Бесконечное PWP. Авторские похождения

      Лена проснулась среди ночи и поняла, что всё идёт по плану. А идти вразрез и не могло — рядом её любимый мужчина. Первая любовь между прочим! Это вам не хухры-мухры, знаете ли.       В реальном мире Цуканов и сам пережил её, будучи однажды влюблённым в некую девушку, с которой учился в одном классе. Но осознал молодой человек это только спустя четыре года, как их пути разошлись. В силу юного возраста и изрядной застенчивости он не нашёл в себе сил признаться ей в любви. Тогда же Кирилл осознал, каково это… Тяжко, оказывается, быть однолюбом!       Хоть Уныл-тян и по уши втюрилась в Цукана, однако на исчезновение психофизиологических проблем это, к сожалению, не повлияло. Треклятая бессонница опять замучила её. Накинув пионерскую форму, Лена тихонько, стараясь не разбудить SILENT SINISTER SHADOW 155, вышла из своего домика и отправилась гулять по ночному лагерю. Обычно такие прогулки на свежем воздухе помогали отлично насытить кислородом лёгкие, отчего сон как правило улучшался. Иными словами, с бессонницей каждый борется по разному. Ибо автор сей главы, сам зачастую становившийся заложником подобного отвратительного состояния, заявляет: ЭТО ЧИСТОЕ ЗЛО!!!       Дойдя до площади, Лена присела на лавочку под пристальным взглядом каменного Генды. Вдруг к ней подошла Двачевская с вопросом: — Тоже не спится, подруга? — Не сплю, Алиска, — ответила та. — Мы с тобой товарки по несчастью, — заключила Алиса, присаживаясь к подруженции и закуривая очередную «Приму». — Давай я тебя по-женски так расцелую взасос! Мы с Ульянкой такое постоянно практикуем. Ты бы знала, на что она способна. Маленькая, да удаленькая. Такое вытворяет, когда одни остаёмся!.. — Не, не, не, — отмахнулась Лена. — Вот это вот вообще не моё! Мне хватило, что ты со мной в «Жарком лете» вытворяла! Не надо меня в эту вашу лесби-тусовку вписывать! — Послушай, а что ты такого невъе… Ой, в этом фанфике же нельзя материться… необычного нашла в этом Цуканове? — быстро перескочила с темы Алиса. — Типичный додик-очкарик. Сколько ко мне таких кадров в школе шары подкатывало… Чуть ли не каждый называл меня богиней и намеревался поработать язычком над тем местом, которым я дорожу! Может быть, и он захочет на мою пилотку позарится… Кому знать, что ему в голову взбредёт. Немудренёхонько!.. — Ну и дура же ты тупорылая! — гневно перебила её Лена. — Во-первых, не Цуканов, а Кирилл Викторович! Во-вторых, он соавтор сего фанфика вообще-то и оной главы на минуточку! В-третьих, это моя первая и последняя любовь, которую я пронесу до гробовой доски! Я однолюбка, также как и он. И это не единственное сходство между нами. Не важно! Важно лишь то, что мы идеально подходим друг другу! Мы созданы друг для друга! А вот его дружок, Щелконогов, настораживает меня намного больше. Когда мы жахались в библиотеке (ведь лучшее место для классного секса — библиотека!), он посмел обозвать меня шизоидом. А я просто вступила в соитие с любимым мужчиной!!! — Сама ты дура набитая! — обиделась Двач-тян. — Не гони на Никиту Борисовича, он хорош! Говоря по секрету, я влюбилась в Никитоса. Хоть на его члене уже скачет Юлька, шалашовка-наркоманка, кошкина дочь, я не оставляю надежды, что однажды мы вдрызг и брызг набухаемся «Столичной», зайдём в кусты и потрахаемся на славу! — Что ты в нём нашла? — хмыкнула Уныл-тян. — Тракторист какой-то с сомнительными наклонностями! А вот Кирилл Викторович так-то уважаемый человек, юрист… — Нашла, чем удивить! — фыркнула Двачевская. — Виталькон тоже приносит пользу обществу. Замечательный он Человек. Я твоему Цукану яйца отгрызу и пипирку оторву, если он это слово не напишет с большой буквы… Да иди ты к чёрту, понтовая сучка! Никакого уважения к рабочему классу и трудящемуся пролетарию! — Ну и туси со своими Витальконом, стерва поганая! — закричала Лена. — Гадина! — Шлюха! — Шалава! — Проститутка! — Потаскуха! — Курва! — Всё, мы исчерпали лимит допустимых печатных ругательств, предлагаю разойтись!       Лёгкие насытились свежим лагерным воздухом, и Лена, окрылившись ночной атмосферой и поругавшись с Алисой (а какие лучшие подруги не ругаются до полного остервенения?), вернулась к себе в домик. Цукан, вальяжно возлежавший на кровати, беспробудно дрых глубоким и крепчайшим сном праведного младенца. Внезапно ей ударила в голову одна мыслишка, которую пионерка тут же решила безотлагательно воплотить в действительность.       Ну как мыслишка? Чёрное дело!       Лена спустила с него штаны, и наружу показался эрегированный причиндал с набрякшей головкой. Ночной стояк позволил Уныл-тян опустить длительную процедуру приведения полового органа SILENT SINISTER SHADOW 155 в состояние боеготовности. Тот проснулся от сладостных ощущений приближающегося оргазма. Ещё приятнее его было получать от любимой Леночки. Кирилл Викторович обильно разрядился ей в глотку, а та жадно проглотила всю извергнутую им семенную жидкость. — Лена… — спросонья простонал Цуканов. — Я рад, что ты со мной… — Я тоже, Кирилл Викторович… — эротично прошептала Лена. — Я тоже…

***

      SILENT SINISTER SHADOW 155 проснулся с первым лучом восходящего солнца. Рядом спала обнажённая Леночка. Её величественные груди покачивались в такт равномерному дыханию. Цукану вновь захотелось как следует с ними поиграться, но он решил не будить спящую пионерку. Тем более на махинации подобного рода у него будет времени ещё хоть завались.       Не успел, однако, Кирилл Викторович прийти в себя, как раскатисто зазвучал лагерный горн, созывающий пионеров на утреннее построение. Поэтому он разбудил Уныл-тян горячим французским поцелуем в запертую щель половых губок. Лена проснулась от приятно зудящего ощущения меж ног и любовно чмокнула его. — Нам пора, Лен! — оповестил её Цукан. — Вот сволочи, не дают поспать немного, — угрюмо проворчала Лена, нехотя надевая пионерскую форму и поправляя красный галстук.       Вскоре на утренней линейке были построены все обитатели лагеря «Совёнок». Однако сбоку от кибернетиков притулились два друга, метель да вьюга, — SILENT SINISTER SHADOW 155 и Виталькон_69_228. — Товарищи, — с ленинским возгласом, но без картавости само собой и при том звучно проговорила вожатая Ольга Дмитриевна, прекрасная молодая женщина с пышными формами, ещё не успевшая стать милфой, — мы рады приветствовать в наших рядах новых пионеров. Цуканов Кирилл, Щелконогов Никита! Шаг вперёд!       Кирилл Викторович и Никита Борисович покорно исполнили команду вожатой. — С этого момента они теперь ваши товарищи! Цените их и уважайте! Из их личных дел я узнала, что парни они хорошие, в какой бы то ни было крамоле не замешаны, а следовательно могут не только отдыхать в нашем лагере, но и полноправно заниматься трудовой деятельностью наравне и наряду со всеми вами! Встаньте в строй, пионеры!       Цукан и Щелконог гордо встали в строй, как штыки. — Славяна! Выдай им форму! — приказала Ольга Дмитриевна.       Помощница пионервожатой, пряча в трусики волшебную тетрадку, вышла из строя, куда-то делась и вскоре вернулась с новым комплектом пионерской формы на двоих. — Носите с гордостью! — сказала она, подмигнув парням. — Честь имеем! — вежливо откланялись Кирилл и Никитос. — Марш в столовую на завтрак! — скомандовала пионервожатая.       Не успели Цуканов и Щелконогов тронуться вслед за пионерами, как их остановила Славя, выдав обходные листы. — Правила надо соблюдать! — строго повела бровкой Мод-тян. — А вы что думали, в сказку попали? Никакого завтрака, пока не заполните обходные! — Тьфу ты!.. — обескураженно сплюнул Щелконог. — Не знаю как вы, prietenul meu, а я забью болт на эти обходники! Чтоб мне в этом «Совёнке» ещё заморачиваться — да не в жизнь! Идите сами, Кирилл Викторович, авось удастся покорить медсестру. В вашем мужском обаянии я не сомневаюсь! — Да, так и поступлю, — согласился Цукан. — Возьму ваш обходник, попрошу Женьку подделать подписи — она умеет это и не только…       Широко улыбнувшись, Виталькон_69_228 побежал в сторону столовки вслед за пионерами и вскоре затерялся в их толпе. SILENT SINISTER SHADOW 155 проводил взглядом коллегу по литературному ремеслу и, когда тот скрылся, неспешной походкой направился в медпункт. Там его ожидала великолепная медсестра всея «Совёнка» с причудливым именем — Виолетта Церновна Коллайдер, она же просто Виола. Больше всего соавтора в её внешности поражали не только отменные буфера, но и глаза разного цвета. «Странно», — невольно подумал про себя Цукан. — «Вот она врач, а у самой физический дефект. Правда он ни на что не влияет на самом деле. Так даже прикольней. Есть в ней какая-та изюминка…» — На что жалуешься, пионэ-э-э-э-эр?! — нарочито растягивая слова, проворковала медсестра. — Ни на что, Виолетта Церновна, я пришёл за тем, чтобы вы обходной лист подписали, — сказал Цуканов. — А, так ты ж новенький, — медлительно проговорила она. — И да, называй меня Виолой. — Хорошо, Виола, раздевайся, — начал ковать железо, пока горячо, SILENT SINISTER SHADOW 155. — Походу я наврал. Кажется, кое на что всё-таки пожалуюсь… У меня член горит, трахаться хочу невообразимо! — Ого, люблю таких резвых мальчиков! — довольно скривилась Виола в похотливой улыбке, заметив выпирающий бугорок на пионерских шортах Цукана. — Сейчас осмотрю я твоего страдальца…       Сексапильная милфа расстегнула медицинский халат, и наружу вывалились её массивные дойки с изрядно возбуждёнными сосками. — Свяжите мне руки! Свяжите мне руки! Свяжите мне руки! Свяжите! Свяжите! Свяжите!.. — закричал Кирилл Викторович, заваливаясь на кушетку и игриво подёргивая вялый член. — Иначе быть оргазму!       Не лыком шитая Виола тут же обмотала соавтору руки клейкой лентой, а сама нависла над ним, покачивая огромными титьками. Привлекательно и маняще сверкнула её увлажняющаяся щель. — О великий клитор! О всемогущие бидоны! — возопил изнывающий от похоти Цуканов. — Я хочу войти в твоё лоно и залить твою матку своей горячей спермой! Я хочу вцепиться в твои тёплые и мягкие сиськи! Я хочу ласкать до изнеможения твои притягательные соски! Я хочу засадить тебе промеж восхитительных булок!       Медсестра, сексуально улыбнувшись, совершила пару онанирующих движений, оттянув назад крайнюю плоть, и оседлала Цукана своим лоном. — Не бойся, я не залечу от тебя, — сказала она. — Я ведь бесплодна…       Такого SILENT SINISTER SHADOW 155 явно не ожидал услышать. А если даже и ожидал, но только не во время секса. — Ну вы даёте, Виолетта Церновна, — укоризненно проронил он. — Всю интимную обстановку поломали! — Как поломала, так и восстановлю, — произнесла Виола невозмутимо. — Давай, мой мальчик, заведись! Работай своим мясным жезлом! — Клянусь Амуром, я засажу тебе по самые яйца и разряжу внутрь всё семя, какое у меня припрятано! — зарычал Цукан.       Из-за лихого соития инструмент Цуканова с небывалой и невиданной силой долбился то в матку, то в анал, чем доставлял неземное блаженство Виолетте. — Вот так!.. Поддай, поддай!.. — стонала она. — Яйцами, яйцами!.. Ещё порезвее!..       Внезапно сила клейкой ленты ослабла, и руки SILENT SINISTER SHADOW 155 развязались. Вцепившись ими в полные ягодицы медсестры, он принялся насаживать их на свой член.       Почувствовав наступающий оргазм, Виола в изнеможении упала на грудь обнажённому парню. Его пенис, облитый приятными выделениями из женской вагины, постепенно начал уменьшаться в размерах, пока полностью не покинул спазмирующее лоно. Хотя из уретры продолжали вытекать струйки не извергнутой ранее спермы. — Спасибо, что заглянул ко мне… — изрекла медсестра, поднимаясь с кушетки.       И счастливый Цукан, забирая подписанный обходник и одеваясь обратно в лагерную униформу, поцеловал Виолу и отправился в библиотеку.       Надо было, чтобы Женя сфальсифицировала подписи ему и Щелконогу. Ибо с каждой секундой, на смену сексуальной потребности, давал о себе знать предательски урчащий голодный желудок. А тащиться в другие места за подписями ему как-то не особо хотелось.       Оказавшись в библиотеке, зашедший Цуканов одарил сидевшую там Женю лучезарной улыбкой. Не став держать язык за зубами, он даже рассказал ей о недавней половой связи с медсестрой Виолой. — Ах ты ж, негодник какой! — вспылила Женя. — Ты чё, абзац попутал? Давно по эпиграфу не получал, а? Да я тебе твою мясную кочергу по самое оглавление снесу!.. — Не кипятись, Женечка, такова концепция фанфика, — оправдывался SILENT SINISTER SHADOW 155. — Мы с Никитой Борисовичем подкатываем к тянкам и… — Вот вы какие, оказывается! Вот и всё, что вам от нас нужно! Бабники драные! Грязные франты, форзацы неумытые! Я так и знала! Все мужики козлы! — Я готов принести извинение, — падая на колени ниц, сказал соавтор. — Снимай чулочки, приспускай трусики… Я заглажу свою вину, отлизав тебе писечку!       От настолько заманчивого предложения библиотекарша уж никак не могла отказаться. Взгромоздившись на письменный стол, Женя раздвинула ноги, и Кирилл Викторович прильнул губами к её щёлке. Сперва он раздвинул безымянным пальцем малые половые губы, обтёрся носом о капюшон Жениного клитора, а большим и указательным пальцами проник внутрь влагалища.       Чтобы не заехать ему по лицу ногами от удовольствия, она схватилась за первую попавшуюся книгу — томик «Тёмных аллей» Бунина — и в неистовстве прижала её к груди. Наконец Цуканов заехал языком в недра Жени, ощущая на губах сладкий вкус её любовных соков. Библиотекарша быстро излилась в лицо автору всего этого бреда и, рухнув на стол, официально вынесла оправдательный вердикт: — Вина искуплена в полном объёме… — Твои любовные соки восхитительны, Женечка! — восторженно сказал Кирилл Викторович, слизывая излитую на него благодать. — Такая вкусняшка! Я бы с ней цикорий заваривал!.. Правда я пил его давно… Но в следующий раз обязательно выпью за твоё здоровье! Послушай, Жень, если назвать твои вагинальные выделения литературным термином… ну, скажем, эпифорой… то твои выделения из ануса можно обозвать анафорой? — Дурень, это эналлага! — ударив его книгой, гаркнула Женя. — Что? — переспросил Цуканов. — Ну… вы поняли… — смутилась она. — Впервые слышу, чтобы последствия женского оргазма кто-то так называл, — удивился он. — Что-то на литературном, короче. Впрочем пусть будет, пусть будет. По крайней мере ты библиофилка, и у тебя свои причуды… — Мне нравится ваше красноречие, Кирилл Викторович, и я его очень ценю, но давайте может позавтракать сходим. Я хавать хочу! — Я тоже. Погнали.

***

      Завтрак минул. Прошёл обед. «Совёнок» погрузился в спячку после приёма пищи.       Лишь один SILENT SINISTER SHADOW 155 не смыкал глаз. Ибо он захотел познакомиться поближе с поварихой Натальей. Как только юноша увидел очередную милфу в этом лагере, как сразу же возжелал её.       Придя в помещение столовой и забравшись туда, куда до него не ступал ни один пионер (за исключением разве что Толика), Цукан застал Наташу. Опять же церемониться, жеманничать, миндальничать, лимонничать и тем более апельсинничать он не намеревался. Так как повариха стояла к нему спиной и мыла посуду, Кирилл Викторович приспустил шорты, подкрался вплотную к Наташе и прижался к её ягодицам обнажённым пенисом.       Женщина вскрикнула, однако автору этой главы удалось обратить сложившуюся ситуацию в свою пользу, заткнув ей рот поцелуем. Отстранившись на время, он посмотрел в глаза изрядно поразившейся поварихе и сказал: — Я хочу вас, Наталья… — Ну новенький, ну проказник! — колхозно рассмеялась Наташа. — Кроме шуток, Наташуля, — серьёзно смолвил Цуканов. — Ну тогда выбирай, новенький, как мне тебя удовлетворить? — Что-то я сегодня практически только по шмонькам скачу. Про жопки-то не следует забывать. — Ну что ж, попкой так попкой!       Наталья сняла с себя голубой халат, откинув небрежно белый передник, и Кирилл Викторович вошёл в неё вставшим членом. Повариха застонала, а её внушительные сиськи свисли в низ и принялись исступлённо колыхаться при каждой фрикции. И ни она, ни трахающий её Цукан не приметили подглядывавшего за ними Толика.       По его лицу текли горькие слёзы. Ведь он был тем, с кем лишилась девственности Наташа. И уж явно Толик не думал, что с ней собирается совокупляться ещё кто-то, помимо него. И уж тем более он не ожидал, что застанет свою женщину, сношающуюся с новоиспечённым пионером.       Хотя при этом он испытывал некое удовольствие, созерцаю эту картину. Иными словами, Толик оказался самым настоящим куколдом.       Но это не единственный его фетиш.       Толик был ещё и отъявленнейшим мазохистом, каких поискать. Косплея мужика из ролика «1 Man 1 Screwdriver», он засунул себе в член отвёртку, еле сдерживаясь, чтобы не заорать. Отвёртка выпала, и из члена брызнула кровь. Толик сам припух со своих действий, поэтому предпочёл спешно убраться из столовки, злобно процедив сквозь зубы: — Я ещё покажу этому Цуканову… Ну он у меня попляшет…       А Кирилл Викторович тем временем закончил своё нехитрое дело и спросил Наташу: — У вас был кто-нибудь до меня? — До сегодняшнего дня я предавалась любви только с моим любимчиком, Толей то бишь!       Цукан ошарашенно присвистнул. — О, есть мысль! Давайте вы соберёте моё семя и добавите его в завтрашнюю кашу! Если будут спрашивать, что за странный вкус, скажете, мол с солью переборщила. Ха-ха-ха-ха-ха-ха! Это будет наш с вами маленький секрет, Наташа! — Отличная кулинарная задумка, Кирилл Викторович! — похвалила его за находчивость Наталья.

***

      Наступил вечер. Стемнело. Цуканов собирался заканчивать главу и пойти за эстафетной палочкой. Из Славиной тетрадки он прознал, что Виталькон_69_228 забросил её в тот самый бункер.       SILENT SINISTER SHADOW 155 предстоял тяжёлый выбор! Кого же он выберет для похода в этот чёртов бункер? Лену? Женю? Славю? Виолу? Или Наташу?       Не угадали!       Никакой тяжёлый выбор перед Кириллом Викторовичем не стоял всуе! Он изначально задумал пойти туда именно с тем, кто также оказался заброшен по стечению обстоятельств в этот лагерь. С тем, кто эту палочку туда же и забросил.       Никита Борисович согласился. Заодно решил прогуляться с другом. Яркий пример того, как дружба платоническая побеждает дружбу романтическую.       Лагерь окончательно погрузился в сон, когда друзья двинулись на встречу приключениям. Дойдя до той самой заброшки, Виталькон_69_228 и SILENT SINISTER SHADOW 155 спустились в подвал здания и пошли по подземельям. Оба вооружились мощными ручными фонариками.       Внезапно они остановились перед тяжеленной и толстенной гермодверью. Из-за неё мерцали еле заметные отблески света, а также доносились странные звуки, которые особенно были слышны на фоне пустынной тишины.       Щелконогов приоткрыл дверь, и она, к удивлению товарищей, оказалась незапертой. Их глазам предстало весьма странное, безумное и даже пугающее зрелище. Никита Борисович и Кирилл Викторович узрели, как в небольшой полупустой комнате, тускло освещённой парой пыльных подсплеповатых прожекторов, стояло операционное кресло, на котором лежал пионер Андрей со спущенными шортами. Он постанывал, держась руками за окровавленный пах. Шурик, одетый во врачебный халат, орально насиловал беззащитного пионера, а Электроник в медицинских перчатках держал оскоплённые гениталии Андрюхи в одной руке и страшные щипцы, именуемые бурдиццо, в другой. Из-за кресла показался Толик, держащий эстафетную палочку. Он с ненавистью посмотрел на вошедших и проорал: — Да как ты посмел, Цуканов, трахать мою Наташку?! Она для меня значит всё! Она первая приняла меня таким, какой я есть! До того самого дня, как мой хрен впервые был ею обласкан, меня постоянно задирали и ни во что не ставили! Теперь-то я знаю ваш план! Всё про вас знаю! Я, оказывается, персонаж какого-то дебильного фанфика, который прочитает куча незнакомых людей! Эта куча незнакомых людей подумает неправильно обо мне! Но теперь я подниму свой авторитет в их глазах! Да я же объективно вывез всю новеллу, по мне все тянки «Совёнка» текут, я на каждом шагу и в каждой перде! А ещё я трезвенник, не курю, не пью, наркотики не употребляю, каждое утро начинаю с гимна СССР, чту заветы Владимира Ильича, знаю наизусть «Войну и мир», свободно говорю на C++, управляю машинами, вездеходами, вертолётами, самолётами, звездолётами, паровозами, пароходами, самокатами и главное — настолько брутален, что в силах соблазнить даже Виолу! Поэтому хер вам в рыло, сраные уроды! Я подговорил пацанов, чтоб они сделали из Андрея скопца! Это моя своеобразная месть за то, что ты метафизически превратил в кастрата меня! Слышишь, Цуканов?! Так и знал, что женщинам доверять нельзя… Лучше стану бойлавером. Да здравствует мужской секс! Кхе-кхем, я отвлёкся!.. Так вот, я не отдам вам эту чёртову палку! Я стану единственным автором этого фанфика и разрулю это говно так, как нужно мне!.. — Ишь, чего удумал! — рассердился SILENT SINISTER SHADOW 155. — Дружище, давайте покажем эту засранцу, кто в доме хозяева! Что же такое наследовать землю? — Это значит исчерпать терпение! Устроим анархию! Пойдём против системы, то есть, сюжета, которого итак не было! — восторжествовал Виталькон_69_228, сорвал неизвестно откуда взявшийся пацифик со своей груди и обнажил клыки (в переносном смысле).       Цуканов и Щелконогов накинулись на кибернетиков и без особых усилий оглушили их. Воодушевлённый спасателями Андрей с неожиданной резвостью выскочил из пыточного кресла и надавал тумаков зазнавшемуся смутьяну, уложив Толяна на пол без чувств и даже пару раз кольнув его прямо в жирную задницу эстафетной палочкой в отместку. — Туда их! — обрадованно сказал Цуканов. — Да, пусть знают свои места! — кивнул Щелконогов. — А теперь валим отсюда…       Когда приключенцы выбрались из старого лагеря, оставалось буквально пять минут до рассвета. Андрюха в окровавленных шмотках успел прихватить с собой хозяйство, которого лишился благодаря кибернетикам по наущению коварного Толика. — Спасибо, господа авторы, что выручили! — поблагодарил он. — Никогда вас не забуду! — Дуй к Виоле, она тебя залатает, будешь, как новенький! — подбодрил его Цукан. — Скажи ей, мол, играл в ножички с ребятами и неудачно себя порезал… Короче, по ситуации там ляпни что-нибудь! — А вы? — спросил Андрей. — Вас не хватятся в лагере? — Не хватятся, — категорично отрезал Щелконог. — Мы с Кириллом Викторовичем прогуляемся по этому леску. Нам надо поболтать о насущном и вечном…       Андрей, прихрамывая, направился к выходу из леса, оставив друзей-товарищей наедине.       Переводя дух, SILENT SINISTER SHADOW 155 и Виталькон_69_228 прошли немного по лесу, пока не наткнулись на родник с чистой водой. Отведав вкусной ключевой водицы, они спокойно уселись прямо на землю рядом с цветущей берёзой. — Эх, я бы остался тут навсегда и прожил бы так, как мог… — мечтательно и задумчиво вздохнул соавтор. — Одумайтесь, пока не слишком поздно, Кирилл Викторович, — обеспокоенно осадил его автор. — Вы уверены, что оно вам надо? Хоть вам здорово и вечно в этом мире, но нам суждено когда-нибудь возвратиться в мир реальный, наш мирок. Я понимаю, что вы юродивый, но не настолько же! Ну будьте вы реалистом! — Мне не нужен реальный мир, мне и здесь зашибизь, — отрицательно покачал головой Цуканов. — Он скучен и сер по сравнению с этим! — Хотите того или нет, но нам придётся вернуться, — с мрачной усмешкой философски произнёс мудрый Щелконогов. — Нечто назревает, я чувствую. Этот мир проглотит Энтропия. Но прежде наступит Повсеместное Ожидание, а уж затем Апофеоз Провальной Победы. Этот мир, каким мы его знаем, уже обречён на самопоедание, самоупокоение и самопропивание; а лагерь вместе с его обитателями приговорён к высшей мере безнаказанности… Посидим немного, насладимся рассветом, тишиной леса и пением птиц… Наслаждайтесь Невыносимой Лёгкостью Бытия, дружище!.. Ведь она минует, и наступит Сносная Тяжесть Небытия…       Он замолчал и расслабленно опёрся о дерево. Его друг закрыл глаза, облокотившись о берёзу.       Щебетание птиц и стрекотание цикад наполняло лес, предрассветные лучи встающего солнца выводили из ночного сумрака кроны деревьев, свежий ветерок огибал поверхность земли…       Вот она, Невыносимая Лёгкость Бытия.       Лето кончалось.       Скоро придёт осень.       А вместе с нею — Апофеоз Провальной Победы, подчинённый всесильному и вечному закону Энтропии.