Глава 9-3
15 мая 2026 г., 20:00
— Хорошо, — кобыла поставила ведро и села около пони. — Смотри. Твоей подружке нужно регулярно накладывать прохладный компресс на лоб. — Мищ магией взяла ткань со лба Темпест и окунула в ведро, выжала излишки, аккуратно сложив, положила обратно. — Теперь твоя задача регулярно это делать. Понял, да? Главное, чтобы ткань была не мокрой, а влажной и прохладной, так что будь добр, хорошенько выжимай. Не шуми, ей нужен покой. Понял? — Ежик посмотрел на ткань и кивнул. — Вот и чудненько, а я пока решу проблемы с дипломатией, — кобыла, поводя ушами, поднялась и вышла вон, оставив парочку наедине.
— Она меня пугает, — тихо сказал Грубер.
— Придется с ней считаться, но насчет опасностей делай, как она велит. Думаю, ее это устроит, — ответила пони. — Она довольно опасная противница.
— Угу… Это она тебя так, да? — ежик посмотрел на Темпест, а потом, подумав, добавил. — Да, да. Тишина и покой, — кобылка кивнула. На этом диалог завершился, хотя ежику то и дело норовило что-то спросить или завязать диалог, но он героически сдерживался.
Мищ же вышла на палубу. Обнаружив компанию Кептнип и Люми, подойдя к ним, кобыла посмотрела на кошку и произнесла:
— Так, и что мы решили? В конце концов, мне надоело играть в игру «Две бессильные особы сидят тоскуют поутру». Но раз ты тут, значит, что-то да придумала? — тон младшей был нейтральным, выдержанным.
— Да. Мы тут с командой поработали, если точнее, залатали брешь в обшивке шара. Нам нужен какой-то газ. Возможно, ваша подруга знает, где его найти, или быть может, у вас есть сжиженный вариант… — мягко произнесла капитан. — И да, я не претендую на права собственности, я просто хочу улететь отсюда, понимаете? На своем корабле. Я люблю свою пташку, — Кептнип посмотрела на Люми и потом перевела взгляд на Мищ. — Вообще это все недоразумение изначально. Мы вас не собирались продавать после того инцидента, и в клетку я вас посадила для обдумывания своих поступков, а не чтобы продать.
— Хах, твоя правда, — Мищ улыбнулась, — любой капитан любит свое суденышко, если оно принадлежит ему. Хорошо, нам нужно топливо, вам воздух, ну или газ, летучий… Задачка не из простых, — прикинула Мищ. — Уф… Мне нужно посоветоваться, — она сделала жест глазами, и Люми пошла за ней в каюту капитана.
За столько лет его существования тут они не знали его имени и понятия не имели, где он, даже если кирин стоит сбоку от них, глупо улыбаясь. Пони в таком случае удивленно вздрагивает или подпрыгивает, а потом таращится на внезапно возникшего шута. Эта классическая шуточка ей всегда была по душе, но сегодня какой-то исключительный день, отчего, наверное принцесса была чуть в менее благосклонном расположении духа.
Черный силуэт наблюдал издали за возней около цеппелинов. Он знал что его заметили и посему теперь избегал взглядов. Живые существа они такие, увидев раз нечто, они спишут это на "показалось". Такова природа. Она временами ненадежна. Много всякой всячины творится вокруг, и зачастую нечто выбивающееся за рамки. Сознательно, а может быть из-за страха, набожности, суеверности, единичные случаи странностей вокруг воспринимаются как игра фантазии.
Уфиас не в силах был понять подобное. Он не жив и не мертв, он явление. Явления не испытывают жалости, обиды, гнева. Неосознанные явления, как например буря или дождь, идут как велит судьба — осознанные, как он, делают свою работу без грамма эмоций, с холодным и расчетливым умом, с мудростью и по велению вселенной.
Явление, именуемое себя Уфиасом, зайдя за бесконечную дюну, обернулось уставившись, пустым взглядом на недовольного кирина.
Рошо, смотрел на силуэт, сотканный словно из предрассветного марева, полупрозрачный, и все же достаточно видимый. Кирин искренне недоумевал, какого сена, это существо тут резко нарисовалось, изображая из себя мессию, сверкая своей таинственностью и аурой.
— Если я кого и призывал, то это был король пердежа, а не его выхлоп. Чего приперся? — грубо спросил Рошо, без намека на галантность или шуточную мягкость, с которой он общался в кругу пони.
— Ответный вопрос, дух озорства и беспорядка. Что заставило существо... — Рошо перебил Уфиаса, на что явление осеклось, внимательно слушая. Ему не куда было спешить, и выпады кирина его не волновали. Он этого делать просто не умел.
— Ты меня с кем-то путаешь, вероятно, с тем кретином, который тут уже несколько веков туалетом для птиц подрабатывает... Причем он в сознании и, видимо, наслаждается этим, — заметил шут. — Я тот, кто властвует над беспорядком, укрощает буйную, дикую силу в нужное русло или, наоборот, подчеркиваю ее необузданность. — Силуэт внимательно слушал, словно снисходительный родитель выслушивает бесконечные рассказы впечатлительного дитя. Конечно, впечатления на него это не произвело, но внимательно послушать это тоже надо уметь.
— Тогда не понимаю, почему столь могущественный ты, решил выхватить из временной линии стержень, нарушив энтропию отдельной итерации, сбежать в эту вселенную. Нет, я понимаю, почему был выбран именно этот мир: контрастные цвета, жизнерадостность, радужные веселые пони, никаких проблем. На самом деле, являясь по сущности своей вечно любопытным ребенком, это естественно. Я не понимаю, зачем ты сидишь тут и ждешь. — Кирин, вскинув бровь, посмотрел собеседнику в полупрозрачные глаза.
— О, нет! Посмотрите! Сейчас мудрейший из мудрейших, старейший из старейших будет читать нотации о том, что я не так сделал в своей жизни! Почему я украл это, почему я сбежал сюда и почему я не помыл правую подмышку именно сегодня? И как надо было мыть подмышки еще вчера... — он вздохнул, его раздражало это вумное явление. — Вся эта беседа и копытной пыли не стоит. Никто не ответил на заданный вопрос.
— Не было нужды. Ты и сам знаешь, зачем я тут. У меня даже есть ответы на мои вопросы. Слишком долго ты, хм... как этот гибрид называется? — спросил Уфиас, но Рошо молчал. Первый, не дождавшись ответа, продолжил. — В общем, ты слишком долго был пони. Задумайся, властитель беспорядка, отчитайся перед собой, кто управляет твоим временем, ты или пони? — дух было направился в сторону крушения — работа, в конце концов, не терпела отлагательств даже на беседу с Рошо. Кирин же нездорово нахмурился.
— Где он? — спросил шут, но Уфиас словно забыл о его существовании, следуя к своей цели. Увы, ему не суждено было исполнить эту работу. Рошо достал небольшой нож и, держа его копытной магией, быстрым, неестественным для пони рывком вонзил его прямо в шею силуэта.
Уфиас не испугался, нет. Он не умел. Разве может явление даже осознанное бояться? Нет. Дух лишь повернулся, видя как не обычная гладь его тела начала мерцая распадаться, и как не естественно блестит этот клинок.
— Я тут вспомнил одну книгу, там тоже такой нож был... И думаю, дай сделаю что-то подобное. — Рошо улыбался наслаждаясь как распадается оппонент.
— Еще одна кража, — заметил силуэт, оставив попытку подобраться к островку жизни в этой пустыне. — Хотя признаю, сковать темпоральное пламя — это потрясающий ход... Но ты же понимаешь, что я вернусь? Нельзя убить то, что не жило.
— Слушай, дядя, явишься снова, отправлю в забвение еще раз — все довольно просто. Это мой мир, и тебя тут не ждали и ждать не будут. А вот его самого я очень жду. Пусть приходит сюда за своими игрушками, — к этому моменту от Уфиаса уже не осталось и следа. Рошо убрал клинок в ножны и, сделав мини фокус с колпаком, который никто не увидел, спрятал ножны в свой тайник. Он чувствовал зов принцессы Селестии и, вздохнув, посмотрев на пустое место, где раньше стояло явление, с едва слышным хлопком исчез.
Во дворце он появился со вспышкой и направился к недовольной величественной пони, которая, хотя и была огорчена его мистическим опозданием, облегченно выдохнула, увидев его. Все же не могло укрыться от ее глаз, которые за века повидали довольно много эмоций, мастерски скрытую досаду шута. Что-то произошло? Увы, она не могла в силу статуса спросить напрямую, да и подумала, ответит ли он. Быть может, просто день сегодня такой... Или она солнце не с того градуса подняла?.. Нет, она должна спросить, и вообще, что за сомнения в голове принцессы? «Что хочу, то и ворочу!» — заключила величественная пони, обрекая шута на вечерние вопросы.
Рошо же, несмотря на свою маску веселья и озорства, основной своей частью был в раздумьях. Кто открыл этому мерзавцу энтропийную лазейку? Или проще говоря, кто назвал его имя всуе? Неужели сестры? Или... Кто-то другой? Кого подошлет ОН? Все лишь бы самому не пачкать копыта. Теперь еще и старый дурак знает, что у него пламя вечности. Ну, нет на самом деле это хорошая новость, если за игрушками он не полезет, за пламенем ему придется зайти лично. Уфиас слишком плохо знает шута. Радужные пони, контрастный мир... Тьфу. Шут вздохнул, улыбаясь Селестии и вертя на носу целых три тарелки в ряд. В какой-то момент, он потерял равновесие и тарелки посыпались, вынудив его прикрыть фальш выступления переходом на жонглирование. Проклятье.
***
— Не понимаю, Мейр, как так?! — соломенного цвета пони рыскала среди пожитков своей сумки, уронив уши, искренне недоумевая, куда делось перо. Волна огорчения пробежала по спине. Она никогда ничего не теряла. Как так?! кобылка подняла взгляд на собеседницу, ее зеленые глаза были полны недоумения с капелькой отчаянья. — Можно я приду позже? — Мэр Понивилля, покачав головой, кивнула. В конце концов, она привыкла, что пони могу вести себя странно. Эпплджек не знала, что думать, взглядом прочесывая обратный путь в надежде, что синеватое перо отыщется, хоть в пыли, хоть в грязи. Ее изыскания были напрасны. Перо просто исчезло, не оставив и следа. Оставалось верить лишь Флаттершай и искать пегаса синего цвета с большими, судя по всему, крыльями. Куда более удачливой оказалась Рэрити. Красуясь перед зеркалом, она подметила, что перо тут довольно хорошо подчеркивает ее гриву и, вообще, идет ее глазам. Однако пони вдруг замерла раскрыв рот и в немом недоумении, смотря, как перо вдруг потеряло целостность и начало рассыпаться на мерцающие частицы, исчезая в пространстве. Проводив взглядом последние крупицы, Рэрити вдруг помотала головой, не веря в происходящее, потрогала копытом место, где было перо, а потом и вовсе осмотрев шляпу. Волнение, словно маленький тлеющий огонек, начало разгораться в пламя. Бросив все дела по дому и бутику, она побежала галопом к дому сестер. Кобылка совершенно не знала, что думать и что это могло бы значить. Но дом оказался пуст. То есть пуст в том плане, что напоминания о том, как тут недавно жили две кобылы, исчезли. Пыль, пух, иногда даже шерсть и, главное, их запах, отчетливо витающий в воздухе. Любой имел свой запах, и пони, обладая чутким носом, чувствовали этот особый аромат хозяев дома. Сейчас же... дом словно покинул какой-то незримый, неосязаемый дух. Дух сестер. Это был простой дом, который словно недавно построили. Ремонт который устроила пони вместе с Эпплами... Хм... Может, в этом дело? Она вдохновила в эти рабочие, невзрачные стены новую, стильную жизнь. Быть может, это из-за того, что пони тут приукрасили все и убрались? Рэрити этим доводом вполне была удовлетворена, хотя внутренне ощущала какое-то потаенное чувство беспокойства, списывая это на разыгравшуюся фантазию. Закрывая дверь кузни, она наткнулась нос к носу с взволнованной фермершей. — О, привет, партнер! — нервно водя ушами и глазами по земле, произнесла Эпплджек. — Кхм, приветик, — Рэрити поправила свою шляпку и поглядела на пони. — Выглядишь так, словно что-то потеряла... — Да есть такое, эт, — пони потупила взгляд, смотря на шляпку, у которой отсутствовало перо. — Ты, кажется, опять потеряла свое перо, да? — на этот вопрос белая кобылка вскинула бровь. — Ах, ну да, я иногда такая неуклюжая, — она что-то хотела еще сказать, но фермерша перебила ее. — Знаешь, я такое же перо нашла! И знаешь что?! Я его тоже потеряла! — топнув копытом, сокрушалась рыжая. — Вот как... И зачем оно тебе? — улыбнувшись, поинтересовалась Рэрити. — Ну, как эт... Ну... — пони задумчиво скосила взгляд. — Ох, ладно. Помнишь тот переполох в прошлогодний день солнцестояния? Эт, так вот, я думаю, что оно там было... — Оно? — Рэрити покосила взгляд. — Я не знаю, что там произошло. Меня, увы, не было, я слишком устала за шитьем нарядов и, к своему стыду, подумала, что прилечь на минут двадцать было бы отличной идеей, но так и проспала всю ночь. — «Оно» это в том смысле существо, которое появилось в ту ночь! — Эпплджек понизила голос до шепота. — Мне кажется, оно все еще среди нас. — Оу, даже так? — белая пони не сдержала улыбки, зная, кто там на самом деле был, но не спешила посвящать Эйджей в эту тайну. — И чем оно... опасно? Уже почти год прошел, и все по прежнему, даже немного скучно... — А вдруг оно, чтобы то ни было, затаилось? — Ох, дорогуша, тогда я завидую его или ее терпению! — единорожка потупила взгляд. — На самом деле все уже знают, что это было недоразумение с сестрами. Они же пришли ночью на праздник, устроили переполох, потом извинялись. Не понимаю, как это ты не слышала... Сама Мейр это подтвердила. — Агась, я рабочая пони, и мне некогда слушать разные слухи и разговоры, — возразила рыжая, прифыркнув. — Тогда... откуда перья? — вдруг спросила она, смотря на Рэрити, вскидывая бровь. — Перья? — Да, перья. Эт ведь не птицы, правильно? — Ну да, у птиц таких перьев не бывает. Ох, но как эти перья хороши, ты видела! Они подчеркивают и придают шарма! — единорожка мягко улыбалась, чувствуя, что теряет баланс в этой игре. — Так откуда они? — прямо спросила Эйджей. — Я не знаю, — ответила Рэрити неожиданно для себя элегантным спокойным голосом, солгав. — Мне их Муншайн дала, и вообще, что такого в простых перьях? Может, там, откуда они прибыли, у птиц огромные крылья? Или это вообще магические перья?.. Они красивые. Не это ли главное? — Рэрити глупо улыбнулась, поправляя осиротевшую бесперую шляпку. Диалог зашел в тупик. Да и фермерша была в замешательстве. Может, и вправду она суетится попусту? А если бы она дошла до Мейр со своей маленькой детективной игрой, то что? Услышала бы ту же историю о неудачном появлении в городе? Может быть, это и к лучшему? — Кхм, лады, — рыжая пони махнула хвостом, выражая, видимо, подсознательное недовольство. — Эт, сахарок, я, наверное, пойду. Спасибо, что рассказала, а то я бы голову всю поломала... — неловко улыбнувшись, Эпплджек ушла, а Рэрити выдохнула. Быть может, не стоило ей знать о секрете сестер? Уж очень проблематично становится хранить эти тайны.***
— У нас есть два резервуара с газом, — сказала Темпест, смотря на двух сестер из-под повязки. — Я, откровенно говоря, слабо представляю, что это за газ и как эта махина работает, — призналась Мищ. — Но мы пришли к выводу, что, если мы поможем их махине, они дадут нам топлива. Такова ситуация, что ни мы, ни они без крови или хорошей договоренности отсюда не уберемся. — И, полагаю, ты не веришь пиратам? — пони хитро ухмыльнулась. — Честно, я не знаю, что ждать от вашего мира и ваших пиратов. В моем мире они пытались бы хитростью или мордобоем отобрать ресурсы. Тут же... Я не знаю. — Мищ тяжело вздохнула посмотрев на сестру. — Я считаю, они не так плохи, как наши, то есть у них есть какая-то мотивация что-то делать, что запрещено законами. И все же какой-то кодекс чести, по всей видимости, у них есть, — добавила Люми, смотря на Темпест взглядом, наполненным сочувствием, от чего последнюю откровенно тошнило, хотя тошнило ее после удара довольно часто. Картинка временами плыла, голова болела, да и вообще чувствовала она себя отвратно. — Боитесь, что они отчаются и нападут, уже невзирая на жертвы и на исход драки? — спросила Темпест и, увидев уверенный кивок головы белой, пони покрутила глазами. — Грубер, покажи им запасные резервуары, когда потребуется. Хотя довольно тупо управлять цеппелином и не иметь плана Б на случай таких вот крушений. Особенно на военном судне. В нашем мире, кажется, пираты тупые как бревна, — пони вздохнула, понимая, какая глупая ситуация у них возникла и что только участие пони может приводить к таким вот казусам. В данном случае из-за двух наивных кобыл и двух слишком уж хитрых мышепони. Когда Кептнип поднялась на борт в третий раз, видно было, что кошка не в духе: хвост не находил себе места, выдавая нервозность, — но вся эта напряженность спала, когда Мищ объявила, что газ есть и они готовы им делиться. Капитан выдохнула, ведь ее судно не поглотят пески. Пиратка пожала Мищ копыто — не типичный для синей жест, — и работа началась. Точнее сказать, команда упавшего цеппелина тщательно проверила все возможные утечки и старалась, чтобы залатанный после падения шар держал газ. Весь день они протягивали трубы, а сестры наблюдали. Темпест тоже вышла посмотреть и отдать пару указаний, хотя ее возможности к командованию теперь ограничились ежиком. Устав от наблюдения за вознёй с оборудованием, Мищ ушла на мостик. Случайно взглянув в иллюминатор, вздрогнула. Вдали пылающей жаром пустыни виднелся темный силуэт. Она не успела разглядеть очертания и к какому виду он принадлежит, впрочем, кобыла вообще мало что поняла. Как только та выскочила на палубу, силуэт вдали исчез как и не бывало. — Мираж, что ли?.. — озвучила она мысль вслух...***
В этот день принцесса Селестия не видела шута, он исчез. Пони не ограничивала его в перемещении, но обычно он словно был всегда рядом, и она мыслью могла его призвать, кирин появлялся почти сразу. Сегодня этого ощущения у нее не было, и мысль о его появлении, точнее, желание, ни к чему не привели. Праздные поиски пони по замку, как правило, не входят в обязанности принцессы. Позвать его через прислугу она не могла.
