Золотой цветок

      Она с нежностью откусывала булочку, распространяя ароматный запах по всей яме грешников. Забавно, что вокруг лежала гора мёртвых трупов, принадлежащих не только духами, но именно сейчас у нее разыгрался аппетит. Да, странная эта вещь, но терпимая. Сань Лан стоял рядом, будто слушая тихие звуки, исходившие от неё. Интересно, а демоны видят в темноте? Она задумчиво застыла, в следующий момент услышав новые крики Кэ Мо и Се Ляня.        — Генерал Кэ Мо, вы кое в чём заблуждаетесь. Первоначальная цель нашего похода в пустыню — уничтожение советника Баньюэ, как мы можем быть её приспешниками?        Кэ Мо погрузился в молчание. Спустя какое-то время он снова заговорил:        — Если вы не её посланники, почему вы убили моих воинов?        – Может, потому что вы хотели скинуть нас в яму, чтобы дать сожрать друзьям? Одного уже скинули. От него и кусочка не осталось.        – Тебя я сбрасывать не собирался!        – А что ты собирался со мной сделать?        В неразборчивом и неуверенному шёпоте она услышала вещи, которые желала бы не слышать. Се Лянь, вероятно, ничего не понял. А она вдруг зашлась в приступе кашля, подавившись последним кусочком булочки.        Грязный извращенец!        Дзюй Лин услышала лёгкий звон доставаемого оружия, но тут же положила руку на ладонь Сань Лана.               – Сань Лан, время еще будет. Не сейчас.        Он покорно задвинул оружие, хоть Дзюй Лин и видела во всем этом действии крайнее нежелание. Внезапно Сань Лан с легкой ненавистью сказал:        – Тебе лучше ответить на вопросы, ради своих же воинов.       Кэ Мо возразил:       — Ты уже уничтожил их без остатка, подобные угрозы бесполезны!       Сань Лан ответил:       — Но трупы всё ещё целы.       Кэ Мо, кажется, приподнявшись с земли, настороженно спросил:       — Что ты хочешь сделать?       Сань Лан добавил:       — Сначала лучше спросить, что хочешь сделать ты, – наверняка он сощурил глаза, произнося: — Вы ведь крайне серьезно относитесь к погребальной церемонии. Согласно вашим поверьям, как выглядит труп человека во время смерти, таким он и станет в следующей жизни, верно? – раздался щелчок, и Лин почувствовала, как что-то поднялось вверх. – Ты желаешь для них благоденствия в следующей жизни или... Хочешь, чтобы они возродились в виде кровавой каши?        Легкая усмешка легла на его губы.       Кэ Мо вначале затих, но потом его настигло понимание.       — А-а-а-а! Остановись, не трогай тела! Каждый из них был отважным воином! Они просидели на дне этой яме сотни лет, но пришёл ты и уничтожил их, возможно, дав их Душам освободиться. Но я не могу позволить, чтобы те вновь подверглись унижениям.        Он поднялся с места, протер глаза, а затем спросил:        – Вы пришли, чтобы убить чародейку?        – Абсолютная правда, – ответил Се Лянь.        Возможно, сработало желание выступить против общего врага, а может, Кэ Мо просто испытывал отчаяние от падения в бездну, из которой не выбраться, и от того, что сидел прямо на горе тел своих воинов. Как бы там ни было, генерал временно перестал проявлять враждебность. Он начал говорить:       — Вы хотите знать, почему она открыла ворота и впустила армию Юнъань? Потому что она просто хотела отомстить нам. Она ненавидела государство Баньюэ!        <А вот это уже любопытно>        — Что значит — ненавидела государство Баньюэ? Но разве она сама не являлась выходцем из народа Баньюэ?       Кэ Мо, шумно выдохнув, ответил:       — Да. Но только наполовину. Она была полукровкой, и в её теле также текла кровь народа Юнъань! На самом деле она ненавидела Баньюэ.        Оказалось, что советница Баньюэ была рождена от союза женщины из государства Баньюэ и мужчины из государства Юнань. Живущие на границе народы двух государств ненавидели друг друга, и подобный союз представителей разных народов сохранить было весьма нелегко. Спустя несколько лет мужчина не выдержал подобной жизни, покинул приграничную местность и вернулся обратно в Юнъань.       В скором времени женщина умерла из-за сердечной тоски, оставив после себя семилетнюю дочь. Девочка росла беспризорницей. Иногда ей удавалось раздобыть еду, а иногда приходилось голодать. Люди смотрели на неё с таким же пренебрежением, с каким смотрели на её родителей.       Жители государства Баньюэ отличались высоким ростом и крепким телосложением, среди женщин и мужчин критерием красоты считалось здоровье и наполненность жизнью. Девочка же, будучи полукровкой, выглядела слишком худой, маленькой и слабой среди других детей народа Баньюэ, поэтому с самого детства часто подвергалась насмешкам и оскорблениям. Постепенно девочка становилась всё более угрюмой и странной. Дети государства Баньюэ не хотели с ней играть, лишь некоторые дети из Юнъань всё ещё общались с ней.       Когда девочке было около пятнадцати лет, на границе государств случилось столкновение двух армий. В сражении погибло множество людей, а девочка-полукровка исчезла. А когда вернулась, принесла из своего путешествия знание тёмного чародейского искусства. Также она умела управлять скорпионовыми змеями, что вселяло страх в людей. Она стала чародеем государства Баньюэ. Полюбили ее немногие и отзывались не лестно, однако это ничего не поменяло.        <Где же, интересно, Пей Су>        Дзюй Лин огляделась, попытавшись найти в темноте скрытое место, где можно было спрятаться. Но не было ничего. Не мог же приемник Пей Мина умереть так глупо? Она пропустила мимо ушей момент, когда чародейка Баньюэ смогла подружить с Кэ Мо.        До нее долетели следующие слова.        Чародейка спелась с вражеским полководцем и открыла ворота в Баньюэ, дав людям Юнъани попасть в государство на пике битвы. Если предположить, что тем полководцем был Пей Су, то, получается, у них очень хорошие отношения. Неужели они работали вместе, когда пытались привлечь людей? Нет.        – Так значит, вы схватили и повесили её над ямой грешников, а в посмертии ваши воины везде ищут советника, и когда удаётся схватить, снова вешают?        Как оказалось, да. Так еще именно она скидывала в яму воинов, установила магическое поле вокруг ямы, чтобы никто из воинов не смог выбраться. Получается, они с Пей Су теперь не заодно? Ведь если первая скидывала воинов, то второй пытался их покормить. Интересно.        – Мои воины, преданные ею, безвинно погибшие в битве, изнывают под тяжестью тяжелой энергии. И лишь живая кровь народа Юнъань может рассеять ненависть в их сердцах для перерождения!        – Эгоистично, – прошептала Дзюй Лин, глядя на Кэ Мо с презрением в глазах.        Он не имеет права убивать простых людей, чтобы помочь вознестись собственным воинам. Никакого благородства тут нет.        Он вызывал лишь презрение.        Се Лянь продолжал:       — И потому вы постоянно ловите людей, чтобы сбрасывать их в Яму и кормить своих воинов?       Кэ Мо ответил:       — Что ещё мне остается? Слушать, как они воют волками здесь, внизу?       — Людей для этих целей вы ловите сами, или…?       — Мы не можем выходить слишком далеко за пределы государства Баньюэ. На наше счастье, её змеи отличаются коварством и часто выползают из древнего города, чтобы покусать людей. А укушенные торговцы приходят сюда на поиски травы шаньюэ.       — Того человека, чьё лицо говорило из земли у дворца государя, вы закопали?       — Да. Он хотел украсть сокровища из дворца. Но все богатства нашего государства были подчистую вынесены людьми Юнъань двести лет назад.        В следующее мгновение Сань Лан наклонился и мягко прошептал Дзюй Лин на ухо, одаривая пылким дыханием:        – Цзецзе, он лжет.        – Я знаю.        Дзюй Лин потёрла ухо, почувствовав легкую щекотку от голоса Сань Лана.        Разве могла бы девушка, контролирующая змей, которых боятся воины, дать себя в обиду? Как же все всполошились, узнав о ее управлении змеями! Нет. Оставалась лишь заметка, что она по какой-то причине не могла или не хотела ими пользоваться. И, если она и впрямь не могла, то мог кто-то другой, кто насылал на людей змей. Как назло Дзюй Лин знала одного претендента, который идеально подходил на эту роль. Она сжала руку в кулак. В одно мгновение все стало ясно, как днём.        Дзюй Лин решила спросить:        – Генерал, вы, случаем, не знаете двух...        Она замолчала, когда почувствовала как до губ еле-еле дотронулось что-то прохладное. Это оказались пальцы Сань Лана, которые сразу же были убраны. Таким жестом он хотел, чтобы она замолчала.        – Ш-ш-ш.        Се Лянь, видно понял это по шипению, и тоже не сказал ни слова. Дзюй Лин подняла взгляд и заметила тёмный силуэт, который заглянул в яму, на самой ее вершине. Затем, не мешкая, прыгнул, и не было сомнений, что это и есть та самая советница Баньюэ.        – Кэ Мо, – громкий «плесь» раздался по всей яме. Девушка легко спустилась вниз, наступив в лужу крови. – Что случилось?        Спокойный тихий голос обдал Дзюй Лин воспоминаниями о маленьком беззащитном ребёнке.        – Что произошло?! Они все мертвы!        – Но почему?        – Может, потому что ты столкнула их сюда?!        Советница на секунду замолчала, а затем, постояв на месте, сообщила:        – Здесь еще два человека, – Сань Лана из-за отсутствия дыхания и биения сердца она, наверное, не распознала.        Лишь спустя время во тьме внезапно загорелся огонь, озаривший девушку в чёрных одеждах, которая держала на ладошке маленький пучок пламени.       На вид ей было не больше восемнадцати. Скромное дорожное платье чёрного цвета, такое же чёрное, как её глаза. На ее лице стояло грустное выражение, выражающее подобные эмоции и у других. На лбу и в уголках рта виднелась синева, хорошо заметная в свете пламени.        Дзюй Лин посмотрела на нее, а затем глянула в сторону Сань Лана. Он вновь был все тем же улыбчивым юношей, и посмотрел на нее в ответ. Он стал выше. Принцесса тихо выдохнула, про себя буркнув:        – Сань Лан стал еще выше.        Он ничего не ответил. Зато через мгновение раздался надрывный крик Кэ Мо, который увидел побоище собственных воинов и в ужасе схватился за голову. Приятного в этом было мало. Он упал на колени, зарычав как зверь.        – Мои... Мои воины! Ну что, ты довольна, да?!        Девушка даже не глянула на него. Лишь посмотрела в сторону Се Ляня и прошептала:        – Теперь мы свободны. Это вы убили их?        – Ну... Это всегда лишь недоразумение!        – Не-а, они сами!        Кэ Мо перебил их:       — Как вы можете лгать, не моргнув глазом?!        Се Лянь продолжал упорствовать:       — Но ведь в жизни недоразумения встречаются повсюду!        – Вот именно! – поддакнула Дзюй Лин. – И это одно из них.        Советница застыла, переводя взгляды с Се Ляня на Дзюй Лин, а затем выдохнула:        – В любом случае это не так важно. Кто вы? – эти слова были сказаны уже на родном и знакомом им языке.        Се Лянь ответил:       — Я — небожитель Верхних Небес, а это… мои друзья, – Дзюй Лин помахала ладонью, радостно улыбнувшись в знак приветствия.       Кэ Мо не понимал чужого языка, но по тону расслышал, что они не переругиваются, и потому настороженно спросил:       — О чём вы говорите?        – Сюда никогда не являлись небожители, – продолжила девушка. – Я думала, вы давно забыли об этих местах, – она подняла обречённый взгляд на тёмное нёбо. – Хотите выбраться отсюда?        – Да и желательно живыми!        – Хорошо, сейчас я сниму магическое поле.        Быстро передвигаясь по кровавым следам, она быстро оказалась у стены, хлопнув по той ладонью.        – Готово. Можете идти.        Она не выражала злых намерений. Лишь пустоту, неопределённость и грусть, от которой хотелось задуматься.        – Эй! Есть кто-нибудь внизу?! Если никого нет, я пошёл!        Распознать голос Фу Яо было легче легкого, особенно его пренебрежительный тон. Весь в Му Цина.        – Мы внизу, но ты можешь идти за Нань Фэнем! – прокричала ему Дзюй Лин, приложив руки ко рту. Рядом она слышала фырк Сань Лана.        – Вот еще! Ты там одна? Если да, то я и впрямь лучше пойду за этой бестолочью.        Принцесса немедля подняла голову и действительно увидела, как в Яму заглядывает фигура в чёрном.        – Фу Яо! Спускайся вниз! – крикнул Се Лянь.        Кажется Лин слышала сверху недовольный выдох. Впрочем, это и был характер младшего служащего, который пришёл к такому же выводу и решил увидеть всё сам. Лишь одно мгновение и яму озарил огромный сгусток пламени. Внутри стало светло, словно днём, и Дзюй Лин наконец смогла рассмотреть, где стояла.       Со всех сторон ее окружали сваленные в кучу трупы, превратившиеся в целые горные вершины, орошённые кровью. Тела множества воинов Баньюэ лежали друг на друге, нагромождённые как попало, смуглые лица и руки перемешивались со сверкающими доспехами и багровой кровью. Лишь то место, где стояла Дзюй Лин, оказалось единственным чистым клочком земли во всём пространстве Ямы Грешников. Се Лянь стоял рядом с ней, весь покрытый кровью. Белые монашеские одежды стали такими же красными, как рубаха Сань Лана.        Что ж, это было в самом деле удивительно. Держа на руках Дзюй Лин, одновременно он сразился с такой горой существ, одолел. Так еще и случилось все в это в считанные мгновения. Поистине удивительно. Сань Лан рядом стоял довольный проделанной работой, будто щенок, желавший получить похвалу. Принцесса приподняла бровь, посмотрев ему точно в глаза. В его собственных виднелась насмешка над всем существом вокруг.        Внезапно раздался глухой стук — это Фу Яо спрыгнул вниз.        – Ты решил бросить караван с людьми? – Лин усмехнулась. – Очень благородно.        – Вас не было шесть часов. Я начертил круг, сказал людям не покидать его. В чем проблема? – он резко замахал рукой перед лицом, стараясь унести неприятный запах крови.        Се Лянь сказал:       — Твой круг долго не продержался. Едва ты ушёл, они стали сомневаться, что мы бросили их на произвол судьбы. В итоге разбежались кто куда. Что нам теперь с ними делать?       — Ничего не поделаешь. А эти двое что здесь делают? Кто это такие?        – Где твои скорпионовы змеи?! Ну же?!        Он указал в сторону Кэ Мо, который был избит до беспомощного состояния, и советницы Баньюэ, что просто молча стояла, опустив голову. Се Лянь объяснил:       — Вот это — генерал государства Баньюэ, а это — советница государства Баньюэ, сейчас они…        Но в следующее мгновение Кэ Мо резко поднялся с земли, видно его силы успели восстановиться, и он с громким криком кинулся на советницу. Но не успел он ничего сделать, как в его голову прилетел большой камень, заставивший его повалиться на землю. Перед глазами наверняка летали звезды, но мужчина не потерял сознание. Дзюй Лин подкидывала в руке камешек, продолжая сосредоточенно наблюдать за Кэ Мо. Нет, разумеется советница была виновна в случившемся, но Лин просто не могла оставить сцену с избиением девушки прямо у нее на глазах.        – Что это?... – потирая кровавый затылок, спросил Кэ Мо. Он недовольно зыркал по сторонам. – Кто напал на меня со спины, а?! Вы все не имеете чести, раз делаете такие...        Дзюй Лин с усталостью выдохнула.        – Ты не можешь натравить на него змей? – спросила она, в то время как советница смотрела на принцессу с легким удивлением в глазах. Девушка покачала головой.        – Я больше не могу контролировать змей.        Это лишь сильнее укрепило догадку с Пей Су. Ох, надает же она по заду старшенькому, за то что не следит за детьми.        – Не можешь? Что за вздор? – раздались шаги Фу Яо. – Она явно лжет.        – Прости, Кэ Мо, я правда не ненавидела вас.        — Ты решила окончательно меня разозлить! – Кэ Мо поднялся с земли, разъярённый пуще прежнего. – Раз в тебе не было ненависти к нам, почему ты нас предала?! Ты, бесстыжая изменница, подлая, продажная дрянь!        – Мне кажется их стоит разнять, – добавил Фу Яо.        Когда Дзюй Лин собиралась бросить ещё один камешек, Се Лянь подбежал к Кэ Мо, стараясь предотвратить последующую драку.        – Генерал, мне кажется между вами осталось много недосказанного, не стоит так горячиться, – с легкой улыбкой он продолжил. – Может быть, вы скажете кем был тот человек из государства Юнъань, с которым...        Но случилось нечто иное. Советница схватила Се Ляня за рукав монашеского одеяния. В черных, как вороново крыло глазах, разливалась жаркая, почти обжигающая надежда. А она тихо прошептала:        – Генерал... Генерал Хуа.        – Бань Юэ?        Услышав подобный обмен репликами, все находящиеся на дне Ямы застыли от неожиданности. Фу Яо тут же выбежал вперёд, одним ударом отправил Кэ Мо в забытье и спросил:       — Вы знакомы?        Кажется в той пещере они видели могилу некого генерала, который был весьма неудачлив, силен в бою, но вечно мешал войнам обеих сторон. Описание идеально подходило под Се Ляня. Дзюй Лин не удивилась, даже когда узнала, что они с Бань Юэ были знакомы, ведь «Хуа Се» подкармливал малышку, помогая ей, когда родителей рядом не было. Когда она осталась одна.        Этим Се Лянь и Дзюй Лин были удивительно похожи.       Он рассматривал девушку с серьёзными глазами, стараясь увидеть в ней черты той самой малышки Бань Юэ, которую он кормил пайками в армии.        – Бань Юэ?        После этих слов глаза советника внезапно наполнились болью.       Она тихо произнесла:       — Простите меня, старший командир… Я всё испортила. Вы ведь... Помните меня?        – Разумеется, но что с тобой случилось?        — Командир? – удивился Фу Яо. – Генерал? Ты? Но как это возможно?! Значит, та могила…?       Се Лянь кивнул.       — Моя.       — Ты же сказал, что двести лет назад собирал здесь мусор?!       Се Лянь неловко почесал затылок.        — Ну… это долгая история, за пару слов не расскажешь. Вначале я именно этим и собирался заниматься.        Дзюй Лин протянула платок, и Се Лянь, взяв его, начал медленно вытирать грязное лицо Бань Юэ.        – Дай угадаю. Из-за постоянных набегов солдаты часто дезертировали из войска и в итоге схватили тебя.               – Да. Но мне было безразлично, кем трудиться, солдатом — так солдатом. Впоследствии я несколько раз участвовал в сражениях с разбойниками, и как-то вышло, что меня повысили до старшего командира. Ну а те, кто относился ко мне с уважением, называли меня генералом.       Фу Яо спросил ещё:       — Но почему она назвала тебя Генералом Хуа? Это ведь не твоя фамилия.       Се Лянь помахал рукой и объяснил:       — Не обращай на это внимания, тогда я просто назвался именем, которое пришло в голову. Кажется, меня звали Хуа Се.        Однажды Се Лянь накормил ее, потом девочка начала липнуть к нему из всех углов. Кроме самого Се Ляня ещё только один юноша, живущий в пограничной местности государства Юнъань, иногда заботился о Бань Юэ. Поэтому она целыми днями крутилась вокруг них двоих.        <Еще один юноша? Ох, Пей, если это окажешься ты...>        — Я полагал, что «Баньюэ» из титула «советника Баньюэ» указывает на государство, но не представлял, что имя советника действительно звучит Бань Юэ.       Фу Яо, скрестив руки на груди, спросил:       — Что было потом?       Се Лянь ответил:       — Потом… всё было почти так, как написано на той надгробной плите в пещере с могилой генерала.        – На той могиле написано, что тебя раздавали, и ты умер, – с серьёзным тоном в голосе добавила Дзюй Лин.        Ощущая, что скоро сотрёт лоб до красноты, принц ответил:       — А, это… Конечно, я не умер. Просто притворился мёртвым.        Дзюй Лин тихо выдохнула, продолжая слушать рассказ.        – Наверняка ты настолько надоел всем клиниваться в бой посредине, что навлек на себя гнев обеих сторон! Иначе с какой стати остальные набросились бы на тебя с оружием, едва заприметив? Кроме того, раз уж ты знал, насколько тебя все ненавидят, почему не избежал стычки со стольким количеством недоброжелателей? Зачем выбежал вперёд? Ты ведь наверняка мог спастись, если бы захотел.        – Но я и вправду не помню этого!...        Она помассировала точку между бровей, размышляя.        Почему Лин видела себя и свои ошибки почти что в каждом человеке? Она вновь посмотрела на Бань Юэ, и не могла не почувствовать легкую грусть.        – Все хорошо?       – Да, Сань Лан, лучше и быть не может.        — И всё же… возможно, мои воспоминания о тебе замерли тогда, двести лет назад, потому что мне всегда казалось, что ты никогда не стала бы замышлять месть или предавать кого-то, не таким ребёнком ты была… Не хочешь рассказать мне, что же всё-таки произошло? Почему ты открыла городские ворота?        – Это очень глупый и нетактичный вопрос, – вклинилась Дзюй Лин. Все взгляды были обращены к ней. – Почему люди могут внезапно перейти на другую сторону в самый разгар битвы? Подумай, а затем спрашивай.        Эта тема была больной для нее. Предательство.        – Все ещё сказали, она не выпускает змей и пытается сделать что-то хорошее. Какие еще вопросы?        – Не она выпускает? – Фу Яо сощурился. – Ты на самом деле поверила в эту чушь?        – Фу Яо, сделай одолжение, научись пользоваться головой. Подумай, почему имея такую устрашающую силу, ее в итоге повесили приспешники Кэ Мо? Может, потому что и сил в тот момент у нее не было. В таком случае это означает, что кто-то специально привлекает сюда людей, и это не Бань Юэ. Зачем ей это, когда она пыталась нам помочь?        – Ой, да она в последний момент...        – Фу Яо, в словах Лин-мей и вправду есть мысль.        Внезапно рядом раздался голос Сань Лана:       — У неё нет причин лгать.       — Так значит, ты сейчас совершенно не можешь управлять скорпионовыми змеями?       Бань Юэ, робко глянув на кончики носков, ответила:       — Могу, и чаще всего они слушаются, но иногда выходят из-под контроля. И я не знаю, почему.       Се Лянь продолжил:       — Не могла бы ты прямо сейчас призвать змей, чтобы мы убедились в этом?