Махнёмся?

      — Костя! Ты так долго, блин! Я очень хочу в туалет…       Не такие слова я ожидал услышать, когда Тёма открывал мне входную дверь.       — А я-то тут при чём? — я удивлённо уставился на переминающегося с ноги на ногу Тёму.       — Там какая-то херовина жуткая, убери, убей, что угодно, пожалуйста! Я щас описаюсь! — Тёма уже чуть ли не хныкал, тыча пальцем в сторону двери санузла, другой рукой дёргая меня за рукав. Он выглядел таким несчастным, что я даже разуваться не стал, сразу пройдя по коридору. Я заглянул в санузел и осмотрелся, Тёма тоже опасливо глянул через моё плечо, — Вон сидит, у бачка́!       Я увидел действительно здоровенную рыжую многоножку на стене, меня аж передёрнуло. Обычно такие в частных домах скачут, что она тут забыла? Я быстро отмотал туалетной бумаги, не переставая следить за мухоловкой взглядом, потом собрался с духом и резко схватил её, тут же открывая крышку унитаза и бросая её туда вместе с бумагой. Только после того, как я нажал кнопку смыва, Тёма выпихнул меня в коридор и захлопнул дверь перед моим носом.       — А как же «спасибо, мой рыцарь, ты спас меня от чудовища»? — я хмыкнул, отошёл к входной двери и стянул кроссы, слушая как он там журчит.       — О-ох… Ммм…       А это не извращение, что у меня от его стонов привстал? Ну, я не виноват, что он это делает так сексуально и с таким удовольствием. Представим, что я не подслушивал. Я прошёл на кухню и стал изучать полки холодильника.       — Спасибо, — скоро Тёма вышел, на его лице было такое облегчение, что я еле сдержался, чтобы не ляпнуть какую-нибудь фигню, — И за то, что не смеялся, тоже.       — Над чем я должен был смеяться? — я достал из пачки ломтик сыра и устроил сверху на колбасу, уже лежащую на хлебе.       — Ну, над тем, что я пауков боюсь, и других насекомых тоже, почти всех, — Тёма присел за стол и стал наблюдать за мной. Я решил не говорить ему, что пауки это не насекомые, толку ему от этого.       — Фобии это не смешно, — я пожал плечами и правда не понимая, почему я должен был над ним смеяться из-за этого. Запихнув тарелку с бутерами в микроволновку, я сел напротив Тёмы, он посмотрел на меня такими счастливыми глазами, что я даже немного засмущался.       — А куда ты ходил-то? Что за сюрприз? — Тёма изучающе осмотрел меня, словно что-то в моей внешности могло подсказать ему ответ.       — Ну какой это будет сюрприз, если я тебе сейчас расскажу? Узнаешь, надеюсь, что скоро, — я заговорщически подмигнул ему, он слегка разочарованно вздохнул, но улыбнулся мне.       После перекуса, я потянул Тёму за руку в спальню и сразу усадил на постель, плюхнувшись рядом.       — Весь день мечтал тебя поцеловать, — я подсел ближе и переплёл наши пальцы.       — Я тебя тоже, — он широко улыбнулся, разглядывая наши сцепленные руки, потом посмотрел мне в глаза.       — Так чего ты ждёшь — целу-уй меня-я, — я пропел довольно фальшиво, заставляя Тёму фыркнуть от смеха, его глаза блеснули, прежде чем он резко наклонился ко мне и прижался к моим губам, я едва успел зажмуриться.       Наши ощущения перемешались даже быстрее, чем в прошлый раз. Я протянул руку, уже не зная, кому она принадлежит, и прижал к промежности того, кто сидел рядом, тут же чувствуя, что всё стало наоборот, и руку прижимали уже к моей промежности. Мне пришлось проделать то же самое уже в другом теле, и опять я оказался там же. Вчера мы так хорошо засинхронились, делая всё одновременно, словно одно существо, но сегодня что-то не получалось. Может потому что мы хотели разного? У меня страшно закружилась голова, я разорвал поцелуй, с тянущим ощущением возвращаясь в тело Тёмы, и ткнулся лбом в плечо своего тела.       — Я запутался, — выдохнув, я потянул Тёму за собой, ложась на постель, он прижался ко мне и обнял.       — Да, это всё-таки очень странно… — Тёма запустил пальцы в кудряшки на моей голове, — Почему мы не сделаем как в прошлый раз? Вроде вчера получилось всё очень даже круто.       — Я хотел попробовать кое-что другое, — я забрался ладонью под его футболку, после скользнул пальцами под резинку штанов. Тёма дёрнулся, отодвигаясь к стене, и вытаращился на меня, я сразу убрал руку       — Это твоё тело, забыл? — на его лице было какое-то не совсем мне понятное выражение. Я бы не сказал, что он был недоволен или зол, скорее обескуражен, — Это не то же самое, когда мы смешаны, или когда сами прикасаемся.       — Мне уже всё равно, я просто хочу сделать тебе приятно, — я снова медленно протянул к нему руку и едва прикоснулся к ткани футболки, наблюдая за его реакцией. Если мне даже член свой потрогать не дают, то мы так точно никогда не дойдём до возвращения в свои тела, — Можно?       Тёма кивнул, пряча лицо в ладонях. Я уже смелее запустил руку ему в штаны и слегка погладил сквозь бельё, потом, отбросив уже все лишние мысли, потянул штаны за резинку вниз, поглядывая на Тёму, но у него только лицо под ладонями покраснело, а так он вроде был не против моих действий. Он даже приподнялся, помогая раздеть его, я скинул его штаны на пол, так же стянул его трусы, бросив их туда же. Когда я стал тоже раздеваться, Тёма, наконец, глянул на меня сквозь пальцы.       — Что ты будешь делать? — он совсем убрал руки от лица, зато прикрылся ими снизу, недоверчиво смотря на меня.       — Ничего засовывать я в тебя не буду, не беспокойся, ну и в себя тоже. Согни ногу, — я сел рядом и погладил его по колену, он сделал, как я попросил, всё ещё с сомнением меня осматривая. Я забрался на постель с ногами, одну положил сверху на его, ту, которая лежала, другую просунул под его колено, придвигаясь максимально близко, так, что наши промежности и мошонки прижались друг к другу.       — Это капец как смущает… — Тёма снова прикрыл глаза ладонью, другой рукой скомкав покрывало.       — Но это приятно? — я задрал ему футболку и погладил по животу, неспешно спускаясь рукой ниже.       — Ну, вообще да, — он скромно улыбнулся, приподняв ладонь и глянув на меня.       Я тоже ему улыбнулся, перемещая руку с живота сразу на его член. Тёма уже не прятал взгляд, во все глаза наблюдая за моими действиями. Я потянул его член наверх и прижал к своему, или свой к его, уже без разницы, потом потёр спрятанные в коже головки одну об другую. Бёдра Тёмы напряглись, из него вырвался тихий вздох. Это правда было приятно и волнующе, и стало ещё приятнее, когда я сдвинул крайнюю плоть и прижал друг к другу уже обнажённые головки. Размазав предэякулят, я ещё поплевал на ладонь, после начав неспешно надрачивать, обхватив оба члена. Прикрыв глаза, я смог полностью отдаться ощущениям. Чувствовать тепло чужого подрагивающего тела рядом, соприкасаться обнажённой кожей, слышать, как он сладко вздыхает… И было так приятно ощущать его напряжённую плоть и пальцами, и членом. Мне страшно захотелось поцеловать Тёму, но и прерываться хоть на мгновение не было никакого желания. Я начал слегка двигать тазом, продолжая надрачивать, всё внутри разливалось жаром, меня немного тянуло из тела, почти как при поцелуе, но я чётко осознавал себя только в одном.       — Кос… Костя-я… — Тёма жалобно простонал, мелко подрагивая, мне на руку влажно плеснуло из его пульсирующего члена. Я размазал сперму по головкам, стало так скользко и гладко, мне хватило ещё нескольких быстрых движений, чтобы тоже кончить с отрывистыми стонами. Я лёг на спину, купаясь в затухающем блаженстве и поглаживая ногу Тёмы, которая лежала на моей.       — Офигенно, — я выдохнул довольно, чувствуя, что Тёма тоже положил ладонь на мою ногу и сжал.       — Да-а, — в его голосе слышалась улыбка, — Здо́рово.       Я заставил себя сесть, потянулся к тумбочке, достал упаковку влажных салфеток и тщательно вытер сначала свои руки, потом живот Тёме, куда попало немного спермы, и напоследок обтёр наши не до конца обмякшие члены, стараясь не сильно тереть ещё слишком чувствительные места. Тёма снова внимательно следил за тем, что я делаю. Когда я встретился с ним взглядом, он опять смотрел на меня своими счастливыми щенячьими глазами. Ну, как бы моими, но я за ними видел именно его самого. Я лёг рядом и притянул его для поцелуя, он с готовностью прижался ко мне губами, сходу перехватывая инициативу, целуя напористо и горячо. Мы поймали общую волну, перемешавшись в наших телах, и просто целовались, сжимая и поглаживая тела друг друга. Вот по этому я точно буду скучать, когда мы обменяемся обратно.