Хрустальный лес

Тем временем, принца отправили в храм до совершеннолетия, он очень тосковал по Хуа Чэну и ему было все равно, где быть без любимого друга и чем заниматься. В храме он не был принцем, монахи с ним обращались, как и с остальными: приучали к труду, молились, работали на полях и занимались боевыми искусствами. Избалованным детям все давалось с трудом, но для Се Ляня не было преград, он моментально все схватывал и запоминал. Со всеми был приветлив и дружелюбен, всегда помогал слабым. Императрица очень тосковала по своим детям, особенно по Хуа Чэну. Она понимала, что он никогда не станет императором, будет жить от нее далеко и вряд ли они увидятся. — Это расплата за мой грех, не нужно было брать чужого ребенка, а признаться императору во всем. Из-за своего решения я потеряла мужа и сына — рыдала она. — А с другой стороны, мой сын никогда не превратится в чудовище. — Матушка — услышала она. — Я приехал вас проведать, почему вы плачете? — спросил Се Лянь. — Я скучаю по тебе и Хуа Чэну — ответила она, прижимая к себе Се Ляня. Мой принц, ты так вырос, скоро ты станешь совершеннолетним и будешь править нашим государством. С огромными янтарного цвета глазами и ангельским лицом Се Лянь был божественно красив, императрица любовалась им. Он был прекрасно сложен: среднего роста, красивый торс, переходящий в узкую талию, вытянутые и твердые мышцы, гордая осанка, настоящий император. — Матушка, — сказал принц — я бы хотел стать даосским монахом и помогать людям попавшим в беду! — Станешь императором и будешь помогать, кому захочешь — обнимала она его. Когда принц уехал, императрица осталась одна, она призвала к себе старшего министра. — Вы знаете о проклятье, которым запечатал трон колдун? — Министр кивнул головой. — Мне нужна ваша помощь — продолжила она. — Где мой сын? — спросил он — куда вы его отправили? Если я вам так нужен, то расскажите мне правду. — Хорошо, — сказала императрица — я вам расскажу, но если проболтаетесь, то пострадает и ваш ребенок. — Я клянусь — проговорил он — я буду глух и нем, буду служить верой и правдой до конца моих дней — клялся ей министр. — Хуа Чэн не ваш сын, он настоящий принц, ваш сын Се Лянь. Но вы должны молчать, а иначе в государстве начнется смута и его низвергнут. Мы обязаны сберечь императора, народ и наше государство. И она рассказала ему о всех событиях, касающихся его сына. — Я подозревал, что Хуа Чэн не мой сын, но все равно любил его, мой сын император?! Тем более все буду держать в тайне и помогу своему ребенку. — Нужно вырыть очень глубокую яму, сверху накрыть тяжелыми бревнами, сделать люк для спуска и поставить подъемный механизм, которым будем спускать и поднимать принца, и сделать веревочную лестницу по которой можно спуститься если, что пойдет не так — давала указание императрица. — Сделать это нужно в моем саду, куда нет доступа никому. Работникам скажешь, что императрица хочет поместить в яму дикого волка очень злого и большого — поучала она министра. Тот поклонился учтиво и пошел выполнять ее просьбу в душе радуясь, что его сын стал императором, но огорчаясь, что его постигло проклятье. Совсем мало оставалось времени до совершеннолетия принца и весь народ готовился к празднику. Принц Се Лянь, который был гордостью своего народа. Красавец, храбрый и мудрый не по годам, скоро станет императором и люди верили, что он принесет мир и процветание своему государству. Время приближалось к полнолунию, принц стал чувствовать боль и ломку в костях думая, что это из-за случая на празднике в день своего рождения, когда красавец конь понес его и сбросил на землю, чем всех огорчил. Люди говорили, что это плохой знак и очень переживали за будущее государства. Се Лянь не мог знать, что конь учуял запах дикого зверя, поэтому испугался и сбросил принца. Приближалось полнолуние, Се Лянь начинал трансформироваться, но он обвинял себя в своей неуклюжести. — Матушка — пришел к ней измученный принц, — я заболел мне очень плохо — жаловался он ей. Она его обняла и прошептала: — Я тебе помогу, только верь мне и не бойся, — повела Се Ляня к яме обливаясь слезами. — Это что? — спросил Се Лянь уставившись на механизм. — Мы тебя обвяжем толстой веревкой и спустим вниз всего на одну ночь, потом все сам поймешь, доверься мне. Се Лянь смотрел на нее изумленно, но послушно исполнил волю матери. — Я буду рядом, не бойся сынок, — успокаивала она его, а сама надеялась, что ничего не произойдет, но как она ошибалась… Когда луна достигла зенита, тело Се Ляня стало скручиваться и искажаться, кожа покрылась шерстью и зубы превратились в острые клыки, а глаза стали сиять неестественным красным цветом. Принц становился оборотнем и не мог себя контролировать. Это проклятие пожирало его душу и память, его сердце ожесточилось и разум стал меняться. Он рычал и выл по волчьи не своим голосом пытаясь выбраться из ямы царапая стены когтями на пальцах. Это все продолжалось до утра, пока луна не села за горизонт. Принц затих и лежал на земле совсем обнаженный и обессиленный с разметавшимися по нем длинными каштановыми волосами. Пришлось спускать в яму министра, он обвязал принца и его подняли вверх, прижимая своего сына министр поклялся, что найдет мага, который поможет Се Ляню. Се Лянь проспал до утра следующего дня, он прекрасно помнил в кого превратился и свою жажду крови. Так долго продолжаться не могло, со временем принц мог уже не вернуться в человеческий облик. Старший министр стал искать самых сильных магов и колдунов, кто мог бы помочь его Величеству.

***

Когда Хуа Чэну исполнилось восемнадцать, Юи позвала его в удивительное место. — Мой мальчик, я хочу тебе подарить все, что у меня есть и уйти в уединенный уголок на покой. Взяла его за руку, повела в пещеру, которая проходила сквозь гору. На другой стороне они увидели густой лес наполненный щебетом птиц и непуганым зверьем. Потихоньку спустившись с горы, они двинулись по тропинке через лес, проходя мимо небольшого озера с лотосами, там плавали лебеди и сновала рыба под водой. Но они все шли, шли и наткнулись на арку из деревьев в которую они направились продолжая идти. Впереди была дверь: — Притронься рукой к двери — сказала Юи подтолкнув Хуа Чэна вперед. Он приложил свою ладонь с красивыми и длинными пальцами, что-то загрохотало и дверь медленно открылась. Войдя в нее Хуа Чэн остановился в изумлении: — Что это? — Это Хрустальный лес — сказала Юи, — а в нем живут хрустальные бабочки — взяла за руку Хуа Чэна и повела по тропинке. — Не бойся, он очень крепкий. Все вокруг тихо звенело, порхали бабочки наполняя лес собой. Деревья были чудной формы с голубым переливом. Воздух наполнен манной и цветочным ароматом. Хуа Чэн осматривался и удивлялся, впереди показалось строение, это был очень красивый замок, он переливался всеми цветами радуги. — Вот ты и дома, пошли — и они поднялись по лестнице ведущей внутрь замка. Дверь открыли два призрака и поклонились. — Здесь ты будешь восстанавливаться и отдыхать. Внутри дворец был весь в красно-черных тонах с золотой росписью. Юи подвела его к шкафам, где лежали разные наряды, она достала красный. — Переодевайся — подала ему белое шелковое нательное белье и красную ханьфу. Затем подала черные сапожки с серебряными цепочками, одела на него подвеску с серебренной бабочкой. А это мой личный подарок и протянула ему серебренный пояс, и великолепные серебренные наручи: — Они управляют хрустальными бабочками. Юи любовалась правнуком: «Наряд краснее клена, исключительно прекрасное лицо Хуа Чэна, столь ослепительно, что невозможно долго смотреть в упор. Яркие, словно звезды глаза, правый сверкает красным, когда он злится, словно солнце вспыхивает и гаснет». Черные волосы, как крыло ворона ниспадали с плеч и гармонировали с красным цветом. Очень высокого роста и красивой фигурой с развитыми мышцами. — Какой ты красавец — сказала ему Юи. — Все это принадлежит тебе. А за Хрустальным лесом стоит «Призрачный город», он тоже принадлежит тебе. Моя внучка не захотела править в этом городе и сбежала с твоим отцом. — Ты настоящий наследник, наш род очень древний и ты последний, кто остался в нем. Прислуживать тебе будут всякая нечисть и призраки. Здесь по соседству проживает еще один колдун он враг, не связывайся с ним, ты еще слаб, но биться с ним придется, потом все сам поймешь. Любовь придет к тебе сама, за нее и будешь бороться. — Я люблю только Се Ляня — ответил он ей. Юи хмыкнула и тихо прошептала: — О чем я и говорю. — Посети свой город, а мне здесь больше делать нечего — простилась и ушла. Хуа Чэн увидел на столике оставленную Юи бутылочку, Ухмыльнулся и спрятал в шкафчик. После этого решил прогуляться и посмотреть на Призрачный город.

***

Во дворец потянулись колдуны и маги, но они были бессильны, проклятье было очень древним и нужно было искать кто таким владеет. Но вот до советника донесли, что есть такой маг живущий в хрустальном лесу и зовут его Сань Лан. Но где этот лес и как туда добраться никто не знает. Императрица снова поехала к своей бабушке, но опоздала, в доме давно никто не живет и только маленькая записка лежала на пыльном столе. «Проход в горе, через пещеру». — Куда они подевались? Где мне искать Хуа Чэна? — Ехала домой с тяжелыми мыслями опечаленная императрица и отдала записку принцу: — Собирайся в путь, если моя бабушка оставила эту записку, значит мы на верном пути. Обняла сына на прощанье и он отправился к горе. Се Лянь недолго искал пещеру, ее кто-то пометил нарисовав символ входа 进 и он направил туда коня. На другой стороне горы рос красивый и густой лес. Принц подъехал к озеру покрытым лотосами, решил здесь отдохнуть до утра. Времени до полнолуния оставалось мало и конь принца начинал нервничать.

***

Хуа Чэн подходил к городу, вокруг было сумрачно и на этом фоне город горел и сиял красным светом, было шумно, но когда он стал идти по мощенной дороге проложенной сквозь торговые лавки все замолкали и кланялись. — Наш новый хозяин — шептались они — какой молодой и красивый. К Хуа Чэну подошел мужчина в маске поклонившись: — Господин, я ваш личный слуга, мое имя Инь Юй. Хуа Чэн кивнул головой и продолжил свой путь все рассматривая и удивляясь. — Зачем мне все это одному? Теперь понимаю свою мать почему она сбежала, — хмыкнул он. К Хуа Чэну подлетела бабочка и села на плечо, она подала знак, что в лесу кто-то находится.