Paint the town Red

      Воскресное утро началось с того, что меня разбудил Юки — видимо, я слишком крепко уснул после вчерашнего выплеска эмоций, и поэтому не услышал ни трели дверного звонка, ни сигнала телефона. Ох, у последнего я же выключил звук. Собственно, как я понял, мой сосед взял всё в свои руки и решил разбудить меня лично.       — Вставай давай, к тебе там приехал адвокат.       — Какой ещё адвокат?       — Адвокат дьявола, блин. Откуда ж я могу знать? Вставай, и сам всё узнаешь. Я там уже приготовил кофе для всех.       Я что-то недовольно пробормотал, а Юки вышел из комнаты, дав мне возможность переодеться и привести себя в порядок. Адвокат? Откуда он взялся? Я же никого не нанимал, да и вряд ли Фредерик решил нанять его мне. Хотя, если быть честным, то адвокат мне вполне пригодится в моей-то ситуации.       Минут через пять я вышел из комнаты и пришёл в гостиную, где за кофейным столиком уже устроился Юки, а поодаль сидел темнокожий мужчина в деловом костюме. Я точно никогда его не видел и уж точно не был с ним знаком, иначе я бы его запомнил — такую неординарную внешность трудно было бы забыть.       Я подошёл к ним и поздоровался с мужчиной, мы пожали друг другу руки, и я сел на диван напротив него. Юки хотел уйти и оставить нас наедине, дабы мы могли спокойно обсудить дела, но я попросил его остаться — сейчас он моё доверенное лицо. Я бы позвал Макса, но он болен, а ещё больше напрягать и нервировать его я не хочу. Да и я обещал соседу рассказать в чём всё дело, так что пусть лучше он будет здесь с нами и узнает всё из первых уст.       — Итак, меня зовут Льюис Хэмилтон, и я ваш адвокат в этом деле, а именно — в случае с убийством Джорджа Уильяма Расселла. Как я понимаю, вас счита…       — Погодите, погодите. Кто вас вообще нанял?       Мужчина кивнул и вытащил из своего чемоданчика несколько папок с бумагами. Открыв одну из них, он достал какой-то документ и протянул мне. Это оказалась распечатка с электронной почты Джорджа, в которой он просил Льюиса «подстраховать» меня на случай его смерти. То есть, Джордж в каком-то смысле предугадал нынешние события и заранее договорился с коллегой о том, чтобы он мне помог. Я пробежался глазами по тексту, затем вернул листы мужчине.       — Вернёмся к делу. Как я понимаю, то вы пока единственный подозреваемый в убийстве мистера Расселла, верно?       — Верно.       — Как к этому пришли?       — На месте преступления была женщина, она указала на меня как на убийцу Джорджа только из-за того, что я был одет примерно так же, как предполагаемый убийца.       — А у вас есть описание убийцы?       — Трудно сказать. Когда я шёл к дому Джорджа, то столкнулся с молодым человеком, как раз рядом с тем местом, где вскоре обнаружили тело. Я всё подробно описал в допросе, вы можете запросить его детализацию в участке.       — Да, я уже отправил запрос. Можете рассказать, что произошло в тот день?       Я взял кружку кофе со столика и сделал небольшой глоток, потом начал рассказывать адвокату всё, что произошло в то утро, стараясь не упустить ни единой подробности. Я рассказал ему о том, что мы договаривались встретиться с Джорджем ещё за несколько дней до его убийства, а накануне этого он мне звонил, и его голос показался мне немного взволнованным. Льюис достал из папки распечатку карты местности и попросил указать мой примерный маршрут, как до дома британца, так и обратно, что я с лёгкостью сделал. Ещё он попросил отметить то место, где я столкнулся с незнакомцем. «Иногда простые карты дают куда больше информации, чем цифровые» — сказал он, рассматривая линии моего маршрута.       Я показал ему свой телефон: все свои сообщения и вызовы на номер Джорджа со всеми временными штампами. Помимо этого, я посоветовал ему обратиться в участке к нашему компьютерщику Логану Сардженту — он предоставит отчёт о содержимом как моего гаджета, так и Джорджа, а также даст отчёт по поводу геолокаций и записей с камер наблюдения в этом районе.       Он спрашивал меня о моих взаимоотношениях с остальными жертвами, и я рассказал ему всё о своей дружбе с Пьером, о том, что в детстве был знаком с Оскаром, о том, что в прошлом встречался с Карлосом и о том, что много лет дружил с Джорджем. Льюис делал заметки в своих бумагах и параллельно задавал интересующие его вопросы, как о всех делах, так и конкретно о деле Расселла, где я пока числюсь в качестве подозреваемого.       Один из его вопросов был довольно-таки странным: «Был ли у Вас мотив для того, чтобы убить мистера Расселла?». Я чуть не засмеялся от этого вопроса — такой вот уж я, что могу рассмеяться в то время, когда мне до жути неудобно. Наверное, со стороны в такие моменты я похож на психа.       — Нет, у меня не было мотивов для этого. Мы с ним дружили, да и конфликтов у нас с ним тоже не было, даже мельчайших. И если бы они были, то вряд ли бы он попросил Вас помогать мне сейчас, верно?       — Тут согласен, это было бы крайне странно с его стороны.       — С кем ещё, кроме Вас, мистер Расселл общался в Монако?       Вопрос хороший, но я не так хорошо знаю его круг общения, тем более здесь. Я знаю наверняка, что он общался со мной, с Максом и с Юки несколько раз пересекался, когда заходил ко мне ненадолго. Я так и сказал Льюису, упомянув и слова друга с намёками на появления у него пары, после чего адвокат записал информацию и задал пару вопросов Юки, но по его ответам он сразу понял, что мой сосед совершенно ни при чём.       — Вы не знаете, какие отношения были между мистером Расселлом и… Максом?       — Ну, они друзья. Были. Это я их познакомил. У них были общие темы для общения и иногда после работы они виделись с Максом.       — А кем этот Макс приходится ему?       — Другом.       — А вам?       — Напарником.       — И всё?       — И парнем.       — То есть, вы состоите в отношениях?       Льюис покрутил ручку в руках, а я кивнул, давая тем самым утвердительный ответ адвокату. Он сделал пару заметок возле имени Макса и попросил у меня его контактные данные с адресом. Было забавно наблюдать за лицом Юки, когда я по памяти назвал и номер телефона, и точный адрес Макса — сосед всегда подкалывал меня тем, что я вечно что-то забываю.       Адвокат пробыл у нас довольно долго — он буквально по минутам расписывал все мои действия со вчерашнего дня. Когда он попросил провести его по моему маршруту и показать место, где произошло убийство, я показал ему браслет на ноге.       — Какой у него радиус действия?       — 300 метров вокруг дома, чуть дальше — и прибудет патруль.       Льюис кивнул, после чего сообщил, что собирается зайти к Максу и спросить его о взаимоотношениях с Джорджем. Я тихо усмехнулся, сказав, что, по сути, этой работой занимаются детективы, а Хэмилтон на это ответил, что, чтобы лучше построить линию защиты, адвокаты должны сами стать детективами. В принципе, логичное заявление, поэтому я лишь согласился с ним и, когда он собрал свои бумаги в чемодан, проводил его до выхода.       — Если вдруг что-то вспомните — то сообщите.       Он протянул мне свою визитку, я его поблагодарил и, попрощавшись с ним рукопожатием, положил карточку на столик у домашнего телефона. Да, у меня есть домашний телефон — старомодно, но частенько очень удобно.       Когда он ушёл, то я хотел вернуться в комнату и просто проваляться весь день в постели, но Юки явно был против этого. Он затащил меня на кухню и усадил за стол, на который тут же поставил тарелку с горячей пастой карбонара.       — Юки, я не хочу есть.       — Ешь, ты и так ничего толком не ел вчера.       — Нет аппетита.       — Мне Макса сюда позвать?       — Он болеет.       — И собирается завтра выходить на работу.       Я удивлённо уставился на соседа. На какую работу? Он же ещё больной, какой из него сейчас работник? Тем более детектив.       Я хотел подняться из-за стола, но Юки надавил на мои плечи, тем самым «усаживая» обратно за стол.       — Пока не съешь — не встанешь.       — Ты сейчас ведёшь себя как моя мама.       — А ты как ребёнок, 1:1. Ешь давай.       Мы тихо засмеялись, и я смиренно принялся за горячую пасту. Пока я ел, Юки рассказывал мне о своём вчерашнем дне и о встрече с друзьями. Мне нравилось, что он рассказывал о чём-то отвлечённом от убийств и моего задержания, таким образом я могу даже немного расслабиться.       Он рассказал ещё и о том, как вчера вечером сходил к Максу. Юки сказал, что тот был удивлён его визиту, ведь явно ожидал не его, но, когда японец коротко рассказал о случившемся, Макс был готов одеваться и идти к нам. Слава богу, что Юки удалось его отговорить, поскольку Макс ещё не выздоровел, хотя и чувствовал себя куда лучше. Мой сосед также попросил моего возлюбленного не писать мне, пока я сам для этого не созрею. «Поверь, он пришёл в таком состоянии, что наверное уже уснул. Ему нужен отдых» — процитировал сам себя Юки. Судя по всему, Макс прислушался к его словам, так как я до сих пор не получил ни единого сообщения от него.       Я заметил, что после своего рассказа Юки немного стушевался. Когда я спросил в чём дело, то он немного замешкался, но потом всё же задал мне пару интересующих его вопросов. Я усмехнулся, на некоторые из них я отвечал ещё в присутствии Льюиса, но повторил свои ответы для Юки. Он спрашивал аккуратно, будто чего-то побаиваясь, однако я смог его убедить в том, что я и правда не имею никакого отношения ни к вчерашнему убийству, ни к трём предыдущим. Он вроде как расслабился, а следом в своей язвительно-приколистской форме начал расспрашивать про мой браслет на ноге.       — Зато Макс точно будет знать, что ты в безопасности дома.       — Ага, только я помру со скуки тут. Ты же тоже днём отсутствуешь.       — Найди себе занятие. В любом случае, долго этот браслет у тебя не пробудет.       — Я тоже так думаю.       — Ну вот, так что выше нос, монегаск.       — Ого, даже так?       — Да, Пьер говорил, что тебя бесит, когда тебя называют французом.       — Да, он знал это лучше всех.       Мы оба как-то печально улыбнулись, вспомнив, что Пьера больше нет. Мне до сих пор иногда трудно в это поверить, особенно, когда я натыкаюсь на совместные фотографии в галерее телефона. Это же касается и Карлоса, а теперь ещё и Джорджа. Об Оскаре мне напоминают лишь детские фотографии со времен моих увлечений картингом, и я особо ничего о нём сказать не могу.       Мне снова захотелось пойти в комнату и разреветься, как вчера, но мне кажется прошлым вечером я уже выплакал всё, что мог. Юки точно заметил, что я вчера умывался слезами, ибо он был слишком удивлён, увидев моё лицо и уставшие глаза. Но я благодарен, что он не задавал лишних вопросов.       Пока мы сидели на кухне, Юки заметил, что атмосфера стала упаднической, оттого он вновь перешёл к рассказам о своей вчерашней встрече с новыми друзьями. Он в деталях поделился об их импровизированной встрече с дегустацией разных сладостей — они собрались в доме одной из девушек, куда каждый принёс что-то на свой вкус. Они пробовали шедевры друг друга, делились советами и рецептами, ну и всё в таком духе — типичные посиделки будущих звёзд мишленовских ресторанов.       Он рассказывал обо всём и активно размахивал руками, а я кивал время от времени и задавал какие-то общие вопросы, потому что мыслями я уже давно думал совсем о другом. Раз я временно сижу дома, то могу более углублённо изучить три прошлых убийства и, если мне повезёт, то смогу выудить из Макса информацию об убийстве Джорджа. Я же не могу узнавать всё напрямую от Логана или Эстебана, меня, как-никак, отстранили от дела. Потому придётся действовать более хитро.       Ближе к вечеру, когда Юки решил посмотреть какой-то фильм по телевизору, я отправился в свою комнату, чтобы позвонить Максу. Я больше суток с ним не общался и безумно соскучился, да и вёл себя как придурок, даже не написав ему вчера.       Я пришёл в свою комнату и уселся на излюбленное кресло. Достав телефон, я не раздумывая набрал номер Макса и, не прошло и пары секунд, как в трубке раздался такой родной голос голландца. Его голос был ещё немного хриплым из-за болезни, но он меня уверил, что ему совсем нетрудно разговаривать.       Он расспрашивал меня о вчерашнем, а я уже, чёрт знает, в который раз повторял одну и ту же историю. Макс внимательно слушал меня, иногда возмущаясь и выругиваясь то на офицеров, то на прокурора.       — У меня от наручников запястья болят до сих пор.       — Знаешь, когда я представлял тебя в наручниках, то я совсем не это имел в виду.       — Макс!       — Что? Я давно тебя не видел и ужасно соскучился.       И опять я успел испытать тысячу и одну эмоцию буквально за секунду, а всё из-за слов Макса. Я уже давно заметил, что только он способен проделывать такие вещи со мной, а это меня и пугает, и интригует, но в хорошем смысле.       Мы проговорили с ним чуть меньше часа, а во время разговора мы успели обсудить не только вчерашний день, но и поговорить на личные темы. Мы невзначай обменивались друг с другом двусмысленными фразочками, совсем как в тот раз в переписке, но когда слышишь такие слова голосом возлюбленного, то ощущения совсем другие.       В прошлый раз фантазия сделала своё дело, и поход в душ занял больше времени, чем обычно, но что будет сейчас? Мне хотелось продолжать наш разговор, но с другой стороны — я не хочу заниматься непотребством в одиночестве. Макс предложил продолжить общение по видеосвязи, но я категорично отказался от этой затеи.       — Могу поспорить, что ты потрясающе смотрелся бы в кадре.       — Думаю, вне кадра я всё-таки буду лучше.       — Мы же сможем это проверить?       — Ну…пока на мне браслет, то вряд ли.       — Я могу к тебе прийти.       — А Юки?       — И это как-нибудь решим.       — Звучит страшно.       Макс негромко засмеялся, а я подхватил его настроение и засмеялся вместе с ним.       Вскоре мой сосед позвал меня ужинать, и мне пришлось попрощаться с голландцем. Теперь уже он обещал заходить ко мне после работы, а мне стало смешно — наши роли снова поменялись.       Закончив звонок, я вышел из комнаты и пошёл на кухню, где Юки уже расставил тарелки с ужином на столе. Всё же круто, когда твой сосед — повар, благодаря этому практически каждый день удаётся пробовать разнообразные блюда.       Ужин прошёл в приятной атмосфере, мы старались не упоминать о деле и о моей ситуации. Юки рассказал о том, что успел за вечер услышать в новостях, и мы сидели и обсуждали события в мире. Иногда в наших разговорах проскальзывали шутки и подколы, но это лишь поддерживало дружественный настрой.       После ужина я помог Юки прибраться на кухне, после чего мы разбрелись каждый в свою комнату. Снова душ, снова переодевание в пижаму, снова мягкая постель. Если я не найду себе занятие, то точно сойду с ума от монотонности.       Я посмотрел на браслет на своей ноге и тихо усмехнулся. «Скоро я от тебя избавлюсь» — пронеслось у меня в голове, затем я лёг поудобнее и вскоре провалился в неспокойный сон.