Булочки с курагой

      «Почему ты такой обнажённый? Неужели ты позволишь всем смотреть на себя такого? Такого, которого позволено видеть только мне».       И всё-таки Марк вышел вперёд, не сводя взгляда со своего возлюбленного.       Сэм обернулся к главному судье:       — Можете мне объяснить господин, как мои отношения могут повлиять на текущее дело?       — Видите ли, — задумался старик. — Во-первых, вы первый случай, кто умер и стоите тут, хотя в правилах чётко прописано… И пока нам надо понять, что значит умер, целители должны…       — Факт смерти был установлен целителями моего клана, — голос дяди заставил вздрогнуть присутствующих. Сидящий с правой стороны от судьи статный темноволосый мужчина с глазами как у Сэма встал с места.       Было заметно, что его достал этот фарс. Мало того, что его племянника заставили раздеться перед главами других кланов и высокопоставленными личностями, так сейчас ещё пытались раскрыть все подробности его личной жизни. Вампиру это не нравилось, красивое лицо исказила злость.       — Лорд, Делман, вы…       — Господин высокопоставленный судья, сейчас нет способа доказать факт смерти. Если только конечно не прислушаться к сердцебиению, которое застыло навсегда и запускается только возле этого юноши, — кивок на Марка. — Всем известно, что когда-то наши предки могли жить с подобной особенностью, так вот она перед вами. Не изобретайте колесо. Пусть лорд Фредерик уже вкусит крови и поймёт все сам. Уверен, что у остальных полно обязанностей и дел вместо того, чтобы сидеть тут.       Судья не смог возразить, потому что слова Делмана были близки к истине. Поэтому мужчина кивнул целителям, чтобы те вновь осмотрели Сэма прежде, чем вызвать Фредерика.       Повторный осмотр занял меньше времени, но Марк напряжённо следил за каждым их действием.       — Потерпи немного, любовь моя, скоро мы поедем домой, — одними губами сказал охотник. — На этот раз я не буду пить вербену и сделаю всё, что захочешь ты.       — Мы закончили! — объявил один из целителей и отошёл от Сэма.       — Его сердце? — хмуро уточнил седовласый мужчина, сидящий по левую руку от верховного судьи. Это был один из старейших вампиров, которые существовали ныне.       Старейшина клана, на гербе которого красовалось солнце, а на его фоне тёмный мотылек, что не сгорал от его лучей. Они были далеки от медицины, в отличии от Делмана. Самый древний клан держал в руках власть лишь потому, что был самым многочисленным и сильным, испокон веков оттачивая военное ремесло.       Вопрос был обращён к главному целителю и интересовал всех присутствующих. Слова Марка вызвали у Сэма волну мурашек по телу, но он пока молчал, лишь изредка одаривая его любящим взглядом, мысленно успокаивая и уверяя, что всё хорошо. Что среди лидеров есть друзья, которые обязательно покажутся, если будет что-то нарушено со стороны любого из них.       Тем временем Фредерик сидел напротив. Совсем неподвижно, не выдавая никаких эмоций. Его внимательный взгляд следил за каждым движением окружавших Сэма вампиров. Он изучал изящное тело напротив и не мог принять за истину всё, что сейчас услышал. Одержимость Фредерика давно перешла все границы, но его приближённые не могли ему об этом сказать, потому что методы этого кровожадного вампира, который даже не попытался ни разу прислушаться к тому, что пора выбираться из древних обычаев, были слишком жестокими.       Услышав вопрос, целитель вздёрнул брови, а потом указал на Марка, который сначала не понял, что говорят именно о нём.       — Подойди, юноша. Подойди и продемонстрируй то, о чём сказал Лорд Делман, является ли правдой то, о чём он говорит.       Не получив возражений от Сэма, Марк медленно направился к ним, следя боковым зрением за каждым движением окружавших его вампиров.       Но те слишком были увлечены сложившейся ситуацией и тоже не желали ни на минуту отводить взгляда от действа. Марк подошёл к Сэму почти вплотную, глядя на него сверху вниз и ощущая тепло в груди.       — Достаточно близко?       Сэм поднял голову, смотря в ответ. Зрительный контакт казался слишком интимным, слишком откровенным в присутствии всех этих личностей вокруг. Ему хотелось сбежать, а лучше прижаться к Марку и, укрывшись в его объятиях, выйти отсюда. Взгляд внимательных зеленых глаз пробирал до костей, будто вглядывался, доставая до души. И ведь правда, Сэм так привык к глухоте в груди, и лишь возле этого человека там раздавался ритмичный стук.       — Достаточно, — прошептал Сэм, поджимая губы.       — Скажи, что мне нужно сделать, — Марк чуть улыбнулся и осторожно коснулся мизинца на руке на долю секунды, словно сделал это случайно. — Мне нужно что-то сделать?       Вампир отрицательно покачал головой. Этого было достаточно, сердце в груди сжималось лишь от одного взгляда на Марка и неспокойно стучало где-то за грудной клеткой, медленно отбивая ритм.       — Этого достаточно, — Сэм прикрыл глаза. — Прошу вас, если вы хотите что-то проверить, то не медлите пожалуйста.       — Тебе плохо? — забеспокоился Марк, но его довольно грубо отпихнули от вампира, а его место занял целитель, который бесцеремонно приложил пальцы к шее Сэма, ощупывая пульс, и с мрачным удивлением объявил:       — Сердце бьётся.       — Это невероятно, — собравшиеся в унисон зашептались. В зале поднимался гул, а Сэм тем временем смотрел только на Марка. Ему было плевать, что кто мог там надумать, главное, что всё шло по плану, потому что Фредерик должен проиграть.       — Господа, прошу минутку тишины, — потребовал судья. — Пусть так, но по законам мы обязаны позволить лорду Фредерику испить крови, как было утверждено в самом начале, цитирую: «своего раба».       — Это… — начал дядя Сэма, но его прервали.       — Нет, лорд Делман, это мы не сможем исключить из процесса, — осадил его судья.       Сэм протянул руку к Марку. Холодными пальцами он коснулся щеки любимого и тихо прошептал:       — Вернись, пожалуйста, в зал, сядь рядом с моим дядей. Мне так будет спокойнее, — а потом обернулся к залу и громко сказал. — Прошу вас, давайте начнём.       Делмана он видел всего несколько раз, да и то мельком, ведь переговоры в основном вела Микаэлла, однако сейчас он без труда нашел место, куда показывал Сэм. Вампир не выглядел злым, скорее обеспокоенным. «Они ведь тоже чувствуют. Совсем как люди», — мелькнуло в голове.       — Здравствуйте, — на автомате поздоровался он, не сводя глаз с Сэма и наблюдая, как к нему приближается Фредерик.       — Марк, — позвал статный вампир. — Не знаю, как так вышло, но чтобы ты знал, я в курсе ещё с первого дня нашего знакомства, — на губах появилась теплая улыбка. — Я был уверен, что ты избавишь его от этого плена.       Лорд Делман говорил загадками, но речь о знакомстве, когда они были лично не знакомы, озадачила, и вампир это почувствовал, пояснив:       — Мой племянник не убил бы тебя, явного охотника, тогда в ущелье, а я ведь не услышал сразу твоего биения, потому что ваши сердца бились в унисон, поэтому и не отдал приказ выследить и убить тебя. Потому что понял… Ты ведь знал, что родной клан Сэма занимается медициной?       — Да, он говорил, — кивнул мужчина, сцепляя руки в замок. — И ещё что-то о том, что неплохо было бы отдать меня вам в качестве объекта исследования, — он чуть усмехнулся. — Но я не понимаю, почему если вы в этом разбираетесь, не помогли ему избавиться от шрамов и травм. Он буквально был зашуганным ребёнком, пусть и жил больше ста лет. Это безответственно.       — Притормози с обвинениями, — усмехнулся лорд, всё также хмурясь, глядя на своего племянника. — Я не успел даже обследовать его после вызволения из плена, потому что он встретил тебя, а потом очень скоро исчез…       — Лорд, Фредерик, прошу вас переодеться в халат, — заговорил судья, дав команду своему помощнику. — Как будете готовы, выходите в центр и подойдите к господину Сэмюэлю.       Губы Сэма сжались в сплошную линию, он опустил глаза, больше не смотря ни на кого.       — Сейчас начнётся самая неприятная часть этого заседания, — объяснил лорд Делман, обращаясь к Марку. — Парень, делай, что хочешь, но сохраняй спокойствие. Потому что Сэму будет максимально неприятно, каким бы он стойким не был. Фредерику позволят провести обряд кровопускания. Проще говоря, он укусит его так, как обычно это делает господин со своим прислужником или любовником из гарема.       — А что, есть разница? — Марка эти слова насторожили. — Сэм меня кусал только… — «Только во время секса, и то не по-настоящему», — один раз при первой встрече, и то это было не то чтобы больно.       Но то, как поник Сэм, говорило о том, что сейчас ему действительно было несладко.       — Да, разница между процессами велика, — терпеливо объяснял лорд. На процесс переодевания дали десять минут, поэтому время было. Хотя по каким-то причинам Сэма попросили стоять на месте, и только колоссальная выдержка помогала ему не сжаться в комок нервов и не обнять себя за плечи.       — Жертву вводят в транс и, даже если она сопротивляется, продолжают удерживать и пить кровь, зачастую убивая, скорее не из-за желания умертвить, а по неосторожности, как бы дико это сейчас ни звучало. Когда кусают партнёра, место укуса обрабатывают слюной, за счёт чего он происходит безболезненно. А вот укус господина… — Делман склонил голову вбок. — Господину, как правило, требуется близость от своих прислужников. Это похоже на занятие сексом, очень интимно, но сам укус вызывает жгучую боль у жертвы с примесью возбуждения и дикого желания подчиниться. В то время как сам господин получает истинное удовольствие от самого процесса и вкуса крови.       — То есть, если Сэм больше не его раб, он будет испытывать только боль?       В голове не укладывалось: ну что за варварство, почему его любовь должна это выносить? Он с места чувствовал настроение вампира: Сэм выглядел, как тогда, когда он часами лежал под одеялом, пытаясь согреться.       — Потерпи немного, Сэми, — прошептал он совсем тихо. — Я тут, я рядом с тобой. Совсем скоро всё закончится, слышишь?       — Кстати, а почему они именно в таких халатах? Неужели нельзя нормально одеться?       Обеспокоенность лорда за своего племянника уже распространилась, кажется, на всю округу. Внешне сохраняя ту же отрешенность, внутри борясь с демонами, Делман будто бы успел постареть за эти полчаса, хотя изначально великий лорд выглядел чуть старше Сэма. Это, видимо, у них было семейным.       — Боль испытают оба. Сэм сразу же после прокола кожи, а Фредерик в случае, если глотнёт отравленной тобой крови моего племянника, — Делман перевёл на него внимательный взгляд и склонился к Марку ниже. — Я ведь знаю, что Сэм солгал суду насчёт тебя. И сейчас надеюсь на то, что Фредерику будет действительно плохо. Чтобы боль вызывала желание сдохнуть, — на красивом лице появилась хищная улыбка, а глаза блеснули, когда Фредерика привели обратно, облачённого в полупрозрачный длинный халат.       — Как ты назвал, «халаты» обязательны, — голос тут же изменился, а на лице вновь появилось напускное спокойствие. — Как я говорил ранее, этот укус господина очень интимен, и сейчас их внешний вид символизирует наготу, максимально имитируя близость. Это не просто укус, Фредерик обязан постараться соблазнить перед ним… Сэм не поведётся на это, но обязан будет поддаться, чтобы скорее всё закончить.       — Поддаться соблазнению? — переспросил Марк, и перед глазами встала картина вчерашнего вечера: умоляющий о большем Сэм, задыхающийся от страсти и весь такой уязвимый и приятный наощупь…       — Да, именно, — кивнул Делман. — Он должен подпустить Фредерика к себе и максимально расслабиться, чтобы укус прошёл для него наименее болезненно. Хотя я предупреждал племянника, что это невозможно. Боль будет нестерпимой в любом случае. Но его повиновение оценят наблюдатели, а одержимость Фредерика наоборот раскритикуют. Сэмюэль всё сделает правильно, он у нас хороший мальчик…       — Желание убить его возросло троекратно, — решил для себя Марк. Хотелось подлететь к Сэму, сжать его в объятьях, укрыть собой и забрать куда-нибудь далеко. — Долго это будет продолжаться?       — Лорд Фредерик, если вы готовы, то приступайте. Господин Сэмюэль, вы согласны на эксперимент? — для галочки уточнил судья.       — Да, — с трудом разлепив вмиг пересохшие губы, громко ответил Сэм.       — Тогда…       — Если суд позволит, могли бы мы сократить время проведения обряда? — резко переспросил Сэм. — В зале находится мой партнёр, и он крайне нестабильный новообращённый. Вы в курсе, что выставить его за пределы зала невозможно, но также насколько будет уместным проводить полный обряд в присутствии моего новоиспечённого мужа?       — Это не тебе… — зарычал Фредерик. Глаза лорда застигала лёгкая дымка безумия, но присутствующие будто не замечали этого тогда, когда Сэм ощущал его одержимость с примесью безумия в полную силу.       — Суд учтёт вашу просьбу, господин Сэмюэль. Сокращаем обряд до десяти минут, — прервал раздражённого лорда судья. — Приступайте.       — Вообще обряд включает в себя много вещей, которые для вас — людей — могут показаться странными, и обычно обряд длится около часа. Но в этом случае, так как ты теперь СУПРУГ моего племянника, обряд возможно сократить до нескольких банальных прикосновений, вероятно, поцелуев и самого кровопускания, — намеренно выделяя статус их отношений с Сэмом, Делман явно намекает, что ему не сбежать: «Я лично придушу тебя в случае чего».       Поцелуев. Кровопускания. Страшно подумать, что ждало бы Сэма, не будь тут Марка и не оставь он укус на шее вампира.       — Не называйте его так, — неожиданно для самого себя выдал он, а когда Делман недоумённо на него взглянул, пояснил: — «Хорошим мальчиком». Сэм не игрушка и не ребёнок, который нуждается в похвале. А ещё это мне не нравится.       Всё это он выпалил почти на одном дыхании, но с невероятным спокойствием, всё так же не отводя взгляд от своего любимого. «Обещаю, за каждую секунду боли, которую ты испытываешь, я с ним расквитаюсь».       Сидящий рядом вампир усмехнулся:       — Для меня он является ребёнком и всегда им останется. Да даже потому, что я старше почти в семь раз. Но я тебя услышал, Марк, — Делман скользнул взглядом по его лицу, а потом вновь вернул его на племянника. Но даже этого мгновения лорду хватило, чтобы заметить в человеке блеск лихорадочно бегающего взгляда, сверхбледность и слишком уж участившееся дыхание. Вампиры так не дышат, и хорошо, что Сэм сообщил ему о том, что они сделали заранее, Делману хватило времени придумать план и объяснить всё племяннику. Пусть этот человек никому не верит и сейчас злится, пусть старается казаться сильным. Для дяди Сэма он всегда останется маленьким мальчиком с бурлящей в жилах кровью, готовый к опрометчивым поступкам.       Фредерик тем временем закончил переодевание и неспешным шагом направился к беловолосому вампиру, который, казалось, прямо сейчас был готов сжаться в комочек.       — Бедный мой малыш, — со вздохом покачал он головой, подходя вплотную и снова беря его лицо в руки. — Как жаль, что у нас с тобой так мало времени, иначе все эти почтенные вампиры увидели бы, как сильно я тебя люблю, мой сладкий, — высунув язык, он провёл им по губам Сэма, вынуждая их разомкнуть. — А теперь будь хорошим мальчиком, сделай то, для чего был рождён.       Бегло взглянув на Марка, Сэм подался на встречу лорду, но сомкнутых вплотную губ не разомкнул под напором. Но и не оттолкнул ненавистных рук, наоборот, разрешил касаться, прикрывая глаза, стараясь представлять себя в объятиях другого. В объятиях человека, а не монстра, что кричал всякий раз о любви и вдавливал тяжёлыми сапогами в грязь, заставляя ею захлебываться.       Руками Сэм скользнул по предплечьям лорда, хватаясь за них, чтобы не упасть прежде, чем слегка отодвинуться назад, разрывая нежеланный поцелуй, осторожно поглядывая из-под ресниц на Фредерика. Когда их взгляды встретились, Сэм, держась за него одной рукой, второй откинул волосы на правое плечо и склонил голову в ту же сторону, открывая доступ к шее с левой стороны. Намекая, что лорд может это сделать — всё, лишь бы сократить время в этих объятиях.       Однако Фредерик только легко поцеловал его в шею, проводя по влажной дорожке, которую оставил, носом и вдруг замер, заметно напрягшись:       — Что это? — с холодом спросил он, глядя бывшему рабу в глаза и надавливая на след от укуса Марка пальцем со всей силы. — ЧТО ЭТО, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, ТАКОЕ?!       — Ты оглох, ослеп и тронулся рассудком? — с напускным спокойствием ответил Сэм. — На протяжении получаса мы разбирали этот вопрос, а ты не слушал?       Брови Сэма поползли с издёвкой вверх, и он резко прижался к Фредерику и прошептал ему на ухо:       — Уже не так сильно хочешь меня?       Марк поперхнулся воздухом. Слова Сэма он слышать не мог, но прекрасно видел каждое его действие.       — Больше всего на свете я хочу заставить тебя кричать подо мной, как последнюю сучку, — лорд опустил руку вниз, распахивая халат парня и ведя ею по его груди, крепко сжимая бусины сосков острыми когтями, а потом, повернув голову Сэма в бок, резко, без предупреждения и осторожности, со всей силы впился в его шею зубами, разбрызгивая алые капли по белоснежной коже.       С губ Сэма слетел крик. Как бы он ни пытался подготовиться к этому моменту, жгучая, всепоглощающая боль тут же охватила всё тело. Рассудок поплыл, а ноги перестали слушаться, подгибаясь в коленях. На инстинктах Сэм схватился за плечи лорда, уговаривая самого себя не терять сознание. Голова закружилась, а перед глазами всё поплыло. Тело отвергало чужака, что вторгся в его личное пространство и посмел вкусить его кровь.       — Достаточно! — громогласно скомандовал верховный судья, отдавая команду воинам и целителям.       Фредерик в свою очередь закашлялся, отталкивая его, словно пытался урвать хоть кусочек воздуха. Согнувшись в три погибели, он яростно метал молнии взглядом, выискивая в толпе столь ненавистную теперь персону.       Марк вскочил в тот самый момент, когда закричал Сэм, и на него тут же напоролся взгляд лорда.       — Убью, — выдохнул он почти неслышно, пока к нему спешил один из целителей.       — Сиди здесь и не уходи никуда, — вскользь бросил Делман и направился к своему племяннику. На правах целителя он помог ему спуститься, перехватил его за плечи и отвёл в сторону, отдавая команды целителям.       — Мы все всё увидели, не так ли? — заговорил судья. — Думаю решение будет единогласным. Пока наши коллеги помогают господам, объявляю перерыв, после чего мы вынесем вердикт.       Фредерик попыталсяя было возразить, но его снова сковал судорожный кашель.       Марк же с нетерпением ждал, пока дядя и племянник спустятся к нему, чтобы резко вскочить со стула, на котором сидел, и оказаться рядом как раз в тот момент, когда ноги у Сэма совсем подкосились. С тихим «Сэми» Марк заключил в его объятья, попутно обхватывая за талию, чтобы помочь удержаться на ногах.       — Я так виноват перед тобой, — прошептал Сэм, прижимаясь к Марку, пытаясь спрятаться в его объятиях.       — Отнесись с пониманием, сейчас он бредит… — Делмана позвали целители, отвлекая от Марка и Сэма. — Мне нужно отойти. Надеюсь на тебя, помоги ему.       Марк кивнул, пытаясь придать Сэму удобное положение, а потом и вовсе лёгким движением поднял его на руки, обхватив под плечи и под коленным сгибом.       — Вы знаете, где он может передохнуть немного? И… и одеться, — обратился он к уходящему Делману.       Лорд остановился на мгновение и кивнул головой на дверь справа, а после поторопился к судьям, которые подзывали всех лордов для проведения закрытого заседания, чтобы вынести решение.       — Давайте я вас провожу, — к ним подошла молодая на вид девушка-вампир. — Я помощница лорда Делмана.       Девушка развернулась и тут же пошла в сторону той самой двери. По пути к ним присоединился ещё один вампир, который нёс в руках небольшой чемоданчик.       — Мне очень жаль… Ты не должен всего этого видеть, прошу, — продолжал умолять Сэм, продолжая обнимать Марка за шею.       — Перестань извиняться за то, в чём не виноват! — довольно резко оборвал его Марк. — Не разговаривай пока, несёшь всякий бред, — на секунду остановившись, он оставил на лбу Сэма поцелуй. — Господи, да ты холодный как труп, Сэми.       Их привели в небольшую комнату, в которой не было кровати, зато была довольно широкая кушетка, на которую мужчина и уложил вампира, а потом, стянув с себя плащ, накрыл им Сэма.       — Сейчас я должна вколоть ему небольшую дозу крови, — сообщила девушка, достав из чемоданчика шприц. — Линок, подержи, пожалуйста, господина за ноги, а вы мистер Марк, прошу вас, подержите его за руки, — девушка поджала губы и добавила: — Пожалуйста, не реагируйте на его слова, это необходимо сделать.       — Погоди, — прервал её Марк. — Зачем давать ему…       «Можете дать мою!» — захотелось крикнуть Марку, но он вовремя вспомнил о своей отравленной крови. Вот же чёрт. Не оставалось ничего другого, кроме как исполнить приказ: сесть в изголовье кушетки на колени и осторожно взять за запястья, прижав их к её поверхности.       — Вот так, мой хороший, — прошептал он ему на ухо. — Потерпи ещё совсем немного.       — Затем, что надо вывести яд этого…       — Марк, что происходит? — прервал объяснения девушки Сэм. Когда охотник перехватил запястья, прося потерпеть, в мозгу что-то переключилось, и его окутал ледяной страх. Сэм дёрнулся в сторону, но сильные руки, удерживающие его, не позволили этого сделать.       — Что вы творите, отпустите меня немедленно, — надрывно закричал Сэм.       — Держите крепче! — рыкнула девушка, которая пока даже подойти к нему не могла: Сэм ни секунды не желал лежать смирно, а рисковать драгоценной кровью было опасно. — Господин Марк, ничего не получается, оседлайте его. Прижмите и дайте мне руку— я введу кровь.       Марк тут же, не выпуская запястий Сэма, поменял положение: усевшись тому на бёдра, он сжал голенями его ноги и подался вперёд так, чтобы их лица оказались на одном уровне.       — Перестань капризничать, как маленький ребенок, — прошептал охотник в губы парня, не касаясь их. — Они делают то, что лучше для тебя.       Ужасно хотелось дотронуться до его щеки рукой, но сейчас всё, что мог себе позволить Марк — осторожно коснуться кончиком носа его.       — Вот видишь, все хорошо.       Сэм на секунду перестал шевелиться, и Марк крикнул вампирам:       — Сейчас!       Девушка перехватила удобнее шприц и прицельно воткнула его в вену на шее пострадавшего, нажимая на поршень. Процесс введения оказался небыстрым: давить на шприц в полную силу не представлялось возможным.       — Линок, обхвати его голову, немедленно! — скомандовала девушка.       Крики Сэма разносились на все помещения, эхом отталкиваясь от стен. Когда кровь в шприце закончилась, Сэм уже молчал, полностью обмякнув на кушетке. Его глаза были закрыты, дыхание отсутствовало, а сердце не билось вовсе.       — Всё в порядке, дайте ему парочку минут, он очнётся, — выдохнула девушка, подзывая второго вампира к себе.       Марк пару секунд не двигался, а потом осторожно поднялся, стараясь лишний раз не задевать вампира. Его собственное сердце билось как бешеное, адреналин в крови подскочил. Ему казалось, что настолько сильного стресса за какой-то час он ещё никогда не испытывал. Взъерошив волосы, он с тяжёлым дыханием уселся на полу, облокотившись о кушетку.       — Кошмар, — только и получилось выдохнуть.       — Воистину, — прошептал вампир, приоткрывая глаза. — Будто в аду побывал… Марк, что случилось?       Приподнявшись на локтях, Сэм проморгался. В теле всё ещё ощущалась слабость, а затекшие мышцы гудели от перенапряжения. — Будто кочергой получил по голове несколько раз, — закряхтел вампир, коснувшись затылка.       — Господин! — радостно позвала девушка, тут же подбегая к кушетке. — Вы справились, живы, — причитала она, осматривая тело. — Невероятно, сработало.       — Да, хотя лорд Делман был против подобного зверства, но ваш эксперимент…       — Тс, — пригрозила девушка юноше, и тот сразу замолчал, а его выражение непоколебимой покорности на лице вызвало улыбку у лежащего на кушетке вампира.       Марк выдавил из себя усталую улыбку:       — Как я устал от этого вашего вампирского дерьма, — он помассировал закрытык глаза. — Ритуалы, рабы, унижения напоказ, пытки. Бросай их и переезжай ко мне, — обратился он к Сэму. — И что за эксперимент ты на себе ставил? — в голосе повеяло прохладой.       — Хочешь сейчас выяснять это? — попытка подняться и сесть на кушетке не провалилась лишь потому, что двое помощников помогли подняться, обхватив с его двух сторон. — Благодарю вас, но не могли бы вы оставить нас наедине?       Дважды просить не пришлось: помощники тут же склонили голову и, сообщив, что будут всё время находиться за дверью, покинули комнату.       — Кровь, что они мне ввели, принадлежит дяде. Обычно восстановление после подобного укуса, чисто теоретически, может занять аж десять дней, я же хотел присутствовать на вынесении вердикта в полном здравии и с ясной головой. Вот поэтому и испытал этот метод. Как видишь, я фактически в норме.       Немного склоняясь вперед, Сэм потянулся к сидящему у кушетку Марку. Он коснулся кончиками пальцев его головы, тут же вплетая их в волосы.       — Десять?! Ты бы десять дней проволялся в подобном состоянии? — он поднялся. — Подожди минуту.       Он исчез за дверью, плотно закрыв её за собой, а затем послышались два глухих удара, будто кто-то со всей силы стукнул по чему-то твёрдому. Когда дверь снова открылась, Марк, как ни в чём не бывало, направился к вампиру, садясь на прежнее место и возвращая руки того на место.       — Почему, ты, чёрт возьми, не рассказал об этом? О том, что собираешься сделать?       Несколько раз моргнув, Сэм на автомате продолжил перебирать волосы Марка.       — Надеюсь, мои верные помощники не пострадали от твоего праведного гнева? — хмыкнул он, а потом абсолютно серьёзно заговорил: — Да. Но это не точно, потому что всё это известно в теории. Из ныне живущих никто не знает, как это работает на тех, кто избавился от герба хозяина. А не рассказал, — тихий вздох, — потому, что это всё получилось спонтанно. Я никак не мог заранее знать, что вы добыли элексир, утерянный дьявол знает сколько времени назад. И то, что ты его принял. В тот самый момент пришла идея, когда я только об этом узнал. Я сообщил об этом дяде, отправив сообщение. Он сомневался, но подготовил всё, чтобы иметь это под рукой в случае, если я решусь прибегнуть к этому плану. Ну, я и воспользовался случаем. Хотя изначально был вообще против твоего участия во всём этом цирке.       — Да как-то, что я пью, может влиять на тебя?! — рассердился Марк. — Ты вообще должен был опираться не на то, что я делаю с собой, ты должен был сосредоточится на себе, чёрт возьми!       Он злился с каждым разом всё сильнее, а червячок под названием безысходность обтачивал его душу всё яростнее.       — Блять, Сэми, ты знаешь, что такое доверие? Нужно было сказать мне, ну не знаю, как-то подготовить к тому, что должно произойти!       Вампир резко убрал руки. Тон, с которым говорил Марк и его грубость царапнули по уязвлённому нутру. Сэм не один раз за утро пытался отговорить Марка от этой поездки. Предпринимал попытки его убедить, но охотник был непреклонен, а сейчас, под впечатлением после увиденного, злился. Злился на самого Сэма?       — Послушай, — вампир поджал губы, пытаясь найти взглядом то, за что можно было бы зацепиться и намного успокоиться. — То, что ты укусил… Не так. То, что я поделился своей кровью с тобой, на меня никак не повлияло. Точнее повлияло, но лишь вызвало желание тебе подчиниться. Я мечтал только о том, чтобы ты меня разложил на любой доступной поверхности, ИДИОТ! — Сэм не мог сдержаться от оскорбления в адрес охотника. Даже дыхание сбилось. — А укус Фредерика на меня сейчас повлиял, — уже спокойнее сказал он. — Радует одно, ему досталось не меньше, чем мне.       Марк ничего не ответил, похлопав себя по карманам, будто в поисках чего-то, а потом, не найдя, взглянул на время и повернулся к вампиру:       — Да причем тут это, — вяло отозвался Марк, резко сменив настроение. — Я не злюсь, я просто в смятении, — он протянул к нему руку, чтобы дотронуться до щеки. — Я чертовски переволновался, когда ты сначала наедине с ним говорил, потом это. Знаю, тебе больше всех досталось, но и ты меня пойми, и… — он на секунду замолк. — С каких пор я твой муж?       Последний вопрос Марка, произнесённый так внезапно, выбил остатки кислорода из груди, заставив сердце предательски забиться. Вампир вовсе забыл про данную «мелочь». Да вообще сейчас обо всём забыл, когда Марк стоял напротив и требовал ответа. Обняв себя за плечи, вампир и правда смутился, потому что данный вопрос не поднимался ни разу. Но ответить следовало, честно и без утайки.       — Кусать вампира в изгиб шеи с левой стороны могут только либо половые партнеры, состоящие в статусе супругов, либо господа, — теребя край своей рубашки, Сэм поднял взгляд на Марка, стойко выдерживая его. — Если бы я сказал, что ты мой новый господин, то никто не поверил бы. Ведь новоиспечённый вампир, без пяти минут человек, не имеет подобной власти. А я ведь доверился тебе, значит, ты уже можешь являться моим супругом.       — У тебя аж щеки порозовели, ты что, сново «ожил»?       Видя, что протянутая рука осталась без внимания, он переместился на кушетку и хмуро посмотрел на разодранную кожу в месте укуса Фредерика. Потом подался вперёд, коснулся её губами и тихо пробормотал:       — У камушка боли, у дерева боли, а у Сэма не боли, — снова оставил поцелуй. — Всё, теперь точно скоро пройдёт.       Разведя руки в стороны, он обнял своего вампира, выдохнув:       — Ну муж так муж, но знай, на развод я тебе подать не дам.       Тихий смех Сэма разрядил напряжённую атмосферу в комнате, а сам вампир прижался к охотнику, обнимая руками за талию.       — Ты реально придурок, Марк, — сквозь смех прошептал Сэм, чтобы в следующее мгновение отстраниться и, запустив пальцы в волосы на затылке, притянуть его к себе для поцелуя. — Я очень не хочу тебя разочаровывать, — продолжил он, разрывая поцелуй, но не отодвигаясь, — но я сам бы тебе его не дал. Потому что даже моя смерть не смогла разлучить нас. Я вернулся, чтобы однажды забрать тебя для себя.       — Идиот, придурок. Где ваши манеры, Самуэль? К тому же такой собственник. Просто кошмар.       — Мои манеры канули в лету, когда ты появился в моей жизни.       Неожиданно рука охотника, которой он обнимал Сэма, соскользнула вниз и обвела непонятный контур на его спине, словно хотела что-то нарисовать.       — Кому принадлежит эта комната? — неожиданно спросил он с каким-то странным блеском в глазах. Сэм быстро пробежался по пустым стенам глазами и возвратил всё своё внимание к Марку и их невинной игре с поцелуями и обнимашками.       — Это просто комната ожиданий, таких в подобных залах множество, — ответил Сэм, пальцами поглаживая крепкий торс и накаченный пресс охотника. Почему-то в мыслях именно сейчас представлялось, как они могли бы, наплевав на всё, заняться сексом, совершенно не сдерживая своих стонов. Может, это то самое примирение после ссоры? Но Сэм запрещал себе даже думать об этом, упорно опуская глаза, следя за движением собственных рук.       — М, я заметил. Ну ладно, пусть это будет маааленькая месть, раз на большую пока нет ни сил, ни времени.       И вот тут Марк задумался. Если он хочет, как выразился Сэм, «взять его на любой доступной поверхности», то тут есть загвоздка. У него нет с собой ни презервативов, ни даже смазки. А причинять хоть малейший дискомфорт и так настрадавшемуся Сэму не хотелось.       — В зависимости от того, сколько у нас времени, могу предложить два осквернения поместья Фредерика на выбор, — с усмешкой произнес он.       — Я бы хотел этого не меньше твоего, но боюсь у нас не будет на это времени. Точнее его будет не достаточно. С тобой всегда мало, — глубокий вздох разочарования срывается с губ вампира. — Давай оставим этот разговор незавершённым и продолжим его уже вне стен этого проклятого поместья, — игриво заканчивает говорить Сэм именно в тот момент, когда к ним учтиво стучатся.       — Прошу прощения, — после стука дверь тут же открыли и в проеме появилась голова той самой девушки. — Господа просят вас вернуться на свои места, суд готов вынести решение.       — Одежду сначало ему дайте! — раздражённо откликнулся Марк, продолжая обнимать вампира. — Или там ему тоже нужно голышом ходить? — он рефлекторно погладил по волосам Сэма и только сейчас заметил, что они больше не похожи на солому на ощупь. Белоснежные пряди стали очень мягими, словно рука охотника утопала в шёлке. Захотелось распустить собранный хвост, и от души зарыться в них.       Девушка-вампир ойкнула и сразу же исчезла в проходе, возвращаясь с аккуратно свёрнутой одеждой.       — Прошу, простите меня за невнимательность, — склонив голову, попросила она, пряча глаза за длинной челкой.       — Всё в порядке, — тут же ласково отозвался Сэм, отстраняясь от Марка, принимая одежду из её рук. — Сегодня мы все немного переволновались. Ступай и передай достопочтенным господам, что я выйду через пять минут.       Девушка быстро выскользнула из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь, а Сэм поднялся с кушетки, попутно развязывая халат на поясе. Его движения казались плавными, слишком медленными, будто в нём совсем не осталось сил даже на то, чтобы самостоятельно переодеться. Несмотря на это, он вновь заговорил:       — И правда, день выдался нервным, ещё предстоит выслушать обвинения со стороны Фредерика и его защиты. Но я уверен, лорды примут решение правильно и единогласно подтвердят статус моей свободы от него.       Марк забрал одежду из холодных, немного трясущихся рук и сам помог ему надеть всё то, что принесла помощница. Когда подошла очередь брюк он опустился на колени, чтобы вампир по очереди надел каждую штанину, опираясь на его плечо.       — А я просто надеюсь, что Фредерик умер от отравления, и нам больше не нужно с ним считаться… — он секунду помолчал, потом улыбнулся. — У меня дежавю.       — У меня тоже, — понимая, о чём говорил Марк, согласился вампир. — Но сейчас меня не накроет, как в прошлый раз.       Во взгляде вампира теплилась благодарность и океан нежности к человеку. Марк относился к нему, как к чему-то очень хрупкому и ранимому, и Сэм это ощущал каждой клеточкой своего тела. Рукой он скользнул по щеке охотника, привлекая его внимание, когда тот закончил с застежкой на брюках.       — Когда всё закончится, и мы сможем выдохнуть спокойно, я бы хотел познакомиться с твоим сыном. Я все эти часы представлял, как он мог бы быть похож на тебя, и от чего-то мне это греет душу.       Вампир сам не знал, зачем заговорил об этом. Вероятно, он не хотел сейчас думать о комментариях Марка в адрес Фредерика, потому что этот вампир отнял много лет его жизни и лишал достоинства всякий раз, ломая и истязая, а потому тема о нём казалась сейчас непосильной ношей.       — Он скорее похож на тебя, — Марк приступил к застёгиванию пуговиц на рубашке. — Волосы светлые, Мика говорит, что они потемнеют со временем, но если нет, то будешь всем говорить, что это наш с тобой сын, — дойдя до верхней пуговицы, он застегнул и её, а потом поправил воротник. — Кстати, у тебя есть второе имя?       — На меня? — глаза вампира в миг округлились, и он уставился на Марка. — Если только цветом волос, то вероятно на свою кровную мать, иначе я не могу объяснить, как такое вообще возможно, — несмотря на абсурдность заявления, Сэму стало приятно от этой мысли, потому что у него никогда не появилось бы собственных детей, за это можно было бы сказать «спасибо» Фредерику. — А что насчёт имени, ты имеешь в виду то, которое при рождении дала мне мать?       — Разве имя, которое тебе дала мать, не Самуэль? — удивился Марк. — Ну, это ведь твоё основное имя, так? Или у вампиров всё иначе?       — По правде говоря, я очень смутно помню своё детство. Мы ведь бежали из-за войны с мамой в горы, в её клан. Помню, что ей было тяжело с нами. Она боролась, как могла, но… — короткий вздох, и небольшая пауза, после которой Сэм заговорил, указывала на то, что он с теплом вспоминает мать и вероятно совсем не помнит отца, потому что никогда не говорил о нём. — Мое второе имя Фергус, так как мать часто говорила о том, что я вырасту сильной личностью. Они это чувствовали, и отец то же говорил ей, когда я только родился, а потому меня назвали именно так. А Сэмюэль, да, это моё основное имя.       — Значит, Алоис Фергус Ларджент, — решил Марк, подавая ему его величественный плащ. — Бедный его будущий учитель, — на лице расцвела злодейская ухмылка. — Август от злости на месте сгорит, когда узнает.       Поправив манжету на правом запястье, Марк вдруг поцеловал тыльную сторону ладони вампира.       — Готов?       Заторможенно кивнув, вампир замер.       — Ты хочешь дать своему сыну моё истинное имя? А как же твоё имя, оно не может вот так взять и исчезнуть из наследия твоего дитя, — нахмурился Сэм. Он не понимал, зачем Марк так поступал, ведь, по сути, малыш никаким образом не мог являться родственником вампиру, даже если сам Сэм очень сильно будет хотеть этого. Относиться к родной крови Марка он готов даже на зная его, как к своей, но чтобы его имя звучало в имени малыша, казалось слишком эгоистичным.       — Давай поговорим об этом, когда всё это дерьмо кончится, милый. Договорились?       Еще раз оглядев Сэма, он вдруг нахмурился, глядя на его прическу, и переместился вампиру за спину, распуская тому волосы и собирая их заново. Без расчёски вышло не идеально, но зато не так помято.       — Уже лучше.       — Я могу и привыкнуть к подобной заботе и перестану что-то делать самостоятельно, требуя круглосуточного ухода, — усмехнулся Сэм, заправляя за ухо выбившуюся прядь волос. — Пойдём, нас не должны столько времени ждать, мы и так задержались.       Дождавшись, когда Марк поравняется с ним, они вместе вышли в основную залу, где собрались почти уже всё. Заинтересованные взгляды были направлены на Сэма и большинство из них излучали изумление, потому что вампир выглядел абсолютно обычно, будто не с ним всего несколькими минутами назад произошло то, что могло бы называться истерикой и шоком. — Скоро встретимся, не скучай, — напоследок шепнул Сэм, направляясь в центр, перед этим коснувшись тыльной стороны ладони охотника.       — Я буду тут, — коротко ответил он.       Марк отошёл к дяде Сэма, вставая рядом с ним. В этот раз он испытывал некоторое смущение от того, что они сегодня утром буквально стали родственниками. От осознания этого слегка покраснели кончики ушей.       Фредерик стоял в другом конце зала с довольно бледным лицом, и Марк невольно позлорадствовал:       — Так ему и надо, — вырвалось у него.