Paint the town Red

      Сегодня утром я опоздал на работу. Это случилось впервые за всё то время, что я работаю в участке. Я проснулся около 10 часов утра, один, и мне совершенно не хотелось вставать с дивана, но мысль о том, что где-то безнаказанно бродит убийца моего лучшего друга — главный стимул для того, чтобы я всё же поднялся и отправился выполнять свои обязанности. Пока я собирался, я вспоминал вчерашний день и произошедшее, думая о том, что сегодня день будет ещё сложнее, ведь надо сообщить об этой ужасной вести родственникам Пьера.       Но помимо вчерашнего ужасного события, я вспомнил ещё о том, что вчера дома я был не один — Макс ночевал у меня. Интересно, он пробыл у меня всю ночь или ушёл, когда я наконец-то уснул? Надо будет обязательно поблагодарить его за то, что он сделал для меня.       Я собрался и хотел выйти из дома, как заметил приклеенный скотчем лист на входной двери. «Доброе утро. Если хочешь, возьми сегодня отгул, он тебе не помешает, а я поработаю сегодня за двоих. Макс». Предложение хорошее, но всё же работа не даст мне окончательно погрузиться в уныние, да и нельзя всё сваливать на голландца. В конце концов, я же сам выбрал эту профессию, так что как бы мне плохо не было, я должен, нет, я просто обязан взяться за это дело и разрешить его.       В участок я прибыл довольно быстро, но, кажется, никто особо не заметил моего опоздания, что меня очень даже радует. Я вошёл в кабинет, где заметил разложенные на столе бумаги, фото и отчёт с места преступления. Я увидел фотографии тела моего друга: бездыханное, бледное тело когда-то весёлого и жизнерадостного француза лежало на асфальте, а рот, подбородок и футболка спереди были в крови. Эстебан сказал, что он буквально захлебнулся кровью. Я обязан найти ублюдка, который лишил жизни Пьера.       Я заметил на рабочем столе Макса записку — очередная весточка от напарника: «Чарльз, я знаю, что ты всё равно придёшь сюда, так что сходи за экспертизой, а я сообщу родственникам Пьера о случившемся». Спасибо ему за это, я бы вряд ли смог сегодня явиться к ним и сообщить о смерти Пьера. Прислушавшись к совету Макса, я отправился к судмедэксперту, чтобы получить полный отчёт о вскрытии и узнать точную причину смерти. Может, он сможет найти что-то ещё, что поможет скорее напасть на след убийцы.       Морг находится на самом нижнем этаже участка, так что путь туда у меня не занял много времени. У входа в секционную я накинул на плечи халат и, тяжело выдохнув, вошёл в прохладное помещение. Эстебан сидел за рабочим столом и что-то заполнял на своём компьютере, но, заметив меня, поднялся со своего места и подошёл ко мне поздороваться.       — Отчёт о вскрытии уже готов?       — Да, буквально только что закончил вводить данные в компьютер. Тебе рассказать или лучше дать распечатанную копию? Есть ещё отчёт о токсикологии, но там всё чисто.       — И то, и другое. Копию.       — Понял.       Окон кивнул и вернулся к своему столу, сделал пару кликов мышкой и вскоре принтер с характерным звуком выдал несколько листов с напечатанным текстом. Эстебан взял их и скрепил скрепкой, затем подошёл и протянул их мне. Я взял листы и быстро пробежался по ним взглядом: список вещей, обнаруженных при трупе, опись травм и повреждений, время и причина смерти, а также предполагаемое орудие убийства.       — Убийство совершено примерно в половину первого — час ночи. Причина смерти: проникающее ранение грудной клетки, вызвавшее травматический гемоторакс.       Я с Эстебаном подошёл к холодильным камерам, и он открыл одну дверцу, затем вытащил оттуда выдвижную кушетку с накрытым тканью телом. Он одёрнул верхнюю часть ткани, и я увидел бледное, но умиротворённое лицо моего друга. Окон, указывая на место на теле, сказал, что никаких повреждений, кроме раны на груди у него нет, так что причина смерти очевидна. Он заметил, как я смотрел на своего покойного друга, поэтому вновь накрыл его тканью и снова вернул в холодильную камеру.       — Было ли обнаружено что-то ещё?       Эксперт кивнул и махнул мне рукой, чтобы я проследовал за ним к столу с уликами.       Мы подошли, и он показал мне все личные вещи, которые были найдены на месте преступления. Пока он рассказывал о результатах дактилоскопической экспертизы, я рассматривал их и мой взгляд зацепился за переплетённую ленту. Что-то я не припомню такой у Пьера.       — А это откуда взялось?       — Что? А, это было повязано на его руке.       — Ты в этом уверен?       Эстебан кивнул и вопросительно поднял бровь. Я надел перчатки, а затем взял в руки ленту, чтобы рассмотреть её поближе. Я готов поклясться, что никогда раньше не видел её у Пьера. На конце ленты было что-то нарисовано, но на неё попала кровь и размыла рисунок. Или это была надпись? Чёрт, теперь точно не разобрать, ведь изображение было сделано чем-то вроде маркера или какой-то гелиевой ручки.       — А нельзя восстановить, что здесь было?       — Если можно было, я бы уже восстановил.       Я кивнул и вернул ленту обратно на стол к остальным уликам.       — Есть ещё что-то? Может, отпечатки? Или ещё что-нибудь?       — Токсикологический анализ не выявил в крови никаких запрещённых веществ, алкоголя или чего-то ещё. А так, в общем плане, на вещах жертвы были только его отпечатки, орудия убийства найдено не было, значит…       — Убийца забрал его с собой. Кстати, что за орудие?       — Вероятнее всего, это обоюдоострый нож с лезвием 13-15 сантиметров.       — Ясно. Если узнаешь что-то ещё, то сообщи.       — Конечно. Погоди, есть ещё кое-что. В крови, что была на его подбородке, а также на запястье и ленте я выявил частички талька.       –Тальк? Откуда он там взялся?       — Всё просто: его пырнули, но умер он не сразу. Убийца закрыл ему рот рукой, чтобы тот не закричал и не привлёк внимания, а когда заметил кровь — отпустил его.       — То есть, это тальк с перчаток убийцы?       — Совершенно верно. Он действовал в латексных перчатках, поэтому нет никаких отпечатков, а только тальк.       — А на руке и ленте он потому, что он повязал её уже посмертно.       — Верно. Он дождался, когда жертва умрёт, затем повязал ленту и скрылся с места преступления.       — Больной ублюдок. Зачем стоять и смотреть на то, как умирает человек?       — Может, он настоящий садист и ему нравится смотреть на агонию и мучения других?       — Надо его поймать и как можно быстрее.       — Не могу не согласиться.       Узнав эту информацию, я попрощался с Эстебаном и, прихватив отчёты, покинул морг, направившись обратно в свой кабинет. По дороге я читал отчёт в надежде найти хоть какую-то зацепку, но всё было тщетно. Открыв дверь в кабинет, я увидел, что Макс уже сидел за своим столом и читал отчёты из других отделов.       — Привет.       — Привет. Я так и знал, что ты придёшь.       — Я не могу оставаться дома один.       Макс кивнул и посмотрел на бумаги в моих руках. Я протянул их ему и сел на своё место, а он пролистал отчёт и положил его на стол.       — Чёрт. Какой осторожный ублюдок, а? Никаких отпечатков, никаких следов, никаких даже волокон ткани нет.       — А что слышно от айтишников?       — Чисто. Никаких угроз или подозрительных сообщений ему не поступало. Такое чувство, будто он просто оказался не в том месте не в то время.       Я вздохнул и пальцами потер виски. И как найти его, если он вообще никакой зацепки не оставил? Конечно, сейчас будут допросы подозреваемых, но они точно ничего не дадут. Макс уже поговорил и опросил семью Пьера, а Юки?       — Чёрт! Юки!       Макс удивлённо посмотрел на меня, а я тут же достал свой телефон и принялся искать контакт Юки. Кажется, мы обменивались номерами телефонов на всякий случай, но от него никаких сообщений или звонков пока не поступало.       — Что за Юки?       — Парень…друг Пьера. Он несколько недель назад прилетел из Японии, поэтому я пропадал всё время с Пьером, помогал тут обосноваться.       — У тебя есть его контакты?       — Вроде должен быть его номер телефона, только я…       Я не закончил предложение, как дверь в кабинет распахнулась, и внутрь ворвался Юки. Я едва успел встать, как он тут же подбежал ко мне и крепко обнял. Макс был озадачен, совсем как я, но я всё же приобнял Юки в ответ и только сейчас услышал, что он плачет.       — Юки, Юки, успокойся.       — Чарльз, это правда? Пьер… Правда мёртв? Он мёртв?       Он посмотрел на меня полными слёз глазами, а во взгляде было столько боли, что мне самому захотелось разреветься, вспомнив жестокую реальность. Я лишь кивнул в подтверждение его слов, а Макс набрал воды в стакан и протянул его японцу. Он благодарно принял его и сделал пару глотков, скорее для галочки, чем для успокоения.       Мы с Максом усадили Юки на кресло, я встал на корточки перед ним и всё время держал его за руку, а Макс присел на край стола позади себя, тем самым закрывая собой разложенные на рабочем столе фотографии и отчёты.       Кое-как успокоив японца, как бы нам не хотелось этого делать, но нам пришлось задать ему несколько неприятных вопросов. Да, чаще всего бывает, что убийцей является самый близкий жертве человек, а именно возлюбленный или кто-то из членов семьи. Такова суровая статистика.       — Юки, прости, но мы должны задать тебе пару вопросов.       Я всё ему объяснил, он согласился и сделал ещё пару мелких глотков воды. Я вздохнул и посмотрел на своего напарника, он одобрительно кивнул и взял свой блокнот с ручкой, готовясь делать заметки или записи ответов.       — Юки, где ты находился вчера ночью?       — Я…я уехал на пару дней на учёбу.       — Ты сможешь это доказать?       Юки немного замешкался, но потом закивал и достал из своего портфеля кошелёк, в котором хранились билеты с общественного транспорта, а также папку, в которой лежали документы, подтверждающие бронь отеля и договор с учебным учреждением.       — А свидетели смогут подтвердить, что ты там находился?       Макс задал вопрос, внимательно смотря на молодого парня перед нами.       — Да, конечно. Я могу дать контакты преподавателя, он подтвердит, что я был на курсах. И там есть учётки, в которых фиксируется, когда мы приходили и уходили.       Мой напарник сделал пару записей в блокноте, а затем мы продолжили своеобразный допрос Юки. Из всего, что он рассказал, мы с Максом сошлись во мнении, что он непричастен к убийству, поскольку вражды между ними с Пьером не было, то есть, мотив отсутствует, и на момент преступления он находился совершенно в другом месте. Он просто чисто физически не мог этого совершить. Да и по росту он не подходит, ведь судя из результатов экспертизы, убийца был либо одного роста с Пьером, либо чуть выше.       Задав ещё несколько вопросов Юки, мы с Максом вышли из кабинета, чтобы обсудить то, что известно на данный момент, но перед этим Макс убрал все листы со своего стола в ящик — не хотелось бы, чтобы Юки сейчас увидел тело Пьера. Но само это убийство и правда кажется спонтанным, ведь мотивов ни у кого из его окружения нет, угроз ему не поступало. Да даже на ограбление это списать нельзя, так как все вещи Пьера остались при нём. Но даже если это спонтанное убийство, я всё равно найду того, кто это сделал.       Мы решили пройтись до кофейного аппарата, чтобы хоть как-то взбодриться и, возможно, привести мысли в порядок. Кофе в нём, конечно, отвратный, но это лучше, чем ничего. Мы обсуждали все улики, но отсутствие каких-либо зацепок ставило в ступор нас обоих.       — Послушай, ты сказал про какую-то ленту на руке Пьера. Ты сам-то её видел?       — Да, у него на руке была повязана лента с каким-то то ли рисунком, то ли надписью.       — А что за надпись?       — Чёрт её знает. Её размыла кровь. Макс чуть кивнул и отпил немного кофе из стаканчика. Мы вернулись в кабинет, где всё ещё сидел Юки. Я спросил, не хочет ли он вернуться домой, на что он отказался. Он сказал, что не может возвратиться в дом, где они жили вдвоём с Пьером. Да. Они прожили там вместе совсем недолго, но если человек тебе дорог, то его дом становится твоим. Так что я прекрасно понимаю Юки и его нежелание туда возвращаться.       Я предложил Юки пожить у меня какое-то время, ведь мне бы тоже не помешала компания по вечерам, а просить Макса сидеть у меня каждый вечер, мне было бы неудобно. Юки сперва хотел остановиться в каком-то отеле, но я всё же настоял на том, чтобы он пожил у меня, и он в итоге согласился. Я дал ему ключи от своего дома — он знает мой адрес — и сказал, чтобы он шёл туда, а я приду, как только закончу на сегодня с работой. Он поблагодарил меня и поднялся с кресла.       — Если тебе что-то понадобится, то звони, хорошо?       — Да, Чарльз, хорошо.       Юки кивнул и нерешительным шагом покинул кабинет. Как только дверь за ним закрылась, Макс подошёл ко мне и положил руку на моё плечо.       — Ты молодец, что предложил ему пожить у тебя.       Я положил свою руку поверх его и чуть улыбнулся.       — Спасибо, но это меньше, что я могу сделать для него. Он ведь был дорог Пьеру, так что я обязан о нём позаботиться.       До конца рабочего дня мы с Максом разбирались с полученными данными по делу и изучали результаты экспертиз как судмедэкспертной, так и компьютерной. Нигде, вообще нигде не было никаких зацепок, которые помогли бы нам найти хоть мотив преступления. Мы надеялись на то, что момент убийства мог попасть на камеру наблюдения в парке, но Логан прислал сообщение с тем, что в тот день в том секторе парка проводились технические работы и камеры не работали. Может, убийца кто-то из работников парка, который знал о том, что именно в тот день, именно в том секторе камеры не будут работать? Но какой у него мотив? Если это будет как в плохом детективе и убийцей окажется садовник — я брошу эту работу.       Закончив на сегодня с деятельностью в участке, мы с Максом закрыли кабинет и отправились домой. В этот раз мы не договаривались о том, чтобы пойти вместе, но раз выпал такой шанс, то грех им не воспользоваться. Мы шли домой, делясь друг с другом своими теориями по поводу дела, но ни одна не подходила по своей логике. По дороге я предложил зайти в магазин, так как хотел купить что-нибудь Юки на вечер, чтобы отвлечь и, если придётся, успокоить его. Макс согласился и поэтому наш путь до дома стал дольше по времени на целый час.       Пройдясь по магазину и прикупив несколько закусок на вечер, мы пошли уже в сторону наших домов — я помню, что Макс живёт совсем рядом со мной. Мы снова заговорили о своих жизнях и делились забавными историями, ведь сейчас нам обоим хотелось отвлечься от работы. Дойдя до того самого перекрёстка у наших домов, мы попрощались, и каждый двинулся в свою сторону.       — Чарльз!       Я обернулся на знакомый голос, а Макс помахал мне.       — Если буду нужен — пиши в любое время суток.       Я улыбнулся и кивнул напарнику, после чего продолжил свой путь домой, где меня уже давно ждёт Юки.