Порох на крыльях

***

      — Порт гнилого желудя? Ух, мерзкое место. Я думаю это корабль той кошко-дурочки Кептнип. Она единственная, кто торгует с этими ненормальными… — Темпест стояла около штурмана, рассуждая больше вслух. Их цеппелин, несмотря на неприметность, битком набит солдатами. Это было судно без каких-либо обозначений. Неприметное торговое суденышко, кроме факта, что внутри был не товар. Этакая излюбленная забава ловли пиратов в здешних воздушных пространствах. — Смотри на точку, и идем на перехват. В гнилой желудь не суемся, нас слишком мало, чтобы противостоять им. Штурман лишь молча кивнул и немного крутанул штурвал, отчего пыхтящее судно чуть накренилось.

***

      Порт гнилого желудя был, мягко говоря, в плачевном состоянии. Судов к нему очередью не выстраивалось, да и обслуживали его плохо, видимо, за ненадобностью. Впрочем, это безжизненное место с одним лишь помостком и выстроенными коробками безнадежно меркло перед огромным ульем неподалеку с остроконечными, неаккуратными вершинами разных размеров и усеянным темными входами и выходами, по которым сновали точки, на поверку оказавшиеся чейнджлингами.       Пожалуй, в этом мире сестры могли принять многие вещи: и то, что вокруг вечно царит ядовито-пестрая толпа разноцветных пони, и что коровы разговаривают, и что большая часть живности вокруг хотя бы полуразумна. Но вот жуткую помесь жуков и пони они не понимали.       Цеппелин сел и, опустив трап, приготовился к разгрузке. Команда к этому времени уже выстроилась в шеренгу и наблюдала, как на борт входят странные черные создания. По своему поведению они были вредные, шипели, показывали свои языки, иногда словами задирали команду, но не пересекали границ. Каждый брал ящик и тащил в улей. Содержимое ящиков сестрам было не ведомо. Впрочем, обе просто хотели побыстрее убраться из этой дыры. Стоять пришлось около двух часов. Жуки работали медленно, как назло. В конце концов на борт внезапно вошло это. Точнее, эта? Высокая, черная жучиха, или кобыла. Мыши дрогнули, Мищ это почувствовала, но сама лишь хмуро оценивала неприятеля. Люми же, оценивая эту кривую грацию, лишь про себя хмыкнула: «Что за безумный гений выдумал скрестить пони и жуков? Дак еще сделать их ноги в дырках. Как это вообще должно работать?» Старшая искренне этого не понимала.       К вошедшей королеве подошла капитан, смотря на нее снизу вверх.       — Вот заказанные вами товары, — спокойно сказала Кептнип, на что королева лишь махнула крылом.       — А как же приветствие? — возмутилась та, однако ее интерес к капитанше быстро угас, и она прямой наводкой направилась к сестрам.       — Если она меня начнет жрать, я за себя не ручаюсь, — шепнула Мищ сестре, та лишь кивнула.       — Хм, любопытно, у вас, я гляжу, небольшое пополнение? О, что такое? Никогда не видела настоящих королев? — химера ехидно хихикнула, облизнувшись и чуть ли не приблизившись к мордашке Люми. И счастье королевы, что ее отвлекла какая-то возня позади, ибо Люми уже была готова прострелить этой ехидной дряни башку припрятанным дерринжером. Оружие последнего шанса, никогда прежде кобылу не подводившее, кроме, разве что, случая с Мифраном, когда она просто не смогла нажать на курок. — Что не так?! Не видишь, я тут знакомлюсь с новыми вашими прихвостнями? — королева была явно довольна собой, однако ловко подставленная одному жуку подножка заставила последнего опрокинуть и разбить ящик, из которого посыпались железные заготовки. Королева пришла в ярость и уже начала орать на жука.       — Значит, что-то готовят, — сказала Люми, выдохнув. Разбросать мозги этой ненормальной пони (или что она там такое?) белой хотелось меньше всего.       — С такой королевой чего бы они ни готовили, это обречено на провал, — сказала Мищ, пытаясь заглушить крики, но именно в этот злосчастный момент, именно в эту секунду был тот самый зловредный пробел тишины, появляющийся в самых неожиданных неловких местах. Младшая лишь прижала уши. — Твою же мать, — странное существо вмиг забыло про жука и дерганными движениями в ярости подскочило к Мищ, отчего та сделала шаг назад.       — Что ты там сказала? — Мищ, нахмурившись, набрала полную грудь воздуха и мигом оглядела всю команду, пришедшую в ужас от того, что сейчас ляпнула эта пони. Кобыла посмотрела в глаза этой химере, без страха, понимая, что сестра чуть что прикроет. Хотя ее немного беспокоил сделанный шаг назад, и ей оставалось только надеяться, что эта психанутая не заметила этого жеста.       — Что слышала. Я вижу, что это такое. Это железные болванки, пластины и прочая утварь для изготовления… скажем… явно не сковородок и кастрюль. Скорее, вы готовитесь к войне, или вторжению… Нет, я в чужие дела не лезу, если надо кого-то завоевать, дерзайте… Но с тобой, как правителем, этот план, очевидно, обречен на провал. Ты вспыльчива, избалованна и слишком ослеплена тщеславием. Такие правители, как правило, совершают слишком много ошибок… — кобыла не успела договорить, услышав скрип зубов, и чудом увернулась от удара. Скорее всего, это была пощечина или попытка ударить ее в голову. Суть одна — нанести ей вред.       — Да как ты смеешь уворачиваться от моих ударов, жалкая пони! — Мищ лишь отступила на расстояние недосягаемости копыт и быстрым взглядом посмотрела на сестру. Та ждала лишь сигнала.       — Вот видишь? Психованная и нервная королева. В конце-то концов, кто-то же должен был тебе это сказать! — рыкнула младшая. — Что, ты драки хочешь, ну и что? Ну давай, хочешь драки, я тебе ее устрою, ты меня побьешь и я тебя побью, и обе мы будем биты?       — Хватит! — заорала Кептнип, встав между двумя кобылами. — Ваше величество, королева Кризалис, у нас была вроде договоренность, что вы не донимаете и не похищаете мой экипаж!? — Кептнип была серьезна, и это чувство было заразно. Если за сестер никто, кроме ощетинившихся мышей, вставать не хотел, то за капитана команда вмиг собралась, обнажив сабли и шпаги.       Люми надула щеки:       — Пу-пу-пу, — тихо сказала она. — Ситуация «Копыто в навозе».       — Вы все!.. Ничтожные твари, думаете, сможете противостоять моим детям?! — королева переключилась на капитана.       — Я уверяю, если это продолжится, я больше не буду торговать, и вы можете забыть о сотрудничестве. Каждый раз одно и то же! — кошка вскинула лапами. Кризалис фыркнув, махнула копытом, словно потеряв интерес к ощетинившейся металлом команде пиратов. — Плевать. Но ты... Слышишь!? Я тебе говорю! — дырявое копыто ткнуло в сторону стоящей Мищ. — Помяни мое слово, я захвачу ваши города и порабощу каждого из вас! Поняла!? Каждого из пони сделаю своим рабом! — она злобно расхохоталась.       — Само собой, разумеется, — сказала Мищ. — А если нет, милости прощу на чай, — острый язык, однако, не раз портил младшей жизнь, и все же она сказала это, от чего Кризалис передернуло. Кептнип с нескрываемой яростью посмотрела на кобылу, но та обвела глазами.       — Киньте эту зачинщицу в клетку! — яростно крикнула Кептнип, вследствие чего Мищ сразу подхватили два бугая в маске и увели. Королева закрыла глаза и выдохнула, а потом к ней подошел чейнджлинг. Она взяла с подноса, который он нес, увесистый мешок с монетами и с размаху бросила в грудину кошке. Последняя ухнула, а мешок лопнул исторгнув драгоценные кругляши, которые покатились по палубе. На этом моменте королева Кризалис взлетела и исчезла где-то в стае окруживших ее чейнджлингов.       Люми наблюдала за этой сценой молча, хоть и тоже со всеми достала клинок. Сестру вызволять она пока не планировала: пожалуй, она отчасти это заслуживала, но, дело тут в том что Кептнип была в ярости, жалко ползая и собирая золото. Пусть, для начала, все уляжется и остынет.       — На Клуджтаун! — крикнула капитан, собрав все золото, которое смогла найти. Цеппелин гулко начал пыхтеть и работать, набирая высоту, а мышам пришлось быстро поднимать помост, чтобы тот не улетел вниз.

***

      — Они, предположительно, следуют на Клуджтаун, — утробным голосом сообщил штурман, изучающий карту.       — Прекрасно. Идеальное место, чтобы перехватить их, — с легкой ухмылкой ответила Темпест.       — Советую нагнать их в воздухе, — ответил штурман без каких-либо эмоций, — и взять на абордаж.       — Что, захотелось доброй драки? Хорошо, дерзайте. Но постарайтесь, по крайней мере, не повредить цель экспедиции, — улыбнувшись, заметила Темпест, но ответа не получила. Штурман молча крутанул штурвал, хотя под маской явно была удовлетворенная ухмылка.

***

      — Я всеми способами пыталась отвлечь ее от тебя, но ты... Ты делала все, чтобы королева тебя убила! — Кептнип вскинула лапами. — Ты дура? Это королева Кризалис! Она тебя могла убить, было бы ее желание! — в конце концов Мищ, сидя перед запертой решеткой, слушать это надоело. Еще какую-то дрянь на рог надели, которая блокировала магию, да ко всему прочему раздели. Так что настроение синей было прескверное. — Кто ты вообще такая!?       — Послушай, девочка, эта твоя королева слишком тупа, чтобы осознать, когда она приблизилась к моей сестре, она уже, считай, была мертва. Ты думаешь, нам впервой кого-то устранять? Просто если бы твоя кололева коснулась сестры, ее мозги расплескало бы по палубе. Я тебе гарантирую, — огрызнулась Мищ.       — С чего это вдруг девочка!? Ты что, уже облака попутала? Я устроила этот спектакль на борту? Я провоцировала полубезумную жучиху на подвиг убийства? Я искренне пыталась хоть как-то отвлечь ее, а вы обе дуры что сделали? Шептались! Правильно! — Мищ тяжело вздохнула.       — Да, но вина у нас на пополам, знаешь ли. В вашем дрянном контрактике не было пункта о жуко-пони ни слова, и перспективы быть сожранной этой тварью сомнительны.       — А что ты, милая пони, хотела? Кексиков с чаем? — кошка вздохнула, найдя какой-то стульчик. — Меня больше беспокоит вопрос: откуда у меня на судне аликорн? Насколько я слышала, это единичные экземпляры среди пони, — Кептнип придвинула стульчик к стене и мягко оперлась, смотря на кобылу. — И меня беспокоит твое нахождение на моем судне. Ты из этих, королевских? Бунтарка, которая решила попробовать жизни вне замка на зуб? Тогда у меня плохие новости для тебя: наша жизнь так себе удовольствие, — Мищ лишь прифыркнула.       — Я была капитаном корабля. Откуда, ты думаешь, у меня знания, как с вашей посудиной обращаться? Парусный фрегат и цеппелин в чем-то похожи. Правда одно ходит по воде, другое по небу. Вообще, я прошла с самых низов от юнги до капитана, пережила один мятеж, несколько боев, пару неудачных сделок, где нас чуть не поймал патруль.       — Бла-бла-бла, — кошка изобразила лапой впустую говорящее существо. — Но сейчас в порту ты вела себя как изнеженная принцесса, которой не писаны правила приличия и чувство самосохранения.       — Нет. Я высказывала свое мнение, обычно я его высказываю прямо. Даже таким особам.       Кептнип тяжело вздохнула, потом, встав, добавила:       — Посиди пока тут, обдумай наш диалог. Твой поступок откровенно глупый. Ты, может, вся из себя капитан крутого фрегата и все такое, но если бы ты или твоя сестра сделали что-то этой психованной… Это так, пища для размышлений. Что произошло бы, по вашему мнению, с этого импульсивного поступка? Полагаю, на зов королевы слетелись бы все солдаты и что? Нас семнадцать, а их тысячи. Даже если бы все закончилось тихой бойней, где она бы не успела никого позвать, то все равно, я уверена, у них все как, ну, в муравейнике. У нас бы не было шанса.       — Хорошо, хорошо. Прошу прощения. Да, моя выходка могла нас убить. И все же, какого сена мы полетели в это гиблое место? Что они тебе такого дают, что ты ведешь свою команду на такой риск? — капитан прошлась из стороны в сторону.       — Сложно сказать, мы им привозим всякие товары. Да и по сути у нас, эм… монополия на эту работу. Никто в здравом уме сюда не прилетит. А у меня вот, выходит своеобразно поддерживать выгодный контракт.       — Хм, что ж, поняла. Полагаю, они сильно переплачивают за тот хлам, который ты им свозишь, да?       — Ну, они не только деньгами расчитываются. Вот колечко у тебя на роге, блокирует магию. Они их вроде как производят. Вещь полезная, чтобы осадить таких буйных, как ты, — она в последний раз прошлась, погладив один из столбов, встав у двери наверх. — В общем, посиди, подумай. Надеюсь, мы найдем общий язык. Ну или… я просто вас высажу в следующем порту. Не нравится мне наличие аликорна на борту, да еще такого буйного. Подозреваю, сестра у тебя такая же?       — Аликорн?       — Нет, то что она аликорн, я уже догадалась. Сестра не такая буйная?       — Нет. Думаю, она моя противоположность: добрая, рассудительная и все такое, но за себя постоять может.