Порох на крыльях

             — Нет, я не любитель такого, извини. Мне нужны беруши, — кобыла подумала. — Слушай, а ты даешь в долг? — вдруг спросила Мищ.       — Ох, ну вообще-то нет. Я, конечно, понимаю, что мы бизнеспартнеры, и мне жаль, что вы, возможно, в трудном положении. Мое отношение такое: если ты кому-то даешь в долг, значит, ты эту сумму, фактически, даришь. У вас успешный бизнес, не понимаю, зачем вам еще занимать, если можно заработать? — искренне недоумевал пони, но положил на стол футлярчик, в котором, судя по рисунку, были беруши.       — Ну, а что если я возьму не просто так? Давай я напишу тебе долговую расписку на что-то ценное. Ты же знаком с векселями? Вот будет у тебя документ, что если долг не будет уплачен в срок, то, скажем… что-то от моей собственности станет твоим, — Рич скосил взгляд влево, раздумывая над предложением.       — Хорошо, в теории, предположим, я соглашусь. Но что за проблема такая, требующая такой спешки? — пони добродушно улыбнулся в надежде вразумить кобылу. — Какой смысл идти в мэрию и создавать вексель? Сколько вам нужно? Две сотни битсов? Пять сотен? Госпожа Муншайн, возможно, вам стоит посетить банк? Кантерлотские банкиры выдадут вам нужную сумму, под некоторый процент само собой.       — Десять тысяч, — спокойно сказала Мищ, выложив двадцать битсов за беруши. Пони же как-то утих после этой новости, переваривая услышанное.       — Извините, тогда это точно в банк. Хех, вы хотите открыть новую кузницу?       — Ох, ну что ты нудишь-то! — возмутилась кобыла. — В Кантерлот за займами я ездить не буду, не спрашивай почему. Мне нужно тут, чтобы кто-то хорошо знакомый был, — Мищ постаралась выровнять тон, поняв, что немного перегнула. — Вообще, подумай над идеей. В городе нет банка. Банкиры, между прочим, всегда и везде зарабатывают, буквально на том, что сидят, как драконы, на кучах золота. Да и вообще, у тебя на заднице буквально три мешка с... эм… золотыми битсами! Считай, это твоя судьба. Приумножай и вкладывай.       Пони потупил взгляд, идея была неплохой, на самом деле неплохой. Но десять тысяч. ДЕСЯТЬ ТЫСЯЧ. Это огромные деньги. Ну, на самом деле у него были такие деньги. У его семьи с деньгами вообще не было никаких проблем. И все же пони был не дурак и битсами не разбрасывался.       — Уф… Вообще, про задницу было грубо, — Мищ кашлянула, поняв, что перегнула. — Хорошо, хорошо. Давай тогда… — Филси скосил взгляд в задумчивости. — Пять тысяч — больше не дам. Долговая бумага на ваш бизнес. Она как раз столько и стоит. Так что я буду спокоен за свои вложения, а ты получишь деньги.       — Извини за задницу, у меня говор такой, резкий, ты же знаешь… Но со всеми вложениями наша кузня стоит около пятнадцати тысяч, так что я еще скидку сделала.       — Да ладно, ничего страшного, я и забыл, пони обычно довольно вежливые. Насчет суммы. Пять тысяч, увы, я больше не смогу дать. Сама понимаешь, большая сумма, — ответил пони.       — Да, я резковата, признаю, все никак не могу себя побороть. Хорошо, но с условием — сестре ни слова, раз уж так и без процента. Хочу оставить эту сделку в секрете.       — Хм, ну, насчет сохранить в тайне, это не проблема. Раз без процента, жду тогда скидку на партию подков в этом месяце, думаю, это будет честно, — Рич продолжал улыбаться, держа мягкий деловой тон.       — Хах, бизнеспони своего не успустит. Ладно, сойдет. Знаешь, а давай сюда это варенье, попробую хоть, что за штука такая, — пони, улыбнувшись, достал из шкафа две банки радужного варенья и поставил перед кобылой, получив деньги, убрал заработанное в кассу. Мищ убрала банки в сумки на спине, прикрытой накидкой. — Тогда можно попросить сделать это прямо сейчас?       — Само собой, хотя я провожу подобное впервые, думаю, в мэрии знают порядок оформления. Говоря о варенье, уверяю, это нечто особенное, сделанное по секретному рецепту семьи Эпплов, — заверил Филси, собирая свой кейс с бумагами. В этот день в мэрии была заключена сделка и была создана ценная бумага, ну и, само собой, одна кобыла получила довольно солидную сумму в долг.

***

      Эпплджек подошла к довольно оживленному домику. В прямом смысле оживленному. Коттедж, который тут стоял в стороне, был, мало того, наполовину зеленый от листвы, так еще снующие туда-сюда зверьки суетились вокруг и бегали по своим делам.       Хозяйку пони не нашла — видимо, она была в доме, но как только фермерша подошла к строению, дверь тихо захлопнулась и вся суета вокруг как-то резко стихла. Эйджей новую лесничую лично не знала и об ее особенности только догадывалась, так что действовала аккуратно.       Мягко постучав в дверь, рыжая пони спросила:       — Есть кто дома? — в ответ последовала краткая тишина. Потом фермерша постучала еще раз. — Я эт, знаю, что вы там, мне нужно только поговорить.       В ответ опять же тишина, хотя после краткой паузы робкий голос глухо ответил:       — Дома никого нет, зайдите позже, — Эпплджек кхекнула.       — Не, ну эт не серьезно. А кто тогда отвечает? — повисла пауза.       — Пониответчик, никого дома нет, — ответил все тот же тихий голосок. ЭпплДжек подняла копыто, чтобы возразить, и, глупо открыв рот, что-то пытаясь ответить, лишь шевелила челюстью.       — О как… Хмм, лады, можно передать пони, которая тут живет, что я нашла чудное перо и не знаю, кому оно принадлежит. Вот, — дверь тихо приоткрылась и оттуда высунулся желтоватый носик и часть розовой гривы.       — Ох, какой еще птицы? — тихо и робко спросил нос, стараясь, словно рак-отшельник, быть наготове, чтобы спрятаться дома при любом намеке на опасность.       — Не знаю, вот хотела спросить, большое перышко, кстати, — Эйджей ухмыльнулась: любопытство — страшная штука, и главное, куда сильнее застенчивости и даже страха. Дверь медленно открылась, а точнее верхняя створка, явив на свет желтую пони с розовой гривой и голубыми глазами.       — Ого и правда большое, синеватое. М… То есть отливает синим на свету... — пони все еще бегала глазами по гостье и перу.       — Так… Эт, вы знаете, что за зверек его обронил? — как можно мягче спросила фермерша.       — Ну… Эм… — Флаттершай замялась. — Я… не знаю. Оно… — увидев, как пони вытягивает к перу голову, стараясь рассмотреть, Эйджей положила перо на дверь. Хозяйка домика взяла его копытом и начала осматривать. — Оно определенно не принадлежит животному. Слишком уж оно ухоженное и негрязное, — она поднесла его к носику и втянула воздух — пахло пони. — С большой долей вероятности я могу сказать, что это перо пегаса, но… — Флаттершай приложила его к своему крылу. — Оно… эм… больше? Вот… Я почти уверена, что это перо пегаса. Но я никогда не видела таких больших крыльев… М… Ну… То есть. Видела. Принцесса Селестия обладает такими величественными и большими крыльями… Но это перо синеватое. Ох, я не знаю. Может, кто-то с помощью волшебства научился выращивать такие крылья? — ЭпплДжек задумалась и нахмурилась. Пегас, заметив это, решила оставить этот вопрос без ответа. Хмурые пони ее пугали.       — Спасибо, — сказала ЭпплДжек. — Если шо, с меня корзина яблок. Так что до встречи! — она мягко забрала перо и аккуратно сложила его в сумку.       — М… Ладно, спасибо… Пока... — полушепотом сказала Флаттершай, облегченно выдохнув, понимая, что визит подошел к концу и она могла продолжать радовать своих питомцев своим вниманием и наслаждаться уединением.       Для рыжей пони, однако, визит дал пару пазлов, которые постепенно начали складываться в плюс-минус полноценную картину. И эта картина Эйджей не нравилась.       Кобылка твердо решила, пока есть возможность, осмотреть дом еще раз. Правда, уже не сегодня. Ремонт отнимает несколько часов времени, а работа на ферме все равно должна быть сделана, поэтому она рысцой поскакала к дому.       На следующий день она принесла новые кисточки и клейстер, который, кстати, сделала сама по рецепту бабули Смит. Пока единорожка корпела над выбором обоев — кобылка вечно металась между двумя вариантами, ведь оба варианта были одинаково хороши, — Эйджей осматривала дом, наконец-то набредя на неприметную дверь прямо за углом лестницы на второй этаж.       — Эй, — крикнула она Рэрити. — А эт чойт? Чулан? — кобылка толкнула копытом дверь. Та поддалась, тихо открывшись, обличая темноту и лестницу куда-то вниз. Единорожка подошла спустя мгновение,       — Что случилось, милая? — мягко спросила единорожка, но, увидя открытую дверь, покачала головой. — Ну… Это подвал, видимо, — из темноты повеяло холодным сквозняком, от чего модельер вздрогнула. — Выглядит пугающе темным.       — Пф… — ответила Эйджей, обведя глазами. — У нас такой же подвал есть, мы там храним некоторый запас еды, так что ничего пугающего тут нет. Хотя… — она выразительно посмотрела на единорожку, — свет бы тут не помешал? Спустимся?       — Ну, эм… Я бы не хотела… А вдруг там пауки и паутина, бр-р-р… — единорожка вздрогнула еще раз, потеряв всякое желание спускаться в прохладную темноту.       — Хм… Ну, может и нет? Ох, сахарок, ты эт, если не хош, то я сама туда спущусь, дай-ка только фонарь или подсвечник… ну или фонарик…       — О, значит, ты такая смелая пони? Ну уж нет, я с тобой, — единорожка зажгла огонек на кончике рога, гордо хмыкнув, начала спускаться, развеивая тьму магическим светом. Эйджей, довольно ухмульнувшись, пошла следом.       Подвал был не так уж и глубок, лестница была сделана добротно, с широкими ступенями. Однако паутины избежать все же не удалось, однако она никак не угрожала ухоженной пони и мирно колыхалась под потолком.       — Уф… Хуже пауков только… не знаю, их паутина! Фу! — сказала Рэрити, ступая на выложенный брусчаткой пол       — Ох уж эти нежные особы, — хихикнув, сказала рыжая пони, смахнув с угла работу незадачливого паука.       — Ну, знаете ли! Леди не предстало бродить по холодным подземельям и собирать на своей гриве пыль и грязь. Это удел смелых и доблестных рыцарей и принцев, которые готовы превозмогать испытания и сражаться с чудовищами ради спасения своей особенной пони, — рыжая лишь прыснула в копыто.       — Мне кажется, ты начиталась книжек. Подвалы, пауки и паутина — это обычное дело для рабочих пони. Удобно хранить тут всякие штуки, — поровнявшись с единорожкой и пообвыкнув к темноте, фермерша оглядела помещение. — Ну… Ого… — она подошла к довольно громоздкой конструкции трубок и емкостей. — Это…. Я не знаю, что это. Ты знаешь? — Рэрити подошла, вскидывая бровь и оценивая этот прибор.       — Ну… Я… хм… — она поглядела на несколько бутылок около агрегата, они были закупорены. — Наверное, тайну этой махины может раскрыть содержимое этих бутылочек, — единорожка взяла одну и оглядела, в одних жидкость была мутноватая, в других чистая.       — И чойт такое? — с сомнением в голосе спросила Эйджей, Рэрити же, тоже ведомая жгучим любопытством, потрясла одну из бутылок и откупорила пробку. Через несколько мгновений, принюхиваясь, пони сморщила носик и отвернулась.       — Ой фу, какая-то гадость! Пахнет резко и мерзко, аж глаза слезиться начали… Мне дурно от этого аромата, — рыжая пони подошла и тоже понюхала, ее носик так же запротестовав от резкости аромата, потребовал отвернуть голову.       — Пахнет резко, но не кисло, это не яблочный уксус, по крайней мере.       — Можно я закрою эту гадость и мы уйдем? — попросила модельер, уже жалея, что ее желание доказать свою смелость обернулось против нее.       — Ну… тут есть вещи и поинтересней… — сказала Эйджей, смотря на различные металлические штуки, вероятно, выкованные старшей сестрой.