Булочки с курагой

      Утро наступило раньше, чем Марк ожидал, но вампира, как и в прошлый раз, рядом не оказалось. Однако сейчас, после ночи с Сэмом, ему удалось вытащить себя из постели почти сразу же, направляясь в ванную, примыкающую к номеру и выполненную также в стиле «люкс». Практически бесшумно ступая по коврам, он окинул взглядом одетого Сэма, смотревшего на себя в зеркало над раковиной.       — Доброе утро, — он поцеловал парня за ухом.       — Доброе утро, — поздоровался вампир, мельком взглянув на человека через отражение в зеркале, и улыбнулся ему. — Выспался?       — Угу, — он протянул руку, чтобы открыть кран и плеснуть себе немного воды в лицо. — Какие планы на сегодня?       — Вечером начну подготовку к поездке, а так, — вампир притворно задумался, — я планировал познакомиться с твоей семьёй.       — Приходи сегодня на обед, — Марк поправил волосы, попытавшись их пригладить. — И возьми с собой Ирэн. Проведу вам небольшую экскурсию по штабу, ну и с малышом познакомлю.       — Ты всё проспал, Марк. Ирэн с Микаэллой не расставались с момента окончания подписания договора. Я разговаривал с сестрой сегодня утром по телефону.       Вампир, сказал это, с какой-то печалью, но виду не подал, продолжая поправлять элементы одежды, полностью возвращая внимание своему отражению.       Однако Марк нахмурился, смотря через зеркало в его красные, сейчас пустые глаза.       — Сэми, милый, что-то случилось? — он осторожно обвил рукой его талию.       На какое-то мгновение рука вампира, которой он поправлял украшение на шее, застыла. Но это было лишь мгновение, после которого губы Сэма растянулись в лёгкой улыбке.       — Всё в порядке, Марк. Я обязательно приеду на обед.       — А что будешь делать до этого? — охотник напряжённо следил за его мимикой. — Поговори со мной, Сэми.       Взгляд вампира переместился в сторону механических часов, что висели над кроватью. Что-то решая в своей голове, он явно прикидывал, с чего бы ему следовало начать. И в момент, когда он был готов поделиться сложившейся ситуацией, его прервал звук телефона, что доносился из кармана его пальто.       Извинившись, Сэм тут же направился к нему, чтобы принять вызов. Разговор с собеседником был весьма коротким, и парень лишь соглашался со словами говорившего, а после фразы «буду через сорок минут» отключил звонок и вернулся к зеркалу, ближе подходя к Марку.       — К сожалению, знакомство придётся перенести, Фредерик изменил время и дату встречи, — «Да, он такой непостоянный», — читалось во взгляде вампира, но он продолжил, — поэтому, я вынужден согласиться на его условия и покончить со всем побыстрее. Если честно, то я надеялся на то, что успею это сделать до нашего воссоединения, но судьба-злодейка, — после грустной усмешки, — захотела перевернуть всё с ног на голову. Снова.       — Ну не скажи, благодаря ей мы встретились.       Он залез в ванну и задёрнул шторку бледно-жёлтого цвета, скрывая себя от Сэма, хотя чего он там не видел.       — Дай мне пять минут, я буду готов.       Хорошо, что он взял с собой оружие, пусть и не такое крупное, как пистолет или ружьё. Как раз опробует новое изобретение Мики.       — Куда именно поедем?       После протяжного вздоха и минутной паузы, Сэм всё же решается отвести взгляд от силуэта, спрятанного за шторкой, и отвечает:       — Марк, там, куда мы едем, небезопасно для человека, и я не уверен, что тебе следует показываться там, особенно после того, что я узнал, — вампир запинается на полуслове, отходит от зеркала и подходит ближе к двери. — Ребёнок — это тот, о ком ты должен думать в первую очередь.       — Ребёнок не стал смыслом моей жизни, — откликается Марк, наливая в руку немного шампуня, чтобы нанести на влажные волосы. — Я в первую очередь охотник.       — Со мной будет с десяток вампиров из клана, они и без оружия, которое изымут сразу на въезде, смогут защитить меня.       — Так они защитили тебя, пока ты был у Фредерика, да? Наверное, сутками тебя искали эти годы и спать не могли? Я иду и точка!       Сердце мгновенно пропускает удар. Сэм отчего-то был уверен, что у людей принято защищать своих в первую очередь. А своих детей выбирали все, начиная от мелких грызунов, заканчивая вампирами. Да, несмотря ни на что, Сэм всё ещё оставался при своём мнении: вампиры являлись верхом пищевой цепочки, занимая главенствующую нишу в ней.       Но сердечная мышца сократилась не в такт не только из-за подобного заявления. Внутри стало как-то теплее, потому что охотник фактически прямо заявил ему, что важнее Сэма у него никого нет. Потому что оправдание о том, что Марк являлся охотником, ну совсем не вязалось с логикой. Человек, защищающий вампира — ну да, это же всё объясняет.       — Они не могли меня забрать у лорда по причине того, что на мне стояло его клеймо. По закону я принадлежал ему. И освободиться от него можно лишь в случае, если тебя отпустит господин или же заплатив жизнью. Я свою плату отдал, клейма нет. В случае нападения в усадьбе Фредерика будет ждать смертная казнь, и он не сможет её избежать.       — Я никогда не слышал, чтобы казнили аристократа. Только мелкие наказания, вроде выплаты компенсации и в крайнем случае тюрьма. Так что завязывай, Сэми.       Душ выключился, и Марк вылез из ванны, встряхиваясь, как мокрый пёс, и прищуриваясь от того, что в глаза попала вода.       — Поэтому руки в ноги и поехали.       Проходя мимо вампира, он на секунду остановился рядом с ним и чмокнул в губы.       — У нас есть время на завтрак?       — Есть, его принесут с минуты на минуту, — не собираясь спорить над решением мужчины, Сэм опустил глаза, неожиданно подмечая про себя, что смутился наготы, хотя они буквально несколько часов назад занимались любовью, а потом ещё стояли вместе у панорамного окна.       Но то было ночью, а сейчас, утром, отчего-то всё ощущалось иначе. Итак, не дожидаясь, когда Марк вытрется, Сэм первым выходит в основное помещение — спальню — номера и садится в глубокое кресло, стоящее возле окна.       — Ты об этом не слышал, — начинает он, когда видит в дверном проёме Марка, — только потому, что подобная казнь проводилась века два назад и имеет гриф «особо секретно». Аристократы очень осторожны в своих действиях и у них много связей и средств для того, чтобы умело заметать следы, но порой и они ошибаются. А что касается меня… Видишь ли, когда Фредерик меня «купил», никому не было известно, кто мой отец, и про дядю, соответственно, никто не знал. Мать пыталась сбежать от всего, что связывало её когда-то с отцом, а потому все упоминания были уничтожены. И получается, что он «приобрёл» для себя того, кого было МОЖНО. Само собой, его отношение ко мне не являлось законным, но времена были тяжёлыми, и никто особо не старался разбираться. Когда дядя узнал о наследии отца и что у него осталось двое детей, он нашёл сестру, но на тот момент я был давно в «подчинении» у лорда, а потому им отказали меня отдавать. Дядя не сдавался, но по документам я являлся собственностью лорда, так как на моём теле были все отметины. Тогда дядя просто переступил черту закона и выкрал меня. Только вот вместо того, чтобы привлекать правосудие, Фредерик решил устроить бойню и пришёл со своим войском.       — Ага, а потом оказалось, что охотники встретили их с почестями. Блять, ну и опера вышла в тот год.       Он отыскал на полу своё нижнее белье и джинсы, принявшись натягивать на себя одно за другим, при этом не переставая хмуриться. Сэм напряжён, а значит и ему спокойствия не видать, он всегда чувствовал его настроение лучше, чем своё.       — Если… — Марк помолчал несколько секунд, пытаясь расстегнуть рубашку, чтобы надеть. — Если хоть пальцем тебя тронет, я за себя не отвечаю.       Глупо. Самонадеянно. Верх тупости, но ради Сэма, важно это или нет?       Лёгкая усмешка успевает слететь с губ вампира, прежде чем в дверь номера стучат. Он поднялся с места и пошёл встречать официанта, который, очевидно, принёс завтрак. Дождавшись, пока персонал отеля выставит свежеприготовленные блюда на столик у окна, вампир поблагодарил их и вернулся к Марку.       — Ты всегда был упрямым, и я рад, что ты не изменяешь себе, но в этот раз, прошу. Раз ты решил поехать со мной, то просто оставайся наблюдателем. Уверяю тебя, тебе покажется странным то, что ты увидишь.       Марк немного подумал. Он, как охотник, сильнее многих молодых вампиров, однако его попытка как-то противостоять аристократу наверняка закончится очень плохо. Поэтому он лишь кивнул и, посмотрев на время, удивлённо выдохнул. Цифры на экране телефона показывали половину одиннадцатого, и мужчина вздёрнул брови, посмотрев на Сэма.       — Почему не разбудил меня раньше?       — Мне показалось, что тебе это было необходимо. Ты спал очень крепко, а я… Я немного… рад был видеть тебя, — невнятно проговорил Сэм, опуская голову. Его рука застыла над заварочным чайником, из которого ароматно пахло травами.       Он и сам, впервые за долгое время, ощутил невероятное спокойствие в душе, когда любовался спящим человеком под боком. Хотя за пределами этого отеля и ждали горы проблем. Он лишь на сегодня хотел, как можно меньше участвовать в жизни клана, посвятив себя Марку, но планы, как всегда, разрушал очередной злодей.       — Только «немного»? Странно, вчера мне казалось, что ты очень рад меня видеть, — усмехнулся Марк, поправляя манжеты на рубашке и направляясь прямо к ароматному завтраку под крышкой. — М-м-м, как вкусно выглядит, — он достал из кармана небольшой бутылёк тёмного стекла, и несколько капель оказались в чашке, куда Сэм собирался налить ему чай.       Брови в удивлении взлетели вверх. От жидкости вампир не почувствовал никакого запаха, даже намёка на него, что давало понять, что это не вербена.       — Ты болен? — осторожно спросил Сэм.       Сейчас, как никогда, важно было наладить высокий уровень доверия. Понять, что они могут быть честными друг с другом до самого конца, хотя это выглядело недостижимым.       — Это не лекарство, — Марк плотно закупорил бутылёк и спрятал обратно в карман. — Считай, это стероиды для охотников, которые усиливают навыки. Для организма не вредно, — успокоил он вампира и осторожно пригубил напиток, который стал не совсем чаем. — Зрение, слух, обоняние — всё усиливается в разы.       Слух не подводил его? Сэм полностью различал звуки, он слышал, с какой бешеной скоростью, жидкость всасывается в кровь охотника, и все процессы организма ускоряются. При таком обмене веществ, похожем на работу органов вампира, человеку необходимо «особое» питание… У Сэма округлились глаза, и он с опаской посмотрел на охотника, потому что Марку достался рецепт, который позволяет делать его ненадолго похожим на одного из ночных жителей.       О чём-то подобном Сэм читал в архивах, но о судьбе рецепта никто не знал, так как он был давно утерян и после второй мировой ни разу не всплывал.       — Это «утренняя роса»? — так назывался тот элексир. Вероятно, название могло измениться, но… — Ты ведь знал, что тебе нужна кровь вампира?       Марк кивнул, поднося чашку к губам:       — Так оно и было с самого начала. Кроме элексира, мне нужно было принимать ещё и кровь, но Мика там что-то подправила в рецепте, и теперь кровь добавляется ещё в процессе приготовления, и её нужно всего несколько капель на литр, — он окинул вампира любопытным взглядом. — Что тебя смущает?       На самом деле Сэма много чего смущало. А особенно, наличие подобного рецепта в целом. Человеку не свойственно пить чужую кровь, а уж тем более кровь вампира, но… Появление подобного эликсира, могло здорово изменить ход событий, особенно если бы он попал в плохие руки. Ведь люди становились невероятно быстрыми и ничем не уступали вампирам. Совсем ничем. Единственное, их тело не справлялось с нагрузками слишком долго…       Невероятным являлось и то, что рецепт изменили, а если это и так, то скорее всего его свойства поддались изменениям. Не было ли это опасным для человека? Износ же бешеный.       — Кровь каких вампиров ты пил? — неожиданно даже для себя спросил Сэм, хмурясь.       — Понятия не имею. Август не посвящает меня в такие дела, а Мика просто добавляет то, что есть, — охотник пожал плечами. — Но чья бы эта кровь ни была, она на редкость отвратительная. Никогда не пробовал ничего настолько ужасного.       Он вспомнил испуганное лицо одного из заключённых, когда тот заметил Мику, что проходила по коридору темницы. Видимо, забор крови им удовольствия не доставлял.       — А что, есть какая-то разница, чью кровь пить?       Попытка сохранить абсолютное безразличие на лице не удалась. Сэм поджал губы. Обхватив тонкими пальцами горячую чашку, он сделал первый глоток и прикрыл глаза, спокойно выдыхая, после чего строго ответил:       — Ты — мой человек, и пачкать себя кем-то другим я тебе не позволю. Если тебе нужна кровь, то попроси меня. Тем более что, когда вампир отдаёт её добровольно, действие усиливается. Это если бы как я пил твою кровь или Ирэн — кровь Мики. Вы жертвуете её добровольно, а значит в ней больше полезных свойств.       — Почему тогда ты не пил мою? Всё твердил про то, что не станешь этого делать, даже когда почти умирал? — голос стал холодным, почти ледяным. — Нет, нужно было ждать, пока тебя не начнёт жечь солнце и не понизится внимательность, ты ведь только тогда согласился, и то не на мою.       — Потому что моя зависимость быстро переросла бы в одержимость, — буднично объяснял Сэм, всё так же скрываясь за чашкой чая, время от времени делая маленькие глоточки. — Я был уверен, что ты не разделишь мои чувства, и боялся не совладать с ясностью рассудка, — Сэм весь сжался, впервые ощущая бессилие рядом с человеком. — Я и ночью не пил твоей крови, лишь укусил, а вербена обожгла губы и язык, не позволив почувствовать тебя настоящего. Сейчас я понимаю, что пытался поступить опрометчиво. Но, чёрт возьми, если я скажу, что не думал об этом каждый грёбаный день после расставания, то это будет ложью, — впервые в присутствии Марка, Сэм потерял контроль над своими словами и выразился грубее, чем мог себе позволить.       Марк притворно ахнул, прикрыв рот рукой.       — Ну надо же, Сэмюэль, какие у вас дурные манеры, что скажет высшее вампирское общество? Стыд и срам! — он расхохотался, а потом протянул руку и коснулся щеки Сэма. — Это и моя вина тоже. Нужно было гораздо раньше тебе во всём признаться, — Марк слегка его ущипнул. — А если так хочешь отведать моей крови, то подожди немного — она очистится, и сможешь выпить немного.       — Я бы хотел, чтобы это сделал ты, — глаза Сэма блеснули яркой вспышкой, а голос остался серьёзным, абсолютно проигнорировав веселье человека. Он потёрся щекой о ладонь Марка, ловко расстёгивая воротник своей рубашки, склоняя голову вбок. — Сделай это для меня, чтобы Фредерик увидел свежий след от зубов, чтобы знал, что у меня есть тот, кому я принадлежу, — и заметив недоумение на лице человека, добавил: — Эта сыворотка делает из людей, если говорить простым языком, носферату, но на короткий срок. Вы подобно оборотням, если бы они существовали. Превращаетесь, но не под воздействием луны, а от этого препарата, который невероятно опасен.       Или это подействовал элексир, либо это просто его захлестнули эмоции, однако на фразе «есть тот, кому я принадлежу» сердце ёкнуло.       — Не ты ли говорил, что его лучше не провоцировать? — Марк взял с тарелки один из тостов и с удовольствием впился в него зубами. — Даже если я это сделаю, на тебе всё заживает на раз-два, даже вчерашних следов не осталось.       — В такой форме ты способен оставить мне шрам, который останется на мне до конца моих дней.       Вампир не врал, он чувствовал силу, что сейчас растекалась в крови Марка. Этот мужчина и так заставлял каждый раз восхищаться им, но сейчас, когда его сила была фактически равна его собственной, это даже возбуждало.       — Фредерик, оставлял на мне сотни подобных отверстий, но они не принимались мной, а потом, как оказалось, они все сошли после моей смерти. Видишь ли, Ирэн в первый же день укусила Мику, чтобы остальные вампиры даже не думали её трогать, зная, чья она добыча.       — Так вот, почему они не нападали, — пробормотал Марк, а потом, допив чай, поудобнее устроился в кресле, в котором сидел, и похлопал себя по колену. — Иди сюда, Сэми.       Привычка Марка подзывать его подобным образом возмущала. Но Сэм всё равно, повинуясь мгновенному желанию, встал и подошёл к Марку, обойдя стол.       — Ты пользовался своими клыками когда-нибудь? — аккуратно разворачиваясь боком к охотнику, вампир помедлил, прежде чем встать между разведённых коленей Марка, присев на одну из ног человека.       — Да, когда ел стейк. Сэм, у меня нет зубов, которые вырастают, когда я хочу пить, как у тебя, — резко сведя ноги, он обхватил Сэма за талию и чуть потянул вбок, чтобы тот уместился сразу на обоих коленях. — Мне нужно тебе след на шее оставить или где-то ещё?       — Юморист от бога, — закатил глаза Сэм, приземлившись на колени к человеку, обняв за шею одной рукой, а вторую поместив себе на колени. — У тебя они появятся, когда ты почувствуешь привкус крови вампира рядом, — Сэм не раздумывая, кусает себя за указательный палец, и когда на нём выступает капелька крови, подносит к губам охотника, размазывая её по ним. — Тебе необходимо сосредоточиться на своих инстинктах, — Сэм заметил, как меняются глаза Марка. всего на мгновение, но в них виднеется золотой блеск.       Вампир делал это не только для себя, ведь если Марку сейчас не объяснить и не пресечь его попытки взбунтоваться при виде вампирской крови, то случись заварушка — ему точно сорвёт крышу. А так, с помощью своей крови, Сэм будет способен успокоить его. Это было маленькой особенностью, о которой вампир умолчал.       Марк поморщился, ожидая обычный кровяной запах, однако его не последовало. Облизнув губы, он понял, что во рту был скорее вкус чего-то сладкого, похожего на…       — Карамель, — он облизнулся. — На вкус, как карамель. Конечно, это всё ещё кровь, но железом она больше не пахнет и более терпкая. А… Ты почувствуешь это, как люди чувствуют укус, да? — он чуть нахмурился, глядя на Сэма.       — Если бы я только это знал, — пожимает плечами Сэм, замечает замешательство человека, тут же обхватывая его ладони, зажимая их своими. — Мне не страшно, потому, что это будешь ты, — шепчет почти в губы. — Я хочу, чтобы это был именно ты.       Не сдерживаясь, Сэм всё же целует Марка в губы, слегка прикусывая нижнюю, оттягивая её на себя и чувствуя вкус собственной крови, в которой не замечает ничего сладкого. Видимо, только для Марка она являлась таковой.       Осторожно отстранившись от Сэма, мужчина судорожно вздыхает, проводя языком по верхним зубам и едва не режется о клыки. Больше они, конечно, не стали, но вот острее — да.       — Хорошо, тогда сейчас… — он, не заканчивая предложение и тысячу раз извинившись перед Сэмом, впился в его шею зубами.       В рот брызнула кровь, он закашлялся, когда она попала в горло. В тот же момент в груди будто зажёгся огонь, и он вопросительно поднял взгляд на Сэма.       Это было похоже на помешательство. Боль и удовольствие смешались воедино, но о себе было некогда думать. Собравшись с силами, Сэм внимательно посмотрел в глаза Марку, отчего сразу начал улыбаться. Цвет глаз человека изменился, став золотым, это выглядело необычным, так, как если бы Марк согласился на обращение.       — Что ты сейчас ощущаешь?       Пару секунд помолчав, он резко отстранился от Сэма и снова закашлялся, вытирая губы ладонью. Запах карамели пропал, будто бы его никогда и не было, кровь теперь, была просто кровью.       — В груди странное чувство, будто я… Будто лёгкие увеличились и прибавилось силы, но отвратительно на вкус, уж прости.       Поднявшись на ноги, Сэм склонился к Марку, кладя ладонь на грудь, прислушиваясь к биению сердца.       — Замедлилось, — соглашаясь сам с собой. — Значит не будет побочек, когда препарат начнёт выходить из крови, — Сэм внимательно посмотрел на охотника, всё ещё думая о чём-то своём. — Как часто ты его принимал? Вы ведь выяснили, что очень частый приём вызывает зависимость и нескончаемое число побочных эффектов.       — Только во время важных случаев, — уклончиво ответил Марк, возвращаясь к чаю. — Побочки, это головокружение и лёгкая тошнота после действия. Ну и, конечно, нужно соблюдать диету.       Марк с трудом подавлял рвотные позывы каждый раз, когда губ касалась красная жидкость. В общий котёл добавляли несколько капель крови, но иногда приходилось пить её так. И эти моменты он ненавидел.       — Так мы едем, или как?       Невидящим взглядом Сэм посмотрел на Марка. Головокружение и лёгкая тошнота? Вампир видел список побочных эффектов от подобного «эликсира», и они не были настолько невинными, как говорил Марк. По данным из архивов с некоторых людей слезала кожа, плавилась, стекая под ноги. У многих вытекали глаза, закипала кровь, кости становились ломкими, крошились.       Само собой, подобные побочки появлялись у тех, кто подсел на препарат и принимал его на постоянной, ежедневной основе, а не один месяц, и если в состав входила кровь измученных, израненных, истощённых вампиров, отдававших её недобровольно. О добровольном изъятии можно было вообще не говорить, потому что подобного не встречалось тогда, когда препарат ещё использовали. А вот из «лёгких» побочных эффектов могли встречаться случаи сильной рвоты, и бывало такое, что её не могли остановить, и человек просто умирал полностью обезвоженный, не способный принять внутрь никакую жидкость. У пятидесяти процентов зверски болела голова, мигрень утаскивала охотников в постель на семь дней. Самое важное, нужно было рассчитать дозу и быть готовым ко всему. Однако же, угадать время действия «эликсира» было почти невозможным. Хотя для беспокойства сейчас не было повода, Марку ничего не угрожало, не в этот раз, потому что кровь он взял сам, а Сэм — добровольно отдал, при этом ощутив настоящий экстаз, пусть он длился и мгновение.       — У нас осталось около часа, прежде чем за нами приедут мои люди, и мы поедем в поместье, — недовольно посмотрев на циферблат, Сэм отошёл от Марка, садясь напротив него в кресло. — К лорду я должен явиться к восьми вечера — мы как раз успеем. Кстати, а ничего, что ты вот так внезапно пропадёшь, будучи одним из старших охотников гильдии?       — Мика меня подменит. Надеюсь, Ирэн хватит ума не тащить её на ваше собрание, — он поудобнее устроился в кресле, прикрывая глаза. — Кстати, насчёт времени. Чем хочешь заняться? — он лукаво улыбнулся, но договорить ему не дали. Зазвонивший телефон прервал превратившуюся было в развратные слова мысль. — Мика? Я немного занят, солнышко, мы можем потом поговорить?       Лицо Сэма хоть и сохранило бесстрастное выражение, но фраза про «хватит ли ума у его старшей сестры» из уст человека прозвучала неуместно и даже слегка оскорбительно. Однако вампир точно не стал бы зацикливаться на этом, если бы буквально через минуту Марку не позвонила эта самая безмозглая дама, голос которой он мгновенно услышал через динамик.       — Марк, у меня мало времени, так что давай быстро, — упустив приветствие, быстро заговорила Ирэн. — Твоя сестра занята малышом, поэтому у нас буквально пара минут. Ты ведь можешь сейчас говорить?       Медленно подняв глаза на Сэма и проведя языком по острому краю зубов, Марк закинул ногу на ногу:       — Конечно могу, весь в твоём распоряжении.       В голосе девушки буквально чувствовалось напряжение. Марк не знал как, но что-то похожее он чувствовал и от Сэма. Он услышал слова сестры и забеспокоился или…?       — Что-то случилось?       — Уже давно, — усмехнулась Ирэн. — Скажи моему брату, чтобы не дышал так громко, а то я точно оглохну, — на заднем фоне хлопнула дверь, а по коридору раздавались её гулкие шаги. Ирэн явно куда-то торопилась. — Если коротко: ты ведь был слишком близко знаком с Мартином, охотником высшего ранга. Хрен знает, какая у него там фамилия, у вас, людей, мода оставлять после имени только инициал, — ещё один холопок, и её голос, стал звучать без сопровождения эха. — В общем, я выяснила, что эта мразь причастна к нападению на вас. После изучения большого количество документов из ваших архивов мне стало кое-что ясно, точнее, это заметил один из сотрудников архива, который помогал мне. Мартин вёл двойную жизнь и, скорее всего, одной из них была связь с вампирами. Пока нам не понятно, если это так, то почему он так сильно хотел убить тебя. Но то, что он сделал с Микаэллой — такое я точно не прощу!       Мужчина резко поднялся и ошеломлённо переспросил:       — С Микой это сделал Мартин? Но… — в памяти всплыл отрывок их разговора перед самым нападением, где Мика очень коротко упомянула Мартина. Странно, это ведь совершенно вылетело у него из головы на многие годы, а теперь такое… — Господи. Ты ей сказала?       Он зашагал по номеру туда-сюда, стараясь контролировать медленно нарастающую ярость, а потом обратился к Сэму, не отключаясь от звонка:       — Те двое, которые следили за тобой от дома до библиотеки шесть лет назад, были людьми или вампирами?       — Я был не в том состоянии, чтобы определить, — покачал головой Сэм. Он часто думал об этом, они с сестрой и людьми из клана собирали сведения. — Вероятно. Потому что, когда на нас напали, то это были не только люди-охотники, просто они пришли раньше. Когда нас с Ирэн пытались увезти, на нас напали второй раз, и это были уже вампиры. Поэтому…       — Поэтому, — в унисон с Сэмом продолжила Ирэн, внимательно слушавшая, — сейчас мы кое-что проверили, и единственный охотник, который не находился на своём посту в момент нападения на Мику, — был Мартин. У него были основания и личные мотивы для мести. Так ещё и то, что он получил бы после предательства…       — Вечную жизнь, — закончил за неё Сэм.       Марк прикрыл глаза, голова раскалывалась от обилия мыслей и от обуявшей его злости. Его Микаэлла, его любимая младшая сестрёнка.       — Я лично его убью, — прорычал он в трубку, — и развешу его внутренности на заборе рядом со штабом, — он так сильно сжал телефон в руках, что в следующее мгновение послышался треск и запахло палёным, а Марк с тихим «ай» отбросил испортившийся гаджет.       — Гильотина ему, а не вечная жизнь, — злобно пробормотал он, массируя пострадавшую руку.       — Придётся новый телефон покупать, — покачал головой Сэм, прекрасно понимая, что рука охотника уже заживает под действием элексира. — А ещё, я очень хорошо понимаю твою жажду мести, но с таким настроем ничего хорошего не выйдет, нам нужно сохранять спокойствие, чтобы вычислить гада.       Вампир взглянул на свой замолчавший телефон и, поняв, что Ирэн не позвонит, глянул на время.       — У тебя тридцать минут на то, чтобы немного успокоиться, в противном случае, ты поедешь домой, вместо того чтобы сопровождать меня.       Мужчина кивнул и направился в ванную, чтобы немного охладить голову. Если это не выйдет сделать мыслями, то хотя бы холодной водой.       — А где находится поместье Фредерика? — спросил он, открывая кран.       Через шум тёкшей из крана воды Сэм услышал вопрос Марка и хотел встать и подойти к нему, чтобы человеку было хорошо слышно, но вовремя вспомнил, что Марк сейчас не совсем человек, во всяком случае его способности.       — Ближайшая резиденция находится в пяти часах езды от города, в горах. Скажем так, не близко, поэтому за мной и направили не одну машину и не двух охранников.       Ирэн всё ещё вздрагивает, вспоминая тот момент, когда на них напали и машина улетела с небольшого обрыва. Они чудом выжили.       Марк нервно хохотнул:       — В детстве я читал книги про вампиров, вроде «Сумерек», и поражался тому, что они строят дома так далеко от города. Видимо, автор была самолично знакома с одним из вас и брала у него интервью, — он зачерпнул пригрошню воды и вылил себе на голову. — А что мне ждать от того, что там будет? Как именно ты собираешься доказать Фредерику свою смерть?       — Ваши книги далеки от всей правды. Они не отражают даже верхушки всего, что кроется за пределами человеческого восприятия, — не удержавшись, Сэм встал. Он зашёл в ванную, облокотился на дверной косяк так, чтобы полностью видеть Марка. — Мы приедем в особняк, нас должны встретить люди лорда. Вначале будет приём, на него съедутся другие лорды, а также высшие чины орденов, что отвечают за правосудие. После приёма главы и Вестники правды пройдут в закрытый круглый зал, — заметив удивление на лице человека, Сэм пояснил. — У каждого уважаемого лорда в доме, есть зал для вершения суда. Как правило, они всегда круглой формы, — Сэм облизал губы, явно начиная нервничать. — Ещё никогда и никому не удавалось избавиться от герба, а в моём случае это произошло дважды. В детстве я «потерял» герб отца, а сейчас — и Фредерика. Поэтому это будет долгий процесс, я уверен в этом. То, что мы смогли узнать: раба выводят в центр залы, он встаёт на пьедестал, и его раздевают невинные, слуги веры. При свидетелях тело должны осмотреть со всех сторон на наличие меток, ран и принадлежности, — выдохнув Сэм прикрыл глаза, немного сдавшись, потому что стоять перед всеми в чём мать родила желания не было, но он был готов. — После подобного осмотра в центр также выводят лорда. Если и правда герб когда-то был, а потом в следствие чего-то исчез, то когда лорд пустит кровь своему бывшему рабу и вкусит её, ему станет плохо.       — А сдохнуть он случаем не может? — раздражённо поинтересовался Марк, хмуро смотря на Сэма через зеркало. — Какого чёрта тебе нужно через всё это проходить, если и так всё понятно? Ему что, настолько нечем заняться?       Марк осёкся и сделал несколько дыхательных упражнений. Это только сильнее распаляло его ярость, нужно думать о чём-то другом, нужно думать о…       Резко сорвавшись с места, он в два шага оказался рядом с Сэмом и, положив руки ему на щёки, прижался к его губам. Действия Марка оказались настолько неожиданными и непривычными, что у Сэма сбилось дыхание. Он ответил, но не сразу, вцепившись в плечи человека. Ему понадобилось буквально четыре секунды, чтобы осознать, что происходит. Сильнее прижавшись к охотнику, Сэм непроизвольно издал звук, чем-то напоминающий стон.       — Марк, — с трудом оторвавшись, Сэм позвал охотника, прислонившись лбом к его подбородку, — я обязан через это пройти, чтобы меня признали в клане, как вожака. А Фредерику, чтобы успокоиться, ведь, на данный момент, то, что я так свободно хожу по этой земле, его унижает. А следовательно злит — и он готов убивать. Нашему миру это не нужно.       — Я знаю, — выдохнул Марк, практически всхлипнув. — Знаю-знаю, милый. Но, блять, разве ты уже не прошёл семь кругов ада, Сэми? — продолжая держать его в том же положении, мужчина заглянул ему в глаза. — Я не хочу, чтобы тебе снова делали больно, любовь моя.       От подобной близости — той, что не физическая, а духовная — они, пожалуй, впервые находились на пороге обожания. Дыхание напротив было надрывным, вампир боялся, что Марк просто не выдержит, и в нём что-то надломится — то, что однажды сломалось в нём самом.       — Если ты будешь сильным, то я тоже, — прошептал Сэм. Их губы оставались в миллиметровой близости, так, что невесомо касались друг друга, когда Сэм говорил, и это вызывало дрожь. — Мне будет проще стоять там, под множеством изучающих взглядов, зная, что там, на трибунах залы, меня ждёт человек, которого я люблю.       — По возможности я буду стоять так близко, как только смогу, — хриплым голосом произнёс Марк. — Буду стоять рядом и не отведу от тебя взгляд. Ни за что, — он оставил поцелуй на его губах и грустно улыбнулся. Это было последнее, что он успел сделать перед тем, как в дверь постучали.