raise your spirits [когда пробуждаются духи]

— Рыжик! — раздаётся визг Джереми, когда он врывается в теплицу через запасной вход, наполняя её своей энергией и заставляя Нила вздрогнуть от неожиданности. Нил улыбается и ловит его в объятия, стараясь не потревожить котят, уютно спящих в карманах его плаща. — Привет, Джер, как ты? — спрашивает Нил, когда наконец высвобождается из его крепких объятий. Он ощущает, как растения вокруг тянутся к тёплой энергии Джереми, и даже котята в плаще оживлённо приподнимают ушки. — Всё супер, как и всегда! Только что принял поставку новых энергетических кристаллов, да ещё и каталог новых экси-товаров пришёл — они усовершенствовали экипировку! Нил с улыбкой слушает нескончаемую болтовню друга, пока продолжает расставлять на столе пустые горшки, которые понадобятся им этим вечером. Он обожает работать в своей теплице, но хлопот тут всегда хватает, так что он рад, когда друзья приходят ему на помощь. — А где Жан? — спрашивает он, улучив момент. — О, он как раз возвращается с заказом из Колумбии! — Джереми поворачивается к Нилу с сияющей улыбкой, держа в руках котёнка из мяты, чьи зелёные побеги обвиваются вокруг его запястий. — К ужину будет. — Кев случайно не заглядывал к тебе сегодня? — спрашивает Нил невинно, как будто не заметив, как зелёный плащ Кевина мелькнул у входа в дом. — Кажется, я видел его, когда запирал лавку, но он пронёсся мимо так быстро, что я даже не успел закрыть дверь. Видимо, спешил куда-то, — пожимает плечами Джереми, а Нил ухмыляется. — Да ну? А как там у вас с ним всё складывается? — спрашивает он, радуясь тому, как Джереми тут же вспыхивает, его щёки розовеют, а руки крепче прижимают к себе мятного листомура. — Всё… потихоньку, но, думаю, у нас всё хорошо. Жан хочет взять Кевина с собой за товаром на следующей неделе и устроить ему сюрприз — свозить в Экситс! Пока Джереми говорит, Нил лишь качает головой, не понимая, как Кевин до сих пор может сомневаться в том, что эти двое без ума от него. — Уверен, он будет в восторге, — наконец произносит он, поднимая голову как раз в тот момент, когда дверь в теплицу распахивается, и на пороге эффектно появляется Ники. — Тук-тук! Главная звезда вечера уже здесь! — Чертовски верно! — заявляет Элисон, величественно проходя мимо него, увлекая за собой Рене. Нил ухмыляется, когда она смотрит на него сверху вниз, возвышаясь над ним на своих пятнадцатисантиметровых шпильках, а широкополая чёрная ведьмовская шляпа отбрасывает тень на её лицо, скрывая довольно сияющие глаза. — Привет, Рыжик, выглядишь потрясающе. Кто же сшил тебе этот роскошный плащ? — О, это тряпьё? — Нил широко улыбается, ловко крутанувшись вокруг своей оси, заставляя ткань взметнуться вокруг него. — Одна хорошая подруга сшила его специально для меня. Как тебе? Как и ожидалось, Элисон заливается звонким, почти игривым смехом, прежде чем заключить его в свои объятия. — Повезло, что я тебя люблю, мелкий, — шутливо ворчит она, взъерошивая его кудри. Среди каштановых прядей тут же расцветают яркие оранжевые бархатцы и солнечные жёлтые нарциссы. — Ты всегда так говоришь, — поддразнивает её Нил, кивая Рене. — Привет, Рене. — Он замечает четыре коробки с выпечкой у неё в руках и тянется забрать их, но она только покачивает головой. — Робин ещё не закончила — она старается довести ириски до совершенства. Если хочешь, можешь занести эти коробки на кухню. И заодно скажи Кевину, чтобы перестал прятаться, — добавляет он шёпотом. — Будет сделано, — улыбается Рене, а в её глазах Нил снова замечает уже знакомый ему лукавый огонёк. — Кстати, мы увидели пикап Мэтта на повороте, когда выезжали из района Лисичек, так что скоро они будут здесь. — Отлично, спасибо, — кивает Нил, наблюдая, как Рене тут же попадает в дружеские объятия Ники и Элисон, заливаясь смехом. — Время привести Рыжика в порядок! — торжественно объявляет Ники. — Да это даже не вечеринка, это… — пытается возразить Нил, но его уже тащат к выходу. — Не хочу слышать твои нелепые оправдания! Ты всегда должен выглядеть сногсшибательно! — заявляет Элисон. — Ах да, Сет передаёт тебе привет. Говорит, у него, наконец-то, появился постоялец. Нил тяжело вздыхает, но всё равно улыбается. Он прекрасно знает Сета — этот ведьмак, помешанный на специально выращенном спайсе, точно не передавал ему «привет». Ну да ладно, он просто упакует и передаст Элисон и Рене немного еды, чтобы они занесли её Сету по дороге домой. Гулкий звук мотора массивного синего пикапа Мэтта, подъезжающего по гравийной дороге к теплице, заставляет Нила невольно улыбнуться. Вот только встретить друзей он сможет только после того, как Элисон и Ники закончат «приводить его в порядок».

~

Эндрю приваливается плечом к стеклу теплицы Нила, не спеша докуривая самокрутку. Дым лениво поднимается вверх, закручиваясь тонкими завитками, пока он наблюдает за тем, как солнце медленно скрывается за горизонтом. Он всегда любил сумерки — этот удивительный момент, когда мир погружается во тьму, а солнце больше не согревает землю. Именно поэтому, когда он приехал с братом и его компанией, то молча занёс через запасную дверь два мешка с землёй, швырнул их на пол и вышел через основной выход. Это было минут двадцать назад. А он до сих пор не удосужился даже мельком взглянуть на того самого ведьмака, из-за которого, собственно, и приехал сюда после того, как дважды отказался от приглашения брата. Впрочем, это неважно. Нил не станет показывать своё истинное лицо перед теми, кого хочет обвести вокруг пальца. Кинг, дремавшая у него на плечах, зевает, медленно вытягивает лапки и лениво перебирается на его правое плечо, устраиваясь поудобнее. В этот момент дверь рядом с ним открывается, и в воздухе разливается запах влажной земли, а вместе с ним — приглушённый гул голосов. — Ты можешь войти, знаешь ли, — негромко говорит Рене. — Могу, значит, — отзывается он. Это не вопрос, не утверждение — скорее констатация факта. — Перестань быть таким нелюдимым, зайди и помоги нам, поговори наконец с остальными, — усмехается она. Но что-то в её голосе заставляет Эндрю напрячься. Он медленно поворачивается к ней и внимательно всматривается в её лицо: всё как всегда — белоснежные волосы с радужными кончиками, карие глаза… Но улыбка не та. Если это вообще Рене… Эндрю делает вид, что скучает, но уже в следующую секунду его тело совершает рывок — в руке появляется кинжал, направленный точно на неё. Однако лезвие встречает встречный удар, с глухим звоном скользя по чужому клинку. Эндрю сжимает зубы — нет, это не она. Рене не носит оружие. По крайней мере, не носила раньше. — А ты глазастый, — говорит «Рене». Вот только это не её голос. Эндрю моргает, и в тот же миг её образ искажается, мерцает, словно рябь на воде, а затем уменьшается, сжимается… а на его месте оказывается невысокий рыжий ведьмак из лавки Аарона. Всё с той же дерзкой ухмылкой на лице, всё с тем же клинком в руке. Злость вспыхивает внутри Эндрю, но не пробивает стену, выстроенную годами. Особенно учитывая то, что сейчас за ней тлеет любопытство к редкому магическому дару этого красивого, но, очевидно, лживого ублюдка. — А кто сказал, что я не знал, что ты попробуешь провернуть нечто подобное? — лениво бросает Эндрю. Но вместо раздражения Нил только шире усмехается. Затем отступает на шаг, и его клинок буквально растворяется в воздухе. — Вряд ли кто-то успел бы тебя предупредить. Да и мастера чар иллюзий — редкость, так что ты бы не догадался сразу, — пожимает он плечами, скрещивая руки на груди. Эндрю отмечает, что с их последней встречи у Нила теперь аккуратно выщипанные брови, лёгкий макияж, а в волосах — свежие, только что распустившиеся цветы. Обычно скрещённые на груди руки означают закрытость, но он выглядит до раздражения расслабленным и, что хуже всего, совершенно довольным. — Необычайно глупо было так сразу раскрыть свои козыри, — бросает Эндрю ровным тоном. Он по-прежнему не доверяет Нилу. Раздавив носком ботинка тлеющий окурок, он достаёт новую сигарету из серебряного портсигара, выигранного когда-то в покер. Нил мельком задерживает на нём взгляд, но, прежде чем успевает что-то сказать, Эндрю уже щёлкает пальцем, высвобождая крошечное пламя из кончика большого пальца, и прикуривает. — Я слишком долго притворялся кем-то, кем не являюсь, прежде чем стать собой, — вдруг говорит Нил. Он пожимает плечами, словно его собственные слова ничего для него не значат. — Сейчас я использую чары иллюзий, чтобы забрать поставки за пределами безопасных районов Пальметто… ну и, конечно, чтобы разыгрывать друзей, — добавляет он тем же небрежным тоном. Но может ли человек, который скрывает так много тайн, быть по-настоящему спокоен? — Не жди, что я что-то дам тебе взамен только потому, что ты сам решил поделиться чем-то сокровенным, — отвечает Эндрю, выдыхая кольцо дыма. Кинг встряхивается у него на плече, требуя внимания. Эндрю замирает, когда замечает, как Нил протягивает к ней руку и проводит пальцами по покрытым мхом косточкам скелета. В местах, где он её касается, начинают распускаться крошечные цветы. Какого чёрта? Эндрю ненавидит то, насколько прекрасно это зрелище. — Я вообще ничего от тебя не жду, — говорит Нил так же легко. — Кроме того, мне нечего скрывать. Чёрт бы побрал эту мягкую, едва заметную улыбку. Эндрю бы с удовольствием стёр её с его лица. Желательно поцелуем. Но целовать лжецов, какими бы привлекательными они ни были, — не лучшая идея. — А что насчёт того, кем ты был раньше? — спрашивает он. На одно короткое мгновение в глазах Нила вспыхивает сталь, но тут же гаснет. Интересно. — Его больше нет, — спокойно отвечает он. — Всё, что есть, — это я сейчас. — Ты меня бесишь, — бросает Эндрю, но, вместо ожидаемого раздражения, встречает только искрящийся весельем взгляд. — Ну что ж, сочувствую, но настроение ты мне этим не испортишь, — отвечает Нил, убирая руку от Кинг и делая шаг назад. — Пожалу… Эндрю чувствует, как внутри что-то неприятно сжимается, и перебивает его раньше, чем тот успевает договорить: — Мне не нравится это слово. Он не задумывается, почему реагирует так резко — это больше похоже на инстинкт, чем на осознанную реакцию. Но вместо привычного закатывания глаз или саркастичного «это просто слово» Нил вдруг замирает и внимательно на него смотрит. — Понял. Прошу прощения, — коротко кивает он. Эндрю этого не ожидает. Нил делает ещё один шаг назад и продолжает уже совершенно обычным тоном: — Все уже собрались в теплице. Мы должны успеть пересадить все растения в новую почву перед ужином. Если немного поможешь, сможешь забрать с собой одного из наших зелёных друзей. — В его глазах снова появляется этот хитрый блеск. — Только предупреждаю сразу: если оставить их без присмотра, они могут добавить тебе немного дополнительной головной боли. Что, чёрт возьми, это должно значить? — А что мне за это будет? — лениво спрашивает Эндрю, затягиваясь, проверяя, догадается ли Нил, какой смысл он вкладывает в этот вопрос. — Компания, домашняя еда на ужин и даже десерт, — ухмыляется Нил, поправляя плащ и разглаживая сапфирово-синюю тунику. — Или можешь остаться здесь один, решай сам. Эндрю смотрит на него с непроницаемым выражением лица, не выдавая того, что два из трёх перечисленных пунктов его, чёрт побери, заинтересовали. Но почему-то у него возникает ощущение, что Нил всё равно всё понял. В подтверждение своей догадки он просто выпускает дым прямо ему в лицо. Но Нил даже не моргает. Просто ухмыляется и разворачивается обратно в теплицу. Эндрю упрямо хочет остаться снаружи, выкурить ещё одну сигарету, посмотреть, как окончательно угаснет день. Но в итоге тихо выдыхает, тушит сигарету и нехотя идёт следом. Дверь приоткрыта. Провались пропадом этот Нил. Внутри теплицы светло — повсюду висят мерцающие светящиеся шары, парящие в воздухе. Вероятно, работа Джереми, у которого, как известно, талант к таким простым, но эффектным чарам. Все уже собрались вокруг длинного рабочего стола… Эндрю моргает, разглядывая пушистого зелёного кота, на спине которого растут васильки. Тот стоит на плечах Дэн и трётся о её лицо, пока она заливается смехом. Обычная немагичка, окружённая магией, но совершенно счастливая. Осмотревшись, Эндрю замечает, что среди цветов, деревьев, трав, фруктов и овощей (не говоря уже о бесчисленных ингредиентах для зелий) по теплице разгуливают десятки листомуров — самых разных форм, размеров и пород. Он скользит взглядом по полке у двери, соединённой с металлическим каркасом стеклянных стен. Приглядевшись, понимает, что аккуратно расставленные на ней яркие горшки — вовсе не простой элемент декора, а кроватки для спящих цветочных котов. Как он их вообще не заметил, старательно избегая зрительного контакта с окружающими? Кинг шевелится у него на плече, её костяные лапы больно впиваются в кожу, когда она вытягивается вперёд и встряхивает своими косточками перед ближайшим листомуром. Тот, густо заросший листвой, медленно моргает чёрными глазами и наклоняет голову, соприкасаясь носом с Кинг. Эндрю машинально тянется, чтобы погладить его, но его тут же отвлекает громкий смех. Резко обернувшись, он готов бросить раздражённый взгляд, но встречает лишь мягкую улыбку Рене. Смеются не над ним. Они смеются над тем, как Мэтт с лёгкостью подхватил Нила и закинул его себе на плечи. Лестница, по которой ведьмак только что поднимался к подвесным кашпо, теперь стоит забытая и ненужная. В волосах Нила распускаются новые цветы, его щёки розовеют, а он лишь продолжает смеяться, обхватив Мэтта за голову. Остальные тоже хихикают, наблюдая за этой сценой. — Если бы ты просто использовал метлу, ты бы… — Заткнись, Кевин, — вразнобой обрывают его несколько голосов. Зелёноглазый ведьмак хмурится, но Эндрю замечает, как Джереми тут же обнимает его за плечи и что-то шепчет на ухо. Кевин поначалу сопротивляется, но затем всё-таки расслабляется и даже позволяет себе слабую улыбку. — О-о, — синхронно протягивают Ники и Элисон, но у Ники это звучит умилённо, тогда как у Элисон скорее насмешливо. Кевин закатывает глаза, но тут же застывает, когда Джереми целует его в щёку. Раздаётся новый залп смеха. Все здесь улыбаются, шутят, общаются. Они просто… наслаждаются моментом. Эндрю наблюдает за ними с осторожностью. Ему интересно, как работает эта их… семья, но он не спешит становиться её частью. Они слишком легко взаимодействуют, слишком свободно чувствуют себя рядом друг с другом, двигаются, говорят — как один единый механизм. А он — потенциальный сбой в их идеально отлаженной системе. Дэн возится с волосами Аарона, тот раздражённо отмахивается, но при этом смеётся, ворча, что она испачкает их землёй. Мэтт принимает у Нила горшки с растениями, которые тот снимает с подвесных конструкций, и аккуратно расставляет их на столе. Эндрю отвлекается, когда со стороны дома в теплицу открывается дверь. На пороге стоит девушка с тёмными волосами, испачканными белой сахарной пудрой, и широкой улыбкой. — Робин! Да ты, наконец, явилась, птичка наша! — тянет Ники, но тут же театрально хватается за сердце, когда следом за ней в дверях появляется высокий, крепкий мужчина. — Я пришла не одна! — весело объявляет Робин. — Мистер Ваймак притащил целую бочку своего мёдового виски! Эндрю замечает, как Ваймак кривится, услышав официальное обращение, но он ничего не говорит. Странно. Тем более, зная его. Но затем Эндрю видит, как он тянет за собой Эбби. Надо же, они всё-таки поженились. — Это было в октябре, — раздаётся шёпот Рене слева. Эндрю вздрагивает — он даже не заметил, как она оказалась рядом. Она улыбается, ловя его взгляд. — Тебе бы всё равно не понравилось, — продолжает она. — В воздухе тогда витало слишком много счастья и радости. — Она дразнит его, но голос её звучит тепло и мягко. — Хотя, должна признать, Эбби была просто ослепительно прекрасной в платье, которое для неё сшила Эли. — Я бы пришёл ради торта, учитывая то, что его скорее всего испекла ты, — отвечает Эндрю лишённым эмоций голосом. Рене просто кивает в ответ. — Почему лжец пришёл ко мне, приняв твой облик? — спрашивает он без обиняков. Рене видит всех насквозь с того самого момента, как они входят в её жизнь. Эндрю, как и все, кто когда-либо был частью Лисьего квартала, знает, насколько она внимательна к деталям. — Я попросила его, — спокойно отвечает она. Эндрю переводит на неё вопросительный взгляд. — Ты зря ему не доверяешь, — продолжает Рене. — Я знаю, как для тебя важна честность. Ты можешь рассчитывать на неё с его стороны. — А что насчёт его прошлого? — он пробует нащупать слабое место рыжеволосого ведьмака. Рене наверняка видела что-то в воспоминаниях Нила. Но она лишь мягко улыбается. — Прошлое Нила — его личное дело. Как и твоё. Как и моё. — Ты своё не скрываешь, — парирует он. — Зато ты — да, — спокойно отвечает она. Чёрт бы её побрал. — Как сказал Аарон, если появится что-то, что может угрожать нам, Нил сам скажет. — И? — Эндрю прищуривается. Рене улыбается. — Он ни разу не нарушил это доверие. — Гори оно всё синим пламенем… — Так что хватит тут бездельничать и иди помогай. Чем быстрее закончим, тем скорее поедим. Эндрю хочет возразить, но Рене уже ускользает, оказываясь в объятиях Элисон и смеясь над чем-то, что та обсуждает с Эбби. Он тихо вздыхает и всё-таки идёт вперёд, игнорируя то, как подол его чёрного плаща цепляется за растения и пробегающих мимо листомуров. К его удивлению, его встречают тепло. Кузен пытается обнять его, но, поймав предупреждающий взгляд, ограничивается похлопыванием по спине. Брат улыбается. Остальные реагируют по-разному — кто-то с любопытством, кто-то с лёгкой настороженностью, но никто не отталкивает его. А Нил… Нил сидит на плечах Мэтта и улыбается — мягко, почти невинно, но в его до безобразия красивых голубых глазах сверкает скрытое торжество. Он… он словно сорняк, который проникает во все щели… Эндрю первым отводит взгляд, сосредотачиваясь на предстоящей работе. Нужно чем-то занять руки. А в сложившейся ситуации это неизбежно означает замарать их в грязи. Он отмахивается от розовых садовых перчаток, которые Джереми с ухмылкой протягивает ему, и вливается в общий рабочий ритм. Они работают как конвейер: кто-то вынимает растения из горшков, кто-то избавляется от старой земли, кто-то подготавливает новую почву, а кто-то пересаживает ростки. Нил стоит в конце цепочки, принимая каждое растение в свои руки. От его магии исходит запах грозового воздуха и влажного мха. Когда он касается корней, растения словно оживают — их листья чуть дрожат, а цветы раскрываются шире, вбирая свежую почву. Эндрю наблюдает за ним — за тем, как его выражение лица остаётся неизменно мягким, за тем, как он обращается с каждым растением, будто все они одинаково важны. Будто ни одно не заслуживает быть забытым. И ему вдруг становится любопытно: так же ли он обращается с жителями Лисьей Норы? Или этой привилегией обладают только его цветочные коты? Так проходит час. Снаружи уже полностью стемнело, и на секунду Эндрю задумывается, как эта теплица выглядела бы, если бы посмотреть на неё сверху, в мерцающем лунном свете. Он бы взял метлу и проверил. Если бы не… Он берёт влажную тряпку, которую ему протягивает брат, и тщательно вытирает руки, пока остальные толпятся у двух раковин. Кевин раздражённо бубнит, пытаясь заставить их перестать брызгать друг на друга грязной водой, но его, конечно же, никто не слушает. — Ну, не так уж и плохо, да? — ухмыляется Аарон. Эндрю замечает у него на плече крошечного, яркого листомура и на секунду задерживает на нём взгляд. Аарон это замечает. — А, это Пэталь. Он Нила, но когда я рядом, любит сидеть у меня, — поясняет он. Эндрю моргает. Аарон закатывает глаза. — Нил — ведьмак природы, если ты ещё не понял. Его магия буквально оживляет растения… превращая их в котов. Эндрю прищуривается. — Это разновидность некромантии, — спокойно замечает он, скользя взглядом к Нилу, который продолжает рассаживать котов по горшкам, пока остальные ведающие уже неспешно направляются в дом. Необычная форма некромантии. — Разве? — Аарон наклоняет голову. — Значит, он некромяунт, — гордо заявляет он и сам же смеётся над своей шуткой. — Лучше сосредоточься на зельях и целительстве, Аарон, шутить — это не твоё, — лениво бросает Эндрю, коротко усмехаясь, когда брат недовольно морщится. Но его взгляд снова возвращается к Нилу. Тот как раз подходит к ним, в то время как остальные продолжают болтать, смеяться и спорить. — Привет, — улыбается Нил Эндрю, затем легко обхватывает Аарона за плечи, мельком поглаживая Пэталь, который так и сидит у него на плече. Эндрю замечает, что его брат даже не напрягается. Не отстраняется. Не вздрагивает. А ведь когда-то он не позволял никому до себя дотрагиваться. Ровно как и сам Эндрю. Они оба выросли в домах, где любое прикосновение означало боль. Но Аарон больше не вздрагивает. Его взгляд скользит по теплице, находит Рене. Она как раз проходит мимо, направляясь к выходу. И её улыбка… Ему не нравится эта улыбка. Эндрю прищуривается, прежде чем снова перевести взгляд на брата и Нила, пытаясь уловить суть их разговора. — …так что она должна больше питать. Я отмечу, в какой партии использовалась эта земля, когда буду собирать для тебя ингредиенты, а ты потом скажешь, какие будут результаты, ладно? Нил улыбается, когда Аарон кивает в ответ. Эндрю чувствует, как в груди разливается тепло… и ненавидит это. — Тебе стоит показать Дрю своих котят, — неожиданно предлагает Аарон, снова поглаживая Пэталь. Глаза Нила тут же загораются, и он с энтузиазмом кивает. — Отличная идея, — отпустив Аарона, он жестом приглашает Эндрю следовать за ним. — Пошли, встретимся с остальными в доме попозже. Что? Нет. Эндрю в упор смотрит на брата, но тот лишь ухмыляется, разворачивается и спокойно уходит. И почему-то ему не нравится то, что Аарон ушёл. Он смотрит ему вслед, пока тот не скрывается за дверью. Теперь он один. Один в теплице с Нилом… и кучей листомуров. Он переводит взгляд на Нила. Тот чуть приподнимает бровь, в глазах нет ни намёка на маску, которую можно было бы сорвать. Чёрт с ним. Эндрю нехотя идёт за ним в дальнюю часть теплицы, где стоят крошечные, только пересаженные цветочные котята. Некоторые ещё только ростки, другие — размером с обычного котёнка, но ни один из них не достигает размера взрослой кошки. — Это мой последний выводок, — с гордостью говорит Нил. — Я люблю их всех, и, как я уже говорил, им постоянно нужно внимание. Если оставить их без присмотра — начнётся хаос. Эндрю прослеживает за его взглядом и замечает мусорный бак, заполненный разбитыми горшками и осколками стекла. Ну, логично. Когда он ничего не отвечает, Нил слегка наклоняет голову, но Эндрю это игнорирует, протягивая руку к крошечному котёнку, который потягивается в горшке, разминаясь и зарывая лапки в землю. — Ты ведьмак природы, а ещё являешься мастером чар иллюзий, — лениво замечает Эндрю, больше для себя, чем для него. Краем глаза он следит за реакцией Нила, но тот только улыбается и кивает. — Ты оживляешь растения, превращая их в котов. — Очередной кивок, такой же спокойный, без тени сомнения. — Как ты это делаешь? Чёрт бы побрал эту его улыбку. Что же ты скрываешь? Эндрю хочется стереть это выражение с его лица. Желательно чем-то тяжёлым. — Ты же некромант, — спокойно замечает Нил, как будто Эндрю сам этого не знал. Он просто смотрит на него. — Каков процесс возвращения чего-то к жизни? — уточняет Нил, кивая в сторону Кинг. Хорошо, значит, он не совсем идиот. Хотя Эндрю этого вслух, конечно, не скажет. — Я использую магию, чтобы убедить душу вернуться в тело и таким образом оживить мёртвого. Это считается очень тёмной и табуированной формой магии. — Как и ожидалось, Нил даже не моргает. — Я могу привязать душу к скелету, — добавляет он, снова кивая на Кинг. — Это ещё менее приемлемая форма некромантии, потому что восставшее из мёртвых существо никогда не будет по-настоящему живым. Нил лишь пожимает плечами, по-прежнему улыбаясь. — Красота в глазах смотрящего. — Эндрю действительно его ненавидит. — По-моему, Кинг прекрасна. Да, она скелет, но ведь это всё ещё та же кошка, что была при жизни. И чтобы доказать свою точку зрения, Нил наклоняется и гладит Кинг. Там, где проходят его пальцы, распускаются крошечные цветы. Эндрю очень-очень сильно его ненавидит. — Ладно, одуванчик, что насчёт тебя? — Одуванчик? — Нил слегка склоняет голову набок. Честно говоря, Эндрю и сам не знает, откуда взялось это прозвище. Но оно… чёртовски ему подходит. Он негодует от того, насколько сложно не реагировать на его дурацкий смех. А когда тот стихает, конечно же, в волосах Нила расцветает яркий оранжевый цветок. — А что насчёт меня? — с улыбкой переспрашивает Нил. — Ты превращаешь растения в котов. Эндрю ждёт. Никакой реакции. — Да, — спокойно подтверждает Нил. Эндрю ожидает, что он добавит хоть что-то ещё. — Это, если честно, не так уж сложно… — Ребята! — дверь в теплицу резко распахивается, и на пороге появляется сияющий Джереми. — Жан приехал! Мы уже накрываем на стол, так что поторопитесь! Эндрю зло смотрит ему вслед, но ведьмак уже исчезает за дверью, а Нил тем временем переводит взгляд на стол, собираясь что-то сказать. В этот момент Эндрю опускает руку и… — Блять! Он резко втягивает воздух сквозь стиснутые зубы, почти заглушая возмущённое шипение Кинг. Эндрю опускает взгляд и видит, что в его руку вцепился крошечный кактус-кот, вонзивший в кожу ведьмака свои иголки. — Это твой?! — рычит он, вскидывая голову. Нил, прикрыв рот рукой, трясётся от едва сдерживаемого смеха, а в его глазах пляшут искорки веселья. — Убери от меня своего грёбаного кота! Но вместо этого Нил только заливается смехом и отклоняется назад, поднимая руки в притворно-невинном жесте. В его волосах распускается ещё больше оранжевых цветов. — Ни за что! Теперь он твой! — ухмыляется он. — Я же говорил, что тебе предстоит выбрать себе нового друга, но, похоже, он выбрал тебя сам. Это один из моих котусов. Их трудно оживить, но они невероятно живучие. Эндрю смотрит на него, как на сумасшедшего. — Одуванчик, если ты сейчас же… — Ну же, — мурлычет Нил, мягко касаясь розового цветка, распустившегося у котуса на макушке. Иголки тут же становятся короче, аккуратно выходя из ладони Эндрю. Он хмурится, испепеляя взглядом кота, который теперь спокойно сидит на его ладони и смотрит на него снизу вверх абсолютно невинными розовыми глазами. — Он тебя любит, — комментирует Нил. — Он только что всадил в меня свои иголки, — парирует Эндрю, глядя на то, как на его коже проступают крошечные капли крови. — Что-то мне подсказывает, что ты тоже не раз втыкал в людей колющие-режущие предметы, — невозмутимо замечает Нил, и эта его ухмылка страшно бесит. Эндрю прищуривается. — Пошли, бери своего нового друга. Уверен, Аарон сможет разобраться с твоей рукой, — Нил поднимает пустой горшок, в котором раньше сидел котус, и протягивает его Эндрю. — Ему нужно где-то спать. Когда он не на тебе, конечно. Эндрю… Он просто берёт горшок. И абсолютно, блять, точно не чувствует, как сердце предательски сбивается с ритма, когда Нил мягко улыбается, а потом разворачивается и направляется в дом. Кинг, удовлетворённо встряхнув костями, снова запрыгивает ему на плечи. И прежде чем он осознаёт, что делает, Эндрю уже идёт следом за этим чертовски странным, красивым и сбивающим его с толку ведьмаком.