний, теперь поужинаем и пойдешь отдыхать, а как рассветет начнем занятия. Внутри домика было сухо и тепло, в углу потрескивал огонь в очаге. На полках стояли банки с разной жидкостью, лежали кристаллы разного цвета, стояли книги в странных обложках, травы связанные пучками, над очагом висел котел и в нем что-то булькало. В глубине дома свисал полог, за ним стояла кровать: — Будешь спать там, — показала Юи в противоположную сторону, где стоял топчан. Ранним утром, еще только началась загораться заря, Юи подняла Хуа Чэна, собрав в дорогу лепешки и кувшин воды повела его за собой в горы. — Сегодня будем в пещерах собирать помет летучих мышей, это нужно для лечения суставов. Все, что мы делаем запоминай, будешь мне отчитываться каждую неделю, что усвоил. Сначала научу тебя лечить травами, а затем магии и колдовству. Они поднялись в гору, где было множество пещер. Перед входом в одну из них Юи зажгла факел и они стали медленно продвигаться вглубь. Летучие мыши увидев огонь стали с шумом вылетать из пещеры, но Чэна это не пугало. Юи со стен соскребала помет в деревянный короб: — Помогай, что стоишь?! — протянула ему палочку и короб. Вскоре начался рассвет: — Нужно уходить пусть мыши возвращаются, нельзя им долго на солнце находиться — сказала Юи и они пошли на выход. Перекусив, отдыхали на большом камне, Хуа Чэн рассматривал унылую пустынную местность. Юи поинтересовалась: — А кто тебе больше нравится девочки или мальчики? — Се Лянь — ответил он. — Фальшивый принц? — ухмыльнулась Юи. — Не смей его так называть — сверкнул глазом Хуа Чэн. — Моя кровь — улыбнулась Юи, — не переживай так, встретишь ты своего принца, только не скоро. Пошли домой буду начинать учить тебя. Хуа Чэн учился заклинаниям, варил в котле разные зелья. Изучал темную и светлую стороны магии. Исходил все пещеры, бился с демонами. — Юи, — позвал он, — а что это за такой красивый флакон и зелье в нем странного цвета?! — Поставь на место — сказала она спокойно, — когда полюбишь и надумаешь жениться, то выпьете вместе по глотку, а сейчас еще рано. — Скоро я тебе покажу одно место, которое изменит всю твою жизнь — загадочно пообещала Юи. Хуа Чэн подрастал, становился мужественнее, менялся очень быстро, превращаясь в прекрасного юношу, очень скучал по Се Ляню и мечтая о встречи с ним.